КЕСАРЬ ЗЕМЛИ РУССКОЙ.

  
  Книга четвертая. АТЛИ

  
  Глава первая. ТИУДИМИР

  
   Нас встретил Гореслав, и вид у него был озабоченный. Рассказ его меня удивил, очень сильно удивил. Оказывается, пока мы плавали, или ходили в морской поход, Атли послал своего полководца Онегесия и тот в тяжолых боях разбил войско Озантрикса конунга Полабского, то есть царя лютичей-вильцев и захватил город Ретра. Я понятия не имею где этот город, но по всему выходит, что Ретра - столица вильцев и находится она наверное на святой для бодричей реке Лаба (Эльба).
   После поражения Озантрикса, часть его людей ушла к Воломиру в Хольмград, что стоит на реке Обра, но другая часть присягнула захватчику Онегесию и сейчас ему прекрасно служат, но самые непокорные послали всех на хрен и ушли в дремучие леса, вроде как до сих пор воюют с людьми Онегесия, и теперь блокируют торговлю в верховьях рек Обра (Одер) и Вистула (Висла). Их пытаются ловить, но ничего не получается, постоянные походы отряжаемых Онегесием дружин натыкаются на отчаянное сопротивление лесных людишек и воины вынуждены отступать во свояси. Именно этих лесных людишек соседи теперь называют лютым народцем, то есть лютинами-лютичами.
   Вот так-так, оказывается что теперь народ вильци распался, и в наших землях появились две новые силы на противоречиях между которыми играет Атли. А вот я, я могу получить с этих противоречих какой небудь гешефт? Ну например я знаю, что на бывшей земле вилькинов теперь имеется независимый царь Воломир, который властвует в землях бодричей, есть совет вождей диких лесных лютинов, а есть третья часть народа, что теперь находиться под рукой некоего Онегесия - захватчика Ретры. Кто это такой, и самое главное, почему ему служит часть дружины Озантрикса? А может они не считают его чужаком, может этот Онегесий тоже какой то наш древний родич?
  Как поведут себя новые протогосударственные образования, с кем будут дружить, с кем воевать? Но самое главное для меня это то, что теперь нельзя возить товары с Балтийкого моря в Черное по древним маршрутам по рекам Висла и Обра до истоков реки Днестр. Это значит, что я могу попробовать таскать товары через Западную Двину на Днепр.
   Руянцы думают, что война придет на Обру, ведь жив же еще Воломир брат Озантрикса и грозный нравом Этли не оставит затеи полного покорения древнего народа. Только, что будет делать Атли-Этли в прибрежных лесах Балтийского моря, как он сможет пройти по диким дебрям, что контролируют злобные лютины?
  Вопрос интересный.
  Война идет постоянно, то там, то тут происходят сшибки между пограничными селениями, иногда даже большие дружины выходят на сечу, но вот тотальной войны еще не было. Однако эта война уже витает в воздухе, та самая большая и настоящая война. На рынке в Руяне уже полностью исчезло зерно. Купцы зерно не возят, так как бурги, то есть города стали запасать зерно в амбары на случай осады. Табуны и отары скота отгоняются на север в район реки Вистула, подальше от буйных гуннов и их союзников. На север непрерывным потоком идут переселенцы, тысячи людей вдоль берега Балтийского моря идут от Лабы (Эльбы) на север к реке Вистула (Висла). Огромное множества телег направляется в земли варгов-поморов. Блин вот оно настоящее переселение народов. Часть обезумевших людей бежит на северо-восток, а другая часть старается укрыться в землях бывшей Галлии и бежит на юго-запад. Я вот только с истории не помню, а в той реальной истории неужели войска Атилы дошли аж до Балтики? Да ну бред, нам же рассказывали, что Аттила типа гун-кочевник, а кочевникам нужны степи. Какие тут у Балтики степи? Тут лес такой, что и пеший ноги переломает, а воины Атиллы все таки на конях должны быть, ну как половцы или монголо-татары. Я помню что в будущем даже войска монголо-татар до Новгорода не дошли. Повернули и драпанули с леса в свои степи так, что только пыль поднялась от коенй их копыт. Не любят кочевники лесов, особенно славянских лесов, где водятся лешие и кикиморы болотные.
   А может у меня тут параллельная реальность, и Атила в этом мире типа и не гунн вовсе, а какой не будь протогерманец или даже протославянин, вон прислал он сюда какого то Онегесисия?
   Или историки там всё таки что-то напутали? Вот местные меня настойчиво уверяют, что Этли-Атли это вообще не имя, его так все вожди называют, типа 'атта', то есть отец. А на самом деле он этот атта взял гуннский трон у какого-то местного вождя по имени Руас. Это что же получается, что Атли никакой он не монголо-татарин, и даже не бурято-китаец, а скорее всего человек с какого не будь ругского племени. Ведь не может же бурято-монголо-гунн назваться именем Руас.
   - Вот так вот Чеслав - тихо проговорил Гореслав - я и смог, разве что купить соль да часть припасов, и то по большой цене. Но вот, что я тебе скажу Чеслав, цена на хорошее оружие растет.
   Да, да, вы наверное подумаете, что я типа негодяй и все такое, но я лично подумал именно об этом. Война, она такая сука, как сказал классик: "кому война, а кому - мать родная", и сейчас опираясь на опыт величайших и найдемократических держав будущего моя первая мысль была именно о продаже оружия, причем всем воюющим сторонам.
   - Что скажешь Гореслав - есть ли возможность прийти на торг в главный бург Воломира с нашим железом?
   - Прийти то можно, только вопрос в том сможем ли мы там что продать, а ну как отберут все. Помнишь ли как Радомир мечами на Руяне торговал?
   - Как не помнить, ничего я не забываю, и я им еще припомню о том. Только, что нам с них брать-то за оружие наше, серебро что-ли? Но ведь воинов и мастеровых людей серебром да златом зимой не прокормишь.
   - Серебро, да злато все пойдет к родам, что на Данапре сидят. Там урожаи хорошие выходят, иногда после того как лес пожгут то людишки с каждого зерна сам в десять, а то и в дюжину берут. Некоторые свои поля навозом удобряют, так те сам в четыре, или даже сам в пять зерна получают.
  Согласен, я с Гореславом. Действительно после того как лес пожгут урожай два-три года прет просто небывалый, а потом урожайность падает, но местные нучились козьи и конские кучки собирать и на поля разбрасывать. Так эти поля еще лет пять могут хороший урожай выдавать, но уже через семь лет можно поле бросать, не дает оно зерна, совсем не дает. А тут сам в четыре - это когда с одного пуда посаженного зерна, урожая собирают четыре пуда, или даже пять пудов зерна. Да это страшная для меня цифра, я то знаю, что на лесных полянах у Ильмень озера Цветана с трудом собирает сам в три, то есть прироста никакого, и то этого зерна едва хватает до нового урожая. А наши южные соседи оказывается иногда даже сам в двенадцать получают, ни фига себе, вот это урожайность!
   - Я думаю Чеслав, что нам сейчас нужна только соль, без зерна проживем, а вот без мяса и рыбы зиму не пережить.
   - Да понял я уже все понял, ты вот что Гореслав, оставайся тут, не гоже такому воину в лесу сидеть, корабли у тебя есть, и крепость вот эта твоя - я показал на крепость что в дальнейшем возможно станет Ригой - твоя задача укрепится тут, организовать заготовку рыбы для всего княжества. Я тебе бочки пришлю, соли рыбу и отправляй её в Полоцк по реке, а я тебе буду товаров разных из железа отправлять, пробуй к варгам-поморам сходить там Валамер сын Воломира сидит, да и с самим конунгом Воломиром торговлю наладить нужно. Ты там не стесняйся, если что зазывай к нам людей мастеровых. Если я что-то понимаю в этом мире, то скоро начнется большая война, не оставит атта Этли Воломира, если брата его Озантрикса сгубил, то и Воломира сгубит. Так что война будет, а там где война, там и беженцы. Пусть все обездоленные сразу к нам бегут, всех примем, всем работу найдем.
   - Я думаю скорой войны не будет - тихо сказал Гореслав.
   Я внимательно посмотрел в глаза здоровенного воина, вот тоже мне разведчик-аналитик, блин. Что-то знает, но говорить стесняется.
   - Говори уже, что узнал.
   - Люди сказывают, что Атли назначил своей правой рукой этого самого Онегесия, а тот призвал к себе вождя гепидов Ардария и наказал собирать воев со всех родов окресных, что по лесам прячуться.
   - Так может этих воинов Арадрия на войну с Воломиром собирают - засомневался я.
   - Не-ет - усмехнулся Гореслав, стараясь показать свою важность - люди сказывают, что к Атли приезжали послы ромейские, и много золота привезли. А золото это плата за поход на бургундского рикса Гундехере, а возможно и на самого Теодория гетского. Так вот Атли хочет народец лесной, что лютинами зовется замерить, а Ардарий вроде ы как их родич давиний.
  Хера себе, вот это расклады. Если лютины это протославяне, то есть протополяки, а Ардарий это их какой то родич, то может у нас тут вообще гражданская война идет, и никаких гуннов нет. То есть одни прото, воюют с другими прото, бьют славянушки-братушки друг дружку врагам на потеху, эх жизнь наша - житуха, тысячи лет пройдет, а ничего не измениться.
   - А где же земли этого Гундехере? - спросил я.
   - Так это те, что раньше у проливов жилы, рядом с ютунгами, а когда руги их с земли той согнали, то бургунды ушли через леса дремучие до самого Рейна - Гореслав наклонился ко мне - сказывают, что вождь бургундов Гундахаре разгромил ромеев на границах и взял с них много золота, да так сильно побил. Теперь вот хитрые ромеи наняли Атли против Гундехере, хотят что бы атли бургундов разбил.
   Понятно, выходит Атила послал передовой отряд, что бы разбить вильцев и освободить дорогу до бургунсдского арства, где правит какой то Гундехере. Так, понятно, но ведь Онегесий не добил своего врага до конца. А что если ни Атли ни его полководцы вообще не представляют, что твориться в Прибалтийских лесах? Поэтому Онегесий и не стал по лесам бегать и Воломира искать, а доложил главнокомандующему, что задача выполнена, дорога до подлых бургундов расчищена. Что дальше? А дальше через год. Максимум два по этой дороге на северо-запад проследует карательная армия громить бургундов. Вот только непонятно мне, а сколько собственно может длится такой поход, то есть сколько у меня есть времени? Не дай боги глупый Воломир решит ударить армии Аттилы в спину, вот тогда гунны развернуться и начнется геноцид восточных протославян.
   И вот опять какие то непонятки, ну про гуннов. Я в страшном бреду не могу представить, что в мои леса запрется какой либо конный отряд, так-как кони тут передохнут сразу всем табунов от аллергии на мухоморы, от болотной воды, воняющей мочой. Может там в германско-бургунских лесах местность лучше моей, поэтому Атли и решил пояти на бургундов вдоль Лабы-Эльбы? А может гунны все таки никакого отношения к этим прото монгольским степным варварам не имеют? Почему они так безстаршно шляются по незнакомым диким лесам? Они что получается, обычные местные варвары? А самое страшное, что они прекрасно знают все эти леса, а может там и нет никаких гуннов, а есть воины порабощенных местных племен, которыми руководят гуннские военачальники? Тогда мне вообще лучше не отсвечивать, боюсь что если начнется большой замес, то даже меня с болот выковыряют, соломинку в задницу вставят и надуют как лягушку, так чисто для профилактики.
   Нужно срочно укреплять городки стенами, рыть партизанские схроны в буреломах и готовится к большой войне. Я ведь даже Аттилу и его диких союзников не боюсь, я боюсь, что сейчас хлынут в мои земли беженцы с будущих польских земель и не захотят эти несчастные подчинятся лесному царьку. Ведь было уже такое в сказке про терем теремок. Помню, помню, токда мышка-норушка, лягушка-квакушка и даже петушок-гребешок приютили несчастного мишку-потапыча, а тот взял да и развалил нахрен терем-теремок. Не хочу я быть мышкой-норушкой со сломанным теремком. Ведь эти несчастные беженци могут прийти с оружием и откажутся подчиняться болотному царьку. А зачем им мне подчиняться, если у них сил бобольше, чем я могу собрать со все земли. Эти 'несчастные беженци' могут попытаться у меня городки лесные отнять, вместе с железом, кораблями, мехами и другими плюшками.
   - Вот смотри Гореслав - я развернул карту - по такому маршруту в земли эстов за солнечным камнем и горящей рудой для солеварен приходили готландцы.
   Я потыкал в карту ножом.
   - Теперь им сюда ходу нет, вот здесь их будет перехватывать Радомир. Но кроме жадных готландцев имеются еще и поморы с бодричами. Так, что соседушки наши могут попытаться без моего разрешения народы поморские обдирать и в наших водах камень солнечный добывать. Тут уже ты должен им силу показать, всех кто без дозволения на полночь пойдет, всех ловить и в полон брать. Никто Гореслав, слышишь никто без твоего разрешения не должен проходить на север в земли эстов, чуди и саамов. Всех останавливай тут, и пусть свои товары у нас продают, а наши товары себе на корабли грузят. Прямую торговлю с северными родами я запрещаю. Я ставляю тебя воеводой над крепостью в устье реки Янтарной (Западная Двина), ты будешь моим наместником над всеми этими землями. Железо и оружие получишь из Полоцка, корабли с Приморского. Всё принимай крепость, всех людишек, что взяли с похода я оставляю тебе, заберу только двух девок свейских с прислугой.

  
  В свою землю к Полоцку я пошел всего на трех груженых ладьях, и поход этот длился почти целый месяц. Приходилось останавливаться в прибрежных городках, проверять запасы, разговаривать с людьми, наставлять и ругать, а самое главное судить. Оказалось, что за время моего похода народу тут прибавилось и уже произошло слишком много разборок. Были стычки и со смертельным исходом, были попытки разграбить соседние городища, но слава местным богам до большой гражданской войны в моем княжестве не дошло. Младшая дружина имея семь десятков конных воинов очень быстро совершала карательно-успокоительные рейды и наводила порядок. Больше всего меня порадовали дозоры, вот так вот, мои 'думные дьяки', или вожди Полоцка решили организовать патрулирование реки Янтарная (Западная Двина). Отряд в два десятка воинов на конях совершал осмотр берега от Полоцка и до самого моря, объезд всех селений, сопровождение товаров и все такое. Отряды выезжали по очереди, и вроди бы все это было правильно, да вот только я все не мог понять зачем? Зачем совершать это патрулирование на конях, если у нас целая мастерская по производству стругов, чаек, баркасов и всякой херни водоплавающей? Но командир первого же встреченного мной такого патруля бодро доложил, что это типа тренировка такая, то есть молодняк приучают к седлу и конным походам. Ну что я могу на это сказать - правильно, приучайте.

  
   По возвращению в Полоцк пришлось опять заниматься разбором жалоб и судами, достало меня это. Но я ни как не пойму одного почему я, какого хрена они лезут с судилищем ко мне, ведь тут есть куча советников, правителей, вождей и других важных и вполне уважаемых людей, что находятся на достаточно высоких сициальных позициях, чтобы судить и рядить. Ведь у нас президент никого не судил, иногда миловал это да, но не судил, так как для это имеются другие люди. Значит мне нужен судья, прокурор и еврей-адвокат? Вот только, где я вам в этих болотных краях еврея найду?
   Однако оказалось, что не все так просто. В самом Полоцке уже проживало аж 780 человек, тут получился настоящий Вавилон, осталось башню до неба выстроить и все, капец мирозданию.
   Жили в Полоцке венды, были и чудины с песьеголовцами-кривичами, много было семей от родовичей буссовых, были и герулы с готами, которые почему то называли себя гетами. Были кельты которые почему то называли себя боями, это те, которых я освободил с готландского рабства. В общем тут у меня настоящий интернационал, а у всех народов обычаи и законы разные, вот и как мне их судить, по какому закону?
   Получается, что за оскорбление свободного человека венд или буссов родич может просто дать по морде, чудин ввобще ничего не сделает, только головой покачает и уйдет восвояси, а вот горячий гет или герул за оскорбление просто башку негоднику снесёт своим топором, от этого и происходят все конфликты.
   Придется мне тут "Ярославову правду" сочинять, только я этой правды в школе на изусть не учил, вот и поставил задачу всем вождям за зиму разработать свод законов, по которому все рода жить в Полоцке должны. Пусть занимаются, а мне некогда, я вообще в прошлой жизни был ни хрена не юрист, а обычный комбайнер-тракторист.
   А еще я понял, что Полоцк нужно расселять.
   Оставить за стеной только мастерские с домами самых ценных работников, а также казармы или дома дружинников, а основную жилую зону выселить за стены. Для этого по весне нужно ставить почти сотню срубов и обносить все это хотя бы земляной стеной. И если все сделать правильно, то у меня получится уже внутри основной стены еще несколько очагов сопротивления за своими заборами, тогда обороноспособность города увеличится.

