Глава 15. Трагик

Рекрут Вольк, Лойская Пехотная Академия
Вам знакомо ощущение, когда вся вселенная задается целью испить крови? Я вот на следующее утро отхватил его по полной. Слава богам (хотя они-то как раз не причем, точно знаю) не в прямом смысле. Впрочем, я бы не удивился, если бы для полноты картины еще и вампир какой напал прямо посреди Академии. Тем более, что соответствующий тяжелый металлический запах преследовал меня на всем пути до пятачка Айболита. Или это у меня во рту вкус стоит, и потенциальные кровососы в пролете?
Ох, Голова раскалывалась, а уже и так истертый язык было не удержать от облизывания бритвенно острых пеньков, оставшихся на месте двух боковых зубов. Четверка и пятерка. Левые нижние. Это больно, когда зубы не выдерживают столкновения с шестом, но еще хуже дела обстояли со щекой. Полноценной преградой на пути инородного тела она не стала, защитить зубы не смогла, и во что сейчас превратилась, даже представить страшно. Встреченные по дороге обитатели Академии шарахались, глядя на мерзкое зрелище качающихся в такт шагу лоскутов щечной мышцы, а непривычный ветерок пробегался по разбитым деснам. И больно. Честно пытался держать челюсти неподвижно и расслабленно, но даже так на глаза наворачивались слезы.
Ох, скорее бы Айболит свой сеанс устроил и вернул все как было, готов даже простить ему те недели жизни, которые он для лечения у меня же и позаимствует.
Стараясь не трясти головой и контролировать исстрадавшийся в своей непослушности язык, прямо по дороге осторожно побаюкал правую кисть. Да, она-то и пострадала в первую очередь. Сначала Пегий своим шестом достал и раздробил именно руку. Уже потом, выпустив собственный боевой посох, я получил добивающий тычок в лицо. Интересно, а если бы в глаз удар пришелся... хотя нет, не интересно.
Мироздание сегодняшним утром явно пыталось донести до меня какую-то мысль, понять бы еще какую. Я, наконец, добрался до небольшой площадки, выделенной прямо на плацу, куда в скором времени должен пожаловать лекарь. Кивком головы перекинулся приветствием с парой сокурсников, о чем мы все тут же пожалели. Я - от боли, а им картинка, наблюдаемая через рваную дыру в моей щеке, не очень понравилась. Рекруты более старших курсов сделали вид, что не заметили. Хотя может и правда не увидели, попадая сюда, многие увлечены анализом собственных, хе-хе, ощущений. Ай. Завязываем с хе-хе, до излечения.
Прибытие эскулапа пропустить было невозможно, тяжело топающая неизменная свита придавала его появлению налет эпичности. Подраненные бойцы оживились, дедушка в матерчатом камзоле (какие-то сложности у применения техник магических есть с кожей и металлом) привычно и неулыбчиво отработал свой ритуал. И снова захотелось жить.
Ох, красота-то какая. Во рту еще немного чувствовался запах крови и попадалось зубное крошево, но общее состояние блаженства это не портило. Интересно, а вот это самое иссушение в процентах мою жизнь укорачивает или абсолютных значениях?
Поработал кистью, с удовольствием ощупал языком монолитный жевательный частокол. Снова показалось странным, что восстановленные зубы не вызывают дискомфорта. Хм, то, что из каких-то материалов организма только что костные образования появились - это мне норма, а вот мелкие ощущения воспринимаются как чудо. Странные выверты психики.
Так, надо поспешить и перехватить свою группу возле турников, отлынивающих и праздношатающихся капралы у нас по головке не гладят. Вообще ни по чему не гладят. И по дороге есть время попытаться разобраться в шифрограмме вселенной. Ведь не зря же у меня сегодня так утро складывается? Что-то оно должно значить?
Пока двигался к площадке с гимнастическими снарядами, перед Грамотой сегодня брусья и подтягивания, старался проинтерпретировать сигналы мироздания.
Номер раз - унизительное поражение и хоть и временно, но крайне болезненно изуродованные лицо и рука. Это мне укор в плане морально-волевых. Я ведь когда в детстве в фильмах смотрел на получивших смертельную рану персонажей, был твердо уверен, что уж я-то из последних бы сил тра-та-та. Но надо быть честным с собой, хлипковат оказался. Знал ведь, что Пегий будет делать, когда шест выпал из раздробленных пальцев. Но не смог собраться. От боли и жалости к себе тупо пропустил следующую атаку. Поблагодарим же универсум за этот урок. Буду знать, что мои волевые бойцовские отстают от подтянутых в последнее время физических кондиций. Грустно и стыдно, но обманывать себя глупо. На самом деле это мне еще раз напомнили, что не стоит доводить дело до прямых разборок, не должны мои недруги ко мне настолько приближаться.
К турникам подошел даже рано, однокурсники на соседней площадке еще стучали друг об друга посохами, затянул сержант тренировку. Айболит-то уже к плацу сегодня не выйдет.
Второй урок вселенной еще более тривиален: надо, Олежка, что-то с шестом тебе делать. Самая проблемная дисциплина. Не получается подтягивать ее на Тропах, а скорости обучения без этого чита мне категорически не хватает. Аборигены ухватывают уроки прямо на лету. Сержант демонстрирует стойку, и даже самый тупой из однокурсников через два-три раза ее в точности повторяет. Кроме меня.
Обидно, ведь в университете был одним из лучших в плане скорости усвоения. И в настольном теннисе меня тренер хвалил. Пинг-понг это вам не шутки: комплексная кинематика ног, мгновенное скручивание корпуса, постановка локтя и волнообразная резка кистью. И все это в координации с подстройкой под действия соперника. Отлично получалось, хвалили и ставили в пример.
А здесь вдруг почувствовал себя неуклюжим дауном. Пока копирую положение кисти, сержант мне тычет в неправильный поворот стопы. Выправляю стопу и получаю мотивирующий удар по спине. С предельной концентрацией слежу за кистью, постановкой ног и осанкой. А инструктор, жалостливо, как на туповатого дебила, поглядывая, поправляет высоту локтя и наклон головы. А потом, тяжело вздохнув, медленно и тщательно выговаривая слова, подсказывает центр тяжести на другую ногу перенести. И снова к кисти возвращается, потому что, выправляя все остальное, я расстановку пальцев в хвате разрушил. Остальные рекруты все это время косили глазом, замерев в абсолютно правильных выверенных позах.
А потом самое страшное, инструктор возвращается на свое место и командует, - теперь внимательно смотрите и повторяйте за мной, - и все остальные, блин, и правда повторяют! Весь курс синхронно перетекает по катам, капралы бродят между рекрутов и тычками обозначают мелкие огрехи. Кому предплечье сдвигают, кому разворот стопы. И все, всем спасибо, поехали к следующей связке.
А я еще даже начальную стойку не всегда к этому времени могу повторить. Мрак. Пытался прорабатывать связки в свободное время, но отставание катастрофически нарастало. Факультативные занятия у столба чуть реабилитировали меня в глазах младшего командного состава. Все-таки отношение к ленивым имбецилам и старательным дебилам в обоих известных мне мирах одинаково разное. Но, надо быть честным, в плане техники помогало это слабо.
Неприятные воспоминания нарушило появление на площадке родного подразделения. Взмыленные сокурсники с тоской поглядывали на турники и брусья. Да, ребят, наконец-то и мой звездный час пришел.

Все-таки зря я недавно на тяжелоатлетический инвентарь наговаривал подозрений. Если и ссохлись те деревянные чурбаны немного, то дело не только в этом. Физической мощи за последние три месяца я определенно добавил. Это и по числу подтягиваний было видно. Да и Мия что-то такое говорила после своих нехитрых, но тщательных замеров.
Сейчас я, правда, не подтягивался, это чуть позже, но и силовые замедленные выходы на брусьях получались очень достойно. Даже с тяжелой и мешающей движениям броней. Прогресс за последние месяцы впечатляющий, но вполне ожидаемый, должна же быть какая-то польза от доставшихся инъекций божественной кровушки. Жаль, что гибкости и эластичности не наблюдается. Рост и общая атлетичность скакнули, но вот шпагаты и вертушки на уровне головы мне не светили. Если только специально этим не озадачиться. А где тут найти время на гламурные стретчинги и пилатесы, когда накапливается отставание по основной программе Пехотной Академии.
