Пролог
  
  'Слабые люди верят в удачу, а сильные - в причину и следствие' - именно так всегда считал Виктор Павлович Сировский. Он знал, что только сильным и решительным в этой жизни достается все, что они пожелают. А остальным остается только одно - доедать крохи со стола более сильных или помирать с голода. Вот и сейчас, выслушав в очередной раз рассказ Плахи, он понял, что это не просто удача, это заслуженная награда. Награда за долгие годы упорного труда, за долгие годы нервного напряжения ... да за все! За то, что двадцать лет назад он не побоялся принять предложение того неприятного иностранца с труднопроизносимой фамилией, за то, что все эти годы плясал под чужую дудку, выполняя поручения своего куратора. За то, что предавал, обманывал, убивал. В общем, за всю свою скотскую жизнь, которую он ненавидел, но очень боялся потерять.
  В душе Виктор Павлович ликовал, он, наконец, возвыситься, он поднимется на новый уровень. Уровень, которого никому не достичь в этом мире. Многие подумают - куда уж выше, человек и так достиг пика. Сировский - олигарх, миллионер. Куда уж выше? А вот и есть куда! Только обладая такими деньгами и такой властью, ты понимаешь, насколько ты скован, насколько ты зависим: от обстоятельств, от деловых партнеров, от устоявшихся правил и традиций. Ты становишься рабом, заложником собственных денег и положения в обществе.
   А тут такой сюрприз, такой шанс. Ну, разве мог он подумать месяц назад, отправляя в штатную командировку своего помощника по специальным операциям, что тот вернется с таким материалом. Нет, конечно! Даже в мыслях не было! Это было всего лишь отработкой одной из возможных версий, о том, почему некоторые регионы страны увеличили продажу определенных металлов и полезных ископаемых, которые входили в сферу интересов концерна 'СибТрансМеталл', который возглавлял Виктор Павлович Сировский.
  - Плаха, давай еще раз. Расскажи с самого начала, -произнес Сировский.
  - Виктор Павлович, я уже три раза пересказывал вам всё, что знаю. Вы даже на диктофон все записали, - произнес Плаха.
  - Приказы, здесь отдаю я! Сколько раз тебе пересказывать, тоже решаю я, - в голосе Сировского прорезался металл. - В этот раз я не буду задавать вопросы и тебя перебивать. Просто, еще раз расскажи, может ты что-то упустил. Не спеши, времени у нас много - ночь долгая.
  Плаховский Алексей Викторович, он же Плаха, был человек не из пугливых, но, когда у босса прорезались металлические нотки в голосе, он всегда внутренне сжимался и хотел только одного - спрятаться. Плаха работал у Сировского уже больше десяти лет и за эти годы столько повидал, а главное во стольких грязных делах успел принять участие, что понимал его жизнь зависти только от одного, от степени полезности своему хозяину - Сировскому. Поэтому, внутренне он вздохнул, собрал свои нервы в кулак... и начал детально описывать события месячной давности, при этом, он периодически заглядывал в свой потертый блокнот и демонстрировал некоторые материалы на ноутбуке, который стоял на столе перед Сировский.
  - Как вам известно, месяц назад я уехал в командировку. Наши аналитики заметили тенденцию по увеличению роста продаж платины в Челябинске, и вы меня направили для выяснения причин этого. Я взял с собой двоих ребят и поехал в Челябинск, в ходе расследования выяснилось, что в Челябе недавно скинули крупную партию платины по очень низкой цене. Почти неделю мы шли по цепочке, пока не вышли на того, кто и слил крупу. Парня звали Виктор, фамилия Штырин, прозвище - Штырь, нашли мы его в Челябинском окружном клиническом диспансере. Что нам удалось узнать об этом Викторе Штырине, по кличке Штырь? Родился он в восемьдесят втором году в городе Карабаш. Но, в восемьдесят пятом семья Штыриных переехала на пээмжэ в Челябинск. Рос он в обычной пролетарской семье: отец - токарь на заводе, мать - наладчица машин и автоматов на том же заводе. Обычная семья, обычный пацан, все как у всех. Как это обычно бывает, Витька снюхался не с той компанией и в девяносто восьмом году попался с пятью кубиками смолки, ну, это наркотик такой, изготовленный выварочным способом, когда соцветия конопли погружают в кипящую воду, а смолку снимают с поверхности и сушат. Осудили его тогда на четыре года, по статье 228 части 1. за незаконное хранение с целью сбыта наркотических веществ. Через два года, по амнистии он вышел. Нормальной жизнью он так и не зажил, подсел на 'геру' и в девяносто девятом был поставлен на учет как инфицированный СПИДом. Родители от него к тому времени уже отреклись - он из дома вещи стал выносить, мать бил, в общем, типичная история для наркоманов. В двухтысячном Штырь уезжает из Челябинска в город Карабаш, там у него бабка по отцовской линии живет, вот он и решил у неё пожить.
  На этом, история, о странствиях Штыря прерывается, к бабке то он приехал, пожил у неё какое-то время, а потом исчез. Мы ездили в Карабаш - бабка умерла в две тысячи первом, соседи ничего толкового не вспомнили, говорят: что парень был, приезжал, а потом исчез, видно, обратно в Челябинск укатил. Всплыл Витька Штырь в Челябинске, в начале весны этого года, через своих старых знакомых, продал местным, почти, пять килограммов платины девятьсот пятидесятой пробы. Платина была в слитках по сто грамм. Слитки, какие-то левые на них отсутствовала маркировка, не был даже указан вес, только три буквы 'Р.Д.Г', и больше ничего. А теперь, самое интересное - платина в слитках была не с палладием как обычно, а с родием. А, как известно, никто в здравом уме не будет делать сплав радия с платиной для продажи в слитках, да и еще в такой пропорции. Но, это еще не все, остальное, вообще из области фантастики - после возвращения Штырь оказался здоров, как бык. Он каким-то чудесным образом излечился от СПИДа. Никто, до этого не мог найти лекарство от 'чумы двадцатого века', а этот нарик смог. Вот, значить, дальше....
  - Плаха, ты меня не понял, я просил тебя рассказать свое видение всей картины в целом, то, как ты себе это все представляешь, - раздраженно произнес Сировский. - Ты же обо всем этом думаешь уже несколько месяцев, у тебя в голове должна была сложиться готовая схема.
  - Виктор Павлович, ну, я не знаю, это же дело аналитиков - схемы складывать и картины видеть, у меня мозги не так устроены. - Опустив глаза вниз, произнес Плаха.
  - Плаха, ну кому ты будешь сказки рассказывать про отсутствие у тебя мозгов, ты конечно не Эйнштейн, но и дауна, тут из себя не изображай, - усмехнулся Сировский. - Мозги у тебя есть, иначе, я тебя не держал бы на такой должности. Тут главное, что у тебя времени было много на обдумывание. Так, что давай не строй из себя дурака и рассказывай так, как будто, читаешь лекцию студентам по теории возникновения мира.
  - Ну, ладно. Я и правда, много думал об этом, есть у меня пара мыслей. Итак, если вы так настаиваете, расскажу свою версию происходящего:
  - Наш привычный мир, который мы называем - планета Земля, не одинок в этом пространстве. Должны быть еще миры и теперь, я больше чем уверен, что существуют параллельные миры. Доказательств тому можно найти множество, если хорошо покопаться в легендах и мифах древности, то можно найти множество необъяснимых фактов и явлений. Но я не буду их перечислять, скажу, что люди бесследно пропадали всегда, и в древности и в наше время. Пропадали поодиночке, группами по несколько человек, пропадали, даже целыми городами, вспомнить хотя бы легенду о Китежграде. Кстати, в тех местах, а это рядом с городом Городе́ц, который находиться в Нижегородской области, до сих пор бесследно пропадают люди. Я, уж не говорю, об Атлантиде - целый остров пропал, причем, его до сих пор не нашли.
  Я почитал статистику, в среднем, в России, за год пропадает около 120 тысяч человек, из них больше 60 процентов - мужчины, и с каждым годом, число пропавших только увеличивается, возникает вопрос: куда они деваются? Понятно, что большинство находиться, то ли в виде трупов, то ли в виде живых и здоровых, или не совсем здоровых, но живых. Но, довольно много пропавших так никогда и не находят. Я думаю, что они просто проваливаются в иной мир, может это другая планета, может параллельная реальность, а может просто параллельное время. Не знаю. Но, могу сказать точно, люди исчезали бесследно всегда, но до определенного времени это носило не такой массовый и системный характер. И если даже представить, что всего пять процентов от этих ста двадцати тысяч пропавших, находят себе новый дом, то можно представить, что этот новый мир прилично населен.
  В ходе расследования выяснился ряд интересных фактов: во-первых, проход на ту сторону, то есть, в иное измерение существует и работает он в обе стороны достаточно давно и плодотворно, во-вторых, скорее всего, контролирует этот процесс государственные структуры, или под пристальным присмотром спецслужб.
  Но, я хотел бы начать с небольшой исторической справки. На Урале я встречался с местными уфологами, правда, они занимаются не летающими тарелками, а паранормальными явлениями и исчезновениями людей. Уфологи показали мне свои наработки, которые я, как смог проверил. Итак:
  Началось все это в конце сороковых, в союзе тогда полным ходом шли работы по изготовлению своей атомной бомбы. Где-то в районе Челябинска, ориентировочно возле озера Акакуль, был создан секретный закрытый исследовательский комплекс по изучению атома. В чём заключалась суть работ, кто её проводил неизвестно, но в начале пятидесятых, ориентировочно середина 1951 года, в ходе эксперимента произошла авария или какой-то сбой в работе оборудования - весь исследовательский комплекс исчез. Комплекс пропал бесследно, на площади размером в три тысячи квадратов, осталась только голая земля без единого следа от зданий и даже без растительности, вся площадь, на которой располагался научный комплекс, была покрыта коркой серого порошкообразного вещества, напоминающего пепел. Научный исследовательский комплекс состоял из подземного бункера, нескольких подземных хранилищ, надземный жилых строений, складов и ангаров с техникой. В пропавших без вести записали более пятисот человек. После этого в течение шести лет, на огромной территории, в треугольнике между городами Пермь, Курган и Магнитогорск начали происходить таинственные происшествия: люди исчезали, поодиночке, группами и даже целыми поселками и предприятиями. Из наиболее известных исчезновений можно отметить: исчезновение складов трофейного вооружения, которые остались после войны, помимо, складов с оружием и боеприпасами, исчезли цеха и мастерские по ремонту и переплавки оружия. Жилые бараки, склад ГСМ, склады с трофейным обмундированием и прочие постройки, все в одночасье исчезло. В пропавшие без вести записали - 569 человек. Поскольку время было послевоенное, то большинство работников, были женщины. Еще через год в том же районе исчез, вместе с постройками и людьми, исправительно-трудовой лагерь ? 378-СР. Заключенный в нем на момент пропажи насчитывалось 12378 человек, охраны и обслуживающего персонала было еще 1573 человека. Восемьдесят процентов исчезнувших заключенных, были осуждены по пятьдесят восьмой статье, то есть лагерь был почти полностью 'политическим'. Массовые исчезновения на некоторое время прекратились, через пару лет все успокоились. Но в конце августа 1957 года, в закрытом городе Челябинск - 40, на территории химкомбината 'Маяк' произошло самое массовое исчезновение людей и сооружений. Исчезло несколько предприятий комбината 'Маяк', военный городок, пожарная часть и колония заключённых. Все это перестало существовать в нашем мире, где оно появилось неизвестно, но точно, что не на нашей планете Земля. Исчезло очень большое количество людей, приблизительно 25000 человек. Чтобы как-то скрыть масштабы катастрофы, компетентные органы отдали приказ о загрязнение всей прилегающей к месту исчезновения территории. Была загрязнена территория площадью 23000 кв.км., с населением 270 000 человек в 217 населённых пунктах трёх областей: Челябинской, Свердловской и Тюменской.
  Это все нам удалось выяснить от непосредственных очевидцев тех событий. А теперь, самое невероятное - некоторые родственники, тех, кто исчез, в течение долгих лет получали весточки от пропавших родственников, то есть они были живы, но в силу некоторых независящих от них причин, не могли вернуться.
  Восстановив хронологию событий, я могу с достаточно большой вероятностью спроектировать события, происходившие в то время. Понятно, что может, изначально все было иначе, но, вы сами просили изложить свои мысли.
   Советские ученые на исследовательской базе, рядом с озером Акакуль, ставили какие-то эксперименты, может быть, это было, что-то похожее на 'Филадельфийский эксперимент', который проводили американские ученные, в ходе которого, на некоторое время из поля зрения очевидцев, исчез американский эсминец 'Элдридж'. Что-то пошло не так, и весь исследовательский комплекс бесследно пропал.
  После разговора со Штырем, опираясь на косвенные улики, я предположил, что ученные, вместе со всем имуществом перенеслись в иное измерение. Как уже известно, они не первые туда попали и задолго до них в тот мир, проваливались земляне, но впервые, это была настолько многочисленная и подготовленная группа. Ученые не растерялись и смогли исследовать и определить способ перехода, но тут возникло непредвиденное обстоятельство - они, имея способ возврата, не могли вернуться домой. Как это не странно звучит, но в том мире есть некая энергетическая сила, которая подобно молекулам кислорода, в нашем мире, пронизывает все. Так вот, эта самая энергия насыщает и преобразует все в том мире. Живые организмы, попадая из этого мира в тот, почти мгновенно преобразуются, избавляясь, к примеру, от неизлечимых болезней. Но, в обратном порядке, это правило действует иначе, бывший больной СПИДом Штырь, вернувшись обратно в этот мир, в течение месяца 'сгорел' от рака.
  И тогда, первые массовые переселенцы решили построить новую жизнь в новом мире. Для этого им нужны были, в первую очередь люди, а во вторую очередь, оружие и техника. Именно этим можно объяснить все последующие исчезновения.
  - Вот собственно и все, что я хотел сказать, - устало произнес тихим голосом Плаха. - Сейчас, можно со стопроцентной уверенностью заявить, что тот параллельный мир населен людьми для того и что он развиваться самостоятельно.
  - А, что ты скажешь, по поводу влияния нашего мира на тот? Спецслужбы? Политики? Как-то, оно все не вяжется, друг с другом, - Сировский обхватил голову руками, и казалось, что говорит сам с собой.
  - Ну, спецслужбы, понятное дело там всем заправляют. Мы пытались провести разведку в тех местах. Самое подходящее место для перехода в иной мир, нам удалось определить с вероятностью в девяносто процентов. Это так называемый - Восточно-Уральский заповедник, который еще называют - Восточно-Уральским радиоактивным следом. Мы с ребятами посетили те места под видом туристов. Везде натыканы знаки, предупреждающие о радиации, на телеграфных столбах висят камеры слежения и непонятные датчики. Нас вычислили и нашли через пятнадцать минут, после того как наша машина съехала с дороги. Не успели выйти из машин и пройтись по лесу, как вдруг из кустов появился госохотинспектор и давай нас штрафами пугать. Ну, мы его и так и сяк: денег предлагали, водки, а он, гад, уперся как баран. А потом, там случайно милиция мимо проезжала. Хорошо, что мы подготовились - на трассе девок сняли, натурально все выглядело, типа, пацаны с девчонками поехали в лесок покувыркаться, нас долго не мурыжили и отпустили. Только, я вам так скажу, что и охотинспектор этот и 'мусора' мимо проезжающие, были на чекистов похожи, так же, как, я на свое отражение в зеркале.
  - Плаха, а как ты думаешь, если об этой теме с иным миром столько народу знает, то почему это еще не общеизвестный факт. Я об этом, например, первый раз в жизни слышу. А?
  - Понятия не имею! Наверное, правду знает ограниченный круг людей. Единицы. Остальные, просто пешки, которым сливают дэзу. Хотя, если послушать, тех же уральских уфологов, то они как раз в существовании параллельного мира ни капли не сомневаются. Только, им все равно никто не верит. Считают их за блаженных. И, я, кстати, в существование параллельного мира верю. Он точно есть!
  - Посмотрите на него - самый умный нашелся. Ты, у нас тогда просто гений, какой-то! Шерлок Холмс, мать его так! Поехал и за пару недель раскрыл тайну, которую скрывают от общественности уже больше полувека. Если ты, пулезборник тупоголовый догадался, то и другие должны были. А их, почему-то нет. Вопрос: почему?
  - Ну, может быть....
  Договорить Плаха не успел, в кабинете под потолком замигала красным светом лампа, и раздался резкий писк сирены.
  - Виктор Павлович, нас атакуют неизвестные в масках! Вам лучше заблокировать кабинет изнутри, - раздался встревоженный женский голос из селектора.
  - А, вот и доказательство правдивости твоих слов Плаха, - произнес Сировский, нажимая на кнопки универсального пульта, вмонтированного в столешницу.
  На окна и входную дверь опустились бронированные заслонки. Свет в кабинете мигнул, погас, а через несколько минут, опять загорелся, но очень тускло.
  - У-уу, суки! Электричество обесточили, - улыбаясь, произнес олигарх. - Ну, что хотите поиграть? Поиграем! Только правила игры буду задавать я!
  В дальнем конце кабинета, в углу, стоял большой аквариум, в котором плавали океанские экзотические рыбы. Раздался тихий шелест работающего двигателя и, аквариум, водоизмещением в две тысячи литров сместился в сторону. Сировский подошел к стене и, нажав, на одно ему известное место на стене, открыл потайную дверь.
  - Плаха! А ты чего сидишь, кого-то ждешь? - раздраженно бросил через плечо беглец. - Хватай свои манатки и бегом за мной. Нас ждут великие дела!
  Помощник Сировского вскочил со стула, схватил свою сумку и бросился вслед за хозяином, он едва успел проскочить в закрывающуюся дверь. Он оказался в небольшой комнате, примерно три на четыре метра. Комната была заставлена металлическими ящиками, один самый большой стоял на полу, остальные были расположены на стеллажах, вдоль стен. Сировский поочередно нажал на красные кнопки, которые располагались на металлических боках ящиков. Когда он нажал на кнопку самого большого ящика, который стоял на полу, то стенки ящика открылись, и взору Плахи предстало его содержимое. Внутри огромного ящика лежало человеческое тело, а ящик оказался ничем иным как морозильной камерой.
  - Виктор Павлович, а зачем вы труп храните? - ошеломленно спросил Плаховский.
  - А, это - Жорик! Познакомься, - ковыряясь, в содержимом настенного сейфа, произнес Сировский. - Через десять минут произойдет мощный взрыв, а когда разберут завалы, то обнаружат это тело - Жорика. Все подумают, что это я.
  - Как взрыв?! - растерянно уставился на хозяина Плаха. - А как же люди? Офисные работники. Их же надо вывести!
  - Поздно! - жестко произнес олигарх. - После активации системы самоуничтожения, а произошла она сразу после блокировки моего кабинета, в коридорах этого здания происходит распыление нервнопаралитического газа. Там, просто некому уже убегать.
  - Но, зачем? Они же ни в чем не виноваты, - пораженно прошептал Плаховский.
  - Успокойся! Бегом за мной! О муках совести поговорим потом!
  Сировский свалил в сумку последний пакет, извлеченный из недр сейфа, и быстрым шагом направился в сторону неприметной низкой двери. За дверью располагалась маленькая комната, посреди которой стояла небольшая капсула, похожая на болид для бобслея. Сировский быстро закинул сумку себе под ноги, сам сел на низкое сидение. Плаха разместился на другом сидении. Беглый олигарх нажал пару кнопок на приборной доске, и капсула стремительно рванула вперед. Разогнавшись, она пробила стену, которая, судя по легкости с которой её разломали, была выполнена из гипсокартона, имитирующего монолитный бетон стены. Сразу за картонной стеной капсула попала в полую трубу. Труба проходила через все здание, до самого основания, а там изогнувшись, уходила под землю. Протяженность трубопровода, по которой неслась капсула с беглецами, было четыреста сорок два метра. Заканчивалась труба в подземном гараже офисного здания, стоявшего через дорогу от здания, где находился офис олигарха. Сировский и Плаха, покинув капсулу, спокойно вышли из подсобного помещения гаража, и сев в неприметную подержанную иномарку беспрепятственно выехали на улицу.
  Машина успела отъехать от гаража на два квартала, когда сзади раздался мощный взрыв.
  - Ну, вот и все, - устало произнес Сировский. - Теперь, нас никто искать не будет. Впереди много дел. Нам нужно, еще успеть, попасть в новый мир и захватить там власть.
  