  
  Первой и самой важной своей задачей я определил производство сковород-варниц для солеварни. Вот только моя мечта не так просто тут реализуется. Добывать в постоянном режиме чугун не получается, нет высокой температуры плавления, так как нет хорошего поддува. Один раз метал плавиться и течет непрерывной струйкой в подготовленные формы, а другой раз по недосмотру получается огромная крица, что 'козлит', то есть забивает мою доменную печь.
   Что бы обеспечить непрерывный процесс плавки металла, нужна была высокая тепрература. Температуру можно было поддерживать непрерывным поддувом воздуха, при этом чем выше скорость поступления воздуха в печь, тем выше температура в самой печи. Вот именно для повышения количества поступающего в печь воздуха мне и пришлось искать место под водяную мельницу. А место это не простое, нужно найти подходящую речку, приличный сухой берег, где поставить мастерские, хорошие берега чтобы можно было соорудить запруду и поставить дамбу, а самое главное - нужно попробовать соорудить водяное колесо и не одно. В общем дел много. Оказалось что река Полота подходит под все требования. Я в двух километрах от впадения Полоты в Янтарную (Западную Двину) наказал делать запруду и уже от этой запруды в бок сделал с мастерами водоотвод. Из досок соорудили приличный стометровый короб для стока воды с запруды. А потом началось самое сложное, мы почти две недели, то есть пол луны мастерили первое водяное колесо. Нет, я конечно утрирую, сделали мы его конечно быстрее, но вот крутится колесо совсем не хотело. Что мы только не делали, и смазывали ступицу салом и шлифовали валы, и натирали воском, даже разобрали пол колеса облегчив конструкцию. И только на третью неделю это чёртово колесо стало более-менее прилично вращаться от небольшого потока воды.
   В конец разуверившись в первом своём колесе, долго не думая, просто переделал водосток. То есть раньше я пробовал делать так, что бы вода толкала колесо у нижних лопаток, и коэффициент полезного действия такой конструкции был минимальным. А потом я чуть продлил короб до ближайшего овражка, в тот овражек опустили колесо, и как только вода стала падать на колесо сверху, то все и заработало. Оказалось, что падающая вниз вода передает больше энергии на мою супер турбину.
  Второе и третье колёса были установлены уже всего за десять суток.
   И вот картина Репина: вода течет, колеса вращаются, а пятьдесят мужиков сидят и смотрят, то на эти колеса, то на придурковатого князя. Никак не поймут, зачем этот странный князь вот такую вот игрушку себе придумал.
   После неудачной попытки объяснить причину строительства такого сооружения, я сам с тремя мастеровыми взялся за оборудование, передаточного вала, мехов и воздуховодов, а остальной банде наказал строить большую печь и заготавливать древесный уголь с болотной рудой неподалёко.
   Уже начался настоящий снегопад, а мы все никак не могли поставить под крышу нашу новую мастерскую. Пришлось провозится еще целую луну.
   Вот как тут управлять государством, если без меня никто ничего не может, я два лядских месяца просидел в этом лесу на берегу болотной речушки Полота, морозя себе заднее место и выписывая пенделей своим нерадивым работникам.
   Одно счастье, что все это время нашу строй площадку и лично меня охраняла дружины в пять десятков человек, и чтобы не расслабляться я проводил по две тренировки в сутки. Махали мечами и топорами, кололи длинными и короткими копьями, учились быстро строится в черепаху, сворачивать и разворачивать строй, а самое главное - учились точно стрелять из арбалета и метать сулицы.
   В этом деле я стал просто мастером, и мог сбить белку с дерева метким броском маленького полтора метрового копья.
   Самое главное, чего я добился это хоть какое то понимание мечного боя у моих недобогатырей. Теперь мои воины не стоят как крестьяне под градом ударов, то есть не прячутся тупо прикрываясь от ударов противника за щитом, а активно контр атакуют, нанося удары то поверх щита по голове противника, то снизу, по ногам.
   - Не стоять увальни, назад не отходить, не отрываться от противника - я уже не кричал а хрипел, связки не выдерживали постоянных нагрузок, да и разговаривать с одышкой из-за физических нагрузок трудновато - подставить щит под удар, снизу мечом по ноге. Враг отходит, шаг вперед, удар через щит в голову. Подставь мечем блок, чтоб его мечь соскользнул и сразу шаг вперед контр удар, движемся без остановок на проходе.
   Воины со свистом втягивали воздух и пыхтели как 60-ти летние старики.
   - Свиля (уклон) влево, свиля в право, удар, блок-скат удар, шаг вперед, свиля в лево удар - я показал мечем на воинов слева в строю - да по ногам, по ногам бей, не тыкай ты ему в шлем, пусть опустит щит и прикроет свои ноги, тогда коли ему в ухо! Эй вы щит не поднимать, щит на уровне щеки, колени подогни. Голову, голову опусти к щиту!
   Мы систематически отрабатывали очень сложный маневр мечного боя, когда мы вначале стеной встречаем вражеский натиск, а когда враг отхлынет, то за отошедшим противником вперед движутся несколько десятков самых подготовленных мечников. И тогда этим смельчакам приходится сражаться уже в рассыпном строю. Вот когда наш воин под удар противника подставляет не щит, а свой меч, при чом таким образом, чтобы оружие врага соскользнув по клинку подставленного вами меча проваливалось вперед и вправо в бок, как бы раскрывая врага. А вы в это время делая шаг влево вперед и, используя энергию своего движения рубите либо по ногам завалившегося вперед противника, либо с доворотом кисти бьете по шее. В корпус бить абсолютно бесполезно, так как корпус как правило прикрывает доспех. Такой маневр контратаки позволяет достаточно быстро двигаться вперед практически без остановки. А тех вражеских воинов, что пропустила первая шеренга, легко добивали воины второй ширенги тупо тыкая их копьями.
   Чтобы до автоматизма наработать блок-скат мы часами тренировали упражнение "оконце", это когда две шеренги воинов по очереди бьют друг друга мечами применяя блок-скат и контр удар.
   Потом, построившись в две колонны по пять человек в ряд мы раз за разом ежедневно отрабатывали встречный маневр-проход, когда у тебя нет одного противника, ты просто подставив блок-скат и рубанув первого, тут же, не останавливаясь проходишь в глубь строя и рубишь второго, а потом опять блок-скат и рубишь третьего с шагом и так раз за разом, изо дня в день.
   Я стремился показать своим дружинникам именно методику обучения мечноиму бою, чтобы далее они могли обучать других воинов или новиков. И через месяц вот такой нагрузки по две тренировки в день все уже не боясь получить сильный удар клинком по прикрытой доспехом части тела и не шутошно рубились на проходе.
   В этой тренировке главное обеспечить быстрое движение колонны через строй противника. Колонна небольшая всего пять рядов, так как у меня людей мало, а массовость обозначить нужно. Но в реальном бою, даже вот такие пять десятков хорошо подготовленных воинов могут прорвать любую оборону, и тогда, зайдя с тыла можно разогнать противостоящего противника, такая тактика гарантированно давала успех, да и бились реально только воины первых трех рядов, те же кто стоял в четвертом и пятом рядах они уже не рубились, они просто добивали раненных короткими копьями или топорами, поэтому в четвертый и пятый ряд можно поставить молодых воинов.
   Но что бы такой фокус прошёл, нужны годы тренировок, а этого времени у меня нет. Поэтому и приходится совмещать и работу и тренировки. Получается, что я пол дня работаю и пол дня тренирую свою маленькую дружину. Пусть сейчас научатся хотя бы эти, а потом самых толковых я назначу десятниками к новикам, и пусть обучают молодежь.
   Периодически я на конях с охраной налетал в Полоцк и проверял подготовку к зиме, как там заполняются мои амбары, как готовятся бочки и поступает соленая рыба от Гореслава.
   В какой то момент я стал контролировать только производство ценнейшего оружия и продуктов. Периодически заслушивал своих особистов, то есть стукачей-разведчиков по вопросу внутреннего порядка и всяких заговоров в княжестве. И самое главное, что никаких заговоров пока не намечалось. Мои главы городков и воеводы сообразив, что князь полный лох, потихоньку подворовывали, но это нормально. Самое главное, что пока никаких попыток посягательств на мою власть не было, а мир тут простой, оппозиция ныкается и не отсвечивает, и пусть только попробуют вякнуть, я им покажу кузькину мать, стоит только пальцем показать, как мои дружинники всех недовольных в болотах перетопят с камнями на шее.
   С первым весенним солнцем мои новые мастерские были готовы, но толку от этого было мало. Что пользы от водяных мельниц сейчас, если мы за зиму почти не заготовили руды и угля.
   Поэтому как только появились первые робкие ручейки весеннего паводка и закрутились мои колёса, мы в ускоренном темпе начали запускать печи, что бы как можно быстрее выплавить свои первые сковороды-варницы для солеварни.
   Сбили четыре огромных ящика, заполнили их мокрой глиной и перемешав содержимое ящиков я выдавил четыре заготовки для литья больших квадратных сковород. А потом загрузил в печь древесный уголь с болотной рудой и подал команду поднять задвижку плотины.
   Вода побежала по жёлобу и три водяных колеса начали медленное вращение, передавая энергию вращения на воздуходувы. Печь загудела, вот так вот начался новый революционный период в моем княжестве, это уже почти промышленная революция. Ведь у меня теперь еще и водяной молот появился.
   К полудню заглянув через маленькую дырочку в печи я увидел красное озеро, вот и все чугун созрел, подставляй формы, заливай метал.
   По итогам нашего труда получилось вылить четыре огромных прямоугольных чугунных варницы размером 2 метра в дину и пол метра в ширину и высотой стенок в ладонь.
   Теперь нужно отправить эти варницы к Гореславу в приморскую крепость Ригу и пусть начинает строить солеварни, пора становится местным соляным олигархом.
   В это время пушнина и метал, это конечно ценный товар, но вот соль, это просто золото. Без соли нет смысла даже думать строить большие селения в диких лесах, ведь нет возможности растить зерно и брюкву в достаточных количествах, а значит очень сложно кормить большую массу народа зимой. Вот рыбы и мяса тут полно, а значит нужно много соли, что бы сохранить все добытое в лесу мясо и всю выловленную в море рыбу. Без соли не возможно создать много запасов, чтобы мои селения пережили зиму.
   Наказав строить в месте плавильных мастерских городище и продолжать выплавку соляных сковород-варниц, кузнечных наковален, молотов, якорей и другого важного имущества, я отбыл в Полоцк.
   Хотел сразу ехать к Гореславу в Ригу, чтобы проверить как там строятся солеварни, хотел но не поехал, пусть сам крутится, а то чрезмерный контроль раздражает, да и старше он меня лет на двадцать, что я его как пацана контролировать должен? Ведь у меня там жена не обласканная и ребенок почти без отца растет.
   Все решено, еду к Ильмень озеру в селение Цветаны, еду с подарками, а мои новые наложницы, которых я привез со свейской земли пусть в Полоцке сидят, не фиг им княжну пугать, а то заревнует еще. Бабы они такие, не дай бог скандалы, интриги, расследования. Я ведь не простых девок привез, а жен бывших вождей свейских Хиндмара и Харлафа, а жен эти два брата-акробата выбирали себе самых красивых. Вот и получается, что мои наложницы тут как луч света в темном царстве. Местные болотные женщины, так сказать на любителя, а я ну не очень люблю местных кикимор, вот валькирии свейские мне понравились.

  
   Вот так и пришла новая лютая зима зима, в трудах и заботах. Не помню какие были зимы в этих широтах в 20-м веке, но вот сейчас морозы стояли реально под минус 30.
   Зимой я занимался всем чем угодно.
   Проводил иногда по пол дня на кузне, иногда организовывал большую загонную охоту, съездил даже к Радко в Смолянку (Смоленск). Радко молодец, всего за полтора года обустроил приличный городок. Стена из больших бревен, несколько башенок для стрелков, а самое главное это большие конюшни. Как не крути, но я всего лишь любитель, а вот Радко он реально сын вождя, и достаточно опытный воинский начальник. При чем дружина у него вся конная.
   Хотя я не хочу пугать людей страшным словом "ДРУЖИНА".
   По местным меркам дружина - это воинское братство в котором находится от нескольких десятков до нескольких сотен наиболее приближенных воинов. И самое главное, что эти люди чистые воины. То есть они не сеют и не пашут, они несут дозорную и сторожевую службу, ежедневно упражняются с оружием, гоняют не прошенных оборванцев, что иногда заходят в наши земли пограбить, или людишек своровать для продажи. Так вот, у Радко была конная дружина числом аж в 100 человек.
   Дружина была и у меня, только моя дружина разделялась на три состава. Первый состав 50 человек - это были воины, что ходили со мной уже несколько больших и малых походов, это по местным меркам уже достаточно опытные и умелы воины. Эти пять десятков охраняют мои личные покои и сопровождают князя по нашей территории.
   Вторая группа, это воины взрослые, что побывали в одном или нескольких походах, некоторые даже были ранены, в общем люди повоевали, но большого опыта боевых действий у них как бы и нет. Вот таких вот мужичков у меня чуть больше сотни человек. Эти воины занимаются в основном дозорной службой, то есть объезжают селения, сопровождают товары от селения к селению, сопровождают купцов в соседние земли. Имеются также у меня и новики, то есть пацанва, что получила недавно меч и в теории может встать на стену вместе со взрослыми воями, но таких молодых воинов у меня всего три десятка.
  Также имеется и третья категория воинов - это недоросли учебного центра, там в основном призывники. И их целая куча, аж 12 десятков новобранцев. Именно из этих салаг, я набрал самых подготовленных 'студентов воинской школы' я посадил их на коней. Именно эти студенты и есть те, кого я собственно называю младшей дружиной. Младшая дружина иногда привлекается для несения дозорной службы, но в основном они несут службу сторожевую, то есть охраняют сам Полоцк и выселки (мастерские на реке Полота). Но главная задача у пацанов - учится, учится и еще раз учится, как говорил классик социализма. А учатся они у меня именно конному бою, то есть все новики получили по коняшке и лично за своего скакуна отвечают.
   Задачу новикам я поставил простую, самостоятельно экипироваться и экипировать коня. То есть пацанята ходят в седельную мастерскую и под руководством мастера лично сами делают себе седла, потом сами куют копейные наконечники и делают длинные пики, потом сами под руководством мастера изготавливают щит. Но самое главное начинается уже в конце, потому, что у меня бронная мастерская целиком и полностью состоит из женщин. Ковали-кузнецы производят несколько видов прямоугольных железных пластин, а вот собирают из пластин доспех уже женщины, потому как работа эта нудная и кропотливая. Требуется продеть огромное количество кожаных шнурочков в малюсенькие дырочки в пластинах, а потом подбить все это кожей. А еще нужно изготовить поддоспешник. Но курсанты военной школы изготавливают доспехи самостоятельно.
   Зачем я так гоняю пацанят, да тут всё просто, мне нужны воины профессионалы, те кто в походе самостоятельно сможет провести ремонт своего снаряжения, а если по причине ранения и демобилизации эти воины будут исключены из дружины, то я могу назначить таких умелых удальцов в маленькое селение десятниками, и пусть там сидят, обеспечивают безопасность и обучают уже новых 'студентов' в отдалённых гарнизонах.
   А еще у меня было ополчение. Ополчение это сброд, именно сброд, там и старички калечные и простые бабы. Что может такой ополченец, да ничего, даже из лука стрелять не сможет, а вот с арбалета научиться стрелять проще, поэтому я и приучал их к стрельбе. Ежемесячно я проводил соревнования среди ополченцев на приз князя Чеслава, то есть теннисный турнир "Открытый шлем", а-ля Борька Ельцин.
   Но и это еще не все, ведь под моим протекторатом находится более шестидесяти родов песьеголовцев и чудинов.
   Чудины парни простые, я бы их сравнил с буддистами, этакие хара-кришна 5-го века. То есть они конечно могут взяться за топор или копье, если вы нападете на их селение, но вот воевать за князя и тем более идти в поход, да никогда, а на фига им это нужно, они же дети леса.
   А вот песьеголовцы это другой разговор, они живут в непростых условиях, и очень устали прятаться в своих болотах. Поэтому если я предлагаю им серебро, или железо, то они соглашаются идти в наем не задумываясь. А это и правильно, что сидеть то в болоте, если есть возможность сходить пограбить, а князь тебе еще и серебра за это подкинет, или железом отдариться, или солью. В общем основу моих наемничьих отрядов составляют именно песьеголовцы из кривичей и дряговичей, только я этому не очень то и рад. Банду из местных кривичей и дряговичей я могу собрать приличную, человек в двести, но это именно банда, вооружения никакого, опыта боевых действий нет от слова 'ВООБЩЕ'.
   Они на костре обжигают палку, затачивают наконечник и таким образом делают себе копья, а в качестве ручного оружия у всех обычный топор, есть конечно и щит, плетенный из веток и обшитый кожей, вот и всё вооружение. Ну и как использовать таких воинов, их вообще есть смысл вооружать, ведь в открытом бою их порубят как капусту?
   Так что я планирую каждому, подчеркну это слово - "каждому", кто придет по зову князя выдать железный наконечник для копья и настоящий боевой нож. Так что только для этих вот наемников мне нужно сковать и припрятать в амбар две сотни длинных ножей и столько же наконечников для копей. Поэтому все это время я сам решал очень сложную задачу вооружения моей будущей армии.
   Вы думаете это так просто? Да ни фига себе, это очень сложно.
   Вот например куда армия без разведки, да никуда, просто враги вас заведут в ловушку и всех вырежут, тут же леса да перелески. Кто может проводить лесную разведку? Это легко вооруженный и очень быстрый отряд, при чем отряд из людей леса. Вот на место такого отряда я планирую использовать песьеголовцев. Если из них сделать три дозорных заставы, то есть впереди и по бокам войска выставить эти заставы человек по 50, то они смогут не только маршрут разведать, но и уничтожить вражескую разведку, или скажем смогут самостоятельно сбить заслон на пути движения основных сил болотного княжества. А если придётся убегать, то вы попробуйте их догнать, я пробовал. Это очень сложно, песьеголовцев нужно выслеживать до самого селения и нападать именно на селение, когда мужикам нельзя убегать, и они защищая своих баб вынуждены вступать в открытый бой. А во всех остальных случаях, песьеголовцы налетают, вырезают дозорных, забрасывают вас примитивными копьями, а потом драпают в лес, и так раз за разом, не принимая генерального сражения.
   Дальше, за дозорными должен идти отряд легкой конницы, это у меня будет сотня Радко, конники знатные, могут воевать и в лесу, и в поле с кочевниками с луков перестреливаться. А лучник в наше время, то есть в мое время это воин уникальный, лучника обучить не просто. А так что бы он ещё и попадал в мишень на скаку с лошади, так это вообще научная фантастика.
   Род Радко очень долго жил по берегам рек Сула и Десна, поэтому опыт степных стычек с кочевниками у них имеется, а современная степная война это в основном перестрелки конных лучников на больших дистанциях.
   Что нужно Радко для вооружения своих воинов, да ничего, то есть ему нужно просто передать кричное железо, и пусть кует себе вооружение сам, у него в Смоленске проживает аж три сотни человек, и там полно умелых ковалей (кузнецов).
   Далее мне нужна пехота, это основа армии в лесном массиве. То есть я могу конечно попытаться применить конницу Радко, но для этого нужна приличная полянка, или скажем ударить вдоль берега реки. А в лесу конники просто спешиваются, уводят коней в тыл и встают в общий строй с луками. Конница Радко в моей не простой местности также играет роль очень сильного подвижного резерва, то есть конница может быстро объехать врага с тыла и накидать ему стрел в зад. Но атаковать как рыцари в плотном строю конница Радко в моих землях не может, местность не та. Поэтому для лобового удара по плотному строю противника мне нужна сильная пехота.
   Так что же нужно пехотинцам?
   Пехотинец с большим круглым щитом занимает боевую стойку так, что нижний край щита прикрывает колено, а верхний край щита доставал до плеча, кроме того боковые округлости прикрывают соседей справа и с лева и получается, что в лоб пробить такую стену щитов можно только ударив воина по голове или по вперёд выставленной ноге. Но самое главное, что можно ударить воина по правой руке, в тот момент, когда тот пытается нанести удар по противнику, выбросив руку из-за щита. Собственно говоря броня пешему воину, то есть полный панцирный доспех и не нужен.
   Дерутся пехотинцы в основном копьями, и только после потери или слома копья достают короткое оружие, и это как правило боевой топор, иногда длинный боевой нож, который местные называют скромансакс.
   Да кстати, я тут новую теорию вывел, ну про наших будущих историков. Вот например нож тут называют "сакс", а длинный боевой нож называется 'скромансакс', то есть я подумал, что саксы - это типа мужики с ножами. А еще я понял кто такие лонгобарды, это мужики с длинными бородами. Вот смеху то, а историки потом скажут, что Лонгобарды и Саксы это такое самоназвание народов, умора. Тогда непонятно почему словен назвали именно словенами, ведь если придерживаться того же подхода, то словене это топорщики, потому, что у них основное оружие - топоры. Ладно, это я так, чисто в качестве отступления, просто вспомнил сагу о Бургундах. Там вообще все смешно выходит. Я ведь помню кино про д-Артаньяна, там песенка была веселенькая, типа про удачу, и вот в той песенке Бургундия, Нормандия, Прованс, Гасконь всё это французские провинция и я думал, что живут там чистые французы, а оказывается это те, кого ромеи называли германцами, а бургунды никакого отношения к германцам 20-го века не имеют. Ведь в реале Бургунды это племя, что проживало на скальном острове в датском проливе, и это место, где они жили зазывалось "Борн-Хольм", то есть Скальный остров и никакого отношения они ни к галлам, ни к германцам не имеют, они даже не франки.

