Глава 11. О подвигах, о доблести, о славе...
   Тин
   - Итак, - сидевший передо мной священник, чья толщина однозначно говорила о том, что Церковь Света в этих местах явственно процветает, откинулся в кресле, - Вы утверждаете, что домен, которым ранее владел лорд-маг Арениус, захвачен чернокнижником?
   - Да, святой отец, - я склонил голову.
   - И почему Вы решили, что это знание хоть немного интересно Святой Церкви? - взгляд его был настолько холодным, что мне захотелось поежиться... но я взял себя в руки. - Фронтир - это Фронтир. Домены там переходят из рук в руки постоянно. Конечно, неприятно, что один из доменов, ранее принадлежавший верному сыну Церкви нашей, Единой и Единственной, достался проклятым колдунам. Но в масштабах хотя бы нашей Марки - это мелочь. В отличие... - тут полный церковник воткнул в меня тяжелый взгляд, которым вполне мог бы заставить поежиться кого послабее духом. К счастью, противостоять такому давлению меня учила сама Ванда. А уж у нее, когда она не в духе, взгляд такой, что бывало - и опытных живорезов в обмороке выносили, а уж смена штанов после общения с ней - даже насмешек не вызывает. Над чем смеяться? Рядовое же дело! - Н-да... - протянул священник. - ...в отличие от попытки раздробить силы правителей, что, верные нашей матери-церкви отправились отмщать лесным тварям за предательство! Отвечай: кто надоумил тебя притащиться сюда со столь... глупой миссией?!
   - Как верный сын Матери-Церкви, я последовал указаниям отца Вульфреда, - разумеется, совершать такую глупость, как "пожать плечами", "усмехнуться" или еще как выразить сомнения в решении святого отца - я не стал. Только искренний пыл неофита! Если кто-то ошибся... или предал - то это был не я. Я лишь следовал избранному Пути... А то, что сам путь - во власти того, кто меняет пути - это уже второй вопрос, не так ли?
   - Верным сыновьям Церкви стоило бы различать желания Матери Нашей, Церкви Единой и Единственной, и мелкие желания тех, кто, не всегда по праву, носит белые одежды Ее служителя...
   - Отец Афраний, подобное - граничит с ересью! - прогрохотал с порога тяжелый бас.
   Там стоял, с трудом помещаясь в дверном проходе, высокий воин в тяжелой броне. На правом оплечье золотом сияла литера "Ай", трижды перечеркнутая горизонтальными линиями. На левом же - сияли семь звезд, шлейф святой Рависсары, Гонительницы демонов.
   - Интересы Церкви... - начал было разговаривавший со мной святой отец, но был прерван инквизитором:
   - Вы слишком много размышляете об интересах Церкви. Размышления же, как известно - ведут к ереси, а ересь - к возмездию! Поменьше размышляйте, мой Вам искренний совет, - усмешка инквизитора казалось самой квинтэссенцией понятия "сарказм". - А этого доброго юношу я забираю. Он нужен Священной конгрегации доктрины Веры.
   - Но... - начал было священник-чиновник, но священник-воин воткнул в него раскаленный взгляд, как втыкают раскаленный железный штырь при пытке. И слова резко оказались не нужны.
   Так что из кабинета допрашивавшего меня отца Афрания мы удалились спокойно и с достоинством.
   Через церковные владения мы с сопровождавшим меня инквизитором шли отнюдь не так, как меня сюда привели стражники Ирингетиля, забрав на рассвете из комнаты в трактире, в котором остановились все мы, кроме отца Вульфреда. Наш священный предводитель покинул нас сразу же, как только мы заселились в трактир, сказав, что собирается донести грозные и горестные вести до верховных иерархов Марки... и, судя по разговору с отцом Афранием - не преуспел.
   Когда мы вышли из полутемного коридора на свет - я невольно остановился. И причиной тому было отнюдь не ослепление. Уж к этому-то я заранее приготовился, прикрыв глаза до того, как освещение резко поменялось. Этому нас учили, и учили неплохо. Нет. Мою, казалось бы, загрубевшую душу поразила красота внутреннего сада, раскинувшегося передо мной.
   Цветущие зеленые кусты образовывали лабиринт, в котором легко было бы затеряться от любого, кто желал бы прервать твое уединение. Изящные ротонды сверкали белым мрамором, четкими, строгими линями выделяясь на фоне зелени. А в центре играл, переливаясь струями, огромный фонтан.
   - Удивлен? - спросил меня инквизитор, положив мне на плечо руку в латной перчатке.