  Глава 1
  Если вы решили свести счеты с жизнью, но вас не устраивает просто повеситься или там выпрыгнуть с балкона, а хочется уйти из жизни наиболее мучительным способом, то нет ничего лучше, чем разозлить мага. Да, не простого мага, а чёрного, использующего для своих ритуалов тёмную волшбу. Классического темного мага - некроманта. Злого, вредного и жестокого. Того, кто черпает силу из мучений и боли своих жертв. Вас не просто убьют, вас будут убивать долго и мучительно, но это не все, даже после смерти, заставят испытывать боль и служить хозяину. Поэтому идти на штурм логова некроманта силами десятка человек, это чистой воды самоубийство.
   Но, не в моем сейчас положении было возражать, тем более, что тех, кого мне дали в подчинение можно было уже считать покойниками. Нет, они пока еще жили, дышали, говорили. Но любому, кто провел в мире за чертой больше месяца, было понятно, что этот день никто из них не переживет. Именно это и давало шанс одному человеку выжить в предстоящей мясорубке, то есть мне.
  Группа наемников из внешнего мира, людей, которым даже не объяснили, что они уже не в привычном им мире, и что здесь действуют совершенно другие законы и правила. Наемники, должны были стать расходным материалом, пушечным мясом, которое отвлечет внимание от моей скромной персоны. То, что они из внешнего мира, было очень хорошо, правда не для них, а для организаторов акции, ну и для меня. Человек, который провел в мире за чертой хотя бы пару недель и понял, в общих чертах, что к чему, предпочел бы сразу застрелиться, но не лезть, в этот чертов дом.
  Небольшой отряд бойцов был хорошо сработанной и подготовленной группой, это чувствовалось по тому, как они проверяли оружие и экипировку, как разговаривали и самое главное, как смотрели, в глазах читалось просто монументальное спокойствие. Я, к примеру, очень сильно нервничал, хотя по боевому опыту, мог спокойно поспорить с любым из них, вот только опыт у нас был разный. А, с другой стороны, почему бы им не быть спокойными, для них была поставлена очень простая задача: проникнуть в дом, разместить там некий предмет и вернуться назад. При этом можно стрелять во все, что движется и не очень сильно заботится о последствиях. Казалось бы, легче легкого, десяток бойцов с хорошей экипировкой, противник в их понимании - сугубо гражданские простачки. Объект штурма - обычный деревенский дом. Забор вокруг дома, то же особой высотой и крепостью поспорить не мог. В общем, прогулка в парк, а не боевая операция, вот только есть одно НО - в доме живет маг, хренов темный некромант, заточку ему в печень!
  В магическом зрении, скорее всего, было бы видно, что забор просто светиться от наложенных на него охранных чар. И чары эти ничего хорошего не несут тем, кто захочет проникнуть через забор. Я прекрасно представлял, что нас ожидает, и понимал, что шансов выжить, даже у меня очень мало. Все будет зависеть от скорости и удачи. Если мы продержимся хотя бы минут пять и успеем проникнуть в дом, значит, у меня будут шансы на то, что я доживу до вечера.
  Кроме меня и десятка смертников, в комнате находился человек, неприглядной наружности: не высокий, худой с острыми чертами лица, только глаза у него были холодные и цепкие. Миша Щуков, он же Михась, он же Щука, он же главарь банды в сотню стволов, который контролировал большой район, прилегающий к городу Стриженск.
  С Щукой, я познакомился года два назад, причем, наше знакомство спасло ему жизнь. Тогда, сводный отряд из трех групп 'Горных стражей' проводил операцию по уничтожению банды, которая нападала на торговые караваны, идущие от наших гор в земли 'торгашей'. Банду настигли, как раз в тот момент, когда она грабила очередной караван. С ходу всех бандосов постреляли, чем спасли обозников от неминуемой казни. Возглавлял охрану обоза, тогда именно Миша Щуков. Его во время захвата каравана, бандиты хорошенько потрепали - два огнестрельных ранения и осколки от гранаты сильно посекли правую руку и плечо. Я лично пули из тела вытаскивал. Раны промыл, перевязал, и по доброте душевной, один из своих резервных амулетов отдал. Михась меня тогда запомнил, и назвался моим должником.
  - Нам бы стволы пристрелять, - сказал старший наемников.
  - Оружие все пристрелено, можете мне поверить, - нахмурился Щука. - Тем более, вам предстоит бой в ограниченном пространстве, стрелять будете практически в упор, так что не промажете.
  - Надо хоть по паре выстрелов сделать, а то вдруг оно вообще не стреляет, - гнул свое наемник.
  - Ладно, сейчас, вас проводят в подвал, там постреляете, - махнул рукой Щука. - Эй! Петрович, проводи, наших недоверчивых гостей в подвал, пусть постреляют.
  В комнату зашел невысокий мужичок, одетый в ватник и теплые штаны, которые были заправлены в унты, на плече у него висел ППШа.
  - Ну, вы и древние! Где столько старья нашли? - спросил один из наемников, глядя на вошедшего, который выглядел как партизан времен отечественной войны.
  - Эхо былой войны, - с усмешкой сказал Щука. - Давайте быстрее, вам через час выдвигаться надо.
  Когда все наемники ушли вниз, и в комнате мы с Щукой остались одни, он наконец соизволили обратить на меня свое внимание.
  - Что думаешь о предстоящем деле?
  - Хрена тут думать, это полная жопа. Не в том смысле, что у кого-то пятая точка крупных размеров, а в том смысле, что участвовать в этом мероприятии - это тоже самое, что букашке ползти по табуретке, когда на неё садиться человек с огромной, толстой жопой. Вот такой, - для убедительности, я развел руки в разные стороны так сильно, как только мог. - Щука, я просто не понимаю, зачем вам я? И зачем вам эти смертники, из внешнего мира?
  - Ты - для общего антуража. Они - для огневой поддержки.
  - Сам, ты антураж. И дети твои антураж, и жена твоя антураж, и внуки твои антураж, и ....
  - Хватит!!! Достал уже!
  - Так ты объясни нормально, а то я пацан нервный, сейчас от недостатка информации кинусь на тебя.
  - Слышь, Серый, ты в натуре, псих отмороженный. Объясняю: один нехороший товарищ решил провести эксперимент, но материал ему нужен свежий, чтоб в нашей, вредной окружающей среде, прибывал мене суток, вот и заказали десяток крепких, здоровых мужчин, а привести их, по легенде должен представитель нашего мира. Понимаешь? Ауру, любой враз просечет!
  - Так я и буду, тем, кто их привел?
  - Ну, слава богу, сообразил! Именно, десятерых свежих и одного местного и выпустят из портала, а если прибудут в другом составе, то их расчехлят на месте. Понял!
  - Это даст нам фору, минут на пять, а потом любое боевое заклинание убьет их всех на месте. У них же никакой защиты.
  - А больше и не надо, тебе дадут переносной телепорт, ты его установишь и активизируешь. Самое главное, запомни, телепорт должен быть установлен в доме. Потом, мы из него выпустим двух зверюшек и ... собственно, все!
  - Ну, просто не штурм, а прогулка в лесу!
  - Именно! Пришел, портал поставил и ушел. Все!
  - Щука, ты вообще, себе как это представляешь? - я с раздражением посмотрел на ухмыляющегося собеседника. - Чё, ты лыбишься? Ответь мне на пару вопросов: во-первых, как ты собираешься десяток вооруженных головорезов провести через портал? Как ты людям из старого мира объяснишь перемещение в пространстве? Они же ни магии, ни телепортов, ни даже самого простенького домового в глаза не видели, если только по телевизору, в фантастических фильмах!
  - То, что ты думаешь о мелочах, говорит, что сам ты подсознательно уже согласился участвовать в штурме. А насчет перехода через портал, не беспокойся все продуманно! Вы немного пробежитесь по заброшенному зданию, а потом пройдете через подвал и ..... о-па, вышли прям к задворкам нужного нам дома.
  - Вы, что портал растяните в воздухе? А как решить проблему перехода, когда спина впередиидущего исчезает в воздухе?
  - Для этого и надо будет спускаться в подвал. Вы спуститесь в подвал на заброшенном заводе, а окажитесь в подвале котельной, которая, стоит за домом колдуна. Когда со света в темноту заходишь, несколько секунд ничего не видишь. В общем, умник, все продуманно, не бзди!
  - Тебе легко говорить, это не ты лезешь в логово к магу высшей категории! А как отходить?
  - Сиганешь через забор и побежишь быстро - быстро, - проговорил скалившийся Щука. - Да не округляй ты так глаза, как только вы окажитесь на территории усадьбы, мои бойцы шмальнут пару раз из гранатомета в забор. Вот через получившуюся дыру, ты и драпанешь. Понял?
  - Понятно. Стремно, все как-то! А кого вы через установленный мною портал будете закидывать? Что за зверюшки?
  - Лич и пара оборотней из его свиты, - со спокойным лицом ответил Щука.
  - ЧТО?! ЛИЧ? Миша, ты?! Ты?! Ты, что сказал? - закричал я, от возмущения. - Ты хоть знаешь, что такое Лич?
  - Успокойся и не ори, - перешел, не шепот Щука. - А кто, по-твоему, может справиться с темным магом, да еще с таким сильным? Правильно! Только другой темный маг, а во что превращается неупокоенный темный маг, после насильственной смерти? Правильно, в темную сущность, под названием - Лич.
  - Да, на хрен, ты мне все это объясняешь, я и без тебя все это прекрасно знаю. Я, если хочешь знать, два года назад в составе объединенных сил гонял по Северным пустошам, студента-некроманта, который из-за неудачного эксперимента перекинулся в такую же темную сущность. Но, он был совсем свежий и неопытный, и вообще без связи с темным миром, но, несмотря на это, он на одной только силе и энергии своего организма смог положить больше двадцати человек. Причем не простых бойцов, а элиту Горных стражей!
  Дело было поздней осенью. Студент из Академии решил поставить пару экспериментов. Я уж и не помню, что там у него пошло не так, то ли дело было в ингредиентах, которые он использовал, то ли в месте, где он проводил ритуал, там рядышком был старый погост. Но факт остается фактом, через пару дней после того как его видели в последний раз, в тех местах появился представитель нежити, в котором специалисты той же Академии опознали Лича. Вот нас, как спецназ клана Гор, и бросили на отлов этой нечисти. В общей сложности, от всех кланов, собралось человек пятьсот. Гоняли мы этого бедолагу по пустошам три дня, при этом потеряли в общей сложности человек сто - очень уж оказался живучий и выносливый гад. Любая, даже самая мелкая царапина, нанесенная Личем через пару минут покрывалась язвами, и раненый умирал в страшных муках в течение нескольких часов.
  Обычно представители темного мира попадают в наш мир в двух ипостасях: либо бестелесные духи, которые находят себе пристанище в телах местного населения, либо готовые, упакованные и прошедшие опгрейд демоны в родных телесах. И, если, первый вариант происходит довольно часто и является делом, в принципе, привычным. То, во втором случае, приход демона в наш мир, может закончиться плачевно, для всех кто встретит демона на своем пути. Лич - это не что иное, как умерший насильственной смертью темный маг. То есть злой дядька, который вершит свою волшбу, не с помощью сил и энергии нашего мира, а с помощью сил темного, иного мира. В общем, сука еще та, но самое главное, что Лич служит, как бы мостиком между нашим и миром тьмы. Убить его было практически невозможно, его питала темная демонская сила, которая была безгранична. Способ есть только один: с помощью специального ритуала, рвется связь между Личем и темным миров, а потом этого засранца надо измотать, чтобы он обессилел и тогда, его можно было убить обычным оружием. Вот только, пока ты Лича измотаешь, он кучу народу положит.
   Все темные маги находились на особом учете и проходили проверки на наличие печатей. Печать - это особая татуировка с вживленными серебряными нитями она должна была развеять темного маг после смерти.
  - Щука, а как ты собираешься разбираться с Личем после завершения им мести, да, кстати, а с чего ты собственно решил, что он будет мстить?
  - Он, только из-за жажды мести и стал Личем, уж больно при жизни ему один человечек насолил, - задумчиво произнес Миша Щукин. - Когда месть свершиться он развоплотиться и уйдет в мир вечной охоты.
  - Миха, ну хрена ты мне заливаешь, - напористо сказал я. - С каких это пор ты у нас специалист по духам и демонам? Личи за всю историю этого мира появлялись всего пару-тройку раз, а с тех пор как Круг Сильных ввел всеобщий учет и классификацию магов и не только магов, а любых существ со способностями к магии, то появление Лича стало, в принципе, невозможным.
  - Серый, я вот тут подумал, а может тебя просто на улицу выгнать и катись ты на .... все четыре стороны, а? Уж больно, ты умный! - встав из-за стола, Щука уже кричал во все горло. - Тебе, ясно сказано: пришел, телепорт поставил и через дыру в заборе ушел! ВСЕ!!! Понимаешь? Все! Потом, ты вернешься, и все твои проблемы будут решены. Ты получишь, то, что хочешь. Хотя, я до сих пор и не понимаю, зачем тебе уезжать, аж в Драконьи горы. Остался бы с нами, мы тебя в обиду не дадим. Такие бы дела проворачивали, а?
  - Ладно, ладно, понял, - в знак примирения, я поднял руки. - Все больше вопросов не будет. А в Драконьи горы я лезу, потому что, они самая удаленная точка от Клана Гор, - и тут же, чтобы перевести разговор в другое русло, спросил. - А, что у вас с вооружением?
  - Сейчас Петрович вернется и проводит тебя в оружейку. Только смотри там без фанатизма, - с усмешкой сказал Миша. - Знаю я тебя - халяву любишь, вынесешь в карманах весь арсенал отряда.
  - Халява - это когда, без Петровича за спиной и на грузовике приехали, а вы все пьяные спите, - со вздохом произнес я.
  Было видно, что Щука нервничал. Нет, он, конечно, пытался казаться спокойным, но иногда проскальзывало в глазах и в жестах, что человек очень не спокоен, человек нервничает, человек боится. Да, именно, боится. А чего может бояться бандит, у которого за спиной сотня отморозков с автоматическим оружием, вплоть до 'Утесов' с 'ДШК'? Правильно, только того с чем сотня стрелков не справиться.
   Да-а, влип ты, товарищ Серый!
  Влип!
  Значит и вправду есть Лич у Миши Щуки.
  Вот только, что такого сделал колдун из дома, что на него надо натравливать Лича? Что? Ведь у Щуки есть стрелки, есть и боевые артефакты, все есть, чтобы провести штурм дома, а на штурм Щука не решается, боится чего-то. Зачем ему все эти театрализованные представления, танцы с бубном вокруг костра и самое главное, зачем ему выпускать Лича? Его же после этого Круг Сильных по стенке размажет, очень тонким слоем и сверху крошку посыплет. Крошку из мелко нарезанных щукинских подручных.
  - Чего задумался Серый? Боишься? Ты же у нас из горного спецназа, вы ж там с голыми руками против лесного тролля выходите, вас даже валькирии уважают, - начал подначивать меня Миха.
  - Миша уж тебе битому жизнью волчаре лучше меня известно, что те, кто ничего не бояться долго не живут, - ответил я.
  В дверь кто-то постучал, потом дверь открылась, и на пороге возник давешний мужичок в облике партизана времен Ковпака.
  - Командир оружие пристреляли. В данный момент наемники харчуются, сволочи, почти по два рожка патронов каждый расстреляли, - сокрушался Петрович. - Где я им еще патронов 5,45 достану?
  - Куркуль ты мой, - улыбнулся Щука. - Проводи еще вот этого, снабди его чем-нибудь, только подбери ему постарее, ну там пэпэша или шмайссер, ему по легенде полагается.
  - А, может ему наган дать? Или обрез от трехлинейки есть, о, знаю, у меня берданка завалялась, - воодушевился Петрович.
  - Эй, я же еще здесь, какая на фиг берданка? - возмутился я. - А что калаш никак? Вы, чего? Мне ж на войну идти.
  - Ага, на Сталинградскую битву, - со смехом произнес Щука. - Тебе бегать много придется, поэтому не советую брать лишний вес.
  - Ну, пошли герр Петрович, покажешь мне свои оружейные раритеты, - подходя к двери, сказал я.
  Выйдя из комнаты, Петрович вышел во двор и направился к отдельно стоящей постройке, по всей видимости, то ли баня, то ли сарай. Когда зашли в сарай, все-таки сарай, а не баня, Петрович нащупал на полу проволоку, и, потянув за неё, поднял люк. Спустившись в погреб, кладовщик щелкнул выключателем, и под потолком загорелась тусклая лампочка. Прям схрон лесных братьев!
  - Так, что у нас сегодня есть в продаже? - грустно проговорил Петрович, снимая крышки с ящиков, которые стояли на полу.
  - Петрович, а чего так грустно, что жалко расставаться с награбленным? - усмехнулся я, разглядывая оружие извлекаемое Петровичем на свет божий.
   Петрович извлек из ящиков и разложил на полке, которая была прибита к стене, с десяток стволов: три пистолета, два карабина, два автомата и еще парочка оружейных раритетов. Рядом с пистолетом Макарова лежал револьвер Нагана и пистолет Коровина - ТК, который еще в Великую Отечественную был признан морально устаревшим. Автоматы лежащие рядом порадовали бы глаз любого любителя фильмов про партизан: ППШа и МП-38 - ветераны и свидетели побед и поражений. Пистолет-пулемет MP.38, часто ошибочно именуемый "Шмайсер", был разработаны немецким конструктором Фольмером на фирме Эрма, по заказу командования вооруженных сил Германии и поступили на вооружение Вермахта в 1938году. В основу конструкции нового пистолета-пулемета лег экспериментальный образец ERMA MP 36, созданный в 1936 году на базе пистолета-пулемета ERMA EMP и отличавшийся от него новой компоновкой с пистолетной рукояткой, складным прикладом и нижним креплением магазина. Изначально они предназначались для вооружения десантников и экипажей боевых машин, однако в дальнейшем поступали на вооружение и в пехотные подразделения Вермахта и СС. Пистолет-пулемет MP.38 оказался довольно удачным, однако его производство обходилось слишком дорого (в силу широкого использования фрезерованных деталей) и потому уже в 1940 году был разработан и принят на вооружение пистолет-пулемет MP.40, в производстве которого широко использовались штамповка из стального листа. А, непосредственно, Луисом Шмайсером были разработаны пистолеты-пулеметы МП-28 и МП-18, правда следует уточнить, что на последующих усовершенствованиях немецких автоматов МП-41, стояло характерное клеймо "Patent Schmeisser".
  Карабины были представлены легендарными СКСами, самый популярный вид оружия в этом мире. Еще в ходе первой, и самой массовой экспансии этого мира были завезены сотни тысяч таких карабинов.
  Ну, а среди раритетов были: винтовка Мосина или по-простому трехлинейка и винтовка Маузера, с которой воевали немцы всю войну.
  История стрелкового вооружения, это конечно хорошо и познавательно, но с таким оружием, мне не хотелось идти на штурм усадьбы. Все, что лежало передо мной на полке, все это было хорошее, надежное и самое главное, проверенное временем оружие. С ППШа, к примеру, я проходил в горном патруле, больше двух лет. Таскал с собой СКС и ППШа, одновременно, карабином удобно работать по удаленным целям, а ППШа незаменим, когда нужно прижать к земле, особо ретивого противника. Но сейчас, для боя в ограниченном пространстве, мне нужно было, что-то небольшое по размерам и скорострельное, тут бы хорошо подошел коротышка Калашникова или автоматический дробовик, типа Ремингтон.
  - Ты, только губу сильно не раскатывай на все это, - сразу решил определить границу допустимого выбора, Петрович. - ППШа и МП-38 без дополнительных магазинов. К СКСу нет патронов. Так, что выбирай из оставшихся моделей.
  - Петрович, это все или что-то еще есть? - посмотрел я на улыбающегося псевдопартизана.
  - А чем, тебе эти стволы плохи? А? - удивился оружейник-завхоз. Было видно, что расставаться даже с этим старьем ему не хочется, и его можно было понять, огнестрельное оружие - было одним, из самых ценных вещей в этом мире. - А, может тебе 'МП-5'? Тот, который немецкой фирмы Хеклер и Кох. Или может 'Беретту-M12s'? Извини, я ж забыл, ты у нас патриот, выбирай, есть 'Кедр', 'Клин', 'Вереск' и где-то, даже был один 'Бизон'. Хочешь?
  - Давай, - я подошел к нему вплотную, и, нависнув над ним, тихо произнес. - Петрович, а если я тебя сейчас тихонечко придушу? Ты, давай не тяни кота за хвост, вытаскивай чего-нибудь путевое, и не зли меня!
  - Ой, напугал! Пуганные мы. Ладно уговорил, - Петрович, полез в ящик и достал сверток. - На, бери - 'Mauser C-96' модель 712, вариант с переводчиком режимов огня и отъемным магазином на 20 патронов, есть три магазина и сотня патронов. Деревянной кабуры-приклада, извини, нет, так, что стрелять будет тяжело, но зато, как и просил маленькое и скорострельное.
  - Ну, вот видишь, хочешь, когда можешь, - сказал я, вертя в руках пистолет, который часто видел в фильмах, про Гражданскую войну. Кошмар, какое старье. - Нормально работает? Проверять будем?
  - Хороший ствол, я его себе хотел оставить, - с тоской в голосе сказал Петрович. - Люблю такие вещи, история и все такое.
  - Представляешь наверное себя, комиссаром, в кожаной тужурке? А рядом, молодая комсомолка, в красном платка, да?
  - Берешь?
  - Беру. А еще, мне бы, пару гранат, нож, а лучше два ножа, амулет отводящий и ..., - начал перечислять я.
  - Ты это...Того.. Ты совсем охренел? - Петрович от моей наглости начал заикаться. - Дайте попить, а то так есть хочется, что переночевать негде. Так это называется?
  - Да пойми ты чудак-человек, я ж не для себя прошу, для дела надо, причем для вашего дела, - было видно, что Петровичу все эти дела, до лампочки, ему лишь бы никто не трогал его любимый склад. - Я ж по легенде проводник, значит человек, по определению опытный и бывалый, соответственно, стволов и всяких там штук на мне должно быть как на новогодней елке украшений. Просекаешь?
  - Тоже мне, проводник. Ладно, дам тебе нож, пару метательных клинков, три, нет две 'хлопушки' и две пластины энергетиков, - Петрович извлекал из ящиков все, что называл и выкладывал на полку передо мной.
  На полке появились: "нож разведчика" образца 1943 года, переделанный и модернизированный финский "пуукко", в просторечии именуемый "финкой" и две остро заточенные пластины металла, с обмотанными изолентой рукоятками, в представлении Петровича, должны были играть роль метательных ножей. Рядом легли, два продолговатых цилиндра, из которых торчали стандартные взрыватели УЗРГМ. Один цилиндр был обмотан изолентой, а второй больше походил на кукурузу, только вместо семян были металлические шарики.
  - Петрович, а зачем мне осколочная, там же дом деревянный, еще не дай бог, сам себя нашпигую.
  - Не хочешь, не бери, других нет, - отрезал партизан-скряга.
  - Давай вместо осколочной, обычную, так сказать наступательного действия.
  - На, подавись!
  - А энергетики где?
  - В доме получишь, вместе с остальной магической дрянью, - по тому как, старик скривился было видно, что с магией он не дружит. - Найдешь лысого паренька, Лузой кличут, он тебя всем нужным снабдит.
  - Понял. Из пистоля, где можно пострелять? - спросил я, снаряжая магазин патронами.
  - Наверх поднимемся и в сарайке, шмальнешь пару раз в стену. Давай собирай быстрее свои пожитки, - с этими словами Петрович начал подниматься по ступеням наверх.
  Я быстро распихал по карманам куртки все, чем меня одарил Петрович и тоже подошел к лестнице. Рядом с лестницей стоял небольшой ящик, у которого крышка была немного сдвинута в сторону, было видно, что внутри лежат бруски сероватого цвета. Быстрым движением я вытащил пару брусков и спрятал их в карман. Когда я подняться наверх, то увидел, как Петрович напротив дальней стены поставил на полке несколько жестяных банок из-под пива.
  - Ну, давай, стреляй, Ворошиловский стрелок. Хорошо хоть стреляешь?
  - Сигареты - отлично, из автомата - хуже, - пошутил я.
  'Маузер' лежал в ладони непривычно - явный дисбаланс, без пристегнутого приклада стрелять очередями будет тяжело. Держа пистолет одной рукой, я поднял его и выстрелил, пуля ушла левее и выше, схватив пистолет двумя руками, выстрелил два раза подряд, банка пробитая пулей отскочила от стены. Слишком легкий ствол и довольно мощный патрон осложняли автоматическую стрельбу из пистолета, без приклада о стрельбе очередями можно даже не думать. Одним словом, дерьмо, а не оружие. И за, что его так большевики в Гражданскую любили? Как по мне то уж лучше Наган.
  - Петрович нужен приклад, ну, хоть какой-нибудь упор, видишь, как задирает при выстреле, руками не удержать.
  - Ладно, иди, ищи Лузу, я пока, что-нибудь придумаю.
  Я вышел из сарая и направился к дому, возле входной двери стоял невысокий щуплый паренек в теплой куртке и вязанной черной шапке. В магическом зрении, аура пацана, была во многих местах пробита, но дыры были залатаны, а некоторые места в ауре были усиленны щитами. Тут одно из двух, либо это Луза, либо у Щуки в команде есть еще один маг, а зная нелюбовь щукинских к магии, можно предположить, что первый вариант более вероятен.
  - Слышь, парняга, а ты случаем не Луза? - спросил я, у стоявшего возле двери пацана.
  - Ну, я Луза, а ты Серый, которого надо обеспечить всем, что его величество пожелает?
  - Точняк, он самый.
  - Ну, пошли.
  Мы зашли в дом, прошли через сени, Луза нащупал на полу кольцо, и, потянув за него, открыл вход в подвал. Нащупав на стене выключатель, включил свет и первым спустился в подвал. Внизу оказалось небольшое помещенье, посреди которого стоял стол, а вдоль стен располагались стеллажи, забитые всяким хламом. Подчиненные Щуки, испытывают явное уважение к подвалам - уже второй склад, располагается под землей. Кроты, прям какие-то!
  Луза, прошел в дальний конец комнатенки и вытащил с верхней полки стеллажа небольшую картонную коробку из-под обуви.
  - На, вот, бери, - протянул мне Луза коробку. - Больше не дам и не проси, и так от сердца отрываю.
  - А вы с Петровичем не родственники? Он тоже постоянно повторял, что от сердца отрывает. Сердечники, блин! Ладно, фиг с вами, показывай, что там у тебя.
  Луза, открыл коробку и начал доставать из неё содержимое.
  - Итак, энергетики: две пластины 'жёлтой смолы', смола совсем свежая, так что можно пластинки на части поделить, все равно будет действовать, правда, время тонуса сократиться. Дальше, амулет реакции, одноразовый и кровяной, - на стол легла небольшая, серебристого цвета таблетка, у которой одна сторона была в маленьких иголочках. - Вот этим краем прижимаешь к открытому участку кожи и через пару секунд видишь весь мир в замедленной съемке.
  - Сколько действовать будет?
  - Все зависит от твоего организма, если только 'скоростник' ширнуть, то минут пятнадцать, а если в комплекте с какой-нибудь химией, то может вообще не подействовать, а может минут пять и будет эффект держаться.
  - Понятно, что там у нас дальше?
  - Да, в принципе все, остался только бронник, - Луза вытащил из коробки самую объемную вещь, которая занимала большую часть коробки. - Броня двадцать минут в режиме 'тройки', десять минут в режиме 'четверки' и целых пять минут в режиме 'пятерки'.
  Бронник представлял собой мелкоячеистую сетку, в которую были плетены мелкие камни, по виду было не понятно, то ли дымчатый кварц, то ли лунный камень. Сетка была сплетена в форме прямоугольника, в середине, которого была большая круглая дырка, в которую надо было просунуть голову, и получалось, что грудь и спина были прикрыты. Честно говоря, защита была не особо надежной, у меня были защитные амулеты и посильнее, взять хотя бы 'кольчугу тип 6' или 'панцирь дракона'.
  - Спасибо и на этом. А что у нас с 'личиной' и 'глушилкой' ауры, - спросил я. - Щука говорил, что это обязательное условие, ему, видите ли, по сценарию нужна аура 'торгаша', а не горца.
  - Есть одна штука, не совсем 'личина', но что-то, около того, - задумчиво произнес Луза, доставая из ящика стола металлическую коробку из-под чая. - 'Косметика' на генном уровне, нового поколения, ты такую на базаре не купишь.
  - Не понял, что за косметика? Ты мне, что как бабе накраситься предлагаешь? Тушь, помада и все такое?
  - Серость, ты непроглядная, ну какая на хрен баба? - скривился Луза. - Специально подобранный состав химикатов, всего за несколько минут уберет у тебя все подкожные жиры на лице, поменяет форму хрящевых тканей и изменит цвет растительности.
  - Чего? Какие жиры? Ты кого толстым назвал? - съехидничал я, доставая из коробки с чаем сероватую пластичную массу, похожую на старое тесто. - И что это поможет? Нет, не правильно поставил вопрос, надо было спросить так: Как мне это поможет?
  - Все очень просто, съел вот этой штуки, - Луза отщипнул и скатал в шарик небольшой кусочек серого теста. - Обильно запил все это водой и через несколько минут твоя морда меняется до неузнаваемости. Эффект держится от трех до пяти дней. Все зависит от количества этих самых подкожных жиров.
  - А волосы как менять будем? И самое главное, как ты собрался ауру менять, я думал это невозможно.
  - Думал он. Ты - боевик по призванию, вот и воюй, а думать должны те, у кого мозги есть, то есть я, - Луза приосанился для правдоподобности, тем самым как бы показывая свое превосходство надо мной. - Все очень просто, я тебе набью знак торгашей с очень сильной подпиткой и какое-то время, ты будешь аурой светиться в тех же цветах, что и торговцы, ну а с волосами еще проще, их быстрый рост и депигментация вызвана, побочным эффектом от употребления вышеуказанного мною вещества.
  - Слышь, Луза, а ты в той жизни кем был? Уж больно ты заумно выражаешься.
  - Я, между прочим, серый мой друг, в прошлой жизни был уважаемым человеком, доцентом. И так как, зная, о чём ты меня сейчас спросишь, отвечу сразу, мне не двадцать лет, хоть я на них и выгляжу, мне уже сорок два года, - почему-то, с грустью в голосе произнес Луза. - Во время перехода, произошли необратимые изменения и я начал молодеть, все стареют, а я наоборот молодею.
  - Повезло!
  - Ну, это кому как, вот ты, например, знаешь, сколько проживешь? Нет? А, я знаю! И мне, от знания этого, как-то не очень хорошо. Понимаешь?
  - Понимаю. Бывает.
  - Ладно, не будем о грустном, заголяй грудь, сейчас тебе 'партак' правильный набьем, в любой хате за своего сканаешь!
  - Слышь, ты, кольщик, Щука сказал времени мало. Когда ты мне собрался рисунок бить? Времени нет! - я снял с себя куртку, потом свитер и тельняшку.
  - Вы, дети гор, народ дремучий, время на месте не стоит, а вы до сих пор, татухи бьете иглой и вручную. На стандартный рисунок времени тратите, столько, сколько мне хватит пять татуировок высшей силы изобразить, - с гордостью произнес Луза.
  Луза достал из ящика стола обычную школьную тетрадку. Тетрадка была старая и вся потрепанная, между страниц лежали небольшие листки кальки, все изрисованные простым карандашом.
  Быстро пролистав тетрадь, Луза выбрал два рисунка и отложил их в сторону, потом, он достал со стеллажа пакетик с зеленным порошком и банку с мутной белесой жидкостью.
  - Серый, ты давай, съешь вот этой косметической дряни, - Луза протянул мне небольшой комок сероватой массы. - Как прожуешь, запьешь и еще такой же кусок съешь, а я пока рисунок тебе соображу.
  Луза в стеклянной пол-литровой банке смешал зеленый порошок и белесую жидкость, жидкость густела на глазах, получилась светло-зеленная паста. Пастой Луза натер мне правое плечо, и прям на слой пасты налепил первый рисунок, потом поверх рисунка нанес еще слой пасты и прилепил второй рисунок.
  - Серый, ты жевать закончил? - Луза достал из ящика стола аптечку, и протянув мне упаковку бинта сказал. - На, закуси, щас немного жечь будет.
  - Что так сильно жечь будет?
  - Не то слово. Сильно, но недолго, - Луза придавил последний листок бумаги металлической пластиной, которую накрыл тряпичным мешочком, наполненным речным песком. - Да, будет боль! - злорадно прошипел парень.
  - Аааа!!!Ы-ыыы!! Сука, больно! - резкая вспышка боли пронзила плечо, руку и вонзилась в мозг. - Твою мать, больно! А-аа!!! С-уукка!!
  - Если болит, значит, ты еще жив,- нравоучительным тоном произнес лысый садист. - Так, теперь немного 'ржавой пыльцы' сверху присыпать ... и все! Вот, видишь, а ты кричал, нервничал!
  Луза убрал мешочек с песком, снял металлическую пластину и тряпкой вытер остатки бумаги, которые были все в крови. Потом он высыпал себе на ладонь немного красноватого порошка и сильно дунул на него, легкое облачко красной пыли попало на рану и кровь на глазах начала темнеть и сворачиваться. Жжение в плече заставило меня скривиться, но жжение быстро прошло, а когда Луза вытер мокрой тряпкой запекшуюся кровь, то на плече проступили красные полоски шрамов, которые прямо на глазах налились зеленым цветом. Луза достал карманное зеркало, и я в отражении увидел, что на плече у меня теперь изображение весов.
  Весы были символом Клана Торговли, символ, который давал право носящему его человеку, на многие блага не доступные простому человеку. К примеру, жить в кредит, конечно до определенных разумных пределов, достаточно было написать расписку и приложить к бумаге руку, эту расписку можно было обналичить в любом финансовом учреждении Клана Торговли. Вот только левых людей, они к себе брали очень редко, выбирали только очень хороших мастеров и людей с выдающимися способностями. Клан Торговли был сугубо семейным делом, состоял из нескольких более мелких кланов, члены которых состояли между собой в дальнем и ближнем родстве. Нет, конечно, народу в клане было много и не все были выдающимися мастерами или магами, были и обычные люди, но выше посыльных и 'шестерок' они подняться не могли. Татуировка в форме зеленых весов, была тем самым отличительным знаком, который и поднимал владельца над массой остальных людей, делал его владельца - избранным.
  А, что вы хотели, это все таки Клан Торговли или как их называли из зависти: 'торгаши', 'барыги', 'спекулянты', правда, следует уточнить, что вслух, редко кто такое произносил, боялись, могли за такое и не просто избить, а и убить. Деньги правят миром, даже тем миром, в котором есть магия, видно магия денег сильнее, чем магия стихий и заклинаний.
  Многие подделывали символ торгашей. Были, даже такие, кто не заморачивался с иглами и красками, а просто брали обычную 'зелёнку', которой в детстве у всех были измазаны коленки и рисовали себе весы. Но обычно, такие 'разводы' прокатывали только в глубинке и по мелочам, так как зеленая татуировка, это не главное, главное это аура владельца.
  Аура, это дело такое - сугубо интимное. Аура, или как её называют местные - 'душа', 'нутро', 'ветерок', 'сияние', 'излучение', 'ореол', 'нимб'. Есть даже классическое определение данное Академией Магии - 'биополе'. Магия - вещь такая, специфическая, постоянное использование определенных приемов и способов ворожбы приводит к окрашиванию биополя в определенные цвета, видимые магическим зрением. Так же и длительное нахождение человека с нейтральным окрасом биополя в большом скоплении людей с одинаковой магической окраской приводит к изменению цвета биополя. Именно поэтому можно было разделять всех людей населяющих наш мир по окрасу биополя.
  Практически все народы старого мира, как бы они не различались между собой, хранили знания об энергии, струящейся сквозь все живое. Так, например, индусы называют ее прана, китайцы - Ци, египтяне - Ка, еврейские каббалисты - Эког. Для древних греков - это сила природы, для средневековых алхимиков - жизненная жидкость, ну, а современные ученые называют ее знакомым всем словом - биоэнергия. Но, если в старом мире, все это считается экзотикой, то в нашем, новом мире: биоэнергия - основа всего, краеугольный камень существования этого мира.
  Но, как известно из всех правил бывают исключения. Люди, которые сто процентов относиться к какому-либо из кланов, но не находятся постоянно среди его членов или длительное время отсутствует на территории принадлежащей клану, теряют привычную окраску ауры. Биополе теряет цвет и становиться более нейтральных оттенков. И тут есть исключения из правил, если вы сильный маг, то цвету вашего биополя абсолютно все равно, какие цвета вас окружают, цвет вашей ауры будет зависеть лично от вас и вашего магического потенциала.
  Луза, умный гад, надо признать. Он, каким-то, непонятным мне способом, смог добавить в мою ауру зеленые цвета. Правда, цвет получился какой-то бледненький, но именно так и должна выглядеть окраска ауры, у мелкой 'шестерки' Клана Торговли, который находиться в постоянных разъездах.
  - Луза, а ты вообще, нормальный? Как я объясню у себя знак торгаша, а? Аура пока соответствует, а что будет, когда сила из рисунка уйдет? Меня ж таким тату, при встрече 'торгаши' на ремни порежут.
  - Спокойствие, только спокойствие, - голосом мультипликационного героя произнес Луза. - Рисунок временный, я бы даже сказал, что это не татуировка, а всего лишь временная наклейка. В течение суток, после того как выйдет вся энергия, подпитывающая силу, линии на твоем теле исчезнут, так что не ссы, пацан.
  - Ладно, - махнул я рукой от безысходности. Сделанного, не воротишь. - Дело ясное, что дело темное! Ты лучше покажи где, здесь у вас можно переодеться.
  - А ты наверх поднимись и там, в сенях увидишь маленькую дверь, зайдешь и можешь смело переодевайся. Ко мне обычно никто не суется, а я сам наверх пока выпазить не собираюсь. Мне еще поработать надо - самогонный аппарат до ума довести.
  Перед выходом я увидел висящую на ручки двери сумку от противогаза, она была пустая и использовали её для того, чтобы затыкать щель под дверью. Ну и хорошо, раз такую вещь не ценят, я её заберу.
  - Луза, дай нитку с иголками, - сказал я, сминая сумку в руках.
  - Бери, - Луза, достал из ящика стола коробку из-под чая с нитками и иголками. - Только верни. Эй, ты зачем сумку взял, положи на место.
  - Она мне нужнее, - открыв дверь, бросил я через плечо.
  Я оставил Лузу наедине с самогонным аппаратом, а сам поднялся в сени и зашел в маленькую комнатку. Комната была размером два на три метра, и использовали её как чулан для хранения всякого ненужного хлама.
  Опаньки, а это я удачно зашёл. Здесь можно будет найти много нужных в хозяйстве мелочей.
  Все-таки нужда заставит стать редкостным барахольщиком!
  Так это, что у нас, моток проволоки, метров пять? Отлично!
  Веревки метра три. Берем!
  А в пластиковой банке, что за застывший раствор? Смола? Точно, смола! Нет мне такого и даром не надо, а вот это, что? Тюбик клея 'Момент', ну и что, что он наполовину пустой, а я оптимист, и он для меня наполовину полный!
  А в углу кладовки валялся классический армейский вещмешок образца 1941 года, в простонародье именуемый - сидор, вещь, конечно, неудобная, но за то дешевая и вместительная. Узел, только, сволочи затянули так, что не развяжешь, поэтому, наверное и бросили, но мы терпеливые. Мы и такие узлы развязывали, пальцы, то у меня цепкие, и еще немного ... есть! Развязал! А в мешочке, что-то есть, сверток брезента, какой-то, а в свертке горстка мелких кристаллов, о так и есть заряженные энергией кристаллы горного хрусталя. Отлично! Сейчас я их в сеть бронника вплету, и он продержится на пару минут дольше.
  Так, что у нас здесь еще можно найти?
  Ржавые гвозди, гайки, болты и прочий хлам, и это тоже возьмем. А вот и подходящий пакетик валяется. Отлично! И все это в мешочек. Ух-ты, а это, что у нас такое валяется на полке? А это у нас сапожный нож. Берем, в хозяйстве все пригодиться. Нож был старый, но очень добротный, рукоятка из потемневшего от времени дерева, скорее всего из акации, лезвие в длину сантиметров двенадцать и в ширину сантиметров шесть.
  Первым делом, я расплел нижние концы на плетенной сетке 'бронника'. Потом связал их в узелки, вплетя, найденные в мешке кристаллы. А вот интересно, почему кристаллы пролежав долгое время в вещмешке и не разрядились? Такие кристаллы, не имея металлической экранированной оплетки, должны были разрядиться в течение двух-трех месяцев, а они заряженные по самое не хочу. А, ведь, явно мешок валяется в этом чулане, уже не первый год. Интересно, почему так? Посмотрев в магическом зрении на кристаллы, я не увидел в них ничего интересного, я перевел взгляда на кусок брезента, в который были завернуты кристаллы. И вот тут, я увидел то, что кусок брезента совершенно не виден в магическом диапазоне. Да, да! Совершенно невиден! А это неправильно. Взяв в руки тряпку, я внимательно рассмотрел её, и заметил, что старый побелевший от времени брезент, был весь исписан какими-то символами. Ну и ладно, такая полезная вещь в хозяйстве всегда пригодиться.
  С амулетом, который увеличивал скорость реакции, я поступил просто - положил его в нагрудный карман рубашки. Расположив его таким образом, чтобы острия иголок смотрели в сторону тела. Когда мне понадобиться ускориться, я просто сильно хлопну рукой по карману, иглы войдут в тело и минут на пять время для меня замедлиться, а я соответственно, для окружающих, начну двигаться очень быстро. Правда следует сказать, что амулеты реакции с прямым способом действия, или проще говоря - кровники, имели очень отрицательную черту - резко прекращали свое действие. Раз! И все - лампочку выкрутили, свет погас, быстрый человек потерял сознание, в общем, удружили мне щукинские подручные. Сволочи!
  Нож пристроил в ножны, которые были вшиты в голенища моих ботинок. Ботинки это единственное, что меня связывало с прошлым. По-хорошему, надо было от них избавиться, но я не смог себя пересилить. Обувь в некоторых обстоятельствах, бывает поважнее, чем автомат. Да и ботинки у меня были не простые. Высокая ребристая подошва двойной плотности, хорошая толстая кожа, высокое голенище, в которое были вшиты ножны. Ну и самое главное, в передней части подошвы, вшиты металлические пластины, причем даже не вшиты, а вмонтированы при изготовление подошвы. Эта металлическая пластина была черного цвета и о ней узнавали только после того, как ботинок соприкасался с телом особо любопытных людей.
  Так, теперь надо подумать об усиление огневой мощи. 'Маузер', это конечно хорошо, но недостаточно, а больше ничего, гады не дали. Но ничего, мы сами с руками! Итак, берем 'хлопушку', у меня их две: обычная и осколочная. Вот, мы им сейчас увеличим мощность, не зря же я у Петровича позаимствовал 'пластилин'. Одну 'хлопушку' просто поместим в рубашку из пластида. Да, ели кто-то не знает, то термин 'пластид' не совсем корректный, так как пластичные ВВ не называются пластидом или пластитом. Термин 'пластиды' употребляется в биологии для обозначения одного из органоидов клетки. Ну, оставим термины ученым, а нам 'сирым и убогим' сугубо фиолетово, как оно там называется, главное, что вещь в работе удобная и результативная.
  - Серый, ты, что там дрочишь? - послышался ехидный вопрос из-за двери.
  - Пионэры, идите в жопу! - огрызнулся я..
  - Не, ну, что за дела? Серый, давай быстрее, 'бугор' за тобой послал, - стал канючить Луза.
  - Все, выхожу, - я толкнул дверь ногой, на ходу укладывая гранаты в сумку от противогаза, которую пришил прямо на куртку.
  - Ни хрена себе, тебя вообще не узнать, - удивленно проговорил 'сорокалетний подросток' Луза. - Я и не думал, что оно так быстро подействует!
  - Дай зеркало, - с тревогой в голосе проговорил я.
  Честно говоря, я не очень верил в действие препарата, который дал мне Луза, хотя симптомы изменения, о которых он меня предупреждал, были на лицо, а точнее на лице. Луза, достал из кармана, явно припасенное для меня маленькое зеркало, в пластмассовой рамке.
  - Якорный карась! - потрясенно произнес я.
  Из зеркала на меня смотрел совершенно незнакомый мне человек, черты лица заострились и заметно похудели и самое странное, что изменилась форма бровей и цвет глаз. Раньше брови у меня были домиком, а теперь стали прямые и какие-то белесые, а мои карие глаза, потускнели и стали желтыми, с золотым блеском.
  - Луза, если ты мне потом не вернешь мой привычный облик, то я тебя убью, - тихо, почти шепотом произнес я.
  - Все будет хорошо, - как-то, не очень уверенно, произнес Луза. - Как вернешься с прогулки, так и вернем все обратно. Не ссы!
  Ох, что-то Луза не договаривает, что-то темнит. Но, что? Явно, не изменения моей внешности его тревожат. Что-то произошло пока я в чулане, возился. Ладно, хрен с ним! Буду решать проблемы по мере их поступления.
  Предаваясь тяжелым мыслям, я и не заметил, как мы дошли до комнаты, в которой заседал Щука. Он сидел за столом, на котором была разложена какая-то схема и навалена целая стопка фотографий. Вокруг стола сгрудились бойцы, которым предстояло стать смертниками.
  - Поприветствуйте, это товарищ Серый, он же Сергей, - указав на меня рукой, сказал Михась. - Он будет вашим проводником и пропуском в дом.
  Бойцы обернулись в мою сторону, но почти все сразу же отвернулись и продолжали изучать фотографии и схемы, только один сделал шаг навстречу и протянул руку для рукопожатия.
  - Здравствуйте, меня зовут Борис Николаевич, позывной Ельцин, - сказал подошедший человек.
  Борису Николаевичу, на вид было лет сорок. Высокий, подтянутый, спортивное телосложение выдавала в нем тренированного человека, а осанка, указывало на его армейское прошлое. На первого президента России, он был похож так же, как я на китайца, а на китайца, кстати, я совсем не похож.
  - И вам не кашлять, - ответил я. - С порядком движения определились? Схему штурма набросали. И самый главный вопрос, как я вписываюсь ваши схемы?
  - Ваша роль - второго плана, мы сами все сделаем, - ответил командир наемников. - По плану: вы идете первым, вам открывают калитку, устраняете охранника и пропускаете нас вперед. Дальше, мы захватываем дом, а вы держите тыл - калитку. После полной зачистки, как сказал Михаил Сергеевич, вы должны будите разместить, в доме что-то вроде 'черной метки'
  - Извините, а Михаил Сергеевич, это кто? - недоуменно спросил я. - Миха, это ты что ли Сергеевич? Ну, вы тут даете, один Ельцин, другой Горбачев!
  - Борис Николаевич, не обращайте внимания. Сережечка, просто нервничает перед делом, - ласково проговорил Щука, лицо, правда, при этом, у него было такое, что мне шутить сразу перехотелось. - Сергей, идите, получите имущество, а потом, ждите нас во дворе, сейчас машина подойдет и начнем.
  Ну, я и вышел на улицу. А чего тут не понятного, я вообще человек понятливый. Как, говориться: - Понял, не дурак, был бы дурак, то не понял бы.
  Интересно, а чего это наш не сгибаемый авторитет Щука, так перед этим Ельциным стелиться и лебезит. Явно, не просто так. Щука - он боец опытный, страха за ним я раньше не замечал. Прошлым летом, он в одиночку, завалился на хату к трем нарикам, и всех уделал голыми руками. А тут, перед каким-то воякой на задних лапках бегает. Причем вояка, явно на него не должен иметь никакого влияния - провалился 'Ельцин' к нам пару часов назад, и уйдет в мир иной еще быстрее. Странно! Одни вопросы и ни одного ответа.
  На улице стоял бледный Луза и с ним, четверо мужиков, которые стояли попарно и делали вид, что о чём-то увлеченно говорят. Все с автоматами, причем, ППШа был только у лысого мага. Остальные были вооружены 'калашами'. У одной пары были АКМэ, а у второй коротышки АКСУ. Перед Лузой на земле валялся обычный холщевый мешок, судя по габаритам, лежало в нем, что-то мягкое и не сильно большого размера, примерно, как футбольный мяч. Как только я, появился на крыльце дома, автоматчики начали расходиться, беря меня в клеши. Интересно, очень интересно, чего это они все такие нервные. Бояться чего-то. Интересно, чего? Меня? Или может, того что лежит в мешке? Ох, и не нравиться мне все это. Стремно, как-то!
  - Серый, в мешке кольцо телепорта. После захвата дома, тебе надо будет его распаковать и активизировать, - на выдохе, нервно произнес лысый.
  - Луза, а ты ничего не путаешь? Может, я его должен поставить и активировать во время зачистки? А, еще лучше, до начала штурма, где-нибудь, под забором у этого треклятого дома, - спросил я.
  - Мне, по барабану когда, ты его активируешь, главное, чтобы не здесь, - нервно произнес Луза, делая шаг назад от мешка.
  Что же должен доставить этот телепорт? Лича? Очень может быть. Вон, какой Луза бледный. Но с другой стороны, раньше все были спокойны, что ж изменилось за столь короткое время?
  - Барабанщик, ты мой, - произнес я, поднимая с пола мешок. - Заряд в Т-порте, хоть есть?
  - Заряд, есть, но начнет работать только после активации, - заметно упокоившись, произнес Луза. - Стандартный круговой порт, основой служит веревка, на ней закреплены пять деревянных колышков. Все очень просто: растягиваешь веревку, фиксируешь колышки и льешь немного крови на колья, кровь должна быть живой. Вот в принципе и все. Срок действия 30 секунд. Действовать начинает, через минуту.
  - Ладно, разберусь.
  - Ну, вот и отлично. Все, тебе пора выходить. Доживи до смерти, - на прощание произнес Луза.
  - Смерти нет, - стандартно ответил я.
  Боевики вышли из дома, на ходу застегивая легкие кевларовые бронежилеты. Обалдеть, ну это вообще! Просто слов нет. Надо быть полными кретинами чтобы использовать легкие бронежилеты в мире где половина народа бегает с луками и зачарованными стрелами, которые этот жилет пробьют навылет. А есть еще карабины и винтовки калибра 7,62мм, которым эти жилеты, что мокрая бумага. Да-а, боюсь, что во время штурма, никто из них живым до стен дома не добежит.
  На улице стоял с работающим двигателем УАЗик-'таблетка' темно-зеленого цвета. Вояки быстро расселись в кузове на скамейках, а я занял место рядом с водителем. Окна в кузове были забиты крашеной фанерой, кабину водителя и пассажирский салон разделяла звуконепроницаемая перегородка. Находившиеся в салоне бойцы понятия не имели, куда их везут.
  Машина тронулась с места и не спеша поехала по улице. Судя по всему, водитель выполнял возложенные на него инструкции, иначе объяснить почему он выписывал кренделя на ограниченном пространстве заброшенного завода, было нельзя. Машина, покружив по территории вокруг цехов, выехала за пределы завода и по накатанной дороге поехала через поле. На окраине поля, земля была плотно утрамбована, как асфальт. Машина доезжала до этой площадки, разворачивалась, и ехала обратно, так повторялось несколько раз.
  - Слышь, дружище, купи у меня заряженные кристаллы, - обратился я к водителю.
  - А на кой они мне? - ответил мне сидящий, за рулем дедок.
  - Ну, ты чего? - настаивал я. - Отдам не дорого, денег, вообще нет, ни копья!
  - Ну, покажи, чего там у тебя, - сказал водила, всем своим видом выражая, нежелание сделать меня богаче.
  - На, смотри, есть два 'четвертака', есть три 'полтишки' и две 'единицы', кристаллы, все целые и чистые, - я протянул заранее отобранные камни.
  - Ты, мне тут реклам не разводи, - нахмурился водитель. - За все два рубля!
  - Ну, ты и скряга. Ладно, идет.
  - Сыпь в бардачок, аптечку видишь, в боковой кармашек и сыпь, - сказал дед. - Там же и деньги возьми.
  Я открыл бардачок, вытащил из него старую аптечку с выцветшим красным крестом, положил туда кристаллы, и отсчитал положенные мне два рубля.
  - Дед, у тебя тут катушка лески валяется, я возьму? - спросил я. - Он тебе явно не нужен, а мне пригодиться.
  - Валяй, бери, - разрешил дед.
  Убрав катушку лески в вещмешок, я достал из него металлический уголок, который перед отъездом отдал мне Петрович. Необходимо было закрепить его на рукоятке Маузера, чтобы получился приклад, и можно было удобно стрелять очередями. Конечно, пистолет выпуска двадцатых годов прошлого века - это стоящая вещь, когда, ты смотришь на него в витрине музея. А вот идти с ним на боевую операцию, что-то не очень хотелось, уж лучше дали бы фашистский 'машино-пистолето', ну тот, который МП-39. Ладно, проехали! Лучше, уж пусть плохонький Маузер, чем совсем ничего. Тем более, что охранник на воротах мой, а значит и то, чем он будет вооружен, тоже останется мне, как боевой трофей.
  - Интересная у тебя машинка, - заинтересованно произнес водила. - Петрович, что ль подогнал?
  - Ага, готов поменять, на все, что угодно, лишь бы автоматическое и лет на сорок моложе, - с готовностью произнес я.
  - Не, у меня автоматов, нет, - улыбнулся дед. - Я, СКС предпочитаю, он для меня удобней. Все, приехали!
  Машина тем временем, в очередной раз вернулось к развалинам завода, и остановилась. Дед стукнул три раза по перегородке, тем самым приглашая выходить всех наружу.
  Я выбрался из машины, и начал разминать затекшие ноги, Ельцин выстроил своих бойцов и давал им последние распоряжения.
  - Товарищ Серый, вы не хотите поучаствовать в обсуждении деталей, предстоящего мероприятия, - обратился ко мне старший боевиков.
  - Конечно, хочу. Хочу выпить водки и съесть бутик с красной икрой, - съязвил я. - Мое дело маленькое. Щука четко обозначил мои действия: я вас провожу к дому, сниму часового, на входе, и осуществляю охранение с тыльных подходов к объекту. А после завершения штурма, должен установить в доме некий предмет оккультного типа, ну вот и все. Да, еще, чуть не забыл, до забора дома, который нам нужен, я как проводник, старший над вами. Правильно?
  - Все, с вами понятно, мне вас рекомендовали как проверенного и надежного бойца, - с презрением произнес, командир, с позывным Ельцин. - Вижу, что те, кто вас рекомендовали, ошибались.
  - Ага, ошибались. С моей профпригодностью, мы разобрались. По остальному вопросы есть? Нет? Отлично, тогда за мной, бегом марш.
  
  
  Глава 2
  
  Бежать по снегу удовольствие не из приятных. Хотя снег был лежалый и ноги почти не проваливались. Но главное - не поскользнуться. Солдатики во главе с Ельциным бежали за мной следом, вытянувшись длинной цепочкой. Видно, боялись мин.
  А вот и развалины первого здания, нам нужно второе от дороги. Ага, вот и оно. Теперь в подвал. В подвал вел спуск шириной метров шесть, скорее всего сюда должна была заезжать машина. Вот и столбы, между которыми развешен телепорт. Затаив дыхание и зажмурившись, быстро пробежал между столбами и оказался на другой стороне. Здесь, тоже, какое-то промышленное здание, но стены сложены не из блоков, а из красного кирпича. Поднявшись наверх, подождал отставших боевиков. Из окон разваленной котельной, а именно в ней мы и оказались, открывался прекрасный вид на объект штурма.
  - Ну, господа налетчики, готовы окропить снежок красненьким? - меня начал бить мондраж, адреналин насыщал кровь, организм чувствовал предстоящую схватку.
  - Лишь бы не нашим, - проворчал один из бойцов.
  - Проводник - первым, остальные за ним согласно плану, - начал отдавать распоряжения командир наемников. - Грива останешься здесь, прикроешь тыл. Все, вперед!
  Я выбрался из строения и направился к дому, который нам предстояло взять штурмом. От котельной к строению шла натоптанная тропинка, это наводило на определенные мысли, причем не очень хорошего содержания.
  Предстоит небольшая войнушка.
  Пункт первый - надо проникнуть внутрь периметра. Ну, с эти легко, нас должны пустить сами же защитники.
  Пункт второй - снять того, кто откроет калитку. Если часовой один, то это легко, а если несколько? Или, кто-то будет наблюдать на расстоянии? Ох, слишком много если.
  Пункт третий - жду, пока пройдет зачистка.
  Пункт четвертый - размещаю телепорт и в спешном порядке покидаю объект штурма.
  Все?
  Ничего не забыл?
  А, да чуть не забыл, мелочь совсем, со мной на штурм идут не бойцы из моей группы и даже не местная шпана, а люди из внешнего мира, которые не знают, куда они попали.
  А, что это означает? А, означает это, что пункта четыре не будет, так же как и пункта три. А, почему? Да, потому что всех их, еще в самом начале покрошат в конфетти. Защитных амулетов от стрелкового оружия у них нет, оберегов от воздействия магии у них нет, опыта противодействия противнику, который умеет ускоряться и замедлять время, у них тем более нет. Короче, у них ничего нет, что могло бы им помочь, в этом насыщенном магией мире.
  Пока ехали в машине, я думал, что делать мне в этой ситуации. Определенные наметки имелись, до начала активных действий оставалась пара минут. Всего-то дойти до забора дома, а там уже размышлять будет поздно, там все решат рефлексы и удача. Что я знаю о боевых действиях в ограниченных условиях? Боевой опыт у меня, конечно, иметься, да что там говорить у меня этого опыта, как у дурака махорки, правда, боевые действия в которых, мне приходилось участвовать проходили в более открытых условиях, в поле так сказать, но и зачистки деревень, то же частенько приходилось проводить.
  Ведение боевых действий в городских условиях имеет ряд неприятных особенностей. Противник обороняется - вы наступаете, он за укрытиями - вы открыты, он знает свой дом, а вы в нем, возможно, впервые. У противника перед вами сплошное преимущество. Во избежание ненужных потерь реальная действительность диктует необходимость применения против обороняющегося противника разумной и активной наступательной тактики. Вон как загнул, прямо по учебнику! Есть несколько правил, которые нужно неукоснительно соблюдать;
  В основе индивидуальных действий при огневых контактах в городах лежит так называемое "левостороннее правило". Суть его заключается в том, что человеку - правше (у которого правая рука ведущая, таких людей около 95%) удобнее и быстрее удаются все действия, связанные с поворотом влево (у левши - вправо). Удобнее и быстрее стрелять в условиях, когда надо двигаться или разворачиваться влево (против часовой стрелки) и гораздо труднее и менее результативнее - с разворотом вправо. К примеру, возьмите автомат и представьте, что цель находится справа от вас. Попытайтесь развернуть оружие в сторону цели. Теперь наоборот, развернитесь с оружием влево. Сравните эти два ощущения. Давно замечено, что все действия, связанные с поворотом влево, получаются у человека - правши результативнее и точнее, чем действия, связанные с поворотом вправо. Эту особенность обеспечивает общая психофизическая направленность нашей нервной системы, а также устройство костно-мышечного аппарата человека. Это положение хорошо известно стрелкам-спортсменам, которые при выполнении специальных скоростных упражнений по нескольким мишеням всегда начинают стрельбу с крайней правой мишени, разворачиваясь по ходу стрельбы, справа налево, против часовой стрелки. Кстати, отдача пистолетов почти всех систем "бросает" оружие влево - вверх (по циферблату на 10-11 часов). К тому же все серийное оружие изготавливается для стрельбы с правой руки или с правого плеча.
  В боевой обстановке, стреляя из автомата с правого плеча (из пистолета - с правой руки), старайтесь почаще использовать любые укрытия: камень, столбы, углы зданий и т.д. Укрытие в таком случае должно находиться слева от вас, закрывая корпус и большую часть головы. В таком случае для встречного огня остаются открытыми руки, плечо и меньшая часть головы. Если укрытие расположено справа от вас, вам придется стрелять с левого плеча, это непривычно и неудобно, но вы будете более-менее укрыты. Если вам все-таки захочется стрелять с правого плеча (что и происходит сплошь и рядом), вы откроете под выстрелы противника значительную часть туловища и всю голову. Ошибкой будет также стрельба поверх укрытия, вы подставите под огонь голову, плечи и часть корпуса. Необходимо так организовать огневой контакт, чтобы возможные укрытия противника были справа от него, а ваши - слева от вас. Для этого постоянно пытайтесь (если это возможно по обстановке) "закручивать" поле боя, перемещаясь влево от себя. Например: противник находится в здании и стреляет из окна и, если вы приближаетесь к нему (разумеется, перебежками от укрытия к укрытию, под огневым прикрытием товарищей) с правой от противника стороны, то есть огибаете здание против часовой стрелки, преимущество будете иметь вы, а не он. Противник вынужден будет стрелять с левого плеча, что неудобно, не прицельно, и мало кто умеет так стрелять, или же чаще всего стрелять он будет с правого плеча, с правой руки, подставив под ваши выстрелы голову, плечи, большую часть корпуса. Ваше же укрытие будет надежно вас защищать. Если же наоборот, вы подходите слева от противника, преимущество на его стороне. Максимально закрыт будет он, а вам придется стрелять с левого плеча, оставаясь за укрытием. Не поддавайтесь соблазну стрелять с правого плеча - вам при этом придется максимально подставляться.
  Ну, это все теория, на практике получается все иначе, если бы я шел на штурм этой халупы в составе своей старой боевой группы, раскатали бы мы этот дом по бревнышку. А, так, как бы нас самих не раскатали.
  - Эй, хозяева, открывайте! Доставка пиццы! - закричал я, остановившись в метре от периметра дома, прикасаться руками к забору и калитки в нем, что-то мне хотелось, кто его знает, что у них тут за охранная магия.
  - Назовись, - донеслось из-за высокого забора.
  - Тимур и его команда! Давай, открывай! Предупредить должны были: десять бойцов и проводник! Не фиг, нас здесь морозить, открывай быстрее!
  Калитка начала открываться, в проеме показалась голова, одетая в шерстяную маску, с прорезями для глаз, в такой мороз, очень полезное дополнение к гардеробу.
  - Ну, заходи, Тимур - доставщик пиццы, - широко открыв калитку, произнес встречавший нас боец. - Вон, туда проходите, вас уже ждут, - встречающий нас мужик, махнул рукой в сторону дома.
  На плече у парня в маске, висел АКСУ, с пристегнутым магазином на сорок пять патронов от РПК. Автомат в руках. Держал он его так, чтобы можно было легко полоснуть очередью.
  Я шагнул в проем первым и тут же на пару шагов отступил в сторону, давая возможность пойти мимо меня всем остальным. Когда мимо меня прошли все штурмовики, встречающий нас боец принялся закрывать калитку, он отвернулся, схватился за поручни приваренные к металлической калитки и с усилием потянул на себя.
  - Помочь? - спросил я, подходя вплотную к бойцу в маске, вытаскивая из кармана нож
  - Помоги, совсем на морозе петли замерзли....
  Нож по самой короткой траектории вошел точно в шею противника. Обратным движением я изменил угол удара, тем самым расширяя страшную рану, а второй рукой придержал падающее тело и аккуратно оттащил его назад.
  Уфф, а парень то оказался, не из легких. Труп бросил в беседке, которая торчала тут же рядом с калиткой, в ней должен был отсиживаться часовой во время непогоды. Так теперь калитку надо чем-то подпереть, чтобы она не закрылась, а то неизвестно как там получиться с путями отхода через пролом в заборе, уж лучше, пусть у меня будет черный ход.
  В беседке стояла консервная банка из-под тушенки, которую использовали вместо пепельницы. Я вытряхнул окурки из банки, засунул в неё гранату, усиленную пластитом. Граната легла в банку, как рука в перчатку - плотно и надежно. Банку с гранатой, засунул между створкой калитки и рамой, тем самым заблокировал калитку в полуоткрытом состоянии.
  Если смотреть в магическом зрении, территорию усадьбы накрывал сплошной купол матового цвета. Опираясь на свой опыт, могу сказать с уверенностью, что ничего хорошего, тому, кто пересечет границы защитных чар ни светит. Даже пространство в открытой калитке было наполнено защитным маревом. Закрепив гранату, я разогнул усики на взрывателе и привязал к нему леску. Отмотав приличный кусок лески, второй конец привязал к железяке, которая валялась возле беседки. Эту железяку привязал веревкой к перилам - теперь достаточно будет перерезать веревку, железяка упадет на пол и гранат взорвется. А еще можно с расстояния, выстрелом перебить веревку. Получился примитивный дистанционный подрыв. А, что делать, в каменном веке живем!
   С убитого снял автомат, отстегнул ремни разгрузки, в которой были еще два запасных стандартных магазина на тридцать патронов, две гранаты РГД и отличный нож. Достав из мешка свернутые веревки телепорта, тщательно вымазал их в крови убитого охранника, собственно только ради этого я его ножиком и резал, чтобы крови было побольше. Отойдя как можно дальше от беседки, растянул на земле круг телепорта и закрепил все колышки в землю, а один не стал забивать, а привязал к нему одну из РГДэшек, перевязав леской так чтобы при натяжении веревочного кольца, взрыватель гранаты пришел в действие. Ох, что-то я сегодня в ударе, на счет установки растяжек. Это я так долго все описываю, а на самом деле все действия были выполнены за считанные секунды. Опыт, дело такое, его ведь не пропьешь...я знаю, я пробовал!
  Во дворе дома завязался ожесточенный бой. Наступающие били короткими очередями, через равные промежутки времени раздавались двойные хлопки наступательных гранат. Видно, что народ опытный, гранаты только парами кидают. Это для того, чтобы обороняющиеся не успели откинуть их обратно. В ответ на короткие автоматные очереди, кто-то лупил одиночными, судя по звуку - из дробовика, периодически слышались пистолетные тявкающие выстрелы.
  Я присел за штабелем из кирпичей, может оно конечно и не очень смелый поступок, но зато очень полезный для жизни, в конце концов, на штурм я не подписывался, мое дело на стреме постоять и телепорт установить. На стреме я и так стою, вернее, сижу за штабелем кирпичей, а телепорт уже почти установлен, надо всего лишь последний колышек забить и прокричать фразу-ключ.
  Со стороны дома звуки стали доноситься интенсивнее и громче. К треску 'калашей', добавились выстрелы из карабинов, и длинные очереди немецких МР. Обороняющиеся начали предпринимать активные действия. Вдруг, прогремели сразу четыре взрыва гранат, и все стихло, лишь короткие очереди в два патрона тявкнули пару раз - кого-то добивали.
  - Эй, проводник, все чисто, ставь свою хреновину, - в проеме второго забора показалась фигура одного из нападавших, он призывно начал махать рукой. - Давай быстрее, всех зачистили, можешь выходить.
  В голосе читалось явная насмешка, дескать, пока тут прячешься, мы бравые вояки всех злодеев убили и прекрасных принцесс спасли. Я начал медленно приподниматься с земли. До сих пор не верилось, что все закончилось так легко. Это противоречило всему, что со мной происходило до этого. Это, просто невероятно, это, то же самое, если бы солнце стало квадратным, а луна зеленого цвета. Бред!
  Дзынь! Ноги сами разъехались, я упал лицом вниз, вжимаясь всем телом в утрамбованный до состояния льда снег, над головой на расстоянии примерно метра от пола прошла тугая волна воздуха.
  - И-аааа! А-ааа! - со стороны дома донеслись душераздирающий рев боли.
  Бах! Ба-бах! Кто-то начал стрелять короткими очередями и одиночными выстрелами, в ответ раздалась длинная злая очередь, выпущенная из 'калаша'. Выстрел из карабина заставил замолчать стрелявшего.
  Все, амба, вот и весь штурм, обороняющиеся задействовали заклинание под простым названием 'дисковая пила', мы в горах называли подобное - круговой косой, еще я слышал название - круг смерти или просто - низ живота. Штука очень неприятная и опасная. Вроде, как мина, выпрыгивающая из земли на высоту метра, но вместо осколков выбрасывает вокруг себя заклинание, которое разрезает только живую плоть. Прятаться в укрытие не имеет смысла, заклятее пройдет сквозь нематериальный предмет и разрежет вас, как горячий нож сливочное масло. Спасение только одно - упасть и вжаться в землю, тогда она пройдет над телом и не заденет. Иногда, следует уточнить, что высота бывает и сантиметров двадцать от земли, в этом случае падай не падай, не спасет, тут надо подпрыгнуть. В общем, главное определить высоту заклинания и успеть отреагировать. Просто и легко на словах, а в суматохе боя практически не реально, но на то это и бой, чтобы умирать.
   На мгновение все звуки смолкли, наступила тишина, во дворе дома, кто-то прокричал каркающим голосом, отрывистую команду или заклинание, и сразу раздался лопающейся звук, как будто рядом лопнула огромная хлопушка. Шмяк! В трех метрах от меня на землю упал огромный ворох тряпья, который оказался верхней частью человека. Беднягу, как пилой разрезало в районе талии.
  Это было последней каплей переполнившей чашу моего терпения, а точнее страха. Высунувшись из-за груды кирпичей, я прицелился и короткой очередью сбил веревку, которой была привязана железяка. Противовес упал на землю и своим весом вырвал чеку в гранате. Вжавшись в землю, всем телом ощутил силу взрыва, да-а двухсотграммовый брусок пластида, это я вам скажу вещь. Бахнуло так, что верхние кирпичи с груды, за которой я прятался, скинуло на меня, хорошо, что хоть по голове не попало. Блядь, надо было у Петровича шлем выпросить! - запоздало подумал я.
  Высунувшись, увидел, что калитки и части забора, к которой она прилегала, срезало как ножом. Красота! В получившуюся дыру можно на танке проехать. Быстро переползя на другую сторону кирпичной груды, вытащил вторую самодельную гранату и сильно размахнувшись, закинул её во двор дома. Бабахнуло не менее громко, чем в первый раз, в небо взлетели деревянный обломки, тряпки и куски мяса. Быстро, на карачках, дополз до разложенного на земле телепорта. Я стремительно воткнул последний колышек в землю и только собрался прочитать фразу, активизирующую телепорт, как краем глаза увидел, что зарезанный мной охранник начал шевелиться и приподниматься на руках.
  Вот, блядство! Ёбаный некромант и его некромантские фокусы!
  Так и знал, что не чем хорошим этот штурм не закончиться. Вскинув автомат, короткими очередями начал стрелять по шевелящему покойнику. Вначале в голову, потом по рукам. По три выстрела на каждый локоть, оставшиеся патроны снова в голову и туловище. Мертвый охранник, исполосованный очередями, перестал подниматься, но по его телу пробегали судороги, и было видно, что какая- то сила пытается подчинить мертвое тело.
  Повернув голову в сторону дома, увидел жутко-мерзкое зрелище - в мою сторону ползли мертвые люди. Почти все без ног, только верхние части туловища. Они ползли на руках, при этом мешая друг другу. Мертвые глаза смотрели в мою сторону, но зрачков видно не было, а глазницы полыхали алым огнем.
  Вот, блядь! Попал! Зомбяки! Иху мать, за колено, да об дерево! Мертвецы, да еще и свежие, хорошо хоть, без ног, намного легче будет с ними расправиться. Хотя, какое нах расправиться? Убегать надо!
  Кинув последнюю гранату в приближающихся мертвяков, присел за спасительной кучей кирпичей. Прогремел взрыв, рядом со мной упал окровавленный кусок руки. Быстро сменил магазин в автомате, резко встал и короткими очередями принялся стрелять по разбросанным взрывам ожившим мертвецам. Главное вбить побольше пуль в руки, локтевые суставы и головы. Стреляя, начинал пятиться к кольцу телепорта, а вот и оно. Присев, я скороговоркой проговорил ключевую фразу. Все! Теперь, как можно быстрее надо отсюда выбираться.
  Откинув в сторону пустой магазин, заменил его на новый, последний. Мертвецы посеченные осколками гранаты и моими пулями шевелятся на земле. Кучи окровавленного тряпья - зрелище не для слабонервных. Запах, просто жуть: сгоревший порох, кислятина от гранатного разрыва и зловонно-сладковатый аромат свежего мяса, плюс ко всему еще и запах дерьма из разорванных внутренностей.
  Ударив ладонью по груди, вогнал иглу стимулятора. Надо было прыжком пересечь невидимую обычным зрением черту защитных чар, которые даже после подрыва забора никуда не исчезли.
  Время!
  Времени не хватает, кольцо телепорта начинает растягиваться, сейчас оно выпустит на эту сторону, то, что приготовил Щука. Чтобы это не было ничего хорошего, лично мне это не сулит, хотя бы, потому что я заминировал телепорт. Близкие гранатные разрывы плохо влияют на мое здоровье. Со стороны дома показались какие-то существа отдаленно напоминающие людей. Но я уже разогнался и бежал в сторону забора. Когда до провала в ограде осталось около метра, сильно оттолкнулся ногами и ласточкой прыгнул вперед. Кровь бурлила от переизбытка адреналина и стимулятора, который вошел в кровь совсем рядом с сердцем. Скорость, которую я развил во время прыжка, была намного выше скорости, с которой может бежать самый быстрый в мире спринтер, и только это, наверное, и позволило мне пересечь невидимую черту охранных чар. Тело словно обожгло кипятком, тысячи раскаленных иголок вонзилось в открытые участи кожи. Кисти рук, лицо полыхнули огнем.
  Из прыжка я должен был выйти в кувырок, но тугая спираль боли так скрутило мое тело, что из прыжка вывалился не в кувырок, а в падение плашмя, как мешок с картохой, даже руки не выставил, так на живот и плюхнулся.
  Воздух покинул легкие, и я, несколько секунд корчился от боли, пытаясь вздохнуть. Грудь обжигала волна жгучей боли. Рывком перевернулся на спину и попытался сесть. Руки не слушались. Я никак не мог найти опору и подняться. Встать получилось только с третей попытки.
  Поднявшись на ноги, я пошел прочь от страшного дома. Еще, когда поднимался, я оглянулся и увидел, что странные двуногие существа, бредут в мою сторону, но забора они еще не достигли. Интересно охранные чары пропустят их или нет? Выпьют все силы, как из меня, ли наоборот - добавят новых. Постепенно, мой вялый шаг перешел в неторопливый бег. Быстрее не получалось, грудь горела огнем, в голове стоял туман, очень хотелось упасть и не шевелиться.
  Во время своего прыжка потерял вещмешок и финку. Хорошо, хоть автомат с последним магазином остался. 'Маузер' и разгрузка с кинжалом тоже никуда не делись. Остаться без оружия, совсем не хотелось. Сзади, на территории усадьбы, раздался не громкий взрыв, а потом вслед за ним, протяжный леденящий душу вой. Обернувшись на бегу, увидел, что защитные чары вокруг дома пали и сквозь дыру в заборе в мою сторону бегут черные человеческие фигуры. Существа, выбежав на открытое пространство, менялись. Они встали на четвереньки и большими прыжками метнулись в мою сторону. Конечности тварей меняли форму на глазах, они удлинялись и становились более массивными. Через несколько секунд, от человеческого в обликах монстров не осталось и следа. Они были похожи на помесь волков и крыс, от волков они взяли себе тело, а от крыс голову и хвост. Хвост был особенно мерзок и противен: лысый, длинный и ярко-красного цвета. Бр-р!
   Все, допрыгался, от этих порождений тьмы не уйти и не отбиться. Спецпатронов у меня нет, защитных оберегов и амулетов, то же нет.
  Это конец!
  Сука, как не хочется умирать, дальше бежать, смысла нет. Остановившись, начертил ногой на снегу большой круг, достал из кармана жменю кристаллов, и побросал их в снежную борозду круга, потом произнес короткую фразу, активизирующую защитные чары круга-оберега. Энергии в кристаллах хватит на пару минут. Как раз, чтобы расстрелять все патроны в 'калаше' и 'Маузере'.
  Темные твари стремительно приближались. Встав на одно колено, спокойно прицелился и начал расстреливать последний магазин короткими очередями. Пули рвали плоть монстров, она отваливалась целыми кусками. Ошметки черной плоти, дымясь и тлея падали в снег. А, вот это уже, кое-что, значит! Пули все-таки наносят вред, этим исчадиям ада. Последние, десять патронов, я всадил одной длинной очередью, в монстра, бегущего самым первым. Кувыркнувшись через голову, тварь уткнулась мордой в снег и затихла, лишь задние лапы слегка подрагивали. Отстреляв последние патроны, перекинул автомат за спину, вытащил Маузер начал стрелять в тварей, которые были уж буквально в трех метрах. Но теперь я сконцентрировал огонь на конкретных целях. К Маузеру у меня было три магазина, каждый по двадцать патронов, в вещмешке, который я потерял, осталось россыпью еще сорок патронов. Еще одну тварь, успокоил до того, как их свора столкнулась с защитным кругом, который окружал меня. Защиты прогнулась внутрь почти на треть круга, затрещала и отпружинила монстров обратно. Кристаллы, лежавшие в снегу, задымились, почернели и рассыпались. Все, последней защите конец. Быстро сменив магазин в Маузере, одной рукой поднял пистолет. Во второй руке держал, выхваченный из разгрузки кинжал. Почти в упор, в морду, ближайшей твари выпустил весь магазин. 'Маузер' дергался в руке как рыба, выброшенная на берег. Большая часть пуль прошла мимо монстра, в которого я целился, но все-таки, кое - что угодило в цель. Тварь издала противный визг и, откатившись в сторону, издохла. Перед защитным кругом, кружили последние два крысоволка.
  Один из них поджав лапы, попятилась назад, и чуть присев, прыгнул на меня. Он явно намеривался вырвать мне горло. Выставив вперед опустошенный 'маузер' я прикрылся им. Тварь зубами схватила металл пистолета. Бросок монстра был настолько сильным, что он подмял меня под себя. Падая назад, исступленно наносил удары кинжалом в бок и живот монстра. Тварь хрипела и пыталась дотянуться к моему горлу, пару раз она укусила меня за руку. Боль и жуткий холод пронзили руку, практически сразу я перестал её чувствовать.
  Бил, бил., бил! Частил удары ножом, как швейная машинка 'зингер'.
  Наверное, я все-таки попал ей куда-то в жизненно-важный орган, потому что, по телу твари прошла крупная дрожь и она, захрипев затихла.
   Переведя дыхание, попробовал скинуть тушу монстра с себя, но делать это одной рукой было тяжело и неудобно. Поэтому просто, выполз из-под туши. Приподнявшись на одной руке, огляделся. Где-то здесь должна быть пятая, последняя тварь. В глазах стоял красный туман, левая рука не слушалась и очень сильно болела, попытался встать, но ноги не подчинялись мне и вновь упал. Штанина на правой ноге была разодрана и вся в крови. Видимо, тварь задними лапами подрала. Сука!
  Рядом, в луже черной дымящейся крови валялась пятая, последняя тварь. Кто-то выпустил в неё не меньше целого автоматного рожка. Оглядевшись по сторонам, я понял, что до развалин котельной не добежал всего, двадцать метров. Из оконного пролома высунулся человек в камуфляже и призывно махнул мне рукой. Как я мог забыть, что командир наемников оставил бойца в развалинах котельной. Как он его там называл, то ли хвост, то ли парик? А вспомнил - Грива!
  Вставать и куда-то идти не хотелось. Хотелось лежать и не шевелиться. Хотелось пить. Хотелось оказаться в где-нибудь в другом месте, там где нет темных тварей, там где нет снега, там где не надо шевелиться. Всё, не буду вставать, останусь лежать, закрою глаза и усну. Надоело!
  Из полуразваленного оконного проема высунулся боец и начал стрелять из автомата в сторону злополучной усадьбы. Я повернул голову и увидел, что из провала ограды в мою сторону выползает чёрная дымка, которая становилась все плотнее и плотнее....
  Блин, ну что за день сегодня такой?!
  Достав из кармана пластинки стимулятора, закинул их в рот и прижал языком к щеке. Через мгновение почувствовал, что силы ко мне возвращаются. Все надо шевелиться. Поднявшись, и хромая на правую ногу, быстро начал скакать к развалинам котельной. 'Маузер' пришел в полную негодность, тварь оставила глубокие отметины на металле, а в некоторых местах появились проплешнены, напоминающие кислотные ожоги. Даже боюсь представить, что с мой рукой, как бы не пришлось отрезать.
  В кармане разгрузки, снятой с убитого охранника, нашел продолговатый цилиндр, вначале я не обратил на него внимания, приняв за газовый баллончик, но сейчас оставшись без оружия, понял, что никакой это не баллончик, а самый, что ни есть настоящий мини-телепорт или как его все называют - 'скачек'. Вещь крайне полезная, хоть и дорогая. Если из него вытащить кристалл-батарею, то его можно продать рублей за пятьдесят, а это довольно не плохие деньги. Можно конечно им и воспользоваться, но есть два неприятных момента. Во-первых, он может быть запрограммирован на конкретного человека, и если кто-то другой воспользуется мини-телепортом, то раздаться взрыв, настолько сильный, насколько будет заряжен кристалл. Вторая неприятность, мини-телепорт, программируют заранее, выставляя точку, в которую доставят владельца, а я совсем не хотел оказаться в месте, которое мертвый охранник, считал для себе безопасным при жизни. Мне, почему-то кажется, что посторонним там будут не очень рады.
  Подходя к стенам бывшей котельной, я чувствовал себя почти нормально. Нога разгибалась, её, правда, как и руку я не чувствовал, но зато и боли не было. Это все временно, пройдет действие стимулятора и боль вернется. Срок действия 'жёлтой смолы' минут тридцать, а съел я две штуки, значит час, но скорее всего меньше, вон ускоритель, вообще действовал пару секунд - сгорел, когда я пересекал в прыжке защитные чары, окружающие усадьбу, будь она проклята.
  На встречу, мне вышел, последний из наемников, видимо очень переживал за мое самочувствие. Я прошел мимо него, вглубь развалин. Обернувшись, посмотрел в сторону злополучного дома, зрелище внушало ужас. Казалось, что над домом, повисла черная туча, и не просто туча, а сама госпожа Тьма пожаловала в гости. Весь дом был покрыт покрывалом черного тумана, жуть!
  - Эй, ты куда? - сзади раздался окрик Гривы.
  Я резко остановился, поискал глазами опасность, но ничего не увидев. Повернулся в сторону Гривы, и успел только мельком увидеть, как его кулак, летит, прям мне в лицо. Я попытался хоть как-то закрыться, но он пробил мой блок. Отлетев к стене, сильно ударился об неё всем телом.
  - Ну, что, сука! Готов к смерти? - с яростью прошипел наемник.
  - Якорный ты карась, совсем охренел? - я попытался подняться на ноги.
  - Ты зачем в них стрелял? Они же раненые были, а ты их из автомата расстрелял! Всех! - Гриву била крупная дрожь, глаза налились кровью, он медленно подходил ко мне.
  - Придурок! Они все были уже мертвы! - во рту разливался вкус крови, Грива рассек мне губу.
  Я поднялся на ноги. Так, или я сейчас достучусь до разума наемника или он меня убьет. Другого варианта нет! Оружия у меня не осталось, а в рукопашной бою мне ничего не светит, правой руки не чувствую, да и сил стоять, нет. Грива приблизился ко мне на расстояние удара. Я попытался провести двойку: ударить правой в голову и сразу коротким слева, но противник, с легкостью блокировал правую руку, а потом, провел болевой захват. Я упал на колени и единственное, что успел сделать, это нащупать в кармане разгрузи цилиндр 'скачка' и нажать кнопку активации. В глаза ударила яркая вспышка, воздух покинул легкие и я в очередной раз потерял сознание.
  