Я даже пробовал теорию с Сигмундом на Изнанке разбирать, клыкастому милитаристу любые разговоры про оружие в кайф. Не без интереса узнал, что это у нас оказывается идет адаптированный курс полэкса для форс-мажорного случая перерубания древка. Только объяснить это никто не потрудился. Я потом замерял, и правда, длина боевого посоха ровно в полэкс без лезвия получилась. Не удивительно, что в первую очередь нас этим шестом как двуручным копьем работать учили. Техника как раз приспособлена под тычковые удары искалеченным оружием, не имеющим правильной балансировки. Информация от рептилоида валилась интересная, но в плане усвоения практических навыков, к сожалению, абсолютно бесполезная.
Уфф. Закончил подход, спрыгнул с турника, освобождая место Кролу. Тот все еще пытался угнаться за моей пирамидкой, но как-то без огонька.
В общем, примерно через месяц, когда я завершал отработку начальной стойки, оба барака первокурсников закончили разучивать последнюю базовую связку, и инструктор показал принципиально новый хват.Той же ночью Сигмунд объяснил, что скользящий широкий способ удерживать оружие - это первооснова для другой школы работы с боевым посохом. Болезненные, но не смертельные тычки, резкие без размаха удары, болевые и удушающие захваты, заломы конечностей с бросками - отличный арсенал для проведения полицейских операций, иногда эффективнее не калечить противника двуручным ударом в лицо, а зацепить на излом или шмякнуть с высоты роста оземь.
Вот тут, кстати, Сигмунд смог немного помочь. Сам ящер этой боевой системой владел средненько, он все-таки позиционируется машиной смерти, а не принуждения к миру. Но, перехватив полэкс широким хватом, базовые рефлексы ухода от захватов и коротких ударов смог вдолбить.Спарринги с шестом стали проходить не так унизительно. Сложные связки соперников выходили идеально и технично, но это во многом нивелировалось некоторой тормознутостью и пониженной силой ударов. А закрепленные на Изнанке выходы и уклонения позволили мне перестать выглядеть совсем уж мальчиком для битья.
И вот тут-то я допустил дидактическую ошибку, в которой сейчас раскаиваюсь. Да, стоит все-таки поблагодарить вселенную, макнула мордочкой в преступную самоуверенность. Как говорил один одиозный политик, - это даже хуже, чем преступление, это ошибка. Сегодняшнее кошмарное утро напомнило, что зря я паниковать перестал и отказался от сврехусилий по развитию навыков.
А ведь был еще один звоночек. На третий месяц обучения однокурсники снова сменили школу работы с шестом, а я не насторожился и продолжал упиваться собственными расовыми бонусами. В тот раз даже местные вундеркинды тяжело осваивали все нюансы техники. Узкий разнонаправленный (прямой и обратный разными руками одновременно)хват посреди посоха позволял включать в связки одновременно и тычковые, и секущие удары. Эх, а один самонадеянный аналитик в это время продолжал упиваться физическим превосходством и скоростью реакции.
Моя клыкастая энциклопедия, кстати, одобрила методику инструкторов Академии. Техника узкого хвата, мало того, что гораздо лучше для боя против нескольких противников подходит, так она же еще и в основу сразу нескольких производных школ заложена. С этого базиса в последующие годы обучения на бой перерубленным огрызками копья тренируются, затем на полноценный двуклинковый бой. И где-то там же бой с поврежденной рукой изучается, когда двуручный хват на одноручный меняется. Я его, кстати, в исполнении Сигмунда еще во время побегушек возле привязанного к столбу Краста видел.
В пирамидке на турнике я ожидаемо победил. Капрал сдержанно похвалил, минорная все-таки дисциплина, и направил обратно к длинным параллельными брусьям, там ранее сошедшие с дистанции однокурсники догонялись до полного обессиливания. Протащить свое тело с упором на руки несколько метров не так сложно для любого человека. В десятый раз будет уже потяжелее. А если тебе в затылок тяжело дышит такой же подгоняемый капралом торопыга, то занятие и вовсе перестает казаться томным.
Итого, вторым грехом у нас самоуверенность и недоработки в самоподготовке идут. И вот это реально обидно. По совокупности, я ведь немного тому же Пегому уступаю. Но тут еще до меня подмечали, - в битве двух лучших фехтовальщиков более сильный побеждает в ста случаях из ста, в бою всем пофиг будет, в два раза я не успел или совсем чуть-чуть. Торжественно обещаю вселенной работать над собой, буду думать, как неполноценность ликвидировать.
Уфф, еще пару кругов осталось. И это я еще свеженьким от Айболита сюда попал, остальные-то прямо со спаррингов притопали.
Чем еще я мог обидеть универсум? Почему я вообще в паре против мажорского прихвостня оказался? Лесь, или там Хасиль, орудуют палкой не хуже, но в лицо последний удар наносить не стали бы. Хм, с одной стороны, умысла у расставляющего сержанта вроде не было, он, в конце концов, тут изначально не для моего комфорта поставлен. Просто выдернул нас с Пегим для разнообразия. С другой, надо быть честным, социальный аспект я тоже не дожимаю в последнее время, задолжал мирозданию. Третий мой косяк.
Вон, Крол, например, просил с делами помочь, у неуверенного в себе здоровяка что-то не заладилось в палаточном городке. А я ему чего ответил? - мол, подставляй, Крол, перед важными обращениями пустую очевидную фразу про себя, добавляет это вес словам, - смешно, но вот тебе, Олежка, и прилетела обраточка от мироздания. Повнимательнее надо к товарищам. Вейко, опять же, получил на днях на предплечье изображение Кома рукой самого брата Жерома. Вовремя приметил священник искреннюю тягу парнишки к животинке всякой. Теперь наш товарищ вместо походов по балагану и гулящим девицам свободное время на курятник тратит. Променял одних цыпочек на других. И поздравил ты, Олежка, его? Дал аж светящемуся от гордости парнишке похвастаться Знаком? Вот то-то и оно.
Так, с третьим косяком все понятно, будем исправляться. Профилактически пальпируем коллектив, нагоняем недозаработанные очки репутации с этой фракцией.
Тренировка почти закончилась. Судя по тому, что ничего плохого в этот раз не случилось, вселенная осталась довольна моим переосмыслением реалий через страдание самопознания. О, неплохо завернул. Когда мы с Ушх раскатаем Пятерку и задумаемся о монотеизме, надо будет в своей новой религии ввернуть чего-то похожее. Спрыгнул с брусьев, нога внезапно скользнула по вроде бы рыхлому песку, и я с трудом удержал голеностоп от неестественного поворота. Связки дернуло, но без последствий. Ладно-ладно, обещал же себе поскромнее быть, это Ушх победит, а я рядом постою.

Урок Грамоты проходил скучновато. Мне больше нравилось, когда баронесса познавательно вещала по мифологии и культурологии. Пересказывая Песни Пятерки, особенно если это касалось Фии, Лика вся прямо светиться начинала, вдохновляющее зрелище. Но сегодняшнее занятие она посвятила естествознанию. Нет, понятно, что местным парням с таким ритмом жизни больше и узнать-то неоткуда, о природе окружающих нас простых и сложных веществ. Какие из них горят, какие тонут, какие магнитятся, а какие даже в руки брать опасно. Наставница вела свой урок природоведения неплохо, с жизненными пояснениями и даже натурными опытами.
Почти всем было интересно и познавательно. Я, стараясь не встревожить блюдущего дисциплину капрала, окинул взглядом помещение. Мажор скучал, ему все это, наверное, гувернанты еще в детстве рассказывали. А вот сидящий рядом с ним мой сегодняшний обидчик аж рот приоткрыл в изумлении. Зес явно подремывал на уроке, дед все эти премудрости на своем горбу, мыкаясь по лесам, уже выстрадал.
Еще скучали я и Лика.Подтянула свои педагогические скилы баронесса, поддерживать интерес аудитории к неинтересному самому лектору предмету - это из высшего пилотажа.
