1


   Полусон-полубред в очередной раз прерывает волна тепла, исходящая от коричневых когтистых рук, которая смывает жар и уменьшает судороги. Под мерное бормотание какого-то существа со знакомо-незнакомым лицом выпиваю поднесённую чашу с каким-то резко пахнущим горьким отваром, закрываю глаза, вновь погружаясь в сумбурные воспоминания...
  

***


   Тело нещадно кололо, как будто отлежал его всё, мышцы непроизвольно сокращались, вызывая порой довольно болезненные судороги, а в голове, помимо моих, были воспоминания кого-то другого.
   Первую панику и ненужные рефлексии перекрыла телесная боль, заставив цепляться за существование вместо накручивания себя и поисков ответов на то, кто виноват и где я. Сознание, привыкшее к обработке больших потоков информации, столкнулось с необременённым высокими технологиями разумом и почти проиграло. Несмотря на простоту их быта, жизнь орков (а чужие воспоминания принадлежали именно представителю этой расы) была не менее насыщенной, чем у представителей высокоразвитой цивилизации. То, что для нас являлось мелочью, отфильтровываясь как ненужный шум, - направление и сила ветра, облака и прочие сигналы погоды, крики птиц и даже стрекот насекомых - помогало им сохранить жизнь, определить, где лучше охотиться или как глубоко копать, чтобы добраться до воды.
   Редко кто из нас знает своих соседей, а Аргнак так или иначе знал всех из ста двадцати семи взрослых своего племени, и это не считая подростков от шести лет. Имя реципиента болью отдалось в моём сознании - я не помнил, как зовут меня. Новые и новые подробности жизни грозили растворить моё "я". Это не было похоже на борьбу, скорее, на столкновение двух встречных потоков. Осознавать себя одновременно взрослым человеком и молодым орком, когда сбор ягод с куста наслаивается на поездку в автобусе, было слишком шокирующе. Многие события бытия орком были ярче и сильнее моих серых будней, обесцвечивая те ещё больше, но память постепенно стабилизировалась, раскладывая и разделяя поступившую информацию.
   Отвар с резким вкусом и запахом начал своё действие, затуманив разум, позволяя вновь провалиться в спасительное для меня забытьё.
  

***


   Хатгаут осмотрел затихшего ученика. Жар почти спал, а корчи унялись, дело явно пошло на поправку. Душа наконец пришла в гармонию с телом и перестала заполошно трепетать, как затухающий огонь на ветру. Молодого ученика шамана, едва живого, соплеменники нашли два дня назад недалеко от стойбища и принесли к его учителю. В своём шатре старый шаман возжёг травы в горшках, окуривая Аргнака дымом, чтобы больной не распространял заразы, но кашля не было. Скорей всего, он чем-то отравился, на что указывала рвота в начале болезни. Посидев ещё возле больного, он воздал хвалу духам и отправился полежать - старость начинала брать своё, как и две бессонных ночи.
  

***


   Пробуждение не было внезапным и, в отличие от предыдущих, на этот раз боли не было. Наконец-то внутренности не пылали огнём, а перенапряжённые мышцы не стремились порвать связки и сломать кости. Вставать я не спешил, лёжа с закрытыми глазами и разбираясь в произошедших со мной изменениях. Момента попадания я не помнил, как и своей предполагаемой смерти. Был ли это сбой реинкарнации или других вселенских законов? Ведь никакие высшие сущности не предлагали мне миссий по спасению мира и не одаривали великими дарами и плюшками, способствующими выполнению этой миссии... А ведь проблемы у мира, в котором я оказался, обещали вскоре начаться. Мир этот (как, к счастью, знал мой реципиент) носил название Дренор и был знаком мне ещё по прошлой жизни. С одной стороны, это позволило узнать, куда я попал, ведь миров с орками было описано много, с другой - жизнь обещала быть трудной и опасной. Особым фанатом Варкрафта я не был, а потому моё вселение в одного из обитателей данной вселенной вызывало много вопросов, на которые не было ответов.
   Ладно, раз уж я здесь, надо попробовать определить, в каком временном промежутке я оказался. Память услужливо подсказала значимые имена. Как выяснилось, Нер'зул по-прежнему верховный шаман, и с дренеями мы пока не воюем.
   Уличить его в обмане?
   Во-первых, кто мне поверит? Я - малолетний ученик захолустного шамана из далеко не самого многочисленного племени, а Нер'зул - великий мудрец, почитаемый всеми орками Дренора. А во-вторых, если не сработает план Кил'Джедена расправиться с дренеями руками орков, он призовёт Пылающий Легион, и я вряд ли выживу, как и всё население этого мира. Конечно, можно помереть и сражаясь с дренеями или людьми в Азероте, но там у меня, по крайней мере, появляется шанс, хоть и небольшой, на дальнейшую жизнь.
   Кроме того, только пройдя весь этот путь, орки стали той силой, которая смогла противостоять демонам в Третьей Войне. Только вторжение Орды превратило аморфное образование из вечно грызущихся мелких королевств в тот самый Альянс Лордерона, без уничтожения которого Легион не решался на вторжение. И только закалившись в горниле войны с орками, Азерот смог второй раз остановить вторжение и уничтожить одного из главнокомандующих Пылающего Легиона. Боже... Да с действиями Орды связано столько в истории этой вселенной, что и перечислять умаешься, одно только возвращение полных сил Аспектам чего стоит, а ведь без орков, поработивших Алекстразу, оно в принципе невозможно! Значит, буду готовиться и копить знания, повышая свои шансы на успех.
   Перебираю знакомых орков, что могли бы заметить произошедшие со мной изменения, но оказывается, что таких немного. Полтора месяца назад родители погибли на охоте, а около месяца назад духи предков сказали старшему шаману Хатгауту привести меня осенью на священную гору. Такие визиты говорили о том, что удостоенный внимания предков сам станет шаманом. Из оставшихся близких родственников была сестра, а от дальней родни я переехал в шатёр учителя, где теперь помогаю вести хозяйство и постигаю непростое ремесло шамана. Духовных практик до инициации не будет, но зато приходится зубрить наизусть рецепты трав и настоек, как и признаки болезней, от которых они помогают.
   Вслушиваюсь в окружающую обстановку. Слышу чьё-то мерное дыхание, потрескивание углей и приглушённый гул голосов с улицы. Нос приносит запах дыма, сборов трав и кожи, всё это было фоном, привычной обстановкой, к которой привыкаешь, но для меня после слияния было внове, а потому осознавалось. Потянувшись, встаю, кроме чувства голода никакого дискомфорта не испытываю. Оглядываю знакомый шатёр учителя, рассматриваю подвешенные на просушку пучки трав, немногочисленную утварь и плетёный ларь с главным сокровищем - книгами и пергаментами с рецептами. Заметил и свёрток со своими вещами, как руки дойдут, надо будет разобрать.
   - Учитель - зову Хатгаута, лежащего на шкуре с другой стороны очага.
   - Очнулся, наконец-то, - произнёс он, поднимаясь.
   - Рассказывай что помнишь. Где был, что ел? - седой орк, поглядев на меня, свернул постель, освобождая место в шатре.
   На фразу о еде мой желудок отреагировал громким бурчанием, но я не смутился, пытаясь вспомнить день моего вселения.
   - Всё как обычно, ничего незнакомого не ел, а на обед у меня была полевая крыса.
   - Пил из реки или как?
   - Рядом был ручей, воду из него брал.
   - В следующий раз бери с проверенных источников, а лучше кипяти, чему я тебя учил? - ворчал Хатгаут, осматривая меня со всех сторон, после чего заварил цветы дассана на мясном бульоне и протянул мне получившееся питьё.
   Горячий отвар хорошо утолил первый голод, распространяя тепло изнутри, после чего я вышел из шатра проветриться - запах тлеющих трав, казалось, въелся до самых костей.
   - Отдохнёшь сегодня, а завтра сходим к тому ручью, проверим что с ним, - донеслось мне вслед.
  

***


   Шагая между развёрнутых шатров, кивками приветствую встречных орков. В памяти всплывали их имена и места в иерархии. День был в разгаре, а потому на стоянке остались только орчанки с детьми и немного охотников. Шёл обычным шагом, желая отойти подальше от стойбища и привести в порядок мысли. Солнце приятно грело кожу, ветерок приносил свежие запахи разнотравья, а земля приятно пружинила под кожаными подошвами. Большинство детей ходили босыми, слишком уж быстро растут, малый вес и мозоли берегли их ноги от повреждений.
   Опустив руку на пояс, извлёк нож - подарок отца на шестилетие, первое серьёзное оружие, вручаемое только тогда, когда орчёнок считается достаточно взрослым, чтобы ему доверить ценную вещь. Погружаюсь в воспоминания, вспоминая тот день и восторг, радостный клич и удары, повергающие "добычу". Были после и другие ножи, но только для работы по хозяйству и резьбе по дереву и кости. Устроившись на вершине холма, вспоминаю проведённые вместе дни. Несмотря на интенсивную учёбу и время, уходившее на сбор съедобных трав и кореньев, времени на игры было много.
   Поднимаюсь, мешанина мыслей требовала разрядки, ускоряю шаг и перехожу на бег, следя за своими ощущениями. Неизбежные диспропорции тела не стали преградой, новая моторика легла как родная, наработанные рефлексы тоже отзывались. Споткнувшись о пучок травы, выровнял бег, не упав. Пробежал уже больше километра, но одышки нет, непрокуренные лёгкие и тренированные мышцы, привычные к долгим переходам, давали о себе знать. Новые возможности мне определённо нравились. Старую жизнь уже не вернёшь, и чем быстрее я освоюсь с новым окружением, тем лучше устроюсь здесь.
   Впереди показалась роща олембы, и там определённо кто-то был. Три орчанки собирали быстро густеющий сок из надрезов, складывая смолистые наплывы в корзинки. Перейдя на стелющийся над землёй шаг, присел за кустом, наблюдая за ними. Похоже, кроме воспоминаний и навыков мне передались и эстетические вкусы расы орков, добавив к понятиям о женской красоте и орчанок. А посмотреть было на что - летние наряды, эдакий раздельный "купальник", пояс с ножнами и меховые полусапожки из тонко выделанной шкуры. Ворс коротко острижен, а сами вещи подогнаны так, что повторяют все изгибы тела. Стройные фигуры, приятные глазу выпуклости на нужных местах и провокационное поведение.
   "Не замечая" меня, девушки продолжали собирать сок, тихонько переговариваясь, пересмеиваясь и иногда излишне грациозно двигаясь, оттачивая на мне своё очарование. Тоже "не замечаю", что замечен, любуясь их представлением. Раньше "я" боялся подойти к ним, изменения, происходящие с телом и психикой, были новы и непонятны, хотя секретов во взрослых взаимоотношениях не было. Сейчас же подростковая стеснительность мне не мешает, потому, наглядевшись, подхожу ближе.
   - Приветствую, красавицы! Угостите будущего великого охотника и шамана сладкими дарами природы?
   - Сильномогучий охотник уже оправился от ран? - подала голос Бьюкигра, главная острословка клана. - Говорят, прежде чем пасть, он расправился с целым гронном!
   Раньше осадить нахалку никогда толком не получалось, слишком хорошо она язвила, выворачивая слова, да и просыпающаяся тяга к противоположному полу делала своё дело, потому подыграю ей.
   - Не совсем, этот был слишком крупным, но сок олембы из рук самой красивой девушки исцелит их навсегда, - после чего поворачиваюсь к краснеющей Кайнати, слегка отвернувшей лицо. Та, оценив комплименты и шутку, повернулась ко мне и, достав из корзины кусок застывшего сока, протянула мне.
   - С каких же пор невеста первой делает подарки? - желая оставить за собой последнее слово, продолжила Бьюкигра, впрочем, не заставив ту убрать сок обратно.
   - Завидуешь! - быстро парирую я.
   - Было бы чему! - не остаётся та в долгу.
   - Посмотрим, что заговоришь на осеннем кош'харге.
   Попрепиравшись с ней ещё немного, я поблагодарил Кайнати и отправился по своим делам. Ничто так не поднимет настроение, как вкусная еда и беседа с прекрасной половиной орочьего племени, а привычные действия позволят унять сумбур в мыслях. Перекусив, продолжаю путь, выслеживая полевых крыс и мелких птиц. Тело машинально повторяло привычные действия, по пути я не гнушался срывать съедобные травки или поймать жука-другого, хрустя хитином на зубах. Новый рацион не вызывал отторжения (разве что самую малость) у моей части, не избалованной восточными деликатесами. Впрочем, рацион орков на фоне некоторых стран вполне привычен и понятен - ешь всё, что можно есть.
   Найдя целую колонию полевых крыс, перекрыл отнорки, по которым добыча могла ускользнуть, и принялся копать до главной норы. Загнанные в угол животные опасны, но благодаря ножу и быстрой реакции успел убить тройку, прежде чем остальные разбежались. Освежевал на месте, избавляясь от внутренностей, шкурки сниму в шатре. Недалеко была ещё добыча, но прозапас летом лучше не охотиться, пищи и так достаточно. Вернувшись домой, развернул шкуру со своими вещами, доставая немногочисленные памятные и необходимые предметы. Из ранних были железные резцы, плетёные браслеты и ожерелье, сделанное из вырезанных из дерева клыков - каждый орчёнок в детстве делает такие, представляя себя удачливым охотником.
   Перебираю вещи, каждая делится своим воспоминанием, поднимая множество ассоциативных цепочек. Была тут и парочка старых пергаментов, отданных мне учителем, чтобы тренировался в письме. Несмотря на то, что грамоте обучали только детей вождя, кузнеца или шамана, проблем с почерком у меня не было, как, впрочем, и у любого другого орчёнка. С детства занимаясь сбором корней и ягод и работая по дереву и кости, хорошо развиваешь мелкую моторику рук.
   Сняв с крыс шкурки, поставил мясо вариться, а сам пока занялся выделкой, вспоминая, как помогал матери разделывать принесённую с охоты добычу.
  

***


   Незадолго до этого в шатре шамана
   Проводив взглядом уходящего ученика, Хатгаут покачал головой и задёрнул полог. Хождение по грани меняет орков, но его ученик изменился слишком сильно, ему, как живущему рядом, это было виднее всех. Прожил тот у него недолго, но старик успел привязаться к любознательному подростку, с восторгом изучающему всё новое. Сейчас же глаза молодого орка будто затянуло льдом, в его словах и жестах чувствовалась отчуждённость, даже биение жизни слегка изменилось. Бывало, болезнь, отпустив тело, отравляла разум, делая из нормальных соплеменников скрытных и излишне жестоких психопатов.
   Предки не любят, когда их тревожат, но искать ответы самому может стать поздно. Руки привычно смешивали травы, помогающие услышать духов. Набив трубку, он не торопясь затянулся, погружаясь в транс и стараясь найти ответы на тревожащие его вопросы. Трубка тлела, распространяя приторно горький дым. Докурив и приведя полученные образы в порядок, шаман успокоился - перемены не несли в себе угрозу клану, духи не чувствовали зла, ом'риггор *(прим.: праздник совершеннолетия)* Аргнака уже скоро, он и решит вопрос, останется ли тот жить.
   Ответ духов принёс мир в душу Хатгаута. Покряхтев, шаман поднялся, поминая старые кости, разобрал вещи и разложил обратно в короб зелья, не пригодившиеся в исцелении ученика. Перекусив вяленым мясом и надев на шею ожерелья из костей, он пошёл по стойбищу, проверяя, не нужна ли кому помощь, и предупреждая об отравленном ручье.
  

2


   Утром меня разбудил Хатгаут, старческая бессонница уже давала о себе знать, забирая конец ночи. Позавтракав вчерашним супом, отправляемся к месту моего вселения. В этот раз беру и топор, подаренный родителями год назад, имеющий хоть и не запредельную, но большую цену. Встретить хищников не так далеко от стойбища маловероятно, но полагаться на защиту учителя тоже не хотелось, тем более он не стал брать с собой своего волка.
   - Поспешим - промолвил учитель - да смотри, куда ноги ставишь, не видишь разве те жёлтые цветы мозглольника? Чему я тебя учил, ходишь по лекарству, как по грязи! - ворчал шаман, ругая мою нерасторопность.
   Вслух виниться не стал, стараясь не топтать вообще никаких цветов и незнакомых растений, так или иначе в шаманских практиках мог пригодиться любой кустик, многие травы давали сходный эффект при лечении, просто некоторые были редки и более сильнодействующие, чем остальные.
   Добрались мы быстро, берег ручья потревожил неприятные воспоминания, возвращая меня в тот злополучный день. Липкий страх и фантомная боль прокатились по телу, свербя ещё одной, всё время отгоняемой мыслью - я не помнил своего старого имени. Каждый раз, пытаясь его вспомнить, получал от уменьшенного матерью Арга, на которое в своё время сильно злился, до гордого Аргнака. Не могли же меня так звать в другом мире? Мировосприятие у меня уже стабилизировалось, мысленно хмыкаю на чужой термин, пришедший с другого мира.
   - Не мешай, посиди в стороне, или лучше поищи травы, что я тебе показывал - подал голос учитель, усаживающийся на берегу реки.
   Было интересно посмотреть, как он будет общаться с духами, но зря сердить шамана не буду, и мне есть чем заняться, пока учитель работает. Отойдя, неторопливо бреду, опустив голову и осматривая разнотравье, скрывающее где колено, а где доходившее и до пояса. Мысли мои сейчас перебирали значимые события и вехи канона, знал я не очень много, но вполне достаточно, чтобы начать строить дальнейшие планы. Ни клан Разящих Топоров, в котором я обретаюсь, ни имена шаманов не нашли отражения в истории Варкрафта, и никакого Аргнака, сыгравшего решающую роль в судьбе орков я тоже не знаю. Говорило ли это о том, что дальнейшие войны сотрут его с лица мира, или история его существования была подобна другим кланам, не сумевшим прославиться на фоне других, неизвестно. Сколько копий в другом мире было сломано по поводу событий, какие баталии кипели, как нужно было вести себя оркам, и что бы сделал тот или иной человек на их месте. Оставалось решить, как мне поступить с доступным мне послезнанием, чтобы суметь воспользоваться предоставленными им возможностями и избежать гибели.
  

***


  
   Узнать, сколько у меня осталось времени, я не смогу до осеннего праздника, поскольку единственный известный мне значимый "маркер" - старшая шаманка клана Северных Волков. Начало войны произошло спустя год с момента её смерти, а я понятия не имел, жива ли она сейчас.
   С размышлений о шаманке чужого племени мысли как-то сами собой перескочили на обобщение известной мне информации о шаманах в целом. С одной стороны, сообщество шаманов довольно открытое - постоянно врачуя болезни и раны, они принимали большое участие в жизни клана. Но с другой стороны, для большинства орков оно всё равно сохраняло некоторую таинственность. Не потому, что шаманы боялись разглашения своих знаний, а из-за невозможности для обычных орков воспользоваться ими. Мир был магический, и разница между одарёнными и простыми жителями была существенной, если не сказать определяющей.
   Начало любого обычного ремесла можно было освоить без проблем, но если нет дара - магия закрыта, как ни пытайся. Кроме того, это даёт ряд прав. Взять хотя бы налогообложение - каждый охотник обязан отдавать десятую часть добычи и каждую десятую шкуру, за исключением месяца с момента создания семьи - этакий подарок молодожёнам. Шаманы же освобождены от этого - их мало, зато их умения требуются везде. Или маги людских королевств - отдельная каста, не без оснований считающая себя лучше других. Что, впрочем, не мешало паладинам сжигать любого подозрительного мага, обвинив его в работе на демонов. И не совсем безосновательно - неумелое использование арканы привлекает существ из-за грани и чуть упрощает их проникновение в мир.
   Перебираю в уме известные мне магические воздействия на мир и думаю, что из этого я могу освоить в перспективе. Шаманизм для меня - тёмный лес, кроме того, что они умеют призывать духов, ничего не знаю. Аркана знакома получше - довольно обширный арсенал, зависящий от силы и умения мага. Кроме того, ману можно преобразовывать в вещество, призванные ледяные стрелы и огненные шары никуда не исчезают, а достаточно сильные волшебники способны создавать себе и еду. Демоническая магия, несмотря на название, доступна каждому, а возможность изучить её представится в ближайшем будущем. Плюс некромантия. Об этой области магии я не знаю ничего, нужна ли она мне и где достать знания - неизвестно.
   Изучать шаманизм придётся, несмотря на то, что вскоре он обесценится. Смутно помню, что Нер'зул как-то смог стать "тёмным шаманом", то есть мог насильно заставлять стихии повиноваться, но произошло это уже почти в самом конце его жизни, да и где Нер'зул - сильнейший шаман мира, и где я?
   Аркана в принципе доступна, есть учителя, способные и готовые меня обучать. Дренеи. Существа, живущие неисчислимое количество лет, изначально магическая раса, а их невероятно сильная тяга к новому - хороший повод и возможность завязать более тесные контакты, нежели меновая торговля. Но я не знаю, сочетаются ли шаманизм и магия, отпускать к ним надолго меня тоже никто не станет, и в свете предстоящего конфликта связи с ними могут аукнуться болезненно, если не смертельно...
   Размышления прервал зов учителя, видимо, он закончил свои непонятные действия.
   - Ручей чист, - произнёс Хатгаут, поднимаясь во весь рост. - Отраву или уже унесло дальше, или разбавило. В любом случае, угрозы клану больше нет.
   Оглядев мои пустые руки, нахмурил седые брови.
   - Чем ты занимался, пока я работал? Кругом много полезного, тот же мозглольник, что набрал полную силу! Соберёшь, сколько сможешь, и приноси в шатёр.
   - Понял, учитель! Всё сделаю! - несмотря на ворчливый характер, тот никогда не говорил попусту и напрасно не ругал.
   Проводив взглядом уходящую фигуру, стал выискивать жёлтые цветы, в отварах используются только лепестки, но они не имеют силы, если засохли не вместе со стеблем, а потому приходится срывать целое растение.
  
  

***


  
   Мысли, прерванные наставником, не спешили вернуться к прежнему ритму, а потому, отложив в сторону магические перспективы, занялся делами насущными. Собрав столько растений, сколько смогло поместиться в руках, отправляюсь обратно. Все замечательные планы по собственному усилению могли разбиться о простой факт - не все, кого просят привести духи, становятся шаманами.
   Замечаю издалека знакомый силуэт, что направляется явно в мою сторону. Сейчас я довольно далеко от стойбища, а потому в случайность встречи поверить сложно, зато поговорить без лишних ушей здесь можно без проблем. Сестра Шарилгра, что старше меня на три года. Моего племянника, видимо, оставила в шатре и выкроила свободную минуту, чтобы пообщаться с братом без посторонних. Линию поведения с ней я пока не разработал, импровизировать тоже не буду, как-никак родственники, поймём друг друга.
   - Привет, Аргнак, - сказала Шарилгра, как только мы поравнялись.
   Ожерелий на ней было немного - муж у неё не самый удачливый охотник, предпочитающий охотиться сообща с другими, но и неудачником его не назвать. Средний, как и большинство в клане. А вот плетёные из полосок кожи браслеты подчёркивали уже её личное мастерство. Одежда, соответствуя общему стилю клана, пестрила нашитыми разноцветными лоскутками, подчёркивающими её замужний статус. В цветовой гамме превалировал коричнево-ореховый цвет, разбавленный чёрными полосами.
   - Я волновалась, когда узнала, что ты занемог.
   - Всё в порядке. Отрава оказалась несильной.
   Кроме неё у меня больше не оставалось родственников. Жизнь орков полна опасностей, оба моих старших брата так и не вернулись с первой охоты. Теперь понятно, почему она захотела встретиться без посторонних. Выказывать заботу при орках - низводить меня до уровня ребёнка, пусть мы и родственники. А вот наедине - совсем другое дело.
   - Ты изменился. Стал каким-то другим, - прищурилась сестра. - Похоже, мой брат наконец повзрослел! - это звучало бы менее насмешливо, не смотри она на меня снизу вверх. Несмотря на то, что она была старше, а я так и не дорос ещё до взрослых размеров, я уже был на голову выше и куда массивней.
   - Ты же знаешь, что меня вскоре ждёт.
   - Знаю, - голос её был грустным.
   - Братья погибли как настоящие охотники, - поднимаю не самую приятную тему.
   - И мы гордимся ими, - согласилась она. - Ты уже выбрал себе невесту?
   - Ты посватать кого-то пришла?
   - Нет, мне просто интересно. К тому же ходят слухи, что ты неравнодушен к Кайнати.
   - Всё может быть. Когда я стану шаманом, смогу выбрать практически любую. Или кто-то хочет заранее застолбить завидного жениха?
   Как ни странно, в общении с ней не возникало того чувства неловкости, когда завязываешь разговор с незнакомцем. Я хорошо понимал её мимику, те мимолётные невербальные жесты, что привык видеть с детства, отлично зная, что за ними скрывается.
   - Как бы тебе сказать...
   Понятно её замешательство, ввиду двойственности моего положения. Почти дорос до первой охоты, но пока не пройду её, котируюсь лишь чуть выше остальных детей. Да, я вроде как ученик шамана, но до осеннего праздника - не факт.
   - Все ждут первой охоты, - помогаю сестре преодолеть неловкость, озвучивая очевидную вещь.
   - Хорошо, что ты родился летом, - добавляет она.
   Лето - хорошее подспорье, много дней можно прожить на подножном корму, в отличие от зимы и ранней весны, но одному из моих братьев это не помогло.
   - Как сын? Ещё не всё погрыз в шатре?
   Напоминание о ребёнке вернуло весёлую улыбку на лицо сестры.
   - До потолка ещё не добрался, но у него всё впереди!
  

***


  
   Жизнь моя вернулась к ритму, что я вёл до "отравления". С утра под руководством Хатгаута собирал травы и другие полезные растения, ближе к обеду добывал грызунов или небольших птиц, а после - занимался чтением и письмом. Каждый сбор учитель сопровождал небольшой лекцией о том, где можно чаще встретить эти растения, когда их лучше заготавливать и от чего помогают. Комплексная учёба позволяла быстрее усваивать знания, выстраивая в памяти сразу множество ассоциативных цепочек. Хотя я мысленно списал в расход шаманизм, такие уроки выступали неплохой тренировкой для памяти, заодно помогая привести мой разум в порядок.
   Скоро мой двенадцатый день рождения, а это значит, что мне предстоит первая охота. Добычей должен быть серьёзный зверь, опасный даже для взрослого орка. А с учётом размеров зверья, водившегося на Дреноре, таких было достаточно. Чем-то они напоминали мегафауну Земли и, развиваясь в сходных условиях, приобрели похожие черты.
   Гигантские кабаны одним ударом клыка могли отсечь руку или вспороть живот, а шкура по толщине и прочности не уступала носорожьей, не сразу поддаваясь ударам оружия.
   Были здесь и талбуки, похожие на антилоп травоядные звери, статями своими превосходившие иных лосей из моего старого мира. К острым длинным рогам, способным наносить и дробящие удары, прибавлялось то, что ходили они большими стадами, совместно отражая нападки и оберегая раненых.
   Водились здесь и самые настоящие мамонты, или, скорее, мастодонты, что обитали северней наших земель. Подробностей про них я не знаю, так как наш клан на них не охотился, но слушая рассказы старых охотников, что узнали о них от других кланов, мог представить их размеры.
   И вишенкой на торте - копытень. По виду - помесь мамонта с носорогом, массивная голова с единственным рогом, ряд роговых пластин, защищающий шею. Прочная шкура и длинный мех, служащий дополнительной защитой, а на ногах - раздвоённые копыта, что и дало ему название. Мясо его отличалось насыщенно-красным оттенком и по праву считалось деликатесным - из всей съедобной живности Дренора, что я пробовал, оно было самым вкусным. Охотились на него все охотники племени вместе, уж слишком большим он был даже для крупных охотничьих партий, зато добытого мяса хватало надолго, а охотничьи доспехи из шкуры и роговых пластин получались самыми прочными и статусными.
   Соответствовали размерами и хищники. Огромные ящеры, водившиеся в более тёплых местах, не брезговавшие ничем, что было по зубам. Представители семейства кошачьих, похожих на саблезубых тигров. И наконец, чёрные волки, встречающиеся и по одиночке, и стаями. Умные и чем-то близкие оркам по психологии, недаром часть из них становится нашими спутниками. Ростом в холке эти машины смерти почти не уступали взрослому охотнику (и это с учётом размеров орка, что были крупнее людей), а длинные клыки являлись отличным трофеем, показывающим остальным силу и охотничье мастерство.
  

***


  
   Двенадцатилетие наступило буднично и неотвратимо. Обычай предписывал брать с собой минимум вещей и лишь одно оружие, запрещал принимать чью-либо помощь и использовать охотничий доспех. С учётом вышеописанного и печального опыта моей семьи, шанс не вернуться с первой охоты был очень большой. Ты или умираешь, или возвращаешься с добычей - жестокая, но эффективная селекция, орки, ведущие кочевой образ жизни, не могли кормить бесполезных слабаков.
   Позавтракав плотнее чем обычно, взял с собой топор, так как это было моё единственное серьёзное оружие, нож, набор для разведения огня и свёрнутую шкуру. Никто меня не провожал, ни сестра, ни учитель, да и для остальных орков я словно исчез, уже выйдя из статуса ребёнка и ещё не войдя в статус взрослого. Подавив дрожь от ощущения дороги в один конец, не спеша покидаю стойбище. Поведение каждого орка у всех на виду и влияет на авторитет и статус, а потому веду себя как взрослый охотник, невольно копируя походку отца.
   Отдалившись метров на триста, перехожу на бег, направляясь против ветра. Ловлю доносящиеся запахи, хотя пока это бесполезно - на таком расстоянии от стоянки всю дичь уже выбили. Но привычка и вбитые охотничьи навыки не позволяли расслабляться. Надежда на случайно забредшее животное не оправдалась, поэтому, отойдя на расстояние больше пятнадцати километров, приступил к повышению своих шансов на охоте. Оглядев молодую поросль деревьев, приметил подходящее деревце в руку толщиной. Обкопав его со всех сторон, подрубил корни на расстоянии ладони от ствола, обрубки как раз послужат неплохими шипами на моей будущей дубине. Свалив деревце, разделил ствол на четыре части - первая с комлем и корнями пошла на дубину, остальные заострил с двух сторон, получив колья в две трети своего роста.
   Ножом распустил на полоски шкуру, что должна была служить мне постелью. Середину каждого из кольев и рукоять дубины обвязал нарезанной кожей, чтобы не скользили руки, оставшиеся переплёл между собой, превратив в верёвку. Мой арсенал пополнился дополнительным оружием, но нарушителем обычаев я себя не считал. Будь у меня больше времени, не поленился бы сделать и что-нибудь более серьёзное, запрета на такие действия я что-то не помню. Закрепив за спиной колья и дубину и повесив свёрнутую в бухту верёвку на плечо, продолжаю путь. Встречаемые следы животных были старыми, в первый день мне добычи не видать, а потому перешёл на бег, стараясь уйти в непотревоженные клановыми волками земли.
   Заблудиться я не боялся - каждый орк хорошо ориентируется на местности. Кочевой образ жизни, многочасовые охоты и часто встречающаяся равнинная местность без значимых ориентиров отсеяли страдающих топографическим кретинизмом, потому как бы далеко орк ни отошёл от стойбища, он точно знает, где-то расположено, и найдёт дорогу обратно.
   Быстрый бег разбудил аппетит, а потому я, перейдя на шаг, принялся по дороге срывать ростки съедобных трав, приглядываясь, нет ли где чего помясней и посущественней. Вскоре путь мне преградил ручей. Он был достаточно глубоким, чтобы в нём водилась рыба, потому, повесив топор за спину, я перехватил поудобнее кол, приготовившись бить рыбу, но тут же себя одёрнул. Слишком долго, да и кол не дротик, чтобы легко загарпунить вёрткую добычу.
   Ни сетей, ни удочек орки не знали, но я, посмотрев на заросли гибкого кустарника, похожего на иву, решил упростить рыбную ловлю. Нарезав прутьев, сел плести решётку. Времени уйдёт хоть и прилично, но куда меньше, чем лови её я старым способом. К решётке сплёл и "сачок", чтобы сподручней было вытаскивать рыбу. Перегородив ручей решёткой, вспугнув при этом стайку мелочи, усилил воткнутыми в дно колами, а сам, выйдя на берег из бодряще-холодной воды, побежал выше по течению.
   Баламутя воду, гоню рыбу к преграде, поднимая ил и тину. Мутная вода мешает ей дышать, у решётки скопилось уже больше десятка рыбин, хватающих воздух открытыми ртами, и тычущихся носами в прутья, тщетно надеясь проскользнуть дальше. Азарт при виде такого количества серебристой добычи в одном месте подстегнул мою прыть, с гиканьем стал вышвыривать её сачком на землю, подальше от воды, чтобы не скатилась обратно.
   Вкус сырой рыбы был приятен, орки частенько едят сырое, а свежевыловленная, ещё трепещущая рыба вкусней вдвойне. Сытный перекус требовал полежать. Отдохнув, решил забрать с собой и решётку, веса в ней немного, а мастерить каждый раз новую на каждом ручье лень, к тому же она вполне складывалась по диагонали, вытягиваясь острым ромбом, поэтому пристроил её наискосок за спиной и продолжил путь.
   День перевалил за половину, а я так и не нашёл следов крупной дичи. Но и волчьих тоже, что радовало. Проходив без толку весь день и ещё пару раз порыбачив, набрал рыбы впрок и решил устраиваться на ночлег. Постели не было, но я, наломав ветки, соорудил себе замену взятой с собой шкуры. Погружаюсь в сон, чутко вслушиваясь в доносящиеся звуки.
   Ночь прошла спокойно, а выпотрошенная рыба, укрытая в ложбинке сырой травой, не успела испортиться. Позавтракав, по первой росе отправился дальше. Поиски мои наконец увенчались успехом - спустя час обнаружил свежий талбучий навоз. Разобравшись в следах, определил, что стадо большое, риск погибнуть под копытами или быть поднятым на рога слишком велик. Но среди них может быть подранок, а нет - дождусь ночи и попробую убить кого-нибудь с края табуна. Пустившись следом, догнал пасущихся животных. Насчитал двадцать три взрослых и восемь детёнышей из весеннего приплода. Подранков, как назло, не было, а идти на них днём в атаку - без вариантов, вблизи растопчут, а издалека я сам им ничего не сделаю. Талбуки никуда не спешили, и я следовал за ними, по пути собирая знакомые травы и "охотясь" на жуков.
   Вечер вступал в свои права, и табун расположился на ночлег, но отдельно никто не лежал. Самки старательно загоняли резвящихся детёнышей в центр круга, образованный взрослыми особями, и сами не спешили отходить далеко. Досадно, при такой плотности они меня и в кромешной темноте затопчут, шансы, конечно, есть, но играть в рулетку и испытывать судьбу что-то не хочется. Я знал, что попаданцы могут выпутываться из любых ситуаций, "сюжетная броня" всегда на их стороне, но ощущая боль и осознавая опасность, не лез вперёд, серьёзно задумавшись. Можно поискать добычу попроще, но это время, и не факт, что мне улыбнётся удача. Ещё вариант - следовать за талбуками, выжидая удобного случая. Но днём охотиться на них бесполезно, а ночью самки, имея молодых детёнышей, слишком бдительны. Охотничьего опыта в прошлой жизни у меня не было, а местный опыт говорил, что талбучатины мне не видать. Но я ещё помнил учебник биологии, особенно картинки, где размахивающие факелами люди загоняют мамонтов в ямы или заставляют упасть с обрыва. Достоверность такой информации не сто процентов, но все живые существа боятся огня.
   Обогнув залёгшее на ночь стадо, подобрался с подветренной стороны. Срезав дёрн, выкопал яму диаметром в две ступни, углубив её по колено, прикрыл вынутым дёрном. Талбуки не мамонты, да и оврагов поблизости нет, а потому такой ловушки, надеюсь, хватит, чтобы кто-то из них подвернул копыто. Вернувшись, стал собирать в густеющей темноте сухую траву. Ночного зрения у меня не было, но орки в сумерках видели определённо лучше людей. Осторожно, чтобы не нашуметь, срезал ножом молодое деревце и стал вязать разветвлённый факел, обвязывая пучки сухой травы узлами вокруг веток.
   Запалив нижний пучок, поднимаю свою монструозную конструкцию и направляюсь к лёжке. Дым и огонь всполошили талбуков, с рёвом и шумом стадо побежало прочь, а я пошёл следом, гоня стадо на яму. Результат не заставил себя ждать - табун ускакал от "пожара", оставив мне сломавшего ногу быка, ковыляющего на трёх копытах. Бросаю догорающий факел и подхожу к нему, приготовив топор. Подрубаю вторую переднюю ногу и проламываю череп, обрывая его мучения. Талбук, особенно в полном расцвете сил - шикарная добыча, но столько мяса мне не унести, прикопать тушу тоже не вариант - испортится, а бросать его, взяв только то, что можно унести, не позволит ни человеческая, ни орочья бережливость.
   Согласно ритуалу, мне требовалось измазать щёки кровью добычи. Кровь вообще имела особое значение в жизни орков. Они получали её ещё с молоком матери, так как каждая женщина сама надрезала кожу над соском во время кормления - считалось, что такое питание делает ребёнка сильнее. Но и без этого почти все ритуалы орков не обходились без красной влаги. Вот и сейчас я первым делом напился привычной с детства крови и вымазал ею лицо. Потом свернул кульками листья так, чтобы она не выливалась зря, и заполнил получившуюся тару - застыв, этот "гематоген" вполне пригоден в пищу. И только после приступил к разделке.
   Провозился больше половины ночи. Набрав дров, развожу костёр и жарю нанизанное на прутья мясо, остальное, по моим расчётам, за пару-тройку дней должно усохнуть достаточно для транспортировки, плюс к тому его количество я сам немного подсокращу, отъедаясь свежатинкой. Решётка для рыбной ловли опять пригодилась, раскладываю на ней остатки мяса и иду спать. Утром вернулся к замоченной шкуре и занялся выделкой, чтобы не задубела.
  

***


  
   Стойбище клана Разящих Топоров.
   Сидя в тени дерева, Кайнати плела корзинки с подругами, ведя неспешный разговор. Прошло уже почти пять дней, как Аргнак ушёл на первую охоту. Увидев хмурое выражение лица девушки, Кивиша сказала:
   - Не волнуйся так, сейчас ведь лето, а дичь в округе уже повыбили.
   - В прошлый раз он был такой смелый, даже смог связать пару слов, а не как обычно по кустам прятался. Глядишь, и с талбуком справится, - "успокоила" подругу Бьюкигра.
   Кайнати понимала правоту подруг, но на душе всё равно было неспокойно. Улыбнувшись, она посмотрела вдаль, отгоняя сомнения и тревогу.
   - Идёт! Идёт! - крича, пробежал рядом мальчишка, направляясь к центру селения. В клане все всё про всех знают, и они тоже поняли, о ком речь.
   Вскочившую было Кайнати схватили подруги, усаживая обратно.
   - Ты не должна так сильно выражать свою радость, ты уже не маленькая!
   - К тому же он наверняка пройдёт мимо твоего жилья, хвастая добычей! - добавила Бьюкигра.
   И вот, наконец, показался Аргнак, входящий в селение как бы случайно со стороны шатра Кайнати, неся за плечами кипу сушёного мяса, на правом плече был подвешен череп с большими рогами, а с левого свисала шкура талбука, сложенная пополам. Увидев подруг, он улыбнулся измазанным запёкшейся кровью лицом и направился к ним.
  

***


  
   Зайдя в гости к сестре, не застал ту дома, оставил целую ногу внутри шатра. После пошёл к жилью родителей Кайнати, собираясь отдариться за сок олембы. Подхожу к неразлучной троице, снимаю с себя мясо и расправляю затёкшие плечи.
   - Протяни корзину, о прекрасная Кайнати, я заполню её мясом до краёв! - с нечитаемой улыбкой она протянула ко мне свою поделку, наполнив, кладу мясо и в корзины её подруг, на что сразу следует ехидная реплика:
   - Солнце застило глаза великому охотнику, что путает корзины?
   - Добычей своей великий охотник и будущий шаман может распорядиться как хочет, я воздал должное красоте подругам такой красивой девушки, да и ты, Бьюкигра, наевшись, может, станешь подобрее! - нахмурившись, та не стала отказываться от мяса, но смолчать тоже не смогла:
   - Долго же ты подранка гонял! Или заблудился, раз так долго не шёл назад?
   Расправляю шкуру, показывая, что та цела.
   - Не был он ни больным, ни раненым, убил его сам, - говорю чистую правду, хоть и не всю. - А ждал, пока мясо высохнет, нельзя бросать дар духов или убивать ради глотка крови. До встречи, красавицы, - кивнув Кайнати с подругами, собираю вещи и иду к шатру учителя.
   Хатгаут был как всегда невозмутим. Кивнув, указал мне присаживаться.
   - Велика твоя добыча, и я рад, что не поспешил ты домой, природа не любит напрасной смерти. Если взял добычу - бери всю.
   Помолчали, я не прерывал учителя, зная его манеру разговора.
   - Осенью тебя увидят духи предков, а ты, возможно, увидишь их. Не все, кого они просят привести в священную гору, становятся шаманами, но даже если не станешь - прошу тебя остаться, умелый помощник дорогого стоит.
  

3


   Разложив принесённую добычу, взял кусок мяса и отправился проведать волка Хатгаута - матёрый зверюга с седой шерстью расположился в тени шатра и дремал, чутко поводя ушами. Приоткрыв глаза, чуть приподнял голову, снисходительно разрешив мне себя угостить. Осторожно кладу мясо в его приоткрытую пасть, наблюдая, как гигантские челюсти махом перемололи пласт мяса, после чего он вновь положил голову на лапы и смежил веки, возвещая этим, что аудиенция закончена. Осталось ещё одно срочное дело, на одну десятую добытого, - налоги. Взрослая жизнь наделила меня рядом прав, тут же добавив обязанностей. Не откладывая дела на потом, нанизываю на прут подвяленное мясо и иду к самому большому шатру - жилью вождя. Гултадора на месте не оказалось, но его младшая жена пригласила внутрь, увидев мою поклажу.
   Раньше я никогда не бывал внутри, но крутить головой как восторженный ребёнок невместно взрослому охотнику, а потому, умерив пока своё любопытство, сосредотачиваюсь на собеседнице.
   - Это с первой охоты? - задаёт мне вопрос Кайрилса.
   - Да. Причитающаяся вождю доля.
   - Хорошо. Как далеко и в каком направлении было стадо?
   - В двух днях пути на север, около двух десятков взрослых и восемь сеголеток.
   Достав книгу, стала в ней писать, а я украдкой оглядывал богатую обстановку. Первое отделение большого шатра было увешано изнутри хвостами и полосками меха, были здесь и волчьи клыки, а слева от входа в остальную часть шатра была стопка шкур, на которой полагалось сидеть вождю, принимающему посетителей. Из-за стенки слышались возня и плач маленьких детей, и голос взрослой орчанки, что пыталась их успокоить. В полог просунулась мордашка девочки постарше, с интересом меня разглядывая, после чего шмыгнула обратно.
   - Что-нибудь необычное по дороге видел? Встречал ли чужих волков? - принялась опрашивать меня закончившая писать орчанка.
   - Нет, - чуть помедлил я с ответом, отвлекаясь от разглядывания кланового знака, сшитого из разноцветных шкур. Основой служила белая шкура копытня, коричневый мех кабанов пошёл на рукоятки, а лезвия были выполнены из чёрных наспинных полос талбука. Вопросов больше не последовало, и я пошёл на выход.
  

***


   На обратном пути прикидывал, чем мне заняться в первую очередь. Угроза смерти миновала, знания из другого мира позволили решить проблему с недостатком охотничьих навыков, и я намерен продолжить эту практику. Конечно, я могу присоединиться к другим оркам для совместной охоты, но способных добывать опасных зверей в одиночку больше уважали, орки ценили силу.
   Учитель разрешил сегодня побездельничать, но я не устал, а время лучше потратить на что-нибудь полезное. Сейчас мне как раз нужен хороший охотничий доспех, бегать в одной набедренной повязке и обуви не самая удачная мысль, ведь кроме талбуков мне могут повстречаться и хищники, и защита поможет мне пережить эти встречи. Поэтому, вернувшись в шатёр, занялся раскройкой талбучьей шкуры, помечая места и заготавливая ремешки для усиливающих деревянных вставок. В процессе работы вспоминал, как отец чинил своё охотничье снаряжение. Жизнь была отличным учителем, и все происходящие вокруг события, являясь примером, помогали облегчить собственную жизнь. Инструментов у меня было немного: прямой резец, нож с изогнутым почти крюком клинком и игольчато-узкий стилет, напоминающий собой чуть расплющенное шило. В перерывах отрезал куски талбучатины, утоляя голод и отдыхая. Закончив с раскройкой, набрал мяса и, взяв один талбучий рог, решил сходить к кузнецу. Каждую весну наш клан добывал железную руду и выплавлял железо, кроме того, во время праздника у священной горы можно было поторговать с остальными кланами, но объёмы таких сделок по моим меркам были небольшими.
   Да и откуда взяться серьёзной торговле, если каждый клан, по сути, был самодостаточен, покрывая собственные потребности, а кочевой образ жизни не располагал к накоплению излишков. Вся жизнь была подчинена заведённому издревле ритму - выбив дичь, орки переезжали на новое место, по пути охотясь и собирая дары природы, прибыв - разбивали шатры.
   Отдельной статьёй шли дренеи, торговать с ними можно было в любое время года, но они практически не покидали своих селений, а находиться на одной земле долго клан не мог в свете вышеописанных причин. Зато такая торговля была выгодна обеим сторонам - в обмен на травы и минералы орки получали ткань, стеклянную посуду или украшения, изредка - стальные орудия и ножи. Редкость последних товаров объяснялась высокой ценой, оружие из дренейской стали могли себе позволить только вожди и очень умелые охотники, чаще всего оно переходило по наследству, не так быстро стачиваясь, как железное.
   Выстраивая в уме картину быта орков, думал, где бы применить свои прогрессорские знания, и пока не находил точек приложения. Вот и шатёр кузнеца, рядом была палатка, из которой раздавались ритмичные удары молота по наковальне.
   - Отец пока занят, - сказал мне орчёнок лет пяти.
   - Я подожду, - присаживаюсь на траву, снимая ношу.
   - Долго придётся ждать, - продолжает мальчишка. - Но если... - и выразительный взгляд на мясо.
   Отрезаю ломоть и кидаю ему. Вмиг подскочив, перехватил угощение и впился зубами, быстро отрывая куски и почти не жуя. Орчата, сколько их ни корми, всегда голодные.
   - Я посмотрю, как скоро он освободится, - прошёл внутрь палатки, удары стихли, и вскоре вышел обратно.
   - Повезло, отец ещё не успел разжечь уголь.
   Показался и Гракх в накинутом кожаном фартуке, подойдя начал снимать краги.
   - Говори, зачем пришёл, - был он не очень приветлив, но с его характером мирились из-за пользы, приносимой клану. Да и сам не люблю, когда отрывают от работы.
   - Хочу заказать походный котелок, может, чего ещё прикупить, из того, что есть.
   - Заходи, - позвал меня в шатёр кузнец.
   Пройдя, увидел небогатый ассортимент - с десяток копейных наконечников, семь топоров без топорищ и россыпь наконечников для дротиков. Несколько десятков ножей, от маленьких резцов до полноценных охотничьих тесаков. Посуды было немного, видимо, заказывали её не часто. Помимо железных изделий присутствовали здесь и медные украшения в виде колец и браслетов, но было их не очень много. Один из котелков глянулся мне своими размерами и тонкими стенками, таскать с собой на охоту лишнюю тяжесть не хочется, а без посуды приготовить пищу можно было только на открытом огне.
   Всё было дорогим, и чаще всего только на еду не менялось. Выбрав приглянувшийся наконечник, протянул в обмен целый рог талбука - я не разбираюсь в кузнечном деле, но помню, что рога и копыта как-то использовали для улучшения железных поделок.
   - Хочу этот котелок.
   - Два талбука, десять твоих весов сухостоя.
   Мысленно крякнул, раз сказано - талбука, значит, ни шкур, ни рогов с них мне уже не видать. Сухостой тоже надо найти и принести, - его на стоянках в первую очередь выбирают, а значит, лучше подождать следующего кочевья, чем волочить сухие брёвна несколько километров. Ветки кузнец не признавал, при пережигании на уголь они просто рассыпались в пепел.
   - Беру, - соглашаюсь с ценой.
   - Ещё что приглянулось? - Гракх явно не горел желанием долго наблюдать за моим выбором покупок.
   - Пока - нет.
   Ну не просить же его взять меня в ученики? Кузнецы - это целая династия, их даже во время набегов стараются взять живьём, и горе тому, кто причинит вред их семье.
   - Тогда оставляй задаток и иди, мне ещё работать надо.
   Подхватив котелок, выхожу на улицу, сделка заключена, и мне не надо сразу предоставлять всё затребованное кузнецом.
  

***


   Дважды в неделю по вечерам проходили танцы под бой барабанов, после шло небольшое застолье, угощение на которое приносили все его участники, а под конец программы можно было выпить немного пива, пообщаться с другими орками и даже помериться своей удалью. На праздник допускались только взрослые охотники и подошедшие к периоду первой охоты и старше орчанки. До драк дело не доходило - каждый взрослый охотник имел оружие, потому обычно проводили поединки на кулаках. Всё было чинно и согласно обычаям - орки спускали пар, орчанки присматривали перспективных женихов.
   Такие праздники укрепляли социальные связи и вносили элемент новизны в размеренный быт орков. Сейчас, когда я стал охотником, доступ на праздник для меня открыт, сегодня вечером как раз будет дискотека, куда я пойду. День с самого утра проходил как в тумане, орочья половина жила в предвкушении праздника, а людской опыт уже примерно нарисовал, как будет проходить вечер, но тоже пасовал с наполнением образов конкретикой. Вроде уже не юнец, если не считать тело, а туда же - всё-таки гормоны - сильная вещь, а наш разум подвержен влиянию эмоций.
   Отрезав хороший кусок талбучатины, иду на праздник. Чтобы создать атмосферу уединённости и не сильно мешать отдыхать остальному клану, танцы проходили чуть в стороне, примерно в пяти минутах ходьбы от крайнего шатра, но я уже слышу начинающийся ритмичный перестук барабанов и весёлый гул голосов. Прибавляю шаг, но не бегу - я теперь взрослый, подхожу к большому костру, вокруг которого уже собралось прилично народу. Вижу шкуру с расставленными угощениями, кладу принесённое мясо и вливаюсь в толпу. Нельзя сказать, что здесь был весь клан, тут не было и половины взрослых - охота и прочие неотложные дела проредили танцоров, но и такое скопление - уже много, особенно по моим меркам. Больше народу в одном месте собирается только при переезде, но то зрелище привычное.
   Строгого разделения зон по полу не было, каждый стоял как ему удобно, объединяясь с хорошими знакомыми или медленно проходя вокруг центрального костра, перекидываясь словом-другим с остальными. Новичок на празднике был только я, но особого ажиотажа ни у кого не вызвал - не той величины я фигура, чтобы моё появление влияло на течение праздника. Тушеваться тоже не стал, присматриваясь к фигурам незамужних орчанок. Нужно сказать, было таких не так уж мало, во всяком случае, гораздо больше, чем орков, чему способствовала нередкая гибель мужчин на охоте.
   Музыканты усилили удары, наполняя воздух звучным ритмом, что заставило закончить разговоры и приступить к танцам. Прошло уже больше часа, но он не прерывался, орки ценили выносливость. Сам я, как и остальные охотники, перемежал прыжки размашистыми движениями, как будто в руках было оружие, орчанки же своими грациозными движениями напоминали кошек, плавно перетекая из одного положения в другое, изгибаясь и кружась, выгодно подчёркивая стройность и гибкость своих тел.
   Неразлучная троица знакомых мне девушек крутилась неподалёку, привлекая взгляд к своим фигурам, особенно этим выделялась Бьюкигра - на год старше своих подруг, она была сильнее оформлена в нужных местах, и движения танца были лучше поставлены, чувствовался большой опыт. Не забывал поглядеть и на остальных танцовщиц, попадавших в моё поле зрения. Бой барабанов постепенно смолк, оставив после себя приятную ломоту в натруженных мышцах и ощущение праздника. Дыхание выравнивалось, а остатки неизрасходованного адреналина будили аппетит.
  