  
   И так, значит мне нужно произвести и положить в склад не менее двух сотен поножей, то есть, выдать поножи всем только на левую ногу, что будет выставлена вперед, и столько же наручей на одну, на правую руку. Потом сковать наконечников копей, топорищ и длинных ножей столько же, а самое главное - нужно две сотни крепких шлемов.
   Но больше всего серебра мне придётся потратить на конницу. Моя личная конница ещё даже и не состоялась, это новики по 14-15 лет, но в будущем каждому из них нужен боевой конь, седло, броня, длинное копье, сабля или длинный меч, шлем, наручи, поножи и крепкий щит, а еще нужна булава или чекан. Но самое главное, что нужна хоть какая то бронь коням, то есть нужно прикрыть коняшкам хотя бы шею и морду-лица, иначе такую конницу ссадят на землю очень быстро. Но самое главное, что мне нужны хорошие, даже отборные кони, а не это степное недоразумение, что у меня называют конями.
   Тяжелая конница это просто таран, предназначенный для того чтобы смять встречным ударом легкую конницу противника, а для создания такой бронированной конницы мне нужно где-то прикупить или вырастить методом долгой селекции собственных тяжеловозов.
   И по всем расчетам выходило, что вооружение одного конника мне влетает почти в три сотни гривен серебра.
   Ну вот считайте, конь - 10-12 гривен, седло - 10, бронь конная - 100, бронь всадника - 120, шлем - 25, сабля или меч - 30, булава или чекан - 10.
   Даже если коня в бронь не одевать, так как коняшки хлипковаты у меня и большой вес просто не выдержат, то все равно дорого выходит. И при таких огромных расходах, эта самая конница может в раз сдуться, то есть просто пасть смертью храбрых в первом же бою. Почему так? Да потому, что после удара по противнику, вывести из боя и отвести назад тяжёлую конницу практически невозможно, а враг на легких лошадках может элементарно отойти и тут же ударить во фланг или в тыл, и всё, нет больше тяжелой конницы.
   Вот и получается, что для меня тяжелая конница как линкор для Эстонии, стоит дорого, с виду очень страшно, но в бой бросать ссыкотно, а вдруг потопят, помрут сразу же все мои мечты о мировом господстве, а главное, что плакало всё потраченное на такую конницу серебро.
   Я вот тут всё подсчитал, подсчитал и прослезился. Выходит, что если я хочу хотя бы стать на уровень соседей, тех же бодричей или алан, то мне нужно как минимум три года абсолютно мирной жизни и торговли, потому, что без торговли все это теряет смысл. Ведь у меня вся финансовая система заточена на продажу качественного оружия и железных изделий дальним соседям.
   То есть себе, своим людям я делаю оружие массовое, то которое стоит 15-20 гривен. Это длинные копья и сабли для конницы, а также копья, топоры и короткие мечи для пехоты. Почему короткие? Да тут всё просто, настоящим длинным мечем в тесном строю махать неудобно, ни рубануть, ни уколоть точно в брешь вражеской защиты не получается, я пробовал и не раз. А вот укороченным клинком можно биться в тесном строю как римляне, из-под щита или поверх щита, нанося в шею или колено быстрый и точный укол, и опять в оборону.
  На продажу я готовлю высоко качественные и дорогущие мечи и сабли, а еще крутые брони. Хороший меч начинает торговаться от пятидесяти гривен, а вот броня от сотни гривен, хороший шлем - это минимум тридцать гривен серебра. Именно такую цену мне дают соседи за качественное оружие. Беда только в том, что в таких объемах ни у кого серебра нет, поэтому вся моя торговля - это обычный бартер. Кроме того, массово производить дорогое оружие невозможно, это штучный товар. Вот сейчас у меня в загашнике лежит аж восемьдесят шесть крутейших мечей, три десятка красивейших ламилярных доспехов и всего то двенадцать добрых шлемов.
   Как ни странно, но изготовить хороший шлем, тяжелее чем обычный панцирь. Ведь там что, сделали пятьсот пластинок с дырками и пусть женщины сидят сшивают эти пластинки, работа нудная, но сделать её может любой. А вот шлем, там нужно подготовить шесть треугольных пластин, правильно изогнуть эти пластины, потом пробив дырки состыковать все пластины заклепками, а потом одеваешь на голову и получается, что шлем сильно давит в затылке, или уши не влезают. И требуется опять разбить заклепки, придать больше округлости пластинам, вставить дополнительный элемент, потом опять сбить, и так раз пять. А еще приделать стальные надбровные дуги и нащочники, подвязать плетенную бармицу. В общем работа чисто для профессионала, а у меня таких мастеров по шлемам всего один, один мастер кельтского происхождения с тремя подмастерьями. При чем зазнайка тот еще, он всем рассказывает, что кроме кельтов в мире никто шлемов делать и не умеет вовсе, типа даже ромеи у кельтов шлемы делать учились. Ну тут все понятно, если сам себя не похвалишь, то тебя никто и не заметит, вот и хвалятся мастеровые друг перед дружкой.
   Так что вооружить мою разросшуюся 'армию' не так то и просто, а еще родственничек требует. Двоюродный брат Радомир тут корабль прислал с рабоми и забрал чисто на вооружение своей банды сотню уже приготовленных для моих воинов наконечников копей и шлемов. Мол если хочет многоуважаемый Чеслав, чтобы Радомир смог удержать залив Мелларен, то не жадничай, выкладывает на стол все, что потребовали, а мы тебе будем рабов поставлять. Кроме того, братец потребовал еще и ножей и пил и топоров, и много чего еще. И всё это богатство я должен менять на чухонцев, что люди Радомира наловили по лесам будущей Финляндии? Я то наивный думал, что Радомир мне там торговлю наладит со свейскими и ютландскими конунгами, а он зараза всё себе гребет. Но обещал таки клятвенно летом налет на Готланд совершить. Уж больно все местные свеи хвалят богатство готландских купцов, там есть чем поживится, а главное там мастеровые есть. А натуру ведь никуда не денешь, у Радомира душа пиратская, бандит он ведь и в Сомали бандит.
   Что бы противостоять своим соседям, мне придется создать армию примерно в тысячу человек. Вот примерный мой расчет по армии, это то, что я хочу получить:
   - 100 легких всадников Радко;
   - 100 тяжелых конников копейщиков, моих;
   - 200 тяжелых пехотинцев;
   - 200 легких пехотинцев песьеголовцев;
   - 400 ополченцев с арбалетами.
   Вот такую армию я теоретически смогу выставить в случае вооруженного вторжения на свою территорию, но это все чисто теоретически. И для такой армии мне нужно заготовить много, очень много оружия.
  Я вот в последний поход на свеев ходил и взял по сто болтов к арбалетам, и что бы вы думали, домой я возвращался пустой, ни одного болта у меня не осталось. Сто арбалетов израсходовали 10 000 болтов, колоссальный расход боеприпасов, а эффективность примерно 1%. То есть на убийство одного врага я потратил до 100 болтов. Ну были еще и раненные враги, это я конечно не отрицаю, а самое главное, что был коренной перелом в битве в решающее время, вот именно это мне в арбалетах и нравится. Но очень уж большой расход боезапаса - это мне не нравится. Говорят, что во второй мировой войне на убийство одного фашиста союзники тратили 25 000 патронов, а в войне с Северной Кореей США тратили уже 50 000 штук патронов на одного убитого северо-корейского или китайского солдата, а во Вьетнаме эта цифра у американцев выросла почти до 200 000 штук патронов на одного убитого вьетконговца.
   Такая вот статистика.
   Только в военном деле статистикой как говорят сыт не будешь, так что я пока что иду неплохо, всего то 100 болтов на одного убитого врага. А так как для дальнейших боев мне нужно 200 арбалетов, то я буду рассчитывать минимум по две сотни болтов на каждый арбалет, а лучше по три сотни болтов. Еще у меня теперь есть почти сотня трофейных плоховатых луков, и для луков нужно еще по 200 каленых стрел на каждый лук.
   Вы скажете, что это милитаризация страны, а нормальный попаданец должен заниматься прогрессорством, философией, литературой и балетом? Да ни фигасе, какое нахрен прогрессорство, какая философия? Если в любой момент к вам могут пожаловать большие бородатые дяденьки, которые могут сначала все отнять, а потом уже меж собой поделить.