Блондинка как раз демонстрировала опыт по бросанию в прозрачную наполовину заполненную водой посудину кусочков всего, что попало. А азартные сокурсники наперебой пытались предсказать, выплывет ли очередной образец. Лика пробежалась быстрым взглядом по аудитории, чуть задержалась на мне и хитренько улыбнулась самым краешком рта. Движение губ на скуластом породистом лице смотрелось завораживающе, но я постарался скрыть реакцию. Улыбайся-улыбайся, коварная. Видел же, как тебя какой-то хлыщ вчера под ручку до местного офицерского собрания провожал. Я еще поломаюсь теперь перед сливом очередной порции лингвистических откровений.
Можно пока вернуться к сегодняшнему утру. Осталось у меня чувство незавершенности по итогу сеанса саморефлексии. В чем же я еще мог накосячить?
Вот я проигрываю в подборе соперника, вот сливаю в технике, вот не вытягиваю на волевых. Да, а ведь есть еще прокол. Сценарий боя я ведь не смог построить. Чувствовал, что ударные связки Пегий выполняет техничнее и опаснее, но до последнего момента неторопливо перебирал запасные варианты. Был уверен, что вот-вот разверну рисунок спарринга в нужную сторону. Это откуда у меня такое?
Про самоуверенность я уже ставил себе заметочку, не будем повторяться, косяк в другом. Кар в этом бою знал обо мне слишком много. Мы ведь в прошлом месяце уже встречались с ним в спарринге. Полэксом, правда, тогда махали, но не суть. С двуручным топором Пегий тоже обращается лучше меня, но тогда к Айболиту унесли именно его.
Легко уходя от размашистых ударов соперника, я тогда смог втянуть его в неторопливый разговор.Ну как разговор? Скорее Пегий односложно крякал в редких разрывах моего монолога. Но для установления раппорта этого оказалось достаточно. Цыганки своих жертв так же обрабатывают. Даже не важен смысл, главное сенсорный перегруз устроить. Постоянные взмахи ярких цветных платков, раскачивание огромных сережек в ушах, пристальный взгляд в глаза, - и вот предельно нагружен визуальный канал. Звон браслетов, внезапные хлопки и напевные требовательные вопросы с постоянным переключением громкости и интонаций, - и вот голова уже кипит от напряжения, не до конца справляясь с обработкой данных второго по значимости канала поступления информации. Кое-что мозг начинает игнорировать, откладывая обработку на несколько секунд. Если жертва позволяет еще и тактильную сенсорику нагрузить гаданием по ладошке или похлопыванием по предплечью, то адекватной реакции от home sapiens ждать уже не приходится, не предназначены они, сапиенсы, для функционирования в такой информационной среде. И это еще без подключения дополнительных вытесняющих импульсов. Сексуальные полунамеки для одних, угрожающий блеск разгневанных глаз и шипящие угрозы для других, пляшущий в хороводе медведь - для третьих. Количество дополнительных способов выбить жертву из колеи поистине бесконечно.
В лучшем случае человек закуклится или станет разрывать информационные каналы. В худшем, начнет пропускать шепчущие на ухо слова мимо критического восприятия. Выворачивать кошелек, и потом удивляться, как оно так получилось. Не запоминаются при таком перегрузе, - дай денюшку, погадаю, - напрямую в моторику пролетают.
У меня цветных платков, понятное дело, не было. Но Пегий и так за каждым движением пристально следил. Доверительных отношений с реципиентом не наблюдалось, это огромный минус, но зато имелась замотивированная возможность ритмично постукивать по его полэксу, обозначая прощупывающие касания оружием. Дыхание я тогда синхронизировал с Пегим достаточно легко, сначала подстроился, а потом и повел. И еще одна хитрость, которой меня научили еще в том мире, широкое лезвие отлично подходило для запуска солнечных зайчика. Со стороны и не скажешь, что регулярно пробегающий по глазам соперника блик не случаен.
Самой малости для полноценного раппорта не хватало, к счастью Пегий откликнулся на мой монолог. На занятиях нам говорили, что примерно три уровня вложенности разговора home sapiens в состоянии удержать, местные в этом плане оказались на нас похожи. Странно, объем знаний у них тут крошечный. Скорость усвоения знаний, наоборот, запредельная. А вот комфортное число удерживаемых одновременно в голове абстракций совпадает. Не знаю, чем это объясняется, но повел себя Пегий ожидаемо, прямо как по методичке.
Зацепил я его вниманием спичем про грязную, как у свиньи, форму. После очередного размашистого удара и безуспешной попытки достать меня ногой Кар огрызнулся. Что и требовалось. Я продолжил нести какую-то ахинею, запуская бесконечные истории внутри историй.
Что-то типа, - ты Пегий думаешь, что это просто броня у тебя грязная. Нет, братец, это ведь неспроста. Мы ведь все примерно одинаково занимаемся, а самый грязный, жирный и липкий ты у нас тут получаешься. Мне тут Гоуди рассказывал недавно, что твои портянки даже прачки брать отказываются. Прямо так и сказал, мол, Пегий с Пиром бойцы неплохие, можно будет на них в бою положиться. Ребята опытные и видно, что еще до Академии успели подготовиться. У всех уже глаза слипаются, а Кар держится. Все устали и прямо на песок валятся, а он ничего, машет топором как заведенный. Гоуди говорит, что еще его наставник учил к таким повнимательнее присматриваться. Типа гонял нашего Весельчака под палящим солнцем до седьмого пота, заставлял удар за ударом правильно и неторопливо нарабатывать и приговаривал, - форма, может у таких и грязная, но это от старательности. Можно таким бойцам верить. Всякий знает, что внимательно слушать можно тех, кто сил своих не жалеет, кто даже, падая от усталости, строй из последних держит. Сильно капрал своего учителя уважал, прямо так мне и говорил. Так что и дальше, Кар, можешь свиньей тут бродить, не держим мы зла на тебя. Даже сержант наш...
Эриксоновская тройная спираль работала на Пегом не очень. Хотя она под мгновенный результат и не приспособлена, чего-то разогнался я. Зато "дурная бесконечность" вложений вроде пробивалась через его блоки осмысления успешно. Оставалось только контролировать скорость смены историй, чтобы Кар не успевал за переключением сюжетов, но чуть-чуть, с подсознательным ощущением легкого запаздывания. Если бы мы расслабленно сидели в удобных креслах, то я бы справился намного быстрее. А так обмен ударами и вынужденные паузы в повествовании затягивали процесс.
Классическая схема 5-4-3-2-1 в историях работала, подходила рекомендованная мэтрами динамически изменяемая дозировка смешения очевидных приятных фактов с закладываемыми установками. Чуть помучился со способами акцентирования слов, чтобы они мимо сознания прямо нужным подтекстом реципиенту закладывались. На занятиях нам рекомендовали чуть голову поворачивать, чтобы интонация ключа на общем фоне едва заметно выделялась. Но лишний раз дергать головой, когда в смертельно опасной близости летает многокилограммовое железо удачной идеей не выглядело, так что я ограничился постукиванием указательного пальца по древку собственного полэкса.
Сначала Пегий постоянно выпадал при перепадах уровней историй. Но постепенно контроль дыхания, ритмика звона полэксов и бликующих зайчиков стали погружать его в транс. Связки становились все проще и однотипнее. Переключение уровней сюжета перестало вызывать эмоциональные всплески, и отстукиваемые ключи закладывались в его сознание без отторжения. Никогда бы не поверил, что подумаю об этом, но спасибо местному языку. Бедный словарь, необходимость прямо на лету перебирать подходящие падежи и склонения - все это отвратительно подходило для изложения мыслей в письменном виде. И хоть, благодаря занятиям с Темной, я даже думать теперь на местном наречии мог, но собственные размышления предпочитал на более логичном русском фиксировать именно из соображений простоты расшифровки. А не для сокрытия планов, как думали подозрительные желтоглазики. Сейчас же вот эта неоднозначность формулировок играла мне на руку. Чтобы превратить Тю ласим доо из дословного "мир, не-одинаковость, давность" в полноценную мысль "Когда-то мир был другим" требуется дополнительная мозговая активность, на которую противника уже не хватало.