***


   Не чинясь, подхожу к расстеленным шкурам, выбирая, чем бы утолить лёгкий голод после долгого танца. Остановившись на лепёшках, отрезаю от кабаньего окорока хороший шмат сала и вгрызаюсь в получившийся бутерброд, ловя на себе насколько удивлённых взглядов. И только сейчас вспоминаю, что так никто не ест - от мяса и лепёшек откусывают по очереди. Вот и моё первое прогрессорское действо, хоть и не так я себе его представлял. Вообще, пока я не определился с областью приложения своих сил - слишком большой инерцией обладало общество орков. И это не было минусом - все приспособления, технологии и уклад жизни прошли проверку временем, за многие поколения усовершенствовавшись почти до предела. Конечный результат зависел уже только от личного мастерства. В будущем это изменится, и стоит ли пытаться что-нибудь внедрять самому - большой вопрос, ведь многие вещи и ремёсла неразрывно связаны с жизнью.
   Оставив глобальные замыслы, сосредоточился на настоящем, невозмутимо продолжая своё занятие. Дожевав закуску, устремил взгляд на ряд бочонков с пивом, что ещё ни разу не пробовал - детям этот пенный напиток не положен. Кружку я с собой не взял, но лист растения, похожего на лопух, её вполне заменит (и не я один был такой умный). Свернув его потуже, чтобы не протекал, наливаю до краёв, внюхиваясь в исходящий от него аромат. Пригубив, понимаю, что-то довольно крепкое, орчёнок этого знать не мог, но другой опыт говорил, что для натурального брожения это максимальный градус. Сам вкус определённо понравился, лёгкая горчинка и пузырьки, шибающие в нос.
   - Как тебе вкус взрослой жизни? - слышу вопрос Бьюкигры, уже подошедшей к угощению.
   - Пока не распробовал, - прикладываюсь повторно к "кубку".
   - Есть в ней и другие прелести, кроме еды, - произносит она, но дальше свою мысль не развивает.
   - Конечно! - поваляем дурака. - Охота - вот что по-настоящему будоражит кровь!
   Тема пришлась по душе остальным, была здесь не одна молодёжь, но и матёрые орки, образовалось несколько групп, где более опытные делились своими рассказами. Я тоже внимательно слушал Крахниала, запоминая приёмы, что могут мне пригодиться в дальнейшем. Хотя навыки охоты по рассказам не обретёшь, от некоторых ошибок они могут избавить.
   Охотников-одиночек было немного, даже волчьи всадники предпочитали охотиться с товарищами, образуя небольшие отряды. Сейчас мне выпала возможность присоединиться практически к любому из них, за исключением верховых. Но я не спешил этого делать - мой способ охоты себя оправдал, репутация одиночки позволит отлучаться когда мне нужно, и мой голос на совете будет иметь больший вес.
   Пива было немного, и оно быстро разошлось, оставив в ушах неожиданный звон и расстроив координацию движений. Прочая еда также была съедена, но для хорошего завершения вечера просто необходима схватка. А учитывая, что я новичок в среде охотников, первый кандидат - я.
   - Ты так и не выбрал себе отряд, - обратился ко мне Дорокрук.
   Был он на полтора года старше, а потому выше и массивней.
   - Как стану шаманом - помогу на охоте. А пока - и сам справлюсь.
   - Очень самоуверенно. Первый талбук - ещё не повод зазнаваться.
   - Я просто трезво оцениваю свои силы. Добыть его получилось без проблем.
   - Может, покажешь свою силу и удаль, раз уже такой великий охотник?
   - Почему нет? Желаешь проверить крепость моих кулаков?
   Победить его будет нелегко, если вообще возможно, но здесь и сейчас главное показать свою смелость и упорство. Пространство вокруг нас быстро расчистилось, и мы оказались посреди круга. Орк давил меня взглядом, а я внимательно следил за ним, ожидая отмашки судьи. Руки у него были длиннее моих, сам он был массивней, а учитывая разницу в возрасте - опытней. Мой же опыт драк не был богатым, по крайней мере, против более сильных противников я выходил не часто.
   Вот последовал сигнал, и мы кинулись навстречу друг другу. Перед столкновением Дорокрук резко прянул в сторону, уворачиваясь от моего кулака и впечатывая короткий тычок мне под рёбра. Несусь дальше, разрывая дистанцию, развернувшись снова сближаюсь, стараясь предугадать следующий удар. По лицу получить не боюсь, и дело тут не только в регламентирующих схватку обычаях - о клыки можно хорошенько распороть кулак. Получаю встречный удар в грудь, болью разлившийся от места попадания. Несмотря на массивную тушу, противник двигался проворно, за счёт длины рук не давая сближаться, наставил мне уже кучу синяков и едва не угостил в лоб, но я вовремя отпрянул.
   Пойти на размен не вариант, а все мои финты и уловки легко им читались, потому решил сделать то, что если и не даст мне победы, позволит, по крайней мере, свести поединок к ничьей. Кружим по площадке, противник лишь поворачивается ко мне лицом, отмахиваясь, когда нападаю. Вот опять знакомая связка, и я бью со всей мочи по его кулаку. Боль простреливает руку до плеча, что тут же провисает плетью, а я, пока противник не опомнился, бросаюсь вперёд и, получив удар в лоб, вижу звёзды и наваливающуюся темноту.
   Сквозь ватную тишину начинают проступать звуки, хор возбуждённых голосов усиливается, а я вижу склонившегося ко мне Галилука, что водит надо мной руками, убирая боль и ссадины. Продул, но, по крайней мере, не сдался. Может, встречный удар был продолжением серии, или противник оказался устойчивей к боли, но это уже неважно - судя по настроению окружающих, моей победы всё равно никто не ждал.
   - А ты молодец, - сказал Дорокрук, помогая мне подняться. - В тебе чувствуется настоящий дух воина!
  

4


   Принесённое с охоты мясо таяло на глазах, большую часть я уже отдал в виде задатка за котелок, теперь выменивал остатки на лепёшки или сборы съедобных корней и трав, так как тратить своё время на сбор и готовку считал лишним. Впрочем, так поступал не только я - подобная мера разделения добычи пищи была эффективной, позволяя разнообразить рацион каждого орка, независимо от его возможностей. Дичь в окрестностях уже практически извели, а потому клан готовился к переезду.
   Помогаю учителю снять и уложить высушенные травы. Освободив каркас, вынес все вещи наружу, и пока Хатгаут их укладывал, принялся за разбор шатра. Личный шатёр был следующим обязательным этапом в жизни каждого орка. Это не только показатель статуса, это необходимая вещь, ведь зимой на Дреноре выпадал снег, а реки сковывало льдом. Многие поколения кочевой жизни довели конструкцию жилья до идеала, максимально облегчив вес его элементов и уменьшив количество деталей. Типовая конструкция представляла собой две четырёхугольные пирамиды, поставленные друг на друга. Нижняя была усечённой, с довольно крутыми стенками, чтобы не уменьшать внутренний объём, а верхняя - тупоугольная, почти плоская "крышка" с отверстием для выхода дыма. Длинных жердей, поддерживающих эту конструкцию, не было, и на месте их рубить не приходилось - каркас был сборным, самые большие элементы, уложенные один к одному, не превышали размеры стандартного тюка и помогали перевозить сложенные шкуры.
   Остальные шатры также были собраны, а я рыхлил проплешину в траве от шатра, чтобы шаману было проще зарастить её травой. Орчёнок видел это чудо много раз за свою жизнь, но для меня это было внове, и я завороженно наблюдал, как зелёные ростки раздвигают комья земли, устремляясь вверх. Закончив, наставник пошёл к другим шатрам, а я седлал его волка, закрепляя собранный шатёр. Прочие вещи увязал в заплечный мешок, их понесу сам. Сборы не заняли много времени, часть волчьих всадников и охотников отправились в дозоры впереди и по бокам движения колонны, их вещи несли другие орки.
   За день мы преодолевали большое расстояние, делая небольшие перерывы, чтобы дать роздых орчатам и устроить небольшой перекус, после чего продолжали путь. Ночью я дежурил за учителя, готовясь разбудить, если понадобится, но всё было спокойно.
  

***


   Сгрузив вещи, обхожу с Хатгаутом и другими шаманами место будущей стоянки, те на ходу как-то общаются с духами, проверяя его на опасности. К стойбищу предъявлялось несколько условий, первым из которых был источник воды, второе и не обязательное - наличие рядом сухостоя, и третье - соответствие гармонии с духами. Бывало, откочёвывали на час или два, если шаманы не давали добро на то, чтобы разбить шатры. К своей досаде, ничего не чувствую, хотя вижу, как разительно меняется поведение одарённого орка, когда он впадает в состояние полутранса для общения с духами. Стихии, похоже, были не против нашего размещения, и орки начали разворачивать шатры.
   Первым делом срезаю дёрн на месте очага, чтобы не выгорели корни, прорастить траву с нуля не сможет и друид. Собираю каркас, связывать между собой его элементы не надо, они вставляются в кожаные петли, расположенные на концах друг друга, получая опорные жерди. А вот соединение "крышки" между собой и опорами уже требует крепежа, но операция это быстрая. Теперь обтянуть развёрнутыми шкурами - и можно обживаться. Не прошло и получаса, как поселение приняло жилой вид, орчата с визгом носились между шатрами, орчанки стали выбирать съедобные травы, пока их не вытоптали, а орки устремились на охоту, стараясь застать дичь врасплох.
   Разложив вещи, тоже ухожу со стоянки, но не за мясом, а за топливом - долг ещё не выплачен, требовать его кузнец пока тоже не будет, но мне у него нужны ещё заказы. Большой ручей, на берегу которого разместился клан, питал заросли ивняка и более крупных деревьев, примыкавших к нему. Отойдя в сторону, чтобы не продираться сквозь заросли, бегу вверх по течению. Сильно ускоряться не стал - вода всегда привлекает травоядных и хищников, а потому нарваться на засаду будет очень неприятно. Натоптанных троп пока нет, спустя час впереди показалась старица - ручей поменял течение, проложив новое русло, и большинство деревьев высохло.
   Надеяться на такую удачу изначально не стоило, но сухостоя хватало и рядом с ручьём, просто я захотел подняться как можно выше по течению и, спускаясь вниз, заготавливать по пути сухостой. Течение поможет мне за несколько раз привезти свой долг и сделать следующий заказ, не забывая о дровах и для собственного очага. Но раз встретился дар духов - зачем его отвергать? Пил орки не знали, а потому мне приходится срубать стволы единственным топором. Повалив первое дерево, начинаю разделять его на куски, чтобы удобней было тащить к ручью, а будущий плот не застревал на поворотах. К сожалению, сильно широким его не сделать, но меня устроит и квадратное сечение будущей связки - путешествовать на нём я не планирую, а так с берега всегда подтолкну его на середину, где самое быстрое течение.
   Потратил почти три часа, а из запланированного нарубил только половину. Упираться дальше смысла не было, расположил первые четыре бревна на берегу реки, положив их на толстые ветки, чтобы суметь обмотать прихваченной верёвкой. Теперь втыкаю жерди между ними, в полуметре от каждого из концов, и кладу две поперёк. Теперь сверху оставшиеся четыре, благодаря жердям, переслаивающим брёвна, связать их между собой получается легко. Теперь сталкиваю в воду и привязываю к вбитому колу. Получившийся плот, планировавшийся изначально квадратным, был достаточно плоским, чтобы не перевернуться, а потому нагружаю его связанными отрубленными ветками, что подойдут в качестве дров для моего очага.
   Обычно сухостой клан заготавливает по весне, когда приходит пора плавки добытой руды, на берегах после весеннего паводка остаётся много дерева. Но в плоты их никто не связывает, лишь отталкивают застрявшие брёвна, а на стоянке их ловят другие орки. Я же, потратив немного времени, смогу привести дрова сухими, да и продираться сквозь заросли и топи вдоль берега мне не придётся. Отталкиваясь длинным шестом от дна, направляю своё плавсредство вниз по течению, стараясь придерживаться середины.
  

***


   Причаливаю к берегу, моё появление уже засекли мальчишки, во все глаза смотрящие на неизвестную конструкцию. Сбросив пару вязанок толстых веток, начинаю развязывать узлы, оттаскивая брёвна от воды. За время моего отсутствия почти ничего не изменилось, лишь орчанки успели выбрать всё съедобное из-под ног на стоянке и теперь расходились в стороны, продолжая сбор. Первым делом отношу связки с дровами к шатру учителя, теперь, когда позаботился о себе, можно и часть долга отдать.
   Переношу по два бревна за раз, всего привёз три своих веса, хорошо хоть что ещё не успел вырасти, иначе количество рейсов могло затянуться. На второй ходке встретил сестру, Шарилгра как раз несла домой корзинку накопанных корешков, а её сын гордо нёс связку сухих веток.
   - Привет, сестра. Хороший помощник у тебя растёт.
   - Да, Долхар уже большой и смышлёный.
   Сестра назвала первенца в честь отца, что было не таким уж редким явлением.
   - Как вырастет, возьму в свой отряд.
   Чуть-чуть помолчала, размышляя, не шучу ли я.
   - Тебе мало должности шамана?
   Чаще всего одарённые орки, хоть и пользовались всеобщим уважением, на охоте в отряде играли вспомогательную роль. Не имея права поражать добычу стихиями, лечили раненых или искали дичь. Никто не хотел рисковать таким полезным членом общества, и честь бить зверей оружием предоставлялась остальным. Кроме того, если захочет, он вообще может не ходить на охоту - отдарки в виде еды и шкур за лечение вполне позволяли жить хорошо и содержать семью. Но в зачёт в основном шли только самостоятельно добытые звери.
   - Я ещё не шаман, но чувствую, что могу охотиться в одиночку. А там - кто знает?
   - Не спеши, может, тебе с другими охотниками объединиться?
   - Не волнуйся, сам справлюсь.
   - Всё-таки будь осторожен.
   - Шарилгра, - смотрю на неё со всей серьёзностью, - я хоть и младший брат, но уже охотник!
   - Это меня больше всего и волнует. Молодые охотники гибнут чаще других.
   - На всё воля духов, - закрываю неприятную тему. Мне было что ей рассказать, чтобы успокоить, но, боюсь, мои хитрости на охоте не оценят прочие орки, найдя их излишне коварными.
   Во время беседы мы дошли до её шатра, оказавшегося мне по пути. Оставив корзину, она последовала за мной дальше. Вскоре мы были на берегу, где я вновь связал брёвна, чтобы перенести к кузнецу.
   - А слухи не врали, - оценила сестра увиденное. - Говорили, что ты привёз по реке целую гору дров.
   - Это было просто. Я связал их, как делают с ветками, а река несла их вместо меня.
   Ниже и выше по течению старшие орчата уже оккупировали русло, высматривая рыбу и приготовив дротики.
  

***


   Закончив с перетаскиванием брёвен, позвал кузнеца для расчёта и нового заказа. Гракх прикинул на глаз вес принесённого топлива, с недоверием посмотрев в мою сторону.
   - Думал, опять жена враки рассказывает. Ещё два раза, и останутся только талбуки, - напомнил он о цене.
   - Будут. Хочу ещё один топор у тебя заказать.
   - Проходи, - пропускает меня в свой шатёр.
   Семьи его на месте не было, а ассортимент с прошлого раза почти не изменился. Взяв обычный топор, приложил к нему сверху лезвие ножа, похожего на копейный наконечник, к обуху ещё одно, и показал готовую конструкцию хозяину.
   - Нужно соединить их так, но лезвие на обухе сделать поуже и потолще. Лучше вообще четырёхгранник, и сделать это всё из такого количества железа, что пошло на этот топор.
   Хмуро рассматривая моё творчество, тот почесал затылок и ответил:
   - Так никто не делает. Есть у меня топоры и полегче, и потяжелей. Зачем тебе такой?
   - Хочу такой. Ты же куёшь ножи, по форме заказчика.
   - Так то ножи! Топор-то зачем уродовать?
   - Что не так? - экспертом по холодному оружию я не был, но получить вместо одного оружия три за раз очень хотелось.
   - Тут всё не так! Вот скажи, кого ты ткёшь этим недокопьём? Лезвие массивное, рукоять - короткая. Пока будешь ударять - тебя на рога поднимут или в горло вцепятся. А когда рубанёшь - зацепишься им за шкуру, или лезвие соскользнёт, или удар ослабишь.
   Слушая речь кузнеца, осознавал всю несуразность своей недоалебарды, постепенно наливаясь краской стыда и злостью на себя.
   - А вот обух удлинить могу, хотя это и дороже выйдет вдвое.
   Я и глазом не моргнул. Всё правильно, металла на мой топор придётся потратить больше обычного, значит, и цена выше. Хотя две цены только за удлинённый обух - многовато, не настолько уж там много железа. Но, в конце концов, он у нас единственный монополист, а ждать до осеннего праздника - долго, к тому же там мне это выйдет ещё дороже - и так для клана цены ниже, чем на продажу. *(прим. беты: "Души прекрасные порывы" - мурлыкал хоббит, на корню зарубая идею создания сумрачного выродка оружейной промышленности.)*
  

***


   Ухожу от кузнеца в глубокой задумчивости, будь топор готов, мог бы взять его уже сейчас, несмотря на то, что ещё не рассчитался за котелок - долг мой хоть и вырос, но требовать его немедленно никто не станет. Размеренная жизнь приучила орков к постепенности, и все понимали, что столько дров и мяса я быстро достать не смогу. Да и самому Гракху не выгодно, чтобы я принёс ему восемь туш талбуков за раз. Сейчас же, пока не внесу хотя бы половину оплаты, за работу он не примется - и будет в своём праве. Учитывая мою загруженность, успеть бы до большой охоты на копытня. На топор у меня были большие планы, к тому же, используя топор для заготовки брёвен, я постепенно его порчу.
   Вернувшись в шатёр учителя, принимаюсь за письмо, старательно выводя буквы на старом пергаменте. Периодически проверяя взглядом свои каракули, никак не мог отделаться от обдумывания дальнейших планов. По собственному опыту знаю, что ответы на вопросы чаще всего приходят после сна, видимо, подсознание, не скованное моими заморочками и табу, находит оптимальное решение, основываясь на полученной за день информации.
   С транспортировкой добытого орки не заморачивались, охотничьи партии легко переносили поделенную на части тушу, повозок и колёс они не знали, да и простых волокуш тоже нее было. Они просто были не нужны. Все мои знания более высокоразвитого общества практически никуда не годились - слишком разные были условия. Потому начал вспоминать просмотренные передачи о жизни африканских племён, учебники истории и биологии, где освещались каменный и бронзовый века. Но эти сведения были обрывочными и скорее описательными, конкретных примеров древних технологий почти не помню.
  

***


   Сегодня проснулся пораньше, Хатгаут уже не спал, но и не будил меня раньше положенного. Утро принесло ответ на мучивший меня вопрос, но решать свою проблему пока не время, обязанности ученика с меня никто не снимал.
   - Выспался? - поприветствовал меня наставник.
   - Вполне. На новом месте хорошо спится.
   - Видел я, как ты полночи ворочался. Подожди, будет у тебя свой шатёр - заведёшь жён. А пока почему к Лаурмаке не сходишь?
   Не спорю, либидо тоже давало о себе знать, но вчерашняя бессонница у меня отнюдь не поэтому. Не знаю, как насчёт специфических болезней, но я ещё не настолько одичал, чтобы идти к весёлой вдове.
   - Не про неё моё томление.
   - Тогда завтракай и выходи, рядом много триррика, в силу ещё не вошёл, но листья собирать уже можно.
   Оставшись один, перекусил вяленым мясом и вчерашней лепёшкой. Ближе к концу лета цена её возрастёт, так как запасы собранного зерна подойдут к концу...
   Куст триррика, возле которого стоял наставник, был высотой в полтора орочьих роста, имел гладкую буро-красную кору и овальные листья. Трава вокруг него была пожухшей и невысокой. Подождав, пока я обойду его со всех сторон, Хатгаут заговорил:
   - Триррик растёт обычно по берегам рек. Встретить его вдали от воды нельзя, а потому рядом с его корнями под землёй есть источник. Вкус его листьев, корней и коры - горький, много его есть нельзя, лучше обрабатывать раны, чтобы не воспалялись. Запущенные гнойники не лечит. Собирают кору по осени, пригоден для приготовления лекарства, как в сухом, так и в свежем виде. Если нашёл листья, достаточно помять их и приложить к ране. Семена ядовиты в любом виде, - лаконично закончил лекцию.
   Интересно, на ком испытывали семена и прочие полезные свойства? Или это духи поделились своей мудростью? Впрочем, не важно. Подойдя к кусту, оторвал лист и прикусил. По вкусу это была скорее хна, чем перец - хоть и горчил, но не был таким жгучим, и послевкусие надолго тоже не оставалось. Хотя та ещё гадость.
   - Учитель, сегодня пойду на охоту, - предупреждаю старого орка, запоминая вид и запах куста.
   - Иди, но и про учёбу не забывай. Посматривай по пути, вдруг заметишь что-то выученное, - ответил наставник.
  

***


   Работа подсознания - штука тёмная, но и оно основано на той информации, что мы получаем. Мне нужен был способ тратить поменьше времени на охоту, чтобы вернуть долг и начать копить шкуры на личный шатёр. Этому способствовало и новое место с непуганой дичью, и наличие реки, привлекающее водопоем копытных и хищников, и вчерашний пример перевозки брёвен. В мыслях это всё объединилось, породив следующий план: идти вверх по течению и добывать талбуков там, а сплавлять туши вниз по реке. Конечно, поднять такую тушу мне не под силу, но и в прошлой жизни я шкафы не носил, а двигал, так что и тут приспособлю что-нибудь под волокушу.
   Пообедав, устремляюсь вверх по течению, огибая заросли и плавуны, солнце светит сверху и не мешает, а лёгкий ветерок приятно холодит кожу, уменьшая начинающуюся жару. На мне охотничий доспех, конечно, жарче и тяжелее, чем бежать налегке, но в нём я лучше защищён. Миновал старицу, так и не повстречав следов копытных и хищников. Берега становились всё круче, не имея удобных спусков к воде. Второй час на исходе, и я замечаю искомое - натоптанную тропку с многочисленными следами. Внимательно осматриваю окрестности на предмет засады волков, но никого не обнаруживаю.
   Устремляюсь в степь, через полчаса моё упорство оказывается вознаграждено - я повстречал следы талбуков. Следы свежие, значит, стадо недалеко, так что встаю на параллельный курс и начинаю нагонять. Первая охота подарила отличную тактику по добыче зверя, а возможность её усовершенствования могла позволить закончить всё до темноты. Наконец, холмистая местность явила мне вид на рогатых пасущихся исполинов. Теперь обхожу их стороной, стараясь не шуметь и держаться подветренной стороны. Удалось обогнуть талбуков, не потревожив стадо, копаю ямку, прикрываю дёрном и устремляюсь стелющимся над землёй шагом обратно. Подобравшись, проверил, что талбуки потихоньку смещаются в сторону ловушки.
   Снова собираю сухую траву, привязывая к длинной жерди, дыма мне не надо, а вот язык пламени нужен впечатляющий, чтобы наверняка отогнать стадо. Наконец, все приготовления закончены, зажигаю огромный факел, ору во всё горло и бегу к животным. Взмыкнув, сбились в кучу и, повернувшись на шум, наклонили рогатые головы в мою сторону, но увидев всё увеличивающийся огонь, побежали прочь, я же с рёвом, достойным копытня, устремляюсь следом. Топот стремительно отдаляется, но ловушка сработала, свернув копыта самке. Детёныш крутился рядом, не зная, удирать ли ему вслед за остальными или остаться возле неё. Заметив моё приближение, храбро выставил рожки в мою сторону. Самка взмыкнула и, припадая на левое копыто, поковыляла вперёд, заслоняя телёнка.
   Перехватываю топор поудобней, готовясь добить зверей, молодняк в зачёт пойдёт как половина, если не упущу. Метнувшись вперёд, уворачиваюсь от рогов самки, разобраться с ней после не составит труда, а вот телёнок, поняв, что она мертва, наверняка убежит. Глупая храбрость сыграла против него, а рогатый череп не пережил столкновения с тяжелым лезвием. Короткий костяной хруст возвестил о его смерти, покончив с ним, вернулся к первой жертве.
   Дотащив туши до реки, занимаюсь предварительной разделкой. Сегодня, в отличие от первого раза, у меня есть бурдюки под кровь, да и снимать шкуру на месте мне не надо. Выпотрошив туши, готовлю транспорт. Сухое дерево, разрубленное пополам, послужило неплохой основой для катамарана - соединив два бревна жердями, закрепил их верёвкой. Сделав из остальных веток настил, спустил плавсредство в ручей. Туши животных поместил в воду, чтобы не портились, и поплыл вниз, отталкиваясь от дна и берегов шестом.
   Было уже темно, когда я, наконец, добрался до стоянки. Часть телёнка пойдёт в счёт налога, остальное мясо пока пригодится и самому, а отволоченную тушу талбучихи уже принялся разделывать кузнец, ворча, что уже довольно поздно.
  

5


   Неспешная жизнь вступала в противоречие с моими привычками, и хотя с точки зрения орка я уже изрядно поохотился, темп добычи ресурсов был удручающе мал. И дело было не столько в отсутствии навыков - мои ловушки не требовали мастерства, сколько во времени, уходящем на сам поиск талбуков. Скоро стада проредятся ещё больше, почувствовав опасность, они откочуют, да и клановые волки подсократят их поголовье. Единственное, за что я не переживал - это сухостой на старице. Отметок на сухих деревьях, что они принадлежат мне, я не делал, но их никто не тронет, пока не выберут те, что поближе. Понаблюдав за разделкой талбучьей туши, отправляюсь домой.
   Было уже поздно, но Хатгаут, закончив клановые дела, ещё не спал.
   - Учитель, я хочу уйти на несколько дней, - делюсь с наставником своими планами.
   - Торопишься слишком, Аргнак. Что талбуков в одиночку добываешь - хорошо, но удача может и отвернуться. Ну как не сладишь? Ночная охота - вещь опасная.
   - Днём к талбукам в одиночку лезть вообще нельзя, - поддерживаю версию шамана о способе моей охоты.
   Старый орк неспешно набил трубку, а я ждал, пока он покурит и подумает, лучше не перебивать его в такие моменты.
   - Знавал я многих охотников-одиночек. Но у них были волки-напарники, и им не приходилось тратить время на сохранение добычи, у тебя же дня два на вяление мяса уходит. Зимой будет праздник, на нём, даст духи, примет тебя какой волк, так и будешь показывать своё мастерство. А пока походил бы с другими, и у них бы охотничьих ухваток набрался, и время сэкономил.
   - Время не проблема, - начал я, но был перебит учителем.
   - Не проблема?! Ты будущий шаман, и вместо того, чтобы тратить его попусту, лучше бы усердней учился!
   Резкая отповедь стала неожиданностью, видимо, Хатгаут заметил моё пренебрежение получаемыми знаниями.
   - Прости, учитель, - отвожу глаза, - но не хочу ходить в должниках. И зиму хочу встречать в своём шатре.
   - Молодость-молодость, - протянул беззлобно старый орк. - Всё вам неймётся, всё куда-то торопитесь. Лето ещё в разгаре, успеешь и долг отдать, и шатёр отстроить. А многие травы после уже силу-то и потеряют, рвать их надо, пока не задеревенели.
   - Я принесу больше одной туши. Дай мне три дня, и если не справлюсь - буду ходить на охоты пореже.
   - По реке привезёшь - догадался шаман. - Да только добыть нескольких зверей за раз - тяжело, и опасности больше. Не гонись за большим. Раз так неймётся - сходи, но зря не рискуй.
  

***


   Утром, перекусив и попрощавшись с учителем, побежал вверх по течению. Солнце ещё не встало, но было довольно светло. Утренняя прохлада позволила взять более быстрый темп и не париться в охотничьем доспехе. По пути встретил возвращающуюся стаю из трёх клановых волков, как раз из верховий ручья, но мне всё равно нужно двигаться дальше. Спустя два часа бега остановился на перекус, вяленое мясо хорошо утолило голод, а молодые побеги с куста сошли за гарнир. Побеждать зверей в честной схватке мне не светит, но увеличить количество ловушек ничего не мешает. Единственная проблема - добывать зверей нужно как можно ближе к ручью, иначе пропадут, пока таскаю по одному.
   Ветер всё усиливался и как назло дул в спину. Это увеличивало скорость бега, зато и запахов с нужного для меня направления не приносило. Вот и место, где я в прошлый раз сделал "катамаран" для транспортировки добычи, бегу дальше, встретить тут то же стадо практически нереально, но наверняка выше будут ещё следы.
   В следующее мгновение из кустов на меня кинулась огромная чёрная туша. Испуг быстрой волной пробежал по телу, мозг ещё не успел осознать опасность, а тело уже действовало. Кувыркаюсь вперёд, уходя с траектории броска. Вновь оказавшись на ногах, сбрасываю с плеча баул с вещами и выхватываю топор. Чёрная смерть разворачивается после неудачного броска и несётся на меня, желая сбить с ног, а я лихорадочно готовлюсь угостить её железом. На последних метрах волк разогнался ещё сильнее и оторвался от земли в длинном прыжке, стараясь погрести меня под своей тушей. Смещаюсь в сторону, уворачиваясь от клацнувших челюстей, и, крутанувшись, со всей силы бью топором ему в грудь.
   Удар вышел знатным, судя по звуку, прорубил ему грудину, но лезвие застряло в шкуре. Пролетающая туша вырвала топор из моих рук, а я, не оборачиваясь, бегу к ручью, слыша сзади яростный визг с подвыванием. Берег близко, но я не успеваю - периферийным зрением вижу догоняющего меня волка, серьёзная рана, казалось, совсем не уменьшила его прыти. Падаю, перекатом уходя вправо, масса и инерция сыграли против него, а я, вскочив, бросаюсь на него и тараню плечом, сбрасывая с обрыва. Теперь бегу назад, пока он не вылез, и подбираю топор. Краем глаза замечаю пятна крови. Всё же удачно его рубанул! Теперь бегу обратно, встречать зверя лучше на берегу, где у меня будет преимущество в высоте. Волк ещё не успел выбраться - плывёт вниз по течению, возле шеи вода окрашивается в красный цвет. Повернулся ко мне головой, сверля злобным взглядом, после чего развернулся к противоположному берегу.
   Уйдёт, вот ведь гадство! Видимо, рана серьёзная, и, познакомившись с моим топором, продолжения схватки зверь не желает. Я же, едва отойдя от страха, уже переживаю за ускользающие трофеи. *(прим. редактора: Вот же хомяк! Одобряю.)* Решение пришло моментально - разбежавшись, прыгаю так, чтобы приземлиться ему на спину. Во время прыжка отвожу руки назад, подгадывая момент приземления. Удар, помноженный на мою массу и ускорение, получился знатным - развалил волчий затылок на две части. По спине зверя пробежала последняя судорога, сбрасывая меня в воду. Впрочем, я и так почти в неё улетел, не сумев погасить инерцию.
   Готов, красавец! Теперь осталось вытащить на берег неподъёмную тушу и приступить к разделке. Но сперва сделаю-ка себе транспорт - волк оказался одиночкой, но кто знает, не придут ли ещё?
  

***


   Повезло, что волк оказался молодым, будь у него больше опыта - подпустил бы меня ближе к своей лёжке, и тогда от его броска я бы уже не увернулся. Выжил бы я при этой атаке - неизвестно, всё же на мне доспех, но покалечил бы он меня знатно.
   Отфыркиваюсь от воды, стекающей в ноздри, и кидаю топор на берег, с этой стороны ручья он более пологий, но достать тушу волка не получится - не хватит сил. Притулив его к берегу, иду за сброшенными вещами, кожаная верёвка сейчас пригодится как никогда.
   Вернувшись, вижу, что туша уже потихоньку начинает дрейфовать, но не успела уплыть далеко. Переплываю русло и накидываю петлю на голову, теперь привязать к ближайшему подходящему деревцу - и уже не уплывёт. Раздеваюсь и развешиваю сушиться охотничий доспех, набрать воды он не успел - кожа плохо пропитывается влагой, но попавшая под него вода совсем не добавляла комфорта. Теперь срубаю деревце толщиной в руку и привязываю конец верёвки к его основанию, упирая конец в землю, подтягиваю тушу, после чего переставляю жердь дальше и повторяю операцию. Не быстро, но тросом и ломом в своё время выдирал из земли даже примороженные брёвна.
   Вытащив тушу на берег, принимаюсь за свежевание, корректируя в уме дальнейшие планы. Встреча с хищником сорвала дальнейшую охоту. Пусть кузнец наверняка примет в качестве части оплаты шкуру волка, но какой орк отдаст такую добычу? Это же хищник, да ещё и побеждённый лично! Мех, правда, не зимний, но всё равно шикарный. Разомкнув грудную клетку, добираюсь до сердца, его я съем сырым. Считалось, что если съесть свежее сердце, часть силы зверя перейдёт охотнику, а учитывая, что мир был магическим, возможно, это было не просто суеверие. Подумав об этом, нашёл косвенное подтверждение - охотники-одиночки были чуть крупнее и сильнее остальных, и просто обильным питанием это не объяснишь - наш клан не голодал.
   Провозившись три часа, закончил с разделкой, это, конечно, не талбучатина, но волчье мясо всё же съедобное. Осталось сделать деревянный катамаран с настилом, и можно плыть обратно в клан. Охота закончена, хотя и не так, как планировал, но грех жаловаться - цел, невредим, да ещё и с добычей. Можно вернуться уже сегодня, но есть ещё два дня, выпрошенные у наставника. С другой стороны - оставлять мясо и шкуру, что с собой не потаскаешь - значит дать им испортиться. Думай голова, шапку сошью. Над головой уже кружатся кровавые ястребы, ожидая своей доли от добычи - внутренности я в клан не понесу, а им - самое то на поживу. Недостаток времени хорошо повлиял на творческие способности, позволив пойти на компромисс - потратить остаток дня на сохранение мяса, а следующий день посвятить охоте на талбуков - не найду - вернусь с волком. Не откладывая дела, принялся резать жерди и более тонкие ветки кустарника, растущего на берегу. В отдалении есть деревья повыше, на них и размещу добытое мясо, чтобы вялилось. А чтобы не склевали птицы - сделаю деревянную решётку. Со шкурой сложнее, выскабливать долго, а в такой жаре она быстро испортится. Решение подсказал уже виденный мною куст Триррика - безжалостно обдираю с него листья в походный котелок, набираю воду и развожу огонь - пока начерно выскабливаю шкуру, отвар будет готов, а там обработаю мездру и мех, защитив его от порчи. Ну и от солнца её будет лучше прикрыть, но это уже мелочи.
  

***


   Ночевал я за много километров от места разделки туши - запах крови мог привлечь других хищников. Перед тем, как уснуть, думал, как повысить свою защиту. На ум пришло добавить в доспех усиливающие деревянные вставки, разместив поверх них ещё один слой шкур - веса добавится, но и защита возрастёт. А мне рано или поздно всё равно придётся столкнуться с другими волками, и такого преимущества, как ручей, под рукой может не оказаться.
   Ночь прошла незаметно, чуткий сон никто не потревожил, а жареная волчатина придала сил. Мясо было жёстким, но вполне съедобным, а немного приправы из сушёных трав улучшили вкус. Покончив с завтраком, вновь бегу вдоль ручья, выискивая следы дичи. Помня прошлую схватку, оббегал все подозрительные места, где меня могла поджидать засада. Ветер принёс запах свежего навоза, и вскоре я нашёл следы талбуков, а спустя примерно час нашёл стадо. Трава возле ручья была выше, а потому копытные далеко от него не отходили. Правда, ручей привлекал и хищников, но стадо всегда может убежать или отбиться, если их немного. Это стадо насчитывало семнадцать взрослых и всего пять талбучат, хотя самок из взрослых было большинство. Видимо, многие телята погибли или оказались слабыми, или слишком много было волков. А может, просто заболели и умерли - иногда болезни выкашивали до половины стада.
   Чтобы не нервировать животных, удаляюсь от них и начинаю подготовку к ночной охоте - собирать сухую траву в потёмках - занятие малоэффективное, плюс к этому можно наготовить связку жердей, чтобы не тратить потом время на их поиск. Не брезговал я и травами, о которых узнал за время своего ученичества - приду в клан - порадую старика. Несмотря на то, что ждать - это тяжело и долго, время, занятое работой, летело незаметно. Время от времени проверял, на месте ли талбуки. Они, конечно, не стояли на месте, но и убегать не спешили - пасясь, двигались вдоль русла.
   Вот, наконец, наступил вечер, животные, сбившись стадом, готовились ко сну, а я осторожно обходил их стороной, прикидывая, куда они побегут. Как назло, ветер дул в их сторону, и мне пришлось переплывать через ручей, чтобы обойти их с подветренной стороны. В воду они вряд ли кинутся, скорее всего, продолжат путь вдоль русла. Или кинутся в ту лощинку, предпочтя отступить в степь, во всяком случае, в кусты ломиться точно не будут. Поразмыслив, решил изменить свою ловушку - верёвка, натянутая над землёй, в наступившей темноте сработает не хуже ямы, а перекрыть ей можно будет больший сектор.
   Нарезав пять двухметровых отрезков, извёл всю верёвку, но зато и добыча не уйдёт, а обрезки вполне послужат при изготовлении плота. Осторожно двигаясь в наступивших сумерках, расставляю ловушки - два кола и натянутая верёвка, первый бегущий талбук сломает ногу, при этом, скорее всего, вырвав их из земли. Но мне и не надо убивать половину стада - объяснить такое количество добытых животных я не смогу.
   Вновь ночной заплыв, осторожный шаг вдоль ручья по дуге, и снова здравствуй прохладная вода - теперь можно поджигать травяные факелы и гнать стадо. Огонь и дым, снопы искр и громкий клич нарушили торжественную тишину летней ночи, всполошив талбуков, что с мычанием и ором поскакали прочь от меня, поворачивая от ручья. В этот раз учёл все свои немногочисленные охоты, а потому факел сделал как можно длиннее, чтобы свет не попадал мне в глаза и не ослаблял настроившееся на темноту зрение.
   Судя по доносящимся до меня звукам, сработала не одна моя ловушка. Добежав до места будущего побоища, вижу картину из одного неподвижного талбука, умудрившегося свернуть себе шею, и двух подранков, ковыляющих прочь от приближающегося пламени. Кроме того, был тут и придавленный первой тушей телёнок. Впору радоваться от такого обилия добычи, а я едва за голову не схватился - как я это объясню? Один-два зверя - ещё куда ни шло, но три! Да ещё и телёнок! Припрятать шкуры я могу, но потом незаметно их всё равно не пронести - это не мой бывший город, где окружающим ты безразличен, тут вся жизнь на виду! Впрочем, бросать туши тоже не буду - авось утром придумаю, как легализовать свою победу.
  

***


   День спустя. Плот с Аргнаком.
   Плыву вниз по течению, высматривая место схватки с волком. Надеюсь, сюда ещё не добрались клановые охотники, и если нет - чуть подправленный рассказ будет в меру правдив, а самое главное - правдоподобен. Вот и памятное место, орков нет, а значит - бегом сгружать мясо на плот. Разбираю решётку, что защищала мясо от птиц, дома на дрова сгодится. Теперь героическая битва с хищником состоится над добытым им талбуком, а два других с телёнком - спустя день, во время охоты. Первую убил, а вторая не захотела уходить от затоптанного телёнка - теперь бросать добычу не надо. В хорошем настроении плыву домой, долг мой скоро сократится, и я смогу, наконец, приступить к постройке собственного шатра.
  

6


   Приближаюсь к стоянке, ещё час - и покажутся шатры. Пришла мысль накинуть на плечи чёрную шкуру, но она была необработанной, а стирать с себя остатки отвара триррика и подкожного жира желания не было. Но похвастать ведь хочется! Причалив к берегу, мастерю из жердей крестовину. Закрепив её на плоте, развешиваю волчью шкуру, чуть подумав, приматываю к верху ещё три палки - черепа талбуков над этой композицией лишними тоже не будут. Закрепил их полосками кожи, чтобы не болтались и не слетели в самый ответственный момент, поломав всю торжественную атмосферу моего возвращения. Отбежал, оценил - внушает, орки, скорее всего, тоже проникнутся, развлечений и новизны в нашей жизни немного.
   Спустя минут двадцать наткнулся на патрульного, что следил за подступами к клану. Крахниал был один, видимо, отпустил своего волка, или тот бродит где-то неподалёку.
   - Привет, Аргнак. Всю дичь, гляжу, с верховий выбил.
   - Нет, талбуков там ещё много, но стоять и ждать меня они точно не станут.
   - Три стада за три дня? Не слишком ли быстро? - продолжал разговор охотник, пересчитав мои трофеи.
   Уперев жердь в дно ручья, чтобы плот дальше не плыл, решил поддержать разговор, проверив заодно на нём свою легенду.
   - Стадо было одно, да и то после волка. Встретил его над тушей, разодрать ту ещё не успел и уступать мне добычу тоже не желал. Я оказался сильнее, - достаю клык из кармана пояса - времени сделать из него ожерелье у меня не было.
   - Молодой волк-то, - оценил размер клыка Крахниал. - И глупый. Матёрый бы тебя знатно потрепал, а так, гляжу, и доспех не порченный.
   - Хвала духам, удалось его с первого удара сильно ранить, да и ручей помог - не рассчитал он своего прыжка, и я добавил, в воде его добил.
   - С моим Ночным Шорохом так бы не справился, - комментирует схватку орк. - А прочие талбуки?
   Чуть поправив шест, отжимая плот назад, продолжаю:
   - Одного убил поздно вечером, а как стадо переполошилось, так телёнка-то в темноте и стоптали. Мать не захотела уходить - а ручей рядом, - скупо описываю прошедшую охоту.
   - В степи так бы не порезвился, зверя зазря изводить, - добавляет охотник. Во время разговора он не переставал осматривать окрестности - хотя не единственный часовой клана, своими обязанностями не пренебрегал.
   - Не зря, - пресекаю отповедь, я ему не орчёнок, чтобы терпеть такие слова. Скорее всего, его гложет банальная зависть, что молодой охотник без волка и команды успел набить столько дичи. Меня бы подобное точно задело. - Всё на пользу клану. Не пропало мясо сейчас - и в степи бы тоже. Съел бы или усушил, но принёс. Или отряд на поиски послали - там бы за толику добычи и подсобили донести.
   Выдернув шест из дна, отталкиваюсь им поочерёдно слева и справа от плота, добавляя скорости своему плаванию. Вскоре показались шатры, молодые орчата, рыбачившие на берегу или просто купающиеся, повернулись в мою сторону и понеслись навстречу, спеша первыми увидеть необычное зрелище. Галдящая стайка малышни окружила по берегам моё плавсредство, громко обсуждая невиданное зрелище. Часть из них припустила в стойбище, откуда уже спешила прочая ребятня. Причаливаю к берегу, вминаю кол в дернину и привязываю плот. Теперь пора заняться транспортировкой трофеев, мясо можно будет снести и за раз, тем более рядом множество потенциальных помощников, а жердей у меня в достатке.
   - Так, будущие охотники и мастерицы, кто хочет кус мяса - разбиваемся по парам, берём жерди и развешиваем добычу. Поможете донести, и награда ваша.
   Дирижирую поднявшейся сутолокой, направляя неуёмную энергию в нужное русло, хотя это оказалась той ещё задачей, но справился. Выволок на берег освободившийся плот, чтобы подсох, накинул на плечо шест со шкурой волка и талбучьими черепами и возглавил колонну носильщиков, направляясь к шатру Гракха. Приветствуя встречных взрослых (почти вся малышня, что была на стоянке - в моём отряде), иду вперёд, источая самодовольство.
   Отдавать всех талбуков в расчёт кузнецу не стал - во-первых, оставь я себе только телёнка, большая часть его уйдёт на налоги, а у меня помимо охоты и других дел много. Хватит с него и двух уже разделанных туш, с рогов которых я себе даже кусочка в качестве трофея оставить не могу. Сам хозяин работал возле временной ямы для выгонки угля, обкладывая сложенные брёвна, поколотые на нужный размер, кусками грязи, в чём ему помогали сыновья и дочь.
   - Гракх, принимай оплату, - расстилаю одну талбучью шкуру и показываю пальцем на нужную пару носильщиков. Те сгружают мясо, освобождая жердь, и отходят в сторону, указываю на следующих, и так пока не набралось нужного количества. Укрываю получившийся холмик второй шкурой, рядом складываю два черепа, принадлежавшие животным, и ухожу, не напоминая о топоре.
   Следом отправились в шатёр вождя, налоги никто не простит, а кузнец от них избавлен - оплата ложится на добытчика, плюс никто из орков не оценит многократного обложения. Попробуй какой вождь требовать десятую часть от каждого куска мяса или других материальных благ при каждом обмене, быстро голову оторвут. Сегодня Гултадор был на месте, но отвлекаться лично на приём не стал, меня встречала Кайрилса, его старшая жена. Приглашать в шатёр не стала, пропустив внутрь три пары носильщиков, что вышли из шатра притихшие, видимо, богатство внутренней отделки их сильно впечатлило. Вынеся книгу, орчанка делала в ней записи, сверяясь с уже сделанными. Может, считала, не добыл ли я уже десятое животное, следовательно, не положена ли ей ещё и шкура. Но то лишь моё предположение. Не став ждать вопросов, начинаю рассказывать о своей охоте, где встретил волка и талбуков, сколько их было и куда после охоты направилось стадо.
   - Хорошо, - закончила та писать. - Желаешь что-нибудь добавить к сказанному?
   - Вопрос хочу задать. Когда кочевать начнём?
   - Нескоро. Недели через две-три, не раньше.
  

***


   Часом позже, Бьюкигра.
   Накопав с подругами сочных съедобных корней крупнолистого оршанника, Бьюкигра возвращалась в клан. Уже издали она почувствовала, что на стоянке её ждут новости и сплетни, уж больно возбуждёнными были малыши. Навстречу им подбежал её младший брат Мальрок. Ему ещё не исполнилось шести лет, а потому его детство было беззаботным, не обременённым учёбой и подготовкой к будущим охотам.
   - А я помогал Аргнаку нести добычу! Он убил трёх талбуков и огромного волка! Когда я вырасту, я за раз буду убивать пять талбуков! Нет, десять, а клан будет помогать мне нести добычу! - зачастил он, а орчанка пыталась понять, как такое произошло и где брат преувеличил, ведь хорошо хитрить он пока не научился.
   - Не говори ерунды, столько зверей не принести и за три дня одному не добыть! - но брат, отмахнувшись от её слов, тараторил дальше, расписывая свои будущие подвиги.
   - Он ранен? - спросила Кайнати, скрывая тревогу. Бьюкигра давно её знала, поэтому понимала, какие чувства та сейчас испытывает. Ответ мальца потонул в гомоне набежавших младших родственников, наперебой спешащих поделиться новостями. Наконец, выловив из града голосов нужные сведения, девушки получили цельную картину - отсутствовавший несколько дней Аргнак привёз по ручью на связанных брёвнах целую гору мяса, среди трофеев была чёрная шкура и черепа талбуков. Расщедрившись, позволил подросткам помочь перенести добычу, расплатившись вяленым мясом.
   - Повезло тебе, подруга, - сказала она, глядя на Кайнати, - такой перспективный охотник! Глядишь, скоро в личный шатёр позовёт!
   - Скажешь тоже, - ответила та, отводя глаза и заливаясь краской. - За сок олембы он уже отдарился.
   - Не робей! Идём к тебе, я научу, как привлечь к себе его внимание!
   Ученик шамана, что так разозлил её в олембовой роще, открылся с новой стороны, и упускать свой шанс она не хотела. Она видела симпатию Аргнака к подруге, но юношеское увлечение могло и пройти, а остальные орчанки тоже не преминут постараться соблазнить его.
  

***


   Рассчитавшись с помощниками, иду отдыхать, лишь в шатре можно спать, не опасаясь нападения, и хотя в клане бывает довольно шумно, на качество сна это не влияет. Наоборот, привычный гул служит сигналом, что всё в порядке, и сон получается более полноценным. Разбудило меня возвращение учителя, Хатгаут, присев на пол, осматривал трофеи.
   - Я вернулся, наставник, - приветствую старого орка. - Духи были милостивы, и моя задумка удалась.
   - Когда вновь отправишься на охоту?
   - Не раньше, чем через неделю. А может, лучше дождаться следующего кочевья - мяса пока много, а второй раз так уже не повезёт.
   К тому же я решил отдать кузнецу долг сухостоя, а на это потребуется много времени и сил. Был и ещё резон - схватка с волком заставила, наконец, задуматься об улучшении доспехов. Показываю на набранные мною травы, рассортированные и подвешенные к каркасу шатра, но тот, наверное, уже заметил новые ингредиенты. Проследив за моим жестом, кивнул, показывая, что оценил моё старание в учёбе.
   - Хатгаут, я нашёл ещё одно применение листьям триррика, - привлекаю внимание учителя к себе.
   Встав, расправляю сложенную шкуру, демонстрируя зелёный налёт, покрывающий мездру и предотвративший порчу шкуры.
   - Сам догадался?
   - Я вспомнил, чему вы меня учили. Перемолотые листья хорошо обеззараживают рану, не давая ей загноиться.
  