  
   Весной я собрал совет, пришли вести от моих торговцев и я решил все проблемы переложить с больной головы на здоровую.
   За большим прямоугольным столом сидели все вожди моих городков, и мои воеводы, все кроме Радомира, он теперь сам конунг и правит северной Швецией, и у него есть уже аж десять кораблей. Так что считайте, что Радомир может поднять и вывести в бой почти 300 человек, ну пусть воюет, а у меня походу проблемы.
   Ну начну с начала.
   Где то месяц назад ко мне пришел большой караван торговцев с охраной от Воломира царя бодричей. Привез этот караван в основном зерно, просо, овес, а еще брюкву, репу и морковь с чесноком.
   За продукты спасибо конечно, но вот купить они соизволили только железо и оружие. Ни мехов, ни меда с воском не взяли, даже оружие брать не хотели, типа давайте в основном качественное железо, но я их естественно послал. На хрен мне торговать железом, если тот же меч стоит в десять раз дороже куска железа.
   Торговались мы долго, и я согласился продать обработанное молотами кричное железо только в пропорции 50 на 50. То есть половину требуемого товара ободриты взяли в железных крицах по 5 гривен серебра за кусок (400 грам) обычного хорошо прокованного железа. А остальную половину товара ободриты взяли по полной цене оружия, то есть мечи в килограмм весом я отдал по 35 гривен серебра, топоры в 600 грамм весом отдал по 10 гривен, а наконечники для копий весом 500 грамм я продал по 15 гривен серебра. Соответственно после перерасчета с учетом стоимости продовольствия я заработал почти 500 гривен серебра и прлучил огромную кучу, пять полных кораблей продуктов питания. Бодричские купцы обещались прийти еще. Только ведь я думаю, что рано или поздно у Воломира серебро кончится, а с учетом моего не очень большого войска он может и в гости заявится. Зачем покупать железо за серебро если у тебя есть воины, есть оружие, что лох Чеслав продал год назад, и ты в любой момент можешь прийти и всё экспроприировать?
   Но это не все проблеммы, ко мне еще приходил караван и от хана днепровских аланов Кугума.
   Были еще много торговых караванов от разных соседей и от волынян и от людишек буссовых с Десны и от геттов с Южного Буга приходили за железом и оружием. Правда на этот рах торговцы брали и меха, и мед, и воск, в общем нормальная торговля вышла, не то, что с бодричами.
   Правда купцы от Кугума повели себя опять не хорошо, а потребовали только оружие, при чем по бартеру, в обмен на полудохлых коней или худых овец.
   Эти товарищи аланы предлагали по 10 овец за меч или саблю, и 5 овец за наконечник копья, мол большая война намечается и это с меня такой налог оружием, и скажи мол спасибо нашему хану, что он хоть такую цену дает. При чем за своих полудохлых кляч аланы просили втридорого, то есть три аланских коня за добрый меч, или наконечник копья за одну клячу, да это грабеж.
   Не пацаны, так не пойдет, вертел я на одном месте вашего хана. Помню как вы в прошлом году обосрались и не пошли в Ригу, хотя нет это не вы, это ваши кони болотных демонов убоялись, а вы то пацаны смелые. Только не пройдет у вас этот номер, в моих болотах кочевникам делать нечего, так что вы меня хрен запугаете.
   Вот у меня оставалась куча ненужного трофейного железа, еще со времен похода на протошведов, вот я и вывалил все это добро во двор, мол выбирайте себе из этой кучи всё, что хотите по той цене, какую предложили.
   Обиделись аланы, назвали меня шакалом и пригрозили карами небесными за жадность. Но таких наездов я терпеть не собирался, и потребовал нормальной цены.
   Вынес мечи и сабли, что раньше пробовал торговать по 50, а в реальности отдал Воломиру по 35 за штуку, вот я и потребовал по 35 гривен серебра или по 5 коней за каждый образец оружия. Аланы шипели и ругались не по русски, долго торговались, но все таки купили сабли по 4 коня за штуку, а мечи я променял по 5 коней за один меч. Обострять ситуацию я тоже не стал, но этим уродам зарекся что либо продавать в будущем, так с меня завтра штаны снимут и голым-босым по свету пустят. Эти лошади, что привели аланы даже до весны не доживут, их легче сразу на мясо пустить. Только меня так жаба давить стала, что я раздал коней в люди и сказал, что если кони у них передохнут то взыщу в трое. Ой как ругались мои подданные, они то поняли, что княза кинули с этими клячами.
   После такой торговли, идея производства более дешевого массового оружия давил на мой мозг неимоверно. По всему выходит, что цена в 25-30 гривен за меч для большого войска это очень высокая цена. Такой дорогой меч может купить обеспеченный воин, или такие мечи пойдут хорошо в продажу после удачного налета соседей на врага, когда соседи распродадут наворованный хабар и решат прикупить себе хорошего оружия, а в обычной жизни никто не даст за меч 35-50 гривен серебра. Если у тебя есть 35 гривен серебра, то ты можешь купить себе старый боевой топор, нож и копье, и еще останется на не дорогого коня.
   Но я то не собираюсь китайский ширпотреб штамповать, мой меч легко разрубает германскую спаату, я пробовал в учебном бою. Мы рубились не по детски, и уже после нескольких сильных ударов и блоков германское железо ломается, а мой меч после боя только чуть поправить заточкой и можно опять в бой.
   Вот и получается, что нормальной торговли оружием у меня не получается, а не получается именно потому, что соседушки добрые думают что я слаб. А зачем со слабаком торговаться, если можно в начале просто наехать, потом дать в морду, а потом и голову с плеч. Лох должен брать то, что предлагают добрые гопники, пока они собственно добрые, а то по соблям надают и айфон отберут.
   Не, тут слабым быть нельзя, не отдам я вам пацаны свои айфоны. Вот я и занимался милитаризацией своего прото государства как ударник сталинской пятилетки. Тут ведь беда какая? У меня в основном все людишки это беженцы. То есть те, кто бежал на север от войн и всякого шухера, а тут я такой красивый и тупой, сижу пальцы загибаю, мол сколько я сейчас могу народу под ружье поставить и на завоевание идей коммунизма отправить. Тут может такое сложится, что местные людишки, узнав о грядущей войне, соберут манатки, да и отвалят от меня подальше в леса, на север. Потому как на фиг им умирать за князя, кто я им такой?
   Поэтому я и собрал старейшин, что бы довести оперативную обстановку и обсудить вопрос повышения обороноспособности наших земель.
   Когда все собравшиеся успокоились я осмотрел присутствующих и сказал - говори Гореслав.
   - Так это ходили мои люди с товаром и в землю конунга Воломира, что сидит на реке Обре, и в земли конунга Митонна, что сидит на берегу моря и зовется конунгом поморов. Был я лично сам с товаром на острове Руже. И вот что я слышал: осерчал сказывают царь Атли на людей, что зовутся бургундами за убийство своего воеводы Родольфо сына Синьфьоти, и поведет Атли по весне войско большое на царя Гундехере. Зовет он с собой в поход всех мужей, что могут меч в руках держать. Сказывают, что от реки Обры и далее от всех земель, что на закате все вожди убоявшись гнева Атли своих воев в поход собирают, а конунг Воломир отказался идти на войну. И теперь конунг Воломир убоявшись гнева Атли воинских людей в своем граде собирает, и сказывают что собрал он уже тридцать сотен воев, так теперь стены большие возводит и ямы волчьи копает в своих землях.
   - Вот так вот вожди, слышали вы всё - подвел итог я - три тысячи воинов собрал конунг Воломир, что далее делать будет Воломир непонятно, пойдет ли на Атли, или убоявшись злого гунна нападет на нас, я то не ведаю. Однако знаю, что торговли в землях закатных у нас уже не будет. Мыслю я, что товар возить теперь в земли Воломира опасно, могут ограбить, или цену нужную не дадут.
   Я обвел всех взглядом. Что я хотел увидеть в глазах людей? Ну как минимум заинтересованность. Ведь больше половины и не знает кто такой Воломир и где его земли, и уж тем более понятия не имеют кто такой Атли.
   - А еще я хочу вам сказать, что прошлым летом, убил царь Атли брата Воломира конунга по имени Озантрикс и посадил на те земли конунга Онегесия. Так что мыслю я, что Воломир может попытаться отбить земли брата своего на реке Лаба и нападет на Онегесия, а это уже большая война с царем Атли. Но это еще не все, по Данапру кочуют аланские племена над которыми властвует воевода царя Атли конунг Кугум. Если большая война начнется, то призовет к себе Атли всех своих вождей, и вот тут я думаю, что нам придется принять сложное решение. С кем мы, с Воломиром или с Атли? Конунг варгов Видимер это младший сын Воломира. Видимер подженился на сестре престарелого конунга поморов Митона и сейчас командует объединенной дружиной варгов-поморов, и у Видимера имеется почти десять сотен воинов на море. А еще и руянцы могут выставить три сотни воинов храма Святовита в золотых доспехах и пять сотен воинов князя Светозара, вот так вот. Но это еще не всё, десятину дней назад пришли посланцы от Воломира, и я предлагаю их заслушать.
   Старейшины родов переглянулись и закивали.
   Я махнул рукой и один из воинов, что стоял возле двери вышел, а через какое то время в комнату в сопровождении двух моих воинов вошли четыре человека. Все при оружии, я не стал отбирать оружие у послов, может это и опасно, но оскорбить свободного человека, лишив его оружия, это означало бы сразу срыв переговоров. Я всего лишь выдал каждому по веревке, что бы те привязали рукояти мечей к своим поясам, так типа труднее меч выхватить и напасть на меня, если что плохое гости удумают.
   Один из самых мощных воинов вышел вперед и поклонился.
   - Это Тиудимер - показал я рукой на посла - он старший сын конунга Воломира, и прибыл сей славный муж в наши земли с посланием от своего отца.
   Я посмотрел на Тиудимера.
   - Говори посол, что за дело привело тебя к нам? Здесь собрались все старейшины нашего княжества.
   Тиудимер обвел взглядом всех присутствующих и кивнув головой, обозначая уважительный поклон старейшинам заговорил. Его голос был достаточно мощным с хрипотцой, этакий брутен-мен, то есть крутой мужик с низким скрипящим баском, но вот слова его я хоть и понимал, однако через раз. Примерно так ка вы сейчас можете понять сербский язык, то есть тема разговора конечно будет понятна, но для более детального проникновения в суть проблемы вам понадобится все таки переводчик.
   Заслушав вступительную речь толмач перевел.
   - Конунг земель полабских и обрских Воломир приветствует тебя князь болот. Недостойный сын волчицы Онегесий убил нашего брата славного конунга Озантрикса, и теперь господствует в землях, что подарены были отцом нашим великим конунгом всех славен Гертнитом. Всех сыновей Озантрикса он умервил, а племянницу нашу, дочь Озантрикса девицу Эрку отправил наложницей к подлому соачьему царю Этли. А теперь по смерти отца её, подлый Этли объявил свою власть над всеми землями по священной реке Лаба, и посадил там на княжение своего наместника Онегесия. Отец наш славный конунг Воломир собирает войско со всех земель чтобы вернуть себе земли брата своего и покарать подлого Онегесия. Ведомо нам, что ведешь ты дела свои с подлым шакалом и прихвостнем Этли ханом Кугумом. И вот спрашивает тебя великий конунг всех славных людей родов Русса и Словена мой отец - с кем ты князь болот, с нами или с Этли?
   Толкнув такую пафосную речь Тиудимер замолк и осмотрел присутствующих видимо пытаясь увидеть в глазах присутствующих трепет от столь важного мероприятия как выбор дальнейшей судьбы болотного княжества.
   Вожди шушукались и тихо возмущались, периодически посматривая то на меня, то на посланца Воломира.
   Я поднял руку, что бы прекратить шум.
   - Мы выслушали тебя посланец, ты можешь присесть, в ногах правды нет, ведь разговор наш может затянуться.
  Посланнику поставили кресло и тот сел, а я продолжил.
   - Ты ведь знаешь Тиудимир, что в наших болотах выжить не просто - я посмотрел на посла - а земли наши бескрайни, никто и никогда не сможет принудить свободных людей к тому, что им не по душе. Ни конунг Воломир, ни хан Кугум, ни даже сам царь царей Атли. Мы не пашем землю и не сеем зерно, потому что пустой от леса земли у нас нет, однако у нас много зверя и имеется огромное количество озер и рек в которых есть вдосталь рыбы. Если мы не будем ссориться ни с Воломиром, ни с Атли, если мы не выберем никакую из сторон, что сделает твой отец?
   Посланец выслушал перевод моей речи и опять встал.
   - Речи твои не имеют смысла, ведь ты молод не знаешь Этли посол встал - От его гнева еще никто не уходил и ваши болота вас не спасут. Рано или поздно он заберет все ваши земли себе, и сделав вас рабами бросит против нашего рода. А мой отец не допустит, что бы ты и твои люди пошли под руку Этли, нам выгоднее убить всех вас прямо сейчас.
   Ну вот и пошел настоящий пацанский разговор, мне уже и крышу предлагают, только предложение такое, типа ты конечно можешь выбрать под кем ходить, но должен знать, что мы не допустим, что бы ты был под люберецкими. Мы твой магазинчик просто сожжем. Типа "так не доставайся же ты никому".
   - Ты садись Тиудимер - я махнул рукой - сам видишь как мы живем, наши болота огромны, а людей у нас мало. Неж то ты думаешь что мы вот так вот запросто позволим кому неволить себя?
   Я обвел рукой пространство.
   - Все это лишь дерево, это все не имеет цены, но люди наши бесценны. Если кто к нам с войной придет, то мы все спалим и уйдем в болота, никто слышишь княжич, никто не принудит нас помимо нашей воли воевать ни за Атли, ни за Воломира, это не наша война.
   Лицо Тиудимер нахмурилось и покраснело, посланец сдерживал себя из последних сил и я его понимал.
   Вот например есть город Н-ск, и этот город всего-навсего замшелый райцентр, а в этом городе есть пахан. И вот человек от пахана приехал в какое то село под названием Мухосранск, а местный мухосранский бандит заявляет, что под паханом из райцентра ходить не собирается.
   Это нонсенс, небывалое дело. Почему? Да потому, что если Мухосранск не ляжет под пахана из Н-ска, то завтра приедет пахан из другого райцентра. Так выходит, что этот местный князек либо идиот, незнающий современных раскладов, либо он уже сговорился с другими бандитами, и невдомек этому Тиудимиру, что мы живем на хуторе в тайге, и в любой момент можем бросить все и уйти на хрен в неизвестном направлении. А поскольку посланец Воломира не осознает реально мои силы, то вот прямо сейчас он начинает в голове просчитывать вариант быстрого разгрома этих болотных варваров.
   - Ты не горячись Тиудимер, ведь прямой границы у нас с вами нет, меж нами лежат земли варгов, хоть там и правит твой брат Видимер, однако у нас с ним мир, да и людей у меня нет столько, сколько можете собрать вы. Так отчего же ты предлагаешь мне пойти под руку отца твоего, и что будет если Этли узнает о том, сможете ли вы защитить мое княжество от гнева Атли? Если придет по Данапру орда Кугума, придете ли вы мне на помощь? Что молчишь, я знаю что ты скажешь, вы с отцом скажете: "ты князь болотный пожги свои города и уходи в лес, чтобы вороги тебя не нашли". Так зачем же мне ввязываться в вашу свару?
   Тиудимир отвел глаза в сторону.
   - Но это еще не все - я повысил голос стараясь заглушить шепот старейшин - у нас практически нет земли под пашню, и зерно мы закупаем у наших соседей. Вот скажи сын Воломира, сколько зерна вы сможете продавать мне? Можешь не говорить я сам тебе скажу, ни сколько. А знаешь почему? Да потому, что вы собрали воинских людей из всех селений, и вам нужно кормить дружину, а вот людей что бы работали в поле у вас нет, это значит, что урожая в следующем году вы не соберете. А вот мне нужно кормить своих людей, и зерна я кроме как в землях Кугума нигде не найду. Иди Тиудимер сын Воломира, отведай нашего меда, а мы со старейшинами обсудим твои предложения.
   Когда Тиудимер со своими людьми вышел, я осмотрел присутствующих старейшин, что как мышки молча сидели и смотрели себе под ноги. Ну как же они вчера еще были изгоями и прятались в своих болотах от ворогов, а потом почувствовали себя свободными и даже обеспеченными людьми, и стали жить довольно неплохо, некоторы даже до того охамели, что слаи подворовывать железо. А вот сейчас от них начнут требовать какое то решение. А какое решение если у них мысли только о том как сбежать подальше и от этого кипишного князя, и от всех проблем мировой геополитики, им даже не жаль наворованного и припрятанного в болотах добра, готовы прямо сейчас всё бросить и сбежать.
   - Ну что примолкли, сказывайте что делать нам, коли потребуют от нас решения высказать и определится с кем же мы с Атли или с Воломиром?
   Старейшины молчали, а я злостно усмехался, и усмешка моя была как улыбка дьявола, потому как я наводил взгляд на кого то из вождей, и те сразу опускали глаза в пол.
   - Знаю я, что войны вам не нужно, хотите жить спокойно и растить детей. Покоя хотите? А вы подумайте о том желает ли олень лесной мирно щипать травку и растить потомство свое? Однако же тот олень отращивает рога и бьется в кровь со своими соседями, так как знает, что даже олень должен быть сильным, ибо в этом лесу кроме оленей есть еще и волки. Коли будем бегать от проблем как зайцы, то нам не только волков боятся придется. Нужно отращивать рога и зубы, нужно тренироваться ежедневно и биться в кровь, нужно готовится встретить любого ворога, кем бы тот не оказался. И никуда вы от войны не денетесь.
   Слово взял дед Боян.
   - Мудрые слова не старого мужа, хоть и не добрые. Однако Чеслав прав старейшины. Не отсидеться нам в наших болотах, коль хотим быть свободными нужно учится защищать свою свободу.
   Старый Боян посмотрел на меня.
   - Ты княже прав, не нужно нам идти ни под Воломира ни под Атли, а земель на севере много, если нужно то уйдем все на Ильмень озеро или на Ладогу, а коль колени приклоним, то нам на шею седло повесят и кнутом как рабов подгонять будут. Теперь старейшины мы должны сделать выбор либо жить в рабстве склонив голову, либо жить и умереть свободно с высоко поднятой головой.
   Когда старый дед сел я опять взял слово.
   - Кто ведал что в столь короткий срок мы станем сильными, кто думал о том, что мы побьем готландских купчишек и приберем к рукам все земли от реки Янтарной и до самого моря Студеного? Кто из вас думал о том, что мы сможем конунга своего на земли свейские посадить? Никто из вас о том даже мечтать не мог, потому что смирились вы с судьбой рабской, и все о хозяине сильном грезите. Так я вам скажу, есть в нашей земле хозяин, и этот хозяин я. От вас лишь требуется желание, желание быть свободными и вершить свою судьбу, и судьбу родов своих по своей воле, а не по воле иноземных конунгов. Воломир и Атли сильнейшие люди этого мира, они даже императоров ромейских не боятся, так почему мы должны кого то боятся, неужели только от страха смерти? Так смерть это лишь дорога, дорога к предкам, где смелые и отважные сядут за стол богов-ассов, а трусы и в ирие будут лишь рабами.
   Я осмотрел всех тугим взглядом из под бровей, ну что же речь замполита это вам не халам-балам, тут на всю катушку манипулирование сознанием работает. А что вы хотели, тут нужно всех убедить в том, что они обязательно умрут, но после смерти можно попасть либо в рай и бухать там с богами, либо в ад и там быть вечным рабом. А в это время люди очень суеверны, и они думают о загробной жизни с рождения.
   - Я хочу что бы каждый из вас определился и поднял руку если он выберет тот или иной вариант действий. Итак кто хочет договора с Кугумом и войны с Воломиром? Поднимите руку - я осмотрел всех присутствующих, но вопрос был задан так, что ни один нормальный человек за войну руку не поднимет.
   - Понятно, теперь поднимите руку, кто хочет союза с Воломиром и воны с Атли? - опять тишина, и ни одной руки.
   - А теперь поднимите руку те, кто хочет жить свободно и ни пред кем колени не склонять, кто хочет кровь свою проливать лишь за землю свою а не по воле конунгов и царей иноземных - после этой бурной речи я первым поднял руку, а за мной руки подняли все вожди.
   И только мудрый Боян, поднимая руку покачал головой. Иногда мне казалось, что этот седобородый старикан знает о мне больше чем все другие, как будто в душу смотрит. И вот сейчас он явно понял, что я просто издеваюсь над старейшинами, а и пофиг. Ведь решение принято коллективно, и никто не скажет, что я сумасброд и не демократ. Голосование было? Было. Каждый из старейшин имел возможность высказаться? Имел, и что с того что они все промолчали, так ведь потом они все дружно проголосовали, значит это их общее решение.
   - Принесите меч янтарный с кладовой и позовите посланца Воломира.
   Когда Тиудимер вошел я ему озвучил решение старейшин.
   - Порешили мы жить своей волей и ни с кем из конунгов не воевать, ни с Атли, ни с Воломиром. Торг вести будем с вами, если купцов наших обижать не будете, а оружие у нас хорошее, вот меч наш, это подарок для отца твоего конунга Воломира, передай отцу, что не хотим войны ни с кем, хотим мира со всеми.
   На какой то миг наступила тишина, все молчали, но потом Тиудимер опять встал и обвел всех присутствующих взглядом.
   - Родич наш, младший брат отца моего по имени Иллиас тоже сидел в горах у Данубиса и считал, что его никто не достанет. Однако Этли натравил на него подлых герулов. И князь словенский Иллис вынужден был на коленях вымаливать мир для своего рода. А теперь он и его люди служат Этли. Ты мало знаешь Чеслав, так как ты вождь малого рода, однако не утешай себя надеждами, что конница Этли не пройдет в твои земли. К тебе придут герулы, словены, туринги, а еще есть непобедимые гепиды рикса Ардария. Эти цепные псы Этли найдут тебя где бы ты не прятался. А вот теперь уже и родич наш Иллиас, как верный цепной пес по указанию Этли за деньги ромеев ведет своих воинов на смерть в царство палестинское. Я знаю твои беды Чеслав, нет у тебя большой дружины, поэтому мой отец не требует с тебя воинов, и мы знаем, что у тебя есть много серебра, и мы позволим тебе нанять охочих людей на службу для охраны твоей земли. Однако ты должен преклонить колено пред моим отцом и поклясться ему в верности и дружбе. Никто на твои земли не позарится, у нас своей земли хватает, однако не забывай, что в теле твоем нет и капли княжеской крови, а Воломир истинный конунг, сын самого Гернита победителя вильцев. Преклони колено и ты спасешь свой род.
   - Истинно ты глаголишь сын конунга Воломира, - я усмехнулся - в моем теле нет царской крови, однако в нашем роду князь это не конунг и не царь, князь есть воинский начальник-рикс, избранный советом родов, и не пристало мне мерятся знатностью с Воломиром или с Атли. Дружина у меня не большая тут ты прав, однако мечи намного острее ваших, а болты мои намного смертоноснее чем стрелы Атли. Решение совета старейшин ты услышал, передай его отцу. Незачем нам воевать, хотите торговать, ну что же торг будет, однако нам нужен честный торг, и честная цена. Вот подумай Тиудимир, у вас полно болотной руды и много кричного железа, однако бронь ваша слаба и мечи ваши не так остры как мои. Так почему у нас булат крепче? Потому что мы мало думаем о битвах, и много трудимся, мы думаем лишь о своих людях, и забота о людях заставляет нас ответить нет, и тебе и посланцам Атли.
   Тиудимир встал, взял подаренный меч, осмотрел его и кивнув головой вышел со светлицы.
   Ну что же, одни переговоры окончены, следует в ближайшее время ждать людей от Кугума или даже от самого Атиллы, а пока что нужно укреплять Оршу, крепость Вильно и остроги на реке Янтарная (Западная Двина). И в общем пора переносить столицу на озеро Ильмень, по крайней мере половину специалистов и пол казны нужно вывозить к Цветане.
   - Так вожди - тихо сказал я - мыслю я вы все поняли. Теперь слушайте задачу, начинайте неподалеку от ваших селений рубить лес и расчищать поля под зерно и брюкву. Весь лес использовать для строительства стен вокруг селений. В каждом селении возле ворот воздвигнуть башни для стрелков, ворота в селения держать под постоянной охраной, на ночь запирать. Ежедневно высылать дозорных на осмотр окрестности и проверку подходов к селениям. Каждому селению в лесу или на болотах оборудовать схроны (тайники) и тайные места для баб с детьми. Как узнаете о подходе большого отряда врага, бросайте все стены и уходите в лес всем селением, а как малые отряды будут, то тут уж не зевай, лезь на стену и сражайся. Как большая вода сойдет, чтобы у каждого селения было по три поля расчищено, пришлю зерно, сажайте не ленитесь, мыслю я, что по осени нам зерна от соседей не видать. А теперь, если вопросов нет, оставьте меня с воеводами и счастливого вам пути.
   Когда полтора десятка больших и маленьких вождей вышли, а в светлице остались только семь воевод я продолжил совещание.
   - Ну что воеводы, теперь будем говорить о ратном деле. Если будет война, то попасть в наши земли можно только тремя путями. Первый путь это по Славутичу (Днепру) до Орши, затем вдоль волокского тракта до Витебска и потом только вниз по Янтарной реке (Западной Двине) до Полоцка. Второй путь это подняться вверх по реке Вильной (Свободной) до острога Вильно, а затем лесным трактом до реки Дисна и вниз по течению до реки Янтарная, и вот он вам Полоцк. Третий путь морем до крепостицы Гореслава, что у самого залива, а далее вверх по реке. Других путей в наши земли ворог не знает. Так, что задача у нас стоит не простая, хочу чтобы воеводы обсказали думки свои по обороне своих острожков.
   - Так, что тут думать моя крепостица на реке стоит, вот она первый удар и примет - встал воевода Орша - но могут и мимо пройти до самой Смолянки, а там уже и селение Радко пожечь, только после этого вороги в лес сунутся, а пока стоит Смолянка я бы в лес дружину не повел, а ну как Радко в спину ударит.
   - Тут ты прав Орша, нужно укрепляться на Орше и в Смолянке, а еще требуется возле бывшего селения Гореслава засеку меж болот сделать, что бы мимо острога никто не прошел, кроме того Витебск нужно отстраивать полностью и мост ставить, нужно иметь возвожность быстро людей с другого берега перебросить - подвел я итог обсуждения укреплений первого оперативного направления.
   - Что мне то сказать, княже? - встал воевода Вильно - не сдюжить нам большого удара, не осилим. Мыслю я что нам потребно токмо упредить ворога, а далее жечь острог и в лес уходить.
   - Прав ты Святовуд, если ворог вверх по реке Вильной пойдет, то вам не устоять, однако и уходить просто так нельзя. Можно и с острога чуть ворога побить, а дальше острог жечь и в леса уходить. Больно неудобно твой острог стоит.
   - Да, против большой дружины от острога толку мало. Ведь там всего три десятка воинов сидит, если скопом навалятся то возьмут стены без больших потерь для себя, а если мы в лес уйдем, то ворога можем погонять по лесу, там сражаться проще, ведь тех болот что на тракте вороги не ведают, там наши болота.
   - Прав Святовуд - сказал дед Боян - нужно готовить загодя засеки на тракте, а крепостицу нужно на реке Дисне ставить, ворог ту реку не знает, а нам сподручнее с вильно уйти и на Дисне встать, там рекой припасы и людей с Полоцка подвозить проще.
   - Понял я вас - подвел я итог - а теперь дайте мне толкового человека, что там строиться начнет.
   - Нигнир сын Тормута-готландского, он толковый парень, у него и ватажка имеется из молодых, пусть забирают своих отроков и девок, и идут на Дисну, а то не уживаются они с молодняком Полоцким.
   - Святовуд на тебе эта ватажка, помоги, подскажи, с вождями кривичскими сведи, путь покажи, пусть обживается Нигнир на Дисне, а святовуд как от Вильно отступит, так в новой крепостице и сядет. Теперь о тебе Гореслав. Крепостица у тебя знатная на острове стоит, с налета не взять, однако осаду её легко обеспечить, если ворог придет, то только от наличия запасов вы будете зависеть.
   - Думал я уже о том - пробасил Гореслав - я уже стволы заготавливаю и буду по реке сплавлять, нужно вторую стену ставить на острове и башни поднимать.
   - Сколько у тебя людей?
   - Две с половиной сотни вместе с бабами и детишками, однако люди приходят, но я их пока что к тебе отправляю.
   - Это правильно, никого из переселенцев в крепости не пускать, всех отправляйте на реку пусть там себе селение ставят, и вообще я бы увел переселенцев подальше в леса, вон хоть на озеро Чудинов, пусть там град ставят, и назовем мы его Псковом. Посадим туда своего воеводу с десятком воинов, пусть крепостицу ставит и гарнизон готовит.
   Я повернулся к старику, что молча сидел на крейней скамейке.
   - Ты то дед Боян, кем себя мыслишь? - спросил я седобородого старика, что был отцом Радомиру и мне дядькой - хочешь ли воеводой во Пскове сесть?
   - Нет Чеслав, стар я уже воеводствовать, я лучше у Радко в Смолянке сидеть буду, оттуда по реке торговля с родовичами нашими гарная выходит, а ну как кого еще к себе притянем, да и путь там твой в Ховалинское царство открывается.
   Путь по Итилю (Волге) в Ховалинское царство это мечта, мечта к которой мы подходили с должным почтением и подготовкой. К стати, Идиль тут называют - Этиль. Вот я и подумал, а может Этли (Атли, Аттила) это типа мужик с Волги, ну с Этиля. Может его имя посвящено названию великой реки? Хотя хрен его там знает.