Ведущий тренировку сержант тогда что-то заподозрил, я краем глаза заметил его повышенное внимание к зациклившемуся на базовой связке Пегому. Хорошо еще, догадался банально подрубить тому ногу и отправить к Айболиту, не стал реализовывать зарождающийся забавный план. И без дополнительных унижений Пегий для себя что-то из того боя вынес. И вот это и есть моя четвертая проблема.
Вскочившие сотоварищи выдернули меня из мира грез. Урок Грамоты, оказывается, закончился. Выходящая из помещения Лика бросила на меня недовольный взгляд, это я какие-то гляделки прозевал, извини красавица, совсем задумался. Лесь выпустил меня из-за нашей импровизированной парты, и повеселевшей толпой мы двинулись на обед. Надо еще перед выходом в палаточный городок додумать последнюю мысль.

Рекрут Вольк, Тропы Надмира
Ночью на Изнанке я опешил от своего нового костюма. Я, конечно, готов был к радикальной смене имиджа, все-таки полностью дозволенное свободное время провел за стенами Академии, пытаясь приблизиться к решению проблемы индустриализации. И с нужными людьми потусовался, и Тафир мне буквально взрыв мозга устроил. Но Тропы посчитали, что больший след во мне все-таки первая часть дня оставила.
Сигмунд, глядя на мой новый прикид, задумчиво почесал затылок. Темная появилась, чтобы, я надеюсь, показать уж долгожданную презентацию великого противостояния. Но, увидев меня, неприлично заржала и умчалась в недостроенную башню. Вернувшись через пару секунд в сопровождении недоумевающего Краста. Бог ремесла прошелся по мне задумчивым взглядом и озадаченно хекнул. Пробубнил что-то вроде, - разбирайтесь тут сами, - и, махнув рукой, предпочел удалиться.
- Олег, ты решил попробовать себя в новом жанре?
- Хм, а что это вообще такое, - я попытался подвигать руками, но длинные, до колена, рукава неприятно сковывали движения.
- Это ты еще лица своего не видел! - сообщила мне жизнерадостная Ушх.
Хм, чувствовал, что на голове чего-то непривычное надето, а еще и с лицом оказывается что-то не так?
Понятливо кивнув, не скрывая ухмылки, Темная протянула свой магический девайс, в это раз работающий банальным зеркалом. Помучившись с мешающими рукавами, я смог ухватить его поудобнее и оценить свой новый стиль.
Хм, забавно. Что-то среднее между пьеро, персонажем деревни дураков и классическим мимом. Желтый берет с помпоном, желтый же балахон с длиннючими рукавами, и разрисованное плаксивой гримасой лицо.
- Грустновато смотрюсь, - я покрутил головой, рассматривая особенности макияжа.
- Ты собрался нам показывать сценку из трагедии? - Ушх все еще противно хихикала, разглядывая мой наряд.
- Слушай, а если я в таком наряде появлюсь в Академии, тебе много энергии перепадет?
- Ну, гораздо меньше, чем если ты кого-то незаметно так вырядишь, - Темная заржала своей немудренной шутке, какая-то она смешливая сегодня.
- Похоже, перестарался с самокопанием и нагнетанием трагичной обстановки. Завтра уже буду в норме, честно-честно. Ну чего, будешь хвастаться?
- Прямо в таком наряде смотреть будешь?
- А есть варианты? - не дожидаясь ответа, я снял с головы дурацкую шапку и засунул ее поглубже в рукав. Карманов нет, а бросать вещи на землю как-то неловко, еще в детстве мама отучила. Сами рукава пришлось слой за слоем натягивать и закатывать до самого плеча. Уф-ф, наконец-то освободил кисти рук, избавился от неприятного ощущения смирительной рубашки.
Ушх задумчиво посмотрела на мои приготовления, еще раз хмыкнула на раскраску лица, но придираться не стала. Пропавшая под ногами земля оставила секундное ощущение тошноты, и я увидел изготовленные к штурму войска Пятерки.
***
Серф для маневрирования среди выстроившихся войск у меня не отобрали. Хоть и не терпелось побыстрее прокрутить запись, первым делом я решил осмотреть внесенные с прошлого, то есть позапрошлого, раза изменения. Желтый балахон развевался в полете, забавный, наверное, из меня получился ангел.
Корректировки в стане защитников крепости были минимальными, чуть перераспределились, реагируя на новую опасность, по стенам. Атакующих переделки коснулись сильнее. Значительно потеснив многочисленные войска Ярра, представленные в основном бронированными паладинами, тряпичными клериками, немногочисленной латной конницей и собранными вокруг командного шатра жрецами, в рядах нападающих появился квадрат легиона зеленых коротышек. Большая их часть занималась охраной подступов к командной палатке, скромно терявшейся на фоне трех громоздких требушетов с дюжиной серьезных гоблинов обслуги возле каждого.
- Хм, гоблины?
- Да, в твоей голове это ближайшее слово. Краст много с этими мастеровитыми малышами возился.
- А кстати, почему эльфы пропали и гномов не используешь?
- Эльфы почти поголовно под сенью Фии находятся, как и некоторые редкие лесные твари, нечего им в этой войне изображать. А гномы и прочие расы разумных нейтральны к богам, обойдемся без них. Все, теперь доволен и можно начинать?!
- Погоди, - не снимая паузы, я облетел крепость и полюбовался проектом Фии. На безопасном от крепости расстоянии копошился десяток белок, здоровых таких, мне по пояс. Белки вскапывали землю и расставляли на небольшом участке какие-то флажки. Действительно, не похоже на участие в штурме.
Я поостерегся выносить на божественный суд еще полдюжины вертевшихся на языке рациональных предложения и просто кивнул.
Потом вспомнил, что пульт же у меня, и ткнул руну рыцаря.
Сцена пришла в неторопливое движение. Эпическая битва началась.
Глава 16. Мыслитель

Рекрут Вольк, Тропы Надмира
Гоблины зашевелились и потащили к катапультам огромные камни. В рядах паладинов прозвучали зычные команды, и бронированные легионы пришли в движение. Я ожидал, что многочисленные квадраты велитов Элента выйдут вперед под защитой каких-нибудь ростовых щитов, но они продолжали топтаться на месте, проверяя свою амуницию и явно не горя желанием ввязываться в стрелковую дуэль. Зато стадо мамонтов вдруг рвануло к стене. Я поставил паузу и вопросительно взглянул на Ушх.
- Ну и правда вот так нелепо тысячи лет назад начиналась, Ушх развела руками, - дальше будет логичнее.
Я вернулся к театру действий и снял паузу. Мамонты достаточно быстро добежали до стен и уже во всю огребали от защитников. Тяжелобронированные паладины Ярра, прикрывшись огромными щитами, неторопливо двигались к стенам, волоча гигантские лестницы. Велиты все еще топтались, не вступая в битву, а гоблинские расчеты катапульт возились возле своих механизмов. Решил чуть взвинтить темп, зря что ли руну ускоренной перемотки выпрашивал? Сцена замелькала перед глазами, и я поспешно переключился обратно. Велиты Элента, наконец, неторопливо двинулись в сторону замка. Требушеты готовились ко второму залпу, причем, судя по отметинам на замке, пара попаданий прилетели в стену прямо без пристрелки с первого же залпа. Паладины по лестницам пытались взбираться по стенам, но защитники успешно сшибали их баграми и зелеными шарами. А самых шустрых и широкими взмахами двуручных мечей. Конница Ярра топталась недалеко от ворот, явно ожидая, что паладины смогут захватить привратные башни и расчистить путь. Стихийные элементали (все-таки и их Ушх вписать умудрилась) и драконы Реи были уже возле стен, я поставил паузу и полетел посмотреть на них поближе.
Вблизи элементали смотрелись эпично. На правом фланге атакующих огненное энергетическое существо застыло в фокусе двух ледяных лучей. Посмотрел на темных защитников. Бесшлемные тщательно прорисованные лица двух магов в темных балахонах, явно именные помощники Ушх.
Не снимая паузы, подлетел к переставшей веселиться Темной и объяснил ей концепцию всплывающих подсказок. Вернулся к ледяным магам, почитал. Не, не братья, даже из разных эпох попали в ее свиту, правда похожими путями.