***


   Мои слова пришлись шаману по душе, тем более они не были глупой лестью, а я, свернув шкуру и подхватив несколько кусков мяса, пошёл обновить запас лепёшек. Да и сестру стоит угостить, как-никак родственники. Путь до её шатра был недолгим, мужа застать не удалось, а старшая сестра была на месте.
   - Привет, Аргнак! Поздравляю с первым волком! - искренне радуется нашей встрече, не знай я её так хорошо, мог бы и пропустить нотки беспокойства за меня. Орки проще относятся к смерти, но погибшие на охоте родители и братья заставили её поволноваться.
   - Привет, а где Долхар? - оглядываюсь в поисках племянника.
   - Набегался и спит. Поднять?
   - Потом гостинец передашь, - протягиваю ей мясо. - И как насчёт лепёшек, есть свежие?
   Занеся подарок, сестра вернулась вместе со стопкой перевязанных травяным жгутом лепёшек, судя по виду, испечённых утром.
   - Зерно скоро кончится, придётся делать из сушёных корней, - поделилась мыслями Шарилгра. - Они не такие вкусные, да и пива без зерна не поставить. Весенние кладовки грызунов почти пустые... - добавляет она. - Да что мы всё про зерно, расскажи лучше, как с волком справился.
   - Особо-то и нечего рассказывать, мой топор оказался опасней его клыков, а я - проворней. Подловил его в прыжке, тут его масса мой удар и усилила, а с такой раной он был уже не соперник. После сумел его в ручей столкнуть - в воде он от меня уже не ушёл.
   - Гляжу, ожерелья из клыка ты ещё не сделал?
   - Я и шкуру пока не обработал, знаки доблести подождут.
   Лукаво прищурившись, Шарилгра добавила: - Не хочешь дать её выскоблить Кайнати?
   - Сам справлюсь. Как-никак, это мой первый хищник!
   - Как знаешь.
   - Ладно, пойду, пока трофеи не испортились, - прощаюсь с сестрой.
  

***


   Выскабливаю шкуру, освобождая её от остатков подкожного жира, зимой из неё получится отличное одеяло, или плащ смастерю, пока не решил. Кроме волчьей, меня ждали ещё две талбучьих, из телёнка сделаю себе безрукавку - я уже охотник, и ходить в одной набедренной повязке несолидно. Да и будущие трофеи не станут натирать кожу. Руки были заняты привычным делом, а в голове билась мысль, что я упускаю что-то важное, не опасное, но то, что может облегчить мне жизнь. Перебираю события сегодняшнего дня и вспоминаю, на что меня натолкнуло посещение кузнеца. Мысль оказалась стоящей проверки, главное теперь - договориться с мастером. Хотя, почему он должен отказываться? Со шкурой волка я разобрался, ударов молота по наковальне тоже не было слышно, а значит, можно навестить кузнеца.
   Хозяин кузницы сидел прикрыв глаза под навесом, видимо, отдыхал. Услышав шаги, приоткрыл веки, не считая нужным подниматься, сказал:
   - Чего тебе ещё?
   - Хочу отдать часть долга не сухостоем, а углём. Это и тебе время сократит, и мне легче носить.
   - Толку большого не будет, - раздражённо проворчал кузнец. - Столько угля, сколько сделаю я из того сухостоя, тебе не получить. Но раз хочешь дурью маяться - неси, зачту как один к шести по весу.
   - Так на так угля и получается, а он тебе удобней будет. Давай один к пяти.
   Орк прикрыл глаза, раздумывая, что ответить на такую торговлю.
   - Вечно всякую дурь придумываешь. То топор с копьём путаешь, то в углежоги лезешь. Ну да огр с тобой, пусть один к пяти будет. Но корзин под уголь я тебе не дам, сам плети.
   Ухожу от него, чтобы больше не раздражать, думал, уголь вместо сухостоя его обрадует больше. Или он воспринял это как покушение на свою монополию? По весне же все вместе жжём уголь. Тратить время на плетение не буду, хоть и могу, лучше поменяю на мясо.
  

***


   На следующий день, закончив заниматься с Хатгаутом, отправился на закупку корзин - поменять одну на кусок мяса не отказывалась ни одна орчанка, а я, сложив их друг в друга, повязал за спину и отправился на старицу. План мой был в том, чтобы использовать некондиционный сухостой и тонкие ветки, не принимаемые кузнецом в качестве оплаты, на пережёг. И пускай при этом его получится меньше, но уголь кузнец примет, а мне меньше забот.
   Придя к старому руслу, начал скидывать в старый сухой овраг сухие ветки, тонкие иссохшие деревца, что срубал одним движением. Набросав большую кучу, начал рубить по размеру и укладывать одна к одной. Теперь осталось намесить грязи, обложить получившуюся поленницу сверху полукуполом и перекрыть боковые стенки. Солнце припекало, но не мешало мне работать, наконец, первый купол был готов.
   Развожу по центру огонь, теперь остаётся только ждать, пока он опустится ниже, после чего перекрыть все отверстия грязью, чтобы воздух перестал поступать и набранный жар превратил сухостой в уголь. Пока огонь делал своё дело, принялся заготавливать следующую партию, сейчас главное - не проморгать момент, а завтра можно будет выгрести получившийся уголь.
   К тому же такие "печи" были не одноразовыми, осторожно разобрав стенку, её можно было использовать ещё и ещё, обновляя "дверь". По большому счёту, плоты мне могут понадобиться только для транспортировки угля, но как надоедало возиться с мелочью - шёл валить серьёзные деревья, срывая свою злость на ни в чём неповинном дереве. Будь у меня пила, валка и разделка продвигалась бы быстрее, но заказывать её у кузнеца не хочу и не могу - опять цену заломит, эдак только на него работать и придётся. Возвращался уже затемно, но успел сделать третью закладку, завтра свяжу новый плот и сделаю первый рейс.
  

***


   Едва дождавшись окончания занятий с Хатгаутом, бегом устремляюсь к старице, нетерпение гнало меня вперёд, и я бежал, как на крыльях. За ночь спёкшаяся грязь успела остыть, прорезав "дверцу", отставляю её в сторону и смотрю на получившийся результат. А неплохо вышло, и хотя много не прогоревших веток, они пойдут в следующую закладку. Раздеваюсь и начинаю выгребать уголь, перемажусь, но можно будет потом оттереться глиной в ручье. Гребу богатство двумя руками, откладывая в сторону не прогоревшие деревяхи, чувствуя, как уменьшается мой долг. Конечно, эти ветки можно использовать как топливо для приготовления пищи, но мне одному его и за всё время стоянки не потратить.
   Заполнить все корзины не удалось, но я на это и не рассчитывал. Повторяю вчерашнюю работу, на этот раз делать с нуля печи мне не надо, а потому успеваю не только сделать закладку в существующую, но и сделать ещё две, больше мне не понадобится.
   Тихо и фальшиво насвистывая, вяжу плот из брёвен. Дополняю его бортами из жердей, чтобы корзины с него не свалились в воду, и отчаливаю. Работа окончена, освежающий ветерок обдувает лицо, мимо плота снуют рыбы, а моё настроение по мере приближения стоянки становится всё лучше. Ребятня уже дежурит на берегу, наперебой предлагая помощь в переноске. Был тут и Долхар, мой племянник, его подозвал в первую очередь.
   После просто отобрал тех, что помладше - нести недалеко и не тяжело, а им дополнительное питание не повредит. Вскоре показался шатёр кузнеца, уже вечер, так что он не работает, судя по кружке - попивает пиво.
   - Принимай долг, Гракх, - приветствую его. - Куда сыпать уголь?
   - Поставь корзины там, - махнул влево от шатра.
   Поворачиваюсь к носильщикам и командую: - Сыпьте туда.
   - Какой сыпьте?! - аж вскочил. - А если дождь?
   - Корзины мои, а уголь уже твой. Как и проблемы с дождём.
   Орчата на мгновенье замешкались, но пошли выполнять мои слова, первая корзина была перевёрнута, остальные тоже начали подходить.
   - Стой, погоди, да остановись же!
   - Ждите, - останавливаю команду. - Давай дополним договор - за корзины, эти и прочие, отдашь мне три наконечника для дротика.
   Подойдя ближе, кузнец навис надо мной, поигрывая мускулами на мощных руках.
   - За такую цену я сам куплю столько корзин!
   Смотрю в его злые глаза и отвечаю: - И как ты поделишь три дротика на два десятка шатров?
   Мог бы ему ещё добавить аргументов, но пускай подостынет.
   - Хорошо, - раздражённо добавляет Гракх, - но дротики ты получишь в конце.
   Оставил за собой последнее слово, да и ладно. Меньше злиться будет, делая мой заказ. Но даже если бы с ним очень сильно рассорились, портить оружие он бы не стал - во-первых, это подло, во-вторых, ему бы не позволили гордость и слава мастера.
   - Ставьте корзины и подходите к шатру за оплатой, - инструктирую орчат и ухожу.
  

***


   Неплохо я сегодня поработал, помощь орчат, пусть и незначительная, сэкономила мне время, и я подумывал - а не привлечь ли их к заготовке угля? Малышню, конечно, с собой не взять - во-первых, придётся договариваться с их родителями, во-вторых, придётся за ними присматривать, ну и в-третьих - много ли они наработают? Те, кому остался год-другой до первой охоты - лучше, но сами не пойдут. Они уже почти охотники, им проще добыть полевых крыс. Хотя, орчанки вполне могут подойти, плюс к этому можно заказать корзины побольше размером.
   Обрисовав в мозгу ближайшие планы, достаю волчий клык. Правый верхний зуб хорошо будет смотреться на моей шее, но для этого нужно его обработать и провертеть отверстие в основании, чтобы подвесить на шнурок. Выскабливаю остатки пульпы, вонь от её разложения под носом мне не нужна, теперь, взяв резец, осторожно просверливаю его насквозь. Отрезаю тонкую полоску кожи, разделяя её ещё раз надвое. Сделав три таких, переплёл косицей и продел в клык. Готово, осталось доделать безрукавку, носить её я собирался только на стоянке, но теперь, когда клановые волки и охотники проредили дичь, час хода от шатров не так опасен, а работать в ней будет легче, чем в доспехе.
   Режу на части шкурки полевых крыс, выбирая полоски вдоль хребта, ими и украшаю свою безрукавку. Надеваться она будет через голову, не стесняя движений, и по большому счёту будет служить для того, чтобы охотничьи трофеи, что вскоре я навешу, не натирали кожу. Так и не дождавшись Хатгаута, иду спать.
  

***


   Утром обошёл клан, договариваясь о так нужной мне таре для угля, мясо послужило неплохим эквивалентом денег, после чего поспешил на занятия - Хатгаут хоть и похвалил за предыдущий сбор трав, но ослаблять свою науку не стал, гоняя по уже пройденному материалу, заставляя вспоминать описание изученных трав и способы их приготовления.
   Обед, наконец, остался позади, а я решал, кого и сколько мне с собой взять. Есть пять печей, и пяти помощников вполне хватит, чтобы и первые наполнить, и ещё пять заложить - пересохшее русло длинное, и не пользоваться предоставленной возможностью - глупо.
   Был, правда, ещё один фактор, которого я не учёл - у почти взрослых орчанок могли оказаться свои дела, но, думаю, пятерых я найду.
   Сегодня собираюсь основательней, беру с собой много мяса, несколько связок корней и приправ - в конце дня приготовлю ужин на месте и в клане отдарюсь. Сложив всё в стопку приготовленных корзин, иду искать работниц. На глаза попалась неразлучная троица, что шла от шатра родителей Кивиши с корзинами в руках, видимо, отправились что-то собирать. Удачно их встретил, теперь нужно перехватить, пока не ушли.
   - Привет, красавицы. Хотите заработать талбучьего мяса? Работа несложная, но на полдня.
   - А тебя хватит на всех? - окинув меня взглядом, произносит Бьюкигра, ехидно ухмыляясь. Кайнати при этом заливается краской, а Кивиша негромко смеётся.
   - Вас даже мало будет, - не смущаясь, смотрю ей в глаза. - Найдёте ещё пару орчанок вашего возраста или на год младше?
   - Оу, - только и добавила острословка, "восторженно" оглядывая меня с ног до головы.
   - Не хотите - без вас справлюсь, - отворачиваюсь, чтобы не тратить время, но девушка меня останавливает.
   - Погоди, сейчас возьмём Батлитри и Зураву и придём к твоему шатру.
   Кивнув, иду собираться. Увязав за спину вещи, выхожу наружу, оглядывая подошедших девушек. Бьюкигра была чуть больше остальных и лучше развита, что и неудивительно, так как она на год старше остальных.
   - За мной, - перехожу на лёгкий бег, направляясь к печам.
  

***


   Вскоре показалась старица, орчанки не отставали и даже не запыхались, что при нашей жизни и частых кочевьях неудивительно. А ещё они умудрялись на бегу переговариваться, хоть и негромко, но, видимо, нет такой ситуации, где девушки не смогут общаться. Оглядывают печи, узнавая конструкцию, а я, подойдя, провожу ножом по периметру "дверок" и отставляю их в стороны.
   - Кажется, я не подумал, что вы испачкаетесь. Ладно, уголь сам выгребу, а вы пока собирайте ветки и сносите сюда, - начинаю раздеваться.
   - Я тебе помогу, - тут же выдвинулась вперёд Бьюкигра. - Я не боюсь грязи.
   Даю ей корзину и показываю на следующие в ряду печи, стоящие на одной линии.
   - Начни со следующей, так мы друг друга не увидим.
   Фыркнув, она взяла корзину и отправилась к следующей печи. Краем глаза вижу, как она, спустившись в овраг, закидывает верх своей одежды на верхушку купола и начинает шуршать углём. Выгребаю всё подчистую, начинаю сортировку угля от не прогоревшего топлива, закидывая его обратно. Закончив с первой печью, перехожу к следующей, замечаю торчащую из второй печи аппетитную пятую точку орчанки, стоящей на коленях и шурующей внутри топки. Тряхнув головой, прохожу к третьей, повторяя операцию. Вскоре мимо меня продефилировала Бьюкигра, прикрывая корзиной грудь и улыбнувшись мне перемазанным в саже лицом.
   Закончили мы почти одновременно, я чуть пораньше, и потому пошёл отмываться в ручье первым. До старицы тут хоть и близко, но пять минут хода было. Я уже успел намазаться глиной и теперь смывал её с себя вместе с угольной пылью и сажей, когда показалась Бьюкигра. "Стыдливо" прикрывая грудь руками, она, тем не менее, смело шла прямо ко мне. Повернувшись спиной, стала натираться глиной, добавляя к ореховому оттенку кожи блестящий глянец, размазывая чёрные разводы и потёки. Сняв низ, продолжила, после чего с визгом кинулась в прохладную воду, подняв тучу брызг.
   Прозрачная вода была взбаламучена, оттираемая глина скрывала мутным облаком очертания её тела. Но муть быстро сносило течением, открывая притягательную картину. Сама девушка в это время отмывала лицо, весело отфыркивая воду и стоя ко мне полубоком. Гронн побери, хороша, чертовка, но я здесь не за этим. Выхожу и иду назад, по пути обсохну, чтобы не надевать набедренную повязку на сырое тело.
  

***


   То же время, Бьюкигра.
   Орчанка не стала окликать уходящего Аргнака, смывая с себя глину. Провокация не удалась, но она видела сквозь полуопущенные веки, какими глазами он смотрел на неё, прежде чем уйти. Заробел, но ничего, рано или поздно она добьётся своего. Выйдя из воды, потянулась, попеременно поворачиваясь под палящее солнце, чтобы быстрее согреться и обсохнуть. Отжав волосы, смотала их в хвост и связала поднятым ремешком. Подумав, распустила, чтобы просохли, и надела низ, пора идти обратно.
  
   ***
   Пока орчанка не вернулась, принялся рубить на старом бревне принесённые ветки по размеру, откидывая их к печам. Вот показалась и Бьюкигра, ветер чуть развевал её волосы, а сама она не спешила одевать верх, видимо, ещё недостаточно обсохла.
   - Внимание, девушки, - громко говорю орчанкам. - Кроме того, чтобы заполнить старые ямы, нужно сделать ещё пять таких же. Если устанете - сделаем перерыв и перекусим.
   Возвращаюсь к работе. Измельчив заготовленное топливо, пошёл валить деревья побольше. Так и работали - пока я срубал толстый ствол, орчанки носили ветки поменьше, а также выламывали тонкие кусты ивняка. Свалив, возвращался к заготовленному и нарубал, после чего возвращался обратно. После третьего дерева заготовленного сухостоя оказалось достаточно, чтобы наполнять печи, и от этого я тоже не отлынивал, поднося нарубленное к орчанкам.
   - А они не слишком тонкие? - задала вопрос Зурава. - Обычно клан колет на это дело деревья.
   - Я уже не первую закладку делаю. Да, из них получается меньше угля, но всё же это уголь. Зачем пропадать добру?
   Растопив печи, работаем дальше, перерыва никто не захотел, а я разрубаю одно из брёвен на короткие чурбачки - после поколю на пластинки, с помощью которых усилю свои доспехи. Так никто не делал, по крайней мере, массово деревянные элементы в броне не использовали. И это было не единственной моей задумкой. Надо будет с Хатгаутом посоветоваться, чтобы не вышло как с моим чудо-топором - всё же орки не первое поколение работают с деревом и кожей, могли и додуматься до моей идеи.
   - Аргнак, в чём ты носил воду? - спрашивает Кивиша, отвлекая меня от своего занятия.
   - Корзину шкурой выстилал и носил. Можно её просто глиной промазать, - делюсь своими наработками. - А лучше котелок возьми, пока в нём не готовим, удобнее будет.
   - Хорошо, спасибо.
  

***


   Дело шло к вечеру. Новые печи разгораются, Зурава с Батлитри нанизывают принесённое мясо на прутья, чтобы обжарить в огне, Кивиша варит суп (ингредиентов немного --
   мясо да коренья), а я в это время под взглядами Кайнати и что-то шепчущей ей на ухо Бьюкигры занимаюсь плотом. Сегодня сделаю его пошире, чтобы разместить всех пассажиров и полученный уголь. Можно, конечно, и пешком девушек отправить, но разве я откажусь их прокатить по реке?
   - Жалко, барабанов нет и пива, - говорит от костра Зурава. - Устроили бы сейчас танцы!
   - И так завтра будут, - говорит ей Кивиша. - Натанцуешься ещё.
   - Да ну тебя. Праздников так мало!
   Под многоголосый щебет продолжаю связывать брёвна, хорошо всё-таки, что о помощниках задумался. Успел бы я разве столько сделать за сегодня? А мясо - дело наживное, чем больше его уйдёт перед кочевьем, тем меньше нести на себе. Да и всегда можно добыть свежее.
   - Аргнак, - впервые за всё время обратилась ко мне Кайнати.
   - Слушаю, - закрепив узел, поворачиваюсь к ней.
   - А сколько дней ты будешь делать уголь?
   Вопрос интересный, но ответ я на него уже знаю, так как уже посчитал.
   - Ещё почти неделя, если считать с этим днём. Без вашей помощи пришлось бы задержаться подольше.
   - А можно мы потом воспользуемся твоими печами для себя?
   Пожимаю плечами, мне не жалко: - Пользуйтесь. Топлива здесь ещё много, хоть и придётся его далеко носить. Но проще будет делать новые печи на месте.
   - И ещё, - добавляет орчанка, опуская глаза, - нам нужна твоя помощь. Мы можем взамен помочь тебе с корзинами, давать корней оршанника и по хозяйству помогать, если надо. Ты же ещё не обработал талбучью шкуру?
   - Куда вам уголь?
   - Хотим у кузнеца заказать украшений.
   Остальные орчанки, слушая наш разговор, переглянулись, видимо, это была инициатива только этой пары. А идея понравилась всем.
   - Мы тоже просим помощи, - добавила от костра Батлитри.
   А ещё, скорее всего, хотят, чтобы я им плот вязал. Но можно будет обходиться не таким основательным, ведь до этого он мне нужен был как средство доставки, ну и чтобы брёвна не оправлять по одному. Два в одном, так сказать. К тому же, можно и ещё чего у них заказать, кроме съедобных, могут для меня и лечебных трав набрать, пусть наставник порадуется.
   - Суп готов, - произнесла Кивиша. - Сейчас настоится, и можно есть.
   - Не к спеху, я пока с плотом не закончу, ужинать не буду. А насчёт вашего предложения - помогу. Но надо будет ещё трав пособирать, какие покажу.
   Наконец, закончив, подхожу к костру, доставая из вещей свою тарелку с ложкой. Кивиша наливает суп, Батлитри протягивает три прута с поджаренным мясом, и мы приступаем к ужину.
  

7


  
   Перед тем, как плыть обратно, девушки вычистили посуду, в том числе и мою, и оттёрли котелок от копоти. Спускаю плот на воду, принайтовав его, начинаю загрузку корзин с углём и обдумываю, где разместить орчанок. Вообще, плавать умели все орки, хотя и не очень любили, а лодки были только у некоторых племён, а потому плот для них будет в диковинку. Решил разместить их спереди, так им будет лучше видно, а мне откроется отличный обзор - лишь бы не засмотреться и в мель не въехать.
   - Аргнак, мы готовы, - сказала подошедшая с остальными Бьюкигра, незаметно взявшая на себя роль главной среди девушек.
   - Залезайте по одной и присаживайтесь, плот привязан. Одна впереди, остальные по краям, две на каждый.
   Переступив ногой через приделанные жерди, Бьюкигра проверила надёжность опоры, после чего прошла вперёд и присела, взявшись за импровизированный поручень. Повозившись на корточках, наваливается руками на поручень и устремляет взгляд в прозрачные воды. Остальные уже смелее расходятся по краям, тоже разглядывая дно, а я, отвязав верёвки, отталкиваю плот от берега и прыжком перемещаюсь на него. Приземлившись, сгибаю ноги в коленях, чтобы ослабить удар, но плот всё равно ощутимо качнулся, вызвав несильный вскрик от вцепившихся в жерди орчанок.
   Водные обитатели устремляются в стороны от плывущего плота, хотя некоторые рыбы пользуются поднявшейся суматохой и хватают насекомых, распуганных моим плавсредством. Солнце уже поворачивает к вечеру, но ещё жаркое, девушки притихли, а я время от времени отталкиваюсь шестом от дна, держась середины. Пока не оборачиваются, гляжу на их фигуры, сравнивая пропорции орчанок между собой, благо ракурс и высота получились удачными, открывая мне вид на ладные фигурки. Глаза перебегают от одной к другой, зрелище, что ни говори, эстетически приятное.
  

***


   Отдав уголь кузнецу и рассчитавшись с девушками (учитывая их дальнейшее желание получить мою помощь в заготовке угля, мяса ушло меньше), разложил в шатре наколотые доски, обдумывая улучшение охотничьего доспеха. Каждый орк стремился сделать его как можно лучше, ведь от него зависела жизнь, но, помимо этого, он был ещё и показателем статуса. А потому он всегда был лучшим из возможного. Дающие наилучшую защиту были сделаны из роговых пластин копытня, но их было немного - данный зверь, статями превосходивший слона с моей прошлой родины, добывался всем кланом. Кроме того, со временем они рассыхались, становясь хрупкими, и требовали периодической замены. Позволить себе такой доспех могли только вождь и наиболее удачливые охотники из его окружения.
   Мне такая роскошь нескоро светит, а потому обдумываю концепцию замены пластин на деревянный аналог. Идея была интересной, но я боялся опростоволоситься, как с топором - то, что на первый взгляд выглядело эффективно, на деле могло и не работать. Решил обмозговать, где могут возникнуть проблемы. Во-первых, это крепёж, но продеть ремешки в просверленные детали не составит труда. Во-вторых - вес. Пусть защита усилится, но не хотелось снижать свою подвижность. И в-третьих - так никто не делает, но это меня не остановит, если изменение действительно принесёт пользу.
   Собираю разложенные дощечки в две стопки, теперь перевязываю верёвкой и начинаю надевать доспех. Теперь спереди и сзади навешиваю собранное дерево - вроде не сильно веса прибавилось, к тому же их ещё надо будет обтесать, подгоняя на места, и распределены они будут более равномерно. На ум пришло строение бронежилета - ткань-бронепластина-ткань, почему бы не перенести данный принцип и сюда, заменив ткань шкурой талбука? Из размышлений меня вывел приход учителя.
   Хатгаут, зайдя в шатёр, увидел меня с ворохом дерева на перевязи, хмыкнул и произнёс: - Дрова пока возле шатра положи, дождей ещё два дня точно не будет.
   - Это не дрова, а элементы будущей брони.
   Мои слова заставили его взглянуть на данную конструкцию попристальней, после чего он неторопливо начал снимать ожерелья, развешивая их на каркасе. Сняв верхнюю одежду, придвинул к себе котелок и достал ложку.
   - И как ты собрался крепить это? - сказал он чуть погодя, глядя, как я хожу из угла в угол.
   - Подстругаю ножом, сниму лишнее и прихвачу сверху ещё одной шкурой.
   - Тяжёлой не будет?
   - Вот и проверяю.
   Хатгаут продолжал ужинать, а я приседал, накинув сверху ещё необработанную талбучью шкуру. Вроде нормально по весу, но это пока. А побегать день, выслеживая добычу?
   - Всё равно толсто получится, движениям будет мешать. Замени дерево полосами кожи, да прогрей возле костра, закрепив, чтобы не свернулись. По прочности не хуже будет, а по толщине - гораздо меньше. А там и прихватывать сверху другой шкурой не потребуется.
   Внезапный совет показался весьма дельным, как же я сам до такого не додумался?
   - Учитель, а почему так никто не делает, и зачем тогда вообще эти деревянные вставки? - щёлкнул я когтём по элементу защиты.
   - Доспех - личное дело каждого орка. То новое, что ты придумал, хорошо, а дерево - то от предков пошло, ещё мой прадед такие носил. И ещё совет - крепежи заранее продумай, куда и как размещать, а куски кожи с запасом делай, от огня она садится, хоть и прочней становится.
   - Спасибо, наставник.
   Много времени на доски потрачено впустую, хорошо хоть не успел довести до конца свою задумку. Опять мои знания подвели, механический перенос принципа без учёта материала едва не сыграл злую шутку.
  

***


   В таком темпе прошла неделя, утром обучался и собирал травы, после обеда заходил за орчанками, после чего спешили на старицу заготавливать уголь. Так как мы всё дальше отходили вверх по старице, надевал охотничий доспех. Вероятность встретить хищников была мала, но не пренебрегал защитой. Брал с собой только мясо, девушки взяли на себя обеспечение ужина кореньями и травами, один раз Зурава захватила бурдюк с пивом. К выгрузке печей Бьюкигра привлекла и Кайнати, поначалу жутко стеснявшуюся, когда приходила пора отмываться в ручье. Девушки обработали шкуру талбука, и я, нарезав новых элементов брони, сушил их по вечерам.
   Последнее время мне часто снились сны, в которых битвы, схватки и просто вещи, понятные и привычные мне-землянину, оценивались с точки зрения орка. Особенно сильный отклик находили исторические реставрации, конные и пешие баталии. Сшибка на оружии порождала сильный отклик, иногда я даже просыпался от избытка чувств, и пока не прогонял через сознание череду будораживших образов, вновь уснуть не удавалось. Умом я понимал, что увиденное когда-то на экране могло не отражать истинных возможностей и реальных оценок того или иного оружия, но чувства и впечатления обновлённого разума искали способы применения увиденного.
   Наконец я отдал положенное топливо кузнецу, и он, судя по всему, принялся за мой заказ. Глядя на его лицо, видел довольную ухмылку каждый раз, когда его встречал.
  

***


   Следующий день, клановая кузня.
   Корзины с углём все прибывали, Гракх уже успел отремонтировать всё оружие, что ему приносили охотники. Дерзость Аргнака уже потеряла свою остроту, и кузнец понимал, что так действительно экономит много времени. Брёвна, что приносил молодой орк, использовались пока для готовки пищи, как дойдут руки - он сам пережжёт их на уголь.
   Пришло время заняться заказом ученика шамана, несуразный топор видом своим наводил на определённые мысли, и несколько дней назад Гракх понял, что тот задумал. Отгадка так рассмешила его, что он не мог сдержать улыбки, каждый раз встречая необычного заказчика. Мало было Аргнаку объединить топор с копьём, он ещё и кирку к нему присоединить придумал! Вновь рассмеявшись, кузнец принялся вылеплять форму под новый топор. Стандартное лезвие и кирка на обухе - это же надо до такого додуматься! Но грех жаловаться, заказчик сполна заплатил за свою дурь, и теперь, когда ему понятна задумка, дело пойдёт на лад.
   Забрав промешанную сыном глину, раскатал и согнул её, проверяя, не появляются ли трещины в месте сгиба. Разделив ком глины надвое, шмякнул на наковальню, придавая одной стороне плоскую форму. Поддев, уронил боком, с меньшей стороны, повторяя так, пока не выровнял все стороны. Повторив операцию со вторым куском, отложил их в сторону. Теперь осталось сделать отпечаток топором и кончиком кирки на двух половинках получившейся формы и дать просохнуть. Завтра он прокалит её в огне, а после займётся плавкой железа.
  

***


   Просыпаюсь утром в отличном настроении, все детали для улучшения охотничьего доспеха готовы, и сегодня вечером начну их прикреплять. Иду за Хатгаутом, вполуха прислушиваясь к его объяснениям и собирая указанные им травы. Заметив моё состояние, тот прервался: - А теперь повтори, что понял.
   - Оршанник даёт не только съедобные корни, его листья можно использовать в приготовлении мази, помогающей от ломоты в суставах, - ни на миг не сбившись, отвечаю по пройденной теме. - Кроме того, любой животный жир не только поможет дольше сохранить его свойства, но и усилит их.
   - Хм, всё-таки слушаешь. Ладно, продолжим.
   Наставник говорил, а я думал о своём. С недавних пор занялся каталогизацией свойств растений, распределяя их по своим целебным свойствам, это не только тренировало память, но и позволяло, услышав знакомое название, вспомнить область применения. Сама подача материала не была столь упорядоченной, и это вряд ли недоработка. Просто мы изучали то, что видели, а попасться из трав могло что угодно, лишь кусты и деревья, знакомые учителю по прежним стоянкам, находились на своих местах.
   - Какая удача! - обычно монотонный голос старого шамана был полон энтузиазма. - Это же звездолист! Смотри и запоминай - принятый внутрь, что в свежем, что в сушёном виде, он восполняет силы после общения с духами.
   Внимательно разглядываю пучок тёмно-зелёных листьев, покрытых колючками, и ярко-оранжевые цветы. Запоминающаяся внешность. Учитель, сорвав четверть растений, не тронул корень, оставляя, как обычно, его на развод.
   - На вкус очень горький, в сушёном виде вкус усиливается, - продолжает лекцию наставник, а я думаю, снимает ли он просто усталость или помогает восполнить запасы маны?
   - Учитель, а при долгих переходах он помогает?
   - Натруженным мышцам он бесполезен, лишь потраченные на ритуал силы восстанавливает.
   Полезная вещь, и будет полезна даже магу, иметь возможность восполнить магические силы дорогого стоит.
   - А как быстро возвращается потраченное?
   Видя мой энтузиазм, которым я в последнее время не блистал, Хатгаут приободрился: - Слабость сразу проходит, а часа за два и вовсе исчезает. Но часто лучше не принимать.
   - А есть ли ещё подобные?
   - Как не быть? Вот встретим - всё тебе расскажу!
   - Но учитель! Вдруг я их один на охоте увижу, но не соберу, так как не знаю, на что они годятся? А нести все незнакомые травы - так и заплечного мешка не хватит!
   Мысленно списав шаманизм, я едва не упустил важные знания - ведь зелья не потеряют свою силу, когда духи отвернутся от орков. Что ж, впредь мне наука, что бесполезных знаний не бывает.
   - Пожалуй, ты прав. Хорошо, сейчас вернёмся в шатёр, я тебе расскажу о самых редких и полезных.
  

***


   Большинство из полезных растений было травянистыми, из более крупных - лишь пара кустов, не впечатляющих размерами, что дополнительно затрудняло их поиск и сбор. С другой стороны, эффективность их настоек, отваров и других способов применения на порядок превышала знакомые мне по прошлой жизни, что говорило об участии магии. Треть надиктованного относилось к средствам, увеличивающим связь с духами, повышающим потолок сил и помогающим восстановлению маны. Остальные применялись при различных заболеваниях, ожогах и отравлениях. Голова моя пухла от полученных знаний, Хатгаут не пожалел ещё несколько пергаментов под записи, зато теперь я не пропущу по-настоящему полезные ингредиенты. На обед была волчатина (жестковата, но если варить подольше - вполне съедобна), а после меня ждали орчанки - сегодня мы будем заготавливать уголь уже для них.
  

***


   Пятёрка девушек с корзинами за спиной уже ждала меня возле шатра, о чём-то негромко переговариваясь.
   - Готовы? - дождавшись ответного кивка, перехожу на бег, возглавляя колонну. В этот раз мы, забрав вчерашний уголь, поднимемся ещё выше по старице, как делали каждый раз, когда доступное топливо для пережога заканчивалось, а путь до ручья спрямляли. Новое русло шло хоть и в отдалении, но параллельно старому, а проделывать весь путь по старинке становилось очень долго. Бегу, краем уха улавливая разговоры за спиной, кажется, они обсуждали медные украшения. Вот и старица, пока бежим по ней, миновав третий десяток старых печей, приближаемся к четвёртому.
   Останавливаемся, выравнивая дыхание. Делать здесь мне нечего, ведь выбирать из печей уголь будут сами девушки, как-никак он уже их личный. Собираюсь идти дальше, но меня останавливает оклик Кайнати: - Аргнак, побудешь с нами и до реки проводишь? Вдруг здесь волки.
   Следов не видно ничьих, кроме наших, но если опасаются - почему нет?
   - Хорошо, - откликаюсь на её просьбу.
   Девушки разошлись, каждая к своей печи, выломали "дверцы" и принялись раздеваться. Отворачиваться они не просили, но и стриптиз не устраивали - купола надёжно скрывали силуэты присевших девушек. Впрочем, Бьюкигра сидела несколько левее, ловко скинув верх. Прежде чем она скрылась в недрах топки, в поле зрения мелькнула её грудь. Слышу шуршание вынимаемого угля и сосредоточенное сопение девушек, не все из них вели себя столь провокационно. У Кивиши уже был жених, хотя шатра у них ещё не было, так что они пока не могли жениться. Остальные орчанки были поскромней, всё-таки Бьюкигра была их на год старше и опытней. И с семьёй у неё не заладилось - избранник так и не привёл её к себе. Такое не одобрялось, но иногда случалось.
   Закончив с первой партией, перешли к следующим печам, главная клановая острословка шла позади всех, а потому даже не потрудилась прикрыться корзиной, ловя мой заинтересованный взгляд. Задорно подмигнув, сдвинула корзину в мою сторону, когда поняла, что её поведение скоро увидят другие девушки. Вскоре вновь послышалось шуршание вынимаемого угля, а я пошёл в сторону ручья разведать обстановку - не дай духи и впрямь какой волк попадётся. Поглядев на выступающие из топок тылы орчанок, иду дальше, вслушиваясь в обстановку и ловя носом набегающий ветер на предмет посторонних запахов. Но всё было чисто, оставляемые на сутки печи источали запах гари, и животные избегали этого места.
   Дожидаюсь спутниц, поднявшись чуть выше по течению. Когда девушки показались, отхожу ещё подальше, чтобы не смущать их, но, похоже, не очень-то они собирались смущаться. Развесив одежду на кустах, девушки начинают намазываться глиной, а я невольно слышу их разговор.
   - Хоть бы отвернулся для приличия, - раздался негромкий голос Кивиши.
   - Не волнуйся, не будешь высовываться из кустов - ничего не разглядит. И разве тебе неприятно? - ответила ей Бьюкигра.
   - У меня жених есть!
   - У меня тоже был, - не сдаётся та в ответ.
   - А не слишком ли громко мы говорим? Вдруг он услышит? - голос Кайнати чуть дрожал - хотя она уже несколько дней помогала подруге доставать уголь, но так и не переборола свою стеснительность.
   - Пускай! Завтра попрошу его помочь натереть спину - а то не дотягиваюсь!
   - А хорошая идея. Только чур мне первой, - произнесла Батлитри.
   - Да ну вас, бесстыдницы, - чуть громче остальных сказала Зурава.
   - Кто бы говорил, сама-то на каждом вечернем танце возле него крутишься!
   - С вами покрутишься - оттесняешь всех, как будто он твоя собственность!
   - Не ссорьтесь, девочки, - Кайнати увещевает разошедшихся орчанок.
   А я в это время начинаю припоминать, что так и есть - Бьюкигра с подругами всё время оказывается между мной и прочими орчанками. Многожёнство среди орков не исключение, а скорее правило. И дело не только в укладе общества (хотя две жены с точки зрения кочевников лучше, чем одна - больше унесут), но и в самой разнице между орками и орчанками - половой диморфизм у нашей расы сильно выражен, взрослый орк вчетверо массивней орчанки, агрессивней, сильней и выносливей. Ограничивающим фактором в основном выступала добычливость охотника. Вдовы на охоту не ходили, получая содержание со стороны вождя, и это тоже было выгодно - они могли рожать детей, что в будущем пополнят ряды охотников. И хотя орчат рождалось больше, число взрослых орчанок всегда превышало охотников - те чаще гибли на войне или охоте.
   Мои размышления были прерваны визгом и всплесками - девушки бросились в ручей отмываться. Я был достаточно далеко, чтобы соблюсти приличия, и достаточно близко, чтобы оценить купающихся. Что тут скажешь - вид обнажённых тел и бушующие гормоны сильно ударили по мозгам, но даже в таком состоянии свербила вбитая с детства догма - не заводить семью, пока нет личного шатра. Впрочем, думаю, будь они поближе и настроены порешительней - долго бы такой настрой не продержался.
   Поднимая тучу брызг, стройные фигурки прыснули на берег, скрывшись за кустами обсыхать. Иду обратным путём, и мысли мои заняты отнюдь не дорогой. Развитое воображение дорисовывало то, что не смог увидеть, а память из другого мира дополняла это знакомыми ощущениями. Вот и старая стоянка, корзины полны угля, а сверху уложены не прогоревшие ветки. Кроме того, зола тоже вынута и упакована в листья лопуха --
   пригодится в хозяйстве. Вскоре появились и орчанки, идут тесной группой и даже не переругиваются между собой. Или тот разговор предназначался для моих ушей? Отхожу в сторону, давая им возможность надеть верх, после чего интересуюсь: - Освежились, красавицы?
   Переглянувшись с остальными, Бьюкигра отвечает: - Да, вода просто отличная. Жаль, тебя с нами не было.
   - Вечером окунусь, как работу закончим. Идём дальше.
  

***


   Привычная работа быстро спорилась, а если учесть, что вязать такой основательный плот мне нужды не было, то я закончу его раньше, чем девушки сделают вторую закладку. Относил брёвна на берег реки, на обратном пути приносил воду в захваченных бурдюках, для замеса будущих печей. Девушки, собирая и выламывая сухостой, негромко переговаривались, уловить смысл я не мог, но не похоже, что они рассорились. Дотащив третье бревно, собрался обратно, но тут порыв ветра донёс до меня знакомый опасный запах. Волк! Волна из смеси страха и жажды битвы прокатилась по телу, заставляя напрячься мышцы, сердце молотом билось в груди, а звуки и запахи стали восприниматься острее. Огр побери, расслабились!
   Лишние мысли вытеснило из головы, перехватив топор поудобней, устремляюсь на запах, грядущая схватка будоражит кровь - я не потерплю рядом другого хищника! Ускоряя шаг, иду навстречу опасности, запах всё усиливается. А вот и куст, слишком удобный для засады. Обхожу его по дуге и обнаруживаю покинутую лёжку - на траве и ветках видны небольшие клочки чёрной шерсти, но зверя нет, и судя по оставленным следам - уже давно. Вопрос - вернётся ли он сюда, и если да, то что предпримет, почуяв мой запах? Волки - очень умные и сильные враги. Пора возвращаться, и на всякий случай проверю, не подбирается ли он к орчанкам. Спешу обратно, контролируя возможные места засады, адреналиновый наплыв всё ещё не схлынул. Обойдя по дуге место заготовки, не обнаружил свежих следов, на всякий случай продолжил поиски. И лишь убедившись, что всё чисто, вернулся на старицу.
   - Аргнак, где ты был? Тебя так долго не было, - спросила меня Батлитри.
   Топлива они уже набрали, но я не успел нарубить, а потому они пока заложили верхний ряд печи, меся грязь и наращивая стенку.
   - Лёжку волка нашёл, проверял, не крутится ли где рядом. Но не бойтесь, он вряд ли вернётся.
   Мои слова заставили их понервничать - защититься они от него неспособны, с собой у них только дротики, но моё присутствие их вскоре успокоило. Принимаюсь за колку сухостоя, девушки укладывают деревца и ветки на бревно, я разрубаю и жду, пока уложат следующее. Монотонная работа успокоила нервы и заставила мыслить более трезво. Справлюсь ли я с волком без наличия ручья под боком? Вполне. Но насколько сильно он меня при этом потреплет? Рассчитывать всё время на разящий первый удар не приходится. Да, у меня доспех, но он не панацея, если волк хорошо вцепится. Если дело перейдёт в свалку, у меня есть кинжал, но лучше до этого не доводить. Близкая опасность подстегнула мои мысли об оружии, и я начал думать, а не обзавестись ли мне копьём? Да, с топором мне привычней, придётся брать уроки по освоению древкового оружия, но у него есть ряд преимуществ.
   За размышлениями работа прошла незаметно, орчанки принялись закладывать топливо и доделывать печи, а я поволок к берегу очередное бревно. Копьё определённо позволит наносить удар раньше, чем меня протаранит чёрная туша. В голове всплыла картинка сталкивающихся на полном скаку конных рыцарей, учитывая скорость и вес коней, удар получался сильным. Нечто подобное будет происходить и с волком, если он конечно, настолько дурной, чтобы насаживаться на копьё. Но мысль использовать силу против самого врага была настолько притягательной, что я размышлял, как это организовать. Дуром на остриё зверь точно не полезет, особенно знакомый с орками. Значит, надо сделать так, чтобы это стало для него неожиданностью. Перебирая разные варианты, весело рассмеялся. Всё гениальное - просто, и схема, придуманная мной, не должна давать сбоев. Осталось только подобрать подходящее древко и проверить реальность его работоспособности.
  

***


   То же время, Бьюкигра.
   Вторая закладка дров подходила к концу, Аргнак нарубил сухостой и пошёл освежиться, а девушки лепили печи. Потратив запас воды из бурдюка, орчанка поспешила к реке за добавкой. Немного смухлевала, вылив остатки воды в землю, но ей надо успеть первой. Подходя к берегу, перешла на крадущийся шаг, прислушиваясь к доносящимся звукам. Впереди молодой орк что-то насвистывал, был слышен кожаный скрип снимаемых доспехов. Подползла ближе, незаметно наблюдая раздетого Аргнака. Стоя к ней спиной, тот не спешил в воду, зачем-то смешивал глину с золой и только потом ею натирался. Прыжок вперёд поднял кучу брызг, тело охотника скрылось под водой, пропав из поля зрения. Прошло уже немало времени, и девушка заволновалась, ведь он до сих пор не вынырнул из воды. Может, он стукнулся головой о камни на дне? Вскочив, поспешила вперёд, вертя головой, но того нигде не было. Побежала по берегу вниз по течению, высматривая тело, и тут услышала справа от себя негромкий смех.
  

***


   Смесь глины с золой заменила мне мыло, хотя чистая глина тоже неплохо помогала оттирать пот и грязь. Кто-то осторожно высматривал меня из кустов, а потому решил подшутить над незадачливым наблюдателем. Прыгнув в воду, нырнул, задерживая дыхание и плывя вниз по ручью. Осторожно, без всплесков, выныриваю и выбираюсь на берег, короткий заплыв и добавленная зола смыли глину и пот. Вода не была ледяной, но и сильно тёплой её не назовёшь - летнее солнце хорошо палило, но недалеко было несколько родников. Выбираюсь на берег и сажусь за куст, желая посмотреть, кто же такой робкий.
   Ожидаемый образ не совпал с пробегающей мимо орчанкой - думал, это Кайнати, или ещё кто, а вот от Бьюкигры я не ожидал такой скромности. Или она не поняла, что я её заметил? Заполошный вид девушки меня рассмешил, но неподдельная тревога в её глазах мне понравилась.
   - Ты цел! - сказала она, остановившись.
   - Не ожидал тебя увидеть, - отвечаю ей. - Но спасибо за заботу.
   Глядим друг на друга, после чего я направляюсь к своим вещам, не смущаясь её изучающего взгляда на свой торс. Пока не пришли остальные, надеваю набедренную повязку, а доспехи пусть проветрятся.
   - Давай я их почищу от пота, - слышу голос догоняющей меня Бьюкигры. - До ужина как раз высохнут, солнце ещё жаркое.
   - А печь за тебя кто делать будет?
   - Успею. Но спасибо за заботу!
   Отошла от лёгкого испуга и уже язвит.
   - Не за что. Смотри только, не мочи сильно.
   - Вообще-то хватит их и травой протереть.
   - Лучше чуть-чуть золы и глины, - киваю на лист лопуха с золой. - Только много не бери.
   Фыркнув, та принялась раскладывать мои вещи, чтобы сподручней добраться до изнанки.
   - А я думаю, куда это ты так спешила, - послышался голос подошедшей Батлитри. Ещё один фырк был ей ответом.
   Оставив девушек на берегу реки, иду к старице. Дела на сегодня окончены, а значит, можно испытать придуманную новинку, прежде чем выставлять себя на посмешище в клане. Дошёл до старицы, поднимаюсь выше по старому руслу, чтобы мои занятия не видели орчанки. Найдя подходящее деревце, срубаю лишнее. Жалко, поблизости нет олембовой рощи, чья древесина лучше всего подходит на роль древка для оружия. Но мне пока только проверить идею, вдруг не сработает. Заострив оба конца, оплетаю середину куском кожаной верёвки и делаю петлю. Привязываю её выше оплётки, теперь положить жердь на землю и отрегулировать длину. Так, упереть нижний конец под ногу... Чувство чужого присутствия полоснуло по нервам, поворачиваю голову в сторону предполагаемой опасности и встречаюсь глазами с волком. Гронн побери, мои доспехи!
   Сердце пропустило удар, тут же заполошно забившись, я зашипел от страха, понимая, что схватка неизбежна - зверь почувствовал мой страх. Вскочив на лапы, мчится в мою сторону, вырывая когтями комья дёрна и отбрасывая назад, быстро набирая скорость. Разворачиваю жердину вдоль земли в его сторону, у меня только один шанс на правильный рывок. Подперев основание подошвой, гляжу на приближающуюся смерть, время чуть замедлило свой бег, позволяя вдоволь насмотреться на огромные клыки в распахнутой пасти.
   Слишком рано - и зверь успеет увернуться, слишком поздно - не успею увернуться я. И один перекат в сторону не спасёт мою жизнь - нет ни ручья, ни оврага, да и просто бурелома, чтобы укрыться от такой туши. Прыжок, летящее вперёд тело вытягивает вперёд лапы и распахивает пасть, наклоняя голову чуть в сторону, чтобы сподручней вцепиться в моё горло. Рывок кожаной верёвки поднимает остриё навстречу, разминувшись с лапами и попадая в пасть. Кувырок в сторону мимо несущегося тела, хруст сломавшегося деревца и треск раздираемой плоти, яростный булькающий вой и катящееся по земле чёрное тело. Пока зверь не взял разгон, вскакиваю на ноги и бегу к нему. В его движениях какая-то скованность и неправильность, вот он поднимается на лапы, тут же заваливаясь на правый бок. Поворачивается, наконец, ко мне, роняя кровавую пену из пасти. Вижу обломок жерди на пару ладоней длинней челюстей, что не даёт повернуть голову. Увиденное меняет мои планы, с такой раной он долго не проживёт и вряд ли меня догонит. Отворачиваю в сторону, так и не ударив топором, и бегу прочь. Краем глаза замечаю, что волк не погнался за мной, останавливаюсь и смотрю, что случилось. Тяжело дыша, тот лежит, завалившись набок, раздувая из пасти кровавые пузыри - похоже, когда он поднимался на ноги, это был последний всплеск сил тяжелораненого зверя.
   Подхожу, поднимая топор - мучить зря животное не хочу. Удар тяжёлого лезвия проламывает его висок, мгновенно убивая зверя. Ухватив обломок кола, вырываю и откладываю в сторону, адреналин схватки ещё бурлит в моих жилах, и я, запрокинув голову, оглашаю окрестности торжествующим рёвом.
  

***


   Через пять минут показались две взволнованных орчанки, от ручья ещё не пришли - или не слышали нашей схватки, или пока не добрались, но, скорее, первое.
   - Ты не ранен, Аргнак? - спрашивает Зурава, подойдя ко мне поближе. Кайнати от неё не отстаёт, увидев, что я в порядке, переводит опасливый взгляд на поверженного хищника.
   - Я цел. Позови остальных, будем разделывать волка.
   - Я быстро, - убегает девушка, а оставшаяся не знает, что ей делать.
   Провожу пальцем по плоскости лезвия и набранной кровью начинаю рисовать на своём лице полоски, выполняя древний ритуал. Сорвав пучок травы, оттираю лезвие и иду к туше.
   - Помогай, - бросаю застывшей Кайнати.
   Отмершая девушка тут же подходит, и мы переваливаем тушу на спину. Достаю нож и надрезаю шкуру вдоль тела, приступая к разделке. Орчанка помогает, взявшись со своей стороны, тянет, чтобы легче резалась. Освободив от шкуры грудину, продолжаю разделку. Вскоре показались остальные девушки, не забывшие захватить и мои доспехи - всё ещё не высохли, но и я надевать не спешу - волк был одиночкой.
   Отхожу в сторону, наблюдая за работой девушек, что молча и сосредоточенно избавляют волка от шкуры. Экстремальная проверка нового способа охоты прошла успешно, значит, можно принимать на вооружение.
  