   - Очень, - не стал отрицать я. - Признаться, я скорее ожидал увидеть здесь тренировочный полигон... или что-то такое...
   - Очищающие думали также, - кивнул инквизитор. Его несколько кривая усмешка заставила меня подумать о том, что к коллегам по Конгрегации он относится без должного уважения. - Но Миранда, канонисса здешнего Ордоса заявила, что фехтование - это дрыгоножества и рукомашества, которыми можно заниматься и в военном лагере, а фонтан - необходим для возвышенных размышлений.
   - Возвышенных размышлений? - удивился я. - Но разве размышления - не ведут к ереси? - повторил я слова, сказанные инквизитором в кабинете отца Афрания.
   - А что мы без ереси? - усмехнулся инквизитор. - Если бы не было еретиков, колдунов, пособников темной веры, и прочих перенапрягшихся в тяжком умственном труде - зачем была бы нужна инквизиция?
   Признаться, подобная постановка вопроса несколько... выбила меня из колеи. Так что дальнейший путь до кабинета инквизитора я провел в полуоглушенном состоянии, почти панически размышляя над сказанным. Не удивлюсь даже, если узнаю, что какую-то часть пути инквизитор буквально тащил меня на себе. Но в итоге мы оказались в помещении, сильно отличавшемся от того, который покинули недавно. Если рабочее место отца Афрания было задумано так, чтобы подавлять, демонстрировать уверенность и непререкаемую власть, то кабинет инквизитора, таковой властью реально располагавшего, был задуман именно как удобное рабочее место. Ему не было нужды "создавать впечатление" - для этого вполне хватало понимания того, где именно находишься, и что может случиться, если вызовешь недовольство хозяина кабинета.
   - Итак... - произнес инквизитор, страиваясь в удобном, но отнюдь не поражающем воображение своей богатой отделкой кресле. - Да ты присаживайся, не стой. В ногах правды нет.
   Я оглянулся, и с некоторым удивлением увидел за собой точно такое же кресло. Нет, в самом факте появления кресла не было ничего особенно удивительного, несмотря на то, что секунду назад, когда мы проходили это место, кресла там не было. В конце концов, инквизитор - явно сильный маг, так что призыв, перенос или же сотворение относительно несложной вещи явно должен быть ему по силам. Но вот то, что мне, не совсем "простому", но все-таки - вору, предлагают сесть в точно такое же кресло, как то, что выбрал для себя высокий инквизитор... Это, мягко говоря, необычно и неожиданно. Мягко говоря. Но... Раз уж предлагают сесть - не следует капризничать и выпендриваться.
   - Итак... - повторил инквизитор, - давай, рассказывай: что там за новая темная вера нарождается во Фронтире? Война с эльфами - это война с эльфами. Не закончится, так угаснет. А вот темная вера... она может оказывать влияние годы и годы... если не века.
   Разумеется, я, простой вор из Ночной гильдии, не являюсь культистом новой веры, и тем более - иерархом культа. Так что познакомить заинтересованного инквизитора я смог разве что с общедоступными тезисами Символа Веры, излагаемыми господином Кайларном на открытых проповедях.
   - Хм... - инквизитор потер подбородок. - Значит, отказ от благословения? Да еще со словами "сам справлюсь"... Странно. Это очень... опасная для правителей вера.
   - Зато, - в дверях появился еще один человек, так же, как и мой так и не представившийся собеседник, носивший на плече инсингнию, - каждая проблема, решенная подданными самостоятельно - это время, силы и прочие ресурсы, которые остались у правителя для решения его собственных проблем.
   Я присмотрелся к вошедшему. Он был почти полной противоположностью тому инквизитору, который привел меня сюда. "Почти" потому, что они были практически одного роста. Но если первый инквизитор, даже в собственном кабинете не снимавший тяжелых (и, видимо, зачарованных) доспехов, смотрелся как живая гора: воплощением тяжелой, неудержимой мощи, то второй выглядел, скорее, подобным эльфийскому кончару, оружию изящному, почти хрупкому... но ничуть не менее опасному и смертоносному, чем любой другой меч.
   - Опасное верование. Очень опасное, - покачал головой пришедший. - Оно будет привлекать людей со страшной силой. Особенно, учитывая наличие распространяющегося даже среди священников "философского течения" относительно избранности магов.
   - А уж их сочетание мне вообще не нравится, - пробурчал рыцарь ордена Святой Рависсары. - Учение Святого подвижника Рихтера Клесса требует неустанно работать над собой, духовно совершенствоваться, отказываясь от некоторых "маленьких радостей жизни", чтобы обрести Дар Владыки Света - магию. А тут... Ни работы, ни усилий. Признай себя рабом Архитектора Судеб - и в дамках!