  
  Глава 3.
  Солнце опускалось все ниже и ниже, еще пару минут и оно скроется за линией далекого горизонта. Последние солнечные лучи пробивались сквозь темные серые тучи, и окрашивали их в багряные цвета. Казалось, что когда солнце скроется из виду, этот мир поглотит непроглядная мгла.
  Закат в этом мире был необычный и прекрасный: заходящее солнце было темно-бардового цвета, а иногда, даже с фиолетовым отливом. Закат - это удивительные яркие краски постепенно темнеющего неба, этот процесс, захватил наблюдающего за ним целиком и без остатка. Именно не игра контрастов, а плавный полет мягких и ярких, одновременно красок. Это своеобразное торжество жизни во всех проявлениях - не только раннего утра, полного энергии, но и благородной старости... И напутствие каждому не держаться за земные ценности. Каждый вечер, если только небо не накрыли тучи, наступает время заката - самого красивого времени суток. Торжества всего высшего над приземленным.
  Свет играет с нами, вовлекая в свою неповторимую симфонию. Красота заката плавно, но неумолимо меняется. Вот еще только что вид был тем же, что и полчаса назад. А уже секунду спустя становится совершенно другим. Эти немыслимые, метафоричные, многозначные перемены - то медленные, то мгновенные. Поистине, закат - самое красивое время в течение всего времени суток, и стоит уделить ему немножко внимания.
  Человек сидел в большом кожаном кресле, смотрел на заходящее солнце и пил кофе. На вид ему было около пятидесяти лет. Тот самый возраст, когда старость еще не началась, а молодость уже давно закончилась. Кофейник и сахарница стояли рядом, на небольшом деревянном столике ручной работы. Выглядело эта картина нелепо и дико, как в фантасмагории. Кресло стояло на каменной террасе, которая выдавалась вперед подобно балкону, из высокой скалы. Вокруг не ни одного признака цивилизованного мира, только кресло, низкий стеклянный кофейный столик и человек, пьющий кофе.
  Мужчина, пьющий кофе выглядел более чем экзотично, с одной стороны и кофейный столик и кресло выдавали достаток их хозяина. Кресло было очень большим, с подлокотниками из черного резного дерева, что в сочетании с белой кожей, которой было оно обтянуто, говорило о наличие хорошего вкуса у владельца. Столик был низкий, на деревянных резных ножках, сама столешница была выполнена из толстого стекла молочного цвета. На поверхности столика стоял небольшой круглый поднос, на котором располагались: кофейник, сахарница и маленькая чашка с блюдечком. Все кофейные приборы были выполнены из тончайшего, молочно-белого фарфора. Сам же, человек, сидящий в кресле, своим внешним видом показывал полное пренебрежение к вкусу и моде. Для такого кресла и кофейного столика, больше бы подошел английский денди, в смокинге и бабочке, ну или седовласый лорд, с тростью. Но тот, кто сидел в кресле, ни на денди, ни на лорда похож не был. Он был похож на чуть подвыпившего тракториста захудалого совхоза. Сидящий в кресле был одет в толстую, теплую куртку, ватные штаны и сапоги. Сапоги были очень грязные, с прилипшими к подошве комьями земли. На голове у пьющего кофе, была шапка-ушанка. В общем, можно сказать, что кресло и человек, подходили друг другу, как корова и седло.
  Позади кресла стоял высокий молодой парень. Он был одет в камуфлированный костюм - теплая куртка с меховым воротником, пятнистые штаны с многочисленными карманами и ремешками. На ногах были высокие кожаные ботики, ярко - песчаного цвета, на голове вязанная шерстяная шапочка черного цвета, в народе именуемая - 'питерка'. В руках у молодого человека была кожаная черная папка.
  - Ну, что ж Сережа, докладывайте, как там идут наши дела? - произнес сидящий в кресле мужчина.
  Молодой парень обошел кресло и стал так, что бы пьющий кофе мужчина мог смотреть прямо на него.
  - Виктор Павлович, наши дела идут хорошо. Можно сказать, что мы даже немного опережаем график, - открыв папку и периодически заглядывая в неё начал докладывать молодой человек, - Ожидаем в ближайшее время новую партию каторжан. Как вы и распорядились эту партию, пустим целиком на 'мясо'. С главами трех кланов 'торгашей' удалось наладить взаимовыгодные отношения, когда перейдем к фазе активных действий, то они нас открыто поддержат. В среде казачества, тоже есть люди, готовые, открыто нас поддержать. Конечно, этих людей мало, так как в среди казаков, наиболее подготовленные части находятся в подчинение так называемых 'родовых' командиров. Но даже те, кто готов пойти за нами, смогут, некоторое время вносит сумятицу, и сдерживать силы 'родовых'. По нашим данным, достаточно двух-трех дней, чтобы полностью взять ситуацию под контроль. Пока казачьи подразделения будут сдерживать натиск терронов, наши мобильные группы возьмут под контроль все наиболее важные объекты по ту сторону Драконьих гор. По нашим данным мы можем рассчитывать на следующую численность войск: торговые кланы готовы выставить - тысячу бойцов, из них примерно пятьсот непосредственно в подчинение кланов, остальные - наемники, среди казаков нас готовы активно поддержать примерно: три - три с половиной тысячи человек. И это все боевые части 'союзников', непосредственно наши войска насчитывают две тысячи хорошо подготовленных солдат и армия терронов в количестве не менее шести тысяч.
  - Сережа, это все хорошо. Но, теперь давай о плохом, какие у нас отрицательные моменты?
  - Виктор Павлович, в целом все идет не плохо. Есть некоторые рабочие моменты, последствия которых мы устраним в ближайшее время, - осторожно продолжил свой доклад секретарь.
  - Значит, все-таки, проблемы есть? - усмехнулся, довольный собой Виктор Павлович.
  - Ну, я бы не назвал это проблемами, скорее всего речь идет о трагическом стечении обстоятельств, - молодой парень начал нервничать. - Группа полковника Слепцова погибла. До сих пор не понятно, что произошло на самом деле. Известно, что они благополучно прибыли к Михаилу Щукову, это один из наших людей, на территории Торговых Кланов. Группа Слепцова, должна была произвести захват одного из наиболее влиятельных магов Торговых земель, если бы не получилось произвести захват, то должны были уничтожить на месте и унести тело с собой. Что произошло, на самом деле до сих пор неизвестно. Группа проникла на территорию усадьбы мага. Начался штурм, потом произошел большой выброс темной магической энергии. Одновременно с этим, в доме, где находился Михаил Щуков, произошел сильный взрыв. Погиб сам Щуков и наиболее активные члены его группировки. Но нами, уже предприняты некоторые шаги, для прямого подчинения обезглавленной группировки Щукова. Так, что в этом можно видеть и положительные моменты - мы полностью взяли под свое командование более сотни хорошо вооруженных бойцов, которые отлично чувствуют себя в местных реалиях.
  - Мага взяли или нет? - жестко спросил Виктор Павлович.
  - Точно не могу сказать, после выброса тьмы, в усадьбу слетелось столько ликвидаторов из инквизиции 'Круга Сильных', что нашим наблюдателям пришлось скрыться, дабы не попасть в облаву, которую организовали прибывшие, - быстро затараторил секретарь. - После зачистки, усадьбу мага взорвали, а на земле, где стояли постройки, несколько раз проводили очистительные ритуалы. Могу предположить, что маг погиб во время выброса темной энергии.
  - В группе Слепцова все погибли? - поинтересовался Виктор Павлович. - Трупы опознавали?
  - Трудно сказать, ликвидаторы буквально затопили усадьбу очистительной волшбой, выжги все начисто.
  - Понятно. А, что с взрывом, в доме Щуки? Не подумают, что это мы причастны к взрыву, ну для того, чтобы захватить власть в щукинской группировке?
  - Думаю, что нет, - секретарь мельком заглянул в свою папку. - Как показывает анализ данных, в том регионе у 'щукинских', не было организованных конкурентов, так что если среди самих членов группировки не поднимется бунт, то все будет спокойно.
  - Как у нас дела обстоят с расстановкой сил в мире? - продолжил расспрашивать Виктор Павлович. - Какие прогнозы на момент начала операции?
  - Коалиция торговых кланов, нас поддержит, - по довольному тону секретаря, было понятно, что именно этого вопроса он и ожидал. - У них, просто, другого выхода нет. В первый день операции мы уничтожим, все известные нам точки перехода во внешний мир. Это поставит их в полную зависимость от наших поставок. Фактически, торговые кланы представляют собой силу, только благодаря контролю над поставками из внешнего мира. Отрезать их от кормушки, и они лопнут, как воздушный шарик. 'Горцы' сейчас заняты только одним - поиском террористов, устроивших взрыв на футбольном стадионе. Наиболее подготовленные их вооруженные силы, в данный момент обескровлены. Практически все высшее командование и силы спецназа погибли во время взрыва. Так, что подопечных Горной Княжны, можно смело сбросить со счетов.
  В среде казачества, как я уже говорил ранее, нет общего единства, 'родовые' постоянно враждуют с 'пришлыми'. Эти противоречия не позволят казакам, воевать на два фронта и против вторжения терронов и против наших действий. Тем более что в этом мире еще ни разу не встречался с таким событием, как захват планомерный захват власти. Все их меры и способы противодействия носят локальный характер и просто не смогут противостоять нашим массированным ударам.
  - Значит, говоришь, никогда не сталкивались с подобным явлением? Хорошо, - задумчиво произнес Виктор Павлович. - А, что у нас с подготовкой терронов? Насколько готовы их отряды?
  - В целом, армия терронов готова к вторжению. Есть несколько проблем, - осторожно произнес секретарь. - Во-первых, терроны очень трудно проходят обучение владением огнестрельным оружием. Во-вторых, среди терронов может образоваться раскол. Некоторые шаманы, выступают против применения огнестрельного оружия, а как вы знаете, шаманы имеют большое влияние среди воинов. Сегодня утром сообщили, что один из шаманов увел крупный отряд воинов. Вождь Байрак, ничего не сделал. Сволочь!
  - Интересно. Сереженька, а какого хрена, ты мне об этом сразу не сказал? - возмущенно произнес Виктор Павлович. - За неделю, до начала вторжения, у нас наметился раскол среди терронов, а ты молчишь, как рыба об лед. Совсем нюх потерял?!
  - Виктор Павлович, я хотел последовательно сделать доклад, - начал оправдываться секретарь. - Тем более, что эту ситуацию можно использовать нам во благо. Собственно говоря, приблизительный план действий готов. Хотел вам его изложить в конце доклада.
  - Хотел он, - проворчал Виктор Павлович. - Хотелка еще не выросла. Давай, выкладывай свой план.
  - Терроны, как вы знаете, очень воинственный народ. Они приходят в этот мир только для одного, для войны. Они жестоки и коварны. Они умеют только одно - убивать. Но, не смотрят на все это. Есть у терронов одна не понятная нам особенность: они не враждуют друг с другом. У них, даже нет принятых в подобных обществах обычаев. Ни дуэлей, ни кровной мести, ни поединков за власть. Именно поэтому, то разобщение, которое мы сейчас наблюдаем в войске терронов, может быть крайне опасно. Шаманы, активно выступают против союза с людьми. Они бояться конкуренции с нашей стороны. И то, что часть терронов, ушла вместе с шаманами, нам как раз на руку, - секретарь на секунду замолчал, перевел дух и продолжил. - Для нас сложилась очень удачная обстановка: в одном месте собрались все наиболее радикально настроенные терроны. Если сейчас, отряд казаков или любой другой с той стороны гор, ударит по Улью и уничтожит засевших там терронов, то, во-первых, мы устраним брожения в среде терронов и сплотим их, а во-вторых, терроны получат мощный заряд мотивации. Для них вторжение станет делом чести.
  - Ну и на хрен, ты мне сказки всякие рассказываешь? - раздраженно перебил своего секретаря Виктор Павлович. - Какой отряд казаков? Ты, что предлагаешь слить информацию о местонахождении терронов? Так это бред, никто не пойдет на эту сторону гор ради сотни терронов. Казакам хватает стрельбы и на перевалах. Они с терронами не воюют, они их сдерживают. А между этими понятиями очень большая разница. Поверь мне.
  - А кто говорит о казаках? Пускай очередная партия каторжан захватит Улей, уничтожив при этом шаманов и всех, кто ушел с ними, - выдал самое главное секретарь. - Шаманы, конечно, опасные враги, но их магия очень медленная и практически не способна на мгновенное противодействие.
  - А дальше, что? Как ты объяснишь Байраку, что наши люди напали и убили их шаманов? - Раздраженно произнес сидящий в кресле седовласый мужчина, - Байрак, хоть и отморозок редкостный, да и шаманов не любит, но стерпеть убийства соплеменников не сможет.
  - А никто не будет знать о том, что это наши люди. Всю партию каторжан мы сразу переправим в тренировочный лагерь, дадим им три дня на подготовку и сразу на штурм Улья. Дальше, я думаю, события будут развиваться быстро и предсказуемо: вождь Байрак решит отомстить за соплеменников и пойдет на штурм, ну а поскольку, Улей - это очень хорошая позиция для обороны, то терронам не удастся взять их с наскока. Ну и тут в дело вступят наши солдаты, которые малыми силами возьмут Улей и заодно зачистят все следы.
  - А с чего ты решил, что нашим бойцам удастся, то, что не удалось терронам - взять Улей без потерь. Ты же сам сказал, что обороняющееся будут хорошо защищены в пещерном городе?
  - Поскольку все люди в Улье будут из последней партии каторжан, то у них всех будут выжжены клейма, с помощью которых, в нужный нам момент, мы всех и обездвижим.
  - Ну, если так, тогда ладно. Накидаешь подробный план и мне на подпись. Не затягивай, завтра утром он должен быть у меня. У тебя еще что-то?
  - Да. Получили ответ от группы Угла, - секретарь, выбрал нужный листик в папке, и быстро пробежав глазами по нему, продолжил. - Нужный, вам специалист захвачен, и с очередной партией каторжан будет доставлен к нам. Угол, его лично сопровождает.
  - А, что этому старому уркогану, здесь нужно?
  - Я думаю, что он хочет осесть в наших краях, - секретарь, снова заглянул в папку. - По непроверенным данным, у него возникли трения с одним из Кланов торговли, а конкретно с кланом Али Беноева. Этот клан контролирует производство и продажу наркотиков.
  - Так? Значит Угол, решил отсидеться у нас на базе? - Сировский поставил на столик кофейную чашку, и задумался на несколько секунд. - Как только наш конвой прибудет в 'копилку' и ученный окажется у них, Угла, со всеми его подчиненными убить. Понял? Только, пускай сделают все тихо, к примеру, во время телепортации. Ну, не мне тебе объяснять! Еще, что-то сеть?
  - Нет, это все.
  - Свободен.
  Секретарь подхватил папку подмышку и, кивнув головой в знак прощания, скрылся в глубине террасы.
  Виктор Павлович еще долго сидел в кресле, он думал, много думал. Именно сейчас он приблизился к финальной стадии своего плана, судьба всего проекта должна была решиться в ближайшие недели. Как говорят - 'Или грудь в крестах, или голова в кустах'.
   Два года прошло с того времени, как в главном офисе концерна 'СибТрансМеталл', прогремел мощный взрыв, который унес жизни сорока семи гражданских лиц и восемнадцати сотрудников спецназ МВД России. Эксперты - криминалисты, обнаружили среди погибших и главу концерна, олигарха Сировского Виктора Павловича. Причина взрыва - утечка газа.
   Сировский понимал, что спецслужбы не поверили в его смерть, ведь на месте трагедии не было обнаружено тело помощника олигарха - Алексея Викторовича Плаховского, для своих - Плаха. Надо было тогда Плаховского убить и тело оставить в офисе. Но олигарх, никогда никого не убивал своими руками, приказы на ликвидацию отдавал и не редко, а вот, лично, своими руками оборвать чью-то жизнь он не смог. Но это было тогда. Сейчас же, по истечению двух лет, бывший олигарх, мог похвастаться не меньше дюжиной трупов, убитых им лично людей. Да, все-таки этот, новый мир имеет свои плюсы. Свобода! Безграничная возможность делать, что хочешь. Хочешь убить кого-то, убей. Хочешь захватить деревню и обложить её жителей налогом, в том числе и налогом, в виде права первой брачной ночи - пожалуйста, лишь бы тебе позволяли твои возможности. А уж силы и возможности у Сировского были безграничны. Сейчас за ним стояло больше десяти тысяч стволов, а это огромная сила, по меркам этого мира.
   За два года Сировский смог не только найти проход в этот мир, но и наладить плодотворную и взаимовыгодную торговлю с тем, старым миром. Здесь, на рудниках и копях, добывали: золото, платину, редкоземельные металлы и драгоценные камни. Из старого мира шло: оружие, боеприпасы, военная техника, продовольствие, одежда, медикаменты и еще много чего полезного. Оружие, боеприпасы и военная техника, приходили из тех, что сняли с производства.
  Нынешняя Россия, проводила огромную работу по перевооружению и переоснащению своей армии. Один из партнеров Сировского организовал фирму, которая занималась утилизацией оружия и военной техники. Вместо того чтобы переплавлять БТРэ и автоматы Калашникова в мирный утиль, компаньоны Виктора Павловича пересылали технику и вооружение ему. Государство платило за утилизацию техники огромные деньги, которые партнеры олигарха забирали себе. Так, что данная схема работал просто идеально, одни получали деньги, другие оружие. Изъянов в работе быть не могло, так как в старом мире, ни один из стволов не всплывал, а значит узнать о том, что их не уничтожали, никто не мог.
   Выручка от продажи драгоценных камней и металлов, шла на закупку, более мирных товаров. Еще одним из видов дохода Сировского были люди. Виктор Павлович никак не мог понять, почему такой прибыльный вид бизнеса, никто не организовал до него. Идея лежала на поверхности, оставалось только поднять её и развить. Оказалось, что онтологически больные люди, при переходе через портал в этот мир, оказываются совершенно здоровыми. Раковые опухали, исчезают бесследно. Раз и навсегда. То же самое, происходило и с ВИЧ-инфицированными. Почему никто не знал, но факт остается фактом: в этом мире рака и СПИДа не было. А на что готовы пойти люди, которые больны неизлечимыми болезнями? А все! На все, что угодно! Вот этим и воспользовался Сировский, он организовал канал поставки неизлечимо больных людей в этот мир. За переход, люди платили деньги. Они продавали квартиры, дома, все имущество, брали кредиты в банках... и навсегда исчезали из старого мира. И снова идеальная схема получения прибыли: одни получают исцеление, а Сировский получал деньги и самое главное преданных, ему людей. За два года Виктор Павлович создал свое собственное микро-государство, и теперь он готовился захватить власть во всех известных в этом мире землях.
  
  
  Глава 4
  Очнулся я от боли в руке. Приподняв голову, оглянулся: вокруг заснеженное поле. Рядом валяется Грива. Хорошо, что первый в чувство пришел я. Сейчас, я этому психопату покажу, кто в доме главный. Нащупав в ножнах на ботинке сапожный нож, подполз к наемнику, который судя по шевелению рук начал приходить в себя. Широко размахнувшись, вонзил нож в глазницу наемнику. Мне показалось, что в последний момент он открыл глаза, но ничего не сделал, даже не попытался увернуться, то ли, не успел, то ли, не захотел. Встав на колени, принялся быстро обыскивать убитого: снял с него разгрузку, автомат, аптечку, вытащил из карманов всю мелочь. Итак, что мне удалось снять с трупа: еще один автомат, нож, шесть полных автоматных магазинов, две гранаты РГД-5, аптечку, зажигалку, фонарик, серебряную фляжку на 200 грамм, полную отличного коньяка и пачку американских долларов, судя по банковскому штампу - пять тысяч. Неплохо! Надо спешить, скоро действие стимулятора закончиться и я завернусь от боли.
  Первым делом, надо посмотреть, что у меня с ранами. Разрезав ножом рукав куртки, осмотрел рану, на руке были видны следы зубов, глубокий порез и вырванный клок мяса. Достав из аптечки все необходимое, промыл рану, вколол обезболивающее и наложил тугую повязку, бинт хорошенько смочил коньяком, спросите зачем? А затем, что темные твари очень сильно не любят алкоголь, соответственно, их заразу очень хорошо выводят спиртом и серебром. Те же самые действия произвел с ногой, но там картина была лучше, всего лишь пара глубоких царапин. Пришедшие в негодность штаны и куртку снял и облачился в одежду покойника, а свои вещи кое-как нацепил на него, ходить в вещах мертвого человека, конечно плохая примета, но выбора у меня нет. Одну из гранат, засунул в верхний карман куртки покойного. Разжал усики и привязал к кольцу леску.
  Снарядив магазином второй автомат, закинул его за спину, и, взяв поудобней АК-74 Гривы, размеренно зашагал через поле в сторону цепочки деревьев, которые виднелись на другой стороне поля. Отойдя на десять метров, резко дернул за леску, которая тянулась за мной, и ускорил шаг, временами переходящий в бег. Через пару секунд сзади приглушенно бухнуло. Теперь тем, кто пойдет по моим следам, придется долго думать чье тело они нашли, головы практически нет, одежда вся обгорела, рядом валяется изуродованный 'маузер', Шерлок Холмс и тот бы запутался. Если не найдут до темноты, то ночное зверье еще больше усложнит задачу. Хотя, кого я пытаюсь обмануть, найдут, если захотят, обязательно найдут, я всего лишь выигрываю время.
  Пока, шел через поле, у меня было время подумать, о превратностях судьбы. Положение мое сейчас было - врагу не пожелаешь. Во-первых, я был ранен, причем ранен темной тварью, что гарантировало мне неминуемую смерть, вопрос только времени, если быстро не найду знахаря, а лучше мага, то 'чёрная смерть' сожрет мой организм. Во-вторых, на меня сейчас начнется охота. Тут и к бабке не ходи и так все понятно: не должен был я уйти живой из дома колдуна, всех нас Щука отправил на убой. И если причину, по которой в дом были направлены наемники, еще можно объяснить, то зачем им был нужен я, не совсем понятно.
  Тут ведь, дело такое, люди из внешнего мира по сути своей очень ценный товар, они девственно чисты и их можно превратить в любое желаемое существо. К примеру: вампира или оборотня, а того, кто провел в нашем мире больше чем сорок восемь часов уже ни в кого не превратишь, так как тело заражено магией этого мира. Если вампир кусает местного, то человек умирает от 'кровяной горячки'. В страшных муках умрет, но никогда не превратиться в вампира. А вот если вампир укусит новоприбывшего, то есть того, кто недавно пересек черту между мирами, то этот бедолага, в течение суток сам станет вампиром. Поэтому все новоприбывшие, ну понятное дело, что те которые прибыли под контролем и через чистые порталы, первое время находятся под строгим карантином. В этом карантине за ними наблюдают, делают соответствующие прививки и распознают магический потенциал, а в последнее время еще и ставят на учет ауру всех, кто прибывает в этот мир. Ходили слухи, что хотят ввести что-то типа паспортов. В общем, для чего темному магу десяток 'чистых' людей, еще можно понять, но для чего им нужен я, совсем не понятно. Не понятна так же, и вся эта возня со штурмом дома. С самого начала было видно, что ничего хорошего из этого не выйдет, но Щука все равно послал нас на убой. И снова вопрос: для чего он это сделал? И, третье, самое главное, я не приблизился ни на шаг к выполнению своего задания, а если быть точным, то удалился от него шага на три. Щука, должен был устроить меня в охрану торговых караванов, которые ходили на рудники Драконьих гор. А, теперь, как быть? Придется, как то самому добираться до Драконьих гор и попытаться самому наняться в охранники. Сейчас главное: определиться, где я и не сдохнуть по дороге.
  Но, есть и плюсы, во-первых, я еще жив, во-вторых, погони пока за мной не видно, в третьих у меня есть оружие, я бы даже сказал больше чем мне надо, ну, и, в-четвертых, я еще жив. Что? Уже говори? Так это я сам себе говорю, чтобы не забыть. Вообще-то, я по своей натуре оптимист, выкручусь и в этот раз, и не из таких передряг, выкручивался. Один факт того, что 'скачек' выкинул нас в чистом поле, вдалеке от жилых мест говорит, что кто-то там, наверху не хочет, чтобы я умирал. Так, что еще пока поживем!
  Холодно, как все-таки, черт возьми, как холодно! К бениной маме эту зиму, с её морозом и снегом! Я шел, уже далеко не быстрым шагом, точнее сказать плелся, едва переставляя ноги. Когда до цепочки деревьев осталось рукой подать, увидел, что совсем рядом проходит накатанная дорога. Ну, что ж, дорога - это хорошо, дорога - это признак людей, а, где есть люди, там должны быть доктора, тепло и спиртное, для сугреву.
  Выйдя на дорогу, не раздумывая, свернул направо, была у меня одна положительная способность, я мог легко определять нужное мне направление и самое главное, что почти никогда не ошибался, вот и сейчас повернув направо, я был точно уверен, что дорога приведет меня в какое-нибудь обитаемое селение. Я же говорил, что я оптимист. Говорил? Что-то в последнее время я часто повторяюсь, устал, наверное. Точно, устал и замерз.
  Не помню, сколько я шел по дороге, может час, а может всего минут десять, от холода и боли в руке, плохо соображал, время остановилось, ноги передвигались сами по себе. Я двигался как робот с одной только мыслью: останавливаться нельзя, надо идти, останавливаться нельзя!
   В начале, я подумал, что слышу писк комара, а потом понял, что комару зимой не выжить и либо у меня галлюцинации, либо кто-то издает посторонний звук. Оглянувшись по сторонам, увидел, что меня догоняет упряжка саней. В санях сидел один человек, укутанный в тулуп так, что наружу торчал один только нос. Я чуть посторонился и призывно поднял руку, меня заметили и сани замедлили ход.
  - Здорово, добрый человек, - прокричал я.
  - И тебе не кашлять, убогий, - услышал я в ответ.
  - А почему убогий?
  - Ну, если я здоровый, то ты, судя по внешнему виду - убогий.
  - До села, далеко?
  - Не близко. Подвезти?
  - Подвези!
  - Да, я бы с радостью, а вдруг ты, тать ночной или лиходей какой, - начал торг извозчик. - Или того, еще хуже тварь темная, принявшая людской облик.
  - Тварь темная серебра боится? Значит если я серебро с собой ношу, то уж точно к темным отношения не имею, - сказал я, протягивая вознице серебряную фляжку. - Держи, подарок, так сказать.
  - Уговорил, садись. Вижу, что человек ты хороший, - извозчик сграбастал фляжку и спрятал её в карман. - Там, сзади, под овчиной, есть бутыль с огненной водой, выпей, согреешься.
  Я устроился поудобней, вытащил из-под овчины бутыль с мутной жидкостью. Внутри сосуда плавала парочка красных перчиков. Приложившись к горлышку, сделал пару глотков, но видимо от холода даже не почувствовал крепости напитка. Через несколько минут, уже еле сдерживался, чтобы не уснуть, хрен знает, что мне за извозчик попался, сейчас, сонного, прирежет, и поминай как звали.
  Пока не надо, никуда бежать, и есть время спокойно подумать, нужно прикинуть, что делать дальше. Ну, во-первых, надо найти целителя, врача, занахаря. Любого, кто мне поможет залечить раны. Во-вторых, надо найти мага, что-то мне не нравиться то средство, которым мне Луза изменил внешность. Опять же с татуировкой 'клана Торговли' надо что-то делать, вывести её что ли? Причем все эти действия необходимо провести, так чтобы общественность о них не узнала, а то за такие фокусы как подделка ауры великих кланов по голове не погладят. Ну, если только в начале, её отрубят, набьют опилками, как чучело, а уж потом и погладят.
  Сани уверенно двигались по накатанной дороге. Далеко впереди уже угадывались постройки, село было большим и сразу видно, что богатым. Большие деревянные дома с дворовыми постройками и огромными, просторными дворами. Село обнесено частоколом, а в центре виднелась церковь с высокой колокольней. Совсем хорошо, где есть храм, там нечисти тяжко живется.
  - Дружище! Подскажи, в вашем селе, есть врачеватели или маги? - спросил я.
   От ответа зависела моя жизнь, с каждой минутой чувствовал себя все хуже и хуже. Тошнота накатывала волнами, в глазах темнело, и голова кружилась.
   - А как же. Есть, конечно! Бабка моя - первая знахарка на деревне, - с гордостью ответил возница.
   - Тогда, вези прямо, к своей знаменитой бабке. Сделаем ей выручку, может и тебе, что перепадет, - я уже понял, что парень очень любит деньги, хотя, возникает вопрос, а кто их, собственно говоря, не любит?
   - А, что с тобой? Это не заразно? - с тревогой в голосе спросил возница.
   - Укусы животных пока воздушно-капельным путем не передаются, так что не бзди! - успокоил я его. - Тебя, вообще-то, звать как?
   - Митяй! А тебя?
   - Серый, - представился я. - А на воротах, у вас, что за процедура досмотра? - задал я, волновавший меня вопрос.
   - Как обычно: собаки и святая вода, - ответил мне Митяй. - Оружие еще опечатают, ну и так по мелочи: вопросы всякие задавать будут.
  Ну, собаки - это еще терпимо. Святая вода тоже, лить мне её будут все равно на лицо, так, что раны от темных тварей не начнут дымиться, вода на них не попадет. Единственное, чего следует бояться, так это того, что вообще могут в деревню не пустить, увидят, что вид болезненный и оставят замерзать за оградой, оно конечно не по человечески, но, сколько таких вот, глухих деревень, вымирало от неизвестных болезней. Так, что лучше пусть один чужак замерзнет от холода, чем вся деревня вымрет, тем более что, с чужака можно будет снять потом трофеи.
  Тем временем, сани подкатили к воротам. Створки еще не закрыли и нас встретили пара мужиков одетых в тулупы и валенки, вооружены они были карабинами СКС, с примкнутыми штыками. На штанах обоих встречающих я заметил синие лампасы. Так, а это значит, что село, скорее всего, на самом деле - казачья станица. Ну, с казаками я договориться сумею.
  - Здорово, Митяй! Как расторговался? - начал задавать вопросы один из мужиков.
  - Нормально! Давай пропускай скорее, у меня клиент к бабе Нюре! - начал торопить проверяющих Митяй.
  Пока один из встречающих разговаривал с Митяем, и тем самым контролировал его, второй обошел сани, и приблизился ко мне. Мужик в тулупе, держал карабин, направив его на меня.
  - А ты, хлопец, чьих будешь? - спросил он меня.
  - Служивый я, телепортировали меня, а телепорт криво сработал, вот меня в чистом поле и выкинуло. Пока на дорогу вышел, волки успели подрать, - выдал я заранее придуманную легенду, самое главное, что все, что я говорил, было правдой...почти. Если этот проверяющий имеет, какие-то способности, то должен мне поверить.
  - А куда тебя 'кидали', если ты в наших краях вывалился? - продолжал задавать вопросы. - Что ж ты так, с двумя автоматами и от волков отбиться не мог? Да, а чего это у тебя два ствола? Не многовато?
  - Вызови атамана, а лучше в начале, пропусти к знахарке, а то сейчас ласты склею, и на вопросы некому будет отвечать, - устало произнес я. - Автоматы можешь оставить у себя.
  Я протянул ему АК-74, потом снял с плеча АКСУ и тоже протянул проверяющему. Он забрал оба автомата, махнул рукой второму проверяющему, и сани пропустили внутрь изгороди. Отъезжая от ворот я увидел, что один из проверяющих занес автоматы в сторожку, потом вышел и быстро пошел куда-то в сторону центра села. Митяй сразу за воротами свернул направо, и сани покатили в сторону отдельно стоящего домика на краю села. Видно, что бабку Митяя в селе не сильно любили, а может просто боялись. С колдунами и магами всегда так, и с ними рядом жить не хотят и без них обойтись нельзя. Сани подъехали к хлипкой ограде вокруг одинокого домика, сил встать с повозки у меня уже не было, чувство было такое, будто из тела вытащили все кости, а голову набили ватой.
  - Что сам подняться не можешь? Совсем плохо? - засуетился вокруг меня Митяй. - Потерпи немного, сейчас в дом войдем, там тебя бабка каким-нибудь отваром напоит и сразу полегчает.
  Митяй закинул мою руку себе на плечо и буквально потащил меня, я лишь слегка ворочал ногами, помогая ему, как мог. Не успели мы дойти до дверей дома, как они открылись и на пороге возникла бабка Митяя. Она была невысокая, сгорбленная, видно было лишь лицо, все в глубоких морщинах. Только глаза смотрелись ярко и броско, они были бледно-голубые, если бы я встретил такие глаза в старом мире, то подумал бы, что у владельца контактные линзы.
  - Митяй, ну, что ты за человек такой, подбираешь всякую дрянь на улице и в дом тащишь?! - голос оказался скрипучий и противный.
  - Баб Нюра, ну, чего ты, как же это можно живого человека и в чистом поле бросить умирать? Не по-христиански это, грех великий! - заканючил Митяй.
  - Расскажи другому, что ты грех на душу побоялся брать! Поди опять, купился на деньги, - продолжала отчитывать баба Нюра Митяя. - В дом я его не пущу.
  - Бабуля, а можно продолжить ваш спор, после лечебных процедур, - вмешался я в разговор. - Деньги у меня есть, вы только исцелите, я заплачу, не обижу.
  - О, а я думала, он уже богу душу отдал, а он еще и говорит, - удивилась целительница. - Ладно, тащи его в баню, там, на топчане и положишь. Разденешь его, а я за водой и травами схожу.
  Мы с Митяем в обнимку, доковыляли до маленькой баньки, он открыл дверь и я повалился на топчан в предбаннике. С меня сняли разгрузочный жилет, куртку, свитер и ботинки; штаны и рубашку Митяй разрезал ножом. Процесс раздевания выпил из меня последние силы, и я провалился в темный омут беспамятства.
  В себя пришел от резкой боли в груди, чувство было такое, как будто мне в легкие засыпали горящий углей. К горлу подкатил ком тошноты, я только и успел, что свеситься с топчана и вывалить содержимое желудка, в кем-то, заранее поставленное ведро. Из горла вырвались потоки чёрной, как смоль жидкости, странно, но ничего такого я не ел. Чем это я интересно сблевал? Боль в груди слегка поутихла, в голове прояснилось, я даже смог произнести пару слов.
  - Дайте воды!
  - Ну, вот, а ты говорила, что он умрет! А он, вон - живее всех живых, - судя по голосу это Митяй. - На, попей!
  Я судорожно отхлебнул пару глотков холодной воды, тут же меня скрутил новый приступ боли, и меня стошнило, только, на этот раз - водой.
  - Нельзя ему сейчас пить, - раздался из темноты скрипучий голос знахарки. - И жить ему осталось всего ничего, до утра не дотянет.
  - Добрая ты бабуля, как я погляжу, - прохрипел я. - А, чего это вы в темноте, керосин экономите?
  - Видишь, у него зрение уже пропало, верно, тебе говорю - и пары часов не протянет, - поставила свой диагноз бабка.
  - Неужто, ничего нельзя сделать? - взволновано спросил Митяй. - Может Клавдию Петровну позвать.
  - Ой, тоже, мне нашел целительницу, - недовольно пробурчала вредная старуха. - Да она еще под стол пешком ходила, когда я уже людей врачевала!
  - А прошлой зимой, когда болотники подрали патруль, она же им помогла! - продолжал гнуть свое Митяй. - А ты сказала, что они не жильцы! Выходила, же она их! Так может и этого спасет.
  - Во-первых, тебе какой с этого прок? Деньги ты и так все его заберешь, - до чего голос то у бабки противный. - Во-вторых, горе у неё, сына её старшего на каторгу отправляют, не до лечения её сейчас. Когда проклятия и порчи снимаешь, душа должна быть чистая и спокойная, а у неё сейчас спокойствия еще долго не будет, Васька, то её старшой, любимым сыном был. Он же точная копия мужа её погибшего. Хоть я и не люблю Клавку, но все равно жалко мне её.
  - Что, не получилось Ваську от каторги отмазать? Эх, хороший парняга был - знатный кузнец - сокрушался Митяй.
  - А, как тут отмажешь, если он двух мужиков до смерти забил, - продолжала скрипеть старуха. - Если бы еще кого то из наших, а так прихвостни торгашеские. А с ними атаману ссориться не с руки. С кем он потом дела торговые вести будет?
  - А куда хоть, Ваську то сошлют? - спросил Митяй. - Может по дороге сбежит?
  - Слухи ходят, что в Драконьи горы, на рудники, - ответила бабка. - Оттуда не сбегают, каторжан всех клеймят.
  - Да-а, конец Ваське, Драконьи горы - это верная смерть, - грустно произнес Митяй.
  - Зови, эту Петровну, разговор у меня к ней будет, - прохрипел я, из последних сил.
  - Дурак, человек, сказано тебе, не в деньгах дело, - усмехнулась бабка. - Для таких дел настрой нужен.
  - Веди её, я вместо сына её, Васьки на каторгу поеду, - устало произнес я, и опять потерял сознание.
  В себя я пришел от того, что кто-то щупает мою грудь, пальцы были тонкие, но нажимали они очень сильно.
  - Очень сильная порча на нем, удивительно как до сих пор жив. Хотя, по тому какая у него дыра в энергетике, нет ничего удивительного - весь негатив уходил, а ему досталось только излишки, но все равно с таким проклятьем дольше часа не живут, - голос был очень мягким. - Открывай глаза, я же вижу, что ты уже пришел в себя.
  - А толку, открывать глаза, если я ослеп, - грустно произнес я, но веки все равно поднял, резкая вспышка света ударила по глазам. Зрение ко мне вернулось, это хорошо, да что там, это просто замечательно, я с детства очень сильно боялся ослепнуть.
  - Это правда, что хочешь заменить моего сына в тюрьме и отправиться вместо него на каторгу? - произнес чей-то мелодичный, слегка хрипловатый голос. - Зачем тебе это? Драконьи горы - это верная смерть, пускай не сразу, но с Драконьих рудников еще никто не возвращался/
  - Это я и без вас знаю! - зло огрызнулся я. - Вы мне лучше скажите, меня излечить можно? А, то тут некоторые особо вредные бабульки утверждают, что не доживу я до утра! Если это так, то наш дальнейший разговор теряет всякий смысл!
  - Нет, ты посмотри на него, одной ногой уже в могиле, а еще и торгуется и обзывается! - узнаю скрипучий голос Митиной Бабки. - Ты его Клавка не лечи, он, всяко тебя обманет, у него же на лбу написано, что он врун и шельмец!
  - Нет, баба Нюра, этот не обманет, - уверенно произнес грудной голос. - Ведь не обманешь, а горец?
  Вот, блин, как она догадалась, что я принадлежу к клану Гор? Оставлять свидетелей за спиной опасно, но что делать, без их помощи мне верная смерть. Да-а, задача!
  - Вы тетенька ошибаетесь, я к жителям гор отношения не имею, - попытался, отвертеться я. - Вы меня с кем-то перепутали.
  - Хорошо, если я ошиблась, то тебе ничего не стоит принести клятву на крови во имя здравия Горной Княжны, - с издевкой в голосе, произнесла целительница. - Ведь так?
  Клятва на крови, это не просто так, этого обета нарушать нельзя, и не потому, что совесть замучает. Нет, совесть здесь не причем: нарушивший клятву умрет в страшных муках. Весь фокус в том, что во время принесения подобной клятвы, ты как бы связываешь воедино, слова обета и свою внутреннюю энергетику, которая в свою очередь зависит от клана, к которому ты принадлежишь. Подобная клятва приноситься в присутствии мага или чародея. В общем, подловила меня эта Клавдия Петровна и дело тут даже не в клятве, мне все равно надо в Драконьи горы, так, что клятву я не нарушу, дело в том, что магичка легко определила мою клановую принадлежность, а если она смогла, то и другие смогут.
  - Клятву я принесу, - повернув голову и посмотрев ей в глаза, уверенно произнес я. - А вы? Вы меня излечите?
  - Скажу честно - попробую. Случай у тебя непростой, я такой порчи еще не видела. Я не понимаю, почему ты еще жив. Митяя я уже послала, он принесет все необходимое, твоих денег и автоматов, едва хватит на все нужные для лечения ингредиенты.
  - Проще было дать ему умереть, - проскрипел старушечий голос в углу.
  - И вам бабуля долгих лет жизни и крепкого здоровья, - не остался я в долгу.
  На улице прогромыхали, чьи-то шаги, и в баньку ввалился медведь, а вернее, здоровенный мужик, банька и без того маленьких размеров, сразу показалось еще меньше. На вошедшем, был одет легкий бушлат, под ним свитер. Шапки на голове не было, хотя с такой густой и длинной шевелюрой, он мог не бояться застудить голову. За спиной великана маячило испуганная фигура Митяя.
  - Клавдия, тебе кто давал право распоряжаться общинными запасами стратегического значения? - пробасил великан.
  - Петр, ты не забыл, что это лично мои камни и травы? - сухо ответила целительница.
  - Ну и что, что нашла их ты, но тратить их на чужака, я не дам! - великан, коротко размахнувшись, влепил кулаком в бревенчатую стену бани. Стены содрогнулись, как будто в них попал снаряд.
  - Эй, поосторожней! - запричитала старуха. - Ты, бугай окаянный, еще мне баню развали. Размахался, своими кулачищами.
  - Этот чужак, как ты выразился, может спасти моего сына, заменив его собой на каторге, - парировала Клавдия. - Или ты хочешь сказать, что мой сын - тоже чужак?
  - Не хочу я такого сказать. Чего ты начинаешь? Сын, твой не чужак, это и ежу понятно. Помощь, может, какая нужна? - явно смутился великан.
  - Все, что нужно у меня есть, все зависит, от того переживет он эту ночь или нет, - сказала Клавдия. - Вон, баба Нюра, мне поможет. А, ты Петр иди, не надо тебе на это смотреть.
  Большой человек Петр, вышел, а на пороге возник Митяй с большой холщевой сумкой в руках, он подошел к столику и начал выкладывать на стол, все, что было в сумке. Клавдия принялась рисовать мелом на полу, какие-то символы.
  - Митя, запомни: когда мы закончим, баньку придется сжечь, - громко, так чтобы услышала и баба Нюра, сказала Клавдия. - А сейчас, иди, запарь травы.
  - Как, это баньку сжечь? - удивленно ахнула вредная старуха, - Клавка, ты с ума сошла, не дам баню жечь!
  - Баб Нюра, успокойся, сын вернется, он тебе новую баню поставит, лучше старой, так, что ты еще и в выигрыше останешься - устало произнесла Клавдия. - Все, хватит говорить, пора начинать!
  Все, что дальше со мной происходило, я помню урывками и очень смутно. В начале, мое тело стащили на пол и расположили его в центре рисунка нарисованного мелом на полу. Клавдия взяла у меня из вены кровь, и с помощью этого же шприца, полила лини рисунка моей кровью, потом я потерял сознание. В те моменты, когда сознание возвращалось ко мне, мне казалось, что мое тело стало невесомым. Нет, не так, тело осталось лежать на полу, а я парил над ним, как воздушный змей, парит в потоке восходящего горячего воздуха, так и мое сознание парило в потоке энергии, которая наполняла внутреннее пространство старой бани. Хотелось взмыть выше, лететь быстрее, а не парить на одном месте, но что-то меня держало, как воздушного змея держат натянутая бечева, так и мне что-то мешало оторваться от моего тела и взмыть в потоках восходящей энергии. Но даже этот, небольшой полет, давал ощущение свободы. Безграничной свободы, как будто я стал частью чего-то огромного и светлого, все вдруг встало на свои места. Я понял, что должен делать и для чего существую. Мне нужно только одно, ощущать стремительную силу потока, быть частью его. Пусть хоть маленькой частичкой, пусть такой медленной и неуклюжей, но лететь, стремиться, вперед, быть частью целого.
  Поток, вдруг, как-то резко, рывком, стал быстрее, а я поднялся еще выше, почти под потолок бани. Теплые струи энергии, наполнявшие каждую клеточку моего сознания, стали горячими, вначале это было приятно, но становилось все горячее и горечее.
  А, потом пришла боль!
   Боль!!!
  Я все также продолжал лететь вперед, но поток вокруг меня, был уже не теплым, как божественная нега. Нет, теперь он был, подобен огненной лаве. Он был до того горячим, что на какое-то мгновение, мне показалось, что на самом деле он обжигает не огнем, а холодом. Жутким холодом, как из космоса, когда мгновенно замерзшее мясо начинает отваливаться от костей.
  Яркая вспышка... и темнота!
  Нет больше потока.
  Боли тоже нет.
   Есть только темнота и пустота.
  Я всегда знал, что у пустоты, обязательно чёрный цвет. Чёрный-чёрный! Чёрнее ничего быть не может. В этой пустоте, я окончательно и растворился. Я перестал быть собой. Я сам стал пустотой. Я умер....
  