***


   Сегодня, против ожидаемого, задержались подольше, но причина была важной - трофеями не разбрасываются. Плот кроме добытого угля вместил и разделанную тушу волка, пятеро девушек успели выскоблить и обработать шкуру, и теперь я управляю плотом, накинув на плечи шкуру. Чтобы не волочилась по земле, пришлось подоткнуть за пояс, зато ничто не помешает мне пафосно пройти по стойбищу, являя на всеобщее обозрение свой трофей. А ещё во мне боролись два противоречивых чувства - оставить шкуру себе или заплатить кузнецу часть долга. Такая ценилась как три талбучьих, а если отдам ещё и клыки...
   За неделю плаваний красоты ручья уже изрядно приелись девушкам, а потому они сидели спиной к бортам, весело щебеча и обсуждая последствия охоты. Я же под их взглядами гордо расправлял плечи, храня молчание, вполуха прислушиваясь к их разговорам. Бьюкигра как всегда отличилась, сравнивая случайную встречу со зверем в первую совместную охоту и поздравляя краснеющую Кайнати, время от времени бросающую на меня взгляд и следившую за моей реакцией. Я же не встревал в разговор, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица.
   Прибытие в клан чуть подпортило мой триумф - кроме ребятни, никто не выказал особого интереса к моему трофею. Но я уже не глупый орчёнок, чтобы обижаться каждый раз, когда ситуация не соответствует моим ожиданиям.
  

8


   Хатгаут ужинал, и даже вид носильщиц, выкладывающих мясо на приготовленную шкуру, не заставил его прервать своего занятия. Сам я, проводив девушек за порог, снимаю волчью шкуру с доспехами. Время позднее, но займусь усилением защиты, иначе никогда не закончу.
   - Ещё один волк, и рядом со стойбищем. Или ты уходил подальше охотиться? - негромкий голос учителя оторвал меня от работы. - И доспех целёхонек, крепко ты его топором-то приложил.
   - Топор лишь оборвал его мучения, - отвечаю на вопрос, отложив в сторону затвердевшую возле огня пластину. - Справился с ним по-другому. Жердь в схватке заменила копьё, хотя и не выдержала удара, волчье нутро оказалось слабей, - таить правду от наставника не могу, но и всего рассказывать не собираюсь. Старый орк кивнул, показав, что всё понял. Общаясь с ним, сам перенимал немногословную манеру речи, так свойственную Хатгауту. Шаман принялся набивать трубку, и я, забрав своё рукоделие, вышел наружу, чтобы не чихать от дыма.
   Едва расположился, расширяя усевшие отверстия на кожаной пластинке, как увидел приближающуюся сестру. Хоть и шла она неторопливо, как подобает замужней орчанке, в её движениях сквозило злостью и решительностью.
   - Привет ещё раз, сестра.
   - Аргнак, обещай мне больше так не делать!
   - Тише, Шарилгра. Что именно ты имеешь в виду?
   Поняв, что сказала это слишком громко, она глубоко вздохнула и присела поближе ко мне, чтобы нас не слышали остальные орки.
   - Бьюкигра рассказала, как ты расправился с волком, пока она вычищала твои доспехи. Ты же мог погибнуть!
   - Твои опасения преувеличены. Никого из девушек рядом не было, и мне не пришлось отвлекаться на их защиту. Что она могла тебе рассказать, если сама этого не видела?
   - Она не ребёнок, умеет читать следы. Тот прыжок мог стать последним - без доспеха волк бы тебя загрыз.
   - Сейчас уже поздно переживать, и я не лез на него специально, чтобы показать свою удаль. Свою ошибку уже понял, но перестать охотиться на волков не могу. Не я их, так они меня встретят, потому буду давать вычищать доспех только в безопасной обстановке.
   Сестра пристально смотрит на меня, наконец, произносит:
   - До чего же ты упрямый! Походил бы с другими охотниками в группе хотя бы полгода.
   - Я и один хорошо справляюсь. Посмотри, на моём доспехе ни царапины! - верчу верхнюю часть перед ней, подтверждая свои слова. - А с этим будут ещё крепче, - показываю приготовленную полоску кожи с проделанными по периметру отверстиями.
   Покачав головой, Шарилгра, вздохнув, добавляет: - Не стану тебя отговаривать, чтобы не делал назло, как обычно. Просто будь осторожней и помни, что мне будет больно узнать о твоей смерти.
   - Ладно, не будем о грустном. Что ещё тебе рассказали?
   - Разное, - улыбнулась в ответ сестра. - Её послушать, так ты волка с одного удара убил.
   - Добил, так будет правильней, - киваю на это.
  

***


   До наступления темноты успел приделать только два элемента, мог бы и три, но тогда получилось бы несимметрично. А так шея уже прикрыта дополнительным "воротником" из более твёрдой кожи. Пластинок у меня очень много, и они не очень большие. Понятно, что увеличь я размер, и пришивать пришлось бы меньше, но мне кроме прочего нужна и подвижность, швы тоже увеличивают защиту, да и смотрятся красиво.
  

***


   Расположившись на волчьей шкуре, готовлюсь ко сну. Перед глазами проносятся картинки из событий, произошедших со мной днём, постепенно звуки отдаляются, и я погружаюсь в сон. Последнее время мне снится много ярких и насыщенных снов, но в них я осознаю, что это не по-настоящему, хотя будоражащие память и восприятие события иногда заставляли просыпаться. Некоторые я помнил хорошо, от отдельных оставались только несколько сюжетов, третьи уже забыл.
   Иду в сторону от работающих орчанок, чтобы проверить свою теорию. Подходящее деревце, засохшее на корню, длинный ствол и метёлка веток на макушке. Двух ударов топором слева и справа хватило, чтобы срубить его, ещё один удар отделил сучковатую макушку. Достав из-за пояса приготовленную кожаную верёвку, обматываю середину, чтобы удобней держать и не скользили руки. Подправляю ударами снизу и сверху, утончая острия, после чего прикрепляю петлю выше оплётки и укладываю жердь на землю, регулируя длину. Узнавание волной мурашек прокатилось по спине, это всё со мной уже было. Поворачиваю голову направо и вижу волка. Страх почти не тревожит мои чувства, за петлю переваливаю своё деревянное копьё навстречу несущемуся зверю и выжидаю, когда он прыгнет. Хищник не подвёл, оттолкнувшись как следует от земли, летит вперёд, распахивая челюсти с белоснежными клыками. Пора! - тяну вверх, поднимая остриё в центр алой глотки. Вот, мотнув головой, он отворачивает пасть, конец кола бессильно скользит по чёрной шкуре, совершаю рывок вправо, понимая, что не успеваю, и чувствую сокрушительный удар в грудь.
   Вскочив, тяжело дышу, вокруг темнота, под ногами чувствую поверженного волка, его запахом пропиталось всё вокруг. Я убил его? Но как, и почему этого не помню? Возможно, ударился в конце схватки головой, а сейчас ночь? И это уже не сон - даже самый яркий из них и в четверть не столь реален. К тому же я сейчас точно знаю, что не сплю. Поняв, что меня больше никто не атакует, прислушиваюсь к себе, но ран не чувствую. Ощупываю голову руками - чисто, ни шишек, ни ссадин, только в груди отголосок ноющей боли, как от давнего удара. Слышу за спиной чьё-то размеренное дыхание, оборачиваюсь и вижу еле видимый свет от рдеющих в очаге углей. Бросив взгляд наверх, смотрю на кусочек неба, проглядывающий в отверстие дымохода.
   Я в шатре. Сейчас глубокая ночь, окончание сна здорово наслоилось на реальность, запах и шкура волка под ногами сыграли поверженного хищника, а темень не позволила сразу сориентироваться. Присаживаюсь на постель, обдумывая произошедшее со мной. Сон получился очень правдоподобным и, если подумать, вполне реальным. Уклонись волк от моего кола - и победу, скорее всего, праздновал бы он. Что же это было - анализ прошедшей схватки моим подсознанием, предупреждение от духов или прощальный привет от призрака волка? Ответов нет, но любой из этих вариантов кажется возможным. В любом случае, пренебрегать таким предупреждением я не собираюсь. Эх-хэ-хэх, придётся покупать у кузнеца копьё и залезать в новые долги, отодвигая строительство собственного шатра ещё дальше. Но зачем мертвецу шатёр? А копьё мне и дальше пригодится. Приняв решение, успокоил скачущие мысли и отправился досыпать.
  

***


   Спозаранку, свернув шкуру и прихватив клыки, иду к кузнецу. Гракх ещё не начал работу, но уже проснулся. Застал я его за переноской угля в отдельную палатку, где у него был горн и наковальня.
   - Приветствую, мастер. Хочу отдать часть долга и сделать ещё заказ.
   - Рано пришёл, топор твой послезавтра будет готов, - промолвил орк, не отрываясь от работы. - А волчатину что не несёшь? Она хоть и жёсткая, да сил придаёт получше иного мяса, - добавил он, разглядев принесённое мною. - Шкура за три пойдёт, клыки, так и быть, за четыре рога, а мясо - за две туши, она ведь не полная.
   - Сейчас принесу, - отдаю кузнецу и спешу назад - две-три ходки, и долг мой ощутимо уменьшится, а дальше о других заказах можно поговорить. Перенеся мясо, вновь привлекаю к себе его внимание.
   - Ну что тебе ещё? Мне работать надо!
   - Хочу купить копейное древко. Олембы мы до следующего кочевья не увидим, а оно нужно мне сейчас.
   - Есть такие. Но редко кто их берёт, без наконечников-то. Сами всё норовят сделать, а мои покрепче будут, уж я-то знаю, как их правильно заготавливать, - порассуждав про дела оружейные, жестом пригласил меня в шатёр.
   - Выбирай любое, все одинаковые, - копейные древки, в количестве трёх штук, находились слева от входа, было ещё готовое копьё, но мне такое не нужно.
   - И наконечник выбрать не забудь, а хочешь - скую, какой нужен, хоть две кирки тебе по бокам приделаю, - и, запрокинув голову, гулко расхохотался.
   Не обращая на него внимания, осматриваю одно древко за другим - ни сучков, ни трещин, ни сколов. Остановил свой выбор на том, что показалось толще остальных - хоть по весу они почти не отличались. Попробовал сломать через колено, но единственное, что мне удалось - это изогнуть древко, тут же вернувшееся в первоначальную форму, едва я ослабил хватку.
   - Сколько с меня?
   - Привезёшь сегодня ещё четыре бревна - и будет. И так меня топливом завалил. Кстати, вот три наконечника за уголь и корзины, пока не забыл, - протягивает мне плату. - А для копья наконечник выбрал? Или ещё не придумал, как его изогнуть? - похоже, моё новаторство в оружейном деле изрядно его забавляет.
   - Сам сделаю, - отвечаю ошарашенному такими словами кузнецу и покидаю шатёр. Нужно позавтракать и на учёбу.
   - Мне показать не забудь, что получилось, - слышу слова вдогонку.
   Движение в селении всё усиливается, матери будят орчат, а те сбиваются в галдящие стайки, с шумом и визгом бегая между шатров. Приветствуя встречных орков, уже почти добрался до шатра учителя, настроившись на завтрак, как вдруг дорогу мне заступил Рунралод - будущий муж Кивиши. Был он моим сверстником, но первая охота у него была уже в конце зимы. Ростом чуть ниже меня, мышцы довольно развиты, но шансы победить его на кулаках у меня высокие.
   - Кивиша больше не будет ходить с вами. Там небезопасно, и ты едва не пропустил волка.
   Оправдываться не собираюсь, пусть хоть все не ходят - мне меньше проблем, уж занятия для себя найду. Хотя проводить время в окружении красавиц довольно приятно. Но вот его намёк на мою некомпетентность надо отбить - один раз спустишь на тормозах, вовек не отмоешься.
   - Со мной везде безопасно. А твои домыслы насчёт хищника - пусты.
   Пускай теперь доказывает свою позицию, уж в демагогии я многих сильнее.
   - Ты просто молодой охотник, чья беспечность едва не погубила пять орчанок! Это ж надо додуматься ходить без охотничьих доспехов. Порвут тебя - не жалко, а остальных за собой не тяни!
   - Волк-одиночка мне не соперник, убив его, я даже не вспотел. А с этим, - провёл пальцем вдоль древка, лежащего на плече, - и стая не страшна.
   - Я всё сказал, она не с вами.
   - Раз закончил - в сторону, - гляжу в его злые глаза, не моргая.
   - Там остался её уголь, - продолжает перепалку Рунралод.
   - Я знаю. Она при мне делала закладку.
   - Его надо привезти сюда, - едва не рычит тот в ответ.
   - Договаривайся с прочими девушками, - потерял я интерес к его претензиям.
   - Уговор уже есть, между тобой и Кивишей. Так что ты должен сам привезти его.
   - Как ты правильно заметил, уговор у меня с ней, а не с тобой. И в нём обговорено, кто, кому, чего и сколько должен.
   Просвещать его смысла не вижу, как и прогибаться под голословные требования. Живот уже истосковался по завтраку, а меня тут необоснованными претензиями кормят. Ничего не ответив, уступает дорогу, а я наконец вхожу в шатёр. Хатгаут уже позавтракал и неодобрительно покачал головой на мою задержку, но увидев копейное древко на плече, смягчился.
   - Смотрю, последняя охота навела тебя на умную мысль.
   - Копьё не помешает, топор - это хорошо, но мне нужно оружие подлиннее.
   - Наконечник ещё не приделал? Ладно, сегодня освобожу тебя от занятий, делай копьё, занимайся доспехом. Лучше день потрачу, чем моего ученика звери съедят.
   - Спасибо, наставник! - хотел поработать с копьём после обеда, но раз такой подарок - грех им не воспользоваться. Завтрак прошёл в молчании, старый шаман по своей природе был немногословен, а мне было о чём подумать. Расправившись со своей порцией, иду вычищать котелок, немного золы и песок хорошо помогают оттирать остатки пищи. Вообще, многие дела, считавшиеся женскими в старом мире, тут не зазорны. Особенно это касалось пищи и всего, что с ней было связано. Конечно, когда заведу жену, вряд ли я буду заниматься посудой, но пока нет спутницы жизни, всё приходится делать самому. Не Хатгауту же оставлять?
   Жизнь в стойбище кипела, охотники ещё не разошлись по своим делам, и орчанки тоже были тут. Подхожу к ручью и пристраиваюсь рядом с остальными. В основном здесь были девушки и молодые орчата, я на их фоне смотрелся великаном, но ажиотажа моё занятие не вызывало. Выскоблив котелок, собираюсь назад, но дорогу мне вновь заступает Рунралод.
   - Я сам провожу Кивишу за нашим углём и прослежу за безопасностью девушек.
   - Решай только за свою невесту.
   - Остальных я тоже уговорю.
   - Так иди и уговаривай, что на дороге встал?
   - Чтобы тебе сказать, что никуда после обеда не идёшь.
   - Куда и когда мне идти - решать только мне.
   - Посмотрим, - произносит он, отходя прочь.
   Тот ещё скряга. Я, конечно, приветствую бережливость, сам такой, но, зная его аппетиты, вряд ли девушки согласятся на его условия - уж больно многого он хочет. Ещё нужно учесть, что он охотится в группе и не сегодня-завтра может уйти на охоту, а что делать орчанкам? Ждать, пока он вернётся? Вряд ли он проигнорирует свои обязанности перед другими охотниками, это мне, как одиночке, можно выбирать, когда добывать зверя.
   Обмозговав ситуацию, выкинул её из головы. Утреннее наведение порядка закончено, пора и за оружие приниматься. Ночные видения и утренние раздумья привели меня к выводу, что копейный наконечник мне не требуется. Для моей охоты важен правильный упор и проникающий эффект, а наконечник от дротика в этом плане лучше. Всё равно что ткнуть ножом или шилом - шило погрузится глубже. А с пробитой грудиной зверь утратит свою прыть. Конечно, крепёж не рассчитан на такое огромное древко, но я придумал, как обойти это ограничение. Придётся пожертвовать одним дротиком, зато и в новые долги лезть не нужно.
   Взяв инструменты, расположился в тени шатра, обстругивая ножом древко, придавая ему конусовидную форму. Отлучившись ненадолго в шатер, кладу наконечник пяткой в угли, чтобы нагревался, и снова принимаюсь за обработку древка. Несколько орчат в отдалении смотрят на мою работу, я же выравниваю края конуса, осторожно снимая стружку. Повертев и проверив, достаточно ли гладко, достаю ещё один наконечник для дротика и завожу его за верхний конец древка, стараясь, чтобы место крепление, мысленно утопленное в древко, совпадало с конусовидной частью как грифель у хорошо наточенного карандаша. Вижу, что надо бы снять ещё немного дерева, и будет в самый раз.
   Захожу в шатёр, пока я доводил древко до ума, наконечник в очаге накалился. Обернув острый конец шкурой, прикладываю его крепежом по центру конца древка, выжигая древесину. Прожгя чуть-чуть, кладу его обратно в очаг и начинаю осторожно выскабливать обгоревшее дерево. Повторяю так до тех пор, пока не утопил наконечник на всю длину крепежа.
   Теперь беру другой, не порченный постоянным прогревом, и вставляю его в древко - идёт, хоть и с натугом, в конце концов, они не были полностью идентичными. Осталось надёжно его зафиксировать, снять лишнее дерево, и пика будет готова. Отколов от запасов кусочек смолы, кладу его в глиняную чашку и ставлю на огонь, чтобы растаяла. Срезаю прядь чёрных волос первой шкуры и, макнув в подтаявшую смолу, распределяю в металлической втулке наконечника. Теперь наливаю туда оставшуюся смолу, и вкручиваю в древко. Стерев избыток выступившей смолы, подпаливаю торчащие волосины, чтобы не мешали.
   Нижний конец получившейся пики не подтачиваю, погружая выжиганием подпорченный огнём наконечник, на две трети общей длины. Мог бы, конечно, просто заострить деревяшку, но мне нужна надёжная фиксация древка, чтобы не слетело от испытываемых при соударении с телом нагрузок. Обмотав ремешком середину древка, чтобы рука не скользила, закрепляю его понадёжней. Сверху отмеряю ещё один, намотав его вокруг пики, сделал так, чтобы его можно было легко размотать обратно. Осталось попрактиковаться с новинкой, но это надо сделать без посторонних глаз, а значит, отложу до похода за углём.
  

***


   Закончив с оружием, принимаюсь за улучшение защиты. Тень от шатра ужалась, но ещё скрывала меня от солнца, а волка Хатгаута всё ещё не было. Может, отправился со старым орком на охоту или где ещё по своим делам, но теперь его любимое место занял я. Прятаться в шатре я не стал - любой, кто глянет на мой охотничий доспех в готовом виде, тут же поймёт, как тот сделан. А потому лучше работать в тени и прохладе, вслушиваясь и вглядываясь в жизнь клана. Приложив очередную пластину, сквозь отверстия намечаю шилообразным ножом, где пройдёт крепление. Теперь в сторону, чтобы не мешала, и аккуратно прокалываю доспех. Протягиваю ремешок, "пришивая" пластину, прикладываю рядом следующую и смотрю, чтобы были на одном уровне.
   Прикрепив два ряда пластин от шеи до пояса, надеваю на себя, проверяя, как усиляющие элементы сказываются на моей подвижности. Помахал руками, покрутил корпусом и даже перекатился - вроде хорошо. Мои телодвижения не остались незамеченными - трудно держать что-то в тайне посреди стойбища. В основном эта акробатика вызвала интерес у подростков, но и несколько орчанок в отдалении тоже поглядывали в мою сторону.
   Занимаюсь дальше суровым рукоделием и вижу знакомый силуэт - Бьюкигра. Подруг с ней не видно, руки пустые, и направляется в мою сторону.
   - Привет, Аргнак! Чем я могу тебе помочь?
   Оглядываю подошедшую девушку, что как бы невзначай провела рукой вдоль тела и замерла вполоборота ко мне, подчёркивая стройность своей фигурки.
   - А где твои подруги?
   Бьюкигра мотнула собранными в хвост волосами и ответила: - Кайнати помогает родным, Кивиша пока с Рунралодом. Он предлагал сегодня идти с ним, а не с тобой, но зная его характер, я лучше дома останусь.
   - Он сказал, что я не иду?
   - Н-нет, такого не говорил, - замялась девушка, подбирая слова. - Но из его речи было понятно, что это так.
   - Тогда предупреди остальных, что всё в силе.
   - Я мигом, - развернувшись, пошла к шатру подруги, а я засмотрелся на её перекатывающиеся ягодицы. Сморгнув, вернулся к своему занятию, прикладывая следующую пластину. Дальше пришивать нужно аккуратней, не хочется наделать лишних отверстий в ненужных местах. Не успел я закончить, как Бьюкигра вернулась, присев невдалеке и поймав мой взгляд, сказала: - Кивиша всё равно не с нами, но другие рады, что ты не нарушаешь слова.
   Может, настучать Рунралоду по щам? Что-то он мне всё больше не нравится своим поведением. Ладно, выпросит - получит. А пока черту не переступил - пускай живёт. Девушка молча смотрела, как я работаю, не прерывая ни разговором, ни советами.
   - Ты уже приготовила корзину?
   - Сестра плетёт, прости, я не хотела тебе мешать, - сказала та, поднимаясь на ноги. Понимаю, что это специально - чтобы удержал, но почему бы ей чего не поручить? Мелкий ремонт, уборка, да и другие вещи всё время требуют пригляда.
   - Подожди, - замерла, поворачиваясь обратно ко мне. - Поможешь с доспехом.
   Гляжу, как от удивления её глаза распахнулись шире, орчанка тряхнула головой, словно не веря в услышанное. Доспех - это очень личное. И приняв её помощь в таком деле, я практически позвал её замуж. Но мне всё равно создавать семью, так почему не с ней? Она и раньше "мне" нравилась, и сейчас вполне в моём вкусе.
   - Жалко, Кайнати занята, её помощь тоже могла бы пригодиться в таком деле, - прощупывает почву девушка, следя за моей реакцией. И я её понимаю - охотник-одиночка и будущий шаман вряд ли остановится на одной жене, так почему не пристроить лучшую подругу, отношения с которой идут с самого детства? К тому же она наверняка предвидела мою реакцию на свои слова, иначе действовала бы осторожней. Но это лишь мои предположения, кто знает, что на самом деле творится у них в голове? Женщины...
   - Поможет шкуры для шатра выделать, - развеиваю последние сомнения.
   - Хорошо, потом её обрадую, - подходит ко мне поближе, чуть улыбаясь. - Что я должна делать?
   - Сейчас надену доспех, а ты прикладывай пластины, которые покажу, и намечай места крепления. Боюсь, если делать это на земле, защита сместится.
  

***


   Помощница и методика кройки и шитья из старого мира ускорили работу на порядок, теперь не приходилось угадывать, будут ли мешать движениям закреплённые пластины кожи. Девушка прижимала элемент брони к телу, а я двигался, наблюдая и корректируя, если надо, его положение. После чего размечали места крепежа, рядом делали аналогичную и, сняв доспех, прикрепляли его заготовленными кожаными шнурками. Но как бы споро мы не работали, закончить до обеда всё равно не успеем, даже с верхом. Хотя, это уже не страшно - лучшая моя защита - это нападение.
   - Проголодалась? - спрашиваю девушку, время уже явно двигалось к обеду.
   - Немного, - улыбнулась та в ответ.
   - Тогда возьми котелок в шатре и принеси воды, а я пока мясом займусь.
   - Хорошо, - сказала Бьюкигра, ныряя в распахнутый полог.
   Пока я прибирал инструменты, она успела выйти, направляясь к ручью. Захожу в шатёр, решая, что бы лучше приготовить - почти кончившуюся талбучатину или волчье мясо. Решил сделать смешанное блюдо, высматривая куски поменьше. Перевесив их поближе к очагу, сходил за дровами, подкинул в очаг и принялся раздувать угли.
   - Готово, - произнесла, входя, Бьюкигра, после чего поставила котёл с принесённой водой на камни очага.
   Указал на куски девушке, чтобы нарезала, а сам продолжаю раздувать пламя. Сухое дерево почти не давало дыма, огонь весело трещал, поедая поленья, а я засмотрелся на работу орчанки. Удерживая мясо в одной руке, ножом она ловко и быстро отсекала маленькие кусочки, что без всплеска погружались в воду. Лезвие так быстро мелькало, что те шли непрерывным потоком, как будто она их высыпала из чашки. Обрезав мясо до кости, положила ту в воду, для наваристости. Так же ловко и быстро расправилась с другим куском, а я, покрошив коренья оршанника, добавил туда ещё и зерна для густоты. Как всё разварится, добавлю приправ и посолю, а там и учитель должен прийти.
   Не зная, чем себя занять, Бьюкигра взяла ложку и стала помешивать варево, хотя вода ещё толком не нагрелась. Остроумная и язвительная, наедине заробела, опуская взгляд.
   - Иди ко мне, - зову её на свою сторону, похлопав по шкуре моего первого волка.
   - Сейчас, - отложив ложку, обходит очаг и присаживается возле меня, но я перехватываю её возле пола и усаживаю на сложенные по-турецки ноги. Пискнув, чуть дёрнулась, но тут же обмякла в моих объятиях
   - Не бойся, - шепчу ей на ушко.
   - Я не боюсь, - смотрит мне в глаза, сводя с ума запахом своих волос. - Но я уже не...
   - Знаю, - перебиваю её. - Дурак он, раз упустил такую красавицу.
   Повернувшись ко мне, обнимает, зарываясь лицом мне в грудь, я же пересаживаю её поудобней. Дав волю рукам, скольжу по изгибам её тела, теплая кожа была бархатно-приятной на ощупь. Оторвавшись от меня, чуть отстраняется, а я, положив руку ей на затылок, запрокидываю голову и целую в приоткрытые губы. Мммм, приятно, огр побери!
   От углубления взаимного изучения нас остановило только осознание того, что может прийти Хатгаут, но зато обнимались и целовались мы от души. Клычки Бьюкигры были маленькими и аккуратными, но и мои бивни не мешали нам наслаждаться поцелуями. Ряха у меня была довольно широкой, и места для лица орчанки между клыками было достаточно. Главное - не мотать головой, чтобы не оцарапать партнёршу.
   - Хорошо-то как! - прошептала распалённая девушка, я согласно угукнул, прижимая её к себе покрепче. Мы уже успели нацеловаться и благоразумно остановились, пока могли себя контролировать. Эх, как же не хватает собственного жилья! Мягко отстранив мои руки, Бьюкигра поднялась с меня и потянулась, вытягиваясь в струнку, после чего кошкой скользнула к закипевшему котлу и принялась помешивать варево. Встаю и я, краем глаза замечая, как девушка осторожно осматривается. Бывать ей здесь раньше не приходилось - если кто-нибудь заболевал, шаман обычно врачевал на месте.
   Свет от входа заслонила фигура входящего седого орка - вот и учитель вернулся.
   - Приветствую, Хатгаут, - Бьюкигра чуть поклонилась, выказывая ему уважение. - Обед ещё не готов, нужно подождать.
   Старый орк кивнул - терпения ему было не занимать, а пока, сложив возле очага принесённую снедь, что ему, вероятно, дали другие орки за лечение, взял в руки мою пику. Повертев, попытался расшатать торчащий древковый наконечник, проверяя прочность крепления. Обратил внимание и на нижнее остриё. Взяв за оплётку, проверил баланс, а затем положил на место. Посмотрел и обновлённый доспех, потыкав пальцем в пришитую пластину. После чего, набив трубку, уселся возле очага, задумчиво выпуская клубы дыма. Пока обед варился, я ещё дважды приносил дров, Бьюкигра помешивала, чтобы не подгорело.
   Наконец, похлёбка сварилась. Орчанка разлила по чашкам парящий обед, и, раздав их, присела, заработав ложкой.
  

***


   Пообедав, лениво собираю вещи для похода за углём, Бьюкигра забрала грязную посуду и, сказав, что скоро, умчалась.
   - Никак жену себе присмотрел? - спросил меня Хатгаут, что прилёг отдохнуть после плотного перекуса.
   - Двух, одну ты видел, а вторая...
   - Кайнати, - перебивает меня седой орк.
   - Это было так очевидно? - задаю ему недоумённый вопрос, даже приостановив сборы.
   - Всё селение - один большой шатёр. Когда-нибудь и ты это поймёшь. Опыт, слухи, обрывки фраз.
   М-да, сюрприз не удался. Но тут учитель прав - достроить картину по обрывкам можно. И я даже предполагаю, какие пойдут слухи, едва орки увидят мою оружейную новинку - по своей же реакции и сужу. Надеваю доспех, прикрепляю за спиной пику и топор, чтобы не мешали друг другу, и вешаю на плечо приготовленный баул с котелком и припасами. Вернулась Бьюкигра, поставила отмытую посуду и выскользнула обратно. Вроде всё взял, пора и в путь. Выйдя, увидел, что все девушки кроме Кивиши уже ждут с корзинами за плечами. На горизонте видны тучи, не сегодня-завтра будет ливень, а потому он внесёт свои коррективы в наш ударный труд. Впрочем, даже в такой погоде есть свои плюсы.
   Кайнати смотрит на меня с какой-то смесью неверия и надежды. Видимо, лучшая подруга просветила её о моих планы. Я не физиономист, но такие яркие проявления эмоций представителя моей расы распознал. Подхожу ближе к ней, замечая, как её начинает потряхивать, и, вместо многих слов, приподнял её голову за подбородок и поцеловал, услышав приглушённый писк. Так ей будет проще поверить в слова Бьюкигры и начать привыкать ко мне. Махнув рукой, перехожу на лёгкий бег к старому руслу ручья, Кивиши с женихом нигде не видно, а по следам не определить, ушли они уже или ещё нет. Привычный маршрут, не единожды пройденный нами, усыплял бдительность, но я всё равно контролировал окружающую обстановку, обращая внимание и на примятую траву, и на прочие следы.
  

9


   Добрались до места, Рунралод с невестой были уже здесь, и Кивиша вовсю выгребала уголь из своей печи. Орк быстро углядел мою новинку и, прищурившись, стал рассматривать наконечник дротика, венчающий копейное древко. Разглядев, что это ему не показалось, улыбнулся, ощерив зубы. Кивнув девушкам, я пошёл валить очередное дерево - плот сам себя не построит. Прикидываю оставшийся сухостой - сегодня ещё используем старые печи, а завтра, если не будет ливня, нужно будет кочевать дальше. Рунралод не отстаёт, нанося удары по своему дереву вдвое чаще, чем я. Но я за это время уже приноровился валить деревья и бил не в полную силу, щадя лезвие. Тем не менее, свалил дерево чуть раньше него. Отсекаю ветки, а охотник, не размениваясь на мелочи, начинает разделять свой ствол на чурбачки. Хочет получить больше угля с одной закладки? Пускай, он ведь ещё не понимает, что так будет работать гораздо дольше, пока он первое бревно на поленья распустит, я уже не только на плот успею брёвен приготовить, но и к берегу перетаскать.
   Вообще, с такими трудозатратами мне не было бы выгодно отдавать углём - слишком много возни и времени на подготовку брёвен. А мелкий сухостой подготавливался к пережогу за два-три удара. Но широко моя разработка не разойдётся, места с таким обилием кустов, засохших на корню - редкость. Внутренне усмехаюсь будущим проблемам конкурента - раздражённый моим присутствием, он совсем не экономит силы, да и топор не бережёт. Вот Кивиша закончила со второй топкой и в сопровождении жениха пошла к ручью. Я же пока, отделив макушку и ветки, принимаюсь за второе дерево.
   - Аргнак, мы готовы, - слышу голос Бьюкигры. Четверо девушек, перемазанных в саже, закончили разгружать печи и ждут, пока я их сопровожу к ручью.
   - Сейчас, - оставлять почти срубленное дерево не хотелось, не дай духи ещё свалится на кого. Ещё несколько точных ударов - и ствол наклоняется, всё ускоряясь и ломая свои ветки со стороны падения. Иду вперёд, чтобы не оглядываться на полураздетых орчанок, но Бьюкигра с Кайнати меня нагоняют и идут слева. Будь они с двух сторон, мне пришлось бы вертеть головой, чтобы оглядеть каждую, а так гораздо удобней - повернул голову чуть влево - и каждую видишь. Хотя нет, Кайнати чуть прячется за Бьюкигрой, заливаясь краской. Ближайшая девушка тоже не образец невозмутимости, но не зажимается, демонстрируя мне своё тело.
   - Аргнак, потрёшь нам спинку?
   - Обязательно, - отказываться от такого уж точно не собираюсь.
   - Я тоже хочу, - послышался из-за спины голос Батлитри.
   А вот это уже слишком, я не давал ей таких намёков на сближение. Игнорирую её посыл, третья мне пока не нужна, тем более на мой вкус она уступает первым двум, а потому лучше сразу показать своё отношение. Замечаю впереди движение, Бьюкигра с Кайнати прикрыли грудь. Рунралод с копьём наперевес гордо вышагивал обратно, водные процедуры Кивиша закончила и шла позади него. Проходя мимо, бросил в мою сторону неприязненный взгляд.
  

***


   Зурава с Батлитри спустились ниже по течению, а я помогаю невестам стягивать низ, чтобы смогли ополоснуться. Кровь набатом застучала в висках, Бьюкигра, освобождённая от одежды, повернулась ко мне спиной и стала набирать глину, смешивая её с принесённой золой. Присядь она на корточки, это было бы делать удобней, но и вид, открывающийся мне, был бы не таким провокационным. Оторвав свой взгляд от захватывающих форм, повернулся к Кайнати. Низ её одежды легко соскользнул, лишая фантазию последнего прибежища, теперь мне ничего достраивать в уме не придётся.
   - Я вам уже говорил, какие вы красивые?
   - Конечно! Красавицами нас много раз называл, - повернулась приготовившая глиняное "мыло" Бьюкигра.
   Беру его и помогаю как следует намазаться девушке, пока тру спинку одной, вторая намыливает другую. Но проверить и перепроверить работу не помешает, а потому провожу рукой и по спине Кайнати. Страшно хотелось присоединиться, но не время и не место. Девушки нырнули, смывая с себя сажу и глину, баламутя воду, а я ждал их на берегу. Выходят, вода стекает по гладкой коже, придавая той глянцевый отлив, а я, не дожидаясь, пока обсохнут, прижимаю их к себе. Руки с талий девушек соскользнули ниже, проверяя и сравнивая упругие полушария - день определённо удался!
   Наконец я могу как следует насладиться вкусом губ Кайнати - делать это посреди стойбища было и неудобно, и предосудительно. Особенно для самой девушки, мне, с высоты своего опыта, это далось бы не столь тяжело, а потому пощадил и её чувства. Здесь же ей было проще преодолеть свою зажатость. Её колотило мелкой дрожью, и это определённо не от холода. Выйдя из ступора, стала отвечать на мои ласки, неумело и трогательно, вызывая во мне чувство умиления. Немного не так я себе представлял начало наших отношений, учитывая, что она "моя" первая и самая сильная влюблённость. Но жизнь редко соответствует нашим ожиданиям.
   - Идёмте, - чуть отстраняю девушек, - у нас впереди ещё много работы. Очень хочется продолжения, но сейчас не время, и здесь не место.
  

***


   Рунралод вовсю колотил топором по дереву, спеша поделить его на чурки, а Кивиша старалась расшатать сухостой потолще. Сил потратят кучу, а толку будет чуть. Возможно, нажгут больше угля, и то не факт - мои одногодки пережогом угля ещё не занимались. Батлитри не подаёт вида, что обиделась - или поняла, что была чересчур навязчива, или просто переключилась на работу.
   Работа спорилась, первая партия сухостоя была загружена в печи, а наши отделившиеся соседи едва заполнили свою печь на треть - отсутствие опыта в колке дров сказалось на скорости, но я не злорадствовал - своих забот хватало. Плот делал по обычному расчёту, без дополнительной грузоподъёмности - ни дичи, ни другого груза сверх угля не предвиделось. Солнце нынче припекало сильнее, чем обычно, и ветер стих, заставляя париться в доспехе. Но я не жаловался - теплового удара получить не должен, потому буду воспринимать это как ещё одну тренировку выносливости. Отволакиваю очередное бревно на берег, уложив рядом с остальными, подхожу к воде и, зачерпнув пригоршню прохладной влаги, освежаю лицо.
   Осталось скрепить брёвна, наколоть сухостоя на вторую закладку и дождаться, пока девушки приготовят ужин - а самому в это время стоит потренироваться со своей обновкой.
  

***


   То же время, Кайнати.
   Аргнак ушёл доделывать плот, а сердце девушки терзали два противоречивых чувства. Стало чуть спокойней, ведь при каждом взгляде на него сердце заполошно билось, румянец заливал щёки, а губы горели от недавних поцелуев. С другой стороны, её неудержимо тянуло повторить всё это снова. Советы старшей подруги, страх сделать что-то неправильно, прикосновение его руки, ласкающее кожу - всё смешалось в один клубок, порождая ощущение нереальности. Всё было не так, как она себе представляла, и от этого она терялась ещё сильнее. Но она уже не впадала в ступор, как было вначале, а тело, отзываясь на его прикосновения, подсказывало, как себя вести.
   - Держись, подруга! - послышался негромкий голос Бьюкигры. - Вечером я займусь доспехом, а ты поможешь ему помыться, как он помог нам!
   - Н-но как? Я же... - слова подруги вместо того, чтобы успокоить и приободрить, вызвали новый приступ паники. Представив себе это, зарделась ещё сильнее.
   - Так и быть, буду рядом. Да не трясись ты так, всё будет хорошо! Как думаешь, трава на берегу достаточно мягкая, чтобы мы?..
   - Бьюкигра!
   - Ладно-ладно. Уж и помечтать нельзя!
  

***


   Закончив с плотом, возвращаюсь обратно. Куча сухостоя, наломанная девушками, не впечатляет - ближайшие окрестности почти выбраны, так что приходится носить издалека. Улыбнувшись своим невестам, ловлю ответную улыбку Бьюкигры и потупленный взор Кайнати. Пожалуй, можно ненадолго отлучиться, пока девушки доберут необходимое топливо, а то руки уже зудят испытать новинку. Перекинув копьё из-за спины в левую руку, ухожу выше по руслу.
   - Я уже проверил окрестности - всё чисто, - слышу вдогонку слова Рунралода.
   - Придётся перепроверить, - не остаюсь в долгу.
   По пути выломал тонкую жердь, как отойду достаточно далеко - будет мне мишенью. Срезав лишнее, заостряю один конец и втыкаю в землю. Прихваченным углём провожу несколько полосок - для тренировки положения пики в момент атаки зверя. Размотав ремень, укладываю древко на землю, и, подперев конец, вскидываю пику, целясь в середину мишени.
   Только сейчас осознаю, как же мне повезло с волком - зверь, конечно, крупнее шеста с полосками, но я ни разу не смог остановить острие напротив нужной отметки! Результатом рывка чаще всего оказывался перелёт - остриё оказывалось выше нужной отметки. Занижал скорость, но так я точно не успею подловить прыгнувшего зверя, а если он просто бежит по земле, то и уклониться успеет. Пришла мысль заменить ремешок палкой, добавив необходимую жёсткость и ограничив степень свободы вылета острия. Но так будет неудобно пользоваться пикой. Понятно, что она по сути у меня будет оружием одного удара. Бросив взгляд под ноги, обнаружил упускаемую мною из вида деталь - обеспечивал упор древка лишь кончиком, а если встать всей стопой? Мысль оказалась удачной - теперь, уперев пику под пятку, мне не приходилось соизмерять скорость рывка - угол стопы являлся отличным ограничителем, и перелёт сильно уменьшился. Приподнять носок ноги - рывок - заметить отметку - повторить.
  

***


   - И где твоя добыча? - встретил меня вопрос взмыленного от интенсивной работы орка.
   - Непойманных талбуков делят только дети.
   Дела у него не сильно весёлые, первую закладку так и не доделали, так что рано или поздно он переключится на сухостой помельче. Ну, или будет дальше упрямиться, но мне не важно. С хэканьем перерубаю подкладываемое топливо, сработавшиеся девушки быстро забирали готовое. Полчаса конвейероподобной рубки - и готово. Монотонная работа, как ни странно, навела на ещё одну мысль, требующую проверки. Мысленно я был уже возле мишени, но подошедшие девушки перетянули на себя моё внимание.
   - Аргнак, мы закончили, - произнесла Бьюкигра. Кайнати же, коротко кивнув, отвела глаза. Но после подошла ближе, устремляя на меня многозначительный взгляд.
   - Мы договорились с Зуравой и Батлитри, они приготовят ужин и проследят за печами.
   Взгляд девушки, устремлённый к руслу ручья, лучше любых слов рассказал об их планах. Конечно, хотелось ещё потренироваться с пикой... Да кого я обманываю - освежиться в компании девушек хотелось куда сильнее! Идём по натоптанным следам, мысли рисуют привлекательные картины, но осторожность берёт верх - добравшись до ручья, перепроверяю его окрестности. Чисто. Пока я ходил, орчанки успели смешать глину с золой и ждали меня, о чём-то негромко переговариваясь. Складываю оружие на землю, подошедшая Бьюкигра помогает стянуть доспех. Глядит на меня, не смущаясь, после чего медленно начинает стягивать с себя топик.
   - Мы тоже хотим освежиться, день такой жаркий!
   - Ты уверена?
   - Да. И не только я.
   Поворачиваюсь к Кайнати, та кивает. Но мне этого мало. Подхожу к ней ближе и, обняв, шепчу на ушко: - Может, подождём, пока будет готов шатёр? Я тебя уже не брошу.
   - Н-нет, с-сейчас...
   Покрываю шейку и лицо Кайнати жаркими поцелуями. Начинает отвечать, чуть ослабил хватку, чтобы тут же запустить пятерню ей под одежду. Бархатно-гладкая кожа, разгорячённая от летнего солнца, была приятной на ощупь, запах и близость девушек сводили с ума. Оттаяла, моя стесняшка - теперь пора. Отстраняюсь, чтобы убрать, наконец, так мешающую нам одежу.
   Тёплая глина приятно скользила по коже, набрав полные пригоршни, Бьюкигра натирала мне спину, а я пока занимался Кайнати. Девушка уже перестала вздрагивать от моих прикосновений, чуть ластясь к рукам. Теперь поворачиваюсь к Бьюкигре - прелюдия наша изрядно затянулась, но доставляла своё наслаждение.
   Прохладная вода чуть отрезвила нас, плещась, смывали друг с друга нанесённую глину, после чего я сгрёб орчанок в охапку и, разместив на плечах, вынес на берег.
   Первый раз редко бывает приятным, но долгая прелюдия распалила Кайнати, а я старался действовать как можно аккуратней. Густой травостой - не стопка шкур, но земля была тёплой, а потому нам ничто не мешало узнавать друг друга получше, стоны девушки приближали мою кульминацию. Обессиленный, отваливаюсь в сторону, Бьюкигра прижимается ко мне сбоку, шепча на ухо что-то пылко-неразборчивое. Чуть приподняв, перекладываю её на себя сверху, чувствуя, как ко мне возвращается боевой настрой. Глажу руками её напрягшуюся спину, завозившись, та пристраивается поудобней.
  

***


   Освежившись ещё раз, мы разошлись - я перепроверял плот, а девушки чистили мой охотничий доспех. Начало семейной жизни всколыхнуло моё сознание не хуже приснопамятной схватки с волком, заняв мысли и перекраивая планы, но ничего, что могло бы ускорить выполнение моих целей, в голову не приходило. И так ритм моей жизни выбивается из размеренного быта клана.
   - Готово, Аргнак, - позвала меня Кайнати. После всего, что с нами случилось, она наконец перестала так сильно смущаться от моего присутствия.
   - Сейчас, - подтянув узел, удерживающий плот у берега, иду к ним. Надев броню, целую каждую, и мы отправляемся ужинать. Иду впереди, а девичий дуэт чуть отстаёт, общаясь о своём, о женском. Попытался вникнуть в беседу, но не преуспел - не понимаю, как можно говорить одновременно о разных вещах и понимать друг друга.
   Отделившееся семейство ещё не закончило наполнять вторую печь, а наша мини-артель уже доваривала ужин. Зурава, увидев нас, принялась разливать варево по тарелкам, а Батлитри присоединилась к моим девушкам, вполголоса намёками выспрашивая, где это мы так задержались. Еда была выше всяких похвал, хотя, когда хорошо поработаешь и как следует проголодаешься, любая еда кажется вкуснее.
   - Рунралод, - зову охотника, - вам уголь довезти за оговорённое, или сами справитесь?
   - Без вас обойдёмся.
   Ну что же, пускай проделают обратный путь с корзиной, плот он вряд ли успеет сделать, да и смысла большого в нём для них нет.
  

***


   Утро следующего дня.
   Начавшийся ливень не отменил моих занятий с Хатгаутом, старый шаман как обычно описывал мне полезные свойства встречаемых растений. Падающие с неба капли не нарушали его размеренной речи, не в силах сбить с мысли. Я же не любил дождь, что сейчас, что тогда - потоки воды, особенно такие интенсивные, навевали неприятные воспоминания. Так и норовят залиться в нос, совсем как тогда, когда я тонул. Но ванны, бассейны, озёра и реки, как ни странно, не вызывали у меня опасения - поплавать я люблю.
   Дождь, похоже, зарядил надолго, прерывая угольный марафон и освобождая для меня вторую половину дня. Но не совсем - купол из грязи, конечно, пропёкся изнутри, но насколько он водостойкий - непонятно. В крайнем случае, уголь можно и высушить.
   - Ты опять меня не слушаешь?
   - Высушенный мох, растущий на дереве краммот, хорошо останавливает кровь, в свежем виде хорошо вытягивает гной из раны, - не сбиваясь, повторяю за учителем. Вышеозначенное дерево как раз было перед нами, чем-то напоминая развесистую сосну, но вместо пучков игл были обычные листочки. Мох рос не с северной стороны, а свисал с ветвей серым мочалом.
   - Мысли твои далеко. Ну да не суть, раз запоминаешь. Плоды бывают редко, раз в несколько лет, очень кислые на вкус.
   Из последующей лекции узнал, что ни на топливо, ни на поделки данное дерево не применялось. Естественный душ всё поливал сверху, снизив свою силу, а спустя пару часов занятий и вовсе перешёл в мелкую морось. Срезав путь до стоянки, обнаружил звездолист, и день показался не таким пустым. Осторожно прореживаю кустик, сорвав один лепесток и почистив от колючек, тщательно пережёвываю. Та ещё горькая гадость, но после того, как проглотил, во рту появилось ощущение как после ментоловой жвачки. Хмм, язык слегка холодит, а в груди что-то шевельнулось - то ли мой запас маны чуть возрос, то ли просто психосоматика - легко почувствовать что-то необычное, если стараешься это сделать.
   Присев рядом с находкой, вглядываюсь в соцветия - лепестки ещё не пожухли, а значит, семян не собрать. Мой народ отлично пользовался дарами природы, каждый орк хорошо знал, где, когда и что растёт, но мы так и не продвинулись дальше собирательства. Казалось бы, кинь семечко-другое в почву, прорасти с помощью духов - и в следующее кочевье, пусть и спустя год, получишь взрослое растение. Конечно, не одни орки охочи до таких редкостей. И кабаны, и волки, и талбуки, и множество другой, более мелкой живности - все лечились травами, несмотря на отвратительный вкус. Но даже так всё посаженное не пропадёт - приманит дичь на клановые земли.
   Жаль, ещё не вызрел, но будет возможность - наберу семян от каждого полезного растения. И не только от них. Грядущее запустение болью отзывалось в моей душе, теперь я понимал, как сильно связан с природой. И будущее изменение нравов моего народа нельзя было полностью списать на развращающее воздействие Скверны. Сижу и обдумываю снизошедшее на меня откровение. Слишком хорошо наш быт вписывался в природные циклы. Мы были частью природы гораздо больше, чем мне раньше представлялось.
   Или так действует избыток маны? Очередной заряд ливня, перемежающийся редкой моросью, прокатился надо мной, выводя из медитативного состояния. Тряхнув головой, стираю с лица приставучие капли. Тепло, растекающееся из центра груди, требовало действий. Но удастся ли снова поймать это чувство единения с окружающими растениям? Убрав забытый в руке пучок колючих листьев в поясной карман, поднимаюсь на ноги и бегу. Бег мой не был бездумным, чтобы сжечь избыток энергии, меня будто что-то вело. Подобное, пусть и не так ярко выраженное, уже бывало со мной в старом мире, когда я ходил в лес. Но только когда один.
   Десяток минут интенсивного бега, и я вижу цель своего путешествия - ещё один кустик звездолиста. Не такой большой, но пара листиков не скажутся на его самочувствии, а мне и такая малость пригодится.
  

***


   После обеда дождь почти прекратился, лишь в воздухе кружилась лёгкая водяная взвесь. Экипировавшись, иду искать девушек - пусть сегодня новую закладку мы не сделаем, но оставлять уголь смысла нет - дождь может зарядить надолго, и продержится ли земляной купол - не ясно. И ещё я успел соскучиться по своим орчанкам. Засидевшаяся ребятня, не спешившая лезть под ливень, теперь навёрстывала упущенное, с весёлым визгом носясь между шатров, над которыми кружили недовольно каркающие вороны.
   - Привет, Зурава, - здороваюсь с девушкой. - Не подскажешь, где остальные?
   - Здравствуй, Аргнак. Батлитри не видела, а Кивиша с остальными были на берегу ручья.
   - Если встретишь, скажи ей, что можем сегодня сходить за углём, пока дождь не превратил нашу работу в грязь.
   - Хорошо, передам, - ответила девушка, а я направился к берегу.
   Ещё на подходе ко мне подбежал Мальрок, младший брат Бьюкигры и почти мой племянник.
   - Аргнак, зачем тебе такое странное копьё? А вы сегодня опять приплывёте на плоту? А можно я сегодня пойду с вами? - затараторил малец.
   - Охотиться. Нет. Если будешь рядом.
   - Что?
   - Ты же будущий охотник! Должен всё замечать и запоминать! Вспомни свои вопросы - и поймёшь мои ответы, - чуть загрузил неугомонного орчёнка. Но ступор его длился от силы три секунды, с криками "Сестра! Аргнак взял меня сегодня с собой!" он устремился ниже по течению, где было много кустов с гибкими ветками. Шебутной малыш, видимо, это у них семейное. Зато теперь я знаю, куда идти.
   Неразлучная троица была там, небольшая размолвка с Рунралодом не сказалась на их дружбе. Девушки уже успели нарезать охапки прутьев и теперь очищали их от листьев. Мой приход не остался незамеченным, Кивиша кивнула, не поднимаясь, а Бьюкигра с Кайнати пошли навстречу.
   Обнимаю девушек - моих девушек! Казалось бы, сколько прошло времени с нашей последней встречи? А ведь они изменились, даже на мой неискушённый взгляд. В уголке губ Бьюкигры пряталась грустинка, а Кайнати, наоборот, лучилась счастьем. Надо будет порасспросить девушку, что у неё случилось.
   - Аргнак, Мальрок напросился на поход с нами?
   - Мы сегодня будем недолго - заберём уголь и назад. Вы сильно заняты?
   - Дай нам полчаса, и будем готовы, - ответила за подругу Кайнати.
   - Хорошо, я пока найду остальных, - а сам не спешу выпускать их из объятий. Гронн, до чего же приятно!
  