Переместился к центральной стене, посмотреть на драконов. Из пяти рептилий относительно целой оставалась одна. Удирая обратно к лагерю с перебитым крылом. Еще три валялись на подлете к темному монаху. Изъеденные характерными зелеными пятнами многометровые монстры заставили с интересом присмотреться к защитнику крепости. Одетый в легкий кольчужный халат он застыл на паузе, опустив свой светящийся зеленым посох на голову пятому и последнему из драконов. Оценил смятый череп гигантской рептилии, пожалуй, удирающий дракон поступал абсолютно правильно. Чуть отмотал назад и неторопливо посмотрел сцену гибели воздушного флота светлых. Проклятый монах, Хаим огнеборец, как подсказала мне всплывающая подсказка, перехватил драконов в самом начале битвы. Расстрелял своим выпускающим зеленые сосульки посохом, изящным скользящим движениям увернулся от пасти единственного прорвавшегося и, завершил плавный финт, опустив тяжелый посох на вроде бы толстый череп ящера, проломив его как картонный. Сурово. Такой удар нам в Академии ставили, но вот как подобную пластику движений наработать?
Я поцокал языком и полетел на левый фланг атакующих. Тут на помощь изрядно прореженному стаду мамонтов спешил гигантский земляной элементаль. Я отпустил паузу и просмотрел ожидаемую сцену проламывания стены. Запомнившийся мне тщательно прорисованный темный рыцарь использовал двуручный меч не только в ближнем бою, а еще и пуская им смертоносные черные молнии. На подходах к крепости от этого странного оружия полегло несколько паладинов, почему-то затесавшихся среди бестолково носящихся мамонтов. Мамонтам от черных молний прилетело тоже изрядно, их туши обильно усеивали подступы к стене. Приближающегося гигантского голема рыцарь встретил своевременным прыжком. Стихийный монстр чуть возвышался над стенами. Я бы так не смог, а вот защитник крепости, несмотря на латы, преодолел одним затяжным прыжком несколько метров и оказался на покатой голове голема. Тот участок стены, где еще секунду назад находился рыцарь, взорвался фонтаном камня. Голем даже не бил, он просто опустил свои руки в этом месте. Но недостаточно быстро.
Темный действовал изящнее, в несколько росчерков огромного меча каменная голова конструкта превратилась в рыхлое крошево. Легко рассекающие камень быстрые движения лезвия оказались не фатальными, но очень болезненными. Каменная тварь утробно взвыла, огромные ручищи голема ринулись к собственной голове. Рыцарь слишком поздно понял, что прыгать с сыпучей гранитной крошки не то же самое, что с гладкой ровной стены, его движение запоздало. Огромные каменные ручищи выбили из собственного тела, погрузившись практически по грудь, неожиданно хлесткий фонтан каменного крошева, перемешанного с обломками темных лат и кровавого месива. Нелепо обезглавивший себя монстр постоял, качаясь, несколько секунд. И молча рухнул, погребая часть стены и нескольких зазевавшихся мамонтов.
- Красиво ушел.
- Да, - Ушх поняла, о ком я говорил, - Рея до сих пор в бешенстве, ее полный стихийный аватар до этого считался практически неуязвимым.
Пролом в стене получился широким, но неудобным. Хаотичное нагромождение камней позволяло мамонтам пробираться в крепость, но не плотным клином, а редким ручейком. То и дело звонко трубящим, когда очередное животное неосторожно ломало себе ноги. Я заглянул в разлом, проникающих в крепость мамонтов начали встречать оттягиваемые к месту прорыва жидкие ряды легкобронированных копейщиков, Ушх бросила сюда что-то из своих резервов. Сначала питомцы Кома уверенно теснили защитников, но несколько магов со стен переключили огонь мертвенно зеленых шаров на прорывающихся животных. Копейщики при огневой поддержке смогли уплотнить строй, проникающие в крепость мамонты образовали толкучку возле прохода. Оставшиеся снаружи потеряли возможность проникать в крепость, но не стали бестолково топтаться, деловито занялись расчисткой пролома. Гибкие хоботы обхватывали тяжелые камни, и пятящиеся животные оттаскивали их подальше от стен. Ситуация здесь стабилизировалась, но время играло против темных. Скорее рано, чем поздно мамонты расчистят пролом, а разогнавшееся стадо хлипкому строю ополчения не удержать.
Я полетел со своим чудо-пультом к главным воротам, посмотреть, как продвигаются дела у бога войны. Ворота еще держались. Ставка Ярра все так же гарцевала вне досягаемости выстрелов защитников привратных башен, ожидая, когда же многочисленные штурмовые группы вскроют главный вход. Толпа клериков в тылу штурмовиков непрерывно кастовала что-то полезное и лечащее на монотонно лезущие по лестницам войска.
Еще несколько бронированных легионов Ярра замерли в готовности недалеко от участка стены, к которому пристрелялись требушеты. Осадные орудия Краста синхронно и с завидной регулярностью отправляли тяжеленные камни в непродолжительный полет. Обстреливаемый участок стены покрылся трещинами, вопрос прорыва на этом участке был делом времени.
Хреново обстоят дела у обороняющихся, по всем фронтам их давят. И это при том, что Элент очень осторожно своих юнитов расходует. Хитрит чего-то.
Монотонный ход разворачивающегося штурма нарушила непонятная активность в районе главных ворот. Я переместился туда и увидел самоубийственный прорыв небольшой группы темных рыцарей. Опустившаяся за их спиной решетка отрезала отряд от крепости, возвращаться они не собирались.
Появление темных смертников оказалось для светлых неожиданным. Ни охраны ворот, ни достаточного тылового прикрытия они не поставили, и теперь темный вихрь несся через ряды, падающих как колосья пшеницы под лезвием секатора, ряды клериков. Темный бронированный кулак прорезал себе путь через практически беззащитную толпу, почти не снижая скорости. И сделав широкий разворот прямо через рассыпающееся войско противника, нацелился на свиту Ярра. Ставка светлого бога в несколько раз превышала своей численностью прорывающихся темных. Но бестолково гибнущие и в панике разбегающиеся клерики заставили светлых занервничать. Часть светлой гвардии спешилась и выстроилась тройной стеной упертых в землю длинных копий. А находившиеся при полководце жрецы торопливо образовали живое кольцо и начали какой-то ритуал. Поредевший, но предельно целеустремленный отряд черных рыцарей вырвался, наконец, на оперативный простор. Поле боя за их спиной было усеяно телами не успевших уйти из-под удара клериков. На перепаханной копытами земле попадались и туши темных как ночь коней, и редкие изломанные фигуры в черной броне. Но эти пятна терялись на фоне многих сотен затоптанных и порубленных фигур в белом. Вся эта втоптанная в грязь и забрызганная кровью каша из животных, железа, и обрывков балахонов, отмечала путь группы прорыва. Я посмотрел на стены. Темные сбрасывали со стен оставленные без поддержки штурмовые группы паладинов, которые почти успели закрепиться на стенах, но теперь быстро теряли свои позиции.
Прорыв уже явно пошел в актив обороняющимся. Но, глядя на темных рыцарей, закрадывалась мысль, что они решили выжать из этой операции еще что-нибудь. Оставшаяся дюжина темных мчалась на спешенные передние ряды ставки светлых. Не понятно, решили они просто разменять свои жизни подороже или и правда рассчитывали добраться до генералитета, но выглядело это впечатляюще. В ставке Ярра тоже прониклись. Круг жрецов спешно закончил обряд, вертикально вверх взмыл слепящий двухметровый шар. Переливаясь энергией, это миниатюрное солнце спикировало навстречу несущимся темным. Причем, медленно набирающий скорость шар летел прямо через ряды светлых рыцарей, им он вреда абсолютно не причинял.
Участь группы прорыва была предрешена, но они умудрились еще раз удивить. И так вроде бы летящие кони вдруг получили двойное ускорение, и, не дожидаясь, пока полыхающий белым шар выберется из рядов светлых, влетели в свой последний бой. Интересную магию использовали черные рыцари для своего последнего рывка, скорость получилась как у разогнавшегося грузовика. И эффект вышел похожий. Выставленные с обеих сторон копья в таких условиях особого значения не имели. Бронированная темная конница погибла при первом же касании, но пролетела сквозь ряды светлых как через молодой подлесок. То есть остановиться-то остановилась, но не сразу. Несколько рядов элитного светлого рыцарства превратились в кашу. Местами в прямом смысле.