   - Не выйдет, - я поднял голову, взглянув на обоих инквизиторов. Этот момент разбирали на одной из проповедей.
   - А, пожалуй, и правда, - отозвался инквизитор, не несущий помимо символики ордоса знаков, определяющих его принадлежность к какому-либо из Орденов Церкви Света. - Не выйдет, - он посмотрел на своего тяжеловооруженного собрата. - Отречение от благословения, помнишь?
   - Не выйдет, - согласился тот. - Но многие ли это поймут прежде, чем окажутся запутаны в делах культа до полной невозможности покинуть "тесные ряды"?
   Некоторое время инквизиторы обсуждали, не стесняясь использовать совсем уж заумную терминологию, превозмогающую, ультимативную мощь мечты о халяве. А потом паладин обратился ко мне.
   - Итак, все это, конечно, интересно. Но есть к тебе и еще один вопрос: на кого шпионишь? И что им надо?
   Попытка убедить собеседников в своей белости и пушистости была бы заведомо провальной, и лишь показала бы, что я держу оппонентов за полных идиотов. В Ночной гильдии от шпионажа были избавлены разве что бычки Низкой волны, по причине "ограниченности разума, не возместимой никаким усердием". А так... Даже мальки из подростковых уличных банд за кем-нибудь для кого-нибудь да шпионят. Так что ответ на такой вопрос был заранее согласован.
   - На Ванду, первую ведущую Высокой волны в Ветровске, - выдал я заранее согласованный правдивый ответ. - Ночная гильдия Ветровска испытывает... информационный голод. И знания, тривиальные и всем известные тут - могут оказаться полноценной стратегической информацией там, в глубине Фронтира.
   Паладин Рависсары молча кивнул, а его коллега усмехнулся.
   - Возможно, нам понадобится передать кое-что твоей ведущей... или же - не передавать. Полагаю, это не вызовет затруднений?
   Разумеется, я согласился. И не думаю, чтобы опытные инквизиторы не знали, что до 90% секретной информации добывается не трудами хмурых личностей в плащах и масках, среди ночи проникающих в секретные хранилища сверхсекретной информации, а путем анализа открытых источников. Ну, и о том, что информация о том, что некая информация существует и засекречена - является ценной информацией сама по себе. Ну что ж. Игра ожидается довольно забавная. И, хотя мои способности к колдовству пока что ниже всякой критике, но... "Время для Инженера времени!"
  
   Варка
   Бег через степь расслаблял и позволял отдохнуть от размышлений. Встречный ветер выдувал из головы лишнее, подобающее чудиле, и оставлял только Священный Ваагх!, Волю Ваиводы.
   Лето уже закончилось.
Ушла тяжелая, удушающая жара, столь терзавшая этих глупых чилавекав... но, увы, не оставляющая в покое и настоящих орков. Скоро настанет Время Тишины: две или три недели дождей и распутицы, в которую никто не ваюет, даже орки. Время Тишины не приходит только к тем, кто пришел в этот мир вместе с очередным Неумирающим, и оказался закрыт Границей. Все остальные на короткое время прекращают боевые действия, сидят в городах, деревнях и стойбищах, пережидая непогоду. А потом первые морозы скуют превратившуюся было в непроходимую грязь землю, ляжет снежок, редко превращающийся в настоящие завалы, мешающие передвижению Орды, и война начнется снова. Но до тех пор есть еще время. Время вернуть отобранное. Время нанести удар врагу, возомнившему себя сильным. Время притащить вражеских женщин в шатер ваиводы, чтобы, когда вождь наиграется - их мягкие, нежные шкурки заняли подобающее им место в шатре: среди охотничьих трофеев.
   - Гхыр ватак! Шэр ихтык бургуз! - ну вот... опять снаги ссорятся.
   Легким пинком я вежливо попросила бегущего рядом бойза пропустить меня поближе к разгорающемуся конфликту.
Тот посторонился, пробормотав себе под нос что-то, что я предпочла не услышать. Никогда эти снаги гхыровы не сообразят, насколько важно в общем походе отложить свои разборки до возвращения. Ну, ничего. Для этого есть мы, барак'урк.
   - Ну, снаг'хараш, какого гхыра раскричались? Беспорядки нарушаем?
   Разумеется, я даже не подумала о том, чтобы остановиться, или хотя бы притормозить.
Раз уж у этих снаг хватает дыхания, чтобы ссориться - должно хватать и для того, чтобы держать ответ. Не снижая скорости движения.