***


   Поход наш ничем не запомнился, лишь сборы отсрочились ещё минут на двадцать - Батлитри прибиралась в шатре. Молодой родственник тоже не сильно добавил проблем - доверив нести ему корзины и дротики, направили его энергию в нужное русло. Не снижая темп бега, добрались до места. Мои опасения оказались напрасными - куполообразная форма печей не задерживала воду, а так как это была не первая закладка, изнутри они хорошо пропеклись.
   Оттирать перемазанных сажей девушек было столь же приятно, как вчера, жаль только повторить вчерашнее не выйдет - задерживаться никто не хотел, отсылать орчёнка подальше - опасно, да и мокрая трава не располагала к романтике.
   Назад отправились шагом, девушки шли чуть позади, негромко переговариваясь, а мы с Мальроком возглавляли наш отряд.
   Когда до стойбища осталось минут семь хода, попросил Батлитри с Зуравой проводить Мальрока до дома, решив пообщаться со своими невестами. Не дожидаясь, пока лишние свидетели скрылись из вида, принялись обниматься, навёрстывая упущенное. Но это не продлилось долго - тень грусти на лице Бьюкигры напомнила мне об отложенном разговоре.
   - Что случилось?
   - Ты о чём? - удивляется девушка.
   - Ты какая-то грустная сегодня.
   - Это всё дождь. Не люблю мокнуть.
   Как же всё-таки девушки подвержены эмоциям, причём могут испытывать несколько за раз. Я вот тоже не люблю дождь, но в такой кампании просто его не замечаю!
   - Ничего, рано или поздно он закончится. А пока иди ко мне, я тебя согрею!
  

***


   Два часа спустя, шатёр родителей Бьюкигры.
   Родители ушли в гости, младшая сестра - собирать корни оршанника, а брат как всегда бегает вместе с остальными орчатами, ещё не перешагнувшими шестилетний рубеж. Никого не будет ещё как минимум час, и она может дать волю своим слезам.
   Её план по привлечению внимания ученика шамана увенчался успехом. Не пришлось даже сильно стараться, хотя её язык и любовь к шуткам едва всё не испортили - будь Аргнак повспыльчивей, и уголь бы с ним добывали другие девушки. Не пришлось даже идти довеском к Кайнати - молодой охотник пригласил её первой. Но чувство неуверенности и возможного предательства омрачало радость. В памяти всплывал чёрный день, когда жених так и не пригласил её в новый шатёр. Разумом она понимала, что такое не повторится, но чувства, растревоженные близостью с Аргнаком, не давали поверить в своё счастье.
   - Всё будет хорошо, - тихо прошептала девушка, пытаясь убедить себя в этом и не чувствуя уверенности.
  

10


   Расставшись с невестами (или уже жёнами?), иду к шатру. День выдался хлопотным, но приятным. Если бы ещё не дождь... По пути увидел так раздражающего мня Рунралода. А раздражал он тем, что очень походил своими поступками на меня. То есть был весьма хитрым. На полгода старше, он до сих пор не обзавёлся шатром, хотя у него уже была невеста. Обычно с жильём для молодожёнов помогали всем кланом, от родни и до просто хороших знакомых. Шкуры давались в долг, а счастливая пара постепенно отдавала заёмное, не забивая голову вопросами, как сделать шатёр. Но были и другие варианты - когда охотник сам добывал всё необходимое. Такое ценилось в нашей культуре чуть выше, олицетворяя серьёзность и добычливость орка. Именно по этому пути сейчас шёл Рунралод, зарабатывая себе репутацию, а мне первый путь был закрыт. И дело не только в долгах за оружие - не такой уж он большой, но набирать новых, не погасив старых - тоже не хорошо. А ещё - я так и не присоединился ни к какому отряду, оставшись охотником-одиночкой, и теперь занимать шкуры на шатёр просто не мог. Не поймут меня орки - несколько раз проигнорировал советы учителя и родни и приглашения от командиров отрядов - такую заявку нужно подтверждать силой. Что я пока успешно и делаю.
   Белый от седины волк был на месте и даже ухом не повёл на моё появление. Но я знаю, что он меня почувствовал. Хатгаут тоже был тут и, как всегда, курил трубку. Табака на Дреноре не водилось, но при том обилии трав, что собирали шаманы, смесь получалась куда ядрёней и разносторонней. Чуть поморщившись от дыма, присаживаюсь возле очага.
   - Учитель, я бы хотел получить ответы на несколько вопросов.
   - Спрашивай, - выдохнув клубы сизого дыма, отвечал старый орк.
   - Я совсем не знаю, как проводить обряды с духами. Не мог бы ты меня заранее подготовить к ним?
   Хмык был мне ответом, не поменяв позы и даже не взглянув в мою сторону, он начал неспешно говорить:
   - До осеннего праздника это бесполезно. Никто не может общаться с духами, пока не побывает в священной горе.
   - Но всё же, как я буду с ними взаимодействовать, если ничего не умею?
   - Не спеши, Аргнак. Прежде чем торить стезю шамана, нужно научиться ходить. И не волнуйся, духи сами знают, как лучше действовать. Со временем ты станешь лучше понимать их, а пока послушай одну историю.
   Повисла пауза, учитель собирался с мыслями, а я, чтобы не терять времени, взялся перебирать пучок высохшего мозгольника, отделяя цветы и складывая их в деревянную чашку.
   - Духи издревле жили в этом мире. Даже самые старые шаманы не знают, как давно они появились. В каждом порыве ветра, в каждой дождинке, в каждом живом существе мы чувствуем их отголоски...
   Рассказ шамана получился увлекательным, под мерный голос Хатгаута я как будто видел, как духи управляют стихиями, а их мудрые советы помогают кланам выживать. Из его слов я сделал вывод, что духи - не просто овеществлённые стихии, а существа, наделённые разумом. Своим, очень отличным от орочьего, но достаточно развитым, чтобы взаимодействовать с нами. Шаманы призывали духи пяти элементов природы - Огня, Воздуха, Молнии, Земли и Воды. А ещё - духов элемента Жизни, что был, пожалуй, полезней остальных, ведь мог исцелять самые страшные раны.
   - А какие ещё бывают духи?
   - Я же тебе говорил: малые, средние и великие. Последние редко откликаются на наши призывы, и горе тому, кто их потревожил зря!
   - Я это понял, наставник. Но хотел узнать, есть ли ещё виды духов, не относящиеся к стихиям и жизни?
   Мой вопрос заставил его задуматься, а я ждал, что же он ответит.
   - Духи предков не относятся к перечисленным тобой, - наконец ответил он. - И ещё изредка встречаются Духи Места, что нельзя отнести к остальным. Но их лучше не трогать, лишь задабривать, чтобы беды не случилось.
   - Я правильно понял, учитель, что как только пройду обряд посвящения в шаманы, моими учителями станут сами духи?
   - Верно. Но и я тебе подскажу, как лучше с ними общаться. А пока не забивай голову.
   - Вопросов стало ещё больше, но я сам должен найти на них ответы, - поделился я с Хатгаутом своими мыслями.
   - Думать всегда полезно, - изрёк прописную истину старый орк.
   А я задумался. Насколько я помнил, в священной горе обитали не только мёртвые шаманы, но и вообще все почившие орки. И предстоящая встреча с роднёй меня немного пугала. Вдруг разглядят мою инаковость? "Гарри сильно изменился за лето" - начало многих фиков из прошлой жизни как никогда отражало моё положение. Но я не чувствовал себя человеком, хоть и орком до конца себя не осознавал - смесь опыта, навыков и ценностных установок слишком сильно перекроила мой характер. Но сделать с этим я всё равно ничего не мог, а потому перестал себя изводить бесполезными переживаниями и сосредоточился на работе.
  

***


   Утро следующего дня встретило меня ещё одним дождём, а ещё посыльным от кузнеца - его младший сын пригласил меня забрать товар. Хотя мог и сам занести, но, видимо, Гракх о чём-то хочет поведать лично. Выходя из шатра, встретил Бьюкигру.
   - Доброе утро, Аргнак!
   - Привет, красавица. Рад тебя видеть.
   Подхожу ближе и обнимаю, чуть вымокла под дождём, но нам это не мешает.
   - Я уже освободилась, хочешь, я приготовлю вам завтрак?
   - Давай! Я к кузнецу схожу - и сразу назад. Оршанник в корзине в левом углу, мясо и так найдёшь.
   - Хорошо, - улыбается девушка, скрываясь в шатре.
   Отфыркиваясь от воды, текущей по лицу, направляюсь к шатру кузнеца, а в голове крутится книга Даниеля Дефо "Робинзон Крузо", повествующая о том, как переживший шторм моряк попал на остров и там обустраивался. Сейчас же мне вспоминался момент из этой книги - как он сделал себе зонтик из палок и шкур. Сама технология не расписывалась, а модели современных устройств из прошлой жизни вряд ли мне помогут в создании. Да и не нужен он мне, на самом-то деле. Однако определённые намётки я всё же ради интереса начал прикидывать, но не успел толком обдумать, так как уже добрался до места.
   - Заходи, - послышался голос из жилого шатра.
   Не заставляя себя ждать, вхожу, вся семья кузнеца была в сборе, дочка с женой что-то плели из кожаных ремешков, мальчишки полировали наконечники для дротиков. Сам хозяин взирал на меня, крутя в руках готовый топор без топорища. После, ухмыляясь, протянул его мне. Приняв, начинаю осматривать его сам. Клевец изрядно напоминал кирку, а лезвие было чуть облегчено и в целом почти не отличалось по весу от привычного мне.
   - Это то, что я хотел, - отдаю должное мастерству хозяина шатра. - А древко у тебя найдётся?
   - А как же. Кстати! Ты так и не показал, что за копьё себе сделал! И где взял наконечник.
   - Ты же мне его и дал.
   - Когда?! - не на шутку удивился кузнец.
   - Когда расплачивался за корзины под уголь.
   Взгляд его пометался из угла в угол, а потом, припомнив, он расхохотался. Отсмеявшись, сказал: - Так ты насадил на копейное древко наконечник для дротика? Это очень плохая идея. Сломается.
   - Там всё по-другому.
   - И как? - похоже, моя поделка его заинтересовала.
   - Проще показать, чем объяснить. После охоты расскажу, как себя такое оружие ведёт. Ну так как насчёт рукояти для топора?
   - Пока не покажешь, никаких тебе товаров! Ещё сломается во время охоты, и порвёт тебя зверь. А кто тебе древко продал? - ну, кузнец!
   - Но не ты же мне такое оружие сделал. Если кого зверь загрыз, тебя ведь никто не винит, что у того орка железо было твоей работы, - взываю к разуму Гракха. - Или тебе будет жаль, что я не весь долг отдал?
   - Гронн с тобой, выбирай. Но в следующий раз без своего копья не приходи!
   Деревянные заготовки под оружие у кузнеца были, хоть и немного. Выбрав ту, что была подлинней других, осмотрел на сколы и трещины. Попалась с комлем, обрабатывать её будет труднее, зато такая прочнее обычной. Примерившись, сделал несколько выпадов, стараясь не задеть стенки шатра и гостеприимных хозяев, а после вышел. Здесь можно было не сдерживаться - оружейный мастер прав, от оружия зависит моя жизнь. Перевесив топор на поясе, чтобы не мешал, начинаю серию ударов. Заготовка в двуручном хвате с низким гулом рассекала воздух, я перетекал из стойки в стойку, вспоминая уроки отца. И свою охоту на волка. Мелькнула мысль приделать ременную петлю, чтобы даже выроненный топор был под рукой, но, подумав, отбросил её. Несмотря на всю её пользу, петля может помешать поменять хват и ударную руку. Гракх выглянул под дождь, наблюдая за моими прыжками и ударами.
   - Беру, подходит, - оповещаю кузнеца. - Плата?
   - Принеси копьё на осмотр прямо сейчас - и будет с тебя, и так меня углём завалил.
   - Скоро буду, - переложив древко в левую руку, поспешил в шатёр, чтобы удовлетворить любопытство главного оружейника клана.
   Бьюкигра уже успела принести воды и развести огонь, и уже вовсю нарезала ингредиенты для похлёбки. Увидев меня, прервала свои занятия и, повернувшись ко мне, улыбнулась.
   - Скоро вернусь, - складываю в угол свои покупки и, забрав пику, возвращаюсь к кузнецу. Ради халявы и сходить лишний раз не грех. Отдаю Гракху и слежу за его мимикой. Выражение лица у него сменяется с насмешливого на недоумённое, а после и заинтересованное. Зажав древко коленями, начал шатать древко, стараясь его выломать. Похмыкав, протягивает оружие назад.
   - Хмм, вроде надёжно крепится, отпасть не должно. Расскажешь, как оно в деле?
   - Обязательно. Но не раньше следующего кочевья, если только какой залётный зверь не попадётся.
  

***


   Вернулся в шатёр, орчанка, заправив котелок, помешивала варево.
   - Бьюкигра, ты сегодня занята?
   - После обеда у меня много свободного времени, - отвечает встрепенувшаяся девушка.
   - А Кайнати?
   - Я спрошу у неё. Куда мы пойдём?
   - Буду учить вас читать и писать.
   - Зачем? - удивилась девушка, даже перестав от удивления помешивать похлёбку.
   - Семьи шаманов всегда грамотны, - поясняю ей свою мысль.
   - Ой, спасибо! - отложив ложку, подскочила ко мне и от избытка чувств обняла.
   Обнимаю в ответ и удивляюсь такой бурной реакции. Неужели так хочет учиться? Большинство орков неграмотно, но им этого просто не надо. Из всего клана знаниями письменного языка могли похвастаться только семьи вождя, шаманов и кузнеца. Объятия наши стали крепче, гляжу в глаза и осыпаю её поцелуями, девушка начинает отвечать, но чуть погодя тихонько вырывается: - Аргнак, твой учитель вот-вот придёт, да и завтрак пригореть может.
   Отпускаю орчанку к очагу и отвешиваю шлепка по ягодице - получилось звонко и не больно, потерев её, Бьюкигра вернулась к готовке. А я пошёл доставать из запасов учителя кору снежного кер'габба. Строением стволов и веток дерево это походило на земные тополь и берёзу, а снежным называлось за абсолютно белую кору. Кора этого дерева также была похожа на берёзовую, и часть её, аналогичная бересте, применялась для обучения письму вместо намного более ценного пергамента. Наш народ бережно относился к дарам природы, и даже такой редкий вид деятельности, как учёба, был хорошо отлажен. Когда носишь все вещи на себе, учишься обходиться минимумом вещей и беречь их, потому для упражнений в чистописании вместо чернил применялся сок ягод, что можно было множество раз смывать или стирать, обходясь малым количеством кусков местной "бересты". Вырезав четыре прямоугольника, вяжу для них рамки, чтобы было удобней писать. Меня они не обременят, а после обеда достанутся девушкам. Достав нож, обстругиваю хворостины, теперь будет чем писать.
  

***


   Хорошо начавшийся день становился всё лучше - дождь постепенно сходил на нет, а Хатгаут сказал, что завтра его вообще не будет. Сборы и изучение полезных трав увенчались ещё одним приятным сюрпризом - мы снова нашли звездолист.
   - Учитель, - привлекаю его внимание, - на днях я уже находил звездолист, а отведав его листочек, почувствовал, как меня куда-то тянет. После нашёл ещё один куст.
   - Тебя вёл дух Жизни. Что ты при этом чувствовал?
   - Это сложно передать словами. Но я чувствовал цель и правильность пути.
   - Не злоупотребляй помощью духов. Орк должен расти сильным, а всё время опираясь на их помощь, таким не станешь.
   - Хорошо, наставник, - отвечаю на его слова, аккуратно срезая колючие листья. - А можно ли их пересадить на наши обычные кочевья? - задаю очередной интересующий меня вопрос.
   - Зачем? Дренор и так даёт нам всё что нужно.
   Консерватизм или мудрость поколений? В этом я не уверен, а потому не стал развивать тему, и так окружающие видят мою новаторскую деятельность, которой иногда чересчур много.
   - Чтобы силы набраться от земли, многим травам год нужен. Да не всякие соседи разным травам подходят, какие тень любят, каким, напротив, солнце нужно. С трирриком вообще никто ужиться не может.
   Всё это, конечно, понятно, но иметь огород с травами без постоянного поселения будет сложно. Но почему не сеять по пути? Хоть часть, но приживётся!
   - А в других землях есть травы, что не водятся у нас?
   - Как не быть? Много таких, на осеннем празднике все шаманы меж собой меняются сборами.
   - А травы те с семенами?
   - По-разному. Но наша земля для них, скорее всего, не подходит. Слишком мал шанс, что приживётся, а ведь они не дёшевы.
   Обращать внимание учителя на то, как ловко шаманы заращивают проплешины от шатров, я не стал - видимо, эти операции в разуме наставника не пересекаются. Ну, а я, пожалуй, попробую. Так шанс того, что можно будет увеличить собственный арсенал полезными растениями больше. Хотя без постоянного поселения иметь грядки будет проблематично.
  

***


   Пока девушки готовили нам обед, я, не теряя зря времени, занялся рукоятью для топора. Нож плохо брал крепкую древесину, но я никуда не спешил - лучше три раза снять тонкую стружку, чем одну, но лишнюю. Подтесав, прикладываю топор, выясняя, где ещё снять лишний материал, работа почти закончена, а потому делаю всё ещё аккуратней, чтобы не запороть топорище. Пока хватит, сложив инструменты и подобрав отходы, возвращаюсь в шатёр. Закидываю мусор в очаг, и тот вспыхивает ярким пламенем, быстро прогорая. Оставшийся остов лучится светом, багрово-красные огоньки прокатываются по волокнам, дожигая остатки. Отвожу взгляд от танца огня и осматриваю своих орчанок.
   - Скоро будет готово, - произнесла Кайнати, перехватив мой взгляд.
   Полог шатра вновь распахнулся, впуская хозяина. Хатгаут неспешно разделся, развесил собранные пучки трав и присел на пол, ожидая обед. Трапеза прошла в молчании, после наставник вновь куда-то ушёл, а я стал готовиться к нашему первому уроку. Перебрал стопку с записанными рецептами (всё никак в книгу не сошью). Присевшие с пергаментами девушки с интересом смотрят за моими манипуляциями, а я, взяв такой же, вывожу первую букву. Наши глифы просты, звуковое письмо, как оно есть.
   - Смотрите, это буква "А", пишется она вот так, - показываю несколько раз и слежу, чтобы правильно повторяли. - Молодцы, а теперь изучим следующую букву...
   Когда я учился письму и чтению у Хатгаута, мой разум не был обременён знаниями технической цивилизации, а потому и не задавал вопросов, на которые я бы хотел знать ответы. И лишь недавно сумел получить эти ответы. Оказалось, что у всех населяющих Дренор орков есть общий язык, не только устный, но и письменный. Более того, хотя у каждого клана был свой диалект, зачастую непонятный дальним соседям, на письменность он не распространялся. И это наводило на мысль о его искусственности. Мне ли не знать, как быстро изменяется язык под воздействием среды и соседей! Но орочий письменный был неизменен - даже самые старые тексты, передававшиеся от учителя к ученику уже множество поколений, были точно такими же, как и современные мне.
   Также к особенностям написания относилось то, что везде, где можно было пропустить гласные без потери смысла слова, они пропускались. Письмо девушкам давалось, пожалуй, полегче, чем мне. От природы более изящные, они были и более ловкими - пальчики старательно и красиво выводили разведённым соком буквы на бумаге. Прошёл уже час с начала занятий, а мне всё ещё не надоело их учить - таких внимательных и усидчивых учеников у меня ещё не было. Хотя, у меня вообще учеников не было. Подхожу к Бьюкигре - несмотря на ловкость, пятая буква была сложна в написании, а потому, положив свою ладонь поверх её, помог начертать букву, потом ещё и ещё раз, чтобы запомнила движение. Повернув ко мне лицо, девушка улыбнулась и, обвив другой рукой меня за шею, потянулась губами к моему лицу.
   Отвечаю на внезапную ласку, приобняв её до писка, и чувствую, как мой контроль слабеет. Отпустив ситуацию, начинаю раздевать её, много времени это не заняло, пикантность ситуации и влечение делало поцелуи ещё слаще. Опаска, что может вернуться учитель, умопомрачительный запах и нежные объятия - всё это быстро довело девушку до кульминации, и Бьюкигра изогнулась подо мной всем телом, стараясь не шуметь. Не сумев сбросить напряжение, переключаюсь на Кайнати, поддерживаю высокий темп, доводя её до кондиции.
   Экстремальная обстановка послужила неплохой приправой к основному блюду, и теперь, довольные, мы заварили травы с ягодами и устроили ещё один перекус, чтобы утолить небольшой голод.
  

11


   Некогда разлёживаться, хоть и очень хочется. Встаю и одеваюсь, Бьюкигра уже привела свою причёску в порядок, расплетя растрепавшиеся косы и собрав простой хвост, и теперь помогала Кайнати. В арсенале девушек были деревянные спицы, которыми они распутывали сбившиеся пряди. Посмотрев на прихорашивающихся девушек, решил сделать им гребни для волос, думаю, они это оценят. Потянувшись всем телом, прогоняю сладкую истому. Теперь, когда невесты приведут себя в порядок, сможем продолжить обучение, не отвлекаясь на более приятные дела. Волосы орчанок были чуть толще, чем у земных девушек, но столь же шелковистые. Не удержавшись, подхожу ближе и, обхватив собранные в пучок волосы, пропускаю в кольцо из пальцев. Локоны приятно проскальзывают по пальцам и ладони, ластясь к коже, а Бьюкигра чуть отклоняет голову назад и прикрывает глаза. Подключаю вторую руку, получая тактильное удовольствие. Но время не ждёт, оставляю их в покое, готовясь к продолжению учёбы.
   - Мы готовы, Аргнак, - девушки разровняли смятую волчью шкуру и, приготовив бересту, ждали меня.
   - На чём мы остановились?
   - Ты перевернул Кайнати животом вниз и...
   - Бьюкигра! - голос девушки был переполнен смущением и возмущением, а щёки потемнели от прилива крови. Переведя сердитый взгляд с подруги на меня, тут же потупила взор, наливаясь краской ещё больше.
   - Обязательно вернёмся к этому, но не сегодня. Думаю, сейчас новых букв больше изучать не будем - пока закрепим пройденные. Я говорю - вы пишите. Потом я напишу - вы прочитаете. Готовы?
   - Да, - одновременно ответили мои ученицы, а я принялся за диктант.
  

***


   Пока неразлучная пара готовила ужин, я продолжил заниматься топором - осталось совсем немного, скоро он будет готов. Осторожно пропиливаю щель вдоль топорища, стараясь не тревожить зря соседние волокна. Руки выполняют привычную работу, отделяя олембовые опилки. Поневоле задумаешься, какую огромную роль это дерево играет в нашей жизни. Его быстро густеющий смолистый сок очень сладок и долго хранится, не портясь. Собирать его можно всё лето без вреда для дерева, и олембовые рощи являются существенным источником пищи и витаминов, а также почти единственным источником сладкого - медоносных пчёл на Дреноре нет. Кроме того, сама по себе древесина олембы крепкая и гибкая, и почти не боится влаги и жары, поэтому идеально подходит на древки к оружию. Олембовый уголь - самый качественный и жаркий в кузнечном деле, но на него идёт только сухостой - никто в здравом уме не станет срубать такие деревья. А я помню, что за время войны с дренеями и последующего опустынивания все подобные деревья погибнут. Нет, уж я-то постараюсь этого не допустить - но духи, сколько же потребуется на это усилий! У меня ещё и вчерне план не готов - только самые общие наметки.
   Пропил готов - заношу топор и топорище в шатёр, девушки прерывают разговор, повернувшись в мою сторону, но не прекращают готовку - Кайнати следит за котлом, а Бьюкигра нарезает корни оршанника.
   - Аргнак, а почему ты заказал такой странный топор? - поняв, что сказала что-то не то, Кайнати тут же поправилась: - То есть я хотела сказать необычный...
   - Что лучше пробивает шкуру - шило или нож? - отвечаю вопросом на вопрос.
   - Конечно, шило!
   - А почему?
   Орчанки переглядываются, наверняка они об этом никогда не задумывались.
   - Потому что оно острое?
   - Не только. Шилу нужно пронзить очень маленький участок, а ножу - целую фалангу.
   Вижу, как их лица озаряет понимание, и самому приятно, когда есть с кем поделиться своими мыслями и планами. Линеек у нас пока нет, потому малое измеряется ногтями, фалангами пальцев, ладонью и так далее.
   - Потому я и заказал такой топор - когда нужна обширная рубленая рана - лезвие, когда глубокая - клевец, - поворачиваю топор к орчанкам вышеозначенными деталями.
   - И сделал такое копьё, чтобы глубоко пробивать зверя?
   - Да.
   Всё-таки Бьюкигра умница, быстро сумела сопоставить факты. Поставив горшок со смолой ближе к огню, строгаю клин, подгоняя его под пропил. Готово. Теперь срезаю прядь своих волос и, обмакнув в растопившуюся смолу, готовлюсь обмотать топорище. Пропустив начало в пропил, равномерно распределяю, чтобы не съехало, когда насажу топор. Конец пряди также идёт в пропил, теперь хорошенько промазать смолой и насадить топор на топорище. Взяв клин, вставляю в пропил и осторожно забиваю, намертво заклинивая лезвие. Попробовав расшатать, ничего не добился. Осталось убрать излишки выдавленной смолы и обжечь высунувшиеся волосы. Отрезав кусок шкуры, вытираю излишки смолы, теперь очаг. Запах палёных волос наполнил шатёр, огр побери, не подумал. А, ладно, скоро выветрится. Теперь обматываю рукоятку приготовленным кожаным ремешком и откладываю топор в сторону.
   Бьюкигра уже разобралась с овощами и смешивала приправы, состоящие из разных трав. Развязав мешочек, посолила похлёбку - соль наш клан выменивал во время праздника у священной горы, а происхождение она имела морское. К счастью, было много кланов, соседствующих с морем, а потому цена её была не сильно высокой. Основная работа сделана, девушки варят ужин, услаждая взор своими движениями - что ещё для счастья надо?
  

***


   Учитель, как будто почувствовав, что ужин готов, вернулся. Девушки поприветствовали его, Кайнати набрала еды в его миску, а Бьюкигра налила горячего отвара. Чая на Дреноре не растёт, или орки о нём не знают, но ягоды, корни и травы, заваренные в кипятке, вполне его заменяют. Кроме того, нам известны компоты и морсы.
   - Вкусно, уважили старика, - сказал Хатгаут, попробовав ужин. - Или вы для Аргнака старались? - хитро прищурился шаман, вгоняя в краску Кайнати.
   - Мы всегда стараемся, когда готовим, - ответила за обеих Бьюкигра.
   - Как я понимаю, решили помогать Аргнаку по хозяйству?
   - Я решил обучить их грамоте, вторая половина дня ведь моя? - Хатгаут кивнул, веселье не покинуло его взгляда, но к нему добавилось ещё и понимание.
   - А ты не теряешь зря времени. Это хорошо.
   Поужинав, прилёг отдохнуть, а как еда улеглась, начал собираться. Беру с собой новый топор и пику, сворачиваю небольшой отрез шкуры и выхожу из шатра. До вечера ещё много времени, и я решаю протестировать новое оружие, а заодно проверить другие свои догадки.
   - Аргнак, ты куда? - догоняет меня вопрос Бьюкигры.
   - На старицу.
   - Можно мне с тобой?
   Я на неё не рассчитывал, но почему нет?
   - Не отставай, - перехожу на лёгкий бег и спешу к своей цели.
   Легконогая орчанка следует чуть сзади, да, она не станет для меня обузой в пути. Тем более мы бежим налегке, а орки привычны к бегу.
  

***


   Добежав до наших первых печей, перехожу на шаг, успокаивая дыхание. Из-за недавних дождей они оплыли, но внутренняя прокалённая часть ещё держалась. Подхожу и пинаю стенку - устояла, бью ещё раз, проламываясь к чёрным внутренностям.
   - Устала? - оборачиваюсь к девушке.
   - Нет, здесь же недалеко. А зачем мы здесь?
   - Хочу испытать топор. И ещё проверить, как далеко простирается старица. Слишком много угля у кузнеца, ему столько не надо. Но если сухостоя достаточно, возможно, я смогу убедить клан переселиться сюда, чтобы добывать уголь. После отправимся на медный рудник, и мы сможем потратить его на переплавку.
   - И у нас будут медные украшения! - от избытка чувств очанка даже немного подпрыгнула. - А ты сможешь убедить клан сменить маршрут?
   - Если сухостоя будет достаточно, почему нет? Раз уж река сменила своё течение, почему не воспользоваться этим даром духов? Тем более праздник ещё не скоро, и клану некуда спешить.
   - Ты такой умный, Аргнак!
   - Перестань, - прерываю её лесть, хоть мне и приятно, - до этого любой бы додумался. И вообще, побежали дальше, нужно оценить запасы сухостоя.
   - Да, идём! - похоже, она уже ощущала на себе медные кольца и браслеты.
   Бежим по старому руслу, вот позади остались последние печи, не столь пострадавшие от дождя. Похоже, дождь хоть и шёл в этой местности, не был столь интенсивным, как на месте стоянки. Похоже, день-другой интенсивного солнца, и сухостой опять дойдёт до кондиции. Остановившись, отламываю ветку - как я и думал, влага глубоко не распространилась.
   - Давай пока остановимся, - говорю девушке, снимаю топор и делаю несколько взмахов.
   С тихим свистом лезвие рассекает воздух, перехватив топор клевцом вперёд, снова наношу удары. Звук немного изменился. Теперь делаю выпад вперёд, нанося удар по стволу. С сухим треском клевец вошёл в древесину и, сколов кусок, полетел дальше.
   Отвязываю от пояса свёрток отреза шкуры и кладу на землю. Со всего размаха бью по ней. Земля пружинит, но клевец пробивает два слоя и проминает нижележащие. Прислоняю к стволу и наношу боковой удар - упор послужил отлично, остриё прошло свёрток насквозь, впившись в ствол. Ха! Не зря переплачивал! Пусть кузнец, любитель старины, содрал с меня две цены, зато теперь даже самые толстокожие обитатели Дренора стали для меня уязвимыми!
   Шатнув топор, выдираю из дерева и демонстрирую успех единственной зрительнице.
   - Здорово! - делится восторгом девушка. - У тебя получилось!
   - Бежим дальше, только по сторонам смотри.
   Местность становилась всё более холмистой, и минут через пятнадцать мы прибыли на место, где река поменяла русло. Запас сухостоя приличный, за два-три дня клан сможет его переработать. Осталось только убедить вождя и клан на внеплановый визит к медному руднику.
   - О чём задумался? - спросила меня подошедшая вплотную Бьюкигра.
   - О словах, что нужно сказать, чтобы клан поверил, - отвечаю, обхватывая её руки в районе локтей.
   - Расскажи как мне, - отвечает девушка, глядя снизу вверх в мои глаза. - У тебя убедительно получается.
   - Хороший совет, - притягиваю её ближе к себе. Её губы такие манящие, а задорные искры в глазах разжигают страсть.
   Здесь нам никто не мешает, хищников и орков вокруг нет, и лишь солнце свидетель нашей встречи. Наше тяжёлое дыхание прерывается поцелуями, Бьюкигра ловко выскальзывает из своей одежды и повисает на мне, обхватив ногами. Поддерживаю её снизу левой рукой, а правой провожу по спине - никогда не надоест эта бархатная мягкость.
   - Сейчас, - пытаюсь избавиться от одежды, но девушка прижимается лишь крепче, не выпуская и не давая раздеться, в глазах - провокация и задор.
   - Ах так! - пропускаю правую руку под обхватившие меня ноги и приподнимаю её выше. Теперь, пока не успела среагировать, расстёгиваю пояс и избавляюсь от штанов.
  

***


   Утро выдалось отменным - на небе ни облачка, солнце вовсю палит, но утренняя свежесть ещё не прошла.
   - Твои невесты никак у нас поселились, - комментирует Хатгаут, прерывая наше занятие. - Завтрак, обед, ужин - не думай, я не жалуюсь, но придёт день, когда ты переедешь в свой шатёр. Не забывай навещать своего учителя.
   - Наставник, мы ещё не нашли и половины из пройденных трав. И я ещё даже не начал постигать искусство общения с духами. Я буду приходить учиться, пока ты меня не прогонишь.
   - Я тебя никогда не буду гнать и всегда буду рад видеть у себя. Но придёт время, когда ты освоишь всю мою премудрость и будешь торить собственную тропу. А теперь посмотри вокруг и скажи, что из недавно изученного находится на этом поле?
   Привычное занятие не было в тягость, как оно закончится - пойду к кузнецу. Его голос перед лицом вождя не будет лишним. Осматриваю разнотравье в поисках ещё одной возможной редкости - шаргора, дым высушенных листьев которого помогает наладить связь с духами предков. Или, может, это каменный корень, отвар корневища которого унимает боль, не трогая других ощущений и не вызывая онемения? Порыв ветра принёс знакомый запах. Дассан, жаль, не звездолист или что-нибудь ещё, но в нашей местности он не такой частый гость. Хатгаут рассказывал, что в землях Северных Волков он расстилается целыми полями.
   Одинокое соцветие, но можно поискать вокруг - на его основе можно делать великолепное средство, возвращающее бодрость, при дальних переходах вещь весьма полезная. Кроме того, отварив его в мясном бульоне, получишь неплохое восстанавливающее средство, помогающее оправиться от болезни. Окидываю взглядом всю поляну и вижу небольшой лоскут цветочного одеяла, что укрылся за небольшим кустом.
   - Дассан, нам повезло! - начинаю сбор цветков, оставляя часть на семена.
   - Вообще-то я имел в виду куст триррика, за которым ты нашёл цветы, но тоже неплохо, - подал голос учитель.
   Шаманы знали много рецептов, практически от всех болезней. Но в нашем арсенале почти не было ядов - специально орки их не варили (по крайней мере, известные мне кланы), но опасных ингредиентов растительного происхождения было достаточно много. Ну, и некоторые зелья, если их неправильно сварить, вместо помощи могли отправить к духам в священную гору.
   Больше ничего значимого мы не нашли, лишь набрали съедобных побегов трав, а также я накопал корней оршанника - зёрна для лепёшек почти кончились, и мы решили высушить крахмалистые корни. Из них получится сносная замена муки, хоть по вкусу и консистенции лепёшки будут больше похожими на картофельные оладьи из моего прошлого мира.
   - Занятие закончено, - произнёс Хатгаут, ветер весело перестукивал костяными фигурками в его волосах. - Гляжу, тебя уже ждут, - возле крайних шатров показалась моя сестра. А я думал, учитель углядел Бьюкигру с Кайнати. Но у них, видимо, свои дела.
   - Доброе утро, сестра. Как мой племянник?
   - Доброе, Аргнак. Бегает, как обычно. Вчера он принёс полевую крысу, растёт, охотник! - в голосе были нотки гордости, а лицо смягчилось от приятного воспоминания.
   - Я хотела тебя поздравить с помолвкой. Ты всё-таки принял мой совет и остановил свой выбор на Кайнати.
   - И Бьюкигре.
   - Знаю. Рада за вас и поздравляю! У меня есть пара талбучьих шкур, можешь рассчитывать на них, как соберешься шатёр ставить. У твоих невест тоже по шкуре сыщется.
   - Спасибо, лишними точно не будут. Ты уже с ними посплетничала?
   - Да. Медные кольца и мне не помешают. Слух о кочевье уже распространяется, сейчас к вождю не иди, а вот после обеда и он будет знать.
   А вот это не будет лишним - пока я думал, кого вербовать в союзники, сарафанное радио лучше и быстрее донесёт мои планы до нужных ушей. Но к кузнецу всё же зайду.
  

***


   Звона молота по наковальне слышно не было. Или потому, что дело движется к обеду, или из-за того, что кузнеца нет на месте. Ни дыма, ни жара от палатки с горном не шло, нет, вру - вот воздух над центральным продухом чуть дрожит, значит, Гракх где-то здесь. А вот и он, видимо, куда-то отходил. На плече кузнец нёс кабаний окорок, но оружия нет, значит - не с охоты.
   - Приветствую, мастер.
   - Привет, Аргнак. Что заказывать будешь?
   - Хотел спросить, поддержишь ли ты меня в просьбе к вождю перенести кочевье выше по речке.
   - Уголь жечь? - киваю. - Не спеши, да и к вождю не ходи, он и так увидит выгоду и сам прикажет переселяться.
   - Это точно?
   - Куда уж точнее! Ему, поди, уже жёны все уши прожужжали, да и лишняя медь на священном празднике не будет лишней. Тебя тоже невесты запилили?
   Честно пытаюсь вспомнить похожие моменты, но на ум ничего не приходит.
   - Подходили недавно ко мне, хотели украшений за уголь заказать. А у меня благодаря тебе и так его девать некуда. И работы почти нет, чтобы его изводить. Пришлось бы им ещё долго корзины носить, но ты, я погляжу, придумал, как его пристроить!
   Вот так так. А мне ничего не говорили, да и я не догадывался. Ну что же, осталось подождать решения вождя.
   - Аргнак, - окликнул меня знакомый голос.
   Краренрун, ещё не старый шаман. Что ему от меня надо? Пока я не прошёл обряда посвящения, для остальных одарённых орков я ничем не отличался от остальных.
   - Вождь ждёт тебя.
   - Иду, - не откладывая дела, направляюсь к большому шатру.
   Навстречу периодически попадаются стайки орущих ребятишек, жизнь кипит. Полог откинут, и Кайрилса меня увидела на подходе.
   - Проходи, Аргнак. Муж как раз свободен.
   С прошлого раза, похоже, ничего не изменилось. Миновав первое отделение, прохожу в основной шатёр. Убранство стен здесь ещё пышнее, всё так и говорит о достатке, царящем здесь. Посередине очаг, за ним на стопке шкур сидит Гултадор, наш вождь. Несмотря на тепло, одет в кожаную безрукавку, расшитую кусочками меха, на шее - три ряда ожерельев с клыками и костями. И внимательный взгляд.
   Всё это я успел заметить, стараясь не вертеть готовой. В третьем отделении шатра, за спиной вождя, слышится детский смех и женский голос, видимо, там его остальная семья. По бокам стоят сундуки, часть - плетённые, а часть - обтянутые кожей.
   - Приветствую, вождь. Ты звал, и я пришёл.
   - Рассказывай, - негромкий, но властный голос, привыкший отдавать команды.
   Матёрый орк, по праву ума и силы занявший место вождя, его род уже четыре поколения правит, и, скорее всего, будет править и его сын. Как раз подрастает и набирается опыта. Только нескоро ещё Гултадор власть отдаст, может, наш клан разделится? Отложив пока мысли о большой политике, говорю:
   - В часе бега вверх по течению река поменяла русло, прибрежные деревья высохли. Простирается этот дар духов на пятнадцать минут бега, и хоть больших деревьев немного, остального сухостоя достаточно, чтобы добыть много угля и ещё раз сходить к медному руднику, что мы обычно посещаем весной. Переселившись поближе, сэкономим время, и дня за три-четыре приберём дар духов, что сгниёт или сгорит от случайного пожара.
   - Уже всё решил за клан, как ему действовать? - нахмурил брови вождь.
   - Ты сам просил совета, я его дал, - если он сейчас упрётся из-за того, что я якобы покусился на власть - талбучий помёт цена его мудрости. Но язык придержу.
   - Совет... неплох, но клан никуда не пойдёт.
   Удерживаю готовящийся сорваться вопрос "почему?" Подавив ещё взглядом, глава клана продолжает:
   - Партии охотников и орчанок будут заготавливать уголь, но переселяться смысла нет. Час - это немного, зато детям и прочим не придётся дышать дымом.
   - Мудрое решение, - соглашаюсь с доводами вождя.
   А он не так-то прост, хотя о чём это я - за годы своего правления он привык заботиться о клане, и его планы продуманней моих. Я-то почти никого в них, кроме себя, не учитываю. Или, скорее, учитываю с точки зрения своей выгоды.
   - Раньше почему не пришёл?
   - У клана достаточно топлива. И никто не запрещал остальным заниматься тем же самым, - ответ этот я уже обдумал, а потому отвечал без задержки.
   - Раньше орки не заготавливали ветки, - задумчиво проговорил вождь, - но твои успехи говорят о том, что это возможно.
   - Позволь дополнить, вождь? - дождавшись кивка, продолжаю:
   - Столь много веток и тонких сухих кустов просто прежде не встречалось, а набирать на пережог - хлопотно. Проще весной плавника набрать, что вода сама несёт.
   - Это так. Чем твой способ отличается от известного?
   - Ничем, только угля получается меньше. Но с таким обилием сухостоя это не проблема.
   - Можешь идти, - отправил меня вождь.
  

12


  
   Выхожу наружу, обдумывая слова вождя и свою реакцию на обстановку его шатра. Раньше мне никогда не доводилось там бывать, а потому убранство впечатлило своим богатством. Угощения мне предложено не было, но и беседа долго не длилась, а потому урона моей чести не было. Интересно, зачем меня вообще позвали? Судя по всему, решение уже было принято. Или Гултадор решил посмотреть на интригана? Со стороны и впрямь могло показаться, что молодой охотник умудрился продавить своё решение через женщин клана. А у меня такого и в мыслях не было. Что же, в своих будущих планах следует учитывать силу окружения более тщательно. Постояв, направляюсь домой, до обеда ещё могу успеть сделать подарок невестам или, по крайней мере, начну его делать.
   - Аргнак! - окликнула меня орчанка слева по пути.
   Повернув голову, вижу Лаурмаку, что выглядывает из откинутого полога шатра. Весёлая вдова, с которой можно провести время, познавая прелести взрослой жизни. Что ей от меня надо?
   - Зайдёшь? - спрашивает она, поймав мой взгляд, смещаясь чуть в сторону и освобождая проход.
   - Зачем? - задаю резонный вопрос. Особой симпатии я к ней не испытываю, людское прошлое говорит о возможности неслабо чем-нибудь заболеть, хотя местная память молчит о чём-нибудь подобном. Да и есть у меня уже с кем расслабляться. Но, стоит признать, было время, когда всерьёз задумывался посетить её шатёр - гормоны шалили.
   - Поговорим.
   - Времени нет, - и разговаривать с ней особого резона тоже нет, так что иду дальше.
   - Стой! Прошу, остановись!
   - Чего тебе? - оборачиваюсь к ней.
   - Пожалуйста, зайди. Не пожалеешь.
   Уже жалея, тем не менее захожу и осматриваю обстановку. Чувствуется женская рука, тот неуловимый порядок и уют, что могут создавать только женщины - совсем недавно такое проявилось и в шатре учителя. Довольно много всего интересного, пожалуй, побогаче, чем в шатре моей сестры. Но есть ещё один штрих - всё сделано как будто напоказ, но чувствуется одиночество. Или просто я себе накрутил, зная её судьбу?
   - Настойку? Пива?
   - Я ненадолго, - смотрю ей в глаза, всем видом показывая своё нетерпение. Взяв одну кружку, налила туда пенную жидкость и, отхлебнув, присела возле очага.
   - Ты всё-таки принял моё приглашение. Знаешь, я немного по-другому тебя представляла.
   - А на улице на меня полюбоваться было нельзя?
   - Там много лишних ушей и глаз, - улыбнулась орчанка. - Лишь оставшись наедине, можно лучше понять друг друга.
   - А Хатгаут говорит, что весь клан - один большой шатёр.
   - Он умён, - глотнув ещё из кружки, грациозным движением поднялась, подходя ближе. Встретившись с ней взглядом, замечаю, как её зрачки расширяются. Что-то в пиво намешала? - Очень умён. Но стенки снижают стеснительность, - продолжает она.
   В голове был только один вопрос - что я здесь делаю?
   - Молодой охотник-одиночка, что возвращается с добычей, убил уже двух волков, избежав их челюстей. Это - сильно! Я знаю, у тебя есть невесты, но, может, ты подаришь мне часть своего тепла? - увидев удивление на моём лице, продолжила: - Мне есть что тебе предложить. Да, они моложе и красивей меня, но у них нет моего опыта! - она была на несколько пальцев выше Кайнати, лучше сформирована и, поймав мой взгляд, грациозно изогнулась, подчёркивая все прелести своей фигуры.
   - Нет, - разворачиваюсь и ухожу, не слушая её резонов.
  

***


   То же время, Лаурмака.
   Аргнак удивил и обидел её своим отказом, в то же время раззадорив охотничий азарт. Много молодых охотников прошло через неё, необременительные отношения, приносящие обеим сторонам приятные ощущения. Иногда были и семейные, и каждого она помнила. С её репутацией обзавестись мужем уже не получится, но она об этом не жалела - жизнь её не тяготила. Подобно тому, как охотники копят клыки и рога убитых зверей, она собирала воспоминания. Да, у неё были свои трофеи, и ученик шамана тоже пополнит их.
  

***


   Выхожу из шатра, сразу надо было уходить. Но ничего не поделаешь, если знать заранее все последствия своих поступков - жизнь станет скучной. Гул множества детских голосов прервал размеренную жизнь стойбища - все дети от шести лет и старше спешили следом за Толистаном, высохшим седым стариком. Он уже давно не ходит на охоту, но уважаем не меньше кузнеца или шамана. А всё дело в его профессии - он изготавливает луки для клана. Раз в неделю или в две он ещё даёт уроки стрельбы из него. Глядя вслед спешащей детворе, чувствую ностальгию, вспоминая, как сам ходил учиться ратному делу. Охоте обучали отцы, за неимением - родственники или знакомые, а войне и совместным действиям - вот такие старики.
   На занятиях орчата соревновались между собой, стараясь победить соперника, бились небольшими отрядами друг с другом и учились стрелять из лука. Но лучников у нас было немного - чем старше и сильнее становился орчёнок, тем качественней, убойней и дороже ему требовался лук. Три года - и "палки с верёвкой" уже не хватало для полноценных тренировок. Вообще, подозреваю, сильный толчок в этом аспекте жизни оркам придали дренеи - по крайней мере, лук точно был скопирован у них. Качеством значительно уступал, но для нашего уровня развития был вершиной возможного.
   Делал их мастер из двух пород дерева, сюда же шли рога талбука, роговые пластины и жилы копытня, рыбий клей - в общем, много чего. Одни заготовки требовали сушки два года, а сколько при его производстве было секретов, что передаются лишь от отца к сыну - и не знаю.
   Я же так и не обзавёлся сим полезным предметом, и цена тут была не на первом месте - молодой был и глупый, а так как таланта к стрельбе у меня не было, то и благополучно забросил. Сейчас же всерьёз задумался, не обзавестись ли ещё и луком? Насколько я знал, призыв духов - дело далеко не мгновенное, а когда я стану чернокнижником (и стану ли вообще) - неизвестно. Так что даже если я стану шаманом, не факт, что когда-нибудь мне не понадобится оружие, с помощью которого можно быстро атаковать на дальнем расстоянии. Ладно, надо будет взвесить всё как следует, но позже.
  

***


   Волк Хатгаута лежал возле шатра на своём любимом месте, и я ему завидовал. Потому как мои девушки чесали ему бока специальными пуходёрками, а он от этого млел. Представляли они собой овальные деревяшки с вставленными короткими деревянными колышками и ременной петлёй посередине. Рядом с ними был кузовок, куда они складывали начёсанную шерсть. Из неё потом прядутся нити, толстые, но вполне подходящие для грубой ткани. Станок очень прост и представляет собой две палки, между которыми параллельно закрепляются нити. После чего между них, зигзагом пропускается ещё нить, уминается поплотней, а следующая идёт со смещением в шаг. Если надо переезжать, сотканное и нити наматываются вокруг палок, и много места такое приспособление не занимает. А ведь я могу усовершенствовать его, пусть и несильно.
   - Привет, Аргнак, - поприветствовала меня Кайнати, не прерывая своего занятия. - Обед будет через час, ты не сильно голоден? Если хочешь, сварю пораньше.
   - Или я, - отозвалась Бьюкигра.
   - Пока не надо, - останавливаю девушек. - Есть нужно вовремя, но за заботу - спасибо!
   Захожу внутрь шатра, иду к своим вещам и выбираю пару подходящих дощечек из тех, что ещё остались после попытки усилить ими доспех. Хорошие заготовки, уже отполированные. Очерчиваю примерные контуры будущих поделок и, выпилив их, начинаю скруглять углы, стараясь, чтобы получались одинаковыми. Получилось почти ровно, осталось убрать лишний материал, чтобы были одинаковыми. Готово. На месте среза размечаю зубцы, для того, чтобы они были одинаковыми, пользуюсь шиловидным лезвием, прикладывая его к заготовке и срезая резцом лишнее. Теперь осталось самое сложное --
   заострить плоскость гребня с двух сторон на зубцах и окончательно отшлифовать. Шлифовать, за неимением более совершенных способов, приходилось кусками мелкозернистого песчаника. Но это после - пока я занимался рукоделием, час уже прошёл, и девушки позвали обедать.
   После обеда опять сажусь за работу. Вчерне доделав первый гребень, прочесал свою чёлку. Волосы не дерёт, а вот кончики зубцов нужно подтупить, кожу они чуть-чуть царапают. Имея на руках готовый гребень, второй сделать было проще. Осталось нанести хотя бы простой узор - всё же не абы кому дарить собираюсь, хочется сделать как можно красивее. Вариант нанесения узоров у меня был только один - выжигание. У меня самого нужного инструмента не было, зато был он у учителя, и он даже учил меня им пользоваться - говорил, что шаману это будет нужно, хоть пока и не объяснял зачем. Так что, наметив контуры рисунка и раскалив на огне инструмент, я нанёс на гребни хоть и простые, но симпатичные витые узоры.
   Теперь подарки моим невестам готовы. День уже близился к вечеру. Поднимаюсь во весь рост и потягиваюсь, разгоняя кровь. Взгляд зацепился за свежие лепёшки, сделанные из корней оршанника - никак орчанки постарались. Взяв одну, начинаю задумчиво жевать, перебирая в уме громадье своих планов. Свет откинутого полога на мгновенье померк, вошли неразлучные подруги.
   - У меня для вас подарок, - присев, похлопал по расстеленной волчьей шкуре. Переглянувшись, орчанки поставили кузовок с шерстью и пуходёрками, и сели на пол. Подойдя сзади к Кайнати, начинаю расплетать её косы, после чего, взяв гребень, расчёсываю волосы. Водопад волос ровно распределён по спине, а я, отдав гребень, перехожу к Бьюкигре. Та успела снять ремешки с костяными бусинами и ожидала, когда же я ей займусь. Не заставляя себя долго ждать, перехожу к ней. Кос у неё заплетено поменьше, а потому справляюсь быстрее. Обойдя их спереди, любуюсь на получившуюся картину.
   - Что это, Аргнак? - спросила Бьюкигра, вертя в руках гребень.
   - Это зубень, для расчёсывания волос. Думаю, он будет удобней, чем деревянные спицы.
   - Спасибо! - встав, девушка подошла ко мне и обняла, обхватив её руками в ответ, прижимаю к себе и начинаю целовать.
   - Это действительно удобно, - сказала Кайнати, что, перекинув волосы через плечо, расчёсывала их зубнем. Встав, подошла поближе, ожидая, когда мы закончим, чтобы выразить и свою благодарность.
  