Теперь уже бесполезный шар слепящей магии пролетел, продолжая набирать скорость, над этим побоищем. Проследил его траекторию. Ага, последний из черных рыцарей под прикрытием своих героически павших товарищей свернул под резким углом и двигался по направлению к инженерному полку осаждающих. Гоблины возле катапульт построились плотным строем. Судя по вкопанным в землю рогатинам, отразить внезапный наскок конницы они были готовы гораздо лучше, чем протупившие воины Ярра. Но последний черный рыцарь и не собирался вступать в честный бой. Уходя от набирающего скорость слепящего шара, он проделал половину пути до воинства Краста. А затем, прямо на ходу, не снижая бешеного темпа скачки, вдруг развоплотился.
Я, хоть и давно уже понял, что вижу адаптированную визуализацию истории о низвержении Краста, крякнул от неожиданности. Рыцарь именно что развоплотился, не стал невидимым или ушел в стэлс, а растаял как кусок сахара в кипятке. Белый шар пролетел над местом самоуничтожения последнего из темных, не снижая скорости. И уже через пару секунд самонаводящееся оружие жрецов Ярра добралось до выстроенных шеренг гоблинов инженерного полка, направляясь к высокой палатке. В отличие от паладинов, гоблины, через которых пролетел шар, не имели неуязвимости к магии света. Даже чуть задетые коротышки становились черными как уголь, а потом разлетались трухой, как прогоревшая газета под порывом ветра. Гоблины не успели еще вдариться в панику, как шар, заложив напоследок плавный вираж, врезался в ставку Краста. Я ожидал яркой вспышки и поднимающегося гриба. Но нет, шар вспыхнул беззвучно и не очень ярко. Гоблинам хватило. Теперь уже все: и выстроенные рядами воины, и суетившаяся возле требушетов обслуга, замерли черными молчаливыми фигурами. На миг картина замерла, но уже через секунду послышался жутковатый шелест сотен рассыпающихся тел. Платка исчезла вместе с пылающим шаром, от лагеря Краста остались только почерневшие остовы осадной техники.
Я поставил паузу-рыцаря и облетел крепость. На потерю инженерного полка остальные обращали не слишком много внимания. Ярр уже перегруппировал свое воинство. Сброшенные со стен штурмовые группы паладинов выстраивались перед стенами с новыми лестницами. Позади клерики готовились поддерживать их магией. Перед закрытой решеткой главных ворот крепости несколько квадратов бронированной пехоты караулили возможный повторный прорыв, повторять ошибки светлые не собирались. Чуть поодаль, на треснувшей, но так и не разваленной требушетами стене появились маги темных. После ликвидации осадной техники они явно почувствовали себя гораздо свободнее, и теперь светлые несли приличные потери еще на подступах к стенам. На одном фланге продолжалась вялая дуэль огненного элементаля с ледяными магами. Время от времени кто-то подворачивался под это противостояние, но в целом, здесь ситуация была стабильной. На другом фланге мамонты практически разобрали пролом и теперь выстраивались плотными шеренгами, готовясь к массированному прорыву. За рядами темных копейщиков появились странные конструкции, похожие на деревянные рычажные качели. Только вместо детей там качались горшки с раскаленными до красна углями, приготовила Ушх какие-то сюрпризы для шерстяных хоботастых питомцев Кома.
Я не поленился, слетал и полюбовался проектом Фии. Белок стало гораздо больше. Они выкопали небольшой симпатичный пруд и теперь водили хоровод вокруг трехметрового дерева. Было у меня ощущение, что это не с проста, надо будет присмотреть за этими юными натуралистами.
Вернулся к главным воротам и нажал кнопку ускоренной перемотки, приготовившись нажать паузу, когда случится что-нибудь интересное. Но дальше штурм проходил без неожиданностей, мамонты ожидаемо получили огнем по своим мохнатым спинам, светлые паладины также ожидаемо прорвались-таки по стенам к надвратным башням и подняли решетки. Постепенно бой переместился внутрь крепости. Пока еще проникающие в ворота ряды светлой бронированной пехоты упирались в шеренги черных копий, но постепенно паладины отодвигали защитников от ворот. Внутреннего донжона в крепости не было, поэтому участь защитников была практически предрешена. Но они продолжали сражаться с отчаянным упорством. С трех стен во двор замка летели дротики и магические шары, прореживая шеренги ворвавшихся. Бегающие на ускоренной перемотке фигуры вдруг замерли, запись закончилась. За моим плечом материализовалась Ушх. Она невесело рассматривала замершую картину.
- И сколько еще осталось? - задал я, наверное, самый важный для нее вопрос
- Лет двести, - обычно звонкий голос Ушх в этот раз прошелестел чуть слышно.
- Двести ваших огрызочных лет. Хм. Но Краста ты ловко прищучила.
- Это да, Темная чуть улыбнулась.
- А чего это он у тебя тут полностью исчез?
- Не полностью, если под сгоревшей палаткой покопаешься, там младенец в прахе копошится, - Ушх посмотрела на мое сомневающееся лицо и невесело усмехнулась, - да, это адекватно иллюстрирует его текущие возможности во всем этом, - Темная указала рукой на гибнущий замок.
- Пойдем, посмотрим на белок, - постарался я чуть отвлечь ее от невеселых мыслей. На самом деле я, конечно, полетел, клевое все-таки ощущение.
Белки оказались отчаянными садоводами и мелиораторами. Выкопанный на ровном месте пруд поражал. Небольшой, но аккуратный. Прям бери и переноси на дачу топ-менеджера газпрома. Дерево на берегу пруда вымахало метров на сто. Причем, на его вытянутых параллельно земле огромных прямых ветках сидели тысячи белок. В легкой броне. Ветви дерева начинались высоко над головой и шли ровными прямыми рядами. Многоярусные шеренги белок выглядели зловеще. Зверьки просто сидели спиной к крепости и смотрели на пруд. В броне и с небольшими кинжалами в маленьких проворных лапах.
Ушх рассматривала белок вместе со мной и все больше хмурилась, закусив губу.
- Ну, давай, калибруй свою модель.
Темная вздохнула и, слегка прикрыв глаза, сверяясь с реальным положением вещей, стала подправлять сцену. Дерево вместе с прудом уползло ближе к крепостной стене, потом вымахало еще в полтора раза. Белки потеряли свои кинжалы, но отрастили длинные стальные когти. Они все также сидели рядами на дальних от стены ветках, зато на ближних появились длинные ряды закрепленных веревок. Другие концы веревок прятались в пушистых ладошках. Хитрая конструкция стальных когтей позволяла питомцам Фии хватать предметы, чем они сейчас и пользовались.
Я прикинул длину тарзанок и расстояние до стены.
- Не допрыгнут ведь, - я вопросительно посмотрел на Ушх.
- А ты на их броню посмотри, - Темная продолжала хмуриться, прикидывала изменившийся расклад сил.
Внимательно рассмотрел кожаные костюмчики, в которые были облачены зверушки. Защитные свойства у брони были минимальны, но зато она была очень легкой, а матерчатая перепонка на всю длину рукава формировала некое подобие паруса. Понятно. Белки-то, оказывается, летяги. Даже нижние ветви высоченного дерева прилично возвышались над стенами. Зверушки собирались пролететь сотню метров на гигантской тарзанке, а потом планировать до стен крепости. Я окинул взглядом тысячи юрких диверсантов со стальными когтями, похоже, у защитников крепости проблемы.
- Ну вот, а ты не хотела возиться.
- Да, я была не права, - чуть не поперхнулся, настолько нетипичной была реакция обычно язвительной богини. Все-таки пробрало ее до печенок.
- Вот ведь дрянь! Перемирие заключить предложила! Я в ваши глупости, мол, лезть не собираюсь, все силы направлю на попытку адаптации низших сущностей к конвертации материи серых чертогов.
- А чего они на пруд пялятся? - решил чуть отвлечь Ушх, мрачно рассматривающую творение Фии.
- Глаза мне отводят. Вроде бы и далеко, и своим делом заняты. Если бы не это твое моделирование, то заметила бы, только когда они... в этой картинке на головы посыпались бы.