  
  
  Когда я открыл глаза, то в начале, даже не понял, что передо мною. Как будто я смотрю на кусок дерева через увеличительное стекло: вот видны древесные волокна, а вон там, с краю этой деревяшки, видны следы пребывания древоточца, всё настолько было крупным, что казалось, что кто-то, просто увеличил, обычную деревянную доску в сотни раз. Я попытался пошевелить рукой, мне хотелось пощупать, то, что я вижу, может, я просто сплю и это сон. Резкая боль в руке, заставила меня сморщиться, а когда я опять посмотрел перед собой, то видение прошло. Я лежал на кровати и надо мной был обычный дощатый потолок, который есть в любом крестьянском доме. В целом, чувствовал я себя нормально, присутствовала общая слабость, но голова была ясная, и особо ничего не болело, только рука сильно затекла и пульсировала от того, что я ей начал шевелить - по жилам побежала кровь.
  Нашел в себе силы, поднялся с кровати. Но не стал слезать на пол, а наоборот встал на кровать, и принялся внимательно рассматривать доски потолка. Так и есть, вот ярко-выраженные древесные волокна, а вот и дырочки от жуков древоточцев. Интересная у меня галлюцинация только, что была?! Я смог рассмотреть миллиметровую дырочку на расстоянии в пару метров, да еще и в темной помещении. Попытался пару раз сфокусировать зрение, но ничего не получилось, сверхзрение не возвращалось.
  - Что ищешь крюк, на котором повесишься? - раздался скрипучий голос бабы Нюры.
  - До чего вы бабушка, добрый человек, прям мать Тереза, - огрызнулся я. - Долго я в отключке провалялся?
  - Нет, кто тебе даст в отключке валяться. Клавдии, надо сына вызволять. Она все сделает, чтобы тебя сегодня, к вечеру в Краснознаменск, доставили. Завтра утром, её сына отправят по этапу.
  - К вечеру, так к вечеру! Мне бы, с вашим старостой поговорить, ну или кто у вас тут самый главный в вашей деревеньке?
  - Здоровый такой бугай. Ты его видел. Петром кличут, - ответила вредная старуха. - Он у нас и староста, и воевода, и завхоз. Во дворе стоит, ждет, когда ты проснешься. Поговорить с тобой хочет, на счет сына Клавдии. А ты и вправду, вместо него на каторгу поедешь? Зачем тебе это?
  - Я так понимаю, что долг у меня теперь перед матерью этого вашего каторжанина, - усмехнулся я. - А долги надо отдавать. Если бы вы меня не исцелили, то, скорее всего я бы уже разлагался. Правильно?
  - Так-то оно так, но я так понимаю, что тебе самому надо было в Драконьи горы, - прищурилась бабка, глядя на меня. - А тут, так удобно все получилось: и в горы попадешь и от порчи смертельной тебя излечили.
  - А с чего, это вы бабушка решили, что мне нужны Драконьи горы? А? - настороженно спросил я. - Добром, за добро решил отплатить. Грех с души снять. А вы меня, в чем-то лихом подозреваете!
  - Да, хорош то, кривляться, - как от зубной боли скривилась старуха. - Нашелся тут праведник, добром он решил отплатить. Я, между прочим, всю твою душонку черную, насквозь вижу, задумал ты чего-то, и нас в это дело впутываешь.
  - Слышь, бабуля, я за лечебную волшбу заплатил? Заплатил. Чего тебе еще надо? - зло ответил я. - Цвет ей моей души не нравиться! Сама то, сильно праведная? Сколько ты, на тот свет людей извела? А?!
  - Да, уж поменьше твоего, упырь! Сразу видно, что злодей ты, и душегуб!
  - Ну, что вы как кошка с собакой, и на минуту оставить нельзя, - густой бас Петра грохотал как набат. - А, вы, я вижу, уже на ногах? Очень хорошо! Баба Нюра выйди, нам с молодым человеком поговорить надо.
  Петр подвинул к себе стул, критически осмотрел его, проверяя, выдержит ли он его вес. Видимо, поверил в прочность и уселся на него.
  Баба Нюра, вздернула нос и вышла из комнаты, сильно хлопнув дверью, при этом она что-то там бурчала себе под нос про всяких там лиходеев, которые выгоняют её из собственного дома.
  - Ну, что мил человек, давай излагай, как ты хочешь сына Клавдии вызволять? - спросил великан, по имени Петр.
  - Товарищ Петр, а пожрать, у вас ничего нет? Я без бутерброда думать не умею, - начал я тянуть время, честно говоря, я не думал, что переживу эту ночь. - Ты, мне лучше скажи, вы что-то пробовали? Денег дать? Побег организовать?
  - Понятно, ничего толкового ты не придумал, - огорченно произнес Петр. - Тут, такое дело, понимаешь, так просто не решить.
  В ходе разговора оказалось, что пару дней назад, в городе Краснознаменск, сын Клавдии Василий, имел неосторожность заступиться за девушку, которую хотели затащить в подворотню, двое мордоворотов. В ходе следствия, потом, оказалось, что девка то была жрицей продажной любви, но с пацанами не сошлась в цене и именно поэтому очень ожесточенно сопротивлялась, при этом зараза такая была еще и чересчур молода, вот это и смутило нашего сельского героя. Он, недолго думая, дал по морде обоим любвеобильным хлопцам. Но все оказалось не так просто! Пацаны кровавые сопли утерли, но обиду не забыли, и к вечеру, нашли нашего былинного героя Василия. Видно оценив его бойцовские качества, решили взять его хитростью, а точнее магическим ударом, который должен был оглушить и обездвижить будущую жертву на безопасном расстоянии. Вроде, все хорошо придумали и рассчитали, магическая формула была очень сильная и надежная, но в дело вмешался случай. Случай в виде оберега, который носил Василий на шее. Оберег, ему еще в детстве на шею повесила мать, которая уже тогда была сильной магичкой, а с годами сила оберега только увеличивалась, подпитываясь жизненной силой хозяина. В общем, подкрались, наши мстители к жертве, направили на него жезл, в котором была упакована магическая формула обездвиживания, и радостно представляя себе, как они будут расправляться с оглушенной жертвой, активизировали заклинание. Дальше события понеслись, как бешенный паровоз: оберег полностью принял и нейтрализовал действие магической атаки, но при этом он перегорел, и Василий принял на себя эхо остаточного магического фона. Этого хватило, чтобы у нашего богатыря упала планка, или, выражаясь научным языком, башню снесло напрочь. Нападающая сторона, выдала себя слегка ранними радостными криками, была замечена, на свою беду, разъяренным Василием. Наш герой не заставил себя долго ждать и стремительно приблизился на расстояние уверенного удара, где и произвел окончательный пересчет зубов и костей у бедолаг. Но, этим история не заканчивается, оказалось, что горе мстители, хотели показать свое геройство знакомым и друзьям. Известности им, блин, не хватало, ну, зрители толпой и накинулись на нашего богатыря. Как, потом выяснилось, Василий бился против двенадцати человек, десять из них принадлежали к 'клану торговли'. В итоге два убиты, еще трое на всю жизнь инвалиды, у остальных повреждения различной тяжести. От расправы на месте, Василия спас казачий патруль. Так уж получилось, что Краснознаменск всегда был казачьим городом, и патрулировали его, соответственно, казаки, а наш горе богатырь тоже был родом из казачьей станицы. Но в дальнейшем, ему это не сильно помогло, в дело вмешалась политика. 'Клан Торговли' и Казаки общий язык никогда не могли найти, но вместе им приходилось сосуществовать, одни продавали, другие покупали, а поскольку в некоторых вопросах 'клан Торговли' был монополистом, то спорить с ним было сложно. После быстрого разбирательства, атаман принял решение: виновника, то есть Василия, наказать и отправить его для отбывания наказания на каторгу в Драконьи горы. Тем самым обе стороны были удовлетворены, казаки не испортили отношения с торговцами, и сделали, как хотели торговцы - наказали виновника по всей строгости, так как Драконьи горы - это верная смерть. И одновременно дали Василию, хоть не большой, но шанс выжить. Тут ведь как: с одной стороны, рудники в Драконьих горах, это смертельно, но не сразу, может и выживет, пробьется в охранники или в мастеровые, человек с руками всегда найдет себе применение. А вот если бы Василия отправили бы в любую другую точку на карте этого мира, то длинные руки 'Клана Торговли' обязательно бы до него дотянулись. Тут уж как говориться без вариантов, и недели бы не протянул, а в Драконьих горах есть шанс, хоть и мизерный, но шанс. В Драконьих горах, не было представительства 'Клана Торговли', вся торговая деятельность велась через Краснознаменск, в который заходили караваны. На рынке Краснознаменска, происходил обмен драгоценных камней, редкоземельных металлов и прочих богатств Драконьих гор, на оружие, продовольствие, технику и каторжан - преступников, которых обрекли на каторгу. Поскольку караваны заходили редко и останавливались ненадолго, то информации о жизни по ту сторону гор было, мало. Драконьи горы, были последним рубежом человеческих поселений, за ними начинались земли, в которых жили аборигены этого миры. Рудники, на которые отсылали провинившихся, находились на внешнем склоне гор, прямо на нейтральной земле. Последний гарнизон объединенных сил людей, находился на вершине перевала, все северные предгорья были нейтральной территорией, а уж равнины просто кишели аборигенами, которых выдавили за горы объединенные силы, во время последней войны за территории.
  Заправляли на рудниках, некие братья Севастьяновы, старшего звали Егор, младшего Артем, как ни странно, но главным был младший брат. Севастьяновы появились в этом мире случайно, впрочем, как и многие до и после них.
  На дворе стояли лихие девяностые, время, когда у всех на слуху были такие слова, как: дань, разборка, стрела, развод, движение и братва. Молодые крепкие парни, спортсмены сбивались в команды, группы и облагали данью предпринимателей и кооператоров, которые как грибы после дождя появились на руинах плановой экономики. Ехали бравые братья со своими бойцами на разборку, на самую обычную 'стрелу', которую забили каким-то деревенским валенкам. Деревенские возомнили себя не понять кем, и решили, что можно, безнаказанно продавать лес-кругляк в городе, где именно Севастьяновы контролировали продажу древесины. Братьям платили дань все, кто продавал и ввозил в Челябинск лес, все! Причем, братья Севастьяновы не были, обычными отморозками, которые только и умели, что доить барыг, нет, они были умными и расчетливыми, особенно младший Артем, они понимали, чем больше зарабатывает барыга, тем больше он им заплатит, значит надо контролировать сбыт и не допускать в город конкурентов. А, тут появляются, какие - то деревенские пеньки, которые 'проваливают' в городе два полных лесовоз кругляка, причем очень дешево. Как же такое можно терпеть? Надо наказать, чтобы другим неповадно было, так бы сделали бы обычные рэкетиры, но Артем Севастьянов, решил сделать по-другому, он хотел подмять под себя деревенский леспромхоз. Севастьяновы давно планировали обзавестись, своей личной лесопилкой, но все как - то не получалось, а тут такой хороший шанс.
  Рано утром, в деревню Верхние Велки, со стороны Челябинска, должна была въехать колонна из шести легковых автомобилей. В машинах находились оба брата Севастьяновы и наиболее активные члены их группировки. В общей сложности двадцать четыре бойца. При себе у них было четырнадцать пистолетов, десять автоматов, ручной пулемет Калашникова и даже один РПГ-7. По задумке младшего Севастьянова, они должны были показать себя, во всей красе, чтобы деревенские пеньки, сразу поняли, что имеют дело с серьезными людьми. Но, как всегда, в дело вмешался, его величество случай, в лице аномального явления. Вместо того что бы повернуть в нужном месте, бандиты свернули не туда, и заехали в густой лес и провалились в иной мир. В мир За Чертой!
  В новом мире Севастьяновы пытались заниматься старым привычным для них делом: рэкетом и разбоем. Вначале, они хотели предложить свои услуги клану Торговли, потом пытались подмять под себя несколько деревень, потом на время исчезли из виду и всплыли уже по ту сторону Драконьих гор, где и организовали рудник. Рудник по началу добывал только золото и серебро, все добытое свозили караванами в Краснознаменск, где меняли на нужные им товары.
  Приходящие с рудника караваны, забирали всех несчастных, кого только могли, и из этого можно было сделать вывод, что на рудниках люди долго не живут.
  У меня был расчет на то, что я устроюсь охранником в караван, который курсирует между Краснознаменском и рудником. Но пообщавшийся с Петром, понял, что это мне вряд ли бы это удалось. Интересно, а как Щука мог мне помочь в этом вопросе? То, что он не врал, когда обещал мне должность охранника в рудничном караване, это я видел. Уж, ложь, я определял сразу. А после разговора с Петром я понял, что вряд ли Щука мог мне в этом посодействовать. А это, что означает? А, это означает, что Щука и вправду связан с караванщиками с рудников, но вот пускать меня к ним он никак не хотел. Поэтому, наверное, и послал на убой, к черному магу в гости. Если, все дело лично во мне, то это одно, а если дело в моей клановой принадлежности, то это совсем другое дело. А может Миша Щуков, понял, для чего, я хочу попасть с Драконьи горы? И поэтому он решил меня убрать, чтобы не дать мне закончить начатое дело. Но, это глупо, вместо меня придут десятки других. Если у Щуки не было времени прикинуть последствия такого шага, то он мог и поспешить, тем самым совершив ошибку. Неужели Щука, как-то связан с тем делом, которое я сейчас расследую? Вот это будет номер, если я общался с виновником взрыва на стадионе и этого не знал! Надо срочно послать сообщение, своим, о немедленной проверке Миши Щукова. А мне скорее надо в драконьи горы, нутром чувствую, что хозяева рудника тоже завязаны в этом деле по самую макушку.
   На счет, того как вызволить Василия, мы с Петром, придумали следующую комбинацию: меня, проведут к пленнику в камеру, там я его обстригу на лысо и сбрею бороду, а потом он просто переоденется и выйдет вместо меня, а я займу его место. Расчет ставиться на два фактора, во-первых, охрана тюрьмы Краснознаменска состояла полностью из казаков, и проблем с тем, чтобы туда попасть у меня не будет. Ну, и, во-вторых, человека, которого все знают и видят с обильной растительностью на лице, редко, кто узнает после того, как он эту растительность сбривают. Казаки и сами были готовы на то, чтобы заменить Василия, на кого-то другого. Но если просто подбросить в камеру труп и выдать его за Василия, то 'торгаши' обязательно, что-то заподозрят и начнут разбирательство, а добровольно поехать на рудники, дураков не нашлось. А тут такая удача, дурак нашелся. Дурак, который добровольно обрекает себя на смерть. Дурак - это я!
  За то время, что мы общались с Петром, я успел плотно перекусить, но чувство голода меня не покидало. Ох чувствую, что Клавдия, на пару с бабкой Нюрой, что-то там напортачили, в моей энергетике.
  - Клавдия, забыл, как вас по-батюшке, а не подскажите, что у меня за недуг был? И как вы его излечили? - обратился я к вошедшей в комнату целительнице.
  - Порча, очень сильное проклятье, смертельная штука, - с милой улыбкой произнесла Клавдия, глаза при этом у неё не смеялись и оставались серьезными. - Тебе повезло, что у тебя в энергетической оболочке была здоровенная дыра, причем очень старая, я так понимаю, что получил ты её в момент перехода в этот мир. Правильно?
  - Ну, вообще то, да, - удивленно протянул я. - А как свищ в оболочке помог мне с порчей?
  - В первое время через свищ, как ты выразился, ушло львиная доля темной волшбы, - ответила Клавдия. - Но и того, что осталось тебе бы хватило, чтобы сгнить заживо.
  - Так, это получается, что укус темных тварей, настолько опасен, что передает порчу? - усомнился я.
  - А причем здесь твари? Укусы темных тварей прекрасно нейтрализуются спиртом и серебром, они, конечно, опасны, но примерно так же, как и укусы обычных животных, - объяснила целительница. - Порча у тебя появилась совсем недавно. Ты в течение дня, ничего странного не ел?
  - Ах, вот в чём дело! - воскликнул я. - Ну, что ж спасибо, теперь я знаю, кто, мне теперь должен.
  Луза, сука! Пластический хирург, хренов! Увижу, убью! Значит, по замыслу Миши Щуки, я не должен был выйти живым из дома некроманта, а, может, и не было никакого некроманта? Уж очень все это похоже на подставу! Ладно, потом с этим буду разбираться, надо только поставить себе зарубку на память, что есть у меня не отплаченные долги!
  - Петр, в Краснознаменск будем телепортом перемещаться? Или, как? - спросил я у великана.
  - Да, телепортом, так быстрее! Времени мало, надо еще успеть тебе пару картинок набить, ну и немного лицо разукрасить, - как то, очень осторожно произнес Петр.
  - Чего? Каких картинок? Чем лицо разукрасить? - почуяв, что-то неладное, произнес я.
  - Ну, ты сам посуди, ты ж теперь казак. А, что это за казак без родовых наколок? Сделают тебе на правом плече 'шашку с булавой', и на груди 'солнце' - именно такие татуировки у Василия набиты.
  - Ну, если так, то ладно. А, что значит - лицо разукрасить, а?
  - Ну, как бы тебе сказать, Василя помяли немного. Согласись, будет подозрительно, если утром из камеры выйдет человек без единого синяка и кровоподтека.
  - Ну, вы блин даете! - только и смог произнести я. - Прям как в 'Двенадцати стульях', и тут Бендер почувствовал, что сейчас будут бить, возможно, даже ногами.
  - Бить буду сильно, но аккуратно, - голосом Папанова, произнес Петр.
  К вечеру мне успели сделать две татуировки: одну 'солнце' на левой стороне груди - у казаков символ мирной жизни, и вторую, на правом плече - 'саблю с булавой', это должно было означать, что казак готов взять оружие по первому приказу атамана. Свежие татуировки Клавдия намазала, каким-то пахучим отваром, и они на глазах состарились и выцвели, всем кто на них посмотрит, сразу становилось понятно, что набили их очень давно.
  С синяками и кровоподтеками решили просто: Петр позвал своих сыновей, и, указав на меня пальцем, сказал им, чтобы они меня немного помяли. Мне, просто так стоять и смотреть, было неинтересно, поэтому я первый и начал, тем более что физически я чувствовал себя вполне сносно. Возились они со мной недолго, минут пять. В итоге у меня появился синяк во всю правую половину лица, и еще куча мелких ссадин и кровоподтеков, а у одного из сыновей Петра, оказалось сломана рука, второй отделался небольшим растяжением голеностопного сустава. Клавдия, тут же намазала меня своим дурно пахнущим отваром, и синяки утратили былую свежесть. Потом, Петр еще долго кричал на сыновей, которые, по его словам, позорят не только себя, но и его, а еще, до кучи, и всех казаков их станицы, да, что там станицы, всего Мира! Вина бедных отпрысков состояла в том, что они вдвоем не могли справиться со мной и дали себя покалечить. Я на все это смотрел спокойно и умиротворенно, понимал, что сейчас проживаю последние спокойные часы, когда не надо себя держать в напряжении и можно не опасаться за свою жизнь.
  Во двор зашел Митяй, а следом за ним невысокий плотный мужичок с пышными усами. Митяй, свернул за сарай и исчез из вида, а второй подошел к нам. На вид, пришедшему, было лет сорок, сорок пять. С виду, новоприбывший, больше походил на сантехника. Знаете, такой, невысокий, чуть лысоватый, в сером замызганном пиджаке, ну в каждом ЖЭКе такой обязательно найдется. Вернее, он обязательно там работает и когда не нужно, постоянно попадается на глаза, а когда он тебе срочно нужен, никогда не найдешь. Не человек, а часть обстановки, мимо него можешь пройти несколько раз и не заметишь. И глаза у него были хитрющие, сразу видно, либо хитрец и ворюга, либо особист.
  - А вот и Александр Петрович пожаловал, - приветливо взмахнул рукой Петр. - Ну-с, господин подхорунжий принимайте клиента, расскажите товарищу, все, что известно о Драконьих горах. А я, пожалуй, пойду, проведу своих несмышленышей домой, надо их немного подлечить.
  - Здравствуйте, меня зовут Александр Петрович, я отвечаю за разведку и контрразведку, в этой станице, - представился усатый.
  Я так и знал, что особист, уж лучше бы он оказался местным сантехником.
  - Сергей, можно Серый, - протянул руку для рукопожатия я. - Ну, рассказывайте, во, что я вляпался, и что меня ожидает?
  - Очень точное определение - вляпались, и замете по личной инициативе, - как-то очень тихо, я бы даже сказал нежно произнес контрразведчик. - В связи, с чем возникает вопрос. Зачем вам это надо? Сразу уточню, чтобы не было недоразумения, в официальную версию о том, что вы это сделали в знак благодарности перед Клавдией за то, что она вас исцелила, я не верю.
  - Тогда у меня к вам встречный вопрос, а что будет, если я вам скажу не правду? Или нет, не так, для чего вам надо знать правду? Если узнаете, истинные причины не будете меня менять на Василия?
  - Эх, молодость. Все у вас должно быть прямолинейно. Поймите: неизвестность пугает. А лично я, если чего-то не понимаю, то меня это еще и раздражает. Представьте себе, такой вариант развития событий, мы удачно произвели обмен, вы уехали на каторгу, но во время транспортировки, кто-то обстрелял конвой, и при этом погибла пара заключенных, и вы в том числе. Как вам такой вариант? А все из-за чего? Только из-за того, что вы в свое время не захотели открыть истинных причин своего поведения.
  Я задумался, а ведь он прав, неизвестность пугает. Времени расспросить меня с пристрастием у них просто нет, я должен рассказать все сам. А если я случайно погибну, то казакам от этого выгода будет в первую очередь, ведь я единственный свидетель того, что Василий ушел от наказания. Когда я получал свое задание, то четкого приказа, о строгой секретности не было. Приказ я получал не от Князя, а лично от, её величества Горной Княжны, а кто с ней лично общался, тот знает, что обычно её приказы выглядят виде просьбы и достаточно вольно могут трактоваться, так, что рассказав сейчас контрразведчику часть правды, я теоретически прямого приказа не нарушаю. Может рискнуть?
  - Александр Петрович, как бы вам так объяснить, чтобы и прямого приказа не нарушить и удовлетворить ваше любопытство, - начал свой рассказ я. - О, а давайте я вам просто расскажу одну историю, тем более что она короткая и сильно я вас не утомлю.
  - Ну, что ж, истории я люблю, так, что милости прошу, - благосклонно кивнул контрразведчик.
  - Несколько недель назад, в Горном доме - столице Великого Горного Клана произошел взрыв. Взорвали трибуну на стадионе. В результате взрыва погибло несколько десятков человек. На стадионе тогда происходил футбольный матч, футболисты и зрители имели непосредственное отношение к боевым частям Горных стражей, причем, это были не обычные военные подразделения, это была элита войск Горной Княжны. Следствие по этому инциденту, до сих пор ведется, виновные не найдены, никто на себя ответственности не взял, ну оно и понятно, дураков нет, это же объявление войны, а воевать с Горным Кланом, не каждый решиться. В ходе следствия было выдвинуто несколько версий, по одной из них, ниточка тянется в Драконьи горы. Проверить эту версию мне и нужно, я должен был попасть в Драконьи горы несколько другим способом, но произошли некоторые изменения и, скажем так, мне пришлось искать другой способ туда добраться.
  - Ну, в целом, версия довольно правдивая, имеющая право на существование, - недоверчиво произнес контрразведчик. - Я примерно, что-то такое и предполагал. Не буду цепляться к словам, и спрашивать, как могут пересечься интересы Горного Клана и обитателей Драконьих Гор, которые находятся на расстоянии в пятьсот километров друг от друга. Ну, не хотите говорить и бог с вами. Сделаю вид, что поверил вам на слово. Итак, что вы знаете о Драконьих горах?
  - В, принципе, не больше, чем другие. Драконьи горы - это общее название большого горного массива, которые имеет продолжительность более тысячи километров, и тянется с востока на запад, в самой высокой точке около четырех тысяч метров над уровнем моря. Получил свое название, из-за того, что на его склонах были замечены летающие существа, довольно большого размера, предположительно похожи на мифических драконов. Что, еще? В ходе последней войны за территории, по вершинам Драконьих гор, пошла граница между землянами и коренными обитателями этого мира - терронами. Южный склон и вершины Драконьих гор наши, весь северный склон и все северные территории принадлежат терронам. Есть еще на северном склоне наше небольшое поселение возле рудников, которое, собственно, и называться каторгой Драконьих гор, там добывают алмазы, золото, серебро и платину. Рудник принадлежит частным лицам, которые ни к одному из человеческих кланов, себя не причисляют.
  - Все верно, у нас информации больше, но все равно не столько, сколько бы хотелось. Мы хоть и находимся рядом с Драконьими горами, и на казаков возложены обязанности по патрулированию и охране перевалов, но мы практически ничего не знаем, о том, как обстоят дела на рудниках.
  - Неужели не проводите разведку? Не пытались никого завербовать из конвоиров или солдат, которые приходят с конвоем? В жизни не поверю!
  - Проводить разведку на северных склонах гор затруднительно, там не протолкнуться от воинов терронов, они постоянно совершают нападения на наши заставы и блокпосты. А солдат из караванов, которые приходят с рудника, не отпускают за пределы лагеря. Они обычно становятся за городом, в чистом поле, разбивают лагерь и никого не выпускают за периметр. Покупатели приезжают к ним, весь товар привозят туда же, мы, конечно, пытались, но, во-первых, конвои приходят не очень часто, примерно раз в три-четыре месяца, а во-вторых, дисциплина у них просто железная, за малейшую провинность наказание, от порки кнутом до расстрела.
  - Да-а, дела! И случаев дезертирства не было замечено?
  - Ни одного! А самое странное, что конвои совершенно спокойно спускаются по северному склону. То есть терроны, просто пропускают караваны и дают им возможность спокойно добраться до своей базы, но при этом нам точно известно, что боевые действия там ведутся постоянно.
  - Понятно, что ничего не понятно. Мне надо будет, чтобы вы дали мне какой-то пароль, который я мог бы назвать на ваших заставах и меня бы немедленно пропустили бы.
  - Ну, с этим просто: я дам соответствующее распоряжение, а паролем может быть любая фраза, к примеру, числовой код, равный семи, часовой назовет любое число, а ты к нему прибавишь семь и дашь ответ.
  - Так просто, а не боитесь, что терроны захватят меня в плен и выпытают пароль?
  - Конечно, боимся, терроны - хитрые и коварные существа. Обычные пароли - ответы, они быстро перехватывают и запоминают, хотя, может им просто, кто-то в этом помогает. Ну, а с числовыми паролями, все сложнее, здесь должно быть элементарное знание математики, а это пока, слава богу, терронам не доступно.
  - Думаете, что это люди с рудника, им помогают, в обмен на безопасность передвижения? - недоуменно, спросил я. - Так прижали бы, их к ногтю, захватили бы их всех, во время очередного приезда.
  - Не выгодно, они продают свой груз, сравнительно дешево, а мы им оружие продаем, сравнительно дорого. Так уж сложилось, что торговлю с ними ведем только мы.
  - И как Клан торговли к этому относиться?
  - Как, как? Беситься, но ничего поделать не может. Это наша земля! Ну, если честно, то они и не сильно стараются перехватить торговлю. Здесь вообще, много чего непонятного, ну вот сам прикинь, рудник работает, меняет добытое на оружие, технику, продовольствие, причем, по объему закупаемых товаров и количеству людей, которые сопровождают конвои, наши аналитики сделали вывод, что закупаемого им едва хватает на свои нужды. Им этих запасов никак недолжно хватать на эффективную борьбу с терронами, но они как-то там живут и весьма успешно. Вопрос: как?
  - Скорее всего, сумели договориться с терронами, может, они им оружие отдают, в обмен на спокойствие? Или тех, кого берут здесь для каторги, отдают терронам в рабство?
  - Может и так, но оружия они берут не так много, чтобы осталось еще и на продажу терронам, - задумчиво произнес контрразведчик. - Здесь что-то другое, а что понять не могу, не хватает данных.
  - Время еще есть. Расскажи мне лучше о терронах, что о них известно? Ни разу с ними не встречался.
  - Я, с ними воевал, так что рассказывать могу о них долго, а у нас времени не так много - через час, будем тебя закидывать в Краснознаменск. Расскажу, только самое главное.
  Из рассказа контрразведчика я понял, что терроны - прирожденные войны, живут только войной, повадками очень похожи на земных кочевников - скифов и гуннов.
  Действуют небольшими мобильными группами, по семь - десять воинов. Перемещаются на верховых животных - чханах, как их называют местные. Чханы - что-то средне между быками и лошадьми, имеют небольшие рога, густую длинную шерсть, и довольно крупных размеров - как кони, породы тяжеловес. Туловище у чхана напоминает лошадиное, а голова, как у быка, только более вытянутая.
  Внешне терроны человекоподобные, те же; две руки, две ноги, одна голова. Ростом выше людей, средний рост больше двух метров, некоторые особи достигали роста до двух с половиной метров. Телосложение очень массивное. На голове, коленях, локтях и груди - костяные наросты. На голове костяной гребень, на локтях и коленях костяные бляшек, а на груди в форме широких пластин. Все это образовывало естественную защиту и помогало терронам в рукопашных схватках. На практике, проверенно, что костные пластины на теле террона выдерживают попадание пули пистолета Макарова. Можно сказать, что природа наградила терронов индивидуальной защитой, которая по своей крепости равнялась бронежилету второго класса.
   Понятие о красоте у терронов специфические, волосы на голове сбривались полностью, оставляли только те, что росли сразу за костным гребнем, эти волосы не трогали с момента рождения мальчика. Они отрастали длинными косами, и их окрашивали в разные цвета. Цвет волос определял клановую принадлежность. Лицо и голову, терроны, покрывали сплошным узором татуировок, по которым можно было определить количество поверженных врагов и какую ступень занимает в иерархической лестнице воин. Терроны физически очень сильные, очень быстрые и очень опасные.
  Терроны владеют всевозможным холодным оружием: ножи, топоры, секиры, сабли, ятаганы, копья. В общем, все, чем можно пользоваться в ближнем бою.
  Интересно было, что стреляющее оружие у них было несколько необычным. Ни луков, ни арбалетов у них не было. За то у них были - 'скетки', оружие стреляющие костяными стрелками. Полые деревянные палки, внутри которых располагались от двадцати до пятидесяти пятисантиметровых костяных стрелок. Стрелки, были вымазаны ядом и по форме напоминали игольчатые шипы, попадая в тело, они вызывали практически мгновенный паралич. Яд скетки к смерти не приводил, но обездвиживал жертву на длительное время. Количество стрелок зависело, от размера скетки. Костяная стрелка выталкивалась наружу с помощью магической энергии, внутри каждой скетки располагался кристалл запольный энергией, но кристалл был необычный, если его извлечь из скетки, то он рассыпался, прям на глазах. Некоторые считали, что скетки, были не куском дерева, а живым организмом, который высушили, а костяные стрелки были зубами. Пробивная мощь скетки довольно приличная - двухсантиметровую доску пробивала насквозь, максимальная дальность составляла, примерно метров двадцать. Скорострельность около двадцати выстрелов в минуту. По пробивной мощи, скетки могли соперничать с револьвером Нагана.
  У терронов имелись и свои маги, люди называли их шаманами. Шаманы владели стихийной магией и были большой редкостью среди терронов. Малочисленность шаманов - это одна из трех причин, по которым людям, удавалось сдерживать терронов. Остальные две причины: наличие у людей огнестрельного автоматического оружия и боевых магов, и чародеев.
  Терроны нападали группами по семь - десять всадников, наносили удар и если сразу не достигали успеха, то тут же уходили, в своем распоряжении они имели, неизвестное людям средство связи, было замечено, что если удавалось зажать группу терронов, то через некоторое время к ним на выручку приходили родственники. Известны были случаи, нападения терронов очень большими отрядами численностью до двухсот воинов.
  До сих пор не известна была их социальная структура, люди не видели ни одного лагеря терронов, ни одной особи женского пола, ни одного детеныша терронов, всегда и везде только взрослые воины. Из этого можно сделать вывод, что терроны искусно прячут свои селения или они находятся достаточно далеко и ни разу не попадались на глаза разведки людей. Пленные терроны ничего не рассказывают, а даже если бы и говорили, их бы все равно никто не понял, так как переводчиков не было и, что там говорят терроны, все равно никто не понимал, конечно, некоторые фразы, команды в бою, земляне научились различать, но не больше. Само слово 'терроны' по всей видимости, произошло от французского слова 'La terreur', что в переводе означает - ужас, из этого можно сделать вывод, что впервые люди встретились с терронами еще в середине девятнадцатого века, когда среди дворян было модно общаться на французском языке. Так же можно предположить, что, во-первых, ничем хорошим для людей эти встречи не заканчивались, и, во-вторых, что люди начали проваливаться в этот мир минимум двести лет назад.
  Не до конца было понятно и само происхождение терронов. По одной из гипотез: терроны - 'проваливались' в этот мир, так же, как и люди. В пользу этой гипотезы говорил тот факт, что строение тела терронов, было приспособлено под меньшую гравитацию.
  Разговор с контрразведчиком мы заканчивали уже по дороге в штаб. На улице было темно, ночь вступила в свои права. Штабом, гордо именовалась большая изба в центре села. В штабе было несколько комнат, в центре самой большой на полу разложили периметр телепорта. В соседней комнате собрался комитет по проводам, в лице Петра и Клавдии. Клавдия вышла нам на встречу, и, схватив меня за рукав, отвела в сторону.
  - Серый, учти, у тебя была большая дыра в энергетике. Я её залатала, и усилила твою оболочку, теперь ты сможешь скапливать очень большие запасы энергии! Постоянно тренируйся, сейчас твоя энергетика наиболее подвижна, и ты сможешь существенно повысить свой магический потенциал. Но, есть и минус, без постоянного контроля над собой, ты можешь стать энергетическим наркоманом. Будь осторожен! От обещания дать клятву я тебя освобождаю и так верю, что сделаешь всевозможное, чтобы заменить собой Василия. Удачи! - Клавдия поцеловала меня в лоб и перекрестила.
  - Мне бы, до вечера дожить, а не думать, о перспективе стать великим чародеем, - с усмешкой, произнес я. - Вы лучше посоветуйте, что сказать вашему сыну, чтобы он меня сразу послушал и выполнил все мои приказы. А то не поверит, что я ему добра желаю, да и разберет по винтикам, он же у вас подраться любит.
  - Он может, уж больно горяч! Скажешь, ему, что если он не согласиться выполнить твои требования, то ты достанешь молот, который его отец закопал, под кузницей, когда ушел на войну. Он все поймет!
  - Молот, говорите. Ну-ну, запомню. Ладно, давайте, пойду я, если все будет хорошо, то через пару часов Василий будет дома. Спасибо, еще раз за то, что излечили меня.
  Я повернулся спиной к целительнице и пошел в сторону большой комнаты, магическим зрением было видно, что линии телепорта наполнены энергией. Я стал в центр рисунка, рядом со мной оказался контрразведчик Александр Петрович.
  - Неужели ты думал, что я тебя одного отпущу, - ухмыльнулся работник плаща и кинжала, и, повернувшись в сторону Петра, крикнул: - Поехали!
  