***


   На следующее утро мы вместе с остальными отправились добывать уголь. Добытчиков было примерно четверть взрослого населения клана, некоторые ехали на волках, и я им завидовал. И не потому, что сейчас пешком, а из-за волков. Каждый орчёнок мечтает о собственном волке. Волк - это не только средство передвижения, это товарищ, мы понимали друг друга так же хорошо, как остальных орков. Со временем седок и волк становились грозным тандемом, нивелируя недостатки друг друга. Да что там говорить, казалось, у них телепатическая связь, и они понимают друг друга без слов!
   Несмотря на близость к стойбищу, бдительность никто не терял, волчьи всадники рассредоточились по краям, девушки - в центре, а остальные орки (я в том числе) - впереди. Замечаю, что бежим в одном ритме, можно сказать, почти в ногу, сохраняя порядок, даже дышим почти в унисон. И при этом чувствую я себя сейчас частью чего-то большего, чем сам. Приятное и привычное чувство. Вороны с карканьем поднимались с нашего пути, а парочка кровавых ястребов в вышине летели следом, никак решив, что мы бежим охотиться, и им будет, чем поживиться. Эти весьма умные птицы прозваны так были за красное оперение. Помню, в дальнейшем их умудрятся использовать как почтовых голубей, но имени дрессировщика книга не сохранила. Интересно, как он втолковывал птицам, где какой клан обитает и кому доставлять письма? Но со временем непременно узнаю.
   Свернув на старицу, продолжаем бег, минуем печи, стоящие на старом русле. Вот показался и нетронутый сухостой, парами и больше орки начинают отставать, отделяясь от отряда. Причём между заготовителями получается примерно одинаковое расстояние - так и мешать друг другу не будут. Последняя тройка отстала, а я продолжаю бег, устремляясь к самой излучине. Теперь можно и передохнуть, мы одни, и вокруг никаких крупных животных.
   - Аргнак, а почему мы так далеко от остальных? - отдышавшись, спросила меня Бьюкигра.
   - Этому есть несколько причин. Во-первых, я хотел побыть с вами наедине, - от моих слов девушки улыбнулись, а щёки Кайнати чуть потемнели. - Во-вторых, здесь рядом вода, и для лепки печей её не придётся далеко носить, ну и искупаться можно, практически не покидая проверенную местность.
   - Да, это стоило пятнадцати минут лишнего бега, - согласилась со мной Бьюкигра, складывая поклажу.
   - Ну, раз мы передохнули, начнём, - достаю свой старый топор (новый я оставил в шатре, от зверей у меня есть пика, а портить рубкой деревьев его не хочется) и иду к среднему стволу - он послужит неплохой опорой для колки остального сухостоя.
   Девушки пока заняты тонкими побегами, способ заготовки сухостоя отточен у них предыдущими днями до совершенства. Ломают то, что можно сломать, не отвлекаясь на остальное, и роняют на землю, оставляя за собой эдакую "просеку". Потом, пройдя заросли насквозь, поворачивают обратно и повторяют. Как сделают несколько заходов, начинают собирать наломанное и стаскивать к поваленному мною дереву, а я иду срубать то, что они пропустили. Наломав веток впрок, чтобы не было простоев, перетаскивают срубленное мной, а я начинаю измельчать принесённое под нужный размер.
   Когда количество нарубленного сухостоя стало достаточным для загрузки, сделали перерыв и решили освежиться. Да и вода для замеса нужна, благо речка тут неподалёку. Подойдя к прозрачным водам, замечаю стайку серебристых рыбок, прыснувших прочь от упавшей тени. Зачерпнув пригоршню воды, смачиваю лицо и весело отфыркиваюсь. Девушки тоже не преминули поплескать руки в воде, не забыв смочить и лицо. Набрав воду в котелок и бурдюки, собираемся лепить печь, но тут я краем глаза замечаю что-то необычное. Обглоданный куст. И не один, судя по выеденным кронам, здесь паслось семейство копытней. Самка с детёнышами, причем, судя по следам, не меньше трёх. Раньше я бы отметил это и забыл, пропустив мимо сознания, не воспринимая их как добычу. Но теперь всё иначе. У меня есть новое оружие, тактика и река под боком, а потому бросаем всё и срочно на охоту! Хотя нет, это я погорячился. Без подготовки из всей затеи выйдет пшик.
   - Аргнак, что ты там увидел? - позвала меня Бьюкигра, уже успевшая с подругой сходить до заготовленных дров и замесить первую партию грязи.
   - Сейчас вы доделываете печь, я готовлю брёвна, и мы возвращаемся в стойбище.
   - А зачем? Времени хватит ещё и на вторую, и плот нам не нужен... - неуверенно прокомментировала Кайнати.
   - Пойдём на охоту. Тут неподалёку ходят копытни, нам как раз хватит сил, чтобы завалить одного.
   Шок и неверие на лицах орчанок были мне ответом.
   - Эмм... Расскажешь, как мы будем охотиться? - отмерла Бьюкигра.
   - Конечно, но позже. Нам нужны брёвна, без них охота не состоится.
   Пара скоро будет готова, использую сваленное дерево. Потом ещё пару близких по диаметру, и всё. Справился со своей задачей быстрее девушек, и теперь ношу воду, чтобы быстрее долепить и разжечь печь. Мысленно я уже добыл зверя и теперь шлифовал план, моделируя разные варианты действий. Чем больше я смогу обдумать, тем меньше неожиданностей ждёт нас на охоте.
   Готово. Пока Бьюкигра разжигала печь, я занялся брёвнами, делая противолежащие зарубки у края, чтобы их можно было обвязать верёвками и нести. Пока печь не разгорится, закрывать её рано, и уйти нельзя - всё прогорит. Зато есть время обговорить будущую охоту, может, укажут на незамеченные мною ошибки.
   - Пока огонь входит в силу, расскажу свою задумку, - привлекаю внимание девушек к себе. - Сейчас вернёмся в стойбище и возьмём припасов на день пути. Верёвку и оружие я с собой возьму, а вам не помешают дротики.
   - У меня есть копьё, - сказала Бьюкигра.
   - Не повредит. Но со зверем разбираться буду только я.
   - Почему? Мы тоже ловкие и быстрые!
   - В вас я не сомневаюсь, но нам не надо будет бодаться с копытнем. Самку нам всё равно не убить, а детёныша - можно. Но мало добыть зверя, нужно ещё суметь его донести до стойбища.
   - Ты будешь делать плот? - показала на приготовленные брёвна Бьюкигра. - Но такой маленький едва нас выдержит.
   - Они не для плота. Когда я убью копытня, вы вдвоём, подкладывая брёвна под тушу, сволочёте его в реку, а там переправим его ниже и срубим нормальный плот.
   - А у нас получится? - скептически отозвалась Кайнати. - Даже однолетка очень большой и тяжёлый.
   - Есть способ сдвинуть и более тяжёлое. Как вернёмся на это место, попрактикуемся.
   - Огонь достаточно разгорелся, - сказала Кайнати, и мы стали залеплять грязью отверстия. Теперь пора домой, предупредить учителя, взять всё, что нужно, и идти на охоту.
  

***


   Бежим обратно, работающие орки и орчанки иногда нас окликают, спрашивая, что случилось, на что отвечаю, что появились срочные дела на стоянке. Да и по нашему виду было ясно, что мы не испуганы, а значит, опасности нет. Добравшись, разделились, я спешу к своему шатру. Учителя нет, но я оставлю ему записку, не зря же он учил меня грамоте. Несколько строк на коре кер'габба. Так, теперь рядом с рабочим топором пристроить новый. Где моя верёвка? Перекинув моток за спину, взял половину готовых лепёшек и несколько кусков мяса - охота не затянется, потому таскать лишнюю тяжесть не надо.
   Девушки на Дреноре собираются куда быстрее, чем на Земле, в чём я неоднократно убеждался. И сейчас, стоило мне выйти, как увидел спешащих ко мне орчанок. Лёгкие топики сменились на безрукавки, набедренные повязки - на штаны, косы собраны в пучок, чтобы не мешали, за спиной - котомки. У Бьюкигры лёгкое копьё, Кайнати же взяла пять дротиков.
   Путь обратно прошёл в молчании, большинство работников сделали закладку и собрались вместе поужинать. Предлагать присоединиться никто не стал, поняв по нашему виду, что спешим на охоту. Наконец, вот и излучина.
   - Сейчас я вам покажу, как сдвигать большую тяжесть, - начинаю инструктировать девушек. Самое сложное - это затащить на первые брёвна, потом всё пойдёт гораздо легче. Выйдя на берег, остановил свой выбор на старом утопленном в воде дереве. Не знаю, сколько по реке оно путешествовало, но успело настолько пропитаться водой, что уже не всплывало. Обвязав верёвкой возле корней, делаю на втором конце петлю, и, срубив толстую жердь, вставляю её ближе к нижнему концу. А дальше втыкаю в землю, а товарищ Архимед делает за меня большую часть работы. Сдвинулось. Теперь переставить чуть дальше, снова воткнуть и потянуть - пошла, освобождаясь от ила и наносов. В воде её, конечно, легче двигать, но на земле корни и ветки не позволят так просто её транспортировать. Потому долой их, а тяжёлый балан послужит отличным учебным пособием.
   - Сейчас принесём заготовленные брёвна и будем перетаскивать этот топляк.
   Размер я их подбирал исходя из двух соображений - чем больше будет диаметр, тем легче катить груз. Но не слишком тяжёлые - чтобы по два могли унести и орчанки.
   - Теперь смотрите - приподнимаю конец балана и подкладываю первое бревно. Подтягиваю рычагом поближе, ещё, ещё - можно второе подложить. На четвёртом рычаг уже не понадобился, двумя руками тащил за верёвку, и ход был хорошим.
   - Почему так? - спросила Кайнати.
   - Всё дело в круглой форме. Что легче - катить камень или нести его?
   - Ну, если поддеть его палкой, то можно сдвинуть такой, что и вдвоём не поднимешь.
   - А здесь роль камней выполняют брёвна. Попробуйте сами.
   Привязав к балану ещё один отрез верёвки, срубил подходящую жердину. Пока девушки учились вовремя подкладывать выехавшие брёвна, довёл до них план охоты - я добываю зверя, они его волокут, пока я отвлекаю оставшееся стадо.
  

***


   Вдоволь напрактиковавшись, вешаем брёвна за спину и спешим по свежим следам копытней. Обычно они бродят в одиночестве, и лишь молодые, до трёх лет, следуют за матерью. Находясь под её защитой, успевают набрать массу и силу, после чего начинают самостоятельную жизнь. Бежать не получается, да этого и не нужно - местность новая, а потому внимательно смотрим по сторонам в поисках волков и других крупных животных. Свежий помёт - судя по всему, до них ещё как минимум часа два, а то и три хода. Следы шли вдоль русла, иногда отклоняясь в сторону, но неизменно возвращаясь обратно - трава по пояс была отличным кормом, но густой кустарник копытни обожали ещё больше. Может, не приходилось сильно наклонять голову, а может, листья с корой более питательные - не знаю. Время научных орочьих изысканий на Дреноре ещё не пришло.
   Мы так пока и не догнали стадо, но летом темнеет поздно, так что время ещё есть. Плюс, атаковать я буду в темноте, когда гигантские звери уснут. Час спустя ветер донёс нам их запах, а спустя десяток минут - отдалённый хруст и мычание. Вот они, красавцы. Огромная туша матери, горой возвышающаяся над кустами, с ней три одногодки, один двухлетка и больше никого. Видимо, трёхлетка, несмотря на её защиту, погиб. Или утонул, сейчас не узнать. Теперь будем следовать за ними, пока не встанут на ночь.
   Подождав, пока добыча покрепче уснёт, начинаю готовиться к ночной охоте. Снимаю с себя всё, кроме обуви и набедренной повязки, взяв в руки новый топор, стою и успокаиваю дыхание. Адреналин уже начал вырабатываться, наливая мышцы силой.
   - Удачи, Аргнак, - сказала Кайнати, поцеловав в губы и прибирая вещи.
   - Вернись живым, даже если ничего не получится, не рискуй понапрасну, - добавила Бьюкигра, также подарив поцелуй, и принялась помогать подруге.
   Крадусь вперёд, у этих махин плохое зрение, зато слух и обоняние - на высоте. Но я знаю их особенности, а потому подхожу не с подветренной стороны, внимание к которой у них обострено больше всего, а наискосок. Медленно, очень медленно, чтобы не шелестела трава, не треснул сучок или ещё какой-нибудь мусор, приближаюсь к ним. Молодые "слонопотамы" прижались к материнскому боку, и только двухлетка стоит чуть в стороне. Кого же выбрать? Однолетку точно утащим, и то, что они находятся так близко друг к другу и матери, мне не помешает. У двухлетки шкура значительно больше, да и мяса - тоже. Приблизившись в густеющих сумерках, оцениваю размеры и останавливаюсь на втором варианте.
   Шумное и размеренное дыхание, склонённая к земле голова и закрытые глаза. Как бы не взбрыкнул - обхожу сбоку и, примерившись, поднимаю топор. Привстаю на цыпочки, миг - и лезвие с тихим свистом устремляется вниз, впиваясь в затылок с костяным треском. Взвившийся на дыбы зверь с застрявшим топором заваливается набок, стой я спереди, мог и не увернуться от промелькнувшего рога. Шум разбудил остальное стадо, и я сам тоже издаю вопль, привлекая внимание, и бегу к самке. Испуганный рёв малышни и гневный взрослого копытня, почувствовавшего кровь. Вновь ору и, развернувшись, бегу прочь. Теперь надо увести её как можно дальше, дав время моим девушкам заняться добычей. Несмотря на свои размеры, самка резво бежала за мной, топоча копытами и сметая на своём пути кусты и мелкие деревья. Молодёжь не отставала, чтобы не остаться без защиты, а я соизмерял скорость, мельтеша руками и раздражая своей близостью зверя. Вот она остановилась, намереваясь вернуться обратно. Э нет, так дело не пойдёт. Если Бьюкигра с Кайнати не успели, то она проведёт рядом с павшим дня два или три, пока окончательно не убедится, что он погиб. А за это время мясо безнадёжно испортится - сейчас не зима.
   Оборачиваюсь и, оббегая её по дуге, делаю вид, что нападаю на детёнышей. Возмущённый рёв был ответом на мои действия, а ещё она умудрилась прибавить в скорости, отчего мне пришлось припустить со всей силы, прося духов, чтобы не дали споткнуться в темноте. Бегство от смерти продолжалось ещё минут пять, я специально считал, не надеясь на правильность чувства времени в экстремальном состоянии. Отсчитав ещё столько же, решил идти в отрыв, смещаясь к реке. Топот ног заглушил плеск воды, а я во всё усиливающихся сумерках плыву вниз по течению, оставив разъярённого зверя позади. Теперь выбираюсь на берег, и со всей скорости, что позволяет освещённость, бегу обратно.
   На старом месте добычи не оказалось, и лишь запах крови и примятая трава говорили о том, что орчанки справились. Захожу в воду, чтобы сбить свой запах - копытень не волк, но вдруг пойдёт следом? Бредя по щиколотку в воде, вскоре нагнал девушек.
   - Ты цел?! - синхронный взволнованный вопрос вызвал приятное чувство в груди, и я, улыбнувшись, подхожу ближе.
   - Цел, цел. Духи были милостивы, и я не упал. Как протащили?
   - Это было легче, чем представлялась. Никогда бы не поверила, что такую тушу можно уволочь вдвоём.
   - Давайте спускать её дальше, а потом займёмся добычей.
  

***


   Вода в реке не успела остыть с вечера, а родников было немного, но даже будь вода ледяной - мы бы это вряд ли заметили. Адреналин всё ещё кипел в крови, невероятная добыча дополнительно будоражила кровь, и мы волокли её вниз по течению, обгоняя основной поток. Наконец, решив, что ушли достаточно далеко, вытаскиваем добычу на берег.
   - Снимайте мокрую одежду, сейчас греться будем, - и подаю личный пример.
   Ночь, пережитая опасность и близость обнажённых тел выплеснулись в сильную страсть. Скинув одежду, кинулись навстречу друг другу, сойдясь, как в жестокой рукопашной.
   Искусанные плечи слегка саднили, но почти не досаждали, перекрытые приятным настроением. Лежим, обнявшись на траве, мои руки сравнивают на ощупь объёмы и упругость, а сам отдыхаю, ни о чём не думая.
   - Аргнак, я давно хотела спросить, а зачем нам столько мяса? - спросила Бьюкигра.
   - Поменяем его на шкуры, если и не хватит на шатёр, то добыть немного останется. Да и долг перед кузнецом закрою.
   - Шатёр - это хорошо. У меня есть шкура талбука, так что, может, и хватит.
   - И у меня, - добавила Кайнати с другого бока.
   - Ну, раз спать мы всё равно не собираемся, предлагаю развести костёр и воздать должное нашей добыче.
   Девушки быстро нарвали сухой травы, а я срезал дёрн, освобождая место под кострище. Язычок огня разогнал тьму, и мы стали обламывать сухие ветки с прибрежных кустов. Катки, что так помогли, пускать на дрова не стали - меньше придётся искать брёвен для плота. Достав колышек, которым орчанки запечатали рану, набираю пригоршню и разрисовываю им лица, после чего, сделав глоток, провожу ладонями по собственным щекам. Ритуал соблюдён, и теперь у нас впереди бессонная ночь, предстоит содрать шкуру и разделать добычу, пока не начала портиться.
  

***


   Пламя огня разгоняло тьму, освещая неровным светом окружающее пространство. Иногда сильно взмывающие протуберанцы огня, вырывающиеся выше остальных языков, на мгновенье освещали дальние подступы. Я помог девушкам перевернуть тушу на спину и, зафиксировав верёвками за лапы к вбитым в землю кольям, оттягивал шкуру в сторону, пока они ловко отделяли её от мяса. Одеваться мы не стали, блики костра играли на их перемазанных кровью руках, рисуя сюрреалистическую картину. Наконец, стянув шкуру до земли, начинаю разрубать тушу на куски. Первым делом извлёк сердце - как лично добывший зверя, имел на него все права.
   Топор хорошо себя показал, но впредь нужно будет выдёргивать его из зверя раньше, чтобы не застревал. Пробивная сила клевца не оставила шанса копытню, но моя неопытность едва не оставила меня без оружия. Что ж, буду чаще тренироваться.
   Раскрыв рёбра в стороны, вырезаю огромное сердце - будет нам всем поздний ужин.
   - Кайнати, Бьюкигра, - подзываю девушек поближе, чтобы поделиться трофеем. Усевшись у огня, отрезаем кусочки и едим его, только сейчас осознавая величину своего трофея.
   - Наша первая охота, - негромко произнесла Кайнати, расправившись со своей порцией.
   - Такое точно не забудешь, - добавила Бьюкигра.
   - Как доедим, сварю бодрящего зелья, если поторопимся, утром будем в стойбище.
  

***


   Работа по изготовлению плота и разделке добычи заняла большую часть ночи, отняв много сил. Но свежее красное мясо, необычайно вкусное, и отвар цветов дассана с небольшим количеством звездолиста отгоняли усталость прочь. Потом нагрузка возьмёт своё, но к этому времени я рассчитывал быть уже в клане. Натерев начерно выскобленную шкуру остатками золы, грузим мясо на плот, равномерно распределяя нагрузку. Решили не дожидаться рассвета, а чтобы свет факелов не слепил, закрепили их позади плота на длинных шестах. Орчанки спереди следили, чтобы плот не воткнулся в берег, а я, находясь в задней части, отталкивался от дна, убыстряя наш путь. Летом рано светает, и мы решили не сменять догоревшие факелы. Вскоре показалась развилка, и я скомандовал причаливать к берегу.
   - Мы заберём уголь, Аргнак? - спросила меня бодрая, несмотря на бессонную ночь, Кайнати.
   - Нет, нарубим жердей для переноски мяса. Я скоро, - обежав плот по берегу, приматываю его к дереву.
   - Мы поможем, - откликнулась Бьюкигра, устремляясь к зарослям сухостоя.
   Наконец, нарубив достаточно жердин, собираемся в путь. Но прежде чем отчалить, водружаю отрубленную голову на тройку связанных между собой шестов - нужно произвести впечатление на орков.
  

13


  
   Окончательно рассвело, и мы даже застали новую партию заготовителей, спешивших к старице. Большая часть из них была новыми, ещё не пережигавшими уголь, но встречались и вчерашние, в частности - Рунралод с Кивишей. Хотят как можно больше заготовить угля, и я их понимаю - сейчас самый лучший для этого момент, ведь он весь в дальнейшем превратится в более дорогие и компактные вещи - медные изделия.
   Вид вдвое большего плота, что я не столь давно доставлял в селение, заваленного мясом, заставил группу остановиться и направиться к нам. Первым подъехал волчий всадник Крахниал, Ночной Шорох под ним втягивал носом воздух и глухо ворчал, чуя рядом много крови.
   - Приветствую, Аргнак. Гляжу, твоя охота удалась.
   - Да, Крахниал. Но не моя, а наша. Как видишь, река вновь сослужила службу, заменив многих волков.
   - До осенней охоты ещё далеко, и дичи много. Зачем ты взял копытня?
   Девушки уперли шесты в дно, не давая плоту сдвинуться и не вмешиваясь в мой разговор. Подтянулся и остальной отряд, разглядывая гору мяса, вздетую на шесты голову и большой свёрток шкуры. Поприветствовав, продолжили слушать наш разговор.
   - Духи не любят, когда мы берём лишнее, - начал я свой рассказ, - и добытое мной не испортится - уже сегодня я поменяю мясо на талбучьи шкуры. Думаю, возможность оставить охоту и добыть больше угля, поедая деликатес, того стоит.
   - Сейчас я бы взял немного, а остальное - как вернусь. Придержи мою долю до вечера - и шкура твоя, - сказал Багитиш.
   - Я, пожалуй, тоже не против, - сказал Крахниал.
   Спрыгнув на берег, привязываю плот, чтобы не утруждать своих девушек и позволить заинтересованным оркам взять часть своего мяса - далеко не все это сделали, лишь треть отряда решила совершить обмен. Но с учётом остального клана, излишков мяса у меня точно не предвидится.

***


   Все присутствующие затариваться не стали, но мне же лучше, меньше запоминать, кому и сколько мяса оставлять до вечера. Совершив обмен, плывём дальше, скоро появится "пристань", куда я не раз приводил плоты. Ребятня, соотнеся нашу вчерашнюю отлучку и сегодняшнее появление, загодя выставила часовых, что, увидев наше приближение, припустили нам навстречу. А увидев добычу, побежали извещать остальных. Ха, будут нам помощники, хотя и придётся сходить несколько раз. К нашему прибытию все свободные орчата уже собрались гомонящей толпой, что уже разбивалась по парам. Ни Долхара, ни Мальрока не было, и за отсутствием наших родственников обошлись без лидера, споро разбирая жерди и развешивая мясо. Кайнати с Бьюкигрой завернули часть отряда к своим шатрам.
   - Вы спать? - спрашиваю девушек.
   - Да, - ответила Бьюкигра. - Или мы ещё нужны?
   - Отдыхайте. После обеда снова за углём пойдём.
   - Хорошо, до встречи!
   Позёвывая, очанки разошлись по домам, а я велел перетаскивать мясо к шатру Хатгаута, сам же, не откладывая, захватил команду с десятой частью мяса. Отдам налоги - и уйду, наконец, отдыхать. Свёрток с бурой шкурой и роговые пластины захватил с собой, остальное перетаскают орчата.
   Вождя на месте не было, Кайрилса пригласила пройти, смерив мои трофеи с причитающейся главе долей мяса.
   - Шкуру и пластины на обмен принёс? - спросила она, отмечая поступление на пергаменте. Тряхнув рукой, как будто и до этого долго писала, продолжила делать записи.
   Интересно, как долго хранится эта бухгалтерия? Потаскай-ка архив с собой. Хотя, с иждевенцами и родственниками, наверное, это не слишком накладно.
   - Нет, чтобы с пустыми руками домой не идти, - отвечаю нарядно одетой орчанке.
   - Хорошую цену можешь получить, - продолжает она, когда орчата, сгрузив мясо, удалились.
   - Они сами по себе ценность. Мех не зимний, но и не линялый. Пластины свежие, не рассохшиеся. Если это всё, я пойду.
   - Их ещё и обработать правильно надо. Ты хороший охотник, но нельзя быть лучшим во всём. Сколько пластин копытней ты уже обработал?
   - Ни одной.
   - Вот! А наши родственники всё время обновляют доспехи, - добавила она, отложив писчие принадлежности и поправив плетёный браслет.
   - Сколько? - задаю насущный вопрос. Возможно, и сам справлюсь, но можно ведь и поручить это дело специалисту.
   - Десятая часть. Или рог.
   Прикидываю в уме, забронироваться полностью всё равно не получится, но усилить новый охотничий доспех пластинками кожи, по примеру нынешнего, тоже могу.
   - Могу расплатиться мясом?
   - Нет, - непреклонно качнула она головой. - Ты сам обозначил, насколько они ценны.
   Голова после бессонных суток уже плохо соображала, видимо, бодрящее действие отвара подходило к концу. Сейчас я в таком состоянии такого нарешаю, что потом точно буду жалеть.
   - Я подумаю, посоветуюсь с учителем, - ставлю точку в разговоре и собираюсь на выход.
   В проходе едва не столкнулся с входящей орчанкой. Отскочив в сторону, та недовольно смотрит на меня. Дувейли, дочка вождя. По весне у неё настанет пора первой охоты, но уже неплохо сформирована. Окинул взглядом её фигурку и встретился взглядом с сердитыми зелёными глазами.
   - Привет. Зайдёшь или дальше будешь стоять? - говорю ей и иду мимо.
   - Мог бы и извиниться, - донёсся сердитый голос в спину.
   - Считай это тренировкой реакции. У тебя отлично получилось убраться с пути возможной опасности, ты вырастешь хорошей охотницей.
   Не зная, радоваться похвале или злиться на сомнительный комплимент, девушка гордо промолчала. И то хлеб. Кстати о хлебе. Я бы, пожалуй, перекусил - и на боковую. А вот и шатёр. Волчья шкура, жди меня!
   - С возвращением, великий охотник, - по тону Хатгаута нельзя было определить, сколько сарказма, а сколько истины в его похвале. - Расскажешь старику, как прошла охота?
   - Ты не настолько стар, учитель, чтобы искать встречи с копытнем. Без невест я бы не справился, напрасно загубив зверя. Пока я, убив двухлетка, убегал от разъярённого копытня, Бьюкигра с Кайнати сволокли его в ручей и отправились ниже. Отсчитав положенное время, оторвался от погони и помог в транспортировке и разделке.
   Задумчиво подперев подбородок кулаком, наставник слушал мой рассказ, прикрыв глаза и чему-то мысленно кивая.
   - Я видел записку, или ты сильно торопился, или тебя ещё следует поучить письму. Едва разобрал каракули, благо соседи рассказали, куда вы ушли. Ладно, пойдём.
   - Куда? - спрашиваю его, почти находясь в стране сновидений.
   - На урок. Мы и так сегодня задержались.
   Перечить я не стал. Выбрав из запасов кус мяса копытня, добавил к нему пару сушёных цветов дассана. Если мне не придётся до обеда выспаться, так хоть не буду сонной мухой.
  

***


   То же время, Бьюкигра.
   Триумф возвращения в родной шатёр подпортила пустота. Ни матери с отцом, ни младшего брата-оболтуса не было. Расплатившись с носильщиками, девушка принялась компактней развешивать мясо копытня, борясь со сном и усталостью. Орки выносливы, но целые сутки на ногах и изматывающая работа всё же истощили её силы.
   - Спать пора, - негромко произнесла она, укладываясь в угол. Кровь её первой совместной добычи давно высохла, но ещё не успела осыпаться со щёк. Родители будут рады, когда вернутся, а она, засыпая, невольно обдумывала всё, что с ней приключилось за последнее время.
   Сон сморил её мгновенно, так и не стерев с лица довольную улыбку.
  

***


   Зажевав всухомятку, догоняю учителя. Или дассан ещё не подействовал, или мне нужно было съесть побольше, но особого прилива бодрости я не ощутил. А вообще, завязывать пора со стимуляторами, так и привыкнуть недолго. Отчаянно зеваю на ходу, догоняя Хатгаута. Учёба идёт ни шатко, ни валко, травы шаманами вокруг стоянки уже выбраны, оставленные на развод трогать нельзя.
   - Учитель, а если подрастить каменный корень, чтобы он быстрее разросся и оправился от сбора? - задаю напрашивающийся вопрос. И правда интересно, ведь с такой скоростью, с которой орки восстанавливают проплешины от шатров, перекрыть потребности в редких ингредиентах - не проблема.
   - То собирать его можно будет лишь через год, он должен сам расти и набрать силу, - ответил негромко Хатгаут. - И то зелье из него будет слабей, чем если бы он сам восстановился.
   Значит, орки уже пробовали делать подобное, а не я самый умный. Чего же недобирает быстро выращенное растение? Пока непонятно, слишком мало данных. Интересно, дренеи исследовали этот вопрос? Было бы любопытно покопаться в их исследованиях.
   - Гляжу, совсем засыпаешь, - произнёс, не оборачиваясь, старый орк. - Расскажи прошлый урок, раз трав пока не встретили.
  

***


   За неимением редких, собирали обычные. Зелья из них получаются чуть хуже, но мне нужна практика. А если затратить больше времени, то из десятка одинаковых порций можно сделать концентрат. Действенность его не удесятеряется, но утраивается точно. Что влечёт за собой проблему - дозировку при использовании нужно проверять тщательней, да и испортить всё при сгущении тоже можно. Впрочем, меньший вес и большая компактность компенсирует недостатки. Наконец учёба окончилась, и я, гружёный охапкой трав, спешу домой.
   Шум стоянки был сегодня тише, чем обычно, орчата или ушли на очередную тренировку, или нашли себе ещё какое-нибудь интересное занятие за его пределами, а взрослые отнюдь не спешили заполнить тишину своими разговорами. Сухопарый седой орк, примостившийся под навесом, привлёк моё внимание, полусонный мозг напомнил, что же я хотел сделать после того, как высплюсь. Вот и шатёр. Для сушки набранных растений требовалось солнце, а потому расстилаю набранное на крышу шатра, обвязав, чтобы не сдуло, кожаным ремешком. Так, что мне может понадобиться в разговоре с Толистаном? Подарок, это и так понятно. Выбираю хороший шмат мяса. Рог, пластина. Что-то ещё? Спрошу у мастера, как подойду.
   Толистан, наш мастер-лукарь, никуда не собирался уходить. Расположившись под навесом, он обтачивал деревяшку, придирчиво оглядывая получающийся срез и подправляя ножом. Проведя пальцами вдоль волокон, причмокнул губами, чему-то кивнул и обратил внимание на меня.
   - Приветствую, мастер.
   - Здравствуй, Аргнак. Ещё не забыл мои уроки? - взгляд внимательных глаз встретился с моими.
   - Нет, и не собираюсь. Решил, что охотнику-одиночке очень пригодится хороший лук.
   - Плохих не делаю, - ровно ответил орк. - А разве ты и так с охотой не справляешься? Знаешь ведь, сколько я за него возьму.
   - Если часть материалов предоставлю я, выйдет ведь дешевле? - включаюсь в торговлю.
   Помолчав, Толистан вновь принялся строгать заготовку под лук, а я не прерывал его, ожидая ответа.
   - Или дешевле, или быстрее, - произносит наконец мастер. - Хотя, постой, - забрав мясо, удаляется в шатёр, чтобы тут же вернуться с луком. Не натянут. Протягивает мне его и тетиву, наблюдая за мной. Накинув первую петлю на нижний конец лука, упираю его в землю. Заступаю левой ногой между плечом лука и тетивой, упираю в икру, где-то в четверти от общей длины. Теперь, ухватив рукой верх, присев, наваливаюсь плечом в районе запястья и, поворачиваясь всем телом вправо, сгибаю лук. Теперь накинуть петлю на верхний конец - и готово. Вышагнув из лука, протягиваю его Толистану.
   Не принимая лук, мастер протянул мне перчатку, чтобы не резать пальцы о тетиву. Нужна ещё одна, но, видимо, стрелять я сейчас не буду.
   - Вижу, ты не забыл мои уроки, хоть давно на них не ходишь. Натяни тетиву.
   Надев перчатку на правую руку, вздеваю лук вверх и, ухватив тетиву, растягиваю лук, опуская левую руку вперёд. Всё как на так не любимых мною уроках, но науку Толистан вбил крепко, а тело ничего не забыло. Но таким тугим луком я ещё не пользовался, а потому тетива так и норовит вырваться из пальцев. Отпускать нельзя - может лопнуть, а потому медленно продвигаю правую руку вперёд, ослабляя натяжение.
   - Хорошо. Если хочешь лук сейчас - можешь забирать. Если подождёшь - сделаю через три дня из принесённого тобой рога. Остатки материала забираю себе.
   - За лук - половина рога, - не остаюсь в долгу. - Кроме того, могу поспособствовать жилами, что мы сняли с копытня.
   - Ты слишком многого хочешь, - отвечает старый мастер.
   - Возможно. Но и предлагаю немало. До осени тебе не видать ни пластин, ни рогов копытня. А из талбучьих получаются не столь выдающиеся луки - напираю на гордость мастера. - Разве ты не соскучился по работе? Строгать день ото дня заготовки, когда можешь творить? Целый рог, лучшие жилы, пластина копытня всего лишь за три лука, мужской и два женских. Материала при твоём мастерстве уйдёт немного, и ты сможешь и дальше радовать клан своим талантом.
   Неприкрытая лесть и нужная струнка, задетая в его душе, сыграли свою роль. Цена немалая, но, кажется, я нашёл то, что ему было нужно, то, чему он посвятил свою жизнь.
   - Приведёшь Бьюкигру с Кайнати, посмотрим, справятся ли они с луком.
   - Хорошо.
   - Не перебивай! Кроме того, с тебя сто побегов олембы, ровных и без сучков, помимо тех, что пойдут вам на стрелы. В течение трёх месяцев раз в неделю малый бурдюк пива и десять кулаков мяса. Всё запомнил?
   - Да, мастер.
   Рог и пластина вслед за луком отправились к Толистану, тут же придирчиво ставшему их осматривать, а я наконец отправляюсь отдыхать. Надо будет занести ему жил и запастись как следует зерном для пива.
  

***


   Запах жарящегося мяса подточил мой крепкий сон, а навалившаяся сверху орчанка окончательно прервала его.
   - Просыпайся, соня! Весь обед проспишь, - мурлыкнула развалившаяся на мне Бьюкигра. - Или тебе полдня было мало, чтобы выспаться?
   - Нет, не мало. Как раз хватило и с учителем до обеда позаниматься, и луки для нашей семьи купить.
   - Ой, а я тебя бужу...
   - Куда?! - обхватываю пытающуюся подняться фигурку. - Лежи теперь!
   Прижимаю завозившуюся девушку плотнее к себе, ладонь левой руки скользит по спине, ныряя под одежду, сон как рукой снимает. Настроение поднимается, поцелуи девушки прерываются разгорячённым дыханием, но я сдерживаюсь - наверняка скоро придёт учитель.
   - Как отдохнули? - спрашиваю орчанок, отпустив Бьюкигру и поднимаясь с волчьей шкуры.
   - Наверное, лучше, чем ты, - ответила Кайнати. - Вечером будут танцы, но если ты не спал...
   - Потанцуем, - прерываю её невысказанный вопрос. Принимать бодрящее зелье не стану, сон у меня хоть и вышел непродолжительным, но, видимо, был весьма глубоким.
   Бьюкигра сменила Кайнати у очага, а та, подойдя к нашим поредевшим трофеям, показала свёртки талбучьих шкур, которых раньше здесь не было.
   - Мы поменялись с добытчиками, что встретили утром, - сказала она, разворачивая первую шкуру. - Были ещё желающие, но мы не стали без тебя этого делать.
   - Молодцы, - хвалю девушек. - Как поедим, нужно будет подойти к Толистану, попробовать, подойдёт ли вам лук. И ещё, нам нужно скупить как можно больше зерна, пока оно не кончилось.
   - Это будет дорого, - произнесла от котла Бьюкигра. - И сколько мы должны за луки?
   - Зерна нужно, чтобы хватило до свежего урожая. Раз в неделю будем ставить пиво, это часть оплаты за луки. Три месяца - и свободны. Кстати, надо будет занести мастеру жил, найти сотню ровных побегов, ну и мяса по мелочи.
   - Это не очень много, тем более за три лука, - произнесла Кайнати, сворачивая шкуру обратно и убирая её к остальным. - Ты что-то ещё пообещал ему?
   - Ничего, кроме любимой работы. Рог, правда, пришлось отдать весь, даже в трофеи ничего не отпилил. Но из него мастер сделает луки, и у нас останется что-то лучше, чем просто напоминание о первой охоте.
   - И всё же, небольшой трофей для украшения нам бы не помешал, - сказала Бьюкигра.
   Девушки остаются девушками. Но разве можно их ругать за то, что хотят выглядеть красивее?
   - Думаю, охотничьи доспехи из шкуры копытня с вставками из роговых пластин скажут больше, чем кусок рога.
   - Хмм, пожалуй, - откликнулась Кайнати, проведя рукой по свёртку. - Но я не уверена, что справлюсь с луком.
   - Научишься, - подхожу к ней ближе, поднявшись, девушка протягивает ко мне руки, и мы обнимаемся.
   Вернулся Хатгаут. В руках у него была связка шкурок степных крыс, видимо, кто-то отдарился за лечение. Пройдя к своим вещам, снял ожерелье, сложил поклажу и принялся, как всегда, набивать трубку. Дымит часто, но кашля у него нет. Сегодня смешал какую-то особую смесь, я, хоть и долго живу с ним, не помню такого запаха.
   - Обед готов, - сказала Бьюкигра от котла. - Сегодня жареное мясо копытня, бульон и лепёшки. Раскладывать? - обратилась она к Хатгауту.
   С нами и так понятно, а учитель мог захотеть поесть и попозже. Старый шаман кивнул, а девушка принялась сервировать шкуру, заменяющую нам стол. Подруга помогала ей, после чего мы приступили к трапезе. Обед был вкусным и сытным, но мне захотелось свежатинки, потому отрезаю пластинку от окорока и завершаю ею свой обед.
  

***


   - Учитель, - зову Хатгаута, когда он докурил послеобеденную трубку. - Кайрилса предлагала помощь в обработке бронепластин копытня за десятую часть.
   - Соглашайся. Родственники вождя давно ими занимаются, на полный доспех тебе всё равно не хватит, а так и провозишься долго, и лучше них не сделаешь. Размеры уже выбрал, куда какие будешь крепить?
   - Думаю, разделить между мной и невестами. Им усилить доспех тоже не помешает.
   Девушки, услышав мои слова, радостно переглянулись, после чего одарили меня улыбками.
   - То дело. А куда пластин не хватит, там кожаными накладками усиль, как на первом доспехе.
   - Спасибо за совет. Мы, пожалуй, пойдём. Нам еще к Толистану зайти надо.
   Кивнув, учитель улёгся отдохнуть, а мы, взяв с собой жилы копытня, припасов на ужин и корзины для угля, пошли к лукарю. Но далеко уйти мы не успели - нашлись желающие поменять мясо копытня на талбучьи шкуры. Пришлось возвращаться для обмена. Наконец, обменяв излишки, мы пошли по своим делам.
   Мастер был на месте, всё под тем же пологом. Я ожидал увидеть в его руках пластину или рог, но он или уже закончил работу с ними (что сомнительно), или ещё не приступал. А может, их как-то надо предварительно обрабатывать? Замочить или, наоборот, высушить? Не знаю.
   - Приветствую, мастер.
   - Здравствуй, Толестан, - поздоровались и орчанки, передавая ему моток жил.
   - Привет всем вам. Ксел'зир! - на зов из шатра выглянул его сын. Кинув ему принесённое нами, добавил: - Вынеси женский лук и тетиву с перчаткой!
   Долго ждать нам не пришлось, первой испытать свою силу решила Бьюкигра. Женский лук был на треть меньше мужского, и хотя пускал стрелы не с такой силой, всё равно оставался грозным оружием. Навалившись на лук, заправила тетиву. Поднявшись, вскинула лук и уверенно натянула тетиву, после чего медленно вернула лук в исходное состояние. Уперев лук в землю, навалилась плечом и скинула петлю тетивы, снимая её.
   - Неплохо, - прокомментировал Толестан. Сын его тоже оставался здесь и с интересом наблюдал за нами.
   Кайнати взяла протянутую перчатку, после чего попыталась согнуть лук и приладить тетиву на место.
   - Плечи доворачивай, - подсказала ей Бьюкигра, - так легче будет!
   С третьей попытки орчанка справилась, после чего, надев перчатку, принялась натягивать тетиву. К сожалению, у неё не получилось.
   - Похоже, вам понадобятся только два лука, - произнёс Толистан. - Но оплата прежняя.
   - Я настаиваю на третьем, три лучше, чем два, - не соглашаюсь с вердиктом.
   - Зачем вам лишнее оружие, которым вы не пользуетесь?
   - Я подтяну её навыки, и ваше творение не станет обузой.
   Смерив нас внимательным взглядом, мастер подумал, после чего произнёс: - Хорошо, раз ты за неё поручаешься, будет вам третий лук.
   Значит, Толестану не всё равно, что происходит с изготовленными им луками. Попрощавшись с мастером, побежали на старицу. Времени потеряли чуть, зато и лукаря уважили, и одно из срочных дел закрыли.
  

***


   Похоже, мы самые последние из тех, кто отправился на промысел, так что поспешим. Погожий жаркий день и бег опять отогнали подступающий сон, но чувствую, что лучше не присаживаться. Партии заготовителей, мимо которых мы пробегали, приветствовали нас, не отвлекаясь от работы. Мы отвечали на приветствия, не снижая скорости. Будут вечером танцы - там и наговоримся. Миновав последний отряд (орки уже хорошо продвинулись вперёд с последнего раза), бежим дальше. Наконец стук топоров стих, и мы добрались до своего участка. Сложив поклажу, переводим дыхание. Перехватив пику поудобней, отправляюсь проверить окрестности, а девушки готовятся к выемке угля. Сняв лишнюю одежду, Бьюкигра не останавливается на этом и раздевается полностью.
   - Ты что делаешь? - спросила её удивлённая Кайнати.
   - Раздеваюсь, чтобы одежду не пачкать.
   - Но ведь...
   - Мы одни. А потом всё равно купаться пойдём. Так зачем тянуть? - ответила она, выразительно глядя в мою сторону.
   Я был всецело за, но пришлось, немного понаблюдав за углубившимися с головой в работу девушками, продолжить обход. Ни новых следов, ни клочков шерсти не было. Дичь и хищники покинули эту местность, а потому мы сможем поплескаться вместе. Покружив ещё вокруг, опасности не обнаружил и, не став возвращаться назад, принялся ждать орчанок. А вот и они, впереди, гордо вздев голову и лукаво сверкая глазами, шла Бьюкигра, левее неё - Кайнати, столь же перемазанная в саже, но уже не стесняющаяся моего взгляда. В её руке свёрток из листьев - не забыла золу для глиняного "мыла".
   - Мне кажется, или сегодня вы перемазались больше обычного?
   - Сегодня мы торопились, а одежды, которую пришлось бы беречь, на нас не было!
   - Уболтала, языкастая! - начинаю снимать охотничий доспех, в то время как девушки принялись замешивать глину с золой.
   Вокруг никого, а значит, купание у нас перерастёт в прелюдию. Намыливаем друг друга, оттирая не такую уж приставучую сажу, после чего перебираемся в реку. Та успела прогреться, теплее она будет только к вечеру, и мы плещемся в прозрачных водах. Бьюкигра или Кайнати? Пожалуй, Кайнати. Стоя в воде, притягиваю к себе девушку, раззадоренную нашим омовением. Впиваюсь поцелуем в податливые губы, а руки опять чувствуют под собой бархатную мягкость её кожи. Распалившись, вскидываю её на себя, не тратя времени, чтобы выйти на берег. Вода нам по плечи, веса девушки почти не чувствую, с головой отдаваясь ощущениям. В стороны расходятся круги, мы всё увеличиваем амплитуду, тяжелое дыхание переходит в стоны и вскрики, и Кайнати обмякает, повисая у меня на плече.
   Выношу её на берег и укладываю на траву. Бьюкигра не отстаёт от нас, а потому разворачиваю её к себе спиной и прижимаю. Девушка, привстав на цыпочки, поворачивает голову, и мы целуемся через плечо. Изогнув спину, она наклоняется вперёд, начиная ритмично двигать телом.Обхватив её бёдра ладонями, наращиваю скорость, теперь вода нам не мешает.
   - Аййй-ха! - выкрикнула Бьюкигра, достигнув кульминации, а я продолжаю, моя разрядка тоже близка.
   Обессиленный, заваливаюсь на спину, увлекая её за собой. Лежим, а я чувствую, как расслабленно-блаженное состояние постепенно перетекает в сон. Тряхнув головой, отгоняю сонное состояние, орчанка встрепенулась, поднимаясь с меня.
   - Хорошо отдохнули, - встаю вслед за ней, - но нас ждёт работа!
   Возвращаемся, полностью облачаться в доспех я не стал, и мы приступаем к работе.
  