  
  
  Глава вторая. ЖРИЦИ ВЕЛИКОЙ МАТЕРИ
  
   Радко таки нашел короткий волок от Смолоянки по Данапру, нужно идти вверх по реке двое суток, а потом три дня ладьи по неплохому и ровному волоку тащить до какой то речушки, что впадает с права еще в одну, а потом с права еще в одну, а потом уже с лева впадает в полноводную реку, что идет на восток. По всему выходит, что это и есть тот самый пусть в Оку и далее в Волгу, вот только путь не простой, на той реке чудным образом нашлось почти с десяток маленьких селений, что платят дань каким то мокша. Я думаю, что мокша это типа прото Булгары или прото Мордвинцы.
   Радко сам ходил на стругах к родам этих Мокша и вот что узнал. Когда то народ Мокша жил далеко на юге у самого большого моря, однако пришел в их земли многолюдный злой народец и Мокша ушли на север влоль реки, так и живут теперь в верховьях Идиль реки. Много раз приходили посланцы от Этли с требованием подчинится. Некоторые вожди взялись за копья, однако дружина Этли разбила самых сильных, остальные же вожди теперь все под Этли ходят, и верную дружину на боевых конях в войско Этли согласно договора снаряжают. А соседями у тех мокшан сидят мещеря, говорят князь мещерский Тюштень взял в жёны дочь князя буртасского Синевку и теперь у мещерцев и акациров родоплеменной союз.
   Вот вам и ситуёвина, я тут пока что думку думаю с кем мне быть, а думать то нечего, так как почти все соседние племена уже давно под Атиллой ходят, только я идиот все в сказку про независимое лесное цапство верю. И никакой торговли у меня ни по Днепру ни по Волге не получится если я против Атиллы выступлю.
   Так, что на ближайшее время для меня основной враг все таки конунг Воломир со своими сыновьями, а может поиграть на две стороны, типа многовектрорность изобразить? Только подозреваю не все тут так просто, ведь местные царьки не просто так царями стали и пол мира под себя подгребли, они все эти движения по любому как то контроллить научились и любому многовекторному могут так шипастую загогулинку в задний проход всунуть, что мало не покажется.
   - Ты Радко как большая вода спадет собирай торговых людей, и отправляй их к вождям мокшан и мешерцев, пусть свезут часть нашего товара, возьми доски, горшки, камень солнечный и часть оружия железного. Однако железа много не бери, пусть первую ходку всего с несколькими мечами сходят это подарок для вождей. Если наша сталь вождям понравится, то проси разрешение на торговлю в их землях, нам проход до Идиля по Оке нужен, а далеле в море Ховалинское.
   - Торговый пост на речушке Амчасна у меня уже стоит, токмо туда рода слабые приходят от веси, кроме топоров да ножей ничего не берут, даже серебра у них нет, но вот меха знатные, иногда даже белый мех приносили. Я с того поста крепостицу делать буду, но река там мелковата для больших чаек, вот на лодках и ходим.
   - Так может куда подальше твою крепостицу поставить, вниз по реке спуститься, где большая вода начинается? А там пусть торговый пост остается, мы будем на пост телегами товары привозить, ты от поста до крепостицы товар на лодках сплавляй, а уже далее по большой воде пусть на ладьях развозят.
   - Тут такое дело Чеслав - Радко почесал затылок, - речка Амчасна она как бы ничья, туда рода мокши за данью не доходят, там народец живет бедноватый, мосхами зовутся, вот тех людишек никто и не трогает, а вниз по течению уже селения богатые попадаются имя им морде, так они все под князем мещерским. Ставить там крепостицу опасаюсь, а ну как войной пойдут, ведь все рода там пока под мокшанами ходят.
   - Плохо это, нужно народы веси, мери и мордвы из под мокшан и мещерцев выбивать, мыслю я как пойдут вои мокшанские, да мещерцы с акацырами в поход Атли, то нужно и нам в поход на земли мокшанские собираться, да рода мелкие из под них выбивать.
   - А гнева Атли не боишься?
   - Я Радко за кромкой был, и то мне ведомо, что большим походам приходит конец, еще пару раз сходит Атли на ромеев, да и побьют его воинство, полностью побьют, а кто с ним пойдет, тот всех людей безславно сгубит. Так что надобно нам большого похода дождаться да и напасть, а для этого нам крепостица уже сейчас на большой воде нужна, чтобы мы смогли ладьи волоком от Смолянки перекинуть и в крепостицы припрятать.
   - Ну чтож сделаю - ответил Радко - у меня уже народа больше собралось, все равно в Смолянке все не усидят, требуется часть людишек на новые земли переселять, вот я их и отошлю крепостицу на большой воде ставить.
   - Аркх - повернулся я к днепровскому пирату - тебе сколько ладей требуется? У меня сейчас дюжина есть, могу тебе волоком перекинуть, хочу что-бы ты людей охочих по селениям собрал да торг крепкий на Данапре организовал, ни одно судно без твоего досмотру вверх по реке пройти не должно, в каждом селении слухачей иметь должен, всех подкупай и покупай, нам сейчас информация больше злата нужна. Если Атли собрался войной на бургундов, то требуется знать, как вои с родов уйдут, как вооружены, сколько людей воинских в селениях осталось, как службу сторожевую ведут? Да и много других вопров. Не дай боги нам придется пощипать Кугума и те рода, что под ним ходят.
   Аркх кивнул головой, он был молчалив и кажется даже обижался на меня. Я то помню, что настоящий Чеслав дружил с Аркхом, а вот попаданец в теле Чеслава держит Аркха за второстепенного исполнителя. Хотя как воин Аркх неплохо владеет коротким копьем, а еще он славный моряк, идеальный пират, из которого я сделал торговца. Придется ему селение какое либо подарить и там воеводой оставить, а то он сейчас как говорят без кола и без двора.
   С Радко у них отношения не сложились, поэтому в Смолянку Аркх заходит редко, а вот Орша хоть и славный воин, только староват для Аркха, что бы с ним дружбу водить, поэтому и в Орше Аркху не слишком то и рады.
   - Послушай Аркх, а не хочешь ли ты сесть в крепости, что на Итиль реку ведет? Найди себе место хорошее на реке, что в Итиль впадает, туда все свои корабли перегонишь и людей заберешь. Итиль река огромная, и по ней путь идет через море в царства Ховалинские, там свободы больше чем на Данапре. Только нам в начале нужно на Оке крепко сесть.
   - А как же Радко? - Аркх посмотрел на воеводу Смолянки (Смоленска) - это же его торговый тракт.
   - А Радко мы весь Данапрас отдадим, там рода для него знакомые, торговля знатной будет, что скажешь Радко?
   - Ты прав Чеслав, мне на Славутиче, что ты Данапрасом зовешь проще торговать было, только теперь на этой реке ворогов у меня много имеется.
   - А мы ворогам твоим всем зубы то повыдергиваем, Данапрас наша река. Наша, и власть Кугума там только до порогов простирается, а далее земля наша, нечего там аланам делать, пришло время все рода, что по Данапрасу сидят под единую власть подбирать.
   - Думешь получится у Радко на нашей реке торговать, а ну как по его душу Кугум заявится, ведь бусовы людишки данниками у алан были?
   - Слышал ведь, что скоро Атли испустит дух и всё его воинство по домам разбежится, но мы к тому быть готовы должны. А без помощи гуннов мы и аланам рога пообламаем.
   - И как скоро нам того ждать? - спросил седобородый Боян.
   - Как прольет Атли кровь брата своего названного Аэция, так и конец его близок. Ведаю я, что большой поход на закат будет, а когда будет того не ведаю, духи с людьми на непонятном языке общаются, токмо картинки показывают, а где и когда это будет разобрать сложно.
   Ну что же, я помогу Радко, прав ты Чеслав, Аркх воин хороший, только с родами нашими ему не сговорится, тут муж знатный нужен, Радко подойдет.
   - Ну вот, что скажешь Аркх, возьмешься Итиль осваивать?
   - А что не взяться то, возьмусь.
   - Тогда и крепостицу на большой воде что в Оковском лесу течет тебе ставить, а пока принимай ладьи в Полоцке, тащи их волоком на Данаприас и пока пусть стоят в Смолянке, а ты людей охочих подбирай, да с бабами, что бы там плотно осесть с хозяйством и припасами, а по весне потащишь суда волоком в Оку, там уж сам место для крепостицы выбирай.
   На том и порешили, а порешили мы, что царь Атли конечно великий, и даже царь царей, вот только и он смертен, а нам нужно подождать когда великий царь представится и власть из под его наследников перехватывать, а для этого уже сейчас нужно базисную основу готовить.

  
   А пока мое прото государство занимается весене-полевыми работа на благо 50-ти летия ВЛКСМ, я взял 30 человек личной дружины, 10 проводников-следопытов из местных лесовиков, загрузили нашими товарами седельные сумки коней и о дву конь поехали по необъятной лесной чаще, на проверку всех притоков реки Западная Двина.
   Задача была простая, мне нужно встретиться со всеми старейшинами известных мне родов, а также по возможности найти новые селения.
   Для обмена и продажи, а также в качестве подарков в больших седельных сумках мы везли соль и горшки, ножи и топорики, кроме того я взял много полотна из лесной шерсти. В то время лесная шерсть составляла основу нашего текстильного производства. Это специально выделанные полотна из особой нитки, выделанной из крапивы, конопли и всякой местной травы, и даже из ёлки. В технологию сильно вдаваться не буду, этим занимаются женщины в селении Цветаны, там целые мастерские отгроханы, и теперь у меня вполне достаточно полотна, чтобы из него не только шить рубахи для себя, но можно и часть соседям продать. Не смотря на то, что все местные дикари ходят в шкурах, но ведь под шкуру то нужно одеть рубаху, а летом так в шкуре вообще не айс.
   И продлился мой великий поход не много и не мало, аж целых три луны, то есть почти три месяца.
   В ходе похода я обнаружил немало лесных селений, что ютились на берегах маленьких даже не речек, а ручьев и небольших лесных озер. Но вот что меня поразило, так это факт того, что много селений я и не нашел. То есть год или два года назад тут точно было селение и вон даже крыши над землянками стоят, а людей нет. То ли демоны болотные их сожрали, то ли тати-работорговцы тут погуляли и всех людей утащили на невольничьи рынки, то ли людишки местные по лесам кочуют, а сейчас просто свалили в другое место.
   Удивило меня только первое обнаруженное нами лесное селение, огороженное невысоким частоколом от волков, и состоящее из десятка не больших землянок, накрытых ветками и проложенные поверх веток крупными пластинами торфа. В селении проживало 30 человек. Всего то 8 мужчин, остальные бабы и дети. Очень маленький рост, и не очень симпатичные рожи, говорили о том, что тут процветает жесткий инцест. То есть папаши трахают своих сестер и даже дочерей. Маленькие общины прячутся в лесу, имея небольшой ореол обитания в устье какой либо лесной речушки, занимаются собирательством и охотой на своих лесных угодьях, иногда вообще ничего не зная о своих соседях. Такое веками законсервированное общество. У местных мужиков железа не было вообще, я правда увидел один какой то ржавый нож на поясе у вождя, а вот охрана вождя стояла с небольшими копьями с костяными наконечниками. Копья чисто метательные, и наверное даже наконечники обмазаны ядом болотной гадюки. Лося или оленя ранить можно, но потом нужно долго преследовать раненного зверя, ожидая когда тот помрет. При чом воевать с таким оружием против подготовленных дружинников никак нельзя.
   Нападать на нас никто и не думал. Ни разу никто не проявил агрессии, ведь по меркам этих лесных людей мои три десятка воинов были марсианами. Одеты полностью в железо, на боевых конях, с длиннющими копьями с калеными стальными наконечниками, а еще мечи, топоры и щиты. Никто даже в бреду не подумает нападать на такую вот банду. Банда внушала животный ужас, а когда я начинал знакомство с подарка вождю, вначале наступала немая пауза, а потом пол часа все нюхали, ковыряли пальцами и даже лизали подарок. А подарок был простой: вождю нож, а его женам по кисету с солью, то есть маленькие такие мешочки с солью. И этого вполне хватало, что бы наладить плодотворные переговоры. Менять или покупать у таких общин было практически нечего.
   Меха имели насколько плохое качество выделки, что могли использоваться только в личных целях для одежд дикарей вот в таких селениях.
   Мы обменявшись подарками, как правило просто уезжали. Я наносил на карту новое селение, двигался дальше. Если селение внушало уважение, то есть не походило на привокзальный бомжатник 20-го века, то я рассказывал вождю где находятся мои города и как туда добраться на торг, иногда делился информацией о соседних родах и что у них можно купить. Часто мне сами вожди сливали информацию, и вот так целых три месяца. Это был летний развед поход, который имел зарактер рекогносцировки местности моего протогосударства и носил четко определенную цель. Я сам лично должен увидеть свою землю, и понять можно ли в этих буреломах надежно спрятать лесные городища на случай начала тотальной войны. Второе я рекламировал местным людишкам себя любимого, то есть я всем показывал доброго князя, и пусть помнят как же им дико повезло, что у них есть такой добрый и сильный князь, пусть повесят мой портрет в углу своей землянки и три раза вм день молятся о моем здоровье пред своими богами. А еще я рекламировал своих дружинников, то есть любой сильный и смелый муж может выглядеть именно вот так как мои дружинники, нужно всего то прийти в один из моих городов, и принести клятву верности князю, и все, твоя жизнь сложилась. Полный соцпакет, путевки в Турцию, пенсионное обеспечение и все такое. Я искренне надеялся, что после моего объезда на который я угрохал сколько времени в города потекут люди. При чем не простые люди, а как бы сказал классик, пойдут именно самые-самые, то есть придут те, кому в диких болотах сидеть надоело, то есть я хотел изъять из родов самых пассионарных членов общества. Возможно после этого сами лесные людишки тихо сдохнут от голода и холода, но у них есть выход. Они ведь тогда тоже должны будут принять решение и вылезти наконец из своей дргви для того, чтобы разместить свои селения рядом с таким сильным и дорым князем. Человек существо социальное и слабый всегда тянется к сильному, таков закон природы.
  На самом деле таких поездок я совершал и ранее множество раз, вот только вспомнил я об этой поездке по особому случа.
  Уже после того, как начали падать с деревев осенние листья и мы порешили повернуть назад к берегу Западной Двины, моя лошадь вдруг начала поворачивать свои огномные уши и с опаской посматривать на небольшую речушку, вдоль которой мы медленно огибая валежник двигались на юг. Кто то там был, может мишка, а может и волки, какая нам разница, на нашу группу ни один нормальный вожак стаю волков не натравит, да и не сбились они еще в огромные голодные стаи, так что бояться нечего. Но постепенно все лошади нашего отряда начали реально поворачивать головы влево, всадники занервничали и понадевали шлемы, я тоже одел.
  - Лесовиков и заводных коней в центр строя! - скомандовал я. Первый десяток на земь, готовить самострелы, наблюдать. Второй десяток проверить местность с права на сотню шагов.
  Раздались звучные команды, воины первого десятника спешились и начали одевать тетивы арбалетов, воины второго десятка попарно повернув коней медленно поехали в лесную чащу, и только воины третьего десятка как и я остались на конях, нервно сжимая в руках длинные копья и озирая округу пристальными взглядами.
  Прошло минут двадцать, вернулись разведчики.
  - Чисто, - доложил второй десятник - даже ветки не пригнуты, нет там никого.
  - Понял, стрелки, что наблюдаете слева?
  - Чисто!
  - Может зверь там за речкой, а может чей соглядатай за нами бдит? - тихо проговорил второй десятник.
  - Сам знаешь, одного человека лошади не испугались бы, - покачал я с сомнением головой - там отряд воинов или стая волков, они нас видят, а мы их нет. Лошади взгляд злой чуют, вот и бояться.
  - Ну что, поедем, или как? - насторожено спросил десятник арбалетчиков, что топтался на земле возле моего коня.
  - Стрелки на коней, готовится к бою, как начнется, все на землю и бить из-за седел. Второй десяток, выслать головной дозор, всем наблюдать вправо, третий десяток выслать тыльных дозорных, наблюдать за рекой влево. Вперед!
  Через какое то время все пришло в движение и мы продолжили путь, а через пару мгновениё, беквально через минут десять я увидел как дозорные натянув поводья остановили коней и пялятся в лес за рекой. Потом один из дозорных обвел круг над своей головой, а потом одумавшись повернулся ко мне и подняв руку показал сигнал 'Внимание!', потом указал рукой на лес и подал сигнал 'Вижу неизвестных!'.
  Твою, мать, а все так хорошо начиналось, ни одной проблемы за три месяца, а вот на обратном пути, что-то начинается нехорошее. Я еще не видел противника, но сердце уже начало биться чаще, прогоняя кровь по жилам и насыщая тело адреналином.
  Мгноведие спустя я подал команду 'Стой, приготовиться к бою!', а сам поехал к дозорным.
  Твою мать, аж сердце ёкнуло. В лесу на другой стороне небольшой речушки за деревьями стояли и наблюдали за нами несколько десятков женских фигур. Одеты они были реально как кикиморы болотные, в непонятные длиннющие сарафаны, волосы распущены. Но самое страшное, что на фоне темно зелёного леса и таких же темных сарафанов, белые лица этих женщин выглядели как лица мертвецов, а яркоголубые глаза придавали этой картине воистину вид хардкорного фильма ужасов. Даже у меня, человека практичемки 21-го века. Насмотревшегося по ТВ и видео огромное количество западных ужастиков и то плечи передернулсь, а что твориться в душах моих дозорных?
  - Вы что остолбенели - спросил я - кикимор болотных не видели, что ли? Тут самое гавное не поддаваться на их уговоры и идти за ними, а то в болото заведут и утопят к чертям собачьи.
  Ага, я думал, что это была шутка, типа князь не боиться, вон даже шутит. Хотел подбодрить своих воинов, как вдруг из за дерево появилась женщина в кокошнике и поманила меня рукой. Дозорные и так были в напряжении после моих слов, а при появлении этой тетки и после того как оня позвала князя, те чуть с коней не попрыгали и в лес не сбежали.
  - СТОЯТЬ! - рявкнул я, продолжая осматривать неподнятный отряд кикимор и саму предводительницу этого отряда, что типа мило улыбалась, зазывала нас на ту сторону речки.
   Мля, с кабаном дрался, с мишкой сам на сам сошолся в разборках кто из нас круче. Да я даже с нориками в морском бою рубился, и упав в моркую пучину так не испугался, как этого приглашающего жеста от непонятной тетки в кокошнике.
  А может это мне только кажется, но повернувшиь к своим воинам, я понял, что эту картину видят все. Все мля видят, что по ту сторону небольшой лесной речушки стоят странные тетеньки и заманивают нас белыми как у мервецов ручками.
  Бррр, твою мать.
  И только один из лесных людишек, что были проводниками вел себя на мой взгляд без опаски, он просто повертел головой по сторонам, потом осмотрел девок на противоволожном берегу и как бы успокоился.
  - Пелгус - крикнул я проводника - подойдика ко мне.
  Пелгус посмотрел на меня и пошел к дозорным.
  - Что это, ты их знаешь?
  - Слыхал от отца, но сам вижу впервые.
  - О чем слыхал?
   - Отец говорил, что иногда к воинским отрядам выходят жрици Макоши, выдно где-то неподалеку их святое место.
  - Они нас, что сварят и сожрут, или на своем ритуальном костре спалят, а может в болотах потопят?
  - Что? - удивился проводник - да не, это у них время зачатия пришло, вот и повылазили.
  - Зачатия кикимор?
  - Говорят, что в лесах есть много селений, где мужиков и вовсе не водится, так там бабы выслеживают воинов и как время приходит, то совокупляются с ними, чтобы дети были.
  Передвижной публичный дом, ну тогда понятно, вот только непонятно, от чего они нарядились как ведьмы лесные, жуть, от одного вида таких красавиц член на пол шестого упадет и лет пять будет нерабочим инструментом.
  Пока я общался с проводником как то незаметно женщина в кокошнике пересетсилась к берегу и сейчас внимательно рассматривала меня, а увидев, что я обратил на нее внимание, показала на воду метрах в десяти вниз по течению и опять поманила рукой. Жест я понял, типа там переправа, давай иди сюда. Вот только я видя эту картину думал о другом, мания преследования не давала мне покоя, все старался высмотреть за спинами женщин вражеский отряд лютых песьеголовцев, что пытаются заманить нас в ловушку.
  Развернув коня я подъехал к своим людям.
  - Бдительности не терять, второй десяток осмотреть лес с права на сто шагов, первый десяток на землю, самострелы к бою, третий десяток за мной.
  После раздачи команд я подъехал к броду и осторожно тронул кобылку пятками, заставляя её пойти в воду. Моя коняшка фыркнула и сделал первый шаг, потом второй и насчупав твердый грунт меделнно пошла через речку. Вода доходила до живота лошади и та крутя ушами и фыркая ыражала мне свой протест, но ослушаться всадника не смела, еще пару шалов и я оказался на противоположном берегу, а за мной и весь третий десяток переправился.
  Увидев это, все женщины вдруг как по команде повернулись и пошли в лесную чащу. Твою мать, чо за представление?
  - Немед - крикнул я первому десятнику - переправляйтесь все на этот берег.
  После чего тронул коня и поровнявшись с женщиной в кокошнике поех в чащу, мои сопровождающие не отствали, периодически поглядывая как переправляются остатки нашего отряда.
  Через какое то время мы вышли на большую полянку, где имелось небольшое селение, несколько десятков домов за приличным плетнем. По всему выходило, что селение тоже было давно заброшено, а сейчас оно превращего во временный лагерь этими жрицами.
  Когда все мои люди собрались, я распределил патрули вокруг этого сления, ыставил наблюдателей и по приглашению женщины в кокошнике зашол под самы большой навес, при этом не забыв позвать с собой пару человек личной охраны. Я не трус, но в этом лесу такую картину вижу впервые, что бы вот так вот просто тетки шлялись по болотам и заманивали для сексуальных оргний целые отряды воинов, в моем мозгу все еще бушевали картины хитрого плана засады. То есть эти непонятные женщины очень уж смахивали на отвлекающую группу, задача которой нас остановить, а гдето неподалеку уже рыщут злые воины, что окружают зазевавшихся путников.
  Под навесом не было стола, как не было и стульев. Лежали огромные колоды, на которых восседали более взрослые женщины, а молодые девки шустро таскали какие то корзины и изображали из себя благочесивых хозяек, готовящих новогодний стол. Корзины с офощами и фруктами ставились прямо на землю, потянуло димком, кто-то разжег костер и я был на сто процентов уверен, что сейчас начнут жарить заранее заготовленного олененка. Ляпота, только дед мороза не хватает и президента в телевизоре с новогодним поздравлением. Хотя нет, вот она силит, в кокошнике, сейчас что то скажет типа: 'Кхе, кхе, Россияне, я устал, я ухожу!', мля до сих пор помню, это был мой лучший новый год в моей жизни, и самый лучший подарок всей стране от самого наидемократичнейшего презиента России.
  Женщина в кокошнике молчале, пристально рассматривая меня как покупательници смотрят на вешалки с шубками в дорогих бутиках, интересно. Но потрогать страшно, а вдруг денег не хватит. Ну и я не пытался никак нарушать молчание, а все больше осматривал оскрестности, пытаясь понять. Как там мое охранение, не спят ли с долгой дороги, не опоили ли их лесные нимфы, и не крадется ли злой враг с окровавленным копьем к нашему временному лагерю. Параноя, мать её так.
  Поврнув глову в сторону сидящих женщин я вдруг обнаружил перед своим лицом огромное красное яблоко. Женщина в кокошнике держала его в протянутой руке и улыбалась, самими свим видом говоря 'сьешь его, и будет тебе счастье'. Ага, щаз, хер вам, ведьмы болотные, не на того напали, я историю Адама и яблочек помню шорошо.
  - А где змий? - спросил я женщину чуть наклонившись вперед.
  Та расширив от удивления глаза опустила руку с яблоком.
  - Аам, Ева, змий искуситель и яблочки - проговорил я тихим голосом - что не слыхала этой истории.
  Женщина по тону поняла, что я её о чем то спрашиваю и отрицательно покачала головой, типа, я не я и хата не моя.
  - Тогда слушайте - я откинулся назад и начал совй рассаказ - давным давно, боги сотворили этот мир, и что бы возрадовать свои глаза посадили они райский сад. Долго гуляли боги в том саду, но стало им скучно и они создали людей, Адама и Еву. Главный бог тогда сказал, что люди могут жить в райском саду, прямо рядом с богами и есть все, все кроме яблок с райского дерева. Однако ползал в том саду мировой змий, что от подлости душевной хотел извести и богов и людей ими созданных. Вот тогда змий уоворил еву испробовать яблочка с райского дерева, и несчастная ева не смогла побороть искушения. А потом, нарушив запрет богов, она испугалась, что её выгонят с рая и уоворами льстивыми заставила Адама также нарушить запрет. Вот я и спрашиваю, где змий?
  Ответом мне был заливисый и долгий смех, что показало мне прекрасное знание нашего языка у главной кикиморы, остальные девки тоже улыбались, значит и они не глухо-немые, по карйней мере мой рассказ они поняли.
  - Значит ты говоришь на нашем языке и меня понимаешь?
  - Мы говорим на многих языках - отсмеявшись ответила женщина.
  - Как давано вы за нами следите?
  - Мы высматривали вас целую луну - с улыбкой ответила женщина.
  - А почему раньше не показались?
  - Не было на то дозволения Великой матери.
  - Великая мать это ваша богиня?
  - Великая мать, это Великая мать, вот у тебя же была мать, и у нас есть. А служим мы все Макоши.
  - Значит Великая мать реальная женщина, которая управляет вашей общиной, а вы все служите Макоши?
  - Всеми нами управляют лишь боги. А люди властны сами поступать так как возжелают, никто не может управлять ими, даже Великая мать.
  - Значит в вашем монастыре анархия, но все же вы спросили дозволения у Великой матери на встречу с нами.
  - Таков порядок железный волк.
  Этат тека меня знает, интересный факт, почему она не назвала меня белым волком?
  - Ты меня знаешь?
  - Великая мать имеет уши и умеет слушать, мы монгое знаем о лесных родах.
  Понятно, у этой Великой матери есть своя агентура, интересная тетка, с ней нужно поговорить.
  - Могу ли я встретиться с вашей Великой матерью?
  - Если на то будет воля Макоши.
  Странный разговор, и тетки странные, хотя, тут половина вообще малолеток. По настоящему взрослых женщин меньше трети, а остальные так вообще мужиков первый раз видят, вон даже в глаза не смотрят. Битую годами и жизнью бабу сразу видно, по глазам можно понять что она хочет, некоторые хотят сойтись с каким либо мужичком и попробовать создать семейное гнездо, другие хотят временных развлечений и дорогих подарков, но есть такие, которым нужен просто жесткий секс и при этом без обязатеств. Что нужно жрицам Макоши в принципе понятно, они вырождаются, ходить по ближайшим селениям опасно, там уже все родственники, а поэтому приходиться совершать дальние переходы, что бы найти новую кровь подальше от мест расположения их храмов.
  Только я этому все еще не верю, сижу в напряге и кручу головой, все пытаюсь высмотрить часовых и наблюдетелей, не уснули ли, опоённые странным лесными девами, и не ползет ли где враг с ножом в зубах.
  - Ты самый странный из вождей, что я встречала - проговорила женщина - ждешь кого?
  - Не могу поверить, что нет засады - не желая скрывать свое беспокойство ответил я - странно все это, вы собрали ровно столько девиц, сколько у меня воинов. При этом в моем отряде есть еще и проводники, но для них женщин нет. Вот я и думаю, что хотите вы моих людей ума разума лишить, заманивая своими прелестями, а девицы ваши только винскую дисциплину мне нарушают.
  - Странные слова ты говоришь, разве можно разрушить то, чего и нет вовсе. А если твои воины послушны воле вождя, то женской хитростью их не возьмешь.
  Я посмотрел на женщину, как бы не так. Сказал бы я тебе наши военные примудрости, вот мой командир говорил, что если рядом с воинской частью есть рассадник зла в виде какого либо лицея или женского училища, то остановить самоволки и нарушения воиской дисциплины среди личного состава все равно не получиться, так как зов пизды сильнее воли командира. Но мои воины бдили, правда некоторые все чаще и чаще стали засматриваться на девок, однако же не все поддались соблазну.
  - Испей вождь медовухи доброй - женщина протянула мне деревянный кубок с каким то пойлом.
  Ага хер вам.
  - Испробуй свое угощение сама - с едкой улыбкой проговорил я.
  Женщина порскунла от смеха и отпила напиток, потом протянула мне. Значит в мелких дозах не опасно, ну ладно, я тоже отпил глоток и отдал его женщине. Та как ни чем не бывало передала кубок другой девке, а девка встав преподнесла его воину, что стоял с лева от меня. Воин был выучен как китайский болванчик, поэтому посмотрел на меня, как бы спрашивая разрешения. Я показал взглядом на девку, а та все поняла и отпила глоток после чего опять протянула кубок моему воину. Через какое то время наш примитивный праздничный стол практически опустел, девки хватали кубок с медовухой и выбрав себе подходящего воина шли с угошением к нему. Так споят мне всю дружину, я встал и выйдя на полянку осмотрел часовых.
  - Вы подождете пока, никуда ваши девици не денутся, смотреть в оба - сказал я и зашел опять под навес - ну что пошли?
  Женщина в кокошнике встала - пошли, чего ждать то.
  Не знаю как там мои воины, а я с предводительницей женского отряда не расставался всю ночь, а под утро просто услул, сморенный сексуальными подвигами. А когда проснулся и вышел с шалаша на улицу, потянулся и увидел, что женщин нет ниодной. Воины то тут, то там попадаются, некоторые уже одевают брони, некоторые умываются, вон там стоят часовые, кстати другие, не что тояли с вечера, а женщин нет. Пропали как наваждение.
  