  
  Глава 5
  
  
  Перебросило нас с контрразведчиком в большое помещение, которое использовалось как склад. Все окружающее пространство было заставленное ящиками и контейнерами. Только в центре была пустая площадка небольшого размера, где на полу нанесены линии телепорта. Место идеально подходило для засады, я даже мысленно представил себе, как, на пол падает свето-шумовая граната, и закованные в броню бойцы накидываются на нас со всех сторон. Картинка была настолько яркой, что я даже зажмурился на мгновение и помотал головой, чтобы прогнать наваждение.
  - Свои! - громко прокричал в темноту склада Александр Петрович, после его крика под потолком зажглись лампы. - Плохо прячетесь ребятки, наш гость, вас почувствовал, вон как напрягся!
  - Ведь, почувствовал? - повернулся в мою сторону контрразведчик. - Интересный, ты все - таки, экземпляр. Изучать тебя надо!
  - Сами себя и изучайте, - огрызнулся я. - Тоже мне, ученные нашлись! Вас, особистов, хлебом не корми, дай только честного человека в подвалах Лубянки замучить!
  - Ладно, проехали! Давай ближе к делу, - контрразведчик подошел к большому ящику, и, разложив на нем карту, стал вводить меня в курс дела. - Смотри внимательно: тебя проведут внутрь тюрьмы под видом священника, все это будет выглядеть так, как будто ты пришел остричь и исповедовать заключенного. Для некоторых делают подобное исключение. Ты обриваешь Василия и меняешься с ним одеждой, потом он вместо тебя покидает тюрьму, а ты остаешься в камере. Камера, одиночка, поэтому лишних свидетелей не будет. Твоя задача - как можно быстрее убедить Василия и сделать все без лишнего шума. Понял?
  - Понял.
  - Идем дальше. Утром тебя переведут из тюремной камеры в накопительный лагерь-фильтр. В фильтре собирают всех преступников, которым присудили каторгу, здесь их держат до приезда каравана с рудника. В фильтре будь осторожен, порядка там нет, сплошной беспредел. Накопительный лагерь - это последняя реальная возможность сбежать, поэтому народ там часто буянит и устраивает драки. Поскольку сейчас, только начало весны и снег еще с гор не сошел, то отправлять вас будут телепортом, поэтому, после лагеря-фильтра вас разделят на группы и закинут на перевал, там наша военная база 'Терек'.
  - Телепортом, на такое большое расстояние и такую прорву людей? - удивился я. - Да, они на вес золота выйдут. Кто за это платить будет?
  - Вы, господа каторжане и заплатите! Перед отправкой, у каждого из вас возьмут кровь, в среднем пол-литра с рыла. Как думаешь, этого хватит на то, чтобы закинуть среднестатистического человека на полсотни километров?
  - Более чем! Я бы даже сказал, что этого много. Кровяные телепорты, опасны, у них степень ошибки очень велика. Там кровь не успевает выгорать, и тот, кто идет следующим, рискует выпасть из этой реальности.
  - Да, кто о вас, каторжанских мордах, думать будет? Зато, это самый дешевый и быстрый способ доставить вас на перевал. А, на счет того, зачем так много крови берут, наши аналитики предполагают, что лишняя кровь им нужна для проведения ритуала подчинения, иначе и не объяснишь отсутствие дезертиров и перебежчиков.
  - Подожди, что-то я не понял, если дороги в горах еще закрыты, то, как сюда прибудут покупатели с рудника?
  - Легко! Прыгнут сюда телепортом, их обычно не много, человек двадцать, и груза у них с собой тоже не много - пару ящиков. У них же там драгоценные металлы, им много места не надо, - контрразведчик посмотрел на часы. - Надо спешить времени мало. Через два часа наш человек в тюрьме смениться.
  Александр Петрович прошел вглубь склада, уверенно петляя между ящиками, он явно хорошо здесь ориентировался, было видно, что бывает здесь часто. Я молча плелся за ним, на душе было муторно и зябко. Одно дело лезть под пули, рисковать своей жизнью, быть, как говориться на острие атаки, и совсем другое дело, участвовать в закулисных интригах и непонятных игрищах. Я солдат, я привык, что в этом мире все должно быть просто, просто как устройство лома. Знаете, почему лом практически невозможно сломать? А, потому что, он состоит всего из одной детали - металлического прута. Чем проще устройство, тем оно надежнее.
  В этом мире, я уже седьмой год, и все это время, для меня все понятно - здесь свои, там чужие. А сейчас, мне предстоит надеть на себя чужую личину и изображать другого человека. Я просто не готов к этому, меня этому не учили, здесь должна быть особая психоэмоциональная подготовка. Я ведь не шпион, я - боевик!
  Когда Горная Княжна вызвала меня к себе и предложила выполнить особое задание, я даже не сомневался. Во-первых, предложения Горной Княжны всегда расценивались как приказы, а во-вторых, после того как во время взрыва на стадионе, погибли четверо из шести моих подчиненных, а двое выбыли из строя навсегда, из-за очень серьезных ранений, то мне хотелось что-то сделать, куда-то бежать, в кого-то стрелять. Я очень хотел найти тех, кто стоял за взрывом, тех, кто убил моих ребят, вцепится этим тварям в глотку и выдрать её, к чертям собачьим.
  Готов ли я пойти до конца? А если ничего не получиться, если мне не удастся даже добраться до хребта Драконьих Гор? Слишком длинный путь мне предстоит, слишком много препятствий необходимо преодолеть. А с другой стороны, что мне терять? Жизнь? Так я и раньше не очень мирным делом занимался, привык, что старуха с косой всегда за моей спиной стоит.
  - Чего задумался? Боишься? - неожиданно громко, раздался рядом, голос контрразведчика.
  Я так сильно занялся самокопанием, что не заметил, как мы вышли на улицу. Ночь была тихой и звездной.
  - А где сторож? - удивился я. Мне казалось, что такой огромный склад должен хорошо охраняться.
  - Спит, наверное, в своей коморке. Это же сторож, - равнодушно пожал плечами контрразведчик.
  - Они - представители древнейшей профессии... Они спят за деньги... Они - сторожа, - понимающе произнес я.
  На улице стоял УАЗик, выкрашенный в серый цвет с какой-то непонятной эмблемой на борту, на эмблеме был изображен щит, на котором скрестили саблю и алебарду. Александр Петрович сел в машину, я залез следом. УАЗик пропетлял немного по городу, и остановился у высокого глухого забора, вверх которого был обильно укутан колючей проволокой. А вот и местная каталажка. Возле забора нас уже ждали - высокий одетый в камуфляж казак, с АКМом на плече, и свисающим из-под фуражки чудом. Он проводил нас внутрь. Мы зашли в двухэтажное кирпичное здание с заднего хода, сразу почувствовалось, что мы попали в казенное помещение, этот специфический запах ни с чем не спутаешь. Контрразведчик остался возле входной двери, я пошел дальше один следом за чубатым казаком. Пройдя по темным коридорам, мы вышли из здания, прошли через двор и подошли к отдельно стоящему невысокому зданию, по всему фасаду там располагались металлические двери с небольшими окошками на уровне головы, мой проводник открыл дверь.
  - У тебя есть две минуты, - нервно озираясь, по сторонам произнес провожатый.
  Я вошел в низкую дверь, темная сырая комнатка, размером два на три метра. На полу лежало, какое-то тряпье, в углу, свернувшись калачиком, спал человек. Больших размеров, надо сказать человек!
  - Рота подъем! - зычно крикнул я.
  Спящий подорвался с пола, так, как будто, его подкинули на батуте.
  - Что!? Кто!?
  - Ну, здравствуй! Человек - проблема! Танцуй, я пришел тебя заменить! Быстро раздевайся, будем меняться одеждой, - улыбаясь, в тридцать два зуба, произнес я (на самом деле зубов у меня немного меньше).
  - Что-о-оо? Ты кто такой? - Василий нахмурился и сжал кулаки.
  - Понятно, твой мозг вычислил нехитрую, логическую цепочку: ночь, тюрьма и мое предложение раздеваться. Так? Не бойся, малыш, ты не в моем вкусе! - все, также улыбаясь, произнес я. - Повторяю, для особо ушибленных мозгом работников молота и наковальни, я пришел тебя заменить в тюрьме. Мы сейчас меняемся одеждой, я остаюсь в твоей камере, а ты в моей одежде выходишь на волю, и через час, уже пьешь чай рядом с мамкой. Понял?
  - Почему я должен тебе верить? А вдруг это подстава? - шепотом спросил Василий, видно было, что он очень хочет верить, что это правда, но очень боится поверить в это.
  - Господи, ну за, что ты меня наказываешь общением с такими тупыми людьми, - я притворно вздохнул, и поднял взгляд к потолку. - Следи за моими губами, второй раз повторять не буду. Если ты меня не будешь слушать, то я достану тот молот, который твой отец закапал под кузницей, когда уходил на войну. Понял?
  - А!? Как? Откуда? - потрясенный услышанным, Василий начал заикаться.
  - Давай раздевайся, не тупи! Времени мало! - прошипел я на него, снимая свою одежду.
  Я быстро скинул с себя куртку и свитер. Василий снял с себя всю верхнюю одежду и остался в одних трусах, видя, что я перестал снимать одежду, он вопросительно посмотрел на меня.
  - Сиди спокойно, щас я тебя брить буду. Налысо! - спокойно произнес я. У Василия глаза удивленно расширились. - Не спорь, так надо, борода и чуб обратно отрастут. Наверное!
  Подняв с пола миску, в которой плескалась вода, я вылил часть на голову, а часть на лицо Василия. Потом достал из кармана заранее приготовленный одноразовый пакетик шампуни и пластиковый бритвенный станок. Быстро намылив голову и бороду шампунем, точными, и не особо бережными движениями, сбрил чуб и бороду. Остатками воды, смыл пену с головы казака, порезал я его, конечно, нещадно. А, что делать, чай не в парикмахерской!
  - С вас три рубля за стрижку, - сказал я, снимая с себя оставшуюся одежду.
  Василий надел мои вещи, а я его тряпье, обувью тоже поменялись, его ботинки были мне велики, хотя может так мне только показалось из-за того, что шнурков не было.
  Без бороды и чуба, на меня смотрел совершенно другой человек, лицо худощавое, нос заострен, какого цвет глаза не разобрать. На меня, он, конечно, похож был мало, но расчет ставиться на то, что особо придираться никто не будет.
  - Зачем тебе это надо? - спросил Василий, когда застегнул последнею пуговицу на бывшей, когда-то моей куртке.
  - Вась, шел бы ты, а! Этот вопрос, я сам себе задаю. Тебе не все равно, зачем? Так надо! Иди!
  - Звать то, тебя как, спаситель?
  - Василием, теперь меня зовут! Иди! Хотя, подожди, дай сюда бритву, надо же себе малость кожу попортить, а то как-то не правдоподобно выглядит моя лысая башка, без следов от бритвы. Да, и не забудь мои ботинки отдать, тем, кто тебя встретит. Я очень надеюсь, что они смогут мне их обратно вернуть.
  Я несколько раз, тщательно провел станком по голове и подбородку, хоть, в таких антисанитарных условиях и не хотелось оставлять открытые ранки, может ведь и нагноения быть, но выбирать не приходилось.
  Дверь за Василием закрылась. Замок щелкнул, и камера погрузилась в темноту. Я остался один. Времени было - три ночи, можно было еще поспать, именно эти я сейчас и займусь. Как говорится в старой солдатской истине: солдат спит, служба идет.
  
  
  
  
  
  Сон никак не шел, в голове вертелись мысли, множество мыслей, да еще и есть хотелось. Все было против того, чтобы я вздремнул пару часов. Сев спиной к стене, решил немного поэкспериментировать с магией. Честно говоря, магом я был никаким, так по мелочи, кое, что мог делать, то, чему научили во время подготовки в учебном корпусе Горных стражей. К, примеру, мог переключать зрение в магических режим, тогда я видел ауры всех живых, видел энергетические потоки, видел чёрную хмарь, которая окружает приспешников темных сил. Еще мне были доступны, некоторые простые заклинания бытового назначения, а так весь магический арсенал заключался в использовании артефактов, амулетов и оберегов. Для того чтобы работать с магической энергией, необходимо было уметь концентрировать и направлять, эту самую энергию. Направлять и работать с энергией я умел, а вот накапливать её и держать в себе у меня не получалось. Происходило это из-за того, что в моей энергетике были прорехи, через которые энергия и уходила. Когда люди узнавали, из-за чего я получил дыры в ауре, то они очень удивлялись и называли меня счастливчиком.
   Намного позже я понял, как сильно рисковал впервые минуты пребывания в новом мире. Попал я в новый мир до обидного банально: шёл себе человек по лесной дороге, никого не трогал. Так как те, кто, его до этого трогали, уже как полчаса остывали в километре севернее, у развороченной взрывом иномарки. Правда, следует уточнить, что человек скорее не шел, а с трудом брел, еле-еле переступая ноги. Нормально идти мешали огнестрельные ранения: одно в плечо на вылет, а другое, касательное, в ногу. Ну, и вот идет себе человек никого не трогает, а потом спотыкается об камень, который предательски торчал из земли, и вот уже покатился человек в обрыв, а когда очнулся, обнаружил себя лежащим в кустах. И началось с ним твориться что-то не понятное, деревья и кусты, почему-то не ярко зеленые, как и должно, быть, в начале лета, а желто-красные как в середине осени. Раны на теле перестали кровоточить и затянулись. Только неприятный зуд, мог служить доказательством того, что раны все-таки были, но каким-то странным образом организм сам себя вылечил. Ну, а дальше все было еще хуже и одновремнно веселее - начались галлюцинации: мимо на полном скаку пронеслись двое всадников, на поясе одного болтался меч, а к седлу был прикреплен арбалет, при этом он был одет в джинсовую куртку и спортивные штаны с эмблемой 'NIKE'. Это еще ладно, можно хоть как-то объяснить, ну поехал пацан покататься на лошади, ну, нацепил на себя металлолом, может он при этом воображает себя Робин Гудом, но когда на полном скаку развернулся и метнул за спину сгусток огня, который появился из ниоткуда, прямо у него на ладони, я понял - это глюки, и они пришли за мной! Клубок огня улетел дальше по дороге и скрылся за поворотом, стремительно уменьшаясь в размерах.
  Все ясно - меня просто сильно стукнуло по голове, во время падения в овраг и у меня бред. В пользу этой версии, о галлюцинациях, говорило еще и то, что с моим зрением творилось, что-то не понятное: все предметы вокруг выглядели какими-то размытыми, и их окружала непонятная разноцветная дымка. А от пронесшихся мимо меня по лесной дороге всадников, остался четкий зеленый след, который висел в воздухе, в виде светящегося тумана. Эта светящаяся зеленоватая дымка так меня привлекла, что я подошёл к ней, вплотную и попытался ухватить её рукой. Конечно, у меня ничего не получилось, но рукой я почувствовала легкое тепло и покалывание. При этом дымка изменила свое течение и отвернула в сторону. Это было так интересно и необычно, что меня это жутко позабавило. Я сразу забыл обо всем вокруг и начал резкими движениями рисовать в воздухе из зеленой дымки всякие фигуры.
  А потом, увидел, как по дороге приближается волна ярко красного тумана, при этом меня она начала обтекать с разных сторон. Я развел руки в разные стороны и красный туман остановился перед мной, он клубился и сгущался, от него становилось почему-то холодно, это было странно, так как от зеленого мне становилось тепло, что в целом было приятно, а от красного тумана, почему-то разливался отчетливый холод. А потом, из-за поворота дороги появились новые персонажи моих галлюцинаций - пятерка огромных существ похожих на волков, размером они были с тигра. А я, как дурак, стоял на дороге и сгущал перед собой красный туман, от холода, который обжог мне руки, я закричал, первые два волка прыгнули прямо на меня, но, когда они достигли клубов красного тумана, что-то резко громыхнула и окружающий мир погас. Так и произошло для меня знакомство с этим миром, и с магией. Как мне потом объяснили, я - 'перегорел'. Мой нетренированный организм, просто не выдержал магического напора, и моя аура - 'порвалась' во многих местах. Спасли меня тогда, от смерти, вернувшиеся всадники, которые оказались конным дозором Горных Стражей.
  Решил я заняться своим магическим развитием. Делать все равно нечего, спать не хотелось, а так, хоть польза какая-то будет. Начал я с того, что долго пробовал напрягать зрение. Входил и выходил из магического спектра, пытался изменять напряжение глазных нервов, подпитывал энергией. Ничего не получилось, только голова разболелась. Потом, я пробовал медитировать, удобно устроившись на полу. Я отогнал от себя лишние мысли, дышал ровно и пытался ни о чём не думать, но получалось не очень хорошо. Так и не войдя в релакс, уснул.
  Проснулся, от шума за окном - кто-то громко кричал. Кричавший скрупулезно объяснял какому-то сыну осла, от кого тот произошел, почему так вышло, и что он сделал бы с этим ослом, всеми его родственниками, и если осел, немедленно не ответит на его вопросы, то угрозы сексуально характера будут выполнены немедленно.
  Подойдя к двери и посмотрев в зарешеченное окошко, увидел, что на крыльце здания стоит краснолицый полный мужчина, который кричит и машет руками на стоявшего напротив него, молодого парня. Кричавший, был низкого роста, с короткими толстыми ногами. Одет, коротыш, был в мундир синего цвета, лампасы и околыш на фуражке были ярко-малинового цвета, судя по пагонам, он был в звании есаула. Молодой парень, стоявший напротив него, был выше ростом и поэтому было смешно смотреть, как он горбиться под криками есаула. На лацкане мундира есаула блестел какой-то значок. Мне стало интересно, что это у него там висит на кителе. Я напряг зрение, и вдруг, увидел есаула настолько близко, как будто, он стоял от меня в паре метров. Чуть напрягшись, мне удалось приблизить взгляд, почти в плотную, и я рассмотрел мундир кричавшего, в мельчайших подробностях. Я увидел не только привлекший мое внимание значок, но и мелкие пятна на мундире и даже саму текстуру ткани, так как будто я рассматривал все это с помощью увеличительного стекла. Закрыл глаза, открыл, попробовал еще раз усилить зрение. Есть, получилось! Значок, кстати, оказался типичным фрачным знаком Союза Казаков России, в серебряном оформлении. И все это я разглядел с расстояния метров в пятнадцать. Теперь, у меня есть свой собственный бинокль и микроскоп в одном флаконе, а точнее в глазе. В течение ближайшего часа, я занимался тем, что тренировал свое 'сверхзрение' (это я так окрестил свою новую способность).
  Ближе к полудню обо мне вспомнили, в камеру зашли сразу три человека, уже знакомые мне краснолицый есаул, его молодой подчиненный, которого есаул называл ослом и еще один молодой казак, с пагонами старшего урядника. Я только, было хотел изречь какую-нибудь колкость в адрес есаула, но подумал, а как бы себя повел мой предшественник Василий? Вот, верно говорят: 'умная мысля, приходит опосля'! Надо было раньше догадаться и расспросить у матери Василия, как он себя обычно ведет, с посторонними людьми. Ладно, лучше, буду молчать, как партизан на допросе.
  - Это, что такое? - есаул удивленно уставился на меня. - Тебя, кто обрил?
  Вот, он момент истины, поверит ли красномордый, в то, что перед ним Василий. Если не поверит, придется, срочно подаваться в бега!
  - Кто, ночью дежурил? - этот вопрос есаул адресовал молодому казаку, в пагонах старшего урядника. - Совсем охренели? Кто разрешил?
  - Ночью, сотник Рябовол дежурил, он родом из той же станицы, что и этот хлопец, - старший урядник тыкнул в меня пальцем. - Видно, священника приводили, чтобы он его остриг.
  - Что, решил чуб сбрить и матери передать, чтобы хранила? - есаул повернулся в мою сторону. - Чего молчишь? Гордый? Ну-ну?
  - Так, что вызвать из дома сотника Рябовола? - неуверенно, спросил у есаула старший урядник.
  - Нет, я сам с ним, потом разберусь, - сквозь зубы произнес есаул, от злости он покраснел еще больше. - Эти 'родовые', со своими обычаями, достали уже!
  Эх, все, как всегда, типичные казачьи разборки! Для посторонних казаки единый сплоченный организм, а если заглянуть внутрь, то видишь, что внутри организма протекают болезненные процессы. Нет настоящего единства внутри казачьего организма. Казаки были одни из первых, кто начал массово заселять этот мир, это было еще в двадцатых годах, когда по просторам старой Российской Империи бушевала Гражданская война. И вот, эти первые поселенцы, принесшие в этот мир свои устои и традиции. Они, не избалованные комфортом и техническим прогрессом конца двадцатого века, не всегда находили общий язык с теми, кто пришел в этот мир в конце двадцатого, начале двадцать первого века. Открытой конфронтации не было. Пока! Но, умные люди понимали, что первые казаки, которые себя называли - 'родовые казаки', не смогут никогда принять в свои ряды недавно пришлых, которые себя называли, то же, казаками. Ведь современное, российское казачество, образца девяностых - двухтысячных годов, больше похоже на клоунаду и театр абсурда. Пока конфронтации не было, у 'родовых' казаков были свои военные подразделения, у обычных, или как они себя называли 'строевые' казаки, были свои подразделения. Столицей родовых казаков был - Краснознаменск, столицей строевых казаков был - город Плужник, который находился на территории Торгового клана. Но поскольку, службу по охране Драконьих гор, оба вида казаков несли одновременно, то в Краснознаменске, который был ближайшим к Драконьим горам большим поселением, строевых казаков хватало с головой.
  - Руки, за спину, - приказал мне, второй, молодой боец, доставая из кармана наручники.
  Я завел руки за спину, и подошел к вошедшим, один зашел ко мне за спину, и защелкнул мне на запястьях стальные кольца наручников.
  - Давай, шагай за мной! И смотри мне, без выкрутасов! - прорычал мне на ухо есаул.
  Так мы вчетвером и вышли из камеры: впереди есаул, я за ним, а за мной оба молодых бойца. У есаула из оружия были - пистолет ТТ и сабля, у молодых казаков были СКСы. Если бы мне захотелось совершить побег, то при таком раскладе можно было бы попробовать, вояки, из этих ряженных, так себе, сразу видно, те, что шли сзади, даже не удосужились, дослать патроны в патронники, а есаул пока из кобуры выцарапает пистолет, его раза три успеют убить. Видно, что служба у них здесь не пыльная, расслабились.
  Прошли мы через весь двор и остановились возле, непонятного деревянного сооружения, которое чем-то напоминало пыточную дыбу.
  - Давайте, сынки! Вяжите этого злодея, - есаул отошел на пару шагов назад и вытащил пистолет, снял его с предохранителя и направил его в мою сторону.
  - Это, чего вы задумали? - произнес я, первые слова за это утро.
  Мне, что-то очень не понравилось это деревянное сооружение, да и взгляд у есаула, был какой-то плотоядный. Глаза вон как блестят, предвкушает, что-то гад. Я только хотел лягнуть ногой ближайшего ко мне охранника, но тут он отпрыгнул в сторону, в голове у меня взорвалась граната. В глазах потемнело - я потерял сознание.
  Очнулся от чувства, будто, в моей голове, висит целая колокольная звонница, и сейчас на ней проходит соревнование на самый громкий звон. В висках стучало так, что было больно даже думать. Именно, в такие моменты жалеешь, что очнулся от беспамятства, уж лучше бы и дальше продолжал валяться в отключке. С трудом открыв глаза, тут же зажмурился от яркого света, бьющего в глаза. Я чувствовал, что лежу на бревне, а мои руки и ноги связаны, так крепко и туго, что я совершенно не чувствую их. Звон в голове неожиданно стих, я облегченно выдохнул, сквозь плотно сжатые губы. И вдруг, острая боль пронзила плечо и левую половину груди, мой громкий крик разнесся над тюремным двором, в нос ударил острый запах сгоревшей плоти, и я опять погрузился в темную пучину беспамятства.
  Во второй раз я очнулся от ощущения холода. Жуткого холода. Своего тела практически не чувствовал, меня била крупная дрожь. Руки и ноги были свободны, кое-как подтянул ноги к груди, попробовал свернуться в позу эмбриона, но тело совсем затекло и не слушалось. Осмотревшись вокруг, увидел, что лежу в темном помещении, на бетонном полу, куртки и свитер на мне нет, я был только в штанах, носках и майке. Майка на мне была разорвана и в двух местах прожжена, а на коже были два больших ожога, один на плече, а второй на груди. Ожоги были в тех местах, где раньше были татуировки, которые мне сделали, чтобы я был похож на Василия. Интересно, зачем им это понадобилось? Казалось бы, казаки, должны с уважением относиться к своим знакам различия, а родовые татуировки - были именно такими знаками различия. А здесь, такое пренебрежение к традициям, ведь явно старались убрать именно татуировки, причем, не, просто вывести, а именно выжечь, чтобы и следа не осталось. Да, когда же это прекратиться, все вокруг так и норовят побольнее меня ранить и изувечить!!!!
  Холодно было, до жути. Все тело била крупная дрожь, зубы стучали так сильно, что стук было слышно и за пределами тюремной камеры. Чтобы хоть как-то согреться, начал заниматься физическими упражнениями: махал руками, приседал, отжимался. Кое-как разогнал кровь по венам и немного согрелся. И только сейчас, понял - каким был дураком только что. Ведь мне теперь подвластно управлять своей внутренней энергетикой, и вместо того, чтобы магическим способом разогнать кровь по жилам и согреться, я как последний дурак махал руками и ногами. Я сел на пол, закрыл глаза и начал равномерно дышать, успокаивая дыхание. Войдя в единый ритм со своим дыханием, мысленно открыл глаза и включил магическое зрение, но вместо обычной картинки окружающего мира, которая должна была появиться, не было ничего, одна тьма.
   Черт! Что это значит?
  Попробовал еще раз. Ничего не получилось!
  Попытался включить свое сверхзрение. Опять ничего! Да, что же это такое?
  У меня, что пропали магические способности? Я подскочил на ноги и начал ходить по камере из одного конца в другой. Вот, ведь не везет, так не везет. Только я начал привыкать к своим новым возможностям, как меня - бац, и лишили их. И только тут я понял, что во время своим магических упражнений у меня начинало сильно болеть в плече и груди, как раз в тех местах, где были раньше татуировки, а теперь ожоги. Значит ожоги, и отсутствие магических способностей как-то связано.
  - Что, сынок, волшбу творить, не получается? - раздался из темноты камеры хрипловатый голос, с оттенками какого-то мурлыканья.
  Сказать, что я испугался, значит, ничего не сказать, я просто ошалел от страха. От неожиданности, подпрыгнул так высоко, что чуть не проломил себе голову об низкий потолок. Сзади кто-то был! Я точно знал, что пять минут назад, в камере был один. Я ее обошел всю вдоль и поперек, много раз, не было там никого. Развернувшись в сторону, из которой раздался голос, я встал в боевую стойку, подняв сжатые в кулаки руки на уровень глаз.
  - Кто здесь? - произнес тихо я, пятясь назад. Надо, как можно быстрее увеличить расстояние между мной и неизвестным невидимкой.
  - Кто, кто? Конь в пальто! - проскрипел все тот же голос. - Боишься? Это хорошо!
  - Слышь, ты - лошадь в одежде! Появись! - страх улетучился, на смену ему пришла злость. - Ну, что боишься? Покажись!
  - Ладно, смотри! - раздался голос у меня за спиной.
  Я резко обернулся и отскочил назад. У меня за спиной была кирпичная стена, там никого не могло быть, только тень. В камере было темно, освещалась она только через маленькое окошко в двери. Тени в углах камеры зашевелились и начали собираться в один большой темный клубок, тьма кружилась и перетекала, собираясь в плотную фигуру. Я заворожено смотрел на пляски теней, а моя рука все сильнее сжимала серебряный крестик на груди. Тени сгустились до состояния плотного черного клубка, а, потом, вдруг опали на пол чёрной дымкой и исчезли. На том месте, где только, что вилась тьма, сидел кот, обычный серый кот.
   - Ты, рот закрой, а то душа вылетит, не поймаешь, - нагло таращась на меня, произнес кот.
  - А, э-э? - только и смог промычать я, не веря своим глазам.
  - Никогда не видел говорящего кота?
  - Нет, не видел. А ты кто?
  - Удивляюсь, я вашей человеческой тупости! А так, что не видно, кто я? Я - кот, а точнее представитель семейства кошачьих, по латыни это звучит как - Félis silvéstris cátus, - кот, умылся передней лапой, и продолжил: - Ничего, что я с тобой разговариваю на иностранном языке, который вы люди, считаете вымершим?
  - То, что ты кот я вижу. И ты это...ты сам тупой. Понял! - я, наверное, еще сплю, или у меня галлюцинации.
  - Ладно, не буду больше испытывать твое терпение, а то ты еще в обморок упадешь или умишкой тронешься. Я - твой персональный Даймон.
  - Кто? Демон!?
  - Что такого слова то же не знаешь? Даймон - это, как ангел хранитель. Понял?
  - Мне, эта ваша демонология, вот где сидит, - в подтверждение своих слов я рубанул рукой по горлу. - А скажи мне, демонокот, с чего это такое счастье на мою голову свалилось, а? Персональный ангел-хранитель?
  - Попросили за тебя. А ты, что против? И, не называй меня демоном. Хорошо?
  - Кто за меня просил?
  - Очень хорошие и уважаемые в этом мире люди, - уклончиво ответил кот.
  - Кто? - продолжал настаивать я.
  - Это так важно?
  - Да!
  - Горная Княжна! - промурлыкал Даймон, - Доволен? А теперь мне необходимо попасть внутрь твоего тела.
  - Чего!? Ты, что совсем умом тронулся? - на всякий случай, я сделала шаг назад, и приготовился отразить нападение наглого котяры, - лично мне не нужны лишние внутренние органы виде блохастых кошек!
   - Я так и знал, что к таким неотесанным и замшелым индивидуумом как ты надо являться в образе ангела с крыльями и арфой под мышкой, - вздыбив шерсть, проворчал кот. - А лучше всего спуститься с неба в столбе света.
  - Мне, абсолютно фиолетово, как ты выглядишь, я не позволю, чтобы в меня кто-то вселялся! Понял! Кошак, ты облезлый!
  - Ну, что ж не хочешь по-хорошему, сделаем как всегда! - вредный котяра, аж сморщился весь, от удовольствия. - Клятвой, данной на крови, я призываю тебя к подчинению, Серый Воин Вьюги!
  Меня парализовало, я застыл, как манекен с приоткрытым ртом. Клятву верности произнес, чертов котяра, хотя следует признать, если она подействовала, значить у него и правда, есть полномочия вселиться в меня.
  Кот присел на задние лапы, поерзал хвостом по полу, и сильно оттолкнувшись от земли, прыгнул на меня, не долетев нескольких сантиметров, он исчез в воздухе. Мой паралич прошел, я обессилено повалился на пол. Перед глазами плавали радужные пятна, голова кружилась, и содержимое желудка просилось наружу. Едва успел перевернуться на бок, когда меня стошнило.
  Корчило меня на полу страшно - судорогой свело все мышцы, а из недр желудка на пол извергались черные потоки маслянистой жидкости. Когда меня перестало выворачивать, сил хватило чуть отползти в сторону, подальше от лужи чёрной блевотины, и тут же забыться тяжелым сном.
  Снилась мне всякая чертовщина, сон был тревожный и какой-то липкий, тягучий. Проснулся я, как это ни странно, легко и чувствовал себя отлично. Тело не болело, голова была ясной и чистой, как слеза младенца. Оглянувшись вокруг, внимательно осмотрел пол камеры, и, не заметив на полу никаких темных пятен и луж, понял, все, что со мной вчера произошло, было плодом моего больного воображения. Ух! Аж, от сердца отлегло! Присниться же чушь всякая: говорящие коты, ангелы - хранители, демоны или Даймоны, короче, чушь всякая!
  Сделав руками пару маховых движений, я понял, что организм так и бурлит энергией, хочется каких-то действий, движения. Я начал разминаться: прыгал на месте, приседал, отжимался от пола, махал руками и ногами, качал пресс. Прозанимавшись около часа. Я с удивлением осознал, что ни капли и не устал, организм по-прежнему был бодр и полон сил. А вот это уже интересно, раньше я за собой особых способностей к спорту не наблюдал, нет, конечно, в силу своей работы, я был неплохо подготовлен физически, но спорт - это не мое. А тут, отжимаюсь от пола, и на руках, и на кулаках, и с хлопком, я даже не вспотел. Удивительно! А, ведь только вчера, еле передвигал ногами, когда плелся через заснеженное поле, в обнимку с двумя автоматами.
  В двери загромыхал отодвигаемый засов и в камеру зашел сотник Рябовол. Он удивленно посмотрел на меня, но ничего не сказал, подошел поближе.
  - Значит, слушай вводные данные, - шепотом произнес он. - Вечером тебя перекинут в накопительный лагерь, местные его называют - 'Копилка смерти' или просто 'копилка', там ты пробудишь несколько дней. Потом всех, кто останется в живых заберут на рудники.
  - Что такая высокая смертность в накопительном лагере, - решил уточнить я. - Плохо кормите или плохо следите за порядком.
  - Все вместе. Скудное питание, большое количество людей в ограниченном пространстве, постоянные драки, очень много случаев суицида. Те кто попал в накопительный лагерь - приговорены. Им деваться некуда, дорога только одна - рудники в Драконьих горах. Сам понимаешь, в такой обстановке выжить очень трудно. Это, ведь, даже не тюрьма, с её законами и понятиями, там хоть какой-то есть порядок и иерархия. Это намного хуже.
  - Отлично! Очень утешительное заявление, - со стоном произнес я. - Практические советы какие-то будут? Может, с полезными людьми сведете?
  - Совет только один - держись. Лучше всего, сразу влиться в какую-нибудь организованную группу лиц. Обычно формирование идет по клановой принадлежности. Ты же у нас по легенде казак, вот и ищи своих соплеменников. Хотя, конечно казаков очень мало, зато очень много тех, кто оказался в лагере благодаря таким как ты. Поэтому, лучше тебе сразу сколотить группу вокруг себя, или захватить лидерство в другой группе. Но сделать тебе это надо за один день, иначе, всю ночь придется бодрствовать. Самое большое количество убийств, приходится на темное время суток.
  - Оружие, амулеты, хоть что-нибудь полезное дадите?
  - Нет. Во-первых, тебя перед отправкой в фильтр обыщут, а во-вторых, клеймо, которое тебе, поставили вчера, не даст работать ни одному магическому объекту вблизи тебя.
  - А, так вот для чего, меня вчера раскаленным железом пытали? Что, совсем магические способности глушат?
  - Ну, не то, чтобы совсем. Магия клейма действует, в течение месяца, может двух, все зависит от того, какие способности были у заклейменного. Караульным надо обезопасить себя от побегов, больше месяца лагерь-накопитель полным не бывает. Специально подгадывают к приезду покупателей с рудников.
  Я не стал говорить, что мои магические способности никуда не делись, а даже наоборот - усилились. Вот только применять в открытую, я их все равно не смогу, иначе сразу же буду замечен.
  - А в лагере есть какие-нибудь детекторы, которые определяют наличие магических способностей у обитателей? - поинтересовался я на всякий случай.
  - Стандартные измерители магического поля. Модели устаревшие, их еще 'градусниками' называют. Определяют - резкие перепады магического фона или равномерное повышение вблизи датчика. Думаешь, как обмануть?
  - Нет. Так, для общего развития спрашиваю. А с одеждой и обувью помочь можете?
  - Да, это без проблем. Желаешь, что-то конкретное?
  - Нужен хороший комуфляж. Лучше всего песчаная 'афганка'. Ботинки мои верните, я их Василию отдал, но предупредил, чтобы он их, через вас мне передал. Носков две пары, одни обычные хлопчатобумажные, другие шерстяные. Еще: майку, тельняшку, длинный свитер с высоким горлом и плащ-палатку.
  - Ну, ты дал! Выделяться там будешь как голый зимой! Ладно, посмотрю, что можно подобрать.
  - Лучше, чтобы все, кроме носков, было уже ношенное. Самое главное - это обувь, в тех, что на мне, долго я не прохожу.
  - Понял. Жди, я пошел,
  - Давай. Удачи! Чуть не забыл, тот толстяк, что меня клеймил, очень не лестно о тебе отзывался. Проблем не будет?
  - Не бойся, не впервой. Прорвемся!
  Сотник вышел из моей камеры и закрыл за собой дверь на засов. Я остался в одиночестве, и чтобы не думать о предстоящей дороге в 'Копилку смерти', решил немного попрактиковаться в улучшении своих магических способностей. Заодно, может пойму, почему они у меня остались после клеймения. Детекторов определяющих магию, которые были установлены в лагере, я не боялся. 'Градусники' - были устаревшими моделями, их использовать их можно было только для определения вероятности возникновения магических бурь, собственно говоря, это и было их основное предназначение. Пользовались ими до сих пор только из-за того, что их устройство было настолько простым и примитивным, что срок службы не имел границ. Обмануть подобную модель было довольно легко, даже более совершенные модели детекторов: 'Сторож' и 'Периметр -2М', были неоднократно обмануты мной. Уж чему-чему, а подобным фокусам, в отрядах 'Горных стражей' обучали очень хорошо. Мы же все-таки по основной специализации - диверсанты. Ну, а то, что моя группа занималась в основном, поиском магических аномалий и древних артефактов, это уж, как говориться: что приказали, там и стою.
  Я сел на пол, скрестил ноги по-турецки, закрыл глаза, и, совершив глубокий вдох - выдох, заглянул внутрь себя. Провалиться в темную пучину самогипноза удалось, как никогда легко, вдох-выдох... и всё, я уже созерцаю энергетику своего тела. Я видел внутренним зрением: все органы, каждую клетку, каждую косточку и каждый кровеносный сосуд. Я решил погрузиться еще глубже.
  Вдох-выдох.
  Вдох-выдох.
  Ниже...
  Еще ниже...
  Вдох-выдох.
  Тьма начал расступаться и я увидел, то, о чем только слышал от знахарей и магов - 'энергетическое сердце' - основу и первоисточник магической энергетики. Это было похоже на голубоватую дымку, которая трепетала и расходилась волнами. Было видно, как она дрожит от моего взгляда, как она нежна и тонка. Самое главное, что она была целая. Хоть и тонкая, но целая. Именно целостность и устойчивость к повреждениям, определяли силу и умение магов.
  - Нравится?- раздался мурылкающий голос в моей голове.
  Твою мать! Кто это? Что за хрень?! Я рывком вывалился из медитативного состояния и от неожиданности стукнулся головой, о стену камеры.
  - Кто здесь? - испуганно прошептал я. - Бенина мама! Так это была не галлюцинация?!
  - Нет. Я не галлюцинации, - со смешком произнес голос в моей голове. - Я подарок судьбы, который выпадает раз в жизни и то не каждому.
  - Подарок, шёл бы ты на .... хутор бабочек ловить!
  - Никакой благодарности! Я ему все потроха исправил, магические способности вернул, а он меня обзывает. Да-а! Ничего в этом бренном мире не изменилось, люди такие же не благодарные, как и триста лет назад.
  - Говори, что тебе надо? Или сформулировать вопрос по-другому: что надо сделать, чтобы от тебя избавится?
  - Во-первых, перестань говорить вслух, мы можем с тобой общаться мысленно. Орешь, как потерпевший, посторонние люди могут подумать, что ты психически больной, - укоризненно произнес голос в моей голове. - Во-вторых, выкинь из головы мысли о том, чтобы избавится от меня. Мы теперь с тобой связаны очень крепко и на очень долгий срок, может быть даже навсегда. Нас, теперь, нельзя разделить. Я заделал прорехи в твоей энергетике своей сущностью, и теперь, я - это ты, ты - это я. Мы не разделимы.
  - Охренеть и за что мне такое счастье? - мысленно произнес я. - Зачем ты мне нужен? Зачем я тебе нужен? Зачем все это?
  - Затем, что ты сам не представляешь своего предназначения, - ответил Даймон. - Ты изменишь судьбу этого мира.
  - А-а! Ну, так бы сразу и сказал. Теперь все понятно, у меня раздвоение личности и 'синдром Наполеона'. Я просто сошел с ума, - с усмешкой в голосе подумал я. - И, если, что, то я совершенно не хочу менять судьбу этого мира. Понял? Я хочу, только одного: выполнить задание - найти тех, кто убил и покалечил моих друзей, а потом вернуться домой. А на этот бренный мир мне плевать, мы никогда не были с ним друзьями!
  - Просто смирись с моим присутствием, так будет проще, - промурлыкал у меня в голове голос. - Не переживай, ты не сошел с ума! Я бы даже сказал, что ты теперь душевно, стал более здоровый.
  - Ага! Успокоил. Настоящий псих - никогда не признает, что он того - 'ку-ку'! Понял?!
  - Все! Ты мне надоел, ноешь, как баба! - мурлыканье перетекло в рык.
  По моему телу, от самой макушки до кончиков пальцев на ногах, протекла теплая волна и я немного 'завис' стоя посреди камеры с полуоткрытым ртом. Теплая волна 'смыла' все мои страхи и переживания. Я успокоился и принял факт существования в моей голове еще кого-то другого, сразу и бесповоротно. Где-то там, на затворках своего сознания, я понимал, что это все влияние Кота. Он, сука мурлыкающая, просто внушил мне, что его присутствие - это норма.
  Сколько я так простоял, не помню, может несколько секунд, а может и пару часов. Вывел меня из ступора скрип отворяемых снаружи запоров. В тюремную камеру зашли двое казаков, у обоих были усы и бороды, поэтому определить их возраст я не мог, но скорее всего оба молодые. Растительность на лице была густой и без седины. Хотя это и не показатель, в этом мире бывает человек в двадцать лет уже седой как лунь, а бывает и в сто лет, без сединки в волосах и по бабам бегает так, что молодые от зависти зубами скрипят. А, что делать? Магия!
  Один из вошедших держал в руках средних размеров рюкзак, он бросил его на пол и вышел обратно во двор. Второй казак остался, но делал вид, что в тюремную камеру он зашел по ошибке, и ему гораздо интересней смотреть на тюремную дверь, чем на узника. Я не заставил себя долго ждать, подошел к рюкзаку, и, вывернув его, высыпал содержимое на пол камеры. В рюкзаке покоился целый ворох вещей: шерстяные носки, камуфляжные штаны, тельняшка, шерстяной свитер, легкая брезентовая куртка с большим капюшоном и завершении всего - мои ботинки. Вот это да! Это же, просто, подарок судьбы, какой-то!
   Все вещи были не первого срока службы, в некоторых местах на куртке и штанах были заплаты. На коленях и локтях были нашиты дополнительные куски ткани. Еще в рюкзаке был метровый кусок веревки, он видимо, должен был заменить мне пояс. Быстро скинув свою одежду, я переоделся в обновку. Когда натягивал ботинки, аж зажмурился от удовольствия - после Васиных гавнодавов, моя обувь, показалась мне верхом удобства и комфорта.
  В кармане куртки обнаружил четыре деревянных кольца. Кольца были из потемневшего от времени красноватого дерева, внутренняя поверхность колец была испещрена рунами. Ё-моё, так это же 'кольца смерти', или 'ауди', или как еще его называют - 'тихий кастет'! А настроение то, все лучше и лучше. Вот, ведь контрразведка молодцы! Я о таком подарке и мечтать не мог. А тут, на тебе - подарили! Четыре деревянных кольца одетые на пальцы руки образовывали кастет. Только от обычного кастета отличался, тем, что носить можно было постоянно, и при этом пальцы были разъедены. И только если сжать руку в кулак и произнести фразу-ключ, то деревянные кольца соединялись в единый монолит. Мысленную фразу-ключ, придумывал владелец, первый раз надевая кольца на пальцы. По твердости деревянные кольца превосходили сталь, и получалось это за счет магии, силу которой кастет питал из жизненной энергии владельца. А самый главный фокус заключался в том, что через пару часов непрерывного ношения кольца становились невидимыми. Выдать владельца мог только загар на коже, в том месте, где были кольца, кожа не загорала, и оставались белые полосы. Даже при рукопожатии кольца не ощущались. Стоит ли говорить, что подобное оружие было чрезвычайно редким и дорогим. Пользовались им, в основном богатеи, разведчики и наемные убийцы. Чтобы не терять времени я быстро надел кастет на пальцы правой руки, и мысленно произнес фразу-ключ. Старые свои вещи я запихал обратно в рюкзак.
  Только после того, как я облачился в новую одежду, на меня обратил внимание рассматривавший дверь казак. Он достал из кармана, небольшой, квадратной формы полароидный снимок, и показал его мне. Снимок был очень плохого качества, скорее всего, снимали в темном помещении. С фотографии на меня смотрел молодой парень, примерно моего возраста, может на пару лет моложе. Лицо было правильной формы, нос прямой с легкой горбинкой, какая бывает после перелома, глаза черного цвета, и на нижней губе небольшой шрам. Короткая стрижка и серьга в одном ухе - вот.
  - Зовут этого типа - Жук. Прозвище такое. Найдешь его, он тебе поможет. Вдвоем, всяко сподручней будет. - Голос у казака, оказался густым тягучим басом.
  - Жук, говоришь? А, он, что из ваших? Казак? Контрразведка? - засыпал вопросами я его.
  - Нет, не из наших. Так, пришлый. Обещали ему вольную от каторги, если тебе поможет.
  - А за, что на каторгу угодил?
  - На контрабанде погорел, ну и при задержании сопротивление оказал. Все, хватит разговоры разговаривать. Дело пора делать, - с этими словами, он распахнул дверь, и, посторонившись, пропустил меня вперед.
  Когда я сделал шаг вперед чтобы выйти из камеры, то услышал, как сзади тихо прошептали:
  - 'Кольца' с пальцев не снимай, когда рядом будет наш человек, они слегка нагреются. О прежних паролях и договоренностях забудь, - я сделал вид, что ничего не услышал, и лишь слегка кивнул головой в знак понимания.
  Выйдя из камеры, зажмурился от яркого солнечного света. На улице было тепло, весна постепенно входила в свои права. С крыш срывались веселые капли талой воды, на открытых участках снег растаял до чёрной земли, сугробы лежали только под стенами зданий, там, куда солнечные лучи не могли добраться из-за нависших крыш домов. Вздохнув полной грудью, я захлебнулся от того, какой чистый и свежий воздух был на улице. После вонючей и заблеванной камеры, уличный воздух пьянил и окрылял.
  - Ну, чего встал? - изменившимся, нарочито грубым голосом прокричал казак, держащий в руке рюкзак с моими вещами. - Шагай вперед! Морда каторжанская!
  Для убедительности он толкнул меня в спину и я, заложив руки за спину, медленно поплелся вперед. Шедший за мной казак бросил рюкзак на землю, и, не оборачиваясь, пошел за мной. Второй казак, который все это время стоял за дверями, подобрал рюкзак и пошел с ним в другую сторону. Вместе с моим конвоиром, мы прошли вдоль стены метров тридцать и, завернув за угол здания, вышли во внутренний двор, образуемый двумя узкими постройками и забором, окружавшим тюрьму снаружи.
  Возле небольших ворот, прямо на земле сидело несколько десятков человек, все сидели на корточках, держа руке на голове и потупив взгляд в землю. Одеты были все разномастно. Кто, во что горазд: кто в телогрейке, кто в шубе, а несколько человек кутались в легкие рабочие комбинезоны, одетые на голое тело. Меня подвели к толпе сидящих людей с правой стороны, хотя удобней и ближе было подвести слева. Скорее всего, это было сделано специально, но для чего я пока не понял. Где-то, среди этих кандидатов на каторгу находился парень с фотографии. Жалко, что я не догадался замедлить шаг, и внимательно осмотреть сидящих мужчин. По периметру сидящих на земле каторжан, охраняли пятеро конвоиров, у всех были ППШа. Над створками ворот возвышалась деревянная вышка, в ней находилось трое охранников, вооруженных ручным пулеметом Дехтярева и карабинами Симонова. Чуть в отдалении под самой стеной сидело еще несколько бойцов, они устроились за двумя бетонными блоками, поставив на них пулемет 'Максим'. Сидели вояки на автомобильных кожаных сидениях, снятых с какого-то импортного внедорожника.
  - Все на месте? - громко выкрикнул один из конвоиров, в звании сотника стоявший рядом с воротами.
  - Да! - ответил ему казак, который привел меня. - Можно начинать движение.
  - Отворяй ворота! - крикнул сотник, задрав голову вверх.
  - Всем встать! Руки за спину! Кто отойдет дальше десяти метров от строя, будет уничтожен клеймом, - четко выговаривая каждое слово, громко произнес один из конвоиров. - Поэтому не отстоем, двигаемся быстро.
  Тяжелые створки ворот поползли в разные стороны, но до конца не открылись, остановились на месте образовав проем шириной в два метра. Три конвоира вышли наружу, и, отойдя метров на десять, навели свои автоматы на створки ворот. Каторжане, и я вместе с ними поднялись на ноги, и, заложив руки за спину, стали выходить на улицу.
  - В колонну! В колонну, по двое, мрази! - заорал, что есть мочи сотник. - Куда вы толпой претесь?! По зубам захотели?
  Каторжане зашевелились, и, потолкавшись несколько минут, встали в колонну по двое. Я оказался в самом конце колонны, рядом со мной в одном ряду оказался невысокий толстяк, он был одет в ватные штаны и фуфайку, на ногах - валенки. Один валенок был с колошей, а другой без, из-за этого, когда он шел, то хромал на одну ногу. Толстяк очень сильно нервничал, его руки дрожали, а голова была низко наклонена, и губы все время шевелились - произносили беззвучно какие-то слова. Наверное, молился. За воротами, нашу колонну окружили конвоиры на лошадях, по двое с каждой стороны и еще пара верховых держалась чуть позади колонны.
  - Вперед, бегом марш! - поднявшись в стременах, прокричал конвоир с левого края колонны. - Кто не сможет выдержать темп, тот умрет! Вперед!
  Пешие автоматчики разошлись в стороны, пропуская колонну каторжан и верховых конвоиров. Впередиидущие ряды начали набирать скорость, переходя с размерного темпа на быстрый шаг. Конвоирам на лошадях, видимо показалось, что колонна движется медленно и в воздухе несколько раз просвистели удары нагайками. Быстрый шаг, сменился бегом и колонна, сильно растягиваясь, набирая обороты, побежала вперед по накатанной дороге. Я бежал вместе со всеми, равномерно переставляя ноги, как робот, и совсем не чувствовал усталости, легкие работали плавно и легко, сердце стучало ровно и без сбоев. Не было не усталости, ни боли, даже пот на лбу не выступал.
  Колонна растянулась метров на пятьдесят, я держался середины строя, и, причем, никого специально не обгонял, держал все время один и тот же ритм, просто постепенно, народ выдыхался и начинал замедлять бег.
  Сзади раздался громкий крик, колонна как по команде замедлила бег, и, перейдя на шаг, совсем остановилась. Все обернулись назад и стали рассматривать, что там происходит. Толстяк, который стоял в строю рядом со мной, отстал от колонны дальше всех. Сейчас он лежал на обочине и пытался подняться, но у него ничего не получалось - ноги разъезжались на скользкой дороге. В итоге, он встал на колени и начал громко кричать, только сейчас я понял, почему он кричит. Правая рука, висела неподвижно вдоль тела, и по ней на снег стекала кровь. Крови набежала уже целая лужа, и вообще было видно, что кровотечение открылось раньше, по дороге на несколько метров растянулась кровавая дорожка.
  - Толстяк не жилец, - проговорил, стоящий рядом со мной молодой парень. - Конвоиры специально это сделали. Клеймить стали только в этом году, вот они и решили проверить, насколько клеймо убойно работает.
  - Откуда знаешь, что только в этом году клеймить начали? - спросил я, повернувшись в его сторону.
  Парень был молодой, лет двадцать - двадцать пять. Смуглая кожа, черные волосы и небольшой шрам на нижней губе. А вот серьги в ухе не было, зато на мочке уха был наклеен лейкопластырь. Видимо, серьгу вырвали из уха и порвали мочку. Жук - контрабандист и свежеиспеченный каторжанин, собственной персоной.
  - Люди говорили, - ушел от прямого ответа Жук. - Раньше было проще, можно было сбежать во время перегона каторжан, а сейчас уже никак не сбежишь.
  Посмотрев на корчившегося в снегу толстяка, с помощью увеличенного магического зрения я увидел, что вокруг предплечья висит черный ореол. Клеймо высасывает жизненные силы, эдакий паразит. Мне даже удалось рассмотреть узор заклятия. В принципе, ничего сложного, сломать такой вопрос пары минут, надо только будет проделать тонким шилом или спицей небольшую дырку в руке и все - магическая энергия клейма сама уйдет из тела жертвы.
  - Жук, если поможешь мне, то я сниму с тебя клеймо, - посмотрев прямо в глаза парню, произнес я. - Тебя, ведь Жуком кличут?
  - Так это ты? Тот за кого просили? - с усмешкой спросил Жук. - А точно сможешь снять клеймо? Оно ведь с магической подпиткой, верно?
  - Смогу, ничего сверхсложного в этом нет, - ответил я ему уже на ходу, конвоиры погнали нас дальше.
  Толстяк остался лежать на обочине дороги, его даже никто не убирал. Уже потом я узнал, что по следам колонны каторжан идет похоронная команда, которая занимается сбором трупов.
  - Ну, тогда я с тобой, - легкомысленно ответил парень. - Только учти, что у меня есть некоторые, как бы это помягче сказать, недопонимания с местным криминалитетом. Понимаешь? И если ты будешь рядом, то тебя они тоже могут коснуться.
  - Ничего страшного. Проблемой больше, проблемой меньше. Нам татарам, все.... по-фиг, - переиначил я народную пословицу.
  Жук ничего не ответил, дальше мы с ним шли молча. Колонна каторжан в окружении конных конвоиров медленно шла вперед. Действия конвоиров были для меня не понятны. Зачем надо было гнать колонну бегом? Решили проверить действие заклятия-клейма? Или у них есть своеобразная форма тотализатора: кто первый умрет? Не понятно. Ну, в общем-то, дело, то не мое. Дыхание было ровное, ноги-руки, голова не болели, все было в норме. Даже странно, хотя, что странного, ведь внутри меня теперь сидит ангел-хранитель.
  Дорога петляла по заснеженным полям, как очень пьяная девка. Колонна двигалась то быстрым шагом, то медленным бегом. Где-то примерно через час, от дороги отвернула широко натоптанная тропинка, которая метров через пятьсот уткнулась в дощатые ворота.
  Посреди заснеженного поля стаяло несколько не высоких длинных сараев, чем-то похожих на коровники в колхозах. Коровники стояли в форме буквы П., тем самым образуя большой двор. Двор вокруг коровников, был обнесен двумя рядами сетчатого забора. По углам стояли вышки, с которых в сторону коровников были обращены прожекторы и пулеметы. За вышками следовало пустое пространство метров в двадцать, а потом еще один забор, на этот раз деревянный частокол, по верху которого были натянуты мотки колючей проволоки. За забором расположились четыре строительных вагончика и вольер с собаками.
  С первого взгляда охрана выглядела не сильно надежной, не понятно было, почему первый забор представлял собой сетку. По сетке было легко залезть наверх и, перемахнув через него, добраться до вышек. Да и количество охранников вызывало смущение, их было не больше двух десятков, и соответственно, в охране стоит не больше десяти, остальные в это время отдыхают. И это притом, что заключенных должно было скопиться не меньше двух сотен. Неужели весь расчет только на силу клейма? Может, есть еще что-то? Хотя бы вон те шары на вершине каждого столба, который держит металлическую сетку в ограде. Что это за шары? Магические детекторы? Но даже устаревшие системы магической сигнализации 'Градус', именуемые в простонаречии - 'градусники' были меньшего диаметра. Да и на такой забор их за глаза хватило бы трех - четырех штук, а тут на каждом столбе весит по паре. Итого получается, больше сорока штук. Зачем столько много? А может это вовсе и не сигнализация. Тогда что? Может что-то наподобие ограды под электрическим током? Только вместо тока - магия? А, что как вариант.
  Тем временем колонна каторжан подошла вплотную к дощатым воротам, которые начали медленно распахиваться. В образовавшийся проход втянулась колонна каторжан. Колонна быстро прошла внутренний периметр лагеря, и каторжане попали, в обнесенный сетчатым забором накопитель.
  