   Из последовавшего гвалта я вывела для себя, что причиной ссоры является некая птица, которая сидела на дереве неподалеку от маршрута армии.
Один снага-швырятель запустил в нее своим пулялом, и утверждал, что попал. А второй требовал в качестве доказательства попадания "хатя бы перо", какового представить не получилось. И теперь этот самый второй в голос обвинял первого в косорукости (увы, этим страдают все швырялы... впрочем, если бы Бальшие Зиленые хотели, чтобы орки стреляли и швырялись - они научили бы нас есть мясо, лежащее за пятьдесят шагов), тупости и необоснованном хвастовстве.
   В сущности, разбираться в этой ссоре мне было лень, и оптимальным решением было бы пнуть обоих так, чтобы они разлетелись в разные отряды Орды, и прекратили этот глупый спор.
Вот только что-то мешало мне поступить так. В конце концов, в Орде ходили слухи, что отец моего деда был самый настоящий чудила. И во мне и моих родичах это временами проявляется...
   - Чо за птиц? - решила уточнить я.
   Ожидаемо, ответа я не получила.
В конце концов, мы, даже эти глупые снаги, - боевые орки, а не охотники/добытчики. Нам нет нужды разбираться в породах зверья. Мясо нам и так принесут. Разве что длинных свиней приходится добывать самим... Но это - привилегия и удовольствие воинов!
   Но что-то все равно царапало...
И я потребовала точного описания птицы... Оно мне почти ничего не говорило, пока снага не заявил:
   - ...
и галава ея крутилась так, что я подумал, что сейчас вовсе отвалица. Но не, не отвалилась!
   Гхыр чарак балагорз! Сова.
Это была сова. И тогда понятно, почему меткий снага не смог предъявить "хотя бы перо". Ее выбросило в План Жизни... а ее хозяин уже точно знает, где была изгнана призванная им тварь... если не видел нас ее глазами. Сильные чудилы такое могут... И, главное, нет даже смысла рассылать патрули чтобы поймать проклятого Бальшими Зилеными шпиона. Совы летают далеко и быстро... по крайней мере - призванные совы.
   - Ускоритца! - бросила я погонщику топотунов, отбивающему ритм бега в свои громыхалы. Сама же, разбрасывая всех, кто попался по дороге, рванулась туда, где, в окружении нобов личной охраны бежал наш ваивода.
  
   Лёсса
   Первым признаком надвигающейся беды стало тяжелое, давящее предчувствие. Опасность надвигалась откуда-то с северо-востока, но понять ее природу я не могла. Однако, то, что я не могла осознать происходящее, не значило, что я не попытаюсь разобраться. Так что туда, навстречу опасности ушли два Фантома все смотрящие, которых мы только смогли призвать, улетели призванные совы, а по ближним подступам разбежалась стая орнисов. Возможно, я зря трачу ману... Но если не понять, что за опасность надвигается - как ей противостоять? И не окажется ли, что, когда я пойму, что происходит - принимать какое бы то ни было решение будет уже непоправимо поздно?
   К счастью, решение оказалось по крайней мере, отчасти верным. Наступающую орду обнаружили совы, с высоты заметив демаскирующее пылевое облако. Но вот определить: основная орда перед нами, или один из дозорных, или же отвлекающих отрядов, увы, получилось не сразу. А когда получилось - мне это не понравилось. Во-первых, судя по бунчукам, на нас надвигались именно что основные силы Гхыртыкбургуза во главе с ним самим. А во-вторых, слишком близко подобравшуюся сову убили... а точнее - изгнали на ее родной План Жизни. И, по отсутствию битой тушки сделать вывод о призывной природе и шпионской функции "несчастной птички" сможет даже орк.

   - Уходите оттуда! - в мои мысли вмешался отец. Эта способность тех, кого здесь называют Неумирающими - просто поражает. Но и радует. Отец рассказывал, что может почувствовать, когда любой из его отрядов атакуют. И сейчас убитая сова оказалась именно таким маркером, ярко высветившимся на карте.
   Я осмотрела свое недостроенное укрепление. Совершенно понятно было, что удара всей орды оно не выдержит хотя бы и в течение четверти часа. Учитывая же, что орки по степи бегут ну очень быстро, вывезти отсюда припасы мы не сможем - обоз замедлит нас настолько, что догонят непременно.
   - Бросаем все! Уходим! - отдаю я приказ.