***


   Загрузив пустые печи и сделав новые ниже по течению, снова окунулись, смывая пот и усталость. Мыла не использовали, но находясь рядом, снова не смогли сдержаться. Всё закончилось перепачканными травой коленями, пока девушки оттирались, резал захваченное с собой мясо. Копытень хорош в любом виде, и мы решили поужинать подвяленным, чтобы надолго не задерживаться.
   Прибыв в стойбище, отпустил девушек готовиться к вечерним танцам, а сам отправляюсь к кузнецу - пора внести очередной платёж и уменьшить долг. Захватил с собой копыта, думаю, пригодятся ему не хуже талбучьих рогов. Клановый кузнец был на месте и не занят.
   - Приветствую, Гракх. Примешь мясо копытня взамен талбучатины?
   - Не всё и не за всё. Клан скоро переезжает, и таскать лишнее мне не с руки.
   Так говорит, как будто я ему четыре туши принёс. Но и его резон понятен.
   - Часть возьму, а остальное талбуками отдашь.
   - Как насчёт копыт? Они по весу явно больше, чем будущие рога.
   - А вот их оставь. Рог принесёшь?
   Развожу руками в стороны: - Рог уже отдал Толистану за будущий лук.
   - Ха, интересно знать, что ты просил его изменить, и как он ругался, когда выслушал!
   - Луки - не по моей части. А вот наконечники улучшить смогу.
   - Хочешь сказать, топоры по твоей? - нахмурил брови мастер и тут же добавил: - А про наконечники расскажи, как-никак не первый год их кую. Посмеёмся потом вместе.
   Времени нет, но, может, заинтересовав его своей задумкой, смогу на наконечниках сэкономить?
   - Завтра, как нарисую, и посмеёмся. А благодаря новому топору я смог добыть копытня.
   - Киркой его, значит, ударил?
   - Враз череп пробил.
   Оставив задумчивого кузнеца позади, иду к шатру, нужно переодеться и взять гостинцев на вечерние танцы. Девушки были уже здесь и успели принарядиться.
   - Подождите немного, я скоро выйду, - говорю им и ныряю в шатёр.
   Охотничий доспех долой, надеваю праздничные безрукавку и штаны. Легкая тонкая обувь, клык волка на шею, новый топор на пояс. Взваливаю на плечо половину окорока, много, но жаться не надо. Всё-таки клан силён своим единством, а такие праздники служат разрядкой и укрепляют связи. Готов. Выхожу и киваю девушкам, Бьюкигра взглядом показала дорогу, и мы отправились.
   - А сегодня танцы дальше, чем обычно, - сказала Кайнати. - Кстати, знаешь, что случилось с нашим плотом?
   - Уплыл? Мы же его крепко привязывали?
   - Нет, Мальрок, брат Бьюкигры, катался на нём с остальными орчатами!
   - На место хоть поставили?
   - Да, иначе я надрала бы ему уши, и так без спросу чужое взял! - добавила Бьюкигра.
   - Он твой брат, а значит, не чужой. Где он с утра пропадал, что нас не встретил?
   - Мать взяла его с собой, они ходили собирать волокнянку.
   За разговором дорога прошла незаметно, и мы не заметили, как пришли. Сегодня, в отличие от прошлых праздников, наше появление привлекло гораздо больше внимания. Не тушуясь, кладу окорок к остальной снеди, принесённой прочими орками. Но я не единственный, кто принёс копытятину - было ещё четыре куса мяса, хоть и не такие большие.
   Танцы ещё не начались, и девушки отошли к другим орчанкам. Обступив, те принялись их о чём-то негромко расспрашивать, а я пошёл поближе к костру.
   - Хвались, великий охотник, как одолел могучего зверя, - сказал мне Хол'Тар.
   Был он на год меня старше, без волка. Любимое оружие - копьё. А ещё это был несостоявшийся муж Бьюкигры, что так и не пригласил её в шатёр после совместной охоты.
   - Трофеи говорят сами за себя лучше пустой болтовни, - отвечаю на его слова.
   - Сила - тоже.
   Как знакомо, опять меня "пробуют на зуб". Победить удачливого охотника в схватке - тоже доблесть. Или, лишившись красочного пересказа охоты, орки нашли замену в виде поединка? Список мероприятий дискотеки немного перемешался, но, думаю, зрители не против увидеть схватку в начале, а не в конце.
   - Сила зверя не спасла. К ней нужны ум и удача.
   - Так, может, проявишь их во всей красе?
   Слушая наш разговор, орки затихли. Словесный поединок не менее важен, чем драка, и тот, у кого хорошо подвешен язык, может снискать симпатии толпы. Впрочем, мой проигрыш ничего существенного не изменит - мы понимаем, насколько оружие нивелирует разницу в массе и силе.
   - Не вижу рядом ни одного копытня. Но раз так настаиваешь, могу познакомить тебя со своими кулаками.
   - Тогда хватит слов, выходи в круг! - раздражённо отзывается оппонент.
   Достаю топор и прежде, чем передать его подошедшей Кайнати, кручу восьмёрку, рассекая лезвием воздух. Подвигал плечами, безрукавка меня не стеснит, а вот волчий клык передал Бьюкигре - во время схватки лишние болтающиеся предметы на шее не нужны. Орки расступились, образуя круг, из толпы неслись крики поддержки то мне, то Хол'тару, но большинству было всё равно, кто победит. Сама предстоящая схватка горячила кровь, разрозненные выкрики постепенно стихли - ждут, пока мы приготовимся. Краренрун вызвался судить поединок и подлечить после его завершения.
   - Бой! - негромкий голос резко прозвучал в наступившей тишине, и мы понеслись навстречу друг другу. Противник был массивней меня - проходя первую охоту, орки не вырастали в одночасье, впереди у меня ещё два-три года, чтобы набрать полную массу и силу. Затягивать схватку я не хочу, попробую победить, поставив всё на первый удар. Столкновение будет жёстким. Разогнавшись, мы сходимся в центре, и я бросаюсь под ноги, уходя в перекат. Ни остановиться, ни перепрыгнуть он уже не успевает, а потому летит вперёд. Гашу разгон и несусь обратно, пока грузно приземлившийся орк пытается подняться. Налетаю сбоку, молотя его кулаками, стараюсь совершать удары как можно быстрее, выцеливая лоб, шею и солнечное сплетение.
   Вижу, что он не поплыл, а потому разрываю дистанцию, уходя от тяжёлых кулаков. Зарычав, он попёр на меня, не давая сильно оторваться, но пинок по бедру приостановил его, развернув поперёк движения. Снова кидаюсь, пробиваю двойку в бок, третий удар попал по руке, и я вновь разрываю дистанцию. Стоим, следя друг за другом, наскоком победить не удалось, и теперь ошибка может мне обойтись поражением. Не спуская с него глаз, вновь устремляюсь вперёд, Хол'тар пригнулся, готовясь встретить меня, и я его не разочаровываю. Но прежде чем столкнуться, вскидываю руки на уровень лица и, сведя локти вместе, врезаюсь в него. Удар его кулака скользит по выставленной защите, второй попадает в бок, но я уже врезаюсь в него и сбиваю с ног. В схватке все средства хороши, не давая ему подняться, молочу кулаками и ногами, уворачиваюсь от попытки схватить меня за ноги и впечатываю кулак между лопаток.
   - Бой окончен, - сказал Краренрун, прерывая избиение.
   Отступаю прочь от начавшего подниматься орка, помогать подняться ему явно не надо.
   - Видишь, не всё решает сила, - комментирую свою победу. - Ум и удача, всё как ты хотел.
   - Мы ещё сойдёмся в схватке!
   - Не сегодня. Повторная победа над тобой в таком состоянии не сделает мне чести.
   Шаман не стал нас подлечивать - ссадины и синяки - это совсем не повод прибегать к помощи духов. Вот если бы были переломы или потеря сознания - другое дело. Бьюкигра, подойдя ко мне, надевает ремешок с волчьим клыком на шею и целует, глаза её победно горят. Бросив взгляд на несостоявшегося жениха, чуть скривилась, но улыбка вновь возвращается на её лицо.
   - Поздравляю, - говорит Кайнати, протягивая мне топор. Её пальчики прошлись по наставленным мне синякам, после чего, подойдя ближе, тоже одарила поцелуем. - Мы сегодня будем играть на барабанах первую половину вечера, - продолжает она, перекрикивая поднявшийся шум обсуждения схватки.
   - Не расстраивайся, остаток вечера будет нашим! К тому же без ваших барабанов танцы будут не такими интересными!
   Как-то ведь надо утешить орчанок, раз уж пришла их очередь играть.
   - Ты прав, нам пора.
   Девушки ушли к остальным музыкантам, ритмичные звуки наполнили площадку, остальные вторили им, попадая в такт, и танцы начались. Теперь, когда не было Кайнати с Бьюкигрой, оттиравших других орчанок, возле меня образовалось целое кольцо из девушек. Впрочем, этого следовало ожидать. Копытень - добыча солидная, пусть и такой молодой. А раз невест нет, глядишь, и я клюну на их прелести.
   Была здесь и Лаурмака, что иногда появлялась на танцах. Надо признать, танцевать она умела. Полностью сформированное тело, приятное лицо, призывные взгляд и мимика. Пластика отточенного танца, переплетённая из традиционных элементов и движений на грани приличия. Наряд её не был вызывающим, но сексуальный магнетизм, исходивший от неё, от этого не страдал. Плавно перетекая, она то грациозно качала станом, то пускала по телу волну, то вытягивалась в струнку. Похоже, своими движениями она притягивала не только мужские взгляды - большинство орчанок, кто с завистью, а кто и со скрытой злостью, тоже смотрели на неё.
   Притворяться безразличным я не стал, но и слюни не пускал, наслаждаясь редким зрелищем. Вот она стала потихоньку отдаляться от меня, но я оставался на месте. Возвращаться она не стала, перемещаясь среди остальных, и двадцать минут спустя, обойдя танцплощадку, пританцевала обратно. Органично и ненавязчиво вклинилась в моё окружение, вернувшись на своё старое место.
   Вернулись Кайнати с Бьюкигрой, передав барабаны другим девушкам, я выбрался из окружения, и мы стали танцевать вместе. Увидев мой манёвр, часть девушек осталось на месте, а остальные переместились к нам. Толкотни не было, и всем хватало места. Но всё когда-нибудь заканчивается, кончились и танцы.
   - Пойдём перекусим, красавицы? - обращаюсь к своим спутницам.
   - Давай. Жалко, мы ещё не натанцевались.
   Мясо трогать не стал, а вот вяленую и копчёную рыбку попробовал с удовольствием, надо бы учителя порасспросить насчёт смесей трав, наверняка можно будет сделать потом не хуже. Было тут и пиво, но сегодня к нему душа что-то не лежала, а вот морс из ранних ягод попил с удовольствием.
   - Что-то у тебя плохой аппетит, Аргнак, - послышался со стороны бархатный голос Лаурмаки. - Может, ты не смог его нагулять? Что для такого охотника танцы и драка!
   Смотрю на стоящую ко мне вполоборота орчанку, что отрезала кусок красного мяса от принесённого мной окорока копытня.
   - Твои девушки выглядят счастливыми, хоть и сердятся сейчас на меня. Но я не покушаюсь на твою семью. Подари мне один вечер, о большем я не прошу.
   - Так прямо об этом говоришь?
   - Почему нет? - повела она плечами. - Тем более, выбор за тобой. Пусть не сейчас, но я буду ждать.
   - Я подумаю, - не отвергаю её предложение.
   - Может, расскажешь, как одолел такого могучего зверя? - спросила она, вновь отрезая кусок мяса.
   - Не люблю пустой похвальбы. И раскрывать секреты своей охоты не буду.
   Поев ещё рыбки, отправился спать, полтора суток на ногах сделали своё дело. Проводив орчанок по шатрам, так и не запомнил момента, как вернулся домой.
  

14


  
   Несмотря на насыщенное времяпрепровождение, выспался я отлично. Привычка к дальним переходам и поколения предков, выживавших в тяжёлых условиях, выработали возможность по полной использовать любое мгновение отдыха. Хатгаут уже проснулся и вышел, а я, взяв коры кер'габба, стал зарисовывать концепцию нового наконечника для стрелы. В моём племени использовали два вида наконечников. Первый - тупоконечный, для охоты на птиц и мелкую живность. Ломал кости и оглушал добычу, не пробивая цель навылет и не портя шкуру, а также был дёшев и прост в изготовлении, так как делался из кости - массы стрелы и силы натяжения хватало.
   Второй вид наконечника - листовидный срезень, хорошо пробивал густую шерсть и глубоко впивался в тело, вызывая обильное кровотечение. Изготавливались такие срезни из бронзы или стали, изредка - из камня. Единственный недостаток был в том, что древко часто ломалось, когда он попадал в кости. Но при охоте на кабана или копытня луков нужно было много - порой и десяток стрел не сбавлял прыти у грозного зверя.
   Я же решил предложить сделать другой вид срезня - наконечник в виде полумесяца, "рогульками" вперёд. Читал когда-то про такие стрелы, они наносили широкие рассечённые раны, а при удачном выстреле могли срезать и руку, за что и получили своё название. Вроде бы и кровотечение от таких стрел было более серьёзным, чем от стрел с простым листовидным наконечником. Да и металла на них должно уходить поменьше, чем на листовидные. В крайнем случае, опять повеселю кузнеца, а то он такой угрюмый по жизни...
   Время шло, а девушки так и не пришли. Что-то я совсем расслабился, привыкнув, что они готовят поесть. Отложив кору в сторону, иду к реке набрать воды на завтрак. Сегодня у нас опять будет мясо копытня. Добавлю в бульон высушенные и истолчённые в муку корни оршанника, и получится отличный завтрак.
  

***


   А вот и учитель, интересно, куда он с утра отлучался? Обычно до завтрака он не покидал шатёр... Еде ещё надо чуть-чуть настояться, но можно начинать есть и сейчас.
   - Гляжу, нынче готовка как в старые добрые времена, - прокомментировал мою стряпню Хатгаут.
   Что поделать, шатра у меня ещё нет, а у девушек есть обязанности перед родителями и прочими родственниками. И так всё своё свободное время на меня тратят.
   - Да, не так разнообразно, как получалось у Кайнати с Бьюкигрой, но, думаю, не хуже.
   Пока завтракали, прикинул, какими делами сегодня заняться. Уголь, это ясно, уроки Хатгаута, тренировки с пикой, обучение девушек алфавиту. А ещё ближе к вечеру надо заняться раскройкой шкуры копытня - новые охотничьи доспехи лучше любых ожерелий подчеркнут наш статус. И будут гораздо полезней в дальнейшем. М-да. Думаю, совместить всё это нереально, что-то придётся отложить на потом.
   - Пока ты спал, привезли раненого охотника, - сказал Хатгаут, раскуривший, как обычно, трубку.
   - А почему ты меня не позвал? - практика врачевания и сейчас, и в дальнейшем мне сильно пригодится.
   - Не было нужды. Раны были слишком серьёзными, чтобы обойтись повязкой и зельем, а духов жизни ты пока призывать не можешь. Ты уже отдохнул после еды?
   - Вполне, учитель. И у меня будет просьба - как бы я ни был бесполезен, я хочу присутствовать на шаманских практиках.
  

***


   Так как до нового кочевья мы вряд ли найдём редкие и сильнодействующие травы, Хатгаут сделал упор на способы, как сделать лекарство из обычных сборов более концентрированным. Тут была и особая сушка, и строгая температурная выварка, и настаивание в прохладе. Но чем сильнее лекарство, тем меньше оно занимает места. А это при нашем образе жизни очень важно.
   - Как ты умудряешься меня не слушать, но при этом запоминать? - прервал мои мысли вопрос учителя. - Ты очень рассеян последнее время.
   - Просто я сосредоточен на многих мыслях, - отвечаю ему. - И мне правда интересно всё, что ты говоришь, но твои рассказы порождают много вопросов, в которых я хочу разобраться сам.
   - Если не найдёшь ответов, не стесняйся спрашивать.
   - Непременно, учитель.
   - Хорошо. Заканчивай сбор, вернёмся в шатёр - и всё, что слышал, перепишешь. Завтра покажу, какие камни нужно собирать для обмена с дренеями - трав нормальных всё равно до нового кочевья не будет.
  

***


   Хатгаут не стал возвращаться со мной в шатёр, а потому я продолжил обучение в одиночку. Пока не забыл, переношу слова учителя на очередной пергамент, дополняя своими домыслами и наблюдениями. Закончив, достал небольшую карту земель, срисованную со слов старого шамана, рассказов бывалых охотников и своих воспоминаний. Наверняка у вождя есть более детальная и точная карта клановых земель. Но мне нужно совсем другое - посмотреть на полученные сведения в перспективе. Заношу очередные данные на карту и вижу - те места, где в достаточном количестве растут волшебные травы, располагаются большей частью на одной линии. Неужели это и есть лея - магическая линия Дренора? Похоже на то. Не удивлюсь, если минералы, так нужные дренеям, нужно собирать в аналогичных местах. Впрочем, хватало и трав, находящихся на значительном удалении от магического меридиана - или они прерывистые, или помимо них присутствуют и природные очаги силы. Как, например, Трон Стихий, где обитают самые сильные и древние духи. Думаю, мне не повредит посетить это место - и желательно сделать это до войны с дренеями, пока стихии не настроены против нас.
   Пересматриваю карту - да, другие места тоже располагаются на линии, видимо, соседний магический меридиан. А то, что растут не сплошной полосой - так реки, горы и озёра, что пересекают её, не способствуют произрастанию растений. Так, с этим разобрались. Теперь беру чертёж наконечника и иду смешить кузнеца.
   - Аргнак! - окликнула меня Шарилгра.
   - Привет, сестра. Вас не было, когда мы вернулись с копытнем, но я передал гостинцев.
   - Долхар порадовался. Кстати, похоже, зимой у него будет брат или сестрёнка.
   - Поздравляю! Лар'тун уже знает?
   - Конечно! - погладила она намечающийся живот.
   - Слушай, сестра. Похоже, прибавление будет больше, чем вы ждёте.
   - Думаешь? - заинтересованно наклонила орчанка голову в сторону.
   - Когда духи принесли вам радость? А живот уже видно. Двойня - это минимум!
   - Хмм, похоже, ты прав, - ответила сестра, что-то прикидывая в уме. - Что хотела спросить - вы наменяли шкур на шатёр? Если нет, я могу занять три-четыре.
   - Кузнец не принял сразу всё мясо, так что шатёр будет готов. Только сейчас его ставить не буду.
   - Почему? Твои невесты и так заждались!
   - Считаю, что лучше подождать до медного рудника - меньше будет забот.
   - Поверь мне, брат, - покачала она головой, - заботы будут возникать всё время. Если можешь что-то сделать - делай сразу.
   С одной стороны, она права, но с другой - сейчас так много всего и сразу навалилось, не проще ли будет подождать завершения угольной эпопеи и перехода к руднику? Да и помимо этого дела тоже найдутся. А там всё и утрясётся потихоньку - взятый темп постепенно снизится до обычного. А что тут долго думать, встречу Кайнати с Бьюкигрой - вместе и прикинем, когда и чего можно переделать.
   - Я подумаю.
   - Как подумаешь - делай!
   - Непременно. А кто не так давно говорил мне, чтобы я повременил, походил с другими охотниками, попритёрся?
   - То другое! Прости, брат, но ты хоть и удачливый, но молодой охотник. А в отряде меньше опасность.
   - Скоро у меня будет новый доспех, опасность и так снизится. Ещё Толистан скоро сделает мне лук, так что я буду во всеоружии.
   - А сколько он за него взял? - заинтересовалась Шарилгра.
   - Сто заготвок под древки для стрел, рог и пластину копытня. Ну, и продуктов по мелочи, в течение трёх месяцев.
   - Не слишком ли дорого? - сощурила глаза сестра. - Знаешь, сколько тебе придётся перебрать побегов, прежде чем наберёшь нужное количество?
   - Всё так плохо?
   - Из сотни лишь один-два пойдут на хорошую стрелу. Ещё с десяток пойдёт под костяные наконечники - бить мелкую птицу или полевых крыс, но те и сам сделать сможешь, требования к ним пониже. Вот и думай, не переплатил ли ты мастеру.
   Огр побери, теперь цена не кажется такой маленькой. С другой стороны, нужно же нам будет на чём-то тренироваться, и портить хорошие стрелы мишенью тоже не хочется.
   - А за три лука?
   - Три? Ты же говорил про один.
   - Три. Один мне, два женских - невестам.
   - А, ну тогда цена, наоборот, не так уж и велика. Расскажешь потом, без лишних ушей, как получил скидку?
   - В том тайны нет - мастер соскучился по работе, а до осени ему таких материалов не видать.
   - Понятно. Ладно, хорошо поговорили, но мне пора.
   - До встречи, сестра. В гости заходи.
   - Пока.
   Орчанки, ненавязчиво слушавшие разговор (а раз мы говорили на улице, в чужом внимании не было ничего предосудительного), стали расходиться, я же продолжил путь к шатру кузнеца. Гракх был на месте и даже не занят, но хмурое выражение лица его ничуть не изменилось при моём приближении.
   - Здорово, Аргнак. Пришёл меня учить делать наконечники для стрел?
   - Нет, Гракх. Лишь поделиться идеей, а стоит она того или нет - решать тебе, - протягиваю ему свёрнутую кору.
   Развернув мозолистыми пальцами, вглядывается в изображение. Помощи в разборе чертежа не просит, брови то сдвигаются теснее, то расходятся назад, но высмеивать мои зарисовки не спешит. Или не смешно, или всё-таки что-то в этом есть.
   - Сам придумал? - бросил он на меня тяжёлый взгляд.
   - Сам, - не моргнув глазом, смотрю в его глаза.
   - Ясно, - задумчиво протягивает Гракх. - Против кого наконечник-то задумал?
   - Против всех. Если оперение сделать так, чтобы стрела в полёте закручивалась, кажется мне, что такой наконечник рассечёт плоть сильнее, чем обычный, и зверь быстрее ослабеет от потери крови.
   Кузнец полностью ушёл в раздумья, не обращая внимания на окружающее, даже палящее солнце и вьющаяся муха не могли отвлечь его от чертежа. Наконец он поднял голову и посмотрел мне в глаза.
   - Вроде не врёшь, что сам придумал, да только не ты первый. Есть уже похожие наконечники.
   - Разве? Но я никогда у наших таких не видел.
   - Коли ты чего не видел, не значит это, что такого и на свете нет. Такие наконечники используют племена, что живут далеко на севере. У них там холодно, еды животным маловато, оттого вырастают они заметно мельче тех, что живут на наших землях. Вот против них такие стрелы хорошо использовать. А против наших... Нет, не подходят они. Пластины копытня или шкуру кабана не пробьют - больно они прочные. Ну разве что лук будет очень мощный. Против матёрого волка тоже вряд ли сгодится - мех у них густой, а рассекать его - всё равно что железо. Вот и получается, что такие наконечники только против талбука годятся. И зачем такое ковать?
   Досадно. Захотелось сплюнуть, но я сдержался. Надежда увлечь кузнеца своей задумкой, чтобы получить хорошую скидку на наконечники, провалилась. Интересно, что ещё известно оркам? Не хочется раз за разом изобретать ненужный "велосипед".
   - Получается, незачем, - узкая ниша применения делала его бесполезным для Разящих Топоров.
   - То-то и оно! А придумки не забрасывай! На осеннем празднике походи по торговым рядам да погляди, что у какого клана есть. Может, что ещё изобретёшь - кирка-то на топоре неплохо себя показала.
  

***


   То же время, клановый кузнец
   Отметив, что Аргнак ушёл, Гракх кинул чертёж ближе к хворосту, что использовал для растопки, и слегка улыбнулся. Идеи, как улучшить оружие или другие вещи, время от времени озаряют умы орков. Но происходит это в тех вещах, с которыми они работают. Сам кузнец, например, не раз улучшал методы обработки железа. Но это всё благодаря тому, что он с детства работал в кузнице, переняв всю мудрость поколений предков от своего отца. Однако молодой орк, что ранее так позабавил его своими экспериментами с оружием, опять умудрился удивить его. Да, Аргнаку не хватало знаний, что передавались из поколение в поколение в семье кузнеца, а потому часть придуманного была уже изобретена другими, а часть - бесполезной. Но сам факт изобретения чего-то нового говорил о пытливом уме орка. Топор, что сначала так его повеселил, показал свою эффективность, пробив череп молодого копытня. Многие ли могут похвастаться, что убили такого зверя с одного удара? А вот теперь Аргнак придумал вполне годный наконечник, пусть и ненужный в их племени. Ну, ничего, посмотрит на чужой труд да научится мастеров заранее спрашивать - может, и придумает когда-нибудь ещё что-то стоящее.
  

***


   Запланированное переделал, с сестрой встретился, теперь пора варить обед - девушек как не было, так и нет. Беру котелок и иду к речке. Солнце припекает всё сильнее. Обожаю жару. Марево чуть размывает далёкие холмы, орчата плещутся в речке. Ага, опять взяли мой плот - Мальрок, брат Бьюкигры, гордо стоит на носу, а десяток орчат отталкиваются шестами от дна, продвигая плот против течения. Ещё пяток плывут за бортом прицепом. Пускай катаются, мне не жалко. Скопление детей никогда не остаётся без надзора пары-другой молодых орчанок, а потому потонуть никто не должен.
   Поставив котелок на очаг, подкидываю дров в огонь, на обед нужно будет приготовить тоже что-нибудь простое и сытное, неохота тратить много времени на готовку.
   - Привет, Аргнак! - сказала вошедшая в шатёр Бьюкигра.
   - Привет, прости, что утром нас не было, - добавила следовавшая за ней по пятам Кайнати. За спиной у неё был перекинут мешок, а в руках - небольшая связка корней оршанника.
   - Здравствуйте, красавицы. Не пришли - значит, не могли, - подхожу к ним, забираю поклажу из рук, определяя, что в мешке - зерно.
   - Трудно было наменять нужное количество, но теперь пива хватит и Толистану, и Хатгауту. Правда, нам придётся воздержаться, - говорит Кайнати.
   - А вы времени зря не теряли. Молодцы! - девушка довольно улыбается, и я целую её в губы.
   - Мы встретили Лаурмаку, - говорит Бьюкигра, когда я отрываюсь от Кайнати и обнимаю её. - Она предлагала поделиться с нами секретами своего мастерства, если мы уговорим тебя прийти к ней пораньше.
   - Интересно, как она собиралась это демонстрировать? - обнимаю орчанку, приподнимая над полом.
   - Ну, она начинала рассказывать интересные вещи...
   - После обеда попробуем, как уголь выгребем, - целуемся, задорный блеск глаз, пальчики, поглаживающие мне щёку - хороша, чертовка.
   - Кузнец не взял свою долю сейчас, а потому у нас есть возможность сделать свой шатёр. Но я предлагаю заняться им на медном руднике - завтра-послезавтра клан выберет остатки сухостоя, и нам не стоит упускать возможности пережечь как можно больше угля. Плюс нужно раскроить шкуру копытня на охотничьи доспехи, а это дело тоже небыстрое. После, в пути, мы не сможем ничем заниматься, но к моменту перехода доспехи должны быть вчерне готовы, тогда разметим роговые пластины и отдадим их на обработку - хоть часть пути не придётся их нести.
   - Знаешь, Аргнак, хотелось бы поскорее заселиться в свой шатёр, - задумчиво протянула Бьюкигра, - но мы просто не успеем всё сделать. К тому же мяса почти не осталось, а без угощения, с твоей репутацией, будет как-то... неправильно.
   Здесь следует сказать, что образование семьи - это всегда праздник. Лишь когда клан переживает не лучшие времена, свадьба проходит скромно. Конечно, гости приносят с собой угощение, но и со стороны охотника ожидают вклад не менее талбука.
   Кайнати уже занялась готовкой, Бьюкигра ей помогала, а я развернул шкуру копытя, прикидывая будущий раскрой. Девушки в процессе готовки пересказывали немногочисленные новости. Сворачиваю шкуру обратно - сейчас с ней всё равно ничего не сделаю, и с собой на пережог угля её тоже не возьмёшь - времени на её обработку всё равно не будет.
  

***


   Пообедав, выдвигаемся за углём, небольшие облака закрыли солнце, но дождя не будет. Продвигаемся по старице всё дальше, сухостой выбран под ноль, остались только пустые печи и орочьи следы. Похоже, завтра нам уже будет не уединиться - ещё немного, и остальные орки придвинутся вплотную к нашей вырубке. Добегаем до места, переводя дух.
   - Завтра, похоже, остатки выберут. Предлагаю следующий день посвятить сборам и доспехам, а уголь заберём вечером.
   - Хорошо. Тем более что сухостоя после обеда может уже и не быть, - сказала Кайнати, скидывая одежду и проламывая "дверцу" в печке.
   - Мы вчера так и не попробовали, что нам Лаурмака посоветовала. А завтра уже и некогда будет! - не отставая от подруги, Бьюкигра быстро избавилась от одежды и начала заполнять корзину углём.
   - Я на берег, проверю обстановку.
   Интересно, что такого им могла насоветовать весёлая вдова, чего я не знаю? Нового ничего не было, примятая трава от наших вчерашних утех да разрытый пласт глины, что мы пускаем на мыло. А вот и мои перемазанные сажей красавицы. Скидываю охотничий доспех, намереваясь к ним присоединиться, но едва я подошёл ближе, Бьюкигра меня остановила.
   - Погоди немного. Мы сейчас, - и принялись танцевать.
   Танец всё длился, мне, безусловно, было приятно наблюдать за их движениями - даже больше, чем просто приятно. Пластика обнажённых тел, игривые взгляды и зазывные жесты - выше всяких похвал. Природная грация, подправленная Лаурмакой в нужную сторону, помноженная на женские инстинкты, почти заставляла терять контроль. В конце концов, моё терпение лопнуло. Поднявшись, иду к ним, девушки быстро переглядываются, взгляды становятся ещё более манящими. Сгребаю в охапку обеих, закидывая на плечи и несу к воде - моё терпение лопнуло!
   - Сработало! - довольный писк со стороны Бьюкигры.
   Так это они нарочно меня мурыжили? Чувствую, мыться мы будем уже в конце. Поворачиваю голову вправо и прикусываю ей бок.
   - Ай! - теперь влево - не всё же им кусаться.
   Сегодня секс был особенно бурным - прелюдия и провокация удались девушкам на славу, я не сдерживался, как и они. Было что-то в этом первобытно-дикое, когда разум не контролирует действия, но нам это понравилось.
  

***


   Рублю натасканный сушняк, девушки ломают новый - двигаться после бурного времяпрепровождения не хотелось, но времени на отдых нет. Потом, как закончим с загрузкой, посидим и отдохнём. А пока работа сама разгонит навалившуюся сладкую негу. Замах, миг задержки - и лезвие несётся вниз, готовясь рассечь очередной ствол. Соизмеряю удар, уже приловчился угадывать, сколько сил вкладывать в каждый, в зависимости от толщины перерубаемого сухостоя. Ударишь слабей - придётся бить ещё раз, и хотя рука уже набита так, что лезвие попадает точно в зарубку, лишний удар - это тоже время. Сильнее - и лезвие глубже обычного вопьётся в подложенное бревно - опять трата времени на то, чтобы вытащить его.
   Помимо моего топора, воздух доносит стук и других команд орков - завтра тут точно нечего будет ловить. Всё-таки они работают с утра до вечера. Девушки полураздеты, но не боятся обгореть - наша кожа довольно устойчива и к солнечным лучам, и к холодам.

***


   Заполнив старые печи, приступаем к лепке новых. Ходить до речки чуть дальше, но работа не прекращается - пока я хожу за водой, девушки успевают смешать её с землёй и нарастить стенку печи вокруг нарубленного сухостоя. Наконец, с этим покончено. Идём смывать трудовой пот, Бьюкигра с Кайнати идут впереди, привлекая взгляд к упругим ягодицам.
   - А чему ещё вас научила Лаурмака? - задаю вопрос, когда мы зашли в воду.
   - Больше ничему, - отвечает Кайнати, щёки её потемнели. - Но приглашала ещё заходить.
   - Надо будет отблагодарить её за науку.
   - Разве тебе нас мало? - откликается Бьюкигра, изгибаясь всем телом.
   - А кто у неё уроки брал, а мной расплатиться решил?
   - Всё было не так! - от возмущения она даже плеснула руками по воде. - К тому же ты сам не отказывался от её предложения, когда она тебя на танцах соблазняла!
   Вообще-то я только обещал подумать. Хотя, кого я обманываю - всё больше склоняюсь к мысли всё-таки посетить её. Будь у нас специфические болезни, шаманы (да и обычные орки) это бы знали. А учитывая, что многие в клане друг другу родня, распространялись бы они как пожар в сухой степи. Или это я себя успокаиваю?
   - Ты же не собираешься её третьей женой брать? Тогда всё в порядке.
   - А вы, значит, против неё?
   - Тебе решать, - отвела взгляд Бьюкигра.
  

***


   То же время, Бьюкигра.
   Хлопотный день, принёсший столько радости, огорчил разговором, свернувшим не туда. Прикусив язык, девушка вновь взглянула на своего избранника и улыбнулась. Не стоит выбивать из него обещания - насколько она успела узнать характер Аргнака, он был очень упрямым. Мог ли он из-за своего упрямства взять в жёны ещё и Лаурмаку? Она не знала, а потому не стала его отговаривать. Советы этой стервы показали свою состоятельность, да и не было в её посещении чего-то особенного, но острый язык, не раз приносивший ей неприятности, опять едва не довёл до беды.
   Ответная улыбка подняла настроение, лёд в смотрящих на неё глазах Аргнака подтаял. Бьюкигра отлично помнила тот день, когда ученик шамана изменился. После болезни он стал другим - на первый взгляд, отличия были несущественны - стал решительней, удивив её своими словами. Говорят, болезнь его едва не убила, а такое меняет любого. Но как она смогла вместе со смелостью добавить ума? Или он раньше был раздолбаем, как её младший брат, а смертельная опасность научила его ценить жизнь? Сейчас не узнать, но он привлёк её внимание. Девушка понимала, как сильно ей повезло, что он был влюблён в её подругу, и воспользовалась своим, возможно, последним шансом на создание семьи.
  

***


   Девушка не стала долго дуться, посмотрев мне в глаза и улыбнувшись. Улыбаюсь в ответ, притягивая её к себе поближе. Вода хорошо освежила натруженное тело, а тема, поднятая девушками, повернула мои мысли в определённое русло. Раз завтра мы вряд ли сможем уединиться, почему бы не повторить наше безумство? Прянув ко мне, Бьюкигра впивается поцелуем мне в губы, после чего чуть прикусывает их зубками. "Опять не позанимались алфавитом" - мелькнула и пропала неуместная мысль. Приподняв её за ягодицы, притянул к себе. Обняв меня руками и ногами, орчанка откинула голову назад и задвигалась, помогая держать темп.
   Дыхание её становилось всё резче и тяжелее, постепенно сменяясь вскриками, затем девушка прикусила мне плечо. Кольнуло болью, но я не обратил на это внимание, лишь ускорил темп. Напрягшись, девушка чуть забилась, после чего расслабленно обвисла на моём плече. Кровь побежала по плечу из-под её клычков. Поворачиваюсь к Кайнати. Увидев, что подруга уже всё, та задорно сверкнула глазами и поплыла прочь! Бросать расслабленную девушку посреди реки не стал, взвалив на плечо, быстро выбрался на берег и, разместив свою драгоценную ношу на траве, кинулся догонять беглянку.
   Сумела оторваться прилично, но я припустил быстрей, нагоняя её. Метнулась в сторону, я по инерции пронёсся мимо, не успев вовремя затормозить, а она побежала обратно. Развернувшись, бегу за ней, вот она опять вильнула, но я был готов и поймал левой рукой за талию. Повалив её на траву, наваливаюсь сзади. Теперь не вырвешься, беглянка!
  

***


   Задерживаться не стали, лишь подкрепили силы вяленым мясом и поспешили домой. Некоторые партии старателей ещё продолжали работать, приветствуя нас, когда мы пробегали мимо. Час бега закончился, показалось долгожданное стойбище. Пока девушки уносили уголь по домам, сходил за водой - основной ужин будет в шатре учителя. Выношу шкуру копытня на улицу - в шатре будет сложнее её раскраивать. Толстая и прочная кожа с трудом поддавалась ножу, орчанки тянули её в разные стороны, а я разрезал. Время от времени одна из девушек заходила в шатёр, следя за котлом. Так, с первой деталью справились, Бьюкигра надела меховую "кирасу", креплений на ней пока не было. Поворачивается то одним, то другим боком, поднимая и опуская руки.
   - Хорошо сидит, - сказала девушка, скидывая деталь доспеха и вновь включаясь в раскройку шкуры.
   Провозились до темноты, но успели вырезать все детали. Конечно, это даже не полдела - предстояло ещё сшить их между собой, прикрепить застёжки, разметить места крепления броневых элементов из роговых пластин и полос кожи. Но начало положено. Свернув оставшуюся шкуру и подобрав обрезки, расходимся по домам - Бьюкигра захватила и мой комплект, пообещав заняться им завтра.
  

***


   Утром проснулся раньше обычного - масса дел, что вечером выкинул из головы, под утро вернулась обратно, не давая спокойно лежать.
   - Уже проснулся? - поприветствовал меня Хатгаут.
   - Да, забот много, а лёжа я их не решу. Может, начнём занятия, раз за травами нам идти не надо? Или до завтрака лучше не заниматься? - задаю резонный вопрос, всё же раньше до еды мы не учились.
   - Выпей отвару да заешь куском лепёшки. Без завтрака лучше долго не ходить, потому мы и не отправлялись за травами, не поев. Ты же не отправишься на охоту голодным?
   Теперь понятно, к тому же соблюдаемый режим дня способствует лучшему обучению. Воспользовавшись советом, устраиваю лёгкий перекус, а Хатгаут в это время достаёт ларец с образцами камней. Было ещё темно, огонь в очаге едва разгонял мрак в шатре, а потому я зажёг две жировых лампы, благо после добычи копытня жира было много. Камни оказались разных форм и цветов, от снежно-белого до тёмно-фиолетового, многие несли в себе включения других пород. Полосатые, в крапинку, были и полностью прозрачные. Да уж, и как мне запомнить всё это многообразие?
   - Глаза разбегаются, ученик? - усмехнулся старый шаман. Руки его ловко расставляли образцы в ряд, а я потянулся за пергаментом и писчими принадлежностями - память у меня крепкая, но запись лучше сохранит информацию.
   - Прежде чем начнём заучивать названия, расскажу главное, - подняв полупрозрачную кристаллическую друзу, учитель протянул её мне.
   - Если встретишь то, что мы не учили, но оно будет достаточно ровным, бери без раздумий, такие камни дренеи ценят.
   - То есть если есть чёткие грани - можно брать, независимо от цвета?
   - Да. А теперь обрати внимание на этот чёрный круглый камень. Чаще всего он встречается в руслах рек и ручьёв, реже в озёрах. Обрати внимание на вес - он тяжелее остальных. Если его бросить в огонь, можно будет выплавить из него железо. Но камни с рудника дренеи не принимают.
  

***


   Учёба была интересной, но бессистемной. Или просто я не понимал порядок, в котором мы проходили камни. Названия мне ничего не говорили, что, впрочем, и неудивительно - с Земли я помнил только драгоценные, да и то различая их больше по цвету, чем по-настоящему в них разбираясь. Встречались нужные минералы в основном в поймах рек, но часть, благодаря помощи духов, шаманы собирали и по пути. Мне пока этот метод не подходит. Записывал вслед за неспешной речью учителя, не боясь переспрашивать и уточнять места наибольшей вероятности их находки - если не ошибаюсь, многие также находятся на отмеченных мною магических линиях.
   Проще всего было с друзами - проверять, годятся ли они для обмена, не было необходимости. Надо будет потом записи классифицировать, чтобы легче было запомнить. Или не тратить зря времени? До осеннего праздника придётся носить учителю на проверку, а там - видно будет. Пришло время готовки завтрака, на сей раз пришла одна Кайнати.
   - На сегодня хватит, - сказал Хатгаут. - Завтра клан отправляется к медному руднику, приготовься к переезду, раздай лишнее, что не унесёшь, или с носильщиками договорись, - кивнул учитель на свёртки талбучьих шкур и мясо копытня.
   - Хорошо, мы разберёмся с этим. А где Бьюкигра? - обращаюсь я к девушке.
   - Она пока занята, но после завтрака придёт.
   - Подождём.
  

***


   - А вот и я, - сказала Бьюкигра, несущая за спиной наши выкройки. - Я обработала края, но сшивать пока не стала. Лучше это делать по фигуре.
   - Ты уже завтракала?
   - Да. Приступим?
   - Идёмте на улицу. Там больше места и света.
   А ещё там есть зрители, а я заметил, как приятно было девушкам внимание окружающих, когда они раскраивали статусную шкуру. Работа спорилась, время от времени заходили попить - сегодня на небе не было ни облачка, и солнце палило нещадно.
   Провозились до самого обеда, доспехи ещё не сшиты, зато все части подогнаны и принайтованы на временные ремешки. Пришла пора делать заказ на обработку роговых пластин. Захватив их, идём к главному шатру. Вождь оказался на месте, но нам его аудиенция не нужна, и я обратился к дежурившей Гругаве.
   - Я пришёл сделать заказ на раскройку и обработку пластин копытня.
   - Кайрилса уже рассказала о цене?
   - Да, когда я заносил положенную долю.
   - Хорошо, тогда начнём примерку.
   Позвав сына на помощь, стала записывать и рисовать углём будущие детали прямо на роговых пластинах. Похоже, заказ будут делать не просто родственники, а семья вождя. Впрочем, уважаю такой подход - всё в семью.
   - А куда пойдут обрезки с деталей? - задаю вопрос Гругаве, и это отнюдь не крохоборство.
   - Мастер оставит их для практики ученикам.
   - Требую половину обратно.
   - Как скажешь, - не стала спорить жена вождя.
   Мне практика в обработке тоже не повредит, да и найдём куда пристроить лишний материал - в хозяйстве всё пригодится.
   - У вождя много родственников, есть и подопечные, - привлёк к себе внимание Гругавы. - Я бы хотел нанять часть для переноски своих вещей.
   - Сколько и кого? - спросила орчанка, доставая писчие принадлежности.
   - Сколько - не знаю. Нужно перенести талбучьи шкуры до следующей стоянки. Оплата - мясом копытня.
   - Завтра с утра подойдут, приготовь их к транспортировке.
   - Буду ждать.
   Договорившись о помощи в переходе и закончив разметку пластин, идём обратно.
  

***


   То же время, Кайнати.
   Отпроситься с утра к Аргнаку не составило труда. Первые страхи давно миновали, совместная охота прошла отлично, а скоро будет готов и шатёр. Тогда они смогут проводить больше времени. Мысль о собственном жилье дополнилась образами и картинками, как она будет обустраиваться в нём. Трофеев у Аргнака ещё немного, но они отлично будут смотреться над входом. Или лучше на стене, внутри, напротив входа? Нужно будет разместить и посмотреть, как будет лучше. Была мысль уговорить семью сделать часть нового шатра из шкуры копытня, но, подумав, сама отказалась. Шкура, конечно, хороша, но для жилья избыточно тяжёлая.
   Девушка поправила доспех на подруге и начала подгонять рукав, размечая отверстия под кожаный ремешок, чтобы скрепить их вместе. Раскройка позади, теперь осталась самая ответственная работа - соединить все детали. Потянувшись, бросила взгляд на жениха, увязывавшего талбучьи шкуры в тюки - завтра они отправятся в путь, а сегодня вечером заберут последний уголь. Жалко, что там будет много народа, ведь они могли бы снова... Щёки её потемнели от прилива крови, а в животе появилось приятное тянущее чувство. Мысли переключились на их отношения, Лаурмаку, приглашавшую ещё заходить. Советы весёлой вдовы пригодились, а шатёр её был уютно обставлен - некоторые украшения надо бы скопировать, переработав узоры по-своему.
  

***


   Провозились до самого вечера, день, полный забот, пролетел незаметно. После ужина сходили за углём, девушки ополоснулись, но повторить вчерашнее не получилось - вокруг было полно орков. Остаток вечера доводили доспехи до ума и нарезали кожаные пластины для дополнительного усиления. Осталось их подсушить у костра, как ранее советовал Хатгаут.
  

15


  
   Утром, после завтрака, клан начал собираться к переезду. Впервые мы отправляемся к медному руднику второй раз за год. Каждый орк участвовал в переезде - если ты маленький, но можешь идти пешком - значит, разгрузил руки родителей. Если при этом можешь что-нибудь нести - несёшь. И так от мала до велика. Исключение составляли дозорные, разведывающие путь и охраняющие пешую колонну от опасностей.
  

***


   Гултадор сын Бор'Дана наблюдал за сбором своего клана. Его верный волк неподвижно стоял под седлом, глядя куда-то вдаль, а ветер перебирал гриву. Все распоряжения были отданы, время от времени посыльные подъезжали и подходили к холму, докладывая о готовности орков выдвигаться вперёд. Вот подъёхал и Дубеут - его старший сын, что когда-нибудь примет командование Разящими Топорами.
   - Отец, разведчики говорят, что путь в сторону рудника на два часа вперёд чист. Копытней не видно, диких волков тоже нет.
   Степенно кивнув, вождь жестом пригласил сына располагаться слева от него. Управление кланом требовало много ума и времени, особенно переезды. Партии разведчиков, что выдвигались вперёд, выискивали наиболее лёгкий путь. Каждый переезд был по-своему особенным, хотя клановые земли уже давным-давно были полностью исхожены. Нужно учесть количество детей и тех больных, которых лечили отварами, не прибегая к помощи духов, ведь скорость зависит от самого медленного из орков. Прошёл дождь? Значит, следует проверить переправу - не слишком ли сильно поднялась вода? Обнаружен копытень? Придётся увести его с пути колонны, ведь даже численное превосходство не напугало бы зверя, а бед гигантское животное могло натворить немало. К тому же время охоты на него не пришло - осенний праздник ещё не скоро, клану хватает обычной дичи.
   Мысли вождя вернулись к молодому охотнику, что на днях добыл грозного зверя. Гултадор уже приглашал того в шатёр, чтобы составить личное мнение, насколько он будет полезен клану. Слухи об Аргнаке ходили разные, но главу клана интересовали в первую очередь факты. Несмотря на молодость, тот проявлял изрядную хитрость и смекалку, добывая талбуков и в одиночку привозя их в клан по воде. И сейчас привычный маршрут миграции клана тоже изменился благодаря его усилиям. Но в этом не было его заслуги - лишь стечение обстоятельств. И удача - река поменяла русло, что позволило заготовить много угля.
   Ждать осени осталось недолго - праздник покажет, усилит ли клан новый говорящий с духами. А нет - так будет ещё один охотник-одиночка. В любом случае силы клана возрастут. Вспомнился разговор с женой, та рассказала, что Дувейли жаловалась на непочтительность Аргнака. Узнав точные слова, выкинул эту глупость из головы - молодой ещё, перебесится. Его решений не оспаривал, а значит, гонор ему не помешает исполнять приказы.
  

***


   Сегодня я нагружен сверх меры - Хатгаут сопровождает вождя, потому волка не загрузить. К счастью, надрываться, пытаясь утащить на своём горбу наше имущество (в том числе шатёр и возросшее количество заготовленных зелий и припарок), мне не пришлось, так как я использовал волокушу. Представляла она собой две жерди, изогнутые на концах этакими "лыжами", с привязанными поперечинами, куда и укладывался груз. Тащить такое по густому травостою нелегко, но нести весь груз я вообще бы не смог. К тому же тяжело только идущему впереди - следующие тянут груз по уже проложенной "просеке".
   Иду впереди, топча траву по пояс, обхожу небольшие кусты и деревца. Как устану, съеду в сторону, и тогда идущий следом, а потому менее уставший орк будет торить тропу. Волокуш нынче много, раза в два больше, чем обычно - много угля заготовили. Поправляю широкие лямки, перераспределяя тягу от волокуш более равномерно. День ещё не очень жаркий, да и боковой ветерок приятно освежает, отгоняя мелкий гнус. Орчата расходятся чуть в стороны от основной колонны, успевая на ходу перехватить съедобные вершины трав да закусить жучком-другим, пойманным в полёте.
   Спустя час съезжаю в сторону - силы ещё есть, но не стоит выкладываться по полной - лучше я буду идти в конце колонны, успевая за кланом, чем меня будут ждать. Пока остальные проходят мимо, успокаиваю дыхание, как учил отец. Вот и хвост колонны. Сняв с волокуши бурдючок с водой, делаю пару глотков - лучше пить понемногу, но часто, чем редко и вволю - так меньше устаёшь и потеешь. Заезжаю на протоптанную тропу, теперь идти гораздо легче, через несколько дней, максимум пару недель, трава опять поднимется, и ничего не будет говорить о прошедших здесь орках.
  

***


   Время двигалось к обеду, две волокуши с топливом отъехали в сторону, и к ним подъехала четвёрка волчьих всадников. Двое орков, спешившись, стали перебрасывать связки хвороста и поленьев на своих волков, ещё двое грузили мясо и стопку сложенных котелков. Сейчас уедут вперёд, выберут место для стоянки, разведут костры - и к моменту, когда основная колонна подтянется, обед будет почти готов.
   Размяв плечи и помахав руками, вновь впрягаюсь в волокуши - ещё час-полтора, и будет остановка. Мысли мои вернулись к телеге, или хотя бы арбе, но "изобретать" её пока не буду. Нет нужды, да и такой козырь лучше поберечь до лучших времён. К тому же до осеннего праздника лучше повременить с "изобретениями" - пока был мал, от стоянки далеко не отходил, а потому судить об уровне развития прочих кланов рано. Хотя, будь что-либо подобное известно оркам, наверняка бы переняли. Уж больно много преимуществ даёт колесо, а в косности сородичей обвинять не могу - традиции традициями, но новое находит дорогу в жизни клана.
   Когда-то давно читал, что лишь немногие вещи сильно повлияли на цивилизацию, в их числе были огонь, письменность и колесо. Два из трёх у нас уже есть, а третье появится во время войны с дренеями - катапульты и прочая осадная инженерия, обозы снабжения. Много чего. Неприятный холодок пробежал по спине - монотонная дорога дала много времени на размышления, приведшие к мыслям о будущем. Какое оно? Можно ли полностью полагаться на канон, получая всё больше и больше выгоды, пользуясь предзнанием? Или мои действия будут тем камнем, что не вовремя столкнёт лавину, направив её в другую сторону? Но и слепо плыть по течению не выход - я УЖЕ изменил историю, пусть это пока и незаметно. И быть безучастным зрителем я не хочу.
   Ветер сменился, подул в лицо. Солнце уже вовсю припекало, хотя на горизонте показались тучи - вероятно, завтра или даже ночью начнётся дождь. Спустя полчаса ветер стал приносить аромат приготовленной пищи, что заглушал запахи кож, мехов и пота - непременных спутников большого скопления народа. Отправленные вперёд разведчики выбрали место для стоянки возле небольшого ручейка, достаточно чистого и спокойного. В нём даже рыба водилась, как и лягушки. Полумесяцем размещаем волокуши по краю стоянки, я выбираю ещё мяса для угощения и иду к котлам - во время переезда еда общая.
   - Привет, Аргнак, - помахала мне рукой от одного из костров Шарилгра. Её муж Лар'Тун поздоровался кивком головы, а сын Долхар уже вовсю уплетал дымящуюся пищу - по консистенции скорее суп, чем каша. Не было у нас строгого разделения по блюдам - готовили из того, что было, и густота похлёбки зависела больше от добычливости сборщиц, что разбавляли мясо принесёнными корнями и овощами.
   - Здравствуй, сестра. Как дорога?
   - Хорошо. Сын уже большой, легко переносит переход.
   - Я фомогал нефти лепёфки, - с набитым ртом отозвался Долхар, вновь возвращаясь к еде.
   Положив мясо копытня на общую шкуру, наливаю суп и нарезаю в него кусочки мяса - так будет сытней, всё-таки дальше будет ещё переход до темноты, и лишь потом ужин. От соседнего костра подошли Кайнати с Бьюкигрой, распаренные после перехода, но довольно улыбающиеся.
   - Привет, красавицы. Присоединяйтесь!
   - Мы видели Толистана, - произнесла Бьюкигра, наливая суп себе и подруге. - Он просил вечером, как расположимся, подойти к нему.
   Скорее всего, луки готовы. По сроку как раз. Не мог утром или на обеденном привале отдать? Хотя, может, наводит последний лоск, всё-таки для него луки - это больше, чем просто оружие. Это произведения его искусства, потому раз вечером - значит, вечером.
   Долго рассиживаться не стали - пора в путь. Поцеловав девушек, возвращаюсь к своей волокуше, выдвигаясь вперёд - пусть за день перехода даже не каждый запряжённый орк успевает торить тропу, но мне необходимо активней участвовать в жизни клана. Да и это неплохая тренировка растущему организму - выносливость никогда не бывает лишней.
  

***


   Сытый желудок не помеха движению - по крайней мере, орочьему. На Земле требовалось отдохнуть, чтобы пища "улеглась", здесь же этот недостаток был изжит эволюцией. Фыркнув своим заумным словам, приналёг на лямки, забирая вправо. Едущий впереди волчий патруль просигналил, что начинается заболоченная местность, а месить грязь - желающих нет. Вскоре слева показалось озерцо, оно-то и было источником воды. Мелкого кровососущего гнуса стало больше - несмотря на жаркое солнце, повышенная влажность и близость к воде позволяли им летать. А вот и ручей, текущий из озера - широкий, перепрыгнуть можно, но волокушу не перебросить. Дожидаюсь следовавшего за мной орка, снимаю обувь и штаны. Вдвоём переносим мою волокушу, после чего я помогаю перенести его поклажу. Иду дальше, а Грор'Бор помогает следующему - так и переходит волна взаимопомощи. Двигаемся дальше, обсыхая по пути. Мокрень под ногами закончилась, и низкая травка сменилась полноценным степным травостоем - по пояс, а где и по грудь. Ещё полчаса продержусь, а дальше опять пойду на отдых, уступая место более бодрому орку.
  

***


   Дорога вывела нас к реке, а так как переправы здесь не было, пошли вдоль неё. Несмотря на близость воды, гнуса здесь было немного - мелкие кровопийцы предпочитали болотистую местность. Спустя полтора часа подошли к переправе - к этому месту было натоптано много звериных троп. Речка была довольно широкой, а потому переправлялись по-другому. Выстроив четыре цепочки, стали передавать груз и орчат. Приходилось поднапрячься, но волокуши не были излишне перегруженными - как раз на случай подобных переправ. Пересекли реку медленней, чем через предыдущий ручей, там вообще двигались практически без остановки. Опять сушить одежду, но зато и освежился. Во всём можно найти плюсы.
   Местность постепенно изменялась, ровную как стол степь начали сменять холмы, густой травостой разбавлялся кустами и деревьями. Погода портилась, ветер всё усиливался, шелестя травой и листьями, тучи неслись по небу, заволакивая всё пространство, и вождь скомандовал привал. Споро разворачиваю шатёр - двигаться, конечно, мы могли и дальше, но в непогоду скорость наша сильно упадёт, а потому готовимся к ночлегу. Закончив с установкой шатра, переношу внутрь оставшиеся вещи. Волокушу оставил снаружи - от дождя не размокнет, а ветер - не ураган, не унесёт. Теперь пора найти Кайнати с Бьюкигрой и отправляться к Толистану - забирать луки.
   Девушки тоже искали меня - встретившись, мы помиловались и пошли к лукарю.
   - Устали?
   Кайнати отрицательно помотала головой, а Бьюкигра возмущённо фыркнула: - Мы сегодня прошли даже меньше, чем могли!
   - Под дождём раскладываться было бы куда неприятней.
   - А почему ты так не любишь дождь? - спросила Кайнати.
   Разве это так заметно? Видимо, девушки углядели мои гримасы, понимать эмоции орчанки мастера.
   - В глаза вода лезет, обзор застилает. Запахи перебивает - а вдруг рядом зверь? - говорю частичную правду.
   - Скоро польёт, - произнесла Бьюкигра, глядя на небо.
  