  
  
  
  Глава 6
  
  Попав в обнесенный сетчатым забором двор, вновь прибывшие стали медленно разбредаться в разные стороны, некоторые оставались стоять на месте, явно не зная куда идти и что дальше делать. Старожилы смотрели на новичков настороженно и с подозрением, но явно агрессивных действий пока не предпринимали. Оно и понятно, внутрилагерные отношения еще не успели сложиться и будущие каторжане еще не сбились в стаи и шайки.
  Стоявший рядом со мной Жук, высматривал кого-то среди сидящих на земле людей. Основная масса заключенных обитала под навесами длинных бараков. Жук увидел кого-то и, схватив меня за рукав куртки, потащил к дальнему бараку.
  - Кажись, все пройдет, намного легче, чем я ожидал, - довольно улыбаясь, проговорил Жук, - Земелю увидел, он нам поможет.
  Я ничего не ответил, молча, шагал за ним следом, внимательно оглядываясь на ходу. Народу в лагере было много, никак не меньше двух сотен человек, а может и больше, неизвестно еще, сколько там было в бараках набито, хотя и сомневаюсь, что кто-то в них сейчас был, все-таки на солнышке было теплее, чем в не отапливаемых дощатых постройках.
  - Зровеньки були, пан Хохол, - широко улыбаясь во все тридцать два зуба, проговорил Жук, обращаясь к невысокому пузатому мужику. - Как жизнь? Смотрю, ты все никак не похудеешь?
  - Геть звидселя! Пiшов ты к бiсовiй матерi, - зло огрузнулся Хохол, - i бiльш не пiдходь до менэ. Зрозумiв?
  - Даже так, - зло прошептал Жук. - Ну и хрен с тобой, золотая рыбка. Сам еще проситься к нам будешь. Вот только, поздняк метаться, будет! Понял?
  Жук развернулся и я увидел, что его лицо сведено гримасой ярости. Мы отошли метров на двадцать от барака и пристроились возле перевернутых металлических бочек.
  Жук молчал, он о чем-то размышлял, весь его внешний вид показывал, что он пытается что-то придумать. Я стоял рядом и молчал, пусть пока Жук думает, а я лучше повнимательней осмотрюсь вокруг. Первые мои выводы о количестве каторжан в лагере были ошибочны, народу скопилось меньше двухсот человек, я бы сказал, что на улице было человек сто двадцать - сто пятьдесят, не больше. Но вот, само расположение людей навевало на некие мысли, о том, что внутри бараков есть еще кто-то. Причем этот кто-то обладает определенной силой и авторитетом. Возле входа в бараки сидели несколько крепких парней, которые вроде бы и просто сидели на корточках, но при этом, они больше были похожи на охранников, караулящих находившихся во дворе каторжан. Как говориться: было бы стадо, а пастух всегда найдется.
   - 'Не верь, не бойся, не проси', - наконец, подняв взгляд на меня, медленно произнес Жук. - Слышал о таком высказывании?
  - Конечно, слышал. Думаешь, воры 'держат шишку'? - решил уточнить я.
  - Скорее всего. Видел того толстяка, к которому я обращался? Так вот, он в этом лагере уже второй раз, - язвительно произнес Жук. - Эта бандеровская сука, должна мне денег. Я рассчитывал, что он нам поможет. А оно видишь, как вышло.
  - Не понял, как это во второй раз? - от удивления я встал с лежащей на земле бочки, и, обернувшись, стал рассматривать толстяка, к которому мы с Жуком подходили.
  Что-то, толстый Хохол совсем не был похож на человека, вернувшегося с каторги, отбыв там десятилетний срок. Вот, на отожравшегося сметаной кота, он был похож. Весь такой круглый, лоснящейся и довольный жизнью.
  - Я и сам не знаю, как это у него получается, - пожав плечами, ответил Жук. - Но, в определенных кругах давно ходят слухи, что рудники в Драконьих горах, не совсем обычная каторга.
  - Это, уж как-то, я и сам понял!
  - Серый, глянь, в ту сторону. Видишь к Хохлу, два молодчика подошли, и в нашу сторону глазками зенькают? - прошептал Жук. - Это пристяжь, из свиты Угла. А это значит, что у меня проблемы.
  - У нас проблемы, - поправил я Жука. - Не боись Жучара, решим мы эти проблемы. Что за хрен с бугра, этот Угол?
  - Угол - последний из могикан, вор в законе. Попал в этот мир еще в первую волну переселения, сразу после Отечественной войны. Он с торговым союзом, что-то там не поделил, и решил отсидеться на каторге. А я, ему теперь денег должен. Ну, как должен? Я тут, попробовал поработать контрабандистом, но меня приняли пограничники и товар конфисковали.
  - А, что тащил, если не секрет? - вяло поинтересовался я.
  - Кристаллы, для магических амулетов - грустно ответил Жук. - Из земли клана Горной Княжны, через Серые Пустоши, в территории контролируемые казаками.
  - Ну, ты и дурила, - засмеялся я. - Кто ж тебя надоумил, таким маршрутом идти?
  - Люди Угла и подсказали, кто ж еще? - насупившись, из-за того, что я его обозвал, ответил Жук. - Ну, это все лирика. Дела давно минувших лет.
  - Как думаешь, что Угол предпримет в отношении нас? - спросил я на всякий случай, хотя приблизительно и сам представлял, что пряниками нас кормить никто не будет, а вот огрести по самое не балуй, можно с вероятностью в сто процентов.
  - А, что тут думать, водку с ним пить, точно не позовет. Ближе к ночи, кто-то из его подручных позовет в тот барак, где тусуются воры, ну а там устроят 'правиловку'.
  Я посмотрел в сторону двух парней, что стояли в обществе Хохла и понял, что медлить нельзя. Надо сейчас перехватывать инициативу. Если еще потянуть время, то можно и головы лишиться. Нельзя дать противнику время на обдумывание ситуации.
  - Даймон, когда я войду в барак, за вот теми двумя парнями, надо будет ускорить мою реакцию и увеличить силу в несколько раз, - обратился я к своему внутреннему помощнику. - Справишься?
  - Конечно!
  А вот, мне интересно, сколько внутри барака окажется бойцов противника? Пять? Шесть? Десять? Хотелось бы, чтобы не очень много. А, то даже с суперреакцией и мегасилой всегда есть шанс пропустить заточку в спину, от незамеченного в свалке противника.
  - Жук, как думаешь, а сколько сейчас в бараке людей из свиты Угла?
  - Думаю, что не больше двух - трех, - немного подумав, ответил Жук. - Сейчас день, и все лишние и не особо приближенные находятся на улице. Внутри только ближайшая свита, те, кому по статусу положено быть рядом с его величеством вором в законе. Ну, может еще пара 'торпед'. Хотя, ты знаешь, судя по комплекции, именно 'торпеды' Угла сейчас с Хохлом о нас базарят.
  - Слушай сюда, Жучара. Заходим внутрь и действуем по обстановке, если рядом с Углом, окажется мало народу, то валим этого вору, если народу будет много, то попытаемся договориться. Понял? Всяк лучше начать первым, чем ждать, пока за тобой придут.
  - Помирать, так с музыкой!
  - Рано помирать. Умрешь только тогда, когда я скажу. А сейчас дело надо делать. Все, салага, разговорчики отставить, пошли. И смотри в оба, твоя задача - держать мне спину.
  Быстрым, уверенным шагом я прошел через весь двор и зашел внутрь барака, следом за теми, двумя, кто рассматривал нас с Жуком, в компании предателя Хохла. Благодаря своим новым сверхспособностям, я смог сохранить зрение, войдя в слабоосвещенной помещения с залитого обеденным ярким солнцем улицы.
  Длинный барак был погружен в сумерки, маленькие грязные окошки давали очень мало света, да плюс ко всему, их еще и завесили дырявыми тряпками. Свет, внутрь барака проникал только через дыры в занавеси и через щели в неплотно пригнанных досках деревянных стен. Барак был похож на длинную темную кишку, шириной всего шесть метров и длинной метров сорок. Схожесть с кишкой придавала не только форма помещения, но и запах, который тяжелым смрадом нечистот и испражнений давил на всякого, кто сюда входил. Вдоль стен стояли грубо сколоченные низкие нары. Нары были широкие, метра три шириной, видимо предполагалась, что пересыльные каторжане будут спать на них вповалку, по четыре-пять человек, так и место можно экономить, да и спать так, должно быть теплее. Между нарами были узкие проходы, все должно было экономить свободное пространство. Согревали барак с помощью двух печек-буржуек, которые стояли в центре, напротив друг друга.
  Внутри барака царил хаос и разруха. Железных печек 'буржуек' не было на положенном им месте, целые топчаны стояли только рядом с входом в барак. Все остальные топчаны были разломаны и представляли собой груду перемолотых досок. Несколько целых топчанов были поставлены на бок и закреплены вертикально, тем самым они образовывали перегородки. Подчиненные Угла, отделили часть барака поставленными вертикально топчанами. В этот же закуток они стащили обе печки 'буржуйки', а чтобы им было еще теплее, они заколотили щели в стенах, с помощью тех же самых разобранных топчанов. Все, что осталось непригодное для строительных работ пошло на растопку печек. При этом, понятное дело, что воров не сильно заботило: как и на чем, будут спать остальные заключенные. Рядом с входом, прислонившись плечом к дверному косяку, стоял, невысокий щуплый мужичок. Он держал в руках увесистый деревянный дрын, который совсем недавно был, то ли держаком лопаты, то ли частью оглобли. Один конец деревянной дубины был утыкан ржавыми гвоздями. Дубинодержатель был занят важным делом - он командовал тремя каторжанами, коих привлекли для хозяйственных работ. Троица зеков, разбирала оставшиеся в сохранности нары и пыталась весь деревянный мусор собрать в некое подобие порядка. Доски, деревяшки и щепки стаскивались в кучи.
  Обернувшись на звук наших с Жуком шагов, мужичок то ли от удивления, то ли просто в знак приветствия, замахнулся своим, истыканным гвоздями дрыном на меня. Усиленная магией Даймона, реакция моего тела в несколько десятков раз превосходила реакцию обычного человека. Даже тренированного бойца-рукопашника я с легкостью заткнул бы за пояс. Кровь в жилах бурлила от адреналина, а мышцы жаждали действия. Противник только поднимал свое оружия, а я длинным скользящим шагом, сократил дистанцию с ним, и несильно ударил по его деревянной дубине, направив вектор движения деревяшки, в сторону головы её хозяина. Щуплый мужичок, успел поднять свою палку, на уровень глаз, когда его грозное оружие, тюкнуло его в лицо. Гвозди 'сотки' с легкостью пробили кости черепа и вошли в мозг. Первый из поверженных противников упал к моим ногам. У меня в руках осталась дубина с гвоздями, прежнему хозяину она больше не понадобиться, а мне еще пригодится.
   Те, двое парней, которые следили за нами, почти успели пройти через весь барак, когда сзади услышали звук падающего тела. Оба, резко, как по команде развернулись в нашу сторону.
  - Жук, разберись с этими, - я кивнул в сторону, прекративших разборку нар, каторжан.
  Судя по ошарашенному виду, работяги не собирались кидаться на защиту воров. Ну, что ж, для них же лучше.
  Встав в боевую стойку, оба противника двинулись на меня. Но свободный от мусора проход, все-таки был узкий, поэтому разойтись в разные стороны и напасть на меня одновременно у них не получилось бы. Из-за этого, нападать на меня они будут по очереди, один за другим. Но, я не собирался ждать, пока они подойдут, и уж тем более состязаться с ними в рукопашной схватке в мои планы не входило. Сильно оттолкнувшись ногами от пола, прыгнул вперед, и использую инерцию тела, бросил в подходивших врагов дубину с гвоздями. Бросок получился настолько быстрым и сильным, что, когда палка попала в того, кто шел первым, то, его сбило с ног, и с силой толкнуло на идущего сзади товарища. Не остановившись после прыжка, я в два счета подскочил к валявшимся на полу противникам, и сильными, точными ударами, отправил обоих в страну вечной охоты. Носок ботинка, усиленный металлической пластиной, с легкостью проломил кости черепа. На этой войне, пленные мне не нужны!
  В закутке, отгороженном перевернутыми нарами, присутствовало даже некое подобие двери - большой кусок грязного брезента, прибитый на два гвоздя. Брезентовая занавеска, как раз начала отъезжать в сторону, и, из-за неё появилась кисть руки, вся испещренная наколками в виде перстней. Схватив татуированную кисть, левой рукой, я резко дернул её себя, и туту же, буквально 'выстрелил' правой рукой вперед, туда, где, судя по форме брезента, находилась голова, очередного противника. Сильный удар опрокинул, выходящего вора внутрь коморки, вместе с человеком внутрь влетел и брезент, сорванный с гвоздей.
  - Доброго дня, вам люди, - улыбаясь, обратился я к тем, кто находился внутри. Представился по всем правилам, как и положено, в местах не столь отдаленных. - Добра вам в хату!
  Внутри, закуток оказался совсем небольшим, не больше трех метров в длину. Вдоль стены стояли две печки-буржуйки. Хорошо устроились воры - тепло, и из щелей не дует. На печке стояло несколько жестяных кружек, в одной из них томился чифирь. Влетевший от моего удара внутрь мужик, ударился о печку и свалил обе кружки на пол. При этом кипяток облил его с ног до головы. Но он даже не пошевелился, мой удар усиленный кастетом и магией Даймона, проломил бедняге голову. Значит, счет: четыре - ноль, в мою пользу.
  - Чьих, будешь человече? - скрипучим голосов спросил старик.
  Старый дед, похожий на высушенную мумию, сидел на грубо сколоченном табурете и прихлебывал горячий чифирь из кружки. Абсолютно лысый череп пересекало несколько старых шрамов. Все лицо было испещрено глубокими морщинами. Когда дед говорил, кожа на лице приходила в движение, и лицо становилось похоже на старую, застиранную тряпку.
  Я сразу понял, что передо мной Угол. Даже внешне старик был схож с предметом, в честь которого он получил свое прозвище. У него был очень узкий подбородок и маленький рот, но сам лоб при этом был довольно широкий. Вот и получалось, что лицо по форме напоминает треугольник. Угол сидел на табурете, поджав под себя одну ногу. Рядом к стене была прибита широкая доска, которая играла роль столика. Телогрейка была снята, и сквозь прорехи в давно нестиранной рубахе, были видны воровские партаки, щедро нанесенные на его тело. Казалось, что чистого места на теле старого уголовника уже нет. Некоторые татуировки, были еле видны, некоторые наоборот проступали с удивительной ясностью и точностью.
  - Своих буду! А вас дедушка, случаем не Углом кличут? - ответил я, а сам краем глаза контролирую еще одного человека, находящегося в комнате.
  Второй, совсем не похож на вора. Он больше на профессора похож. Был у меня когда-то сосед по лестничной клетке, профессор. Вот он, точно так же выглядел, как этот, второй. Та же козлиная бородка, те же очёчки и самое главное, это же взгляд. Такой знаете, немного отрешенный, как будто человек в этом мире только своим телом находиться, а его разум находиться, где-то в другом месте, там, где он производит свои расчеты. Было заметно, что общество старика, его явно тяготит. Нет, он здесь желанный гость, с него сдувают пылинки, и он ни в чем не нуждается. Но, все-таки заметно, что и сама обстановка, и тем более Угол, весь в зоновских наколках, ему очень и очень неприятны. Да-а. Интересно, что ж это за фрукт такой и, что он здесь делает?
  - Правильно, Углом меня кличут. А, тебя как звать - величать? - старик отвечал спокойно. Матерый зверь!
  Он, ни одним движением не выдал своего волнения. Как будто, я только, что при нем не убил его подчиненных, а просто в гости зашел, чайку попить. Вот, второй, тот, что интеллигент, тот волнуется, вон вспотел как. Нервничает. А, этот вор, сидит себе, на табуретке с таким видом, что кажется еще минута, и он уснет. Единственное, что изменилось в его позе это положение рук, он их опустил вдоль тела, и кисти рук мне стали не видны.
  - Неважно, как меня зовут. Хочешь, можешь Василием называть, - назвал я имя кузница, вместо которого попал в этот пересыльный лагерь.
  - Ну, Вася, так Вася, - прошептал Угол. - И, что тебе Вася от меня надо? Зачем ты моих хлопчиков уконтропупил? А? Не мог прийти и нормально поговорить?
  - Слышь, ты вора, некогда мне тут с тобой разговоры разговаривать, - я специально начал грубить Углу.
  Честно говоря, я не собирался с ним разговаривать. Я планировал убить его сразу. Но, он гад, не выказывал признаков агрессии, да и внешность у него была такая, что он вызывал только жалость. Не мог я себя пересилить и хладнокровно убить старого человека. Не мог и все. Вот если бы он мне дал повод, вот тогда бы да, тогда бы смог. Но, Угол, хитрый и опытный, он, скорее всего сразу просек, мои душевные терзания, поэтому и говорит так спокойно, тянет время. Зубы мне заговаривает. Понимает, что чем дольше я буду сомневаться, тем больше у него шансов выжить. Надо его как-то разозлить!
  - Ну, что старый пердун, готовь свою жопу. Сейчас, я из тебя женщину делать буду. Засиделся ты в девках!
  - Да пошел ты фуфломет поганый, - яростно прошипел Угол и сильно ударил ладонью по откидной полке, от удара полка сорвалась с креплений.
  На доли секунды, я отвлекся и кинул взгляд на сорванную полку. В это же мгновение, какое-то размытое быстрое движение заставило меня дернуться, и .... все остановилось, движения замедлились, и показалось, что сам воздух загустел. Угол стукнул правой рукой по полке, тем самым он отвлек мое внимание на эту самую полку, и на его правую руку. А пока я доли секунды отвлекался, левая рука выдернула из складок одежды тонкую 'заточку', и стремительным броском отправила её в меня. Если бы не ускоренная магией реакция, я бы не то, что среагировать, я бы даже не заметил этого стремительного броска. Вот, что значит, тюремная школа жизни.
  В воровской среде выжить трудно, теперь понятно как Угол дожил до своих лет, да еще и смог остаться на вершине криминальной пирамиды. Но сейчас у меня в мозгу включились, совсем не понятные мне магические процессы и я успел не то, что заметить, я успел в мельчайших подробностях рассмотреть, как 'заточка' летела в меня. Все происходящее напоминало, просмотр стоп-кадров в кинофильме:
  Клац - Угол протягивает ко мне левую руку, пальцы ладони сжаты в кулак.
  Клац - пальцы разжимаются, и на свет появляется, остро заточенная железка, похожая на расплющенный гвоздь - двухсотку.
  Клац - 'заточка' летит в мою сторону, если мне остаться стоять на месте и не шевелится, то остро заточенное жало металлического штыря воткнется мне прямиком в глаз.
  Но я ж не дурак - стоять и смотреть, как заточенная железяка будет портить мою внешность, понятно, то я сдвигаюсь чуть в сторону, и, выбрасывая свою руку вперед, навстречу летящему железу, успеваю перехватить его в полете. Ну, а дальше в дело вступают голые инстинкты - пойманная на лету 'заточка', кардинальным образом меняет свой вектор движения и летит обратно к своему хозяину.
  Бац!...и двадцатисантиметровая, остро заточенная железяка, пробивает левый глаз Угла, входит в глазницу. Угол успел издать только короткий вскрик, и тут же схватился за рукоять 'заточки' пытаясь выдернуть ее из глазницы. Бросок, был не очень сильным, поэтому остро заточенная железка, всего лишь пробила глазницу, застряв в костях черепа. Не давая вору времени опомниться, я сильно бью его кулаком, в голову, в то самое место, где виден торец 'заточки' зажатый в ладонях противника. Как ударом кузнечного молота, я вбил 'заточку' глубоко в голову Угла. Двадцатисантиметровое заточенное жало пробило кости черепа и в одно мгновение убило вора. Угол несколько раз судорожно дернул ногами, и, обмякнув, сполз по дощатой стене барака вниз.
  - Да-а, Серый! - Жук присвистнул от удивления. - Знал я, что ты горячий парень, но не настолько же. Может, получилось бы как-то миром разойтись.
  - Ты сам-то в это веришь?
  - Нет, конечно.
  - Ну, а ты, что за чучело такое? - спросил я, обращаясь к человеку профессорской наружности. - Только не врать и отвечать быстро. И самое главное, рассказывай все сам. Не заставляй тебе вопросы задавать. Я этого не люблю.
  - Я это...как его... я не с ними! Меня заставили! Понимаете? - 'профессор' весь трясся от страха. Лицо его побелело и покрылось крупными каплями пота. Еще мгновение и он упадет в обморок, или 'кони двинет' от сердечного приступа.
  - Ты, это, упокойся! Никто тебя трогать не будет ... пока, - попытался успокоить я его. - Давай по порядку: как тебя зовут и как ты тут оказался.
  'Профессор' открыл, было, рот, но глаза у него закатились, и он повалился на пол. Все дошутился, упал 'профессор' в обморок.
  - Хе-хе, нормально ты его, - прыснул со смеху Жук. - Да, ты Серый, просто супермен какой-то, разишь врагов не только делом, но и словом!
  - Хорош болтать, - прервал я его. - Организуй лучше кого-нибудь, чтобы прибрали тут. Надо вынести тела наружу, ну и обшмонай здесь все, может найдешь, что-нибудь полезное.
  - Слушаюсь, мой генерал, - Жук отдал честь и попытался щелкнуть каблуками, но в валенках, это получилось плохо.
  Я вышел из каморки. Подошел к окошку, сдернул дырявую грязную тряпку, что его закрывало, и, уставившись в окно, задумался - что делать дальше? Через какое-то время в барак вернуться каторжане, и еще неизвестно, как они воспримут новость о кончине Угла. Что-то мне подсказывает, что не очень радостно.
  - Если хочешь, я могу взять под гипнотический контроль, большое количество людей, - прошелестел голос Кота, у меня в голове.
  - Это, сколько примерно людей, за раз? - спросил я с интересом. - Два, три, или двадцать - тридцать?
  - Под гипноз попадут все, на кого ты можешь одновременно смотреть, и кто смотрит на тебя, - начал объяснять мне Даймон. - Расстояние до объекта не должно превышать десяти метров. Чем ближе, тем лучше. Внушать лучше, какую-нибудь простую команду.
  - То есть, от меня требуется только собрать в одном месте несколько человек, стать метрах в шести от них и, глядя на них всех одновременно, произнести команду - приказ? А я им должен при этом смотреть в глаза?
  - В глаза смотреть не обязательно. Только учти, что если ты захочешь, дать им приказ, который заставит их убить себя, то они могут и не подчиниться. Тут, знаешь ли, в дело вступают первобытные защитные реакции сознания.
  Массовый гипноз? А, что это мысль! Уж точно лучше и проще загипнотизировать всех, чем убивать, каждого второго.
  От двери послышался гул возмущенной толпы, и я отвернулся от окна, чтобы посмотреть, что ж там происходит:
  Те, трое каторжан, которые работали на разборке нар, вытащили на улицу тела убитых мной уголовников. Вокруг трупов собралась несколько десятков человек, которые смотрели на меня. Смотрели по-разному, кто настороженно, кто с испугом, а были и такие, кто смотрел, с явной злобой и нескрываемой агрессией.
  - Ну, что граждане каторжане, готовы к раздаче подарков? - зычно крикнул я, собравшейся перед входом в барак толпе. Стоявшие, на улице бандиты и так, ждали, что к ним кто-нибудь выйдет, а тут еще и подарки какие-то обещают. Не удивительно, что все присутствующие, обратили на меня свое внимание.
  - Ну, давай котяра, действуй! - прокричал я своему, ангелу-хранителю.
  - Громко и четко, произнеси команду-раппорт. Только, говори уверенно и твердо, понял? Самое главное - это верить в себя, поверишь сам, поверят и окружающие. Поверят и пойдут за тобой.
  Уверенность - это хорошо, вот только где её взять? Представьте, что перед вами стоит стая голодных собак, хотя нет, забудьте про собак. Перед вами стоит стая голодных тигров, здоровенных таких, диких тигров. А вам бежать некуда. Представили? Но, это еще не все, перед этим, вы убили одного из них. Ну, как картина? И где, я вас спрашиваю взять уверенность в своих силах и словах? Ладно бы ты сидел в танке, и смотрел на тигров, через прицел крупнокалиберного пулемета. Так, нет же, стоишь чуть ли не голый. Легко сказать уверенность! Да, где ж ее взять? Уверенности точно нет. А, что есть? Злость? Злость есть! Я как представлю, зачем я сюда попал, так злость меня, буквально раздирает. Мне ж надо найти, ту суку, которая, устроила взрыв на стадионе, во время которого погибла вся моя группа. Я как, вспомнил тот день, так у меня, губы задрожали, пальцы сами собой в кулак сжались, а изо рта послышалось глухое рычание. Мысли пронеслись у меня в голове очень быстро, как курьерский поезд на перегоне. Вот только злоба, во мне разливалась не шуточная. Ох, чую, без подпитки со стороны Даймона, дело не обошлось.
  - Слушайте, сюда урки! Я теперь здесь главный, кто не согласен, тот - ТРУП!!! Вы меня поняли? Будет так, как я скажу, и не иначе! Кто не подчиниться тому - СМЕРТЬ!!! Запомнили? СМЕРТЬ!!! А теперь, все быстро зашли внутрь барака и начали обустройство спальных мест! Услышали все? Выполнять!!!
  Толпа замерла, пораженная такими словами, а потом люди дрогнули, и медленно, один за другим, начали заходить внутрь барака. Я отошел от входа на несколько шагов и внимательно рассматривал входящих в барак каторжан. Когда входившие проходили мимо меня, они втягивали голову в плечи и отводили взгляд. От каждого из них шла, видимая магическим зрением волна страха.
  Когда в барак зашел последний каторжанин, я внимательно осмотрел пустынный двор. Двор был пуст, все каких-то десять минут назад, он был хоть и не забит до отказа, но и не пустой был, это уж точно. Кто-то ходил, кто-то стоял, где поодиночке сидели на корточках, а где и целыми стайками сидели в кружочке, передавая друг другу набитую анашой 'пятку'. Но сейчас, двор был действенно пуст. Только истоптанный снег, вперемежку с грязью, да сплошной ковер разбросанных сигаретных окурков. Каторжане из других бараков предпочли попрятаться, что и не удивительно, каждый понимал, что сейчас будет большая драка. Бойня, после которой останутся лежать на снегу растерзанные тела. Но, драки не случилось, вместо кровопролития, барак подчинился новому хозяину. Ну, что ж такое тоже бывает!
  Сплюнув на снег, я нырнул в темное нутро барака. Каторжане, сгрудились в дальнем конце барака, рядом с импровизированной перегородкой. Они стояли и молча смотрели на вход в барак. А, когда я, появился в дверном проеме, то их хмурые, настороженные взгляды скрестились на мне.
  - Кнутом, ты их уже ударил. Теперь надо показать пряник, - прошелестел у меня в голове Кот. - Обещай им, что они все выживут и вернуться домой. Понял? Но, говори так же уверенно, как и раньше. Как можно чаще повторяй им, что ты - их единственный шанс на жизнь.
  - Ты главное, не скупись на гипноз. Тут, лучше переборщить, чем проснуться ночью от заточки в брюхе!
  - Не учи батьку, делать дитятку, - в ответ огрызнулся Кот.
  - Все, кто пойдет за мной выживут! Запомните: я подарю вам - ЖИЗНЬ! - мой голос, подкрепленный магией, был необычайно глубок, он завораживал своим могуществом.
  Стоявшие полукругом, напротив меня каторжане, заворожено слушали. Некоторые, видимо самые впечатлительные, даже открыли рты от удивления. Я несколько раз повторил одну и ту же фразу, про дарованную им жизнь, если они пойдут за мной. Когда мой голос стих, в воздухе повисло молчание - никто из стоявших, напротив меня зэков, даже не пошевелился.
  - Разойтись! - громко крикнул я.
  По рядам стоявших, прошла дрожь, и уже через пару секунд, каторжан как ветром сдуло - все разошлись по бараку, стараясь держаться от меня подальше. Я вернулся в отгороженный отсек, и устало повалился на дощатые нары.
  - Ничего себе! - ошарашено произнес, стоявший за моей спиной Жук. - А я, и не знал, что ты у нас - Кашпировский.
   - Точно. Сейчас передохну и воду заряжу, - отшутился я. Усталость навалилась, как голодный хищник - быстро и неожиданно. - Назначь караульных, и тех, кто их будет проверять - ночью могут пожаловать гости.
   - Воду заряжал не Кашпировский, а Чумак, - услышал я сквозь дрему, ехидный ответ Жука.
  Что там дальше говорил Жук, я уже не слышал - спал. Ночь прошла спокойно: наш барак никто не штурмовал, не поджигал и не закидывал камнями. Утром, мне сказали, что пару раз кто-то подходил к дверям барака, но их отпугнули, караульные. Ночью я спал как убитый, усталость и напряжение последних дней давала о себе знать. Угол оказал нам неоценимую услугу, он сделал все, чтобы обезопасить себя и своих людей - устранил тех, кто мог составлять ему конкуренцию. В пересыльном лагере не осталось никого, кто смог бы за столь короткое время сплотить вокруг себя каторжан. Именно этим можно объяснить, тот факт, что никто не старался идти на штурм нашего барака. А вот, чего действительно следует опасаться так это тех, кто внутри нашего барака. Угол собрал вокруг себя наиболее верных ему людей, как только действие гипноза пройдет, так сразу возникнет желание у каждого из них вспороть мне горло.
  Через пару часов после рассвета, когда все обитатели бараков вылезли на улицу, чтобы погреться на раннем весеннем солнышке. Внутри дощатого сооружения остался только я, Жук и вчерашний очкарик с внешностью профессора.
  'Профессор', сейчас сидел напротив меня и прихлебывал горячую воду из мятой жестяной кружки. Чаем эту бурду назвать было уже нельзя - пакетик заваривали, наверное, раз в двадцатый. Кипяток, даже толком не окрасился и по цвету больше напоминал детскую мочу, такой же светло-желтый окрас.
  - Ну и на кой ляд, ты так нужен Углу? - задал я, волновавший меня всю ночь вопрос.
  - Я, уже говорил вашему помощнику: не знаю, зачем нужен этим уголовникам, - очкарик, когда говорил, отводил взгляд, а это значит, что он врал.
  - Знаете, мы, наверное, не правильно начали наш разговор, - можно было дать этому 'ботану' в зубы, для пущей убедительности, но что-то мне подсказывало, что грубость может только навредить. - Давайте, вначале, познакомимся. Меня зовут - Василий. А, вас как?
  - Виктор Степанович.
  - Отлично. Виктор Степанович, вы меня поймите, мне не очень хочется оставлять вас в живых. А, знаете почему? Вы - единственный свидетель того, что именно я убил Угла. Даже, мой помощник - Жук и тот, не присутствовал при смерти Угла, а значит, в случае, чего он не свидетельствовать против меня, это будет его слово против моего. Но, вы. Вы другое дело. Вы - свидетель, можно даже вас не допрашивать, всего лишь просканируют мозги, и снимут 'картинку' которую вы видели. Понимаете? Поэтому, мне очень важно знать, что для хозяев рудника важнее: ваша жизнь или смерть Угла. Ну, так как? Скажите, зачем вас оберегал Угол?
  - А, если я вам скажу, вы меня не убьете?
  - Знаете, Виктор Степанович, я всегда был откровенен, поэтому, скажу честно: все зависит от вашего ответа. Но если выбирать, между вашей жизнью и моей, то я всегда выберу свою. Вот, такой вот, эгоизм.
  - Я вас понял. Здоровый прагматизм - это, по крайней мере, честно. Ну, что вам сказать: я не знаю, для чего я здесь? Всего две недели назад я был ведущим научным сотрудникам одного из закрытых НИИ, а потом я оказался здесь. Поехал на семинар в Новосибирск: заснул в самолете, а проснулся уже в этом мире. Пару дней меня держали в какой-то закрытой комнате, пичкая, горькими, до ужаса таблетками, от которых постоянно хотелось спать. А потом, меня переправили в этот лагерь, где я и нахожусь уже больше недели. С Углом было двое охранников, мы были первыми обитателями этого лагеря. Когда нас сюда привезли, здесь не было, даже охраны. Только я, Угол и двое его людей. Потом прибыла охрана и первые группы каторжан. На все мои вопросы, зачем я им нужен, мне так и не ответили. Угол, только один раз произнес странную фразу - 'Им нужен специалист вашего профиля, вас 'заказали', а мы всего лишь перевозчики заказа'. Вот, как-то так.
  - Понятно, что ничего не понятно, - задумчиво произнес я. Вот зачем, скажите мне, пожалуйста, зачем хозяевам рудника, нужен этот очкарик? - А, вы, вообще, кто по профессии?
  - Я ученый - вирусолог. Занимаюсь разработкой вирусов и антивирусов.
  - Вирусолог, говорите?
  - Да.
  - Ладно, живите спокойно, если ради вас организовали отдельный канал доставки, значит вы очень важная птица, - я хлопнул по плечу, вжавшего голову в плече профессора, и, поднявшись на ноги, добавил: - Если ваша жизнь и, правда, так ценна, то я думаю, хозяева рудника, будут мне благодарны, за то, что вы еще живы.
  'Профессор' лишь кивнул головой и продолжил отхлебывать ярко-желтую бурду из жестяной кружки. Человеку свойственно верить в хорошее, особенно, когда это касается его жизни. Идущий на эшафот, верит, что произойдет чудо, и его помилуют. Даже, когда лезвие гильотины летит вниз, человек все равно надеться, что лезвие пролетит мимо. Вот, чего этот плешивый очкарик поверил, что я его не убью? Даже самому тупому отморозку понятно, для чего хозяевам рудника, понадобился ученый - вирусолог. Вирусы изобретать, или наоборот - найти антивирус. Вот и скажите мне, пожалуйста, на кой ляд, мне сохранять жизнь этому 'ботану'? Он ведь не просто ученный, он - возможный создатель оружия массового поражения. Может придушить его по-тихому? Или оставить его в живых?
  - Ученный, а скажи мне - какой смысл тебя тащить в этот мир? Из-за твоей специализации? - начал я размышлять вслух. - Понятно, что из-за твоей специализации. Я, конечно, не специалист в области вирусологии, но думаю, для вашей работы требуется специальное оборудование и не маленький штат сотрудников. Верно?
  - Это, смотря, что надо делать? - слегка, напрягшись, ответил очкарик. - Если предварительные работы проведены и есть хотя бы минимальный набор оборудования, то я смогу справится и один.
  - А, если предварительных работ не было, и оборудования нужного нет, будет от вас польза?
  - Повторю - смотря, что надо делать, - чеканя, каждое слово, медленно произнес ученый. Наверное, он понял, к чему я клоню. - Я, не знаю, что от меня хотят. Мне сказали, что если я выполню свою работу, то меня отпустят и заплатят, а если не выполню, то меня и всех моих родных убьют.
  - Вас в любом случае убьют, - жестко произнес я, и, выдержав секундную паузу, добавил - А ваших родных, скорее всего никто трогать не будет.
  - Почему вы так думаете? - недоверчиво спросил ученый.
  - Слишком тяжело и дорого работать в старом мире, чтобы ради мести завязывается с этим мероприятием, - объяснил я ученому прописную истину.
  - А, в чем проблема, послать парочку отморозков в старый мир? - вирусолог задал, самый глупый вопрос, который я слышал, за последнее пару лет.
  - Ученый, ты - дурак! - я еле сдержался, чтобы не рассмеяться. Жук, стоявший в дверной проеме, сдерживаться не стал, и громко расхохотался. - Тебе, что не объяснили прописные истины? Из этого мира нет возврата. Переход действует только в одну сторону, система ниппель - сюда дуй, а обратно фуй. Понял? Тот, кто вернется в старый мир, сгорит от рака за пару дней.
  - Как? Почему? Вы, что хотите сказать, что я не смогу вернутся домой, к родным, - изумление на лице очкарика, было столь велико, что мне стало его, даже жалко.
  - Профессор, забудь о внешнем мире. Если хочешь увидеть свою родню, то думай, о том, как их перетащить на эту сторону, - дальнейший разговор мне становился, не интересен. Сейчас надо было придумать, как избавиться от вирусолога и при этом не испортить отношения с хозяевами рудника.
  - Вы в своем уме? В ЭТОТ МИР?! Как здесь можно жить? Это же ужас! Ад! - вирусолог, вскочил на ноги, отбросил кружку в сторону, и от возмущения, принялся размахивать руками.
  - Да, что ты понимаешь? Чем тебе этот мир не угодил, - Жук решил влезть в разговор, видя, что я никак не реагирую на слова вирусолога. - В этом мире все намного честнее, чем в старом. Понял?
  - Да, как вы такое можете говорить? - вирусолог, обернулся к Жуку, и нервно размахивая руками, начал, горячо и страстно говорить: - Я в этом мире всего несколько недель, но могу вам с полной уверенностью сказать, что этот мир, не что иное, как воплощение ада. И вы мне предлагаете привезти сюда своих родных? Вы, вообще в своем уме?
   В ответ Жук начал перечислять все достоинства этого мира, но я особо не прислушивался - не было особого интереса, да и честно говоря, преимущества были так себе - по большей части, они могли не заинтересовать, а наоборот, отпугнуть нормального человека, привыкшего видеть мир через экран телевизора. Меня сейчас больше волновало: что делать с этим ученым - вирусологом.
   - Кот, а ты, что думаешь по этому поводу? - решил, я обратится за помощью к Даймону. - Как думаешь, что лучше оставить ученого в живых или убрать его сейчас, по-тихому.
   - Человек, он хороший, добрый. Немного странный, но для ученого и фаната своего дела - это нормально. Жалко такого убивать, но и в живых оставлять нельзя, такой бед много натворить может, - ответил Даймон. - Но, трогать его раньше времени нельзя. Его жизнь - это пропуск на рудник, если сохранишь его жизнь, то это даст тебе шанс добраться до руководства рудника. Я думаю, что они точно, захотят встретиться с тем, кто сохранил жизнь вирусологу.
   - Ну и что делать? Оставлять в живых или нет?
   - 'Отсроченная смерть'.
   - Чего? Что еще за 'отсроченная смерть'? Предлагаешь проклятье на него наложить? Не получиться, следы проклятья уловит любой датчик, даже 'градусники', которые установлены в этом лагере.
   - Проклятье - это прошлый век, уровень детского сада. 'Отсроченная смерть' - это особая программа, которая изнашивает организм человека. Ученый, просто умрет через пару дней, и никакого следа магического воздействия. Жил, жил себе человек, а потом - бац и умер.
   - Отлично, это то, что надо! Что от меня требуется?
   - Ничего особенного, всего лишь тактильный контакт.
   - Чего? Какой контакт?
   - Да, просто прикоснись к нему и все.
   Ну, надо, так надо. Профессор и Жук, яростно спорили, доказывая друг другу свою точку зрения. Профессор пытался объяснить Жуку, невозможность жить в мире, где нет государств, нет милиции, нет ничего, к чему привыкла интеллигенция, есть только анархия, и балом правит сила. Как говорится - 'Прав тот, у кого больше прав'. Жук в ответ, утверждал, что этот мир намного честнее и правильнее, чем старый, потому что, в том, старом мире, все, тоже самое, но прикрытое лицемерными правилами, которые работают только против серой массы. А тем, кто выше народа, тем можно все. Нет, в этом мире то же не все так гладко, есть свои микро государства, в которых всеми заправляют главы кланов. В этом мире есть рабство, есть каторги, есть смертная казнь, но самое главное в этом мире есть право выбора, каждый сам определяет: где и как он хочет жить. Есть право отстаивать свои интересы и свой образ жизни с оружием в руках. Хотят казаки или лесовики жить отдельно, и не подчиняться никому? Ну что ж, это их право. Если кому то это не по нраву, то он сможет только силой заставить их отступиться. Но, при этом это будет война один на один, без международных эмбарго и экономических блокад, когда десятки развитых стран накидываются на одного, ради получения доступа к нефти, и все это прикрыто лживыми лозунгами, гласящими о защите прав и свобод.
   Я обернулся к спорящим, и, вставая с лавки, оперся рукой на плечо профессора. Вирусолог дернулся всем телом.
   - Профессор, что с вами? - как ни в чем не бывало, спросил я.
   - Как будто током ударило, - морщась, ответил очкарик.
   - Такое бывает. Статическое электричество, - ровным голосом ответил я.
   - Да, я знаю, - профессор кивнул головой, и немного подумав, задал вопрос, который сильно беспокоил его: - Как вы думаете, есть у меня шансы выжить?
   - Шанс есть всегда, - ответил я. Мне было стыдно врать очкарику, ведь я его убил, пусть он умрет не сейчас, но убил я его, только, что, когда оперся рукой на его плечо: - Чем дольше вы будете нужны вашим работодателем, тем дольше вы будете жить. Тяните время, выдавайте результат небольшими порциями - вы должны заставить думать ваших хозяев, что ваша работа слишком трудна и без вас, они никак не справятся.
  - Я, примерно так и хотел поступить.
  - Ну, вот и хорошо, - я решил прекратить неприятный разговор: - А теперь извините, мне надо пойти проверить посты.
  Я вышел из каморки, прошел через весь барак, по направлению к двери. В бараке никого не было, только возле входной двери, на скамейке сидели двое каторжан и играли в карты. Один из них был с абсолютно лысой головой, а у другого длинный шрам пересекал левую щеку, захватывая уголок глаза, от этого лицо было похоже на гротескную маску. Увидев меня, они почтительно встали, а один из них, тот, что был обрит на лысо, спрятал карты.
  - Как дела мужики?
  - Все спокойно, - ответил тот, что прятал карты, - Пока спокойно, но народ начинает нервничать - чувствуют, что 'копилка' настроена против них, если к вечеру не приедет приемная команда, то, к ночи можно ждать гостей.
  - Ничего страшного - отобьемся, - легкомысленно ответил я.
  - Легко сказать - 'отобьемся', в нашем бараке не больше двадцати человек, а в лагере почти двести. Наваляться скопом и задавят.
  - Боишься?
  - Боюсь, - тихо произнес лысый. - Только дураки и покойники ничего не бояться - первые потому что нет мозгов, а вторые, потому что уже при жизни были слишком смелые.
  - Ну, можно и так думать. Собственно, это не важно - боишься ты или нет, главное - это выполнить, возложенную на тебя задачу. Ваша задача - предупредить меня, в случае враждебных действий со стороны других обитателей 'копилки'. Понятно? Будешь, при этом ты боятся, или не боятся, мне все равно. Главное - выполнить задачу. Понял? Не выполнишь, возложенную на тебя задачу, я тебя лично порву на лоскуты. Поэтому, главное сделай то, что должен сделать.
  - Понял, - уныло произнес лысый. - Что на каторге убьют, что здесь на 'пересылке' - все едино.
  - Не надо, так пессимистично смотреть на жизнь. Радуйся тому, что пока ты жив. Вот когда помрешь, тогда и будешь расстраиваться, - широко улыбаясь, я хлопнул лысого по плечу, и вернулся в барак.
  Если против нашего барака ополчиться весь лагерь, то долго нам не продержатся, в этом лысый прав: навалятся и задавят. Отбиться точно не получится, это без вариантов. Долго в 'копилке' нам не прожить. Интересно, а когда должны прибыть хозяева рудника в лагерь? Хорошо бы, чтобы это произошло как можно быстрее. Я обратил внимание, что действие гипноза - внушения, которым Даймон обрабатывал каторжан, постепенно шло на убыль. С каждым часом обитатели барака чувствовали себя все уверенней и независимей, они становились теме кем и были: убийцами и грабителями, отбросами жизни, которые не нашли себе места в нормальной жизни, и их упекли на каторгу, подальше от обычных людей. Среди местных обитателей, конечно, были и те, кто попал сюда по ошибке, но таких было ничтожно мало и их присутствие пагоду не делало.
  - Сколько еще продержится действие гипноза?
  - Все зависит от личностных характеристик и внешних раздражителей.
  - А по-человечески можно объяснить?
  - Для тупых, можно и по-человечески: кто через день отойдет, а кто и неделю будет, как чумной ходить, и в рот тебе заглядывать.
  - Может их еще раз обработать, а? А то, отойдут раньше времени, и беды не оберешься.
  - Нельзя. Второй раз нельзя. Тем, кто еще находится под действием внушения, повторный гипноз выжжет мозг, тем на кого внушение перестало действовать, повторный гипноз, что мертвому припарки. Так, что про повторное внушение забудь.
  - Понятно. Значит, как всегда, в случае чего придется все кулаками решать.
  Кот промолчал, видимо решил, что ответ и так очевиден, поэтому и не стоит утруждать себя. Ну и ладно!
  Атмосфера в лагере была напряженной - беспокойство и страх парили в воздухе, настолько ощутимо, что казалось можно кожей ощутить их липкое присутствие. Периодически на территории лагеря, то тут, то там, возникали короткие стычки. В темных закутках бараков ненависть и злоба находили свой выход в драках и убийствах. Тяжелая, гнетущая атмосфера, все больше и больше накалялась, казалось еще мгновение, и нарыв прорвется, выплескивая из своего зловещего нутра все самое страшное и черное, что есть в человеческой душе.
  Ближе к полудню выяснилось, что кормежки не будет. В 'копилке' кормили один раз в день, примерно в час дня. Кормили плохо, что и понятно, чай не бояре, здесь харчевались. Каторжане, они кто? Быдло! Расходный материал! Их, что разносолами кормить и деликатесами? Основную часть рациона составляла жидкая баланда, сваренная из отбросов. Но, даже этой мерзкой кормежки, сегодня не было. Объяснение этому факту могло быть только одно - в ближайшее время должна была прибыть команда покупателей с рудника. В пользу этой версии говорил еще и тот факт, что в закутке, где обитал Угол, припасы тоже подходили к концу. Под топчаном, на котором я сейчас сидел стояла коробка, в ней лежала последняя пачка галет и две банки тушенку. Этого, как раз должно было хватить, что слегка позавтракать нескольким взрослым мужчинам. А это значит, что Угол точно знал, когда с рудника приедет команда, поэтому и продуктов он заготовил ровно столько, чтобы хватило ему и его людям.
  Прошло еще несколько часов томительного ожидания, и за воротами лагеря началось какое-то оживление: подъехало несколько грузовиков и стареньких внедорожников ГАЗ-69, из них выпрыгнули запакованные в камуфляж бойцы, которые тут же принялись разгружать грузовики, вытаскивая из них длинные свертки брезента. Обитатели 'копилки' хлынули к забору, плотно облепив его, всем было интересно знать, что же их ожидает. Когда все брезентовые свертки покинули кузова машин, 'камуфляжники' развернули брезент и вытащили на свет длинные трубки, которые тут же начали собирать в длинные шесты. На расчищенной от снега площадке, появилась собранная из шестов решетчатая конструкция. Площадка квадратной формы три на три метра, была отгорожена трубчатыми шестами. На шесты накинули брезент, и получился большой навес квадратной формы. Перед входом в брезентовый квадрат, установили несколько дополнительных решеток, и получился своеобразный турникет, который разделял вход в навес на две части. Видимо внутри навеса пространство тоже было разделено на две части.
   Внутрь брезентового сооружения прошли несколько человек и минут двадцать не появлялись наружу, видимо они дорабатывали внутреннее убранство до нужной кондиции. Внедорожники и грузовики отъехали от навеса на двадцать метров, образуя охранный периметр. В грузовиках и внедорожниках, на турелях, были установлены крупнокалиберные пулеметы. Возле каждой машины, прячась за бортами, замерли в ожидании, по паре бойцов с автоматами и карабинами.
  Из брезентового навеса вышел высокий, крупного телосложения мужчина в черной, вязаной шапочке, он направился прямиком, к лагерным воротам. На плече у него, стволом вниз висел АКМ. Из карманов разгрузочного жилета торчали автоматные рожки, а к правой штанине была прикреплена большая кобура под автоматический пистолет Стечкина.
  Как только машины отъехали от навеса, лагерная охрана, перестала играть роль пассивных наблюдателей и принялась выполнять свои обязанности. Криками и выстрелами поверх голов, каторжан отогнали от забора и загнали вглубь лагеря.
  Навстречу здоровяку с АКМом вышел начальник лагеря - невысокий толстяк в шапке ушанке. Они встретились в нескольких метрах за воротами лагеря. Командир рудничной команды, подошел к месту встречи первым, но ближе подходить он не захотел, предпочел немного подождать. Встретившись, они пожали друг другу руки и, отойдя в сторонку, несколько минут о чем-то говорили. Было видно, что начальник лагеря пытается что-то объяснить здоровяку, тот морщился и недовольно задает вопросы. Начальнику лагеря, вопросы здоровяка причиняли, явный дискомфорт, он краснел и виновато оправдывался, смущенно пытаясь оправдаться. Интересно, получается: начальник лагеря заискивает перед заезжими вояками. С чего бы это? Казалось бы, должно быть совсем наоборот, а оно вон как получается.
  Я стоял на крыше барака и с помощью 'сверхзрения' рассматривал действия команды с рудника. Интересные ребята: действуют слаженно и профессионально, да еще и отлично экипированы. АКМы и СКСы - это очень неплохо для нашего мира. Это вам не винтовки Мосина и автоматы Шпагина, это совершенно другая весовая категория. На данный момент один АКМ по цене равняется шести ППШа, а СКС идет за десять винтовок Мосина. Человеку, вновь прибывшему в наш мир, может показаться странным, что оружие шестидесятых годов считается отличным вариантом. А что делать, если альтернативой может служить только стрелковые образцы периода Великой отечественной войны. Еще одной причиной повального использования стрелкового оружия шестидесятых годов, было относительная дешевизна боеприпасов. Патрон 7,62x39, так называемый, промежуточный патрон, принятый на вооружение в СССР в 1943 году, был очень популярен в этом мире.
  В последние пять лет этот вид патронов поступал в наш мир регулярно, и в огромных количествах. Это было связано, скорее всего, с тем, что в старом мире их утилизировали в связи с тем, что вышли сроки хранения, а может как всегда генералитет решил заработать денег на торговле оружием. Боеприпас достаточно мощный, что эффективно работать с ним на расстояние до километра. При этом патрон 7,62x39 мм, был в два раза дешевле чем 5,45×39 мм. Ну а, боеприпас 7,62x25мм, который подходил для пистолета ТТ и пистолета-пулемета ППШа, так тот, вообще стоил копейки. Поэтому оружие периода сороковых годов и пользовалось такой популярностью. А, что: дешево и сердито!
  Я уж молчу, про крупнокалиберные пулеметы НСВ 'Утес', которые были установлены в грузовиках. 'Утесы' - это очень и очень дорого. Основным тяжелым пулеметом нашего мира были ДШКа военного и послевоенного периода. Этих пулеметов было много, и стоили они недорого. 'Утесы' могли попасть к нам только по специальному заказу, а это удовольствие не дешевое. А самое не понятное, зачем Торговому союзу продавать 'Утесы' хозяевам рудника. Не в правилах торгашей продавать современное вооружение на сторону. 'Торгаши' продают все менее приличное только своим непосредственным компаньонам, а всем остальным впаривают образцы не моложе тридцати - сорока лет, и то, таких случаев единицы. А тут такое богатство: грузовики, ГАЗики, автоматы, 'Утесы' и новенькие камуфляжные костюмы.
  - Жук, как тебе, эти с рудника? - спросил я, у стоявшего рядом со мной Вовки.
  - Да как-то странно: с одной стороны хорошо, что так быстро приехали - не придется всю ночь от других бараков отбиваться, а с другой стороны слишком они хорошо экипированы, для обычных бандитов, - Жук, доедал тушенку, и поэтому говорил с набитым ртом, и не все его слова были понятны. - Уж больно они похожи на военных наемников.
  - Это точно. Как думаешь, на кого могут работать эти ребята? И хватит жрать!
  - Вариантов нет. Заказчик может только один - кто-то из глав Торгового союза. Больше некому.
  - Насколько я знаю, хозяева рудника не контактируют с торгашами. Может, все-таки кто-то другой?
  - Кто? Кто в нашем мире обладает такими же возможностями как 'торгаши'?
  - Только тот, кто получил контроль над порталом, работающим со старым миром, - выдал я версию, которая давно вертелась у меня в голове.
  - Ты, хочешь сказать, что хозяева рудника заполучили портал?
  - Может быть. Очень может быть, - а как иначе объяснить действия наемников с рудника. Только наличие неучтенной связи с внешним миром может объяснить те странности, которые происходят в последнее время.
  Верзила с АКМом, в сопровождении коменданта 'копилки' подошел к воротам лагеря, его сопровождали шестеро подчиненных. Группа прикрытия рассыпалась по разные стороны лагерных ворот, прикрывая своего вожака. Ворота распахнулись и команда покупателей вошла на территорию лагеря. Один из караульных принес своему начальнику громкоговоритель. Начальник лагеря прокашлялся, и, приложив громкоговоритель к губам, закричал:
   - ПЕРВЫЙ БАРАК! В КОЛОННУ ПО ОДНОМУ, ПОСТОРИТЬСЯ! ПОДОЙТИ К ВОРОТАМ! КТО ОСТАНЕТЬСЯ В БАРАКЕ, БУДЕТ РАСТРЕЛЯН!
  Каторжане стояли возле своих бараков, одной, большой группой. Все ждали, что же произойдет дальше. Никто не шелохнулся, все замерли в тревожном ожидании. Надо воспользоваться общим замешательством - и успеть первым выйти к воротам!
  Стремительно спустившись вниз, я увлек за собой, всех кто оставался в нашем бараке. За мной шел Жук, 'профессор' и еще семь человек - лишь те, на кого сила внушения продолжала действовать.
  - ПЕРВЫЙ БАРАК! ПОДОЙТИ К ВОРОТАМ, - комендант кричал в громкоговоритель, пытаясь усилить еще больше силу микрофона. - ЕСЛИ НИКТО НЕ ВЫЙДЕТ, Я ПРИКАЖУ ОТКРЫТЬ ОГОНЬ.
  Мы шли вперед клином: я на острие, сразу за мной двое наиболее крепких парней, следом еще трое, замыкал шествие Жук, с последней парой. 'Профессор' двигался в середине клина, прикрытый со всех сторон телами каторжан. Клин резал толпу зэков, как горячий нож режет сливочное масло - точно и быстро. Мне даже не приходилось прилагать физических усилий, чтобы зэки убирались с нашего пути. Даймон применил магию - она двигала впереди меня волну ужаса, которая заставляла каторжан отходить в сторону. Озлобленные на весь мир люди, приговоренные к смерти, расступались передо мной, не смея встать на нашем пути.
  Когда мы прошли, сквозь плотную толпу каторжан, Кот отключил магическое воздействие, и к лагерным воротам, мы подошли вполне мирной группой, обычных зэков. Лагерная охрана встретила нас во всеоружии: стволы автоматов и винтовок были направлены в нашу сторону, а суровые парни, которые держали оружие в руках, были готовы в одно мгновение изрешетить нас. Не доходя пяти метров до ворот, я остановился, идущие за мной каторжане тоже замерли, идти дальше было смертельно опасно - лагерная охрана могла и огонь открыть.
  Подняв руки верх, осторожно сделал несколько шагов вперед. Охрана смотрела настороженно, но не стреляла. Это радует. Я сделал еще два шага вперед. Раздвинув руками двоих охранников, в первый ряд вышел командир рудничной команды.
  - Так, это ты пришил Угла, со всей его пристяжью? - пробасил верзила. - Это хорошо, что сам пришел - посторонние не пострадают.
  - Хотите меня убить? - я сделал еще несколько шагов вперед и оказался совсем близко, к забранным металлической сеткой воротам.
  - Ну а, что прикажешь делать? Пряниками тебя накормить? - лицо верзилы, приняло такое скучающее выражение, что всем, кто стоял рядом, было сразу понятно, дальнейший разговор ему не интересен. - Ты убил наших людей и за это должен заплатить.
  - Сдается мне, что Угол с товарищами, не сильно вам и нужен был, господа рудничные опричники, - произнес я. Верзила подошел вплотную к сетчатым воротам, и, схватившись руками в крупные ячейки проволоки, внимательно посмотрел мне в глаза. - Убить меня - не велика заслуга, вот только будут ли твои хозяева, рады тому, что ты это сделал?
  - А с чего, им огорчаться смерти, какого-то там, каторжанина? - в глазах верзилы появился интерес. - Кому ты нужен?
  - А, вы господин начальник уверены, что в полном объеме владеете всей информацией? - улыбнувшись, спросил я. Как говорили древние: чаще улыбайтесь - это очень бесит окружающих.
  - Чё ты лыбишься, придурок? - верзила подошел совсем близко к воротам, теперь нас разделяло всего несколько сантиметров. - Даже, если ты и нужен кому-то, то был ты или нет, никто не узнает. Никогда! Понял? Ты - пустое место, а будешь ты жить или умрешь, решаю я. Понял?
  - Вы ДОЛЖНЫ сохранить жизнь мне и моим людям! - теплая волна магии, мягко полилась в сторону ворот. Я не видел магических волн, но мог с легкостью представить, как магия окутывает людей по ту сторону сетки, заставляя менять свое мнение. Действие волшбы было мягким и не назойливым, практически не ощутимым - главное, чтобы охранные амулеты не забили тревогу.
  - Ладно, хрен с тобой! Живи! - севшим голосом просипел верзила. И повернувшись, в сторону своих подчиненных, приказал: - Этих, загоняйте в портал, и отправляйте их через левые ворота.
  - Портал запитать от кристаллов или пустить им кровь? - спросил один из его подчиненных.
  - Кристаллы или кровь? Пусть будут кристаллы - может они и вправду, такие ценные, что за их жизни, нас золотом закидают по самые яйца, - верзила сделал несколько шагов назад, давая своим подчиненным возможность открыть лагерные ворота.
  Решетчатые ворота распахнулись, и мы покинули территорию лагеря. Вооруженная охрана довела нас до брезентовых палаток и заставила снять верхнюю одежду. Я скинул с себя куртку, свитер, штаны и ботинки, остался только в трусах и майке. Все остальные, включая 'ботаника', сделали то же самое. Охранники тщательно обыскали всех, и не найдя ничего запрещенного, прикладами автоматов подтолкнули всех к турникету брезентовой палатки. Так, в одних трусах и майках, плотной группой, мы вошли в темное нутро брезентового навеса. Только у 'профессора' в руках был ворох его одежды - конвоиры, получив, приказ от своего командира, решили ученному одежду оставить.
  Внутреннее убранство палатки было убогим и скудным, а точнее отсутствовало напрочь. На полу не было ни ковров, ни подстилок. Не было даже малейшего намека на мебель. Вокруг только казенно-угрюмый, местами выцветший до белизны брезент. В брезентовых стенках палатки, были врезаны небольшие окошки, забранные противомоскитными сетками. Полог, закрывавший окошки был смотан и дневной свет пробивался внутрь, освещая пустое нутро палатки. Единственное, что отличало, эту армейскую палатку, от сотни ей подобных, это форма в виде купола - палатку, явно перешивали, были видны - тонкие металлические нити, которые были вшиты в брезентовые стенки. Для чего они были нужны, я так и не понял, хотя и какие-то смутные догадки плавали на поверхности.
  Мы стояли посреди пустой палатки и не знали, что делать дальше. Радовало только одно, убивать нас пока не будут, если бы решили убить, то сделали бы это снаружи, дабы не портить казенное, брезентово-палаточное имущество. Да и, 'профессор', до сих пор был среди нас, а уж если бы решили нас рассчитать, то ученного, точно увели куда-нибудь подальше.
  - Стоять в центре палатки и не шевелиться, - приказал, просунувшийся внутрь палатки конвоир.
  - Чего это они? - удивленно спросил Жук. - Может, задумали чего не доброго? А?
  - Стой спокойно, - ответил я. И немного подумав, я выдал самую правдоподобную версию: - Эта палатка, скорее всего портал. Поэтому и раздели, чтобы уменьшить вес и сэкономить расход энергии.
  - А, чего, тогда 'профессору' одежду оставили?
  Ответить я не успел, в глазах потемнело, и от неожиданности, я плюхнулся на задницу. Когда перед глазами прояснилось, я огляделся вокруг и понял, что телепорт сработал - нас теперь окружали не брезентовые стены палатки, а грубая каменная кладка.
  В сознание я пришел самым первым, видимо сказалась магическая подпитка Даймона. Остальные лежали на полу в разных позах. Надо привести в чувство моих соратников.
  - РОТА ПОДЪЕМ! - громкий крик, подкрепленный парой пинков по ребрам, это лучший способ, привести в чувство.
  - Какого хрена? - возмущенно прохрипел Жук, держась за ушибленные ребра.
  - Хватит валяться, - в голове стоял шум, виски ломило от боли. - Приведите себя в порядок, скоро придут за нами. 'Профессор' оденьтесь, наконец, у вас единственного сталась одежда. А если не хотите одеваться, то отдайте мне, я думаю, размер подойдет.
  - Да, да, конечно, я уже одеваюсь, - поспешно ответил вирусолог, натягивая на себя штаны. Он путался в штанинах и не мог попасть в них ногами.
  Оглядевшись вокруг, я заметил невысокую металлическую дверь, она была вмурована в стену. Дверь выглядела очень внушительно и надежно. А вот, с этой стороны дверной ручки я не заметил, значит, из одного тюремного лагеря мы попали в другой. Надеюсь, что сразу нас не убьют, честно говоря, я надеялся, что нас, вообще в ближайшее время не убьют. Подойдя к двери я забарабанил по металлу, что есть сил.
  - Эй, на корабле! Открывайте!
  - Может не надо, - тихо спросил ученный. - Привлечем лишне внимание, могут быть проблемы.
  - Они и так знают, что мы здесь. Чего нам скрываться?
  В дверь, с той стороны несколько раз ударили чем-то тяжелым. Значит, меня услышали, надеюсь тот, кто откроет эту дверь, знает, что мы ценны, и стрелять в нас нельзя. Я отошел от двери и остановился на середине комнаты, все кто был в камере, сгрудились за моей спиной и тревожно уставились на дверь.
  С той стороны проскрежетал засов, потом, что-то клацнуло, и дверь с тяжелым скрипом начала медленно открываться. Первым, в дверном проеме показался раструб огнемета. Перед раструбом, горел небольшой огонек поджигателя.
  - Эй, каторжане, если не хотите превратиться в люля-кебаб, то живо, все на пол, - раздался суровый крик, из коридора. - Если хоть один останется на ногах, то всех на хрен, сожжем.
  Все кто был в камере, как один упали на пол - раструб огнемета был очень красноречив. Если у огнеметчика дрогнет палец на спусковом крючке, то косматые языки ярко-оранжевого пламени зальют все нутро камеры, выжигая до головешек всех живых. Брр! Не дай бог.
  - Не говори со мной, до тех пор, пока я сам не заговорю. Здесь повсюду датчики, реагирующие на малейшее проявление магии. Твои способности, я временно отключу, - еле слышно прошептал Кот. - Держись!
  Легко сказать: - 'Держись'. За, что держаться, когда лежишь на полу?
  - Молодцы! Хорошо лежите - компактно. Я легко, сделаю из вас барбекю всего одной струей, - огнеметчик издевался, наслаждаясь своей властью. - Ладно, хорош валятся. Те кого, пнули ногой, медленно встают и на четвереньках ползут к двери.
  Меня пнули по ноге третьим по счету. Я медленно поднялся на четвереньки, и осторожно оглядываясь по сторонам, засеменил к двери.
  - Не верти башкой! - один из охранников увидел, что я осматриваюсь, и решил это немедленно пресечь.
  Сильный удар ногой ускорил мои движения, и я влетел в дверной проем. В коридоре, меня еще несколько раз ударили ногами по ребрам и сильным рывком за рурку подняли на ноги.
  - Глаза вниз, руки за спину и лицом к стене, - выдохнув перегаром мне в лицо, приказал, очередной охранник: - Дернешься, получишь порцию свинца в спину. Пошел!
  Убрав руки за спину, я почувствовал, как мои кисти стянула узкая пластиковая стяжка. Простояв в коридоре минут двадцать, всех кто был в приемной камере телепорта, вывели в коридор. Профессора вывели последним, и увели вдоль по коридору. А всех остальных, включая и меня, вывели на улицу, где стояла несколько грузовиков, с закрытым тентом кузовом. В кузов одного из грузовиков, вел настил, сбитый из досок. Я, и все мои товарищи забрались по настилу в кузов. Скамеек и откидных сидений в кузове не было, так, что нам пришлось разместиться прямо на полу, среди ящиков и коробок.
  Грузовик простоял минут десять, а потом, тронувшись с места, медленно набирая скорость, отправился в путь. Машина ехала, тяжело переваливаясь на неровностях и ухабах. Асфальтированных дорог в этом мире не было и в помине, да, что там говорить, не было никаких дорог с покрытием. Только грунтовые, и в некоторых городах, были дороги покрытые гравием и брусчаткой. Через час непрерывной тряски, я задремал, прислонившись головой к огромному, набитому чем-то мягким, баулу.
  Проснулся оттого, что машина остановилась, и рев работающего двигателя стих. Так часто бывает - пока надсадно ревет движок, спишь, как младенец, а как только, наступает абсолютная тишина, так сразу и просыпаешься.
  Грузовик стоял на месте, и похоже, в ближайшее время, никакого движения не будет. Двигатель негромко щелкал, остывая на холодном, горном воздухе. Только сейчас, когда машина замерла без движения, я понял, что температура внутри кузова ощутимо опустилась вниз. Дышать стало тяжелее - не хватало воздуха. А это могло означать только одно: мы сейчас находимся высоко в горах. Стало холодно - интересно, мы еще на своей стороне Драконьих гор или уже на территории терронов?
  Машина стояла неподвижно, очень долго - не меньше трех часов. Все, кто был в кузове, успели окончательно замерзнуть, холод стоял собачий, зубы так сильно стучали, что звук был слышан на сотни метров вокруг. Один из мужиков, захотел вылезти из машины, но получил сильный удар прикладом по голове и распластался на досках. К нему, тут же, кинулся Жук и, вытащив засаленную тряпку, промокнул кровь на голове раненного.
  - Эй! Если кто-то, еще нос наружу высунет, то в кузов залетит граната, - закричал, невидимый охранник. - Всем понятно?
  - Понятно, - уныло протянул Жук, и еле слышно, так, чтобы не услышали снаружи, добавил. - Гранату они кинут. Ага, поверили, жди! Кто ж, тебе машину портить даст?
  Машина еще часа полтора простояла как вкапанная, а потом снаружи раздался собачий лай и громкие крики конвоиров. Через секунду по деревянному борту грузовика застучали прикладом.
  - Эй, любопытные, по одному на выход! Один, за одним, если, кто-то замешкается, то мы его поторопим пулей. Понятно? Все, первый пошел!
  Первым из машины выпрыгнул мужик с залитой кровью головой, вернее, не выпрыгнул, а его вытолкнули за борт. Бедолага должен был стать первым блином, ну тот который, обычно комом.
  - Чё, развалился? Встал и пошел! - пинок тяжелым ботинком, поднял упавшего, как по мановению волшебной палочки.
  Один за другим, под неусыпным взором охраны, мы прошли через двор к стене. Возле стены, прямо на земле сидело человек пятнадцать. Разномастно одетая группа мужчин, разного возраста и телосложения. Были пожилые, были и молодые, одни были одеты в явные обноски и тряпье, другие в довольно приличные вещи. Единственное, что их всех объединяло, так это обреченность во взгляде. И не только во взгляде, обреченность сказывалась во всем: в позах, сидящих, в выражениях их лиц. Нашу группу привели к стене и приказали сесть на землю.
  - Кто из вас Василий? Кузнец, из станицы Знаменская? - спросил подошедший охранник, с сержантскими лычками. Сзади сержанта стояли двое солдат с короткоствольными автоматами наперевес. - Ну, так чего расселся? Встал и пошел!
  Я поднялся на ноги и пошел следом за сержантом, сзади мне в спину дышали оба конвоира, внимательно следя за тем, чтобы я не вытворял фокусов.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава 7
  