   Бойцы отреагировали правильно: расхватали стоявшие в пирамидах копья, забросили на плечи саадаки, и приготовились к долгому бегу. Отступники же... Надо будет сказать отцу, чтобы он периодически устраивал для них тоже занятия по строевой подготовке. А то что же они такие "умные", что даже строем не ходят? Ведь это - самые рациональный способ, когда нужно доставить группу людей из одной точки в другую. А заодно - и команды слушать и исполнять приучатся. Потому как в текущем состоянии их дисциплина меня категорически не устраивает. Вместо того, чтобы, бросив все, готовиться к маршу - они кинулись складывать на телеги какие-то вещи. Однако, "силой бойцов, а не воплями сброда держится власть". Так и сейчас, оборотни и единственный присутствующий в отряде рыцарь Хаоса быстро навели надлежащий порядок, несмотря на содержащийся в последнем утверждении оксюморон. Второй частью моего скромного отряда, которая вызывала у меня сомнения, были культисты. Нет, конечно, маги культа продемонстрировали если не дисциплину, то, по меньшей мере - соответствующий их рангу интеллект. Но вот в их выносливости и способности бежать наравне с прочими я, скажем так, несколько сомневалась... ровно до того момента, как увидела, что они втихомолку накладывают медвежью стойкость. Пожалуй, под таким благословением они и в самом деле будут двигаться в одном ритме с остальными.
   - Бегом! - скомандовала я, махнув рукой в сторону предыдущего трактира. У меня была надежда, что всей армией за небольшим отрядом гоняться не будут, тем более - в ожидании возможной атаки основных сил отца и его союзника, а от малого отряда в достроенной крепостице можно и отмахаться.
   Разумеется, двигались мы существенно медленнее орды. Но все равно, к тому моменту, как орки добрались до нашей недостроенной крепости, мы успели уйти довольно-таки далеко. Совы и стянутые к оставленной нами "твердыне" смотрящие наблюдали, как полыхнул облитый чем-то горючим частокол, как ржали забиваемые на мясо мерины, что притащили наши телеги... Наблюдать все это было не слишком приятно... но гораздо лучше, чем если бы вместолошадей были мои люди.
   След наш у нас не было особо времени маскировать... Но, между тем, его все равно чуть было не пропустили. Однако, бежавшая с краю орды черная орка все-таки заметила помятую траву. Нецензурными ругательствами и затрещинами она направила в погоню несколько десятков хрюкеров, швырял, и даже пару шаманских учеников... которых, по моим наблюдениям, было до странного мало для такого большого войска. Возглавил загонный отряд черный орк, примерно на полголовы ниже, чем заметившая наш след девка. Так что направили его на "важное" задание вдохновляющим пинком. К счастью, ни одного волчьего всадника в погоню не отправили. А ведь именно он могли бы достать нас до того, как мы могли бы добраться до нашей цели, и, если не остановить, то, по меньшей мере - задержать нас, подставив под удар основных сил. Впрочем, именно волчьи всадники понесли основные потери от действий наших диверсантов, и именно их, видимо, орочьи командиры решили поберечь.

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Священная конгрегация доктрины Веры - старейшая и главная из девяти конгрегация Римской курии (а в Землях Лендлордов, соответственно - Церкви Света). В нашем мире до 1908 года она носила название Верховная Священная Конгрегация Римской и Вселенской Инквизиции.
   Кончар - колющий меч с граненым (трех- или четырехгранным) клинком. Бывает одно- и двуручным. Предшественник шпаги.
   Ночная гильдия состоит из трех основных частей (волн): Низкая волна - всякого рода уличная гопота, толкачи наркотиков, карманники, нищие, дешевые девочки (и покровители всех перечисленных).
   Средняя волна - воры-домушники, наемные убийцы, шпионы, девочки более высокого класса.
   Высокая волна - всякого рода полулегальный и "почти совсем легальный" бизнес. Торговцы информацией, контрабандисты, куртизанки высокого уровня... В высокую волны входят и командные структуры общегильдейского уровня.
   Непереводимая игра слов на орочьем. Если буквально - сравнение половых органов обруганного с человеческими. Так же содержит обвинение в трусости и слабости, сомнение в расовой и родовой принадлежности и еще с десяток оскорбительных смыслов. В целом, близко по смыслу к небезызвестному "кю" - "ругательство, допустимое в приличном обществе".
   Черные орки (мн.ч.).
   Хороший, трудолюбивый, спокойный. Еще не смертельное оскорбление, но уже недалеко от этого.
   Непереводимая игра слов, содержащая некоторые широко поминаемые в народе Атрибуты ангелов и святых Церкви Света, отвечающих за плодородие...
   Заклинание второго круга магии Света. Повышает характеристику "Выносливость".