Темная была заметно раздражена, и я не решился язвить по поводу того, где бы она была бы без меня такого полезного.
- И насколько все стало хуже? - спросил, поочередно кивая головой на побоище у ворот, пролома в стене и гигантское дерево.
- Я рассчитывала еще лет на двести. Если бы не заметили вот этих, Ушх неприязненно мотнула головой в сторону дерева, то за десяток лет развоплотили бы. Ну а теперь соберусь с силами, и лет тридцать еще побарахтаемся.
Эй-эй, тридцать местных лет - это восемь привычных мне, я так не согласен. Хотел было возмутиться, но вовремя прикинул, что для мультитысячелетней богини этот срок и вовсе пыль. Буквально моргнуть осталось, и все, развоплощение и окончательная смерть. На сердце накатила глухая жалость к этой бодрящейся вроде бы всемогущей, но уже почти обреченной сущности.
Темная щелкнула пальцами, и песочница с замком растаяла. Все понятно, сейчас будем пересказывать новости желтоглазкам.

Но вместо вдумчивого анализа Ушх медленно задрала лицо к отсутствующему небу и подняла вверх руки. Атмосфера ощутимо напряглась, я увидел встревоженно приближающегося Сигмунда. Темная набрала воздуха, и я понял, что сейчас произойдет что-то непоправимое.
- А знаешь, чем мужчины от женщин отличаются?
Взгляд Темной уперся в меня, и в нем появилось недоумение.
- Чего?
- Я говорю, что мужчины, когда отомстить хотят, они ничего не делают, но рассказывают, что изменяли. А женщины, наоборот, изменяют с лучшим другом, но ничего не рассказывают.
Ушх поняла, что, стоя с поднятыми руками, выглядит странно и, пряча неловкость, скрестила их на груди.
- Это к чему?
- Вот ты сейчас чего делать собиралась?
Темная едва заметно, даже я с трудом распознал, смутилась, но отнекиваться не стала, - я собиралась послать Крик этой стерве.
- Хм, а зачем?
- Чтобы она знала, что я собираюсь раздавить эту лживую тварь, - с каждым словом тон Ушх становился все менее уверенным, но я решил дожать вопрос до точки.
- И как она отреагирует?
- Ну, сначала она испугается до трясучки!
- Скорее подосадует о преждевременном обострении. А потом?
- Да поняла я уже, поняла, - Ушх и правда выглядела смущенной своей несдержанностью, - не будет никакого Крика, пусть думает, что я ничего не знаю.
- Ну вот и умочка, одновременно выдохнул не только я, но и подошедший рептилоид. Тот не совсем понимал подоплеки происходящего, но отлично ощущал напряжение ситуации.
- Олег, ты такой умный. Такой рассудительный. Хорошо, что хоть кто-то из нас не ведет себя как глупый мужчина.
Не понял. Это в кого меня сейчас записали? Ну да, не люблю я брутальных решений. Но как-то обидно получилось.
- А как движется то дело, о котором мы вчера договаривались? - удивила меня Темная сменой темы.
Все время забываю, что она не обычный человек. Вот в таких мелочах разница наших уровней личности и проявляется. Простой трудяга с трудом удерживает в голове больше одной проблемы, именно такие чаще всего возмущаются, - как можно на космос тратиться, когда еще не везде газ проведен? Как можно стадион строить, когда еще не всем пенсию подняли? Управленец среднего звена уже получше задачки держит, в одну минуту может проблему миллионных убытков с подрядчиком решать, а в другую на обсуждение несвоевременного отпуска сотрудника переключиться. Без истерик, мол, - не до твоего отпуска сейчас, тут судьба проекта на волоске висит! Чем выше уровень принятия решений, тем больше разброс в масштабности одновременно решаемых задач, никуда от этого не деться. И вот Ушх в этом плане вообще в космосе. Выяснилось, что ей буквально мгновение существовать осталось, а она уже такими мелочами интересуется, я же помню какое микроскопическое место Краст занимает в масштабах противостояния. Но все равно дожимает вопрос.
- Ну, есть некоторые наработки.
- То есть ты сегодня не только публику развлекал? - вот сдался ей этот дурацкий костюмчик.
- В палаточном городке, оказывается, много интересного у вас есть. И люди там очень любопытные попадаются. Заодно посоветоваться с тобой хочу. Только сначала вопросы!
Ушх закрыла глаза и досчитала до десяти, - хорошо, пара вопросов. Только без глупостей, самые-самые важные для твоего выживания.
- Ура! Во-первых, почему у лошадок местных волосы в ушах разного цвета? Я у Хасиля спрашивал, а он не знает.
В этот раз Темная досчитала до двадцати. Когда она открыла глаза, в них было вселенское спокойствие - я не знаю, Олег, почему у лошадок такое безобразие в ушах. Давай второй вопрос.
- А почему у вас тут странный дождливый сезон, а в остальное время почти всегда безоблачно?
В этот раз Ушх зацепило сильнее. Не говоря ни слова, она создала для себя трон. Не спеша, обстоятельно уселась и поболтала ножками. Высокий подлокотник позволил ей удобно расположить руку в положении фэйспалма. Тонкие пальцы теребили переносицу, и я уже подумал, что не дождусь ответа, когда Темная заговорила непривычно тихим голосом.
- Олег, ты знаешь, кто такая Фия?
- Хм, достойная развоплощения лживая стерва?
- Это да. Но еще она покровительница знаний и науки. Фия получает дополнительную силу от познания мира, от абстрактного измышления и практического изобретательства. То моделирование, которое ты показал. Она была бы в восторге. Нет, ты пойми правильно, я тоже благодарна, ты сильно помог нам. Но для меня это просто инструмент, а вот для Фии - образ существования. Иногда мне кажется, что тебе лучше было бы, попади ты в ее компанию. Но случилось так, как случилось.
Темная внимательно посмотрела в глаза, но такими проверками на лояльность меня не проймешь. Несмотря на некоторые душевные терзания, взгляд я выдержал без труда.
- Я - другая. Мне больше импонируют бессистемный творческий поиск и внезапные озарения. Я не собираюсь мешать изучению людьми закономерностей мира. Но и помогать в этом не собираюсь. И уж тем более я не собираюсь, как некоторые, надиктовывать своим последователям трактаты о природе вещей. Олег, давай договоримся. Я сейчас отвечу на твой вопрос, но впредь изучением законов природы ты будешь заниматься самостоятельно. И да, никакого отношения к сегодняшними печальным новостям это не имеет. Я сейчас говорю взвешенно и осмысленно.
Немного пришибленный такой отповедью я не решился возражать и просто кивнул даже не заметившей этого Темной.
- Почему большую часть года у нас так много солнца? Мало кто сможет ответить тебе на этот вопрос. Даже мы, боги, обрели силу после уже заката Золотого Века, когда основные события отгремели. Мир тогда лихорадило и штормило. Целые народы погибали под гигантскими сметающими все на своем пути волнами и в огне просыпающихся вулканов. Большинство этих катаклизмов устроили сами люди, самые могущественные из них. Война на уничтожение убирает все ограничения. Никто не думает о сохранности мира для потомков, уходя последним в своем роду и клане.
Императорский род, а он на момент окончания Золотого Века был самым многочисленным и сильным, специализировался на погодной магии. Слабейшие из магов рода занимались обеспечением плодородия и повышением благоденствия. Сильнейшие - уничтожали врагов искусственными штормами и наведенными молниями из мгновенно возникающих бурь. Кто из их противников запустил в атмосферу мира этот реагент неизвестно. Я даже не знаю, сделали это в ходе какого-то сражения, или просто в отместку за уничтожение. Но выпущенное вещество оказалось на редкость устойчивым. Давно не осталось никого из противников того противостояния, а последствия видно до сих пор. Сотни тысяч раз частицы реагента связывали влагу и оказывался на земле. А потом, под лучами солнца снова испарялись и поднимались в небо в поисках новой добычи. Тот человек, от которого я узнала эту историю, был уверен, что климат нашей ойкумены изменился как раз из-за этого. Стало жарче, до нас добиралось больше солнечных лучей, и начали таять ледники. Ученые Золотого Века считали, что поднявшиеся океаны дадут больше облаков, и это вызовет похолодание. Но облаков не добавилось, так что мир необратимо изменился.