  
  Сидевший напротив меня человек, показывал всем своим видом, как сильно он занят, и что на меня ему наплевать с высокой, очень высокой колокольни. Понять человека было не трудно: кто я? Очередной каторжанин, расходный материал, пыль под ногами, а он - свободный человек, начальник, большая 'шишка', вон на погонах три звездочки - старлей, мать его так. Оплывший, толстый мужик. Зеленая камуфлированная куртка не могла уместить в себе размер огромного живота старшего лейтенанта. Лысина старлея лоснилась от пота, а на грязной, засаленной майке расплывались большие, мокрые пятна. В комнате было жарко натоплено, печка-буржуйка, раскалилась докрасна, а отсутствие окон, делало помещение больше похоже на сауну.
  - В общем, так - повезло тебе парняга! Выпала тебе великая честь доказать, что ты нужен нашему делу, - ехидный взгляд толстяка, давал понять, что выбора у меня нет и от предложения, отказаться я все равно не смогу.
  - Что нужно делать?
  - Сущий пустяк: надо вычистить от терронов одно место.
  - Ни хрена себе пустяк! - чего-то подобного, я, честно говоря, и ожидал. Глупо было думать, что хозяева рудник, оставят меня в покое, без надлежащей проверки. - Мне, что в одиночку идти против терронов?
  - Ха-ха! - толстяк издал легкий смешок. - Ну, ты прям Аника-воин! Поведешь отряд в сотню рыл. Почти полная рота. Оружие дадим: винтовки, карабины, гранаты и пару пулеметов.
  - А сколько будет терронов?
  - Точно неизвестно, примерно, около полусотни. Они засели в пещерном городе, вот вашей задачей и будет выбить их оттуда. У нашего руководства есть определенные планы на данный город.
  - А чего ж вы сами не идете на штурм? Кого ждали? Меня?
  - Заткнись! - коротко, рыкнул старлей. - Не твоего ума дело. Понял? Еще слово, и ты вместо оружия, получишь кандалы и отправишься на рудник. Понял?
  - Понял. Больше вопросов не будет.
  - Обиделся? - толстяк махнул рукой и рассмеялся. - Ну и правильно, злее будешь.
  Я ничего не ответил, лишь стоял и молча, смотрел на стол, за которым сидел старший лейтенант. На столе лежала развернутая карта, на которой было отмечена местность по эту сторону Драконьих гор. Толстяк заметил, что я смотрю на карту, и тут же сложил её пополам, так чтобы я не мог ничего увидеть. Карту я видел мельком, буквально всего несколько секунд, но главное, что я успел заметить, это отметки на карте. Отметок было много - никак не меньше двух десятков: пять крупных значков и вокруг каждого из них по нескольку маленьких.
  Интересно?!
  Это, что ж получается?
  Земли по эту сторону Драконьего хребта обжиты? Получается не меньше пяти крупных и пятнадцати мелких поселений? Или на карте отмечены не поселения людей? Тогда кого? Терронов? Да тут даже дело не в обозначениях, тут дело в наличии самой карты. Кто её нарисовал? Кто нанес обозначения? Если прикинуть примерный масштаб карты, то получается, что кто-то обследовал территорию, протяженностью более трехсот километров от Драконьего хребта. И это все на землях где не протолкнуться от терронов. Как? Как они смогли составить эту карту?
  Ох, не нравиться мне все это:
   Терроны, которые нападают на одних и не трогают других. Отличная экипировка и мощное стрелковое оружие, у рудничной охраны, а довершение всего, еще и огромная обжитая территория, о которой никто не знает по ту сторону Драконьих гор. Слишком большой нарыв образовался, скоро он лопнет, и зловоние донесется, до каждого, кто живет в этом мире.
  - Дело не в злости, а в здравом смысле. Кому нужен пещерный город, на территории, которую нужно защищать? Ну, выбьем мы терронов? А дальше, что? Загнать на скалы три, четыре сотни бойцов, только для того, чтобы удержать клочок земли? А как поставлять продовольствие и боеприпасы? Телепортами?
  - Твое какое дело? - пренебрежительно скривился старлей.
  - Да, особо никакого? - пожав плечами, ответил я, - Просто подумал, что овчинка может стоить выделки, только в одном случае: в пещерном городе есть залежи драгоценных камней или металлов.
  - Ну и что? - интонации толстяка, стали намного жестче, в них прорезался металл.
  - Скажу прямо: хочу долю, - посмотрев, прямо в глаза старлею, ответил я, - Если штурм пройдет удачно, сделаете меня командиров среднего звена, выделите подчиненных, определите какой-нибудь участок работ. Как, вам такая идея?
  - Эх, куда катиться этот мир? Все только и ищут, что выгоду. Никто не хочет работать за идею. Всем только и надо: проценты, доли, деньги! - голос толстяка, как-то в один миг сразу стал более мягким, как будто я сказал нечто такое, от чего старлей, моментально успокоился. - Тебе так и так предложили дальнейший карьерный рост. Так, что мог бы и не выпендриваться! Все, надоел, иди, тебя ждут.
   - Ну, как скажите, - я вышел из комнаты, в коридоре меня ждали двое солдат вооруженных коротышами Калашникова. - Куда идти то, конвой?
   - Хотелось бы тебе ответить, что, шел бы ты в женский половой орган, но ... иди ты налево по коридору, - один из конвоиров сделал шаг назад, пропуская меня. - И смотри мне, без шуток. Чуть, что сразу пристрелим. Понял?
   Ну, вот, что за люди? Чуть, что так сразу пулю! Что за привычки у них такие, нет, чтобы пивком угостить. Эх!
   Конвой провел меня по извилистым коридорам, вырубленным в скальной породе. Наш путь закончился в небольшой комнатке, где меня ждал очередной мужик в камуфляже с капитанскими погонами. Ага, значит, очередной командир среднего звена. Капитан был высок, и подтянут, форма сидела на нем как влитая, ткань обтягивала мускулистое поджарое тело, как вторая кожа. Сейчас опять начнется: пойди, туда не знаю, куда и сделай то, что сделать невозможно, а если не сможешь, то мы тебя убьем.
   - Василий? Кузнец? Станица Знаменская?
   - Ага, и чего?
   - Ничего. Тебе сказали, что от тебя требуется?
   - Ага.
   - Хватит агакать! - рявкнул капитан. - Времени мало. Сейчас, я тебя введу в курс предстоящей операции. Будь внимателен и постарайся все запомнить. Понял?
   - Понял. Это хорошо, что у вас есть план. А, то я уж было дело, подумал, что просто бросите в чистом поле, с голыми жопами, против терронов.
   - Итак: у тебя будет отряд, человек сто - сто двадцать, плюс, минус пару голов. Вооружение - винтовки, карабины, автоматы и пара ручных пулеметов. Гранат и патронов дадим столько, сколько унесете.
   - Бойцы опытные или как?
   - Опытных, человек десять, остальные так себе. Винтовки в руках держали, учебные стрельбы с ними провели, несколько раз даже попытались провести групповые учения.
   - Ну, и на этом спасибо. А, что представляет собой объект штурма?
   - Объект - отдельно стоящая скала в чистом поле. В скале выбит пещерный город, наши называют его - Улей. По нашим разведданным, терронов не больше полсотни. Огнестрельного оружия у них нет, - капитан достал из ящика стола несколько листов бумаги, и положил их передо мной. На листах формата А4, были нарисована примитивная карта, испещренная значками и закорючками. - На, держи. Это план - схема Улья. Вот видишь, это пещерный город, а вот здесь отмечены два прохода, один широкий, а другой более узкий. Зайдете двумя группами, одна пойдет по широкому проходу, отвлекая на себя внимая тернов, а вторая группа, вооруженная автоматами, по-тихому, зайдет с 'черного входа', через узкий проход.
   - Точно, огнестрела нет? - удивленно спросил я, рассматривая самодельную карту.
   - Сто процентов, - махнул рукой капитан. - Терроны в Уль какие-то там идейные, огнестрела не признают, поэтому из оружия у них там, будут только железо и палки стреляющие.
   - А, как к терронам, огнестрельное оружие попадает? - осторожно, решил поинтересоваться я.
   - Как, как? Трофеи. Снимают с наших убитых, ну и с казаками, у них регулярные стычки на границе, так, что приток оружия у них постоянный.
   - А, кто их обучает со стволами обращаться? Это ж не просто так: подобрал ствол на земле, посмотрел, как другие из него стреляют, и сразу стал Ворошиловский стрелок, так?
   - Тебе-то какое дело? Есть враг - его нужно убить. Есть задача - её нужно выполнить!
   - Понял, врага - убить, задачу - выполнить, - значит, никто не признается в том, как к терронам попадает огнестрельное оружие. - Когда надо приступить к выполнению задачи?
   - Завтра.
   - ЗАВТРА?! Как завтра? - они, что совсем охренели? Это же не за грибами сходить. Как можно за один день подготовить отряд для штурма? - А чего не сегодня? Вы, вообще в своем уме? Мне понадобиться, минимум неделя, только для того, чтобы люди стали, хоть как-то сообща выполнять команды. Я ведь правильно понимаю, что у вас нет единого отряда, так насобирали сбору по сосенке, сброт всякий?
   - Хочешь, правду знать?
   - Конечно!
   - Ты, и все кто пойдет с тобой на штурм пещерного города, на фиг никому не нужны. Понял? Ваши жалкие жизни ничего не стоят! - капитан, ухмыльнулся во весь рот. - Вас не замордуют на руднике, вас не дадут на растерзание терронам. Вам дают возможность умереть с оружием в руках, а если очень повезет, и останетесь в живых, то сможете доказать, что ваши жалкие жизни имеют какую то ценность.
   - Так все-таки умереть? - зацепился я за необдуманно оброненное, капитаном слово, - А, толстяк, с лейтенантскими погонами, говорил, что штурм - это, так легкая прогулка.
   - Иваныч?! - вздернутая бровь и брезгливое выражение лица, показало, как капитан относиться к толстяку, - Иваныч, в старом мире работал парторгом на заводе. Все, что он умеет - это чесать языком. А, на счет штурма. Могу сказать только одно: риск есть всегда. У нас есть только общие сведения о терронах, засевших в Улье. Как, ты понимаешь проводить разведку в отдалении от рудника очень и очень трудно.
   - Трудно? - удивленно, хмыкнул я - Да, по ту сторону гор, даже понятие не имеют, что здесь могут жить люди. Это же Драконьи горы - вотчина терронов! А вы тут живете, работаете и даже разведку, какую-то там проводите, - сарказм в моем голосе, дал понять капитану, как я отношусь, к его словам.
   - Ты, давай, не ерничай. Здесь, все-таки, я - главный, а ты - мразь каторжанская!
   - Я, за последние два часа, раз пятнадцать слышал это обращение - 'мразь каторжанская'. И, что самое неприятное, в начале, сами предлагают работу, а потом, каждый, кому не лень, пытается показать мою ничтожность.
   - Ну, а как ты хотел? Радуйся, что сразу не пристрелили. Тебе, собственно говоря, еще очень повезло, что выпадает шанс избежать рудничного кайла.
   - Ничего себе, повезло, - грустно произнес я. - Могли бы и не посылать на смерть, я все-таки вам ученого доставил в целости и сохранности.
   - Ты, что издеваешься? - рассмеялся капитан, похоже, его что-то сильно развеселило. - Ты убил нашего человека и его людей, кстати, именно тех, кто и должен был ученого нам доставить. Тебя должны были сразу расстрелять, но на твое счастье, у нас возникли некоторые проблемы с командным составом, поэтому и решили заменить расстрел, возможностью искупить вину кровью.
   - Понятно.
   Капитан никак не ответил, и в кабинете повисло тягостное молчание. Я снова взял в руки листки бумаги, и еще раз прикинул возможности штурма. В принципе, затея штурма была не лишена смысла, одна группа отвлекает на себя внимание защитников Улья, а вторая заходит в тыл и расстреливает терронов в спину. Если у терронов нет огнестрельного оружия, то они должны будут клюнуть на приманку, в виде основной группы, и выйти к ним на встречу, а точнее выехать на своих скакунах. Стремительная атака верхом на чханах - это единственное, что могут терроны, противопоставить вооруженному огнестрельным оружием отряду.
   - А как нас до Улья доставят? Порталом или на машинах?
   - Порталом, как же еще.
   - Ну, а после завершения штурма, если мы победим, нас, как, обратно заберут, или там оставят? - задал я, давно мучавший меня вопрос.
   - Как отобьете Улей, поставишь маяк, на который мы наведем портал, и сменим вас, свежим отрядом бойцов.
   - Ну, так если у вас есть свой отряд бойцов, то почему бы сразу их не послать на штурм Улья? Зачем посылать непроверенную и не сплоченную шайку раздолбаев на явную авантюру?
   - Ну, во-первых, на кой ляд нам рисковать своими людьми? А во-вторых, штурм - это как, тест на профпригодность. Кто выживет, тот сможет доказать свою значимость для нас и нашего дела.
   - Ну, а сам Улей вам важен или нет?
   - Да, как тебе сказать? С одной стороны, Улей находится далеко от рудника, но с другой стороны, место там хорошее, и неплохо защищенное. В Улье есть вода и надежные стены, да и расположен он очень удачно. Поэтому, плюсов в захвате Улья ровно столько, чтобы имело смысл его штурмовать, но и минусы, как ты понимаешь, есть, поэтому терять своих людей никто не хочет. Вот, именно поэтому, вы нам и нужны. Погибните при штурме Улья - никто по вам плакать не будет, а возьмете Улей - честь вам и хвала. Ладно, хватит болтать, за тобой пришли. И не забудь карты.
   Обернувшись, я увидел стоявшего за моей спиной солдата, вооруженного АКМом. Автомат, многозначительно был направлен мне в спину. Не говоря ни слова, я вышел из комнаты, и пошел по коридору. Коридор вывел меня и моего охранника во двор, который был заполнен людьми. Не меньше сотни мужчин, стояли плотной группой в центре двора. С трех вышек, которые возвышались над двором, в сторону каторжан были направлены стволы пулеметов. Еще не меньше десятка охранников, вооруженных автоматами, стояли во дворе, и пристально смотрели на толпу.
   - Ну, вот это и есть твои бойцы, - раздался сзади знакомый голос капитана. Я даже и не слышал, что он идет за мной следом. Как конвоир топал, слышал, а как капитан передвигался, не слышал. Тихо ходит, гад. - Ты, как, речь толкать будешь или так, молча, людей на смерть поведешь?
   - Оружие, где получать? - проигнорировав насмешку капитана, спросил я. - Обмундирование будет или так, в обносках отправите?
   - Оружие, боеприпасы и кое-что из экипировки получите на месте.
   - Те, кто пришел со мной из лагеря, тоже здесь?
   - Нет. Их отправили в другое место. Согласись, что если оставить вас вместе, вы можете решиться на побег.
   - Понятно. Ну, хотя бы одного можно с собой взять? Не хотелось бы оказаться среди незнакомых людей один на один. Нужен, кто-то, кто сможет прикрыть спину. Кому можно доверять.
   - Одного можно. Кого?
   - Молодой парень, среднего роста, лет двадцать - двадцать пять. Смуглая кожа, черные волосы и небольшой шрам на нижней губе. Зовут - Жук.
   - Жук, говоришь, - задумчиво произнес капитан. - Ну, если только одного. Ладно, одного можно выделить.
   Пока мы разговаривали с капитаном, в дальнем, от меня конце двора, между двух столбов натянули проволоку. Проволочный узор, больше всего напоминал паутину - множество колец, и радиально расходящиеся из центра лучи. Перекрестия проволоки были отмечены ярко-красными кристаллами. О, рубины! А, парни-то не из жадных. Рубины, даже в этом мире, удовольствие из дорогих. Вот и думай после этого, насколько важен Улей для хозяев рудника.
   После того, как проволочные нити были натянуты, один из работников, одетый в серый полушубок, с волчьим воротником, подошел к правому столбу и выцарапал на дереве несколько символов. Рубины вспыхнули багровым пламенем, и по проволочным узорам, пробежало золотистое сияние. Я, капитан и сопровождавший меня охранник, подошли поближе, к порталу, чтобы быть в курсе всего происходящего.
   Четверо бойцов, вооруженные автоматами и ручными пулеметами, замерли перед порталом. Мужик в сером полушубке произнес короткую фразу, после чего хлопнул рукой по начертанным на деревянном столбе символам. Золотистое сияние, исходящее от проволоки стало ярче, налилось светом и .... паутина превратилось в зеркало.
   - Вперед! - одетый в серый полушубок, мужик махнул рукой, и четверка бойцов синхронно шагнуло в зеркальную поверхность портала.
   - Разведка? - спросил я у капитана, который внимательно наблюдал за происходящим.
   - Нет, скорее группа по захвату плацдарма, - тихо ответил капитан, неотрывно рассматривая золотистую поверхность портала. - Разведку мы провели дистанционно, с помощью зонда.
   Это, что он сейчас сказал? Дистанционная разведка? Что еще за хрень? Нет, в очередной раз убеждаюсь, что с рудником надо разобраться, и как можно быстрее. Надо, только, поскорее выбраться с этих, забытых богом Драконьих гор и вернуться домой. Чем быстрее доберусь до Княжих Гор, тем быстрее, вызову все силы Горных Стражей. Ну, а когда, в этом, треклятом руднике высадиться несколько сотен Горных Стражей, то, в этих местах откроется местный филиал ада. Там где мы, там все пылает, вдовы ревут как белуги, а наши враги, глядят в небо мертвыми глазами.
   Золотистое зеркало портала подернулось рябью, и на эту сторону выпрыгнул один из автоматчиков. Он, призывно махнул рукой, давая понять, что плацдарм занят и снова перешел на ту сторону.
   - Внимание! Встали и бегом через портал! - закричал капитан. - Кто через десять минут останется на этой стороне будет расстрелян!
   Толпа каторжан заволновалась, дрогнула и сыпанула в разные стороны. Обезумевшие люди бросились, кто куда: одни побежали в сторону здания, другие бросились на конвоиров, а третьи побежали к золотистому зеркалу портала. Охрана была настороже - раздалось несколько коротких очередей, кое-кому перепало прикладом по голове, и порядок был восстановлен.
   - Постройте их в колонну, и загоняйте в портал, - крикнул капитан, одному из охранников, который выделялся среди своих коллег, высоким ростом и могучей фигурой. РПК без сошек, который держал в руках верзила, смотрелся детской игрушкой. - Да, и пристрелите парочку особо строптивых, чтобы остальные стали понятливее и расторопней.
   После команды капитана, рудничная охрана, под непосредственным руководством здоровяка с ручником, развила бурную деятельность - каторжане, были построены в колонну по три человека, и организованным строем двинулись в зеркальную 'простыню' портала. В ходе построения, охрана расстреляла за неподчинение или недостаточно быстрое выполнение команд восемь человек. Когда колонна каторжан полностью втянулась в нутро портала, во двор заехал, груженный ящиками и деревянными поддонами бортовой ГАЗон.
   Охрана сняла с УАЗа деревянные поддоны и, прицепив к ним металлические тросы, подтащила к порталу. Отложив в сторону автоматы, охранники быстро перетащила ящики с УАЗа на поддоны. Один из конвоиров перекинул через портал металлический трос, а потом дернул за него несколько раз и тут же отскочил в сторону. Трос натянулся, и поддон медленно пополз в зеркальную поверхность портала. Таким образом, в портал затянули один за другим, еще три поддона, каждый был гружен ящиками с оружием и боеприпасами.
   - А вот и твой человек, - капитан махнул рукой в сторону неприметной двери, через которую вывели Жука.
   Руки Жука были стянуты за спиной, а на щеке красовалась огромная ссадина, да и пара крупных синяков, украшали лицо.
   - Сильно тебя избили? - спросил я, у подошедшего Жука.
   - Меня никто не бил, я случайно ударился об косяк, - сквозь зубы, прошипел Жук, разминая затекшие запястья.
   - И сколько раз ты случайно ударился об косяк? - я не удержался от подколки.
   - Не знаю, темно было, раз пятнадцать упал точно. Дверной косяк, просто попался большой. Я бы, даже сказал огромный, килограмм сто двадцать, наверное, и кулаки, как кувалды.
   - Наговорились? - капитан, протянул мне, плотно стянутый брезентовый сверток. - Вам пора выдвигаться. В свертке: заряженный пистолет, запасные магазины, компас, карта и маяк-якорь для телепорта. Выйдите из портала, вооружишь людей, и шагайте на полтора километра в южном направлении. Переночуете, а с утра пойдете на штурм 'Улья'. На карте указано место расположения пещерного города. Часа за два - три дойдете до места. Ночью костры не жгите, могут заметить патрули терронов. Всё, пошли!
   Ничего не ответив, я прижал брезентовый сверток к груди, и шагнул в сторону золотистого зеркала портала. Жук медленно поплелся следом за мной. Переход через портал оказался на редкость безболезненным. Обычно телепортация сопровождалась резким перепадом давления, которое вызывает болезненные ощущения, тошноту и головокружение. А тут, вообще ничего подобного, как будто, в обычную дверь вышел.
   На той стороне оказалась холмистая местность, местами занесенная снегом. Соломенно-желтая трава торчала пучками среди серых камней и редких наметов снега. Резкий, порывистый ветер пригибал одинокие травяные стебли к земле. Низко висящие черные тучи, говорили о скором дожде или снеге. На открытом воздухе сразу стало холодно. Промозглый ветер пытался забраться под одежду, чтобы выморозить и без того замершее тело.
   С этой стороны портал выглядел, как едва заметное марево. Воздух струился и трепетал, над землей, создавая резко очерченный прямоугольник, висящий в воздухе. Метрах в пятидесяти от портала, в ложбине между двух холмов, плотной группой, сидели на земле каторжане. На вершинах холмов расположились пулеметчики.
  Рядом с маревом портала две волокуши с ящиками. Третья волокуша стояла чуть поодаль, метрах в двадцати, на склоне ближайшего холма. От портала, к волокуше тянулись, две, хорошо видимые, на каменистой земле борозды. Ох, и нелегко, наверное, было затащить эту волокушу на холм!
  - Ты, у этого сброда будешь старшим? - спросил меня, подошедший здоровяк с РПК.
  - Ага.
  - Сочувствую. В этих двух волокушах оружие: винтовки, карабины, автоматы, пистолеты и ручные пулеметы, - верзила показал рукой на две, стоявшие, рядом с порталом груды ящиков. - А, в той волокуше, что на холме - патроны и гранаты.
  - А, зачем волокушу с боеприпасами поставили отдельно?
  - Так безопасней. В первую очередь для тебя, - здоровяк состроил такое выражение лица, которое сразу давало понять, что он думает о моей кандидатуре, в роли командира штурмового отряда. - Всё, удачи тебе! Мы уходим.
  Здоровяк махнул рукой, и его бойцы начали отходить к порталу. Отступали они грамотно - по парам, страхуя друг друга. Когда все охранники скрылись в зеркальном мареве портала, верзила остался один.
  - Подарок тебе на прощание, - верзила скинул с плеча автомат Судаева и подсумок с запасными рожками к нему. Сделав шаг назад, здоровяк скрылся в телепорте. Через мгновение портал свернулся и ниточка, связывавшая нас, с обитаемыми землями, исчезла.
  - Жук, хватай автомат! Быстрее! - от толпы каторжан, к нам бежали несколько человек. По пути они успели схватить камни. Еще несколько человек, бежали к отдельно стоявшей волокуше.
  Рванув ремни, перетягивавшие сверток я выхватил пистолет.
  Бля!
  Пистолет оказался марки 'Кольт М1911'. Здоровенный, тяжелый пистоль стреляющий пулями сорок пятого калибра, или по нашему - 11,43мм. Монстр времен первой и второй мировой войны. Он до сих пор у пиндосов в строю, А уж сколько реплик его по всему миру сделано и не пересчитать. Пистолет надежный и убойный - это из достоинств. Из недостатков, очень малый боезапас, и тяжелый вес.
  - Стоять! Кто сделает еще шаг, получит пулю! - закричал я. Бежавшие навстречу, ко мне люди, даже не замедлили бег.
  Бах! Бах! Бах! Бах! Пистолет пришлось держать двумя руками. Четырьмя выстрелами, я убил троих набегавших. В самого первого пришлось стрелять два раза - 'Кольт' штука тяжелая, и первая пуля ушла выше.
  Тра-та-та! - прогрохотал рядом автомат в руках Жука. Бежавшие к холму мужики, упали, как подкошенные.
  - Еще желающие, отправиться в страну вечной охоты, есть? - крикнул я.
  Обернувшись, увидел, что Жук отбежал к третьей волокуше и начал вскрывать ящики.
  Рядом с тремя трупами, только что застреленными мной, остались стоять два человека. Они стояли, подняв руки вверх, и настороженно смотрели на меня.
  - Ну и что дальше? - крикнул один из мужчин. - Убьешь нас? Мы тебе ничего не сделали, зачем ты стрелял?
  - Стрелял, потому что вы не подчинились приказу. Перестали бы бежать, остались бы живы.
  -А, кто ты такой, чтобы мы тебе подчинялись? - со злобой в голосе выкрикнул, один из двоих.
  - Я человек, у которого есть пистолет. Еще одно слово, и вы последуете за своими приятелями.
  - Да, пошел ты! - выкрикнул второй, тот, который молчал до этого.
  Бах! Бах! - Обе пули попали точно в головы, разговорчивой парочки.
  Все-таки, 'Кольт' - штука мощная, головы, разлетелись кровавыми ошметками. Их нельзя было оставлять живыми, по всей видимости, те, кого, мы сейчас с Жуком, завалили, были сплоченной группой единомышленников. А такие пропутчики, нам совершенно не нужны.
  - Чего встали, можете медленно подходить! - крикнул я каторжанам, которые так и стояли плотной группой, не решаясь, двинутся с места. Я поменял магазин в пистолете, на полный.
  - Я, смотрю тебе убивать людей все легче и легче, - промурлыкал в голове Кот.
  - Ё-мое, напугал, чёрт мохнатый - вздрогнул я от неожиданности. Отвык, знаете ли, от внутреннего голоса. - А, что прикажешь с ними делать? Они ведь, явно пакость задумали.
  - Мог их обездвижить. Зачем сразу убивать?
  - Ну, а дальше, что с ними делать? - удивленно спросил я. Почему, надо объяснять прописные истины? - Для того чтобы охранять пять человек, нужно отвлечь, минимум троих бойцов, которых придется сменять каждые восемь часов. А у меня и так каждый человек на счету.
  - А зачем их охранять? - недоуменно спросил Даймон. - Подавили бы волю, да и все.
  - Блин! Что-то я не подумал! - тоже мне умник выискался, - Время шло на секунды. Некогда было размышлять, у меня инстинкт сработал: увидел врага - выстрелил, выстрелил - убил. Понял?!
  - Понятно, - хмыкнул Кот. - Как всегда - думать быстро, ты не умеешь!
  Пропустив подколку Даймона мимо ушей, я ничего ему не ответил. В это время, услышал сзади топот ног, и, обернувшись увидел, спускающегося с холма Жука.
  - Прикроешь меня - подбежавший Жук, протянул мне ППС, и подсумок с запасными магазинами и гранатами. Себе, Жук, взял дисковые магазины для ППШа, которые висели в подсумках, у него на груди, а карманы куртки, судя по очертаниям, были набиты гранатами. - Сейчас, я себе автомат поищу.
  - Хватай 'Кольт', но учти, что в нем всего семь патронов, - я сместился, немного выше по холму, чтобы держать под прицелом как можно больше пространства.
  Жук подбежал к двум, рядом стоявшим волокушам и бегло осмотрев ящики, сдернул один из них. Бросив ящик, на землю, Жук достал из него автомат Шпагина - легенду второй мировой. Быстро снарядив автомат магазином, Жук поднял ствол вверх и выпустил, короткую очередь в воздух. Жук с автоматом вернулся к третьей волокуше и устроился за ящиками, держа на прицеле каторжан.
  - Ну, что вы встали как вкопанные? - закричал я толпе мужиков. - Дел много, надо разбирать оружие и уходить, скоро ночь!
   Толпа дрогнула и из неё вышли несколько человек, немного поколебавшись, они двинулись ко мне. Трое мужчин, один из которых выделялся, среди других своим высоким ростом и шрамом на лице.
   - Ну, и что нам делать? - спросил, подошедший мужик со шрамом.
   - Открывайте ящики и начинайте выдавать оружие, - приказал я. - Пустые ящики и волокуши забираем с собой. И быстрее, быстрее! Времени совсем нет, скоро ночь!
   Видя, что я больше ни в кого не стреляю, каторжане бросились к волокушам плотным строем. Троица мужчин, которые подошли первыми, только и успевали, что открывать ящики и раздавать оружие. Я успел заметить, что ручные пулеметы, здоровяк со шрамом, никому не дал, видимо решил оставить себе, оно и понятно, пулемет - вещь в хозяйстве нужная, а в умелых руках, еще и опасная.
   Когда оружие было роздано, я приказал цинки и ящики с патронами и гранатами, взять в руки, чтобы тащить на себе. Перед тем как начать движение, собрал всех у подножия холма и, забравшись на возвышение, обратился к подчиненным:
   - Все, кто пойдет за мной - ВЫЖИВУТ! - голос подкрепленный магией Даймона, приковал к себе снимание, всех, кто стоял напротив меня. - Беспрекословное подчинение и выполнение моих приказов, вот, что вас спасет!
   Сориентировавшись по компасу, я выбрал нужное направление, и повел отряд за собой. Хотя, в данный момент, эта толпа мужиков, была похоже на все, что угодно, но только не на боевой отряд. Заряженное оружие было только у меня, Жука и еще четверых бойцов, которых вооружили автоматами ППШа и отправили боевое охранение.
   Прошли мы не больше километра, а скорее всего даже меньше - наступила полная темнота, и я не захотел идти дальше, был велик риск, растерять в темноте большую часть бойцов. Горе - вояки, не смогли одолеть даже такую малость, как организованный пеший марш-бросок. И как, мне интересно, после этого идти с ними на штурм?
   Хотя, мне и советовали не разводить костры, но я решил все-таки рискнуть. С помощью штык-ножей и топоров, выкопали несколько десятков небольших ям. В углублениях развели костры, используя вместо дров, разбитые доски деревянных поддонов и оружейных ящиков. В котелках согрели воду и перед сном напились горячей воды, еды не было совсем, так, что ложиться спать пришлось всем голодными.
   Ночь прошла спокойно, никто не напал и не передрался. Видимо, сказывалось действие, сделанного при помощи Кота внушения. Вся, имеющаяся у нас в наличии древесина прогорела часа за три, так, что под утро, все замерзали. Я переносил низкие температуры, довольно комфортно, Даймон позаботился, чтобы не мерз. Чтобы люди окончательно не замерзли, я приказал разбирать боезапас, снарядить магазины, обоймы и набить пулеметные ленты патронами. Когда все было готово и утреннее солнце, разогнало серую хмарь, отряд вытянувшись в длинную колонну двинулся в путь.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава 8
  