   Когда я прибыл в Полоцк, то ничего не говоря старейшинам собрал с десяток самых активных и толковых мужей и рассказал им все о своей разведпоездке, показал карты и рассказал о численности найденных селений и где в каком селении можно что торговать. После чего наказал готовить лодки, подбирать себе надежных попутчиков, брать товары и численностью не менее десятка человек выходить на торговые маршруты. Но основной задачей этих торговых миссий было поручено обучить местных лесных людишек технологии добычи и обработки болотной руды. Я думаю пройдет не менее года, как местные сообразят, что можно достаточно выгодно продавать кричное железо, а еще его можно самостоятельно обрабатывать и тогда у них появиться желание получить науку обработки железа, вот именно тогда ко мне начнут присылать отроков в обучение. А после того, как отроки научаться делать хотябы примитивные ножи и топоры, то у лесных людишек появятся таки излишки для торга и обмена, а вот уже после появления излишков начнется настоящая торговля, а за торговлей начнется процесс объединения земель. Потому, что сколько бы я тут не пыжился и не называл себя князем, все это бесполезно. Так как местные все равно сидят в своем болоте, и четко понимают, что вот они сидели себе спокойно 20-30 лет, а тут я такой крутой нарисовался, так ну его этого кипишного князя, зачем им из-за меня менять свои вековые обычаи. Людишки просто снимутся с места и перекочуют километров за 20-30 подальше в дебри лесные, и ищи их там еще лет 20-30. Мне нужно именно показать, что любой лесной род может развиваться с опорой на торговлю в моих городах, а потом медленно наступит осознание и того, что мы все вроде жители одного княжества, князь наш, это вон тот мудак большом волосатом животном, что похоже на лося, только без рогов. А там и о налогах поговорить можно будет и опризыве в армию. По другому никак не удастся тут построить прото государство, а теперь вот у меня уже имеется стратегический план развития, вот теперь себя люблю я, вот теперь себя я чувствую уже настоящим царем-стратегом.

  
   Внутренними делами я занимался до самой зимы. Строил дополнительные водяные колеса, к которым подключал то лесопилки, то кузнечные мастерские. А однажды меня таки проняло, я увидел настоящий ткацкий станок. Вернее так станок то я вывез давно, уже и не помню с какого похода, вот там на станке большое колесо крутила одна тетка, а еще две тетки занимались нитками и медленно-медленно колесо вращаясь приводило в движение прялки, а тетки поочереди пробрасывали между прялками какой то моток ниток. А тут один мастеровой мужичок как узнал, что я сделал водяное колесо, очень обрадовался и за два месяца соорудил сам самодвижущиеся прялки и даже бегунок с нитками. Это почти прорыв в местном сознании, когда местный плотник смог сам построить ткацкий станок, который приводится в движение от водяного колеса. Я мужика похвалил и подарил ему золоченый стальной кинжал, а в довесок прилюдно повесил на шею настоящую золотую гривну, как знак великого мастера.
  Зимой я периодически пропадал в кузне, никак не выходила из головы мысль по оптимизации процесса изготовления броней и оружия. Можно конечно в мыслях изобретать многое, но вот раскатать стальной брусок в тонкую трех миллиметровую пластину это для меня уже верх технологического процесса. Попробовал я даже пресс сделать, но ничего путного не вышло, слишком малое давление на форму получается, ну нет у меня паровой машины, и сделать её с местной развитостью технологий не получится. Значит нужен большой молот с приводом от водяного колеса, и наверное не один такой молот. И что теперь, опять людей отрывать от их привычной работы, опять строить колеса, нет уж устал. Нужно просто правильно поставить задачу о строительстве нового цеха и пусть сами все делают.
   Поставили, и так быстро поставили, пока я разбирался со сланцем, мне уже новый цех отгрохали.
   Ну давайте по порядку. Пришел как то хозяин солеваренной мастерской и показал порошок. Я говорю - расскажи мол словами, что принес, что от меня нужно? Вот он и поведал, что перед закладкой в печь под варницу на солеварнях вначале разжигают деревянные чурки. Потом ломают сланцевый камень и кладут поверх горящих бревнышек. А после того как печь прогорит, мол золу нужно очень аккуратно вытаскивать, а то не дай боги вода попадет, то все эта зола в камень превращается и её выбивать нужно, а потому однажды в ходе чистки, когда выбивали слипшуюся золу, то печь треснула. После такой беды солевары почистили печь, взяли просушенную глину потом добавили извести и этим раствором заделали печь. Так вот в тех местах, где плохо почистили сланцевую золу, печь стала просто каменной, а в другом месте, где трещина была заделана только известью с глиной, печь треснула при нагреве. И видя такой результат мужики в раствор добавили сланцевую золу и получили протоцемент.
   Вот так вот мои солевары изобрели древний цемент, не заня как для вас, а для меня это почти технологическая революция, поэтому долго не думая я наказал всю полученную с печей сланцевую золу сушить и в бочках при особой запайке везти мне в Полоцк.
   А уже тем цементом можно и треснувшие доменные кладки заделывать, и печи в домах ставить. Да это поможет продвинуть мое прогрессорство на пять веков вперед как минимум.
   Еще я реально уделял много времени и сил специально построенному металлургическому цеху, где мастеровые из стальных брусков делали квадратные пластины размером примерно локоть на локоть (40x40 см).
   А потом уже из этих пластин вырубались прямоугольные пластинки для брони, или вырезались треугольные заготовки для шлемов, или большие прямоугольники для поножей и наручей, а еще нужны наплечники и много чего еще каких заготовок для комплектования полноценного бронного доспеха. Можно сделать проще, то есть сделать лорику-сегментату как у римских легионов проще, однако там нужны разной длинны но одинаковой толщины металлические пластинки, а потом особый способ сборки, связывая бронт кожаными ремешками. В лорике сегментате есть одна проблема, необходимо добиться одинаковой толщины металлических полос, пока для моих мастеров это сложно. Мне проще из металлических полосок рубить прямоугольные пластинки после чего эти пластинки разложить по стандартам толщины. Самые толстые пластинки использовать для прикрытия груди и плечь, а пластины потоньше пожно пустить на спину или на бронеюбку.
   То есть, стальная пластина является исходным материалом для производства доспехов, а пластин требовалось огромное количество. При чем эти пластины должны быть строго стандартизированы по толщине металла, а скорость производства этих пластин у меня была достаточно низкая, вот и пришлось поставить отдельный цех, благо, что подготовленных подмастерьев уже хватает.
   Можно попробовать на подобии средневекового доспеха сделать из двух больших пластин кирассу, но из-за этого может пострадать подвижность воина. Ладно будем всё пробовать, абсолютно всё, блин век исследования походу начался.
   При чем работа так затянула, что я чуть не забросил подготовку собственной дружины. Вернее так, лично я уже не успевал поприсутствовать на всех тренировках, так периодически появлялся и часами вместе с воинами махал мечем или дрался копьем, но чаще всего мне удавалось выскочить на загонную охоту, всё таки охота помогает отрабатывать взаимодействие между воинами, позволяет выработать специальные визуальные и звуковые сигналы управления, а это для воинов очень важно.
   Мне как то подогнали рог, и я научился в него дудеть. И как то так вышло, что устав орать во время очередной тренировки я схватил рог и начал дудеть. Вот на охоте я когда скакал за оленем или лосем, то периодически подавал команду там "влево", или "направо", иногда дудел сигнал "все ко мне", но самая простая и важная команда это "внимание". Всем понравилось, так как сигнал неплохо слышно в шуме боя. Вот так я и стал трубадуром. Теперь всегда как начинаем учебные бои, я вешал себе на шею рог и как дурной дудел, подавая разные команды, приучая своих вояк к порядку.
   Вот так в праведных трудах, охотах и воинском обучении прошла очередная зима, а весной пришла беда, предопределившая весь ход дальнейших действий попаданца в этом мире, но об этом нужно рассказывать подробнее.