- Но сезон дождей все-таки по Академии прошелся.
- При определенных условиях цепная реакция конденсации, хороший у тебя все-таки язык, заставляет природу сходить с ума, тогда дожди идут непрерывным потоком. Пока фронт не смещается в следующие земли. Тот человек, про которого я тебя говорила, он как раз изучал вот эти условия конденсации. Жаль, что после смерти он ушел в чертоги этой лживой твари.
Я притих, переваривая информацию. Практической значимости она не несла, но пугающие страницы гибели прошлого мира как-то внушали.
- Олег, твое время на сегодня почти истекло, ты что-то хотел уточнить по второму, - Ушх бросила быстрый взгляд в сторону вернувшегося к своим делам Сигмунда, - делу.

Рекрут Вольк, Лойская Пехотная Академия
Да, за обед сегодня днем я еще раз перебрал результаты саморефлексии, в голове оно уложилось четкими пригодными к реакции пунктиками.
Первое, это морально-волевые качества с преодолениями и превозмоганиями, точнее, дефицит всего названного. Тут я ничего предпринимать не собираюсь. Ничего не могу с собой поделать, как вспомню боль в размозженной кисти, так всю уверенность в этих самых превозмоганиях как корова языком. Лучше уж умом да смекалкой свести врага в могилу, а потом можно на его похоронах про благородство речь толкнуть.
Второе, надо вспомнить, что нахожусь в Лойской Пехотной Академии. Достоинства индивида здесь во многом определяются наличием и уровнем развития навыков смертоубийства. Мобилизуем скрытые резервы, пытаемся адаптировать к своим нуждам возможности Изнанки и пытаемся все-таки повторить прогресс местных вундеркиндов во владении оружием.
Третье, восстанавливаем и активно развиваем сеть социальных коммуникаций.
И, наконец, четвертое, на уроке Грамоты осознал простую вещь. Все последние месяцы я активно сливал информацию о себе окружающим. Один за другим раскрывал свои козыри, теряя преимущество первого удара. И сам, конечно, многое узнал. Но то, как легко Пегий игнорировал мои попытки установить раппорт в утреннем бою показывает, что враги из обмена информацией извлекли пользы больше. Вспомни, Олежка, где ты находишься. Соберись, убери козырных тузов в рукав, в идеале что-то новое о тебе злыдни должны узнавать только перед смертью. Никакие приколы и шутки не стоят отданного шанса лучше подготовиться к противостоянию.
Аппетит мне эти размышления не портили. В последнее время, кстати, есть стал поменьше. Похоже, заканчивается подстройка организма под новые возможности.
Вейко получил свой шанс взахлеб рассказать о невероятном событии нанесения Знака Кома. Рисованные знаки держатся не долго и парнишке скоро снова придется обращаться к Жерому за подновлением картинки седого дядьки самого что ни на есть крестьянского вида. Добрый парнишка полюбовался на мою картинку с задумчивым Крастом и посочувствовал бесперспективности украшения, даже предложил похлопотать перед серорясником о смене пантеона. Такое, в принципе, не практикуется, но и бог-то, мол, у меня придуманный. Представил удивленную морду Краста, узнавшего бы, что он оказывается придуманный. И вежливо отказался.
С Кролом разговор вышел забавный, он за мою шутку злую еще и благодарить пришел. Получилось у него устроить дело с подработкой, про которую мечтал.
Я чуть не подавился, когда он рассказывал, о своих приключениях. До этого путающегося в словах нищего рекрута даже на порог кузни не пускали, а тут все прошло как по нотам.
- Мне двадцать три, и я пришел поговорить с мастером.
- Я родом из Сусловой долины, и хочу поработать молотобойцем.
- Народному боя меня учит Наставник Мия, и я хочу получать полугрош за два часа работы.
И ведь все получилось у парня, теперь будет подрабатывать в городке палаточном у кузнеца. Странноватая, в общем, получилась шутка.
Так что работать над своими косяками я начал, еще даже не покинув территорию Академии. Большинство людей вместо исправлений своих недостатков предпочитает их просто перечислять. Так вот, я не такой.
Капрал попробовал перехватить меня на выходе из Академии. Но я предусмотрительно проскочил через другие ворота. Знаю, какая блондинистая мстительница собирается из меня веревок повить сегодня, обойдется.

Рекрут Вольк, палаточный городок
Не получалось сегодня получать удовольствие от игры в Доску. Во-первых, приходилось часто прыгать с одного места на другое. Сливать партии более сильному сопернику или давать подловить себя на нечестной игре в мои планы не входило. Так что я сбивал с толку намечающуюся коалицию ненавистников, потихоньку пополняя выигрыш. Не то чтобы вот несколько этих вымученных медяшек на что-то влияли. Но в предстоящих разговорах статус сливающего неудачника мне точно не нужен.
Основной же причиной моей меланхолии было осознание еще одного собственного глобального косяка. Мало мне было четырех обозначенных, вот еще и пятый вскрылся. На мысль подтолкнул анализ качества собственной игры в Доску. Простенькие двухходовки я уже осилил, но жутко не хватало возможностей красивой комбинационной игры, уровень интуитивного владения игрой не тот.
С комбинированием, вообще, все не очень просто. Первые попытки заложить в шахматные алгоритмы функционал просчета вариантов вскрыл недооцененную сложность вопроса. Расчет на несколько ходов вперед - это несколько очень разных по своей природе процессов. Самое простое и очевидное - выстраивание в уме длинной цепочки ходов в эндшпиле. Вот с этим машинные алгоритмы справились в первую очередь. Выстраивание такой же цепочки при большом количестве активных фигур - гораздо сложнее, тут надо уметь на лету целые деревья вариантов отбрасывать как бесперспективные. Десятки лет программные решения пытались правильными весовыми характеристиками оценить положение на доске. И вот эти "пять пунктиков за контроль поля, десять пунктиков за большое количество свободных ходов у ферзя..." регулярно сбоили и не дотягивали до интуитивной оценки мастеров. Ну и третий, самый продвинутый вариант просчитывания ходов, когда человек в режиме озарения ощущает, что вот в этой мутной ситуации какие-то уши еще несформулированного плана торчат. Не интересовался, может оно и сейчас еще железякам не доступно.
И вот грустил я про однобокость своей игры, и тут меня как током ударило. Я же и в основной жизни сейчас так же туплю. Нет интуитивного понимания действий аборигенов, постоянно неожиданные реакции проявляются и особенности быта новые всплывают. И я интуитивно скатываюсь к примитивнейшим действиям. Вместо красивых мощных комбинаций, когда противник даже не понимает откуда ему плюха прилетела, использую простейший арсенал непосредственных воздействий. И чем я лучше тех же самих цыганок? Я ведь даже сейчас, при игре в Доску, продолжаю эксплуатировать низший уровень скилов своей профессии. Подстройка дыхания под оппонента, фокусировка его внимания на нужной фигуре. Всплеск активности в не самый подходящий момент. Вот так я пару проигрышных партий и вытащил, умудряясь при средненькой игре наращивать баланс побед.
Осознание собственной ущербности выбило из колеи, даже партию выигрышную проиграл. Хотя это-то как раз было уместно, местная тусовка уже начала коситься подозрительно на странности за моей доской, так что удачно сложилось. Самое отвратительное, что сходу решения проблемы не просматривается. Для изящного манипулирования нужно тонкое понимание подноготной процессов. А понимание такое только с годами приходит. Надеяться исключительно на простейший уровень воздействий - вариант не очень надежный, как показало, например, сегодняшнее утро. Я машинально потер левую щеку. Чего же делать-то?
Из грустных размышлений меня вырвал обратившийся шкет. Дедушка Тафир приглашает к себе в шатер на пару партеек. Сам аксакал сегодня выбраться со своего рабочего места не сможет. Парнишка при этих словах почему-то посмотрел на привычно восседавшего за первой доской владельца артефактной лавки. Мысль о подставе и ловушке я забраковал как несостоятельную. Не настолько я еще отдавил мозоли местной шахматной тусовке, чтобы так заморачиваться. Так что, не торопясь, выиграл последнюю партию, в этот раз абсолютно честно. И позволил смешно семенящему малышу сопроводить меня к престарелому любителю шахмат.