  Увидев впервые покинутый пещерный город, я понял, что его назвали очень точно - Улей. Больше всего он напоминал пчелиное гнездо, так, как его показывают в детских. американских мультфильмах - большое конусообразное овальное сооружение оранжевого цвета, испещренное провалами, в форме пчелиных сот. Скала была огромной, и выдавалось далеко вперед из общего горного массива. Она стояла одиноко, среди поля крупных и мелких скальных обломков. Особо крупные скальные обломки, были размером с двухэтажный дом. Видно, когда то давно, в древние времена, произошел мощный природный катаклизм, который и привел к таким последствиям. Мощное землетрясение разрушило скалы, которые выделялись от основного горного массива, но силы не хватило, чтобы разрушить все до основания, одна скала сохранилась. Так и появилась одинокая скала, торчащая посреди поля засеянного обломками. В пещерах этой скалы, поселились чирканы. Они не сидели сложа рук, и в течение долгих лет трудились над внешним и внутренним видом своего жилища. Так, снаружи появились симметричные отверстия в форме шестиугольных сот, а внутри: просторные залы, отдельные комнаты и широкие проходы. Хитроумная система вентиляции не давала застаиваться воздуху, а близко расположенные горячие источники давали тепло, даже в долгие зимние месяцы. В пик своего рассвета, в пещерном городе проживало, больше десяти тысяч обитателей. Все чирканы покинули Улей, когда узнали что в этот мир пришли терроны.
  Улей долгие годы стоял пустой и заброшенный. Терроны хозяйничающие на этой стороне Драконьих гор, не обращали на пещерный город никакого внимания, казалось, что для них это обычная скала. После долгой войны, когда терронов удалось выбить на эту сторону гор, в Улье поселились казаки. Они наткнулись на пещерный город в ходе одного из длительных рейдов. Место было настолько подходящим для организации заставы, что часть отряда осталась в Улье. Что произошло потом, никто не знает. Известно, только то, что казаки успели поставить телепорт и начать транспортировку всего необходимого для существования постоянного лагеря. Но телепорт неожиданно перестал работать, а все запросы по рации наталкивались на молчание. Прибывший отряд спасателей наткнулся на терронов, которые хозяйничали в окрестностях Улья. Завязался бой, и спасатели были вынуждены отступить, перед превосходящими силами противника. Что произошло с казаками, которые первые высадились в пещерном городе до сих пор неизвестно, считается, что все они погибли.
  Но об этом я узнал намного позже. А сейчас, я лежал на вершине холма и в бинокль наблюдал за одинокой скалой и её окрестностями. В поле скальных обломков был широкий очищенный проход, который вел к высокой каменной стене, окружавшей Улей по периметру. Ширина прохода была разной, он, то сужался, то расширялся. В самом широком месте - метров сто, а в самом узком - сорок метров. Судя по карте - левее должен был быть еще один проход, не такой широкий и прямой, но зато мене заметный. Немного в стороне от широкого прохода, среди мелких обломков возвышались крупные куски скал, их было несколько, больше всего мне подходили два - самых крупных. В целом, план штурма, который мне предложил капитан, был вполне выполним.
  - Ну, что, как будем умирать? - шепотом спросил лежащий рядом Жук. - Ты посмотри, сколько их там.
  - Дурак ты, Жук, и шутки у тебя дурацкие, - так же шепотом ответил я. - Хочешь умереть, пусти себе пулю в лоб. А я собираюсь взять штурмом эту скалу.
  - Вот и я о том же - как будем умирать, в смысле - штурмовать, - ехидно уточнил Жук.
  - Как прикажет родина, так и будем! - раздражено ответил я.
  - Серый! Не томи! У тебя есть план или нет? - от возмущения Жук стукнул кулаком по замершей земле. - У нас времени мало, надо идти на штурм сейчас, или ждать следующего утра. Если будем сидеть и ничего не делать, то упустим время и придется ночевать под открытым небом. А ночь мы не переживем. Объяснить почему, или сам догадаешься?
  - Жук умолкни! Думать мешаешь. Все, пошли назад, расскажу план действий.
  Жук обиженно замолчал, и что-то бурча себе под нос, начал отползать за мной. Я последовал за ним. Мы быстро спустились к подножию холма, где отдыхали после долгого перехода все наше воинство. Окинув взглядом отряд, я мысленно вздохнул, идти с этими доходягами на штурм очень не хотелось, но выбора не было.
  Из ста двадцати человек, которых дали мне в подчинение, реально чего-то стоили, только малая их часть. С боевым опытом старого мира, было всего пятеро, включая меня. Еще с десятка три, были, с явным криминальным душком, то есть воевать им не приходилось, но вида крови они не боялись. Еще, примерно с десяток, просто выглядели крепкими и более спокойными, чем остальные. Оставшиеся - внешним видом вызывали жалость и презрение, они уже утратили надежду на жизнь и внутренне были готовы умереть. Сто двадцать человек. Большинство вооружены немецкими карабинами Mauser 98k и винтовками Мосина, времен второй мировой войны, у некоторых автоматы ППШа и немецкие МР-38. На весь отряд было четыре пулемета: один отечественный РПД - 44 и три немецких MG-42. Гранаты, дали из расчета, на каждого бойца по три наступательных РГД-5 и две осколочные Ф-1. Из холодного оружия - ножи, топоры, малые пехотные лопатки и сабли. Патронов выдали много, в этом нам повезло. Хотя, как можно судить много или мало, дали столько, сколько мы смогли с собой унести. Для штурма хватит, а если придется держать оборону, то патронов явно мало. Вся надежда только на то, что после установки телепорта перекинут подкрепление и наладят снабжение. Но, все это будет, только если штурм пройдет удачно, и мы сможем захватить Улей.
  - Построиться! - громко крикнул я.
  Сидевшие на земле горе-вояки начали нехотя подниматься. Построиться в ряд, они так и не смогли, стояли как на стихийном митинге, то есть толпой.
  - Подойдите ближе, - крикнул я. - Сейчас я вас разобью на группы и мы начнем штурм.
  - Но это, же бессмысленно, нас всех убьют! - заверещал кто-то из толпы.
  - Прекратить панику! Кто не пойдет на штурм, того я пристрелю прямо здесь! - жестко произнес я. Среди каторжан начинается паника и волнения. Действия гипновнушения Даймона сошло на нет.
  - А не боишься сам пулю схлопотать? - спросил высокий угрюмый мужик с длинным шрамом на левой щеке.
  - Не боюсь. Я - ваша единственная надежда на спасение. Без меня вы все трупы, одних сожрут терроны, другие замерзнут от холода.
  - И чем это ты так уникален, что без тебя мы все умрем? - боец со шрамом вышел вперед, а за ним вышли еще несколько человек.
  - Ну, во-первых, потому что у меня боевого опыта, как у вас вместе взятых, а во-вторых, потому что я сумел сохранить свои магические способности. Этого достаточно?
  - Даже так, - бровь удивленно взмыла вверх, и от этого шрам на лице солдата, стал еще заметнее, а лицо исказила, жуткая гримаса. - Ладно, посмотрим, как ты накомандуешь!
  - Если больше вопросов ни у кого нет, то замолчали и слушаем меня внимательно. Действовать будем тремя группами: два пулеметных расчета займут высокие обломки скал, там как раз есть парочка подходящих, метров по пять в высоту. Группа автоматчиков, обойдет поле обломков слева, и зайдет в тыл к терронам засевшим, в Улье. Основная группа с винтовками и карабинами, пойдет в полный рост цепью, по расчищенному проходу, они будут приманкой, чтобы выманить основную часть терронов из-за стены. Когда терроны выйдут из-за прикрытия стены, и приблизиться к ним, то пулеметные расчеты уничтожат их. К этому времени, автоматчики должны будут достигнуть защитной стены Улья и начнут зачистку. Разобравшись с вышедшими на открытое пространство терронами основная группа присоединится к автоматчикам. Понятно? Пулеметчики шаг вперед. Все у кого в руках винтовки и карабины отошли налево. Все у кого автоматы отошли направо. Выполнять!
  Толпа минуту постояв, дрогнула и пришла в хаотичное движение: одни шли влево, другие вправо, а третьи, подойдя ко мне, стояли на месте, образовалась свалка, то ли от глупости, то ли по причине скудности ума, но некоторые из вояк путали лево и право!
  Как я и предполагал: с пулеметами были те, кто имел опыт боевых действий. Это и не удивительно, пулемет работает с дальней дистанции из-за укрытия. Поэтому шансов выжить было больше. Это в том, старом мире, пулеметчик был первоочередной целью для снайперов, а здесь у терронов не было снайперов, не было даже оружия, которое могла соперничать в дальности с пулеметом, поэтому пулеметчики чувствовали себя в относительной безопасности.
  После десятиминутного хаотичного движения, отряд разделился на неравные части. Меньшая часть - группа автоматчиков, насчитывала двадцать три человека, большая часть - все у кого в руках были отечественные трехлинейные винтовки Мосина и немецкие карабины Маузера. По своим габаритам этот 'карабин' лишь весьма незначительно уступал, советской 'трёхлинейке'. Дело в том, что это слово в немецком языке в то время обозначало лишь наличие более удобных боковых, 'кавалерийских' креплений для ремня - вместо 'пехотных' антабок, поэтому 'карабин Mauserа 98k' - был не чем иным, как обычной магазинной винтовкой. Группа с винтовками насчитывала, девяносто три человека. Стоп! Двадцать три с автоматами, девяносто три с винтовками, Я, Жук у меня за спиной стоит, итого получается сто восемнадцать человек. А должно быть сто двадцать человек. Вопрос: куда делись еще два бойца?
  - Жук, куда делись два бойца? - не оборачиваясь, спросил я.
  - А хрен его знает! Сбежали, наверное! - легкомысленно ответил Жук.
  - Вот, блин! Вояки! Еще даже врага не увидели, а уже в бега подались!
  - Это урки были. Они самого начала хотели уйти. Выжидали удобного момента. Они якшались, с теми, которых мы с тобой застрелили, возле волокуш с оружием.
  - Понятно, ладно, фиг с ними! Далеко не уйдут, терроны им в миг, головы с плеч снимут!
  - Как зовут, возраст, звание, где служили и за, что были сосланы на каторгу? - обратился я к четверке стоявших, передо мной пулеметчиков.
  - Игнат Морозов, тридцать восемь лет тринадцатая отдельная мотострелковая бригада, старший лейтенант. Первая чеченская война. В этом мире второй год, в последнее время работал сторожем на складе. Склад сгорел, меня посчитали виновным и за долги отправили на каторгу, - первым доложился угрюмый здоровяк со шрамом на лице.
  Теперь я его рассмотрел достаточно хорошо, лицо было не угрюмое, как мне показалось в первый раз, а просто не выражало особых эмоций.
  - Так, ты, что склад не поджигал? - с усмешкой спросил Жук.
  - Нет, - буркнул в ответ Морозов.
  - Алексей Круглов. Можно просто - Леха. Служил в танковых войсках. Вторая чеченская. Водитель - механик. Двадцать восемь лет. Сержант. В этом мире три месяца. Работал водителем на 'газоне' у 'торгашей'. По пьяни, въехал своим 'газоном' в джип мажорчика, - говоривший был невысоким крепким парнем, с черными, как смоль густыми волосами. Одет он был в ватную фуфайку, а на голове у него был танковый шлемофон.
  - Виктор Кузьмин. Погранвойска. Таджикистан. Рядовой. Специализация - пулеметчик. Двадцать шесть лет. КаМээС по боксу. В этом мире около года. Не захотел проигрывать бой, и меня решили удалить вот таким вот образом - подкинули наркоту и сослали на каторгу, - говорил пограничник, резкими отрывистыми фразами.
  Роста он был среднего, лицо самое обычное, с небритой щетиной. Судя по светлому цвету ресниц и светлой щетины на лице, Кузьмин был блондин. Нос картошкой, смотрел слегка в бок. Сразу видно - боксер.
  - Ну, ты и дурак, - не удержался от комментариев Жук. - Вместо, того чтобы срубить бабла и жить себе припеваючи, он на каторгу попал.
  - Жук, ты можешь помолчать пять минут, - я скривился, как от зубной боли
  - Конечно, могу, чего не помолчать. Не хотите, чтобы я говорил, так и скажите. Чего возмущаться?
  - Ну, а ты? - обратился я к самому молодому из пулеметчиков.
  Последний из четверки пулеметчиков стоял, и молча смотрел на меня. Он был молод, лет двадцать, может двадцать два. Стоял с непокрытой головой, шапку-ушанку держал в руках. На абсолютно лысой голове, виднелись рубцы шрамов. На мой вопрос он никак не отреагировал, только вопросительно посмотрел на старшего - Морозова.
  Понятно было, что в их четверке Морозов был за старшего. Группа была сплоченная, а это плохо, могли претендовать на власть в отряде, надо будет их срочно разделить.
  - Он - немой. Говорить не может. После контузии речь отнялась. Десантник он. Пулеметчик. Зовем его - Немой или Федя, - ответил вместо молчаливого парня Морозов. - Ну, а ты, что за хрен с бугра?
  - Игнат, я понимаю, что ты в силу своего возраста и главенства в этой четверке претендуешь на власть, но давай договоримся раз и навсегда: я - командир и мои приказы выполняются быстро и качественно, - жестко произнес я, чувствуя, как магия внушения Даймона, переливается из меня, в окружающий мир.
  Если Морозов решит проявить характер, и показать, кто имеет право отдавать приказы, то сделать он должен это прямо сейчас. Но если он или кто из их четверки на меня кинется, то им придется не сладко. Ведь их оружие, пулеметы, лежат на земле и они даже не заряжены, а у меня в руках автомат, снятый с предохранителя, и патрон дослан в патронник. Стоит им только дернуться - положу всех одной очередью.
  - Ладно, проехали. Вернемся к разговору о командовании после штурма, - спокойно ответил Морозов, а потом, немного подумав, добавил. - Если будет с кем разговаривать. Мне власть не нужна, я просто хочу жить!
  - Вот и отлично! А теперь давайте попробуем сформировать из этой толпы, хоть некое подобие порядка, - легкомысленно произнес я.
  После долгих разбирательств, перестановок, матерных команд и затрещин, удалось из неорганизованной толпы, создать некое подобие организованного подразделения. В итоге получилось создать три взвода, каждый из которых делился на два отделения по пятнадцать человек, изначально хотели делать по три отделения во взводе, но не смогли найти нужное количество людей способных командовать. Малый отряд, который состоял из автоматчиков, насчитывал двадцать человек, во главе отряда поставили Жука. Против его кандидатуры в начале протестовал Морозов, но когда узнал, что под внешностью весельчака и баламута скрывается человек, отслуживший в Чечне срочную службу, а потом еще и три года контрактником, перестал противиться.
  Пока бойцы набивали винтовочные обоймы и автоматные магазины патронами, я решил приступить к самому главному этапу предстоящей операции - подготовку мест для телепортации. Для этого мне необходимо было тщательно исследовать те валуны, на которых будут располагаться пулеметчики и хотя бы издалека, рассмотреть верхние этажи Улья. Я подальше отошел от гомонящей людской толпы, расстелил на земле плащ-палатку, сел на неё, скинув с себя бушлат и шапку. Холодно, конечно, но так как-то привычнее. За моими действиями внимательно наблюдал Жук. Я взял его с собой, чтобы он охранял меня, то время пока я буду в медиативном трансе.
  Нырнуть в темный провал медитации удалось почти сразу, буквально на третьем вдохе-выдохе, после того как я закрыл глаза.
  - Кот, как мне переместиться на расстоянии, без переноса тела? - задал я мучавший меня вопрос.
  Если азы телепортации, я познал давно, то в некоторых специфических вопросах еще не разбирался, даже понять не мог принцип их действия. Телепортации вещь простая и примитивная - две точки в пространстве, которые соединены между собой нитью перехода. В одном месте ты зашел в портал, в другом вышел. Легко, как дважды два. Трудности начинаются тогда, когда ты ставишь точки перехода. Если точку старта подготовить относительно легко, всего-то надо: на земле или стене, в общем, на любой поверхности перед собой изобразить несколько знаков и рун, потом получившийся рисунок запитать магической энергией - и все точка старта готова. Очень часто пользуются готовыми точками старта - разложенными на земле веревками, в которые вплетены нужные магические атрибуты. Намного сложнее с точкой финиша. Если точка выхода оговорена заранее и её подготовили, то проблем никаких нет. Зашел - вышел. А если точку выхода определяет человек, который стоит на старте, то он должен, во-первых, быть магом, а во-вторых, иметь очень хорошее представление о том месте, где он хочет очутиться. Он должен был его видеть хотя бы один раз в жизни. Причем вживую, своими собственными глазами, здесь даже фотографии предполагаемого места высадки не помогут. Только сам, и только своими глазами. Вот именно, поэтому я очень сильно переживал о том, как я смогу телепортироваться на то место, где будут располагаться пулеметчики. Но, мой внутренний спутник, заверил, что все будет хорошо. Хотелось бы верить!
  - Все очень просто, представь себе, что ты решил встать на ноги, - ответил Даймон. - Представил? Что ты видишь?
  - Ничего. Вокруг темнота. Как можно, что-то увидеть? - растерянно ответил я.
  - Придурок! Глаза открой!
  - Не кричи, я понял, - открыв глаза, я увидел себя со стороны. Вот на расстеленной плащ-палатке лежит мое тело, вот рядом, отвернувшись, в сторону стоит Жук.
  - Ну, что, видишь, отлично? Так, теперь действовать надо быстро - ты покидаешь тело впервые, поэтому надо вернуться, как можно быстрее, - скороговоркой протараторил Даймон. - Посмотри на интересующий тебя объект и включи магическое зрение на максимум, так чтобы увидеть его вблизи.
  Я посмотрел на вершину ближайшего холма и, настроив зрение на максимальное приближение, смог в мельчайших подробностях рассмотреть каждый камешек на земле.
  - Ну и что? Я и раньше мог рассмотреть вблизи удаленные объекты, - удивленно произнес я.
  - Выключи гипер-зрение. Что ты видишь? - спросил Кот.
  - Ничего не изменилось, все по-прежнему, только вот зрение, почему то не хочет переходить в привычный режим, - растерянно произнес я.
  - А ты оглянись вокруг, - с иронией в голосе произнес Кот. - Чего рот открыл? Удивился?
  Кончено удивился, а вы бы не удивились, если бы в мгновение ока переместились на сто метров. Раз и я уже на вершине холма. Фантастика! Без всяких телепортов, порталов и подобных атрибутов, свойственных мгновенным переходам.
  - Кот, а в теле так можно перемещаться? - решил, на всякий случай поинтересоваться я, хоть и догадывался, о том, что мне ответит Даймон.
  - Нет, только в бестелесной сущности, - подтвердил мои догадки Кот. - Ты давай, быстрее поршнями шевели, в первый раз выходишь в мир, без тела, а это очень опасный и энергозатратный процесс.
  - Понял, не нуди!
  Ну, что ж, если надо быстрее, то буду торопиться. С вершины холма, я зрением засек первый крупный обломок скалы, на котором должны были располагаться пулеметчики, и, активировав гипер-зрение, переместился на его вершину.
  Скальный обломок, похожий на усеченную пирамиду, был в высоту больше пяти метров, основание было довольно большим по площади, примерно пять метров на четыре, а вот ближе к вершине камень сужался. Сейчас я стоял на вершине громадного камня и пытался сообразить, как на ровной, каменной поверхности начертить символ телепорта-приемника, задача усложнялась тем, что я был в бестелесной сущности и ничего не мог сделать в материальном мире. Умом я понимал, что есть решения у данной задачи, и что некоторые особо вредные Даймоны знают это решение, но мне его пока никто не собирается сообщать. Ну и хрен с ним, сам найду ответ. Но как? Как можно что-то сделать, если у тебя даже тела нет? Надо что-то делать! Все равно что, только бы не стоять столбом. Опустившись на колени, я закрыл глаза, и мысленно, нарисовал перед собой на камне нужный символ, делал это так, как если передо мной был не твердый камень, а податливый речной песок. Единственное отличие было в том, что на кончике воображаемого пальца, я пытался сконцентрировать максимум магической энергии. Открыв глаза, я буквально взорвался от восторга, на гладкой черной поверхности камня отчетливо были видны глубокие борозды. Выглядело все так, как будто передо мной не твердая каменная поверхность, а мягкая податливая глина.
  - Ну, наконец, сообразил, а то, я уж думал, что мы на этом, богом забытом камне, проторчим до второго пришествия, - раздраженно проскрипел Кот.
  Со вторым скальным обломком вышло все намного быстрее, все действия я совершил за считанные минуты. Второй обломок был выше первого, но стоял метров на сто дальше от расчищенного прохода.
  Теперь мне предстояло выбрать место для себя, но как это лучше сделать я не понимал, хорошо бы вначале осмотреть весь пещерный город с высоты, так мне легче было бы определить наиболее удачное место для засады.
  - Кот, а можно как то зависнуть в воздухе? - с надеждой в голосе спросил я.
  - Можно, если осторожно, - пробурчал Даймон. - Только я все сделаю сам, а ты не дергайся и не мешай. Понял?
  - Понял.
  То, что было сейчас мной, оторвалось от земли, и, поднявшись вверх, понеслось в сторону пещерного города. Скальные обломки мелькали внизу с огромной скоростью - несколько секунд, и, я оказался на очень большой высоте. Внизу, подо мной, как на ладони лежала одинокая скала - Улей. Только сейчас, находясь на высоте птичьего полета, можно было рассмотреть скальный массив во всех подробностях. А посмотреть было на что! С земли Улей выглядел как высокая скала, одиноко торчащая среди поля скальных обломков. Но, сверху было видно, что скальный массив намного больше, чем это видится с того места, где я впервые увидел Улей. Один склон скалы, тот, что смотрел на поле, засеянное скальными обломками, был практически отвесным и неприступным. Именно в этой отвесной скале и были вырублены окна в форме пчелиных сот. Противоположный склон был пологий и выполнен в форме - широких террас. Террасы гигантскими ступенями спускались вниз к подножию скалы. Видимо первые хозяева Улья, использовали террасы для сельскохозяйственной деятельности - гигантские скальные чаши были заполнены землей, и кое-где угадывались остатки посаженных ровными рядами растений. На этих террасах сейчас паслись ездовые животные терронов - чханы. А в самом низу, у подножия скалы вилась и петляла среди камней стремительная горна речка. Центральная скала с окнами в форме сот была окружена более мелкими скалами-башнями, все это было соединено в общий ансамбль каменными лестницами, мостиками и переходами.
  Помимо всего прочего, оказалось, что между скалой и полем скальных обломков иметься стена - крепкое, основательное сооружение, высотой шесть метров и толщиной больше двух метров. Стена окружала Улей по периметру и была в хорошем состоянии: целая и не разрушена. Только напротив проходов через поле скальных обломков были широкие провалы в стене, намека на ворота я не заметил. Как перегораживать проход в случае нападения тоже не совсем понятно.
  - Кот, мы будем опускаться вниз, чтобы установить рисунок приема телепорта? - спросил я, видя что Даймон никаких действий не предпринимает, а висеть на такой высоте, даже в бестелесном состоянии - развлечение не из приятных.
  - Нет. Там где-то внизу есть шаман терронов, он может нас заметить, - задумчиво ответил Кот.
  - А как тогда будем переноситься сюда? - удивленно спросил я. - План штурма менять будем?
  - Нет. Я тебя сам перекину. Тебе вон та башня, которая ближе всех к проходу подойдет?
  - Конечно! Я про неё и думал с самого начала.
  - Все, возвращаемся назад.
  В глазах резко потемнело, и я очнулся, судорожно хватая ртом воздух. Сердце колотилось в груди, как рыба, выброшенная на берег. Не смотря на холодный воздух и то, что я был без верхней одежды, все мое тело горело жаром, а по лицу стекали крупные капли пота. Вот так прогулка, в бестелесном состоянии, чувствовал себя так, как будто разгрузил, в одиночку, двенадцатиметровую фуру.
  - Серый ты как? Что случилось? Выглядишь хреново - в гроб, и то краше кладут, - зачастил вопросами Жук.
  - Все нормально. Дай руку, помоги встать, - поднявшись на ноги, я с трудом смог надеть на себя бушлат и шапку, руки затекли и не хотели слушаться.
  С трудом, передвигая замершие ноги, мы с Жуком пошли в сторону отдыхающих солдат. Нас встречали, молча, среди бывших каторжан было очень мало тех, кто служил в рядах советской армии. Народ в своей основной массе был тяжелый; гниловатый по натуре был контингент. Очень многие из них попали на каторгу за дело. Были среди них и убийцы, и насильники, и просто опустившиеся на дно жизни элементы, которых продали на каторгу за долги. Им идти на штурм, ой как не хотелось. Но, что делать, если от этого зависела их жизнь? Ночи в горах очень холодные, запасов пищи у нас нет, броситься в бега не получится. Чтобы выжить, надо захватить Улей. Чтобы захватить Улей, надо убить всех находящихся там терронов, без этого никак. Вот такая арифметика жизни!
  Морозов добился некоторых успехов в плане дисциплины отряда: он смог построить их в две шеренги, результат, конечно не ахти какой, но хоть что-то. Как говорится - с паршивой овцы, хоть шерсти клок!
  - Танкист, на, получай оружие, - обрадовал я пулеметчика, протягивая ему свой автомат. - Храни его, как девственность младшей сестры!
  - А, зачем мне еще и автомат, мне и пулемета хватит? - удивленно спросил Круглов.
  - А затем, что пулемет я забираю себе, - широко улыбаясь, произнес я. - Мне с пулеметом, шороху наводить, среди терронов легче будет. А ты - горе-водитель, назначаешься заместителем командира первого взвода, ну, в общем, с Жуком пойдешь в одной группе.
  - Понятно, - уныло произнес Круглов.
  - Накидай мне осколочных гранат, штук тридцать, - я протянул Жуку свой вещмешок. - И запасные банки, с патронами к 'дехтярю', туда же добавь.
   - Ты решил в героя поиграть? - хмуро спросил подошедший Игнат.
  - Ага! Нужно же как-то самоутвердиться в коллективе, - ответил я. - Не бойся, я живучий. Это вы смотрите, не потеряйтесь по дороге.
  Морозов ничего не ответил, лишь неопределенно пожал плечами и отошел к своим подопечным.
  Взвесив на руке вещмешок, я обреченно вздохнул, тяжело, блин! Весу в нем было - килограмм тридцать. Еще бы, там одних 'лимонок' - тридцать штук. Если каждая весит - шестьсот грамм, то в тридцати штуках общего веса, восемнадцать килограмм. Плюс - фляга с водой, два снаряженных патронами барабана 'ручнику' Дехтярева, каждый по сто патронов, а это еще пять килограмм, плюс - патроны к кольту. Ну и так, по мелочи. Я бы гранат взял еще больше, уж очень это вещь в хозяйстве хорошая - граната Ф1, или как её называю в народе - 'лимонка'.
  'Лимонка' является наиболее могущественной из всех ручных гранат по убойному действию осколков и самой удобной в обращении. Ребра на ее корпусе - черепахе - существуют совсем не для разделения на осколки, как принято думать, а для 'ухватываемости' в ладони, для удобства удержания и возможности привязки к чему-либо при постановке на растяжку в качестве мины. Корпус гранаты Ф-1 отлит из так называемого 'сухого' чугуна, который при взрыве бризантного (дробящего) заряда раскалывается на осколки размером от горошины до спичечной головки, неправильной рваной формы с рваными острыми краями. Всего таких осколков образуется до четырехсот. Форма корпуса выбрана именно такой, не только для удобства удержания. До сих пор никто не может объяснить почему, но при взрыве 'лимонки' на поверхности земли разлет осколков происходит преимущественно в стороны и очень мало - вверх. При этом трава 'выкашивается' полностью в радиусе трех метров от места взрыва.
   Поэтому на близких дистанциях от взрыва не спасет бронежилет - осколками посечет руки, ноги, лицо. Именно на это и делается расчет, ведь каждый террон носит на себе созданный природой бронежилет - костяные наросты и пластины.
   Даже маленький осколок, попавший в шею, равносилен смертельному приговору. Проникающее убойное действие мелкие осколки сохраняют до ста метров, крупные - до двухсот метров. В замкнутых помещениях помимо массы рикошетирующих беспорядочных осколков, ударная волна этой сильной гранаты сама по себе вызывает контузию и выводит из строя. Бронежилет при этом тоже бесполезен. Мозги на два счета из ушей вытекают!
   В пехоте по всем этим причинам граната Ф-1 используется как оборонительная. В спецназе - как мощное средство подавления, когда малыми силами необходимо достигнуть реальных результатов в конкретных жестоких обстоятельствах. Исход в специальных операциях при ведении боевых действий в нестандартных ситуациях сплошь и рядом зависит от применения практических боевых приемов, не обозначенных уставами и кабинетными регламентами. Беспощадная сила 'лимонки' обеспечивает поворот событий в пользу инициативных и изобретательных, но только при ее умелом применении.
   Во время моей службы в рядах 'Горных стражей', меня обучали таким образом, чтобы при осуществлении оперативных огневых контактов, стреляя в перемещении одной рукой из пистолета, держать в другой, приподнятой на уровне головы руке гранату как противовес для плавного хода. Гранату из такого положения метали без замаха, мгновенно, при необходимости резко увеличивая этим свою огневую мощь. Но метали не просто так. На близких дистанциях оперативного боя 'в упор', при внезапном столкновении с группой противника, граната забрасывалась за спины неприятеля. Это укрывало бросавшего от своих же осколков. Противник при этом оказывался 'зажат' между стрелковым огнем 'в упор' и разрывом - гранаты сзади.
   В боевой практике ближнего боя этот несложный прием трудно переоценить. Он особенно ценен в уличных боях, когда при внезапном близком появлении противника замахиваться гранатой уже некогда или же невозможно в тесноте помещения.
   Без замаха гранату можно бросить довольно далеко и точно, не отрывая взгляда от цели или интуитивно в темноте. Но для этого нужно разработать суставы и мышцы бросающей руки - хоть правой, хоть левой. При такой разработке следует: зажав кистью руки учебную гранату полного веса (заполненную песком), качать ею, имитируя замах и бросок, все время увеличивая амплитуду замаха и постепенно отдаляя назад стартовый барьер броска. От стартового барьера граната посылается вперед резкими усилиями не только руки, но и мышц плеча, груди и живота, но не бросайте гранату! Качать вперед и назад до упора, постепенно отодвигая границу этого упора! Такой прием бросания используется при необходимости забросить гранату в узкую бойницу, находящуюся выше человеческого роста.
   Гранату можно бросить довольно далеко и точно от пояса или сразу от гранатной сумки с замахом или без замаха снизу вперед. Этот способ очень быстр и ценен тем, что противник часто вообще не успевает понять, что граната 'пошла' к нему. Противник привык видеть бросок с замахом сверху. Тренировка и разработка связок и мышц производится аналогично броску без замаха сверху с постепенным отдалением стартового барьера. При броске снизу без замаха точно так же, как и при 'верхнем' броске, включаются резкие, взрывные усилия мышц плеча, груди и живота. Способ непривычен, но при определенных тренировках дальность и точность броска быстро прогрессируют. К тому же, по обстоятельствам, гранату иногда проще 'подкатить' к противнику (например, через низко расположенные щели) именно таким способом. Бросок снизу практичен при оперативном бое в зданиях, когда нет необходимости посылать гранату далеко, но, случается, требуется бросить несколько гранат быстро одну за другой.
  - Командиры взводов и отделений подойдите поближе. То, что я вам расскажу, перескажите своим бойцам, - я старался говорить как можно громче, так чтобы слышали и рядовые бойцы. - При метании гранаты по окнам надо брать повыше, в верхний край цели, так как граната теряет скорость и постепенно отклоняется вниз. Учтите это, когда войдете в Улей, и надо будет подавить противника в пещерах. По бегущим целям гранаты бросают с упреждением, впереди цели, сообразно со скоростью ее движения с таким расчетом, чтобы они падали перед противником, и он набегал на них в момент взрыва. Следует учесть, что за время горения запала, а это четыре секунды, противник, пробежит метров двадцать. Но перед вами будут всадники на скакунах. Поэтому, когда терроны начнут сближаться с вами, лучше заранее наметить рубеж, по достижении которого следует производить гранатометание. Этот рубеж должен находиться на 30-40 м дальше той линии, до которой можно добросить гранату, с учетом ее выката после падения. Всем понятно?
  - Все понятно, командир. Закидаем 'терриков' гранатами и пойдем жрать тушенку и сгущ сосать из банок, - Жук, как всегда излучал оптимизм и непосредственность.
  Иногда даже завидовал ему, казалось, что даже если к нему в гости явиться вредная старуха с косой, то он успеет, перед тем как умереть рассказать ей анекдот или парочку своих сальных историй.
  - Самое главное - стреляйте терронам в область паха и низа живота, эти места не защищены у них. Грудной щиток террона иногда выдерживает удар от автоматной пули. Винтовочную пулю выдержит только на излете. Поэтому, в голову и грудь, даже не цельтесь, только в пах, - не обращая внимания на шутки Жука, продолжил я. - Таз наиболее уязвимое место на теле любого прямоходящего существа. Во-первых, там центр тяжести, а во-вторых, эта область обычно не прикрыта бронежилетом.
  - Отстрели террону яйца - получи благодарность от командира, - с серьезным лицом прокомментировал мои слова неугомонный Жук. - Все! Все! Я молчу!
  Махнув рукой на Вовку, я отошел в сторону пары пулеметчиков. Боксер и Немой, сидели на корточках, ковыряясь в немецком пулемете MG-42. Вторые номера, два молодых парня, крепкого телосложения, рядом набивали пулеметные ленты патронами.
  - Мужики, смотрите у меня! - я помахал у них перед носом кулаком, так для пущей убедительности. - На вас вся надежда. Терронов надо будет выкосить, за один заход, не дайте им добраться до основного отряда. Иначе они всех перебьют. Но и раньше времени стрелять не начните, а то терроны вернуться назад и из пещер мы их будем выкурить очень долго, а время играет против нас.
  - Нормально все будет! Не бойся командир, не подведем! - за обоих ответил Кузьмин.
  Немой Федя, лишь кивнул головой, в знак подтверждения слов товарища. Несколько секунд посмотрев им в глаза, я постоял на месте и отошел в сторону. Выбрал ровный участок земли, свободный от камней, с помощью ножа начертил на земле символы старта телепорта. Теперь осталось: напитать рисунок энергией, и, указав, точку финиша отправить пулеметчиков по своим местам.
  - Федя, бери пулемет, своего второго номера и идите ко мне, - позвал я первую пулеметную пару.
  Немой десантник помог, своему второму номеру, взвалить на плечи тяжеленный рюкзак и оба они подошли ко мне.
  - Значит так, пацаны: становитесь в самый центр, вот этой вот нарисованной на земле хреновины, - я показал рукой на центр рисунка. - Через мгновение окажитесь на огромном валуне посреди скальных обломков. Подготовите место для стрельбы и смотрите в оба, не пропустите атаки терронов. Если вперед вырвется небольшая группа атакующих, то на нее внимания не обращать. Стрелять, только по основным силам, и запомните - терроны намного крепче и выносливее людей, поэтому патронов не жалейте. Давайте пацаны, удачи!
  Парни встали в центр рисунка, я присел на одно колено, и, коснувшись рукой начерченных на земле линий, активизировал телепорт. Секунда, и передо мной никого не осталось. Телепорт сработал.
  - Сработало! - радостно крикнул боец, которого я послал на вершину холма с биноклем, чтобы определить удалась ли телепортация.
  - Следующие! - позвал я вторую пулеметную пару. - Видели, что делала первая пара? Слышали, что я им говорил? Ну и отлично, повторять не буду. Не зевайте там! Удачи!
  Вторая пара заняла свое место в центре рисунка, и я активировал телепорт. Секунда и они тоже исчезли.
  - Вторые на месте, - радостно сообщил прибежавший с холма наблюдатель.
  После отправки пулеметчиков на их огневые позиции, я подошел, к стоявшим по близости Морозову, Круглову и Вовки Жуку. Жук рассказывал, что-то очень веселое и смешное, даже вечно хмурый Игнат еле сдерживал улыбку.
  - Как-то еду я домой на такси. По денежкам вышло примерно пятьсот рублей. Ночь. Темно. Подъезжаем в родному дому - многоэтажке. Закралась мысль в голову 'а не слинять ли, не заплатив? Дом большой - в подъезд забежал и ищи - свищи!', - увлеченно рассказывал новую историю из своей жизни Вовка. - А фигли пьяному? Ломанулся из машины! Сначала стукнулся башкой об стойку. Потом споткнулся об бордюр и навернулся на скамейку. Пока вставал, разодрал штаны об гвоздь из скамейки торчащий. Полминуты пытался открыть домофон. Всё это время таксист смотрел на меня ошалелыми глазами из машины и активных действий не предпринимал. 'Он в шоке!', подумал я. Всё оказалось проще - потом, уже в подъезде, вспомнил, что заплатил ему, когда сел в машину....
  В ответ раздался дружный смех, смеялись не только, стоявшие, рядом с Жуком Морозов и Круглов, но и другие мужики, которые слышали только, что рассказанную историю. Я тоже улыбнулся, хотя эту историю слышал много раз и от разных людей. Хохма была старая и с бородой. Но Жук так смешно рассказывал, что просто невозможно было сдержать улыбку.
  - Повеселились и хватит. Пора начинать, - прекратил я веселье. - Жук бери своих и двигайте по-быстрому.
  Я закинул пулемет на спину, в одну руку взял вещмешок, а в другую 'Кольт' снятый с предохранителя. Если сразу после перехода я столкнусь нос к носу с терронами, то с мощным пистолетом, в ближнем бою у меня шансов выжить больше, чем с пулеметом.
  Посмотрев в спину уходящим автоматчикам, я подумал, что слишком часто в последнее время, моя жизнь стала зависеть от стечения обстоятельств и от совершенно посторонних людей, в действиях, которых я был совершенно не уверен.
  - Ну, давайте мужики, ни пуха, не пера! - обернувшись назад, произнес я, глядя на Морозова и остальных бойцов стоявших за ним.
  - К черту, - услышал я ответ Игната, делая шаг в нарисованную на земле пиктограмму телепорта.