  
  Глава третья. МЕСТЬ

  
   После разгрома войска Озантрикса земли, что были в долине реки Лаба были переданы другу и соратнику Атли по имени онегесий. Столицей своей новой провинции Онегесий избрал городок Велиград (Макдебург на Эльбе), так как древняя столица вильцев Ретра была разрушена и сожжена почти до основания.
   По приказу Атли воевода Онегесий собрал войско и как замерзли реки пошол на запад к Рейну, где напал на бургундов и их союзников саксов, что бы покарать врагов своего давнего друга и прокуратора Галлии римского полководца Аэция. За этот поход западная римская империя заплатила гуннам золотом.
   Править замками и землей вильцев осталась властная и хитрая жена Онегесия, а под её рукой остался бывший воевода Озантрикса по имени Азгут.
   Азгут был старым и мудрым воеводой, поэтому после разгрома дружины Озантрикса половина воинов Озантрикса сбежала к Воломиру на Обру (Одер), часть дружины отправилась на остров Ружа (Руян) к храму Световита, но были и те, кто предал свой род. Старосты многих родов отказались сниматься с места и бежать со своей земли, поэтому они и уговорили Азгута с частью дружины присягнуть на верность Онегесию.
   И теперь когда все земли по великой реке Лабе (Эльбе) опустели, так как воины Атли ушли воевать бургундов, увел свою дружину и воевода царя Атли Онегесий. Именно в это время князь ободритов Воломир решил отомстить предателям и вернуть земли своего брата Озантрикса.
   Однако там за спиной были неспокойные болотные люди со своим князем Чеславом и злые свебы, коими правил брат Чеслава Радомир, на южной границе бесчинствовали герулы, а на восточных границах свирепствовали лютины, вечные прихвостни Озантрикса. Были еще и разбросанные по всему побережью поселения варнов-поморов (вагров). Младший сын Воломира по имени Видимер женился на дочери престарелого вождя варнов-поморов по имени Митон, и теперь медленно занимает место царя морских людишек, заменяя родного сына Митона, пропавшего в дальнем походе в месте с дружиной.
   Вот и подумал Воломир порешить сразу все проблемы с не подконтрольным северным соседом, стравив глупого мальчишку Чеслава с Онегесием.
   Поздней осенью на остров Ружа пришел торговый караван от Чеслава под руководством воеводы Гореслава. Расторговались хорошо, а по пути домой зашли в земли бодричей. И Воломир предложил Гореславу пройти вверх по реке Обре до притоки речушки Варты. Там мол проживает много родов лютинов, что с радостью купят отличное железо. Мол с нами те лютины не дружат, а ты человек посторонний, ты им никаких обид не делал, потому и торговля будет доброй.
   Именно в этот момент с посольством в землях вильцев был человек Воломира по имени Панкрелий. Как не воспользоваться удачей, как не использовать подвернувшийся случай, ведь старый воевода Азгут был человеком хоть и смелым в молодые годы, однако умным он не был никогда, и вот тогда Панкрелий подослал жене Онегесия красавице Свинильде мелкого торговца. Торговец тот в Велиграде всем рассказывал, что встречал у реки Варта большой караван от людей Воломира, что якобы привезли много железа лесным людишкам и подбивают их пойти войной на земли Онегесия.
   Свинильда как женщина волевая и прекрасно разбирающаяся в политике наказала воеводе Азгуту найти и взять торговцев, провести в Велиград на дознание. Требовалось предотвратить восстание любым путем.
   Совершив быстрый конный марш на восток вдоль реки Сперва, а далее всего сутки перехода на север через лес до реки Варта и вот уже Азгут дошел до бодричского селения Любуш, а там и нашел корабли Гореслава. После короткого боя торговцы были повязаны и доставлены в Велиград на суд.
   Не ведал Азгут кого взяли его воины, а еще и побили многих людей болотных, взяли корабли и товар, а потом долго не думая посадили в клеть деревянную злостных подстрекателей и прибили ту клеть к большому столбу, что оставлен был у берега великой реки Лаба. Однако один корабль князя болотного смог тогда вырваться и уйти от преследования в темноте по Обре к морю.
   Вот люди с того самого единственного корабля, что смог сбежать и рассказали мне о печальной судьбе воеводы Риги по имени Гореслав. Но не знал я тогда о подлости Воломира.

  
   На общем сходе все вожди кричали и трясли бородами, все свирепствовали и требовали отмщения. Это те самые вожди, что прошлым годом прятали свои глаза при виде посланца Воломира, те самые вожди, что боялись одгого слова 'война', а теперь они требуют от меня отмщения. Некоторые зарвавшиеся стариканы даже пальчиком перед моим лицом трясли, типа ты что это князь, испугался? А я сидел молча и вспоминал фильм 'Иван Васильевич меняет профессию', там такие же бородатые мрази из числа бояр, потрясая пальчиком перед телекамерой кричали: 'А царь то - не настоящий!'.
  Вот сижу смотрю на этих старейшин и не могу понять, от куда у них это, почему вчерашние 'харакришна' позволяют себе оскорблять своего князя и называют меня трусом, за что, я ведь ни разу не дал повода так к себе относиться, что это? Бунт, или может это такое пожелание избавиться от меня? Типа, пусть идет скаженный (бешеный), может пропадет где небудь вместе со своей буйной дружиной, а мы тут править будем.
  Хер вам суки бородатые, пойти то я пойду, но смерти моей вы не дождетесь. Месть дело хорошее, только это особое блюдо и его нужно подавать холодным. За убийство славного воеводы Гореслава все виновные ответят, честь по чести, зуб даю. Но вы мерзкие стариканы мне тоже ответите, найду я как вас наказать, мало не покажется.

  
   У конуга ободритского Воломира было трое сыновей Тиудимер старший был воеводой большого полка, Валамер средний сын владел морской дружиной и держал морскуюторговлю, и Видимер, что был женат на дочери конуга варгов-поморов Митона и сейчас жил отдельно от отца.
   По весне ко мне пришли посланцы от Валамера и с расшаркиванием и зауськиванием обещали помощь в проводниках, чтобы провести моих людей через море в реку Обра а далее в земли подлого Онегесия, что так коварно сгубил воеводу Гореслава.
   Выслушивая все эти велеречивые речи я скрежетал зубами. Знаю я собаки, что вы удумали, стравить меня с Атли пытаетесь, но промолчать и никак не ответить на такое преступление нельзя, иначе всё, иначе болотное княжество тут же превратится из непонятного, но независимого субъекта политических отношений в жертву, в объект посягательств. Ведь если можно просто так взять и перебить моих купцов, при этом убить ближника княжьего и не понести за это наказание, то кто вообще будут со мной разговаривать, зачем разговаривать с трусом.
   Сейчас я должен показать силу, а мои соседи хотят посмотреть и оценить эту силу. Ну что же покажем, только вряд ли вам это понравится, я тут не собираюсь пешей армией по чужим землям под присмотром проводников шляться, а не дай боги у варгов или ободритов свои Сусанины имеются, или эти соседушки в самое неподходящее время по моему войску в спину ударят, а потмо придут и загребущими руками приберут все, что ранее принадлежало несговорчивому лоху.
   Правда послы заверили, что весной все равно война будет, так как славный Тиудимер уже воинов собрал и поведет на Лабу земли вильцев у сына Атли отбивать, даже предлагали совместный поход. Вот только этот поход совместный мне не нужен, мне нужна быстрая и эффективная месть, а потом такой же быстрый выход из войны, а там пусть большие парни письками меряются, у кого больше у Онегесия или у сына Воломира Тиудимера.
   К тому же я могу пойти по морю на кораблях до самой Лабы-Эльбы, правда есть проблемка, нужно как то выйти в северное море и там зайти в Лабу (Эльбу). Проходы в Северное море всё еще контролируют конунги ютунгов и сконци, а еще есть какие то бургунды.
   Ближе к весне я созвал воинов из родов кривичей и дряговичей, что жили у пинских и припятских болот, что звались среди соседей "песьеголовцами", а я с чистой руки назвал эти народы "кривичами", так как по местному слово "кривя" означает болото, вот пусть и будут кривичами.
   Кроме песьеголовцев я позвал сотню Радко из Смоленска, без легкой конницы у расчищенного под поля побережья Лабы (Эльбы) делать нечего, моих песьеголовцев там сомнут легко, а вот конница придаст устойчивость войску. Но это не все, самым главным в плане нападения на вильцев было использование морской дружины. А этот отряд из песьеголовцев и конницы Радко был отвлекающим.
   Я уже отправил послов к Радомиру, чтобы прислал пару сотен воинов, а также начал готовить к походу десяток кораблей на своих верфях.
   Смысл был в том, что бы совершить набег, именно набег, быстрый и стремительный разгром части вражеского войска, а потом отступление. И пусть дальше уже сын Воломира грозный Тиудимир воюет сам.
   На каждый из кораблей я установил по две специальные морские баллисты, что легко вращались вправо и влево по курсу корабля и стреляли небольшими сулицами (маленькими копьями), но самое главное, что вместо каленых болтов из такой баллисты можно стрелять небольшими горшочками с горючей смесью.
   К подготовке боеприпасов я подошел особо ответственно.
   За месяц соорудил самый настоящий самогонный аппарат и перегнал из специально подготовленной ягодной браги шесть бочек самогона, а потом повторной перегонкой получил уже спирт.
   Далее все просто, берешь мох, спирт, смолу и кусок сланцевого камня, все это в большой бадье перемешиваешь и заливаешь в горшочки. Горшочки забиваешь пробкой и пробку опускаешь в кипящий воск. Потом обматываешт горлышко кувшина промесленной пкалей - это типа зажигательный фитиль. И получаются вот такие древние "коктели Молотова".
   Морские баллисты со стальными дугами могли запускать вот такие двух литровые горшочки на две сотни шагов.
   Пришлось вскрыть свои амбары и вооружить по взрослому своих песьеголовцев. При чем вооружал я их по особому. В качестве оружия каждый получил топор, длинный нож и небольшой колчан с тремя метательными короткими копьями-сулицами. Щиты воины-кривичи должны были сделать сами, а вот шлемы я приказал сделать самые простые как и носили большинство соседних народов. Это стальной обод с основанием, и прибитые на основание дубовые пластинки. Такой шлем легко держит не сильный удар топором по голове, а в строю, когда тесно как в банке шпротов, то нанести сильный удар с замахом в принципе невозможно.
   По настоящему хорошее вооружение имели всадники, при чем Радко привел всего 60 человек, поэтому мне пришлось дать ему на усиление своих пацанят из младшей дружины, из тех кто потолковее.
   Самое сильное вооружение имела морская дружина. Две сотни воинов на чайках должны были выглядеть как обычные торговцы. Чтобы враги и соседушки заранее не видели что за вооружение у моих моряков я всем выдал специально изготовленные доспехи.
   В принципе специально их готовить не пришлось, просто берешь стандартный пластинчатый доспех выворачиваешь его металлическими пластинками во внутрь, то есть к телу, а по верх кожи пришиваешь качественную ткань, или парчу, или еще какое-либо плотное полотно. Получается такая вот осенне-зимняя куртка с металлической подбивкой с нутри. Такие доспехи вроде бы Испанцы любили в 15 веке. Но если смотреть из далека, то кажется, что воины одеты в обычные куртки, а брони на них не видно вообще. Оружие и шлемы лежат на дне лодки, их и так не видать. У каждого воина арбалет со стальными дугами.
   Примерно в апреле пришло 150 человек на семи кораблях от Радомира и мы начали большой поход, который по факту превратился в первую Отечественную войну, войну прото балто славян против царя царей Атли.
   Я с Радко и дедом Бояном во главе пешего отряда на больших лодках вначале по реке, а потом волоком дошел до острога Вильно, а далее вновь вниз по реке Вильно спустился к морю, и уже вдоль моря дошел до замка князя Видимера что звался Колобрег (я думаю что тут название типа 'возле берега' или 'около берега'). Видимер правил за престарелого короля народом вагров-поморов, хотя говорят, что у Миттона был сын, однако куда пропал, никто не знает.
   Конники Радко вначале сопровождали нас вдоль берега реки, а потом помогали тащить лодки, а вот морские двенадцати весельные чайки Радомира сразу пошли вниз по Западной Двине к Балтике.
   После почти трех дней пьянки и отдыха у Видимера, наше войско докупив припасов и обзавёвшись проводниками двинулось вдоль берега моря в сторону реки Обра, где стоял город Щецин князя ободритов Воломира. Дошли мы до Воломира через пять недель после начала похода.
   Мои новые большие лодки были очень уж хороши. Шести весельная лодка спокойно перевозила 10 человек с грузом, а при необходимости можно вдесятером приподнять такую лодку на больших веревках и длительное время нести через мелководье или перетаскивать волоком по лесу. В каждой лодке имелись шесть больших деревянных колес для перевозки таких лодок по суше. На суше всего за пол дня можно легко превратить эти большие шлюпки в огромные повозки.

  
   К Воломиру прибыла лишь часть моей дружины. Только конница и сброд на шлюпках, а воины Радомира и мои мореходы пошли сразу минуя Руян вдоль берегов конунгов ютландских в Северное море, и далее к устью Эльбы, чтобы заблокировать торговлю вильцам. В то время вильцы активно торговали через бургундские земли с ромеями и даже с англами.
  Надежда у меня была рассчитана на то, что где то там со своей армией воюет Онегесий, и все силы бургундов сосредоточены на противостоянии гуннскому войску. Мои морячки, устроив блокаду вильцев с моря и парализовав все речные перевозки, должны были спровоцтровать большой поход вних по Лабе, а я в это время прийду со стороны леса и сожгу деревянную крепость.
   В замке Воломира нас встретили как дорогих гостей. Я с приближенными пошел на пир, а остальные воины разбили лагерь на берегу реки.
   После приветственных речей, обмена подарками и полагающейся в таких делах пьянки мы сели разрабатывать стратегию похода.
   Вернее стратегия была разработана уже давно самим Воломиром, и суть этой стратегии был очень простой, три группы вторжения по тысяче человек вод руководством Воломира, Тиудимира и Валамера идут в земли вильцев и начинают жечь селения, грабить и убивать прислужников собаки Атли во всех селениях не реке Лаба. Ну тут все просто, я даже не удивляюсь. Ведь эти грёбанные освободители идут именно грабить, а говорили, что стол брата своего Озантрикса освобождать, хорошее такое освобождение получается, просто пожеч селения и побить мирных людей.
   Но дальше начинается самое интересное, то есть как только большая дружина выйдет из-замка и пойдет наводить порядок, и прогонять пришельцев, то вот тут я такой хороший и должен внезапным ударом взять деревяно-земляную крепость Велиград, а если я не смогу взять крепость, то ко мне скоро подойдут основные силы конунга Воломира, который пойдет один в верховья Лабы и пожжёт там все селения, после чего спустится к Велиграду, и вот тогда уж вместе мы точно всех победим.
   Моя же главная задача по мнению Воломира состояла в том, что я должиен внезапным налетом взять вражескую крепость, а если не получиться то хотя бы сковывать активными действиями вражеский гарнизон, который будет не более одной сотни воинов, а в случае возвращения вражеских основных сил, я просто должен используя лодки уйти к реке Спрева или прорваться и сплавиться вниз к морю на соединения со свое морской дружиной.
   Эти простые парни меня подставить решили, то есть представьте себе, что Атли жалуется его дружок Онегесий, мол "...тати пограбили мою землю, пожгли селения и людей побили, а еще и столицу Велиград штурмовали".
   А Атли такой возьми да и спроси, "... а кто это такой наглый твою столицу штурмовал?", а Онегесий значит ответит: "...да приходило тут чмо болотное и имя ему Чеслав".
   Ведь никто не будет спрашивать кто там командовал отрядами, что грабили земли вильцев, а вот кто пытался штурмовать столицу узнают по любасу.
   Только просчиталось семейство Воломирово, они думали я тут огромное войско приведу, и на это войско можно все списать, весь безпредел в землях вильцев, а я взял да и привел оборванцев болотных. Ни оружия, ни брони - морды страшные это да, ну и что с того, что я привел целую сотню всадников, разве могут эти оборванцы взять укрепленный город. Да у этих ободритов своих союзников куча, что со страшными рожами бегают и называются они Лютичами, так как носят волчьи шкуры и люто воют перед боем.
   И второй вопрос, на кой хрен нужно вот такое чмо болотное в союзниках, какая с него польза? Да пусть валит к себе побыстрее и там сидит в болотах не высовываясь, лишь бы железо продавал, да меха подгонял периодически. Я всячески старался быть не интересным Воломиру и у меня это получилось, так как через пять дней Воломир наказал Тиудимиру выпроводить нас до границы своего княжества до реки Варты, а там пусть этот Чеслав делает, что хочет.
   Этот поход был обставлен именно так, как мне хотелось. Я ведь князь болотный, поэтому я должен быть злым и тупым. Злым, чтобы попытаться отомстить за смерть своего человека без раздумий, и тупым, что бы вот так вот с малыми силами кинутся на сильного противника.
   Тиудимер правда сказал, что ровно через луну он с войском в десять сотен воинов пойдет вверх по реке Обра, а далее лесами к истокам Лабы и уже потом спустится вниз к замку Онегесийа, а пока он отправляет своих воевод разорять земли подлого завоевателя. Но меня это уже не интересовало. Я придумал новый план.
   Мы малым флотом поднимемся по реке Обра к реке Варта, а там через лес волоком протащим лодки по лесным дорогам к реке Спрева. Там если спустится по Спреве вниз по течению реки, то мы выйдем к Гавоге, а уж по ней к Лабе, а потом по Лабе нужно будет опять подняться вверх на два дня пути к Велиграду. Мне все реки нарисовал на шкуре Тиудимир. Есть там один интересный момент, река Спрева впадает в реку Гавога, а та делает петлю и почти на сутки пути в лесном краю приближается к Велиграду, а потом опять течет себе на север до слияния с Лабой, по крайней мере мне так бодричи обсказали.
   Вот на этой петле я и высажу отвлекающие силы, то есть своих песьеголовцев и всадников Радко, а сам на нести весельных лодках под видом торговцев пойду рекой к Велиграду.

  
   Дойдя до реки Гавога через десять дней мой отряд как и было задумано разделился. Всадники и песьеголовцы под руководством Радко сразу пошли через лес к вражеской крепости. Его задача простая, Радко должен убедиться, что вражеская дружина ушла из крепости вниз по течению реки гонять пиратов Радомира. Если кто то остался, то нужно пошуметь, пограбить окрестности и уйти на восток к Спреве, уводя за собой отряд преследования.
   Основной же мой отряд спустился шести весельными лодками к слиянию Гавоги и Лабы и свернув на юг, начал подниматься вверх по течению большой реки.
   Отряд же моего брата Радомира должен миновать проливы ютунгов и выйти в Северное море, после чего обогнув датский полуостров войти в Лабу и подняться как можно выше по течению реки, разоряя и грабя все селения, точно так. Как мы делали на Десне. По сути это каперская операция.
   Основная идея похода была простая.
   Пока люди Азгута будут гонять Радко в лесу, я на больших ладьях под видом купцов спокойно поднимусь вверх по реке до столицы вильцев всего сто километров, это три дня пути. Столицу мы брать не будем, мы поступим так, как поступили татары крымского хана Менгли Гирея в 1571 году. Мы подожжём горшками деревянные дома города, а тех кто будет выбегать из крепости, спасаясь от пожара, мы просто всех повяжем и угоним в полон, или тупо побьем болтами. Это не война, это налет со всеми вытекающими последствиями, цель налета напугать врагов соей жестокостью. А когда придет Тиудимир, то тут и ловить будет уже нечего. И подумает тогда Воломир, а стоит ли вообще связываться с не адекватным болотным князьком Чеславом? Ну его на хрен.
   Через пять дней мои десять лодок как бы под самую горку загруженные товаром причаливали к берегу реки у столицы вильцев Велиграде.
   На самом деле под накидками прятались арбалетчики, а на веслах сидели всего по одному человеку, вот и получалось что экипаж корабля как бы составлял 6 человек на веслах, один кормчий у рулевого весла, и один капитан, всего то враги видели 8 человек, как бы даже и не страшно, но вот еще шесть человек на каждой лодке с арбалетами прятались под накидками.

  
   Нас уже давно вдоль берега сопровождал небольшой отряд воинов Азгута, примерно в три десятка человек. И пока мы плыли командир отряда уточнил кто мы такие и с каких земель идем.
   Я сказал, что мы купцы князя болотного Чеслава. Честно так сказал, никого не обманул, а зачем обманывать? Ведь и так понятно, что мы не люди Воломира и уж тем более не люди руянского князя Светозара.
   Когда мы проходили мимо подвешенной к дереву клетке с иссохшим трупом моего воеводы Гореслава, я сжал кулаки и заскрипел зубами, скоро, скоро мы придем, готовьтесь.

  
   - Они уже здесь, что будем делать? - спросил бородатый мужик у княжны.
   - Что делать? Ты же Азгут сказал что люди Чеслава все разбойники и душегубы. Там их меньше сотни, как высадятся на берег, так возьми их и проведи дознание, если окажется, что они не замышляли ничего против царя царей то отпустим, а если окажется, что удумали они лютинов против нас поднять, то повесим всех рядом с их воеводой.

  
   Я спрыгнул на берег, меч как и положено в ножнах, щит остался на ладье, ни копья, ни шлема, мы ведь торговцы. И что с того, что у нас мечи, так не мы такие, время такое, разбойников полно.
   В сотне метров от берега из ворот бурга (города) вышли примерно пол сотни воинов, под руководством размалеванного седоусого павлина. Похоже что это и есть воевода Азгут.
   - Здравь будь воевода - я поклонился в коротком поклоне перед воеводой, что стоял в двух шагах от меня.
   Со мной на берег спрыгнули всего с десяток воинов, а остальные сидели на чайках.
   Рядом с воеводой стояло десять воинов, а остальные растянулись в двух десятках метров от нашей компании, стараясь взять под контроль все причалившие суда. Но мы причаливали грамотно, два корабля в центре плотной группой, и по три корабля слева и справа, при чем те кто были правее, тоже растянулись. Если сказать проще, то мы причалили к берегу растянувшись почти на двести шагов, так что контролировать такую банду было неудобно, и вражеским воинам приходилось набирать большую дистанцию между собой.
   - Ты кто человек? - спросил воевода вильцев.
   - Я человек князя Чеслава, а зовут меня Добрыня, я привез товары, много меха, воска и меда, а еще я привез хорошую сталь. Есть у меня и подарки конунгу вашему - ответил я.
   - Бери свои подарки и пошли в бург, предстанешь перед княжной, самого князя Онегесия сейчас нет в бурге.
   - Что же ты воевода меня в гости зазываешь, а обычай не соблюдаешь, или ты замыслил что недоброе?
   - Ты свой язык то попридержи купец - возмутился воин, что стоял справа от воеводы - что говоришь-то такое?
   - Так если ты меня не пленником в бург ведешь, а гостем, то поднеси сначала кружку меда, как обычай нам велит гостей встречать - пожал я плечами и уставился на воеводу, игнорируя говорившего.
   - Принесите гостю меда - повернул голову и прорычал воевода, кому-то махнув рукой.
   Через минут пять немого молчания притащили маленький бочонок и наверное литровый деревянный паломник.
   Когда человек нацедил из бочонка медовухи и протянул деревянный паломник воеводе, воин что стоял - справа перехватил угощение и соскалившись в надменной улыбке смачно отхаркнув сплюнул в медовуху, а потом передал кубок своему соседу. Сосед долго не думая также смачно харкул в питье, а потом это же проделали все десять воинов, что стояли рядом с воеводой.
   Мои люди скрипели зубами, а я смотрел на это развлечение с улыбкой. Я все таки не полный урод, и вот так вот начать убивать незнакомых людей мне все еще трудно, хоть никогда толерантностью и не страдал, а совсем даже наоборот. Но вот такое явное проявление хамства и намек на то, что висеть нам рядом с Гореславом ставил все на свои места, и я уже не чувствовал абсолютно никаких угрызений совести.
   - Что же не берешь угощение - оскалился молодой вояка - на воевода кубок, встречай гостя дорогого.
   И с этими словами наглый воин протянул воеводе деревянную бадейку с медовухой и соплями. Сзади меня зашелестели мечи, вытаскиваемые с ножен.
   - О-о-о, тихо! - сказал я поворачиваясь к своим людям через левый бок, как бы стараясь остановить надвигающуюся сору.
  А в это время повинуясь инерции движения тела ножны с мечем переползли с левого бока немного на живот, и воспользовавшись тем, что меня со спины не видно, положил правую руку на рукоять меча.
   - Люди местные просто не знают, что такое вежливость и гостеприимство - с этими словами я с разворотом вправо, одним движением извлекая меч с ножен и рубанул с низу вверх по руке нагло улыбающегося вильца, а потом не останавливая движение, довернул кистью клинок в верхней точке и сверху вниз полоснул по лицу воеводе, а потом с разворотом корпуса пырнул в пузо еще одного вояку.
   Я успел зарубить троих, прежде чем все остальные участники битвы с обеих сторон извлекли мечи, но тут же тяжелые кожаные полы на лодках откинулись и появились стрелки.
   Сделав блок скат и рубанув четвертого я узрел, как несколько десятков смертоносных болтов полетели во вражеский отряд.
   - За мноой - заорал я и кинулся к воротам города, но не суждено было взять этот бург приступом.
   Буквально в десятки шагах от меня ворота со скрипом затворились, а со стен в меня полетели две сулицы. Ух, ты, еле успел уклонится, я не останавливаясь, довернул вправо и побежал петляя назад к кораблям.
   Вражеских воинов на берегу добили быстро, никто не ожидал увидеть перед собой столь вооруженный отряд. Каленые болты с легкостью прошивали кольчуги вражеских воинов, а брошенные ими дротики не смогли пробить стальные пластины ламилярных доспехов. Когда враги сообразили, что под куртками у нас бронь, сопротивление было уже подавлено.
   Примерно через тридцать минут, на стенах собралось около двух сотен вооруженных местных жителей, без броней, но зато все с копьями и щитами, к тому же было много лучников. Да такой город приступом на халяву не взять, а еще не известно сколько дружинников выехали из города и погнались за отрядом Радко. Почему я думаю, что кто-то ушел к границе княжества, да тут все просто. Если бы Радко никого на пути не встретил, то был бы уже тут с моими пешими песьеголовцами, а раз их нет, то похоже отступил он к Обре, и за ним кто-то гонится.
   Осады не получится, а ну как вражеские конные дружинники вернутся и ударят мне в спину. А ударить могут, так как там могут встретить тысячную рать Тиудимира и на рысях поскачут домой, что бы упредить воеводу. А тут мы стоим, вот и лупанут по нам в спину.
   На стене появилась хорошо одетая девица, похоже княжна и возле нее появился толмач. Толмач что-то прокричал, но я его не понял, видно княжна не местная, и на каком языке она говорит я не понял, но как ни странно я не понял и толмача, ведь воеводу я понимал, с трудом но понимал.
   Потом толмач опять прокричал, видно перебирал знакомые языки и вот тут уже я его понял, он говорил на языке князя Воломира, и я все понял.
   - Кто ты воин и что тебе надо?
   - Я князь Чеслав - крикнул я - пришел к спросить кровью за жизнь своего человека - я показал мечем на клеть, в которой находился иссохший труп моего воеводы.
   - Твой человек заговорщик, он продавал оружие лесным лютинам, то враги наши, за это и смерть принял - прокричали со стены.
   - Ты что-то путаешь, мой человек честный торговец, и знать не знал он с кем вы воюте. Разве в ваших землях запрещена честныя торговля?
   - Он подбивал лесных людишек на бунт и продал им много железа.
   - Так что с того - возмутился я - разве нельзя продавать железо, разве стояли где ваши мытари, что всех о запрете на торговлю с лесными людишками извещали. А коли и взяли вы его за непотребны делом, так разве за это нужно лишать моего человека живота? Почему не отправила ко мне, к его князю за откупом? В этом бурге убили моих людей, вы все повинны в том и заплатите кровью, если хочешь то можешь откупится, возьму виру -всего тысячу гривен серебра.
   - Ты знаешь чей этот бург? - с улыбкой спросила женщина - разве не ведаешь, что это бург Онегесия лучшего воеводы царя царей?
   - Разве Онегесий, твой муж, убил моих людей? Разве на руках славного царя Этли кровь невинных купцов? Нет женщина, только жадность жителей сего бурга сгубила моих торговцев. Разве вернули вы незаконно отнятые товары? Нет вы их украли, вот и ответ на твой вопрос, кто я и зачем я тут. Я пришел мстить.
   - Ты поплатишься и весь род твой поплатится, отступись.
   - Не затем я сюда шел женщина, что бы отстпуиться, уходи со стены, сейчас полетят стрелы.
   Да, переговоров не получилось, ну в принципе я на это и рассчитывал. Вряд ли осаждённые согласятся на откуп, если у них неподалеку имеется конная дружина. По всему выходило, что основные силы таки ушли на преследование отряда Радко, и могут в любой момент вернуться, поэтому мне тут долго засиживаться нельзя.
   - Разворачивай, баллисты, готовьте огненный бой!
   Тут же из лодей достали запчасти и стали собирать орудия убийства. Всего через какой то час загудели натягиваемые дуги баллист, зажглись факелы и не успели мы приготовится, как враг сообразив что происходит начал засыпать нас стрелами со стены.
   - Щиты ставь, арбалетчики бейте по стрелкам, взводии баллисты, бееей.
   Первые десять горящих горшков очертив дугу в небе упали за стенами, а за ними еще и еще, обстрел продолжался до вечера, а пожара все не было и не было.
   Защитники города попытались открыть ворота и выйти на берег, но мои арбалетчики быстро пресекли эти попытки, получив несколько плотных залпов защитники отступили за стену, и вот после почти двадцатого залпа полыхнул пожар. Я вначале не мог понять, что происходит, а потом сообразил, что слишком большая скорость вылета горшка просто тушила огонь обёрточного фитиля, а горшки падали внутри города и разбиваясь о стены строений. Не имея поджига я просто заливали весь город вонючей жидкостью, а потом очередной горшочек таки пошел правильно и город залитый по сути напалмом вспыхнул в одно мгновение.
   Столб огня поднялся в небо. Очень быстро температура достигла предела и мы вынуждены были сесть на корабли, и отчалить от берега, поэтому переловить выскакивающих из города людей не получилось, а приставать к берегу под таким жаром было опасно. Уже отчалив от берега я увидел как из города вылетела небольшая группа всадников примерно в два десятка человек и резко отвернув в сторону эта группа ушла в направлении леса. Сбежала таки жена Онегесия, а может это к лучшему.
   Мы свалили 'Л'-образный столб, к которому была прибита деревянная клеть с мертвым воеводой Гореславом.
   Часа через четыре город уже прогорел и лишь отдельные очаги нетронутых огнем строений имелись посреди большущего кострища. Мы поместили тело Гореслава на вражеской башне, облили стены башни смолой, вложили воеводе меч в руки и подожгли погребальное кострище.
   После похорон и ловли людей, мы загрузились на лодки и пошли вниз по течению реки. Город уничтожен, часть жителей сгорела вместе с животными и скарбом, часть людишек спаслось бегством, но все таки многих мы успели переловить.
   Этого ли я хотел, нужны ли мне были пленники, или может серебро со златом, нет. Мне нужен страх, местные царьки должны понять, что я не собираюсь ни играть, ни тем более воевать по их правилам, и мне насрать кто твоя крыша. Воломир, Этли или сам кесарь ромейский, какая на хрен разница, кто за тобой стоит. Вот прямо здесь и сейчас ты сам, что можешь ты против меня? Я понимаю что Онегесий крутой, но ведь моего воеводу гореслава убил не онегесий а его людишки. Они думали напугать меня страшным именем, но я не испугался, я вот он, прямо здесь и сейчас, злой и кровожадный варвар, пришол и все пожег к херам собачьм.
   Встреча с отрядом Радко была назначена в трех днях пути от Лабы на берегу реки Варта в хорошем лесочке, и когда мы подошли в назначенное место отряд Радко был уже на месте.
   Радко тоже повоевал, несколько раз малыми силами заводил сторожевую сотню вильцев под удар моих песьеголовцев, что закидывали врага сулицами и разбегались по лесу. Радко много побил вражеских пограничников. Но все таки Радко решил не принимать генерального сражения и отступить. В походе Радко потерял убитыми 9 человек и в основном это были его легкие всадники, а среди моих тяжеловооруженных отроков были несколько раненных, однако и песьеголовцы потеряли десяток воинов. Но передвигались все самостоятельно, даже коней почти не потеряли, вражеская сотня потери имела гораздо большие, только убитыми Радомир насчитал три десятка, а сколько раненных калеными болтами ускакали на конях, никто и не знает.
   Если кто-то думает что древний бой это страшно и кроваво, то вы ошибаетесь. Тут все просто выходит отряд легкой коницы и засыпает врага стрелами. Противник бросается в бой и легкая конница тут же ретируется с поля боя, завлекая врага за собой. А уже в удобном месте навстречу уставшему врагу вылетает кованная рать, и бьет копьями прямо в лоб, или в засаде стоит копейный строй, что встречает врага залпом стрел и сулиц в упор. Такой стычки вражеские всадники как правило не выдерживают и развернув коней убегают, вот тут уже и наши легкие всадники разворачиваются и летят вдогонку за убегающим врагом. Древний бой, это несколько удачных отступлений, контратак и возможно одна большая сшибка, вот и все.
   Бой идет в основном дистанционный, вражеские отряды кидают друг в друга всякие железки и стреляют из луков, главная задача выманить врага под свою тяжеловооруженную конницу, или заставить врага выйти на заранее подготовленную засаду.
   Но если бой проходит на ограниченном участке местности, да еще хоть и в редколесье, но все таки в лесу, то луки тут не так уж и рулят, а метнуть далеко сулицу тоже не получается, вот и выходит, что шуму много, а крови мало.
   Как правило после первой же сшибки исход боя и решается, проигравшие всадники разбегаются в разные стороны, а победители их преследуют. Так что это вам не битва за Москву, тут стоять насмерть не нужно никому ни нам, ни врагам. Задача вражеского командира отогнать дикарей за пределы княжества, а задача дикарей оттащить воинов вильцев подальше от крепости, вот они так по лесам и бегали трое суток, пока вражеского командира не нашел посыльный, передавший весть о набеге на столицу. Тут приграничная война и кончилась.
   Мы спустились на лодках ниже по течению, а потом уж пошли к истоку реки Спреве, где перетащили лодки к Обре и далее пошли к морю.
   В царстве Воломира нас никто остановить не мог, так как воинов уже в столице не было, как я понял план Воломира таки сработал и все те, кто мог держать оружие в руках пошли в набег с Тиудимиром. Поэтому мы как огромный партизанский отряд на полном ходу прошли мимо всех ободритских городов и выскочили на берег Балтийского моря. Была угроза, что ободриты таки попытаются решить вопрос болотного княжетсва кардинально и могут попытаться на нас напать. Но обошлось, в первом же селении мы обменяли пленников на еду и продолжи путь домой.
   Люди Радомира тоже зря время не теряли, пограбили устье реки Лаба и уходили уводя с собой десяток захваченных у побережья кораблей, увозили кучу пленников и добычи.
   Наш отряд встретился с морской дружиной Радомира через две луны у города Волин. Там мы погрузили всех пешцев в корабли, закупились зерном и медленно пошли вдоль берега моря на север, домой, а конная сотня Радко отправилась своим ходом. Вот так вот начинаются и заканчиваются древние войны. Поход я готовил всю зиму и почти пол весны, сам поход занял почти четыре месяца, а непосредственных боевых действий вряд ли три дня насчитаешь, все остальное время - это марши и морские переходы.
   Пакости нам никто не устроил, и примерно в августе месяце мой конно-ладейный отряд подошел к крепости Рига, что стояла на маленьком островке у устья Западной Двины (реки Янтарной), а еще через десять дней я был уже в Полоцке.

  
   Из двух сотен местных песьеголовцев, что ходили со мной в поход сорок два человека изъявили желание пойти в дружину. Ну я соответственно их принял, только направил я их в младшую дружину на обучение. И оказалось пока мы воевали, все таки на север откочевало несколько селений варгов, в основном мирные люди, что бежали от войны. Всех пришельцев я быстро сплавил на Озеро Чудингов (Чудское) в строящийся там город Псков. Среди варгов-поморов было много самых настоящих мореходов, вот я им и пообещал много воды, только в озере. Даже по поводу такой радости выдал поморам несколько десятков больших шести весельных лодок. Теперь без рыбы не останутся, а значит и не помрут с голода на новом месте.
   Потом опять работа, подготовка дружины и объезд территорий. Основное внимание уделялось шпионажу. Я всякими способами пытался узнать, что же происходит во владениях Воломира, и кто там побеждает, а ситуевина уже к осени резко поменялась.
   Атила таки разгромил бургундов и с войском возвращался назад, когда узнал о нападении войск Тиудимира на земли своего друга Онегесия. Повелел Атли Онегесию собрать многих вождей с войсками и отбить захваченные земли у Тиудимира. Однако Тиудимир напал раньше и разбив дружину Онегесия, погнал его на юг.
   Вот это новость, правая рука царя Аттилы получил по зубам и теперь отступает к Данубису (Дунаю), а я то боялся гуннов, думал они пипец какие страшные. Только мне дед Боян объяснил, что никаких великих побед в этом нет, ведь получается, что после тяжелого похода в землю бургундов, возвращающееся домой войско Онегесия, подло подстерег Тиудимир, сын Воломира.
  - Ну и где тут победа - с усмешкой спросл дед Боян.
  - Точно так - согласился я - ты прав мудрый Боян. По сути, что такое войско, которое идет домой. Да это просто сброд, загруженный ворованным товаром. Они же добычей загружены по самое не хочу, разведки никакой, внимание ослаблено потому как подходят уже к своим родным местам и воевать уже никто не желает. В случае нападения, воины Онегесия, а ведь там было больше половины местных вильцев, просто мелкими партиями с добычей дезертируют и бегут по домам. А личная дружина Онегесия не большая, так что настоящего сражения такой отряд не выдержит, учитывая то, что у Тиудимира было аж 1000 воинов.
   Поэтому и отступил Онегесий к Дунаю в земли своего царя, бросив подаренные наделы, к томуже неизвестно кто сжег его замок.
   И вот теперь вопрос, что дальше, сколько нужно времени Аттиле, что бы собрать новый поход уже против всего семейства Воломира, всех его союзников и соответственно против меня?
   Думаю, что сейчас осень, потом зима, а поскольку мужиков в селениях не было, то большого урожая в родах нет. Золото есть, серебро есть, а вот припасов либо мало, либо вообще нет. То есть для большого похода сейчас войско Атиллы не готово, а вот через год жди беды.

  
  
  
  
  
Конец ознакомительного фрагмента четвёртой книги.