***


   Шатёр Толистана встретил нас запахами сушёного дерева, холодца, смолы и ещё нескольких сильных ароматов. Жена, сын и две дочки, сидевшие возле костра, приветствовали нас, а мастер, пригласив располагаться, пошёл к плетёному ларю. Пока Толистан не вернулся, оглядываю обстановку. Вижу деревянные колодки, в которых сохли заготовки под луки, и колчаны, полные ровных побегов олембы.
   - Принимай, - протянул мне свёрток мастер.
   Развернув шкуру, увидел готовый лук. Без тетивы, как и положено, он не только не сохранил первоначальный изгиб, но и выгнулся в другую сторону. Осматриваю оружие уже долго, но это не признак сомнения в мастерстве лукаря, а наоборот - похвала. Сунь я его сразу под мышку - Толистан бы такого не оценил. Лук был покрыт вываренной корой кер'габба, концы плеч лука были усилены костяными накладками, а рукоять была выложена накладками из рога копытня. В свёртке ещё были три тетивы и пять стрел, ровных, я бы даже сказал, одинаковых - отличить их можно было лишь вблизи, по фактуре дерева.
   Отличная работа, осталось только сделать к нему футляр для хранения и защиты от дождя, а также налучье с колчаном, но это уже моя забота.
   - Пока не натягивай, дай ему пару дней отлежаться, - произнёс Толистан, наблюдавший за осмотром своего детища. - К вам, девушки, это тоже относится, - добавил орк, протягивая пару свёртков моим невестам. - И ещё, Кайнати, - означенная девушка подняла голову от обновки, - раз не можешь пока натягивать охотничий лук, я сделал твой лук послабей. Тренируйся и не разочаруй меня.
   - Да, мастер.
   Переживая за свои поделки, Толистан, пока орчанки осматривали и ощупывали оружие, рассказывал, как за ними ухаживать. В основном всё сводилось к тому, чтобы беречь оружие от воды. Обрабатывал луки Толистан на совесть, а потому краткий контакт ему не повредит, хоть в ручей окунай, но после этого лук надо протереть и просушить. Больше вода вредила тетиве - та, хоть и кожаная, а значит, намного более устойчивая к воде, чем тетивы из кишок, всё равно теряла свои свойства, сильно размокнув. Было здесь и многое из того, что я учил ещё в детстве, но перебивать мастера не стал - незначительного тут не было.
   Закончив инструктировать, лукарь поделился советами, где лучше всего искать побеги олембы, и мы, откланявшись, решили отправиться по домам. Дождь начал барабанить по крыше, всё усиливаясь, и мы остались, чтобы переждать самый сильный заряд.
   - Кажется, начинает стихать, - произнёс я, прислушиваясь к шуму, доносящемуся снаружи. Судя по всему, зарядил дождь надолго, но в нём больше не было того яростного напора. - Пойдём, пока снова не хлынул.
   Насколько я знаю, лучше идти сейчас, заряд, хоть и не такой сильный, может повториться.
   - До свидания, - прощаюсь с радушными хозяевами, угостившими нас мясным отваром. - Было интересно послушать, как рождается такое чудо, - погладил я свёрток с луком.
   - И вы заходите, и не только за стрелами, - отозвался поднявшийся проводить мастер.
   - Непременно, - иду на выход.
   Беседа, хотя правильнее сказать монолог, и впрямь оказалась интересной. Мне даже энтузиазм изображать не пришлось. Рассказчик из Толистана, может, и не лучший, но то, что он рассказывал, для меня было в новинку. Ну не учат в городах на Земле тому, как правильно делать луки, а мои детские поделки здесь не сгодились бы даже в качестве тренировочных. Слишком слабые.
   Выйдя из шатра, обнял на прощание девушек, и мы припустили по домам. Лёгкий дождь сильно не намочит, но и мокнуть лишний раз никто из нас не хотел. Прохожих не было, и я скоро оказался дома.
   - А вот и мой ученик, - поприветствовал меня Хатгаут. - Где пропадал?
   - За луком ходил, - разворачиваю свёрток. - Мастер пока не велел им пользоваться, но возле рудника уже поохотимся.
   Хатгаут ничего не ответил, лишь, приняв протянутое оружие, придирчиво его осмотрел. Я же в это время занялся ужином. Варить ничего не стали, решив поджарить мяса, чем я и занялся.
   - Учитель, как долго будет идти дождь? - задаю вопрос отдыхающему орку.
   - Долго. Завтра день, и ещё три. Но ты не переживай, мы из-под туч скорее откочуем, чем дождь кончится.
   Значит, мы с краю непогоды, это радует. Но топать весь день под дождём? Как представил стекающую по лицу воду, что так и норовит забиться в ноздри - сразу настроение испортилось. Зонты, где же вы? Запах жарящегося мяса наполнил шатёр, отгоняя неприятные мысли. Жарю мясо прямо в котелке - сковородок у нас нет, а потому обходимся минимумом посуды.
   Жую сочный кусок прожаренного мяса копытня, прокручивая в мозгу новую идею. В голову мне пришло сделать зонтик. Как там говорила сестра - можешь что-то сделать - делай сразу? Время ещё не позднее, что-то ещё успею сделать. Стандартную конструкцию не потяну - слишком тонкая работа. Да и нужен ли мне именно зонт? В конце концов, он занимает руку, а они мне нужны свободными. Больше всего мешает вода на лице, а потому стоит попробовать сделать что-то вроде кепки с козырьком. Обычные шапки оркам были известны - всё же зимы на Дреноре были весьма суровы. Но вот летних шапок, тем более с козырьком, я ни у кого не видел. Где мои инструменты?
   Раскраиваю кусок талбучьей шкуры, вырезая цельную заготовку, чтобы не было стыков. Теперь беру несколько прутьев, что послужат каркасом для козырька, чтобы держал форму. Будет квадратным, но так проще. Вырезаю с боков отверстия под уши - край прошью кожаным ремешком, чтобы кепка лучше держалась на голове. Оторочка края как раз послужит большей жёсткости конструкции. Уже довольно поздно, но я почти закончил, пусть спать придётся меньше, чем хотелось, зато продолжу путь с комфортом.
   Учитель всё ещё не спит - старческая бессонница даёт о себе знать, но ему она не мешает. Интересно, почему шаманы не разгонят тучи? Они ведь делали это не раз и не два, особенно во время перехода, или когда клан занимался пережогом угля по весне.
   - Наставник, - спрашиваю Хатгаута, - мы скоро выйдем из-под туч, но почему шаманы не расчистят путь клану?
   Повернув ко мне голову, старый орк хмыкнул: - В том нет нужды.
   - Как нет? Посуху клан пройдёт быстрее и легче.
   - Скажи мне, ученик, что главное для орков?
   - Жизнь? - пытаюсь угадать, вспоминая падишаха, подарившего главную драгоценность побеспокоившему его вторженцу.
   - Именно. Всё, что нам нужно, даёт Дренор - травы, рыбу, прочую добычу, даже врагов. Да-да, враги - это тоже дар, ведь без них мы стали бы слишком изнеженными. Мы берём, но никогда не берём всё. Этот дождь нетрудно разогнать и Галилуку, но делать это посреди лета - значит дать пожухнуть травам и деревьям, нарушить великий оборот жизни. Осенью, когда дождь уже не нужен земле, мы разгоняем тучи. Холод и вода - вот спутники простуд и болезней.
   - Я понял, учитель.
  

***


   Утро встретило серой моросью, но это меня не волновало. Надев кепку, я отправился налить котелок - завтрак - важная часть дня, а потому его не следует заменять лёгким перекусом. Козырёк хорошо справлялся со своей задачей, отводя влагу от лица, а я шагал к ручью, ловя на себе заинтересованные взгляды. Сегодня в честь удачного применения новинки захотелось отведать чего-нибудь эдакого. Несмотря на раннее время и непогоду, орчата вовсю рыбачили, пронзая острогами проплывающую рыбу. Набрав воды, окликаю ближайшего: - Рыбак! Меняться хочешь?
   - Что на что? - ответил шестилетка, поправляя шнурок, подвешенный к поясу. На него за жабры уже было нанизано несколько рыбин, от мелочи в мизинец толщиной до солидной, в полторы ладони.
   - Твоя рыба на два кулака мяса копытня.
   - Идёт!
   Вернувшись, поменялся с будущим охотником, отлил часть воды в котелок поменьше и принялся потрошить рыбу. Теперь в один котёл, тот, что побольше, отправилась кость с мясом, а во второй - рыба. Воды в нём было столько, чтобы едва скрыть рыбу, мне нужен густой отвар - почти рыбий клей. Пока вода закипала, успел нарезать мелкими кусочками жир копытня и смешал его с мукой из корней оршанника. Для сбора птичьих яиц не сезон, свежей крови, что их в готовке может заменить, тоже нет, а потому обойдусь рыбным отваром.
   Рыба сварилась, часть воды при этом выкипела, сделав бульон ещё гуще. Выловив рыбу в миску, отставил в её сторону, а сам насыпал в котёл смешанные с мукой кусочки жира, перемешивая их ложкой. Из получившегося густого теста леплю шарики, потом их чуть обжарю, а когда сварится мясо, добавлю в бульон получившиеся колобки.
   Занятый своими делами и утренней трубкой учитель ни о чём не спрашивал, но время от времени бросал взгляд на мою стряпню. Наконец, завтрак поспел. Разливаю бульон с колобками, мясо пойдёт на обед, а рыбу съедим сейчас. Разжевав выловленный шарик теста с начинкой, Хатгаут удовлетворённо кивнул, выражая таким образом одобрение новому блюду.
  

***


   Пусть дождь всё ещё не прекратился, но он не был помехой в сборе поклажи - конструкция шатра позволяла прибрать всё, кроме крыши, что до последнего защищала от непогоды. Будь сильный боковой ветер - это также не стало бы проблемой - кроме крыши в последнюю очередь убиралась бы и стена с наветренной стороны. Готово. Теперь сложить крышу, собрать каркас и в путь.
   Кепка защищает от дождя, позволяя мириться с непогодой, я собрался раньше всех, Хатгаут опять ускакал вперёд, а значит, опять мне везти волокуши. Серая хмарь затянула небо, ветер стих, и только лёгкий шелест дождя по траве сопровождал наш путь. Монотонная дорога опять потянула на размышления о будущем и философские мысли. Здесь я уже хорошо освоился, не показал свою чуждость, встроился в жизнь клана, и у меня впереди отличные перспективы. По крайней мере, в ближайшее время точно. Но мне не хватает информации, и самое главное - ответа на вопрос, способен ли я к магии? Я не меньше остальных орков жду осеннего праздника, это будет следующей отправной точкой моих планов. Ведь это - краеугольный вопрос. Чтобы не сильно разочаровываться, исходить нужно из худшего - я не одарённый. Что это для меня поменяет? Ну, во-первых, будет отрезано множество неизведанных ранее путей и возможностей в предстоящих событиях. И добавится новых опасностей. Но большие возможности всегда идут в комплекте с опасностями. Во-вторых, не владея магией раньше, я и не почувствую себя ущербным, если окажусь к ней неспособным. Будет обидно, но зато не будет чувства потери. Но как потерять то, чего не имел? Плюс зелья. Даже не будучи инициированным, я умудряюсь готовить вполне сносные снадобья - и учитель сказал, что не прогонит при любом исходе. Зная, как худо будет с медициной в будущем, данная наработка потребуется в любом случае.
   А если я всё-таки одарённый, это также поменяет мою жизнь. Да, лишь очень сильные и умудрённые годами шаманы могут быстро призывать духов - до уровня Нер'зула Хатгауту далеко, но и тратить десятки минут на призыв стихии ему не надо. А то, какие страшные раны можно исцелить без следа и последствий, вообще перекрывает недостаток скорости. Переломы, рваные раны, да что там - оторванные конечности - всё поддаётся лечению, если оно подоспело вовремя. Это не говоря уже об отбитых внутренностях. В некотором смысле местная медицина перекрывает возможности земной, не требуя для этого уникального оборудования.
   Мне, как имеющему представление о медицине без магии, понятно, какой козырь держат в своих руках говорящие с духами. А прочие стихии? Если их использовать не только для охоты и войны? Не знаю пока всех ограничений, но плавка металла, керамика, обработка материалов - это меньшее из того, что сразу приходит в голову.
   Магия. Среди орков нет магов, но это скорее всего из-за сложившейся системы - духи предков видят одарённых, и те инициируются как шаманы. Перенимают мудрость наставников, учат своих учеников - самоподдерживающаяся система. Запрета в освоении арканы нет - ведь демоническую магию орки освоили без труда. Из нездешних воспоминаний я примерно представляю, на что способна аркана. Сама мана, преобразовываясь, превращается в вещество - ледяная сосулька, уроненная на головы врагов, не исчезнет спустя некоторое время, а растает, навсегда став частью мира. Опытные и искусные маги могли создавать даже еду.
   А прочие вкусности? Телепортация, полёт, магические щиты. Обширный атакующий арсенал и чары познания - только учись! Благо потенциальные учителя на Дреноре есть. Да не абы кто, а изначально магическая раса, прирождённые маги, достигшие больших успехов в своей области. Я уже думал об этом, но тогда это были скорее грубые прикидки, сейчас тоже не хочется составлять далеко идущих планов - но на первый этап они просто необходимы. Захотят ли они меня учить? Помню, Велен - вождь всех дренеев и самый сильный маг - обещал ответить Дуротану и Оргриму на любые вопросы. Но что могли спросить подростки?
   Краем глаза замечаю знакомые колючие листья. Жестом показываю следующему за мной орку, чтобы двигался дальше, и отъезжаю к находке. Звездолист, причём едущие впереди шаманы не заметили кустик, иначе не преминули бы срезать положенное.
   Достаю нож, четверть листьев и цветов неплохо пополнит мои запасы редкостей. А теперь прибавляю шагу, чтобы вновь возглавить колонну. Так легче думается, когда перед глазами не маячит толпа и не надо подстраиваться под идущего впереди.
   Заняв своё место, возвращаюсь к прерванным мыслям. Дренеи - синекожие существа с копытами вместо ступней. Сведений о них у меня, пожалуй, больше из этого мира, чем с Земли. Живут в небольших посёлках, занимаются земледелием - сколько культур выращивают, точно не знаю, но и не пренебрегают охотой и собирательством. Мы редко с ними контактируем - лишь во время миграции, когда путь пролегает мимо их поселения, совершаем обмен. Стеклянные украшения, инструменты и оружие из особой стали - всё это обходится дорого, но оно того стоит. Наша сталь до дренейской не дотягивает по всем статьям - изделия из неё невероятно прочны и долговечны, они никогда не ржавеют и их крайне сложно затупить (правда, если это всё же удалось, заново заточить - ещё сложнее). У кузнеца точно есть инструменты дренейской работы. У лучших охотников - ножи, а у вождя - целый меч - признак статуса и богатства. Интересно, сколько будет стоить полный доспех? Нет, такого я, наверное, и к старости не потяну. Но я отвлёкся. Меня интересует магия. Просто прийти и напроситься к ним в ученики будет странно. Мы им не особо доверяем - слишком они отличаются от нас. Способны к магии без помощи духов, хотя и не злоупотребляют ею, по крайней мере, при орках. Стоит присмотреться к ним на следующей встрече и понять, сильно ли они отличаются от имеющихся у меня сведений.
   Демоническая магия - с ней тоже не будет проблем. Единственный, кто сомневался в целесообразности обучения шаманов новому - это Дуротан. Но и он внял словам Дрек'Тара, понимая, что без магической поддержки их просто перебьют.
   Некромантия - ею баловались и чернокнижники, но было это после войны с дренеями. Хотя откуда мне знать, когда начинались первые опыты? Источник данного знания для меня пока недоступен, да и целесообразность данного раздела магического искусства нужно будет оценить. Ведь обучаться всему и сразу невозможно. Но иметь возможность получить подкрепления прямо на поле боя, в разгар сражения атаковав врага с тыла, или организовать заслон из павших, пока свои войска перегруппировываются, тоже дорогого стоит. Хотя, для таких фокусов нужно будет обладать большой магической силой. Или накопителями. В общем, чем обширней будет мой магический арсенал, тем больше шансов выжить.
   Почувствовав, что начинаю уставать, отъезжаю в сторону, пропуская мимо себя кочующий клан. Мысли мои всё ещё далеко, но улыбнуться невестам это не помешало, как и поздороваться с сестрой. Задумчиво провожаю взглядом фигурку Лаурмаки, что стрельнув глазами и многообещающе улыбнувшись, прошла дальше. А вот и хвост колонны. Мысли с будущего переключились на настоящее, пелена, застилающая небо, чуть поредела, а капающий дождь помельчал. Хатгаут не соврал, вдалеке небо вообще уже очистилось, уже скоро из-под туч выберемся. Участвовать в добыче меди я не буду - своих дел хватало, и первейшее из всех - это личный шатёр. Свадьба избавит нас на месяц от налогов, а потому мы с Бьюкигрой и Кайнати посвятим оставшееся время охоте - раздадим последние долги, подкопим шкур и наменяем нужных вещей. Ну и займусь мелкими улучшениями быта. Кардинально ничего не поменяется, но плялку я усовершенствовать смогу. А там, глядишь, и ещё идеи придут. (Плялка - потому что на ней скорее плетут, нежели ткут).
  

***


   Дело двигалось к привалу, один из волчьих всадников подъехал к моей волокуше, и я, не скупясь, передал ему мяса и котелок. Взяв ещё мяса от соседей, орк поскакал вперёд, готовить обед. Мелкий дождь при сухом топливе не помеха, а может, натянут шкуры, чтобы дождь готовке не мешал. Ребятня, видя выдвигающихся вперёд волчьих всадников, радостно загомонила, прибавив хода.
   До самого вечера ничего интересного не происходило - местность становилась всё более холмистой, дождь наконец кончился, и мы смогли идти до самых сумерек. Привычно устанавливаю шатёр, небольшое озерцо с вытекающим из него ручьём послужит источником воды. В сам водоём ничего не впадает, а значит, тут есть хорошие родники. Версия подтвердилась - вода была обжигающе-холодной. Но мне не купаться, а потому так даже лучше - явно чище, чем в реке.
   Пока ужин варился, принялся разделывать сушёный хвост талбука. Позвонки из него - почти готовые наконечники против мелкой дичи. Нужно только почистить их, просверлить отверстие и насадить на древко стрелы - капелька смолы отлично их закрепит. Жаль, что заготовок у меня нет, а потрошить готовые стрелы, выданные Толистаном - не вариант. Но это на будущее, всё равно нужно чем-то занять руки и время до ужина.
   Ужин ещё не был готов, когда вернулся Хатгаут. Сняв верхнюю одежду и набив трубку, учитель присел возле очага, глядя в огонь.
   - Завтра можешь не грузить всё на волокушу.
   Значит, в разведку ему не надо. Но наверняка заступит на ночную смену.
   - Это лишнее, учитель. Всё на волка не нагрузишь, а раз мне придётся тащить волокушу, то пускай будет полной. Так я стану сильнее.
   Выпустив клубы дыма, седой орк вперил в меня острый взгляд.
   - Значит, тренировка? Или жалеешь старость учителя? Мы с волком ещё крепкие.
   - И в мыслях не было вас оскорблять. Но мне нужно тренировать выносливость, а тебе будет проще собирать по пути нужные травы. Не так давно я нашёл звездолист, но он оказался буквально под ногами. А так я бы не упустил возможности проверять гораздо больший участок, чем доступен моему взгляду.
   - Резон в твоих словах есть, - отозвался Хатгаут. - Так и быть, помогу тебе и со стрелами, если найду нужные побеги. Под тупоконечные можно олембу и не тратить.
   Это да, ведь требования к ним гораздо ниже, а потому пойдёт и не такое прочное дерево.
   - Жаль, старый карьер залило. Там иногда встречались отличные камни для обмена с дренеями.
   - Это та болотина, что возле шахты?
   - Сейчас болотина. А раньше там был холм, что срыли сперва до земли. А потом добывали медь и дальше. Но однажды навес не выдержал ветра, а когда клан вернулся, шахта уже была затоплена.
   Что-то учитель сегодня разговорился не на шутку - такое с ним обычно бывает только тогда, когда он меня учит. В остальное время он отмалчивается, общаясь жестами или делая свои шаманские непонятные дела.
   - А если откачать воду?
   - Зачем? Рядом есть не менее богатая жила.
   Ужин поспел и мы, прервав разговор, принялись есть.
  

16


  
   Дни сменялись один за другим, дождей больше не было, и солнце щедро делилось своим теплом со всеми обитателями Дренора. Волчьи патрули время от времени разбавляли рацион орков свежепойманой добычей. По словам учителя, скоро должен показаться рудник, но я не узнавал признаков его приближения. Этому было несколько объяснений. На сам рудник детей не приводили - там им нечего было делать, так как вода рядом была нехорошей, а потому основной лагерь разбивали за полдня пути до него. Плюс к этому в этот раз мы шли по другому маршруту, а потому местность была для меня незнакомой.
   Сходить на рудник будет любопытно, но не более того - своих дел хватает. Разворачиваю шатёр, раскладываю каркас и приступаю к сборке. Здесь мы задержимся, но даже если бы останавливались только переночевать, на качестве возведения жилья это бы не отразилось. Кому захочется, чтобы ночью, когда все спят, шатёр завалился на голову? Да и вечером, во время готовки, нисколько не обрадует оказаться под тяжестью шкур вместе с горящим костром. Остальные орки вокруг занимались тем же самым, сохраняя даже привычное соседство. И лишь волки отдыхали после перехода, развалившись на траве и смежив веки - везёт четвероногим! Малышня, несмотря на длительный переход, уже вовсю с визгом бегает, играя в догонялки. Не мешая, впрочем, взрослым.
   Закончив со сбором шатра, заваливаюсь под бок седому волку Хатгаута - полежать немного не помешает.
   - Аргнак, - слышу голос наставника, - скоро подойдут больные.
   Делать нечего - сам просил учителя брать на свои шаманские дела, хотя это и не всегда удавалось. В частности, эту стоянку обследовать вместе с остальными шаманами мне не удалось - ждать меня никто не стал, а соревноваться с волокушами в скорости с ездовыми волками я не могу. Да и никто не станет ждать, пока подтянется клан - вдруг место, по непонятным пока мне причинам, не подойдёт, а потому места стоянок обследуют заранее.
   - Что нужно вынести? - вопрос не праздный, вряд ли учитель будет лечить обычные болячки призывами духов.
   - Мох возьми, что собрал с дерева краммот. Мазь из листьев оршанника и зелье каменного корня. И листья триррика не забудь.
   - Я мигом! - отправляюсь в шатёр за вышеозначенными лекарствами.
   Судя по озвученному Хатгаутом, нужно будет унять боль в суставах. Лечить потёртости и надирать уши безалаберным орчатам - при дальних переходах в раскровавившуюся мозоль может попасть инфекция. И ещё нужно будет кого-то обезболить. Выношу необходимое. А вот и наши пациенты.
   У старой Дранмуры опять разболелось колено - возраст даёт о себе знать. Три орчёнка с потёртостями от лямок. И больше никого - своевременная профилактика на каждой остановке - вот залог отсутствия толп больных.
   Учитель напоил зельем каменного корня орчанку и дал с собой плошку с мазью, чтобы нанесла на колено.
   - Как вернёшься в шатёр, вотри в колено, укутай в тёплое и не двигайся с час, а лучше вообще приляг.
   - Помню, Хатгаут. Спасибо за помощь.
   - Ногу береги, - напутствовал её наставник, - хрящи и жилы вываривай да ешь их каждый день.
   Лечилась она уже не в первый раз, и хотя давно уже не ходит на охоту, искусно ткёт шерстяные ткани и помогает родственникам по хозяйству.
   Я в это время истолок четыре листа триррика, смешал их с мхом и, добавив воды, перетёр всё в кашицу. Теперь мажу потёртость получившейся массой. Стиснув зубы, орчёнок терпит жжение от лечения, показывая, что он уже большой и это ему ничего не стоит.
   - Почему молчал, что лямка неудобная?
   - Я уже большой и сам должен справляться со своими проблемами!
   - И как ты справился? Переделал лямку? Перевесил на другое плечо? Подложил кусок шкуры, чтобы не натирало?
   - Я терпел, как настоящий охотник!
   Покачав головой, продолжаю воспитательную беседу: - Настоящий охотник, заметив проблему, избавляется от неё, а не кичится своей глупостью. Всё, иди. Пару дней болячку не мочи и не расчёсывай.
   Рукоприкладством не занимаюсь, это не мой ребёнок - дома от родителей влетит. Уж в этом я не сомневался. Остальные орчата молча приняли лечение.
   - Быстро управились, - поворачиваюсь к учителю.
   - Потому что мы не единственные, кто лечит соклановцев, - да, есть ещё четыре шамана, но с ними я практически не общаюсь. Во-первых, я ученик Хатгаута, а потому науку постигаю у него. И во-вторых - я ученик Хатгаута, а значит, не вхож пока в шаманский круг.
   Хм, раз я уже свободен... Полежать или Кайнати с Бьюкигрой поискать? Пожалуй, просто пройдусь по стойбищу. Девушки сейчас наверняка заняты, помогают родне. Постепенно народ заканчивал с установкой шатров, орчанки рассаживались на траву, плетя корзины, суча или вычёсывая шерсть. Замечаю Лаурмаку, идущую мне навстречу.
   - Привет, Аргнак! Случайно не ко мне?
   - Нет. Случайно не к тебе.
   - Жаль. Я как раз свободна. Помнишь, ты хотел подумать над моим предложением? - повернувшись ко мне боком, качнула станом, выгодно подчёркивая фигуру. Лёгкая полуулыбка и манящий взгляд дополняли картину. Сегодня она была особенно красивой. Или это из-за того, что за пять дней перехода я не мог уединиться со своими девушками?
   - Как можно такое забыть?.. Сама не передумала?
   - Конечно же нет! Может, всё-таки зайдёшь?
   - Вот так, без угощения?
   - Не последний раз видимся.
   Уже всё за меня решила? Да и к гронну всё.
   - Идём.
   - Хорошо, - развернувшись, устремилась к шатру, покачивая бёдрами.
  

***


   В прошлый раз я осмотрел обстановку жилища Лаурмаки лишь мельком, теперь же огляделся внимательнее. А у неё довольно уютно. Стены изнутри были увешаны разнообразными украшениями, плетёными из разноцветных кожаных шнурков. Волчьи клыки, выточенные из костей и рогов фигурки. Посуда из разноцветной глины и несколько свёртков шкур. Пройдя к дальнему углу, женщина достала две кружки и бурдючок.
   - Будешь пиво? Или предпочитаешь ягодную настойку?
   - Кислющая, наверное? - первые ягоды, что нам сейчас доступны, действительно очень кислые. А сохраниться с прошлого года они не могли. Как и настойка. Хотя, кто знает.
   - Я добавила сока олембы. От этого она становится не только слаще, но и крепче.
   А Лаурмака, оказывается, изобрела бражку. Хотя, скорее всего, не она первая. Попробовать будет любопытно.
   - Давай настойку, но только глоток.
   - О, она не настолько крепкая, чтобы свалить тебя с ног, - лукаво улыбается орчанка, отложив первый бурдючок и наливая из кувшина.
   Вот зараза, полкружки налила. Хотя, если сделать большой глоток, то можно и за раз выпить. Принюхиваюсь - ягодный аромат, сладость и бражка. Чем-то на медовуху похоже. Медовуха? На Дреноре нет медоносных пчёл, а вот на Земле - есть. Делаю глоток под внимательным взглядом Лаурмаки. Неплохо - кисло-сладкий вкус, а в конце - ощущение тепла, прокатывающееся по пищеводу. Крепко. Но сивушных масел многовато - голова будет болеть, да и пользы от них никакой, если только тренировка организма на сопротивляемость к ядам. Допиваю, смакуя каждый глоток.
   - Ещё?
   - Хватит, пожалуй. Вкус хороший, но можно сделать ещё лучше.
   Вопросительно глядя на меня, орчанка отставила кружку в сторону, а я думаю, как ей объяснить про водяной затвор и прочие секреты правильного настаивания. Да и надо ли? Я, в конце концов, не на допросе. Бражку я ставить умею, главное - выпускать углекислый газ, образующийся при брожении, и не допускать свежего воздуха - с ним начинают образовываться сивушные масла.
   - А как? - сделав шаг ко мне, женщина смотрит снизу вверх в мои глаза.
   - Долго рассказывать, лучше показать.
   - Ты поделишься семейным рецептом?
   Пожимаю плечами: - Это пойдёт на пользу всему клану.
   Взяла мою кружку и, наклонившись, убирает к остальной посуде. Знает, чертовка, как показать себя с выгодного ракурса.
   - Интересно, чем же он лучше моего?
   - Утром голова болеть не будет, если переберёшь.
   - Да? Это интересно. Но обычно столько не пьют, много настойки не поставишь.
   - Вкус тоже будет лучше. Но хватит о напитках! - подхожу к ней ближе, подцепляю пальцами низ топика и стягиваю.
   - О, так сразу к делу?
   Не отвечая, продолжаю её раздевать, что не заняло много времени. Стоит, не стесняясь демонстрируя своё тело. Начинаю раздеваться, ловя на себе её изучающий взгляд.
   - У тебя совсем нет шрамов, хотя ты много охотился. И охотился в одиночку. Неужели не было схваток грудь в грудь, когда твоя ярость пересиливает звериную?
   - Они были слишком медленные и слабые, чтобы достать меня, - отвечаю на её вопрос.
   - Но кое-кто тебя всё же достал! - улыбнувшись, проводит она пальчиком по не успевшим зажить покусам.
   Да, Бьюкигра любит пустить в ход клычки. А судя по тому представлению, что девушки устроили мне в прошлый раз, и речам хозяйки шатра, она попытается вывернуться от меня. Так и есть, стоило протянуть к ней руку - вмиг отпрянула. Но я, не останавливаясь, делаю шаг вперёд и сгребаю женщину в охапку. Замолотив мне по спине кулачками, дёргает ногами и брыкается. Довольно сильно, но я, предвидя такой поворот, просто сжимаю её посильней, а потом приземляю на шкуры, наваливаясь сверху.
   Отстраняюсь, чтобы перевернуть её на живот, Лаурмака перестала вырываться и, тяжело дыша, приняла более удобную позу.
   - Какой ты горячий! Иди ко мне! - произносит с хрипотцой, выгибается, оттопыривая ягодицы.
  

***


   То же время, Бьюкигра.
   Девушка, закончив помогать в установке шатра и разложив вещи, пошла искать подругу. Но Кайнати оказалась занята, а потому она отправилась к шатру Хатгаута, договорившись с ней, что встретятся там.
   - Аргнака ищешь? - услышала она вопрос Батлитри, подошедшей сбоку. - А он сейчас у Лаурмаки.
   - Это хорошо, - отзывается орчанка, наблюдая ошарашенное выражение когда-то отвергнутой Аргнаком девушки. Такой реакции она точно не ожидала, а потому её радость заметно поблекла.
   - Только не завидуй так. Или ты хочешь быть на её месте? - Бьюкигра не зря считалась самой острой на язык среди Разящих Топоров, и теперь вовсю пользовалась своим даром.
   Вопрос был с подвохом: согласись та - значит, хочет стать "весёлой вдовой". Не согласится - значит, не претендует на Аргнака. Главное, любой ответ Бьюкигра может повернуть в свою пользу и выместить часть охватившей её досады.
   - И тебе совсем не обидно, что к ней он пошёл в первую очередь?
   - Не так, как тебе, когда не согласились потереть спинку! - вновь давит на больное девушка.
   - Смотри, как бы не взял её третьей женой.
   - Тебе и пятой с Аргнаком не бывать.
   - Можно подумать, кроме него женихов завидных нет! - отвечала Батлитри.
   - Так что же ты так к нему напрашиваешься?
   - Приятного дня!.. - рассерженная орчанка, не найдя слов, решила отступить.
   Перепалка, в которой удалось отшить конкурентку, подняла настроение Бьюкигре, и она пошла к шатру Хатгаута. Рано или поздно Аргнак вернётся, а она пока примется раскраивать талбучьи шкуры на шатёр.
  

***


   Партнёрша готова, а потому, не медля, приступаю к делу. Несколько дней воздержания сделали своё чёрное дело, но её это не расстроило. Или вида не подаёт?
   - Похоже, я слишком сильно завела тебя, - задумчиво произносит лежащая рядом орчанка. - Но это нестрашно. Лежи, я тебе покажу то, чего не знают твои девушки!
   Оральным сексом меня никто радовать не стал, но руками она работала весьма умело, быстро вернув мне боеготовность. Уселась сверху, беря инициативу на себя, да, так я с Кайнати и Бьюкигрой ещё не пробовал. Подстраиваюсть под её ритм, а потом убыстряю его. Долго "наездница" не проскакала, заведённая предыдущим разом, быстро вошла в раж и обмякла, распластавшись на мне. Но я-то ещё могу! Приподнимаю её за бёдра и продолжаю. Лаурмака опять зашевелилась, напряглась - по ощущениям, разрядка настигла её ещё раз. А вот теперь и я на подходе - ещё чуть-чуть, и тоже затихаю.
   - Не зря ты мне приглянулся! - произнесла лежащая на мне Лаурмака. - Одиночные охотники всегда, ммм... сильней прочих.
   - Теперь ты довольна?
   - Вполне, - мурлыкнула она, проводя пальчиком по моему плечу.
   Орчанка попыталась встать, но я еще недообследовал её ягодицы, а потому прижимаю её к себе, не давая подняться.
   - Пить хочется, - произнесла Лаурмака, прекращая вырываться. - Тебе чего налить? Пива? Или ещё настойки?
   - Разве настойкой жажду утолишь? Давай пива, - отпускаю её и сам сажусь.
   Виляя бёдрами, Лаурмака идёт к оставленным кружкам, но не наливает сразу, а, захватив бурдючок, возвращается обратно. Сейчас, когда воздержание позади, внимательней разглядываю её тело. Приятная фигурка, интересные глаза, красивые движения - но гетера. Хотя, похоже, её такая жизнь не напрягает. Беру протянутую кружку, вдыхаю аромат - свежее. Градус, конечно, лучше не понижать, но я не намерен засиживаться. Напившись, Лаурмака доливает себе ещё, а после вопросительно смотрит на мои руки.
   - Ещё половину, - протягиваю кружку.
   Сидим, потягиваем пиво - судя по всему, из зёрен, а в такое время это вещь дефицитная. Но завидовать ей - увольте. У каждого своя судьба.
   Допив, поднимаюсь, хозяйка шатра тоже встаёт, чтобы проводить.
   - Заходи как-нибудь, - накидывает шкуру на плечи, но одеваться почему-то не торопится.
   - Уже гонишь?
   - Хочешь ещё остаться?
   Только беру свою одежду, как чувствую, что она пока мне не понадобится. Хмм, вроде уже два раза сбросил напряжение, и вот опять... Хитрый блеск глаз с расширенными зрачками, завораживающее тело, проглядывающее в распах шкуры. Пиво? Какой-нибудь афродизиак? Сейчас - плевать. С рыком бросаю безрукавку прочь, Лаурмака разводит руки в стороны, позволяя шкуре соскользнуть на пол. Не желая терять время, вздёргиваю её на себя, придерживая руками под ягодицы. Тень удивления мелькнула в её глазах - неужели никогда так не делала?
  

***


   Некоторое время спустя, шатёр Лаурмаки.
   Аргнак ушёл, сил проводить его не осталось. Жаль, что он изначально не захотел выпить пива. Рецепт получился случайно - пару лет назад она добавила для вкуса несколько приправ. Улучшился не только вкус, ещё напиток приобрёл отличные свойства - с ним секс был долгим и приятным, что сильно облегчило её жизнь. Применяла его она нечасто, лишь когда хотела произвести впечатление на понравившегося ей орка. Во время первой встречи Аргнак не захотел угощаться, но сегодня... Мышцы болели, как после суточного перехода, пот пропитал постель, и хотелось есть.
   - Ты ещё вернёшься, - тихо произнесла Лаурмака.
  

***


   Штука в пиве оказалась очень забористой - похоже, Лаурмака сама не ожидала такого эффекта, или я оказался слишком к ней чувствительным. Иду к ручью освежиться - кроме набедренной повязки ничего не надел, чтобы не пропитать одежду потом. А употел так, будто в сауне сидел. Отдалился подальше от зевак, разделся и плюхнулся в воду - "мыла" нет, но и песок с илом со дна отлично подойдут. Срываю пучок травы - послужит мочалкой - и начинаю приводить себя в порядок. Устал и вымотался так, что едва не заснул в гостях у Лаурмаки. Но дел ещё много, а потому, выкупавшись и обсохнув, возвращаюсь домой.
   Приветствую встречных орков, сам отвечаю на приветствия, приближаясь к шатру Хатгаута. Кайнати с Бьюкигрой уже были тут, достав наружу талбучьи шкуры, раскраивали их на шатёр.
   - Привет, красавицы! - подойдя ближе, приобняв, целую Кайнати, после чего обнимаю другой рукой Бьюкигру и тоже целую. Запах Лаурмаки, видимо, выветрился не полностью, так как девушки едва заметно морщатся. Спрашивать, где я был, не стали - весть об этом уже разошлась по клану, среди женского населения - точно. Охотникам до этого дела нет - ну сходил к "весёлой вдове" и сходил, подумаешь.
   - А мы тут шатром занялись, пока ты занят был, - выделила предпоследнее слово Бьюкигра.
   - Это хорошо. Будет потом где нам быть занятыми.
   Постояв, принимаемся за работу - в шесть рук дело спорится быстрее. Сегодня, если не отвлекаться, основная работа будет закончена - выменянные шкуры были уже обработанными, что сэкономит нам много времени. А мелкими деталями и более тщательной подгонкой можно будет заняться потом, когда шатёр будет готов.Тогда уже и украсим, как надо, и огрехи исправим, буде таковые окажутся. Кайнати отлучилась приготовить нам травяной отвар - день был жарким, а солнце вошло в зенит, и шатёр учителя не давал тени.
   - Готово, - орчанка принесла котелок поближе, разливая отвар по кружкам.
   Терпкий травянистый вкус, толика соли и небольшая горчинка - несмотря на то, что напиток очень горячий, жажду утоляет превосходно и восполняет недостаток солей. По моей просьбе девушка добавила и четверть цветка дассана - заряд бодрости нам не повредит. Сидим и отдыхаем, прихлёбывая отвар.
   - Лаурмака опять тебя приглашала заходить? - раздался скорее не вопрос, а утверждение от Кайнати.
   - Да. Нам есть чем поделиться.
   - А нас научишь, чем вы там занимались? - спросила Бьюкигра.
   - Вы у меня и так всё знаете. А что не знаете - вместе узнаем, - отвечаю девушкам. - Что она вам ещё обещала показать?
   - А откуда ты знаешь? - удивляется Кайнати.
   - Вы же сами говорили, что она приглашала вас заходить ещё.
   - Мы можем сходить к ней вместе, - предложила Бьюкигра.
   - Ладно, то дело будущего. Пока у нас шатёр и свадебная охота. Как ваши охотничьи доспехи?
   Бьюкигра поднялась, убрав в сторону пустую посуду и накрыв крышкой котелок с отваром.
   - Почти сделаны. Нужно прикрепить пластины копытня, да и кожаные накладки ещё неготовы.
   Поднимаюсь сам, разминая плечи. Мой доспех тоже ещё не готов.
   - Думаю, для охоты на талбука их хватит. Два лука впридачу к остальному оружию - это немало.
   Кайнати чуть расстроилась моим словам, в то же время на лице её расцвела довольная улыбка. Как девушки умудряются одновременно испытывать столь противоположные чувства, да ещё и доносить их мимикой до окружающих? Хотя если бы я не знал её всё это время, и они не захотели бы проявлять при мне свои чувства, я бы ничего не понял.
  

***


   Обед в обществе красивых девушек, да ещё и приготовленный их руками - что может быть лучше? Только послеобеденный отдых. Но сильно разлёживаться мы не стали - дел много, а время уходит. С каждым днём найти добычу будет сложнее, так как дичь будут распугивать и выбивать охотники и волки. Плюс сама стоянка - со стороны рудника много дичи быть не может - предгорье, да плюс подпорченная металлургическими отходами экология - пусть и на небольшом участке, но всё же.
   - Как думаете, управимся с шатром за сегодня?
   - Не знаю, Аргнак, - сказала лежащая слева Кайнати, - его ещё долго украшать.
   - А если украшать после? Нам ведь в нём жить, а красоту наведём уже потом.
   - Но это неправильно! - поддержала девушку Бьюкигра. - Как мы будем принимать гостей?
   - Полдня нам хватит, чтобы по минимуму украсить жилище? Сразу ведь гостей никто не приглашает?
   Идея переселиться в "необустроенный" шатёр не нравилась девушкам, но возможность заехать пораньше боролась в них с чувством прекрасного.
   - В конце концов, можем одну стену завесить шкурой волка, сейчас лето, так что нам не нужно тёплое одеяло. На боковую стену можно пустить талбучью, а на третью повесим наши луки и дротики. Будет вполне нарядно, а со временем заменим их на новые трофеи и украшения.
   - Ммм... Наверное, сойдёт. Но это только на первое время! - откликается Бьюкигра.
   - Вот и отлично. Шатёр сам себя не поставит.
  

***


   К сбору шатра подключилась и сестра - лишние руки в таком деле не бывают лишними, но кроме близких родственников приглашать на возведение жилья никого нельзя. Справились до темноты, и мне пришлось разгонять девушек, пытавшихся что-то доделать и украсить. Нечего тратить силы и нервы, когда нам завтра на охоту. Пусть лучше выспятся, чем впопыхах исправлять мелкие огрехи - сейчас не зима, и они не критичны. Самое главное сейчас - чтобы крыша не протекала, а остальное доработаем.
   Темно, но пока не спится, а загонять себя насильно не хочу - не отдохнёшь, только зря бока отлежишь. Достаю новый топор, проверяю остроту лезвия - подправить не помешает. Камень мелкого песчаника и кусок шкуры мне в помощь - точить оружие я умею, и главное в топоре - правильный угол заточки. Ширк-ширк-ширк - звук точила наполняет шатёр. Теперь глянуть, достаточно ли - и опять править лезвие. Спустя полчаса заточка, на мой взгляд, стала идеальной. Теперь немного истолчённого в порошок осколка глиняного горшка на полировку - снять мелкие царапины.
   Закончив с топором, взял лук - с ним охота будет проще. Обслуживания он пока не требует, но пробую его снарядить, надевая тетиву. Растягиваю до звона тетивы, звук по мере натяжения становится всё выше - пожалуй, можно было бы сделать и какое-нибудь подобие гитары, но не с моими навыками - играть я на ней всё равно не умел. Перебираю стрелы - все пять штук, ещё не использованные в охотах, но уже несущие грозную ауру - представить, как такие наконечники впиваются в добычу, совсем не сложно. Оставлять на ночь в таком виде его не стоит, а потому разряжаю лук, снимаю тетиву и иду ложиться - проверка оружия успокоила что-то в душе, а насыщенный день и усталость наконец приманили сон.
  

***


   Снилось мне всё вперемешку - и совместная охота на копытня, и обычная, на талбуков, и схватка с волком. Кроме того, мне снились уроки стрельбы, что я проходил ещё будучи орчонком. Снами я управлять не умею, но чаще всего в них отображается то, что меня заботит.
   - Проснулся, Аргнак? - Хатгаут уже на ногах и что-то смешивает из запасов сушёных трав. - Как отправишься на охоту - иди к горам, но правее дороги к руднику.
   Вот как. А я изначально забраковал это направление, и, вроде, не беспочвенно.
   - Спасибо, наставник. Разведчики уже вернулись? - интересуюсь источником информации.
   - У шаманов свои пути, - откликается седой орк. - Считай это моим свадебным подарком.
   Кивнув, начинаю завтракать - вчера на ужин наварил побольше каши, чтобы не тратить с утра время. Ем не спеша, быстро проглоченная пища не отдаст всю свою сытность. Вещмешок уже готов, как и оружие, осталось только облачиться в охотничий доспех и идти за девушками. И последний штрих - лук. Накинув петлю на нижний конец, упираю его в пол. Заступаю ногой, обеспечивая упор, и сгибаю лук, наваливаясь всем телом. На охоте может не оказаться времени на то, чтобы снарядить тетиву, а сутки-двое во взведённом состоянии ему не повредят. Убираю его в недавно сделанное налучье, прыгаю, проверяя, как держится оружие и сидит доспех.
   Теперь за невестами - время раннее, но они уже на ногах и направляются в мою сторону. Не знаю, как быстро они уснули, но вид у них бодрый и радостный - такой же, как был при охоте на копытня. Экипировка у них немного различалась - копьё Бьюкигры было на три ладони длиннее, а вместо лука у Кайнати был запас дротиков. Охотничьи доспехи, подогнанные по фигуре, делали их массивней на вид.
   - Готовы, красавицы? - обнимаю их по очереди. Прощупать ягодицы сквозь доспех оказалось проблематично, зато их губы были столь же сладкими, что и всегда.
   - Конечно! - почти одновременно отзываются орчанки, после чего, переглянувшись, заливаются смехом.
   Бежим не торопясь, забирая вправо. На каком расстоянии нам встретится добыча, Хатгаут не сказал, но вряд ли это будет сильно далеко. Но и рядом со стоянкой стадо вряд ли окажется - в отличие от копытней, талбуки предпочитают избегать опасности. Парочка потревоженных ворон с карканьем взлетела с кустов, после чего, поднявшись в небо, некоторое время преследовала нас, извергая сверху воронью ругань. Вот ведь чёртовы курицы! Солнце начинало припекать, и мы решили сделать перерыв на воду. Пью из захваченного с собой бурдючка, ручьёв вокруг всё равно пока нет.
   - Аргнак, - позвала меня Бьюкигра, прежде чем мы отправились дальше, - ты так уверенно бежишь в эту сторону и совсем не читаешь следов...
   - Учитель сказал, что в этом направлении есть талбучье стадо. Нам нужно найти или их, или воду, - возле неё точно будут следы.
   - Понятно, - отозвалась девушка.
   Но ни через час, ни через два признаков присутствия талбуков так и не появилось - ни следов копыт, ни частичек шерсти. И кровавых ястребов поблизости также не было. По ним тоже зачастую можно было угадать положение стада - пусть и не все, но многие птицы понимали, что орки оставят им часть мяса, а потому умели особым полётом подавать сигнал и кружили в направлении потенциальной добычи. Вдалеке показалась линия кустов, а это верный признак ручья или речки. Так и есть - ручей, полноводный, с рыбой.
   - Может, порыбачим? - мяса мы с собой взяли, но со свежатинкой оно не сравнится.
   - Долго будет, - неуверенно протянула Кайнати, но всё же потянула дротик из-за спины, выбирая, куда сложить груз.
   - Если поможете, наедимся до отвала, при том и часа не потеряем. Только никому не рассказывать, это наш семейный секрет.
   - А что надо делать? - скинув мешок на траву, спросила Бьюкигра.
   - Нужно нарезать прутьев, толщиной с палец, и очистить от веток. Ещё нужно будет надрать коры со стволов и три кола. Но это сам сделаю.
   Работа не заняла много времени. Моя задумка перегородить ручей сперва вызвала недоумение у девушек, но когда мы, мутя воду, погнали рыбу к загородке, азарт при виде такого количества добычи захватил и их. Освежающий вкус сырой рыбы смягчил жару и отогнал голод, наедаться сильно мы не стали и, нанизав остатки рыбы на вынутую решётку, поспешили вдоль ручья.
  

***


   То же время, Кайнати.
   Нести решётку и рыбу доверили девушке. Понятно, ведь лук пока для неё слишком тугой, а потому её роль на этой охоте - помощь в переноске грузов. Она даже взяла все дротики у Бьюкигры, освобождая той руки под лук. Вчера Кайнати долго не могла уснуть, проговорив с матерью часа полтора, выслушивая советы и делясь с той своими мыслями. Подумать только, скоро она переедет в свой шатёр - пусть он ещё неухоженный, но свой! А чёрная шкура волка будет хорошо смотреться напротив входа. На неё можно будет повесить кусок ткани, сделанный из начёсанной с волка Хатгаута шерсти - белое с чёрным так хорошо сочетается!
   Мысли о будущем обустройстве не отвлекали её от охоты, а приятная сытость придавала сил - лёгкая рыба не требовала много времени на то, чтобы улечься в желудке, в отличие от взятого с собой мяса. И хотя девушка бежала чуть позади, она первой почувствовала талбучий запах.
   - Стойте! Я чую талбуков!
   Остановившись, Аргнак повернулся по ветру и втянул воздух, принюхиваясь.
   - Похоже, ты права. Раз остановились, предлагаю попить, съесть ещё по рыбке - и вперёд, к добыче!
  

***


   Бежим на всё усиливающийся запах. Местность становится всё более холмистой, и несмотря на то, что травостой был не слишком высоким, пробираться вперёд трудно - мешают кусты. Росли они особенно густо в низинах между холмов, там, где скапливалось больше влаги. Редких трав не было, а собирать мозгольник, что попадался чаще остального, смысла нет - время дороже.
   Поднимаясь на вершину очередного холма, вижу вдалеке движение и, вскинув руку, даю сигнал к остановке. На дальнем холме виднелись едва различимые рогатые фигуры. Нашли. Нас талбуки тоже заметили, а потому присаживаемся обсудить дальнейшие действия.
   - Аргнак, ты добывал талбуков ночью, как копытня с нами? - спросила Бьюкигра. - Или нападал днём?
   - Вечером, как спать ложились. За своих они всегда заступаются, но если кто-то смертельно ранен, его оставляют, чтобы не рисковать остальными. Но нас сейчас трое, предлагаю подождать, пока они успокоятся, и подкрасться, чтобы пристрелить одного из лука.
   - Вожака возьмём? - спросила Кайнати.
   - Там видно будет. Но если он в возрасте, такое мясо только волкам пойдёт. Предлагаю срезать жердей и обвязать ветками, так сможем подобраться к ним вплотную, если будем двигаться очень медленно.
   - Передвижной куст? Ты уверен, что это сработает? - мило хмурит брови Кайнати.
   - Нет, не уверен. Но если бы я не пробовал новое, что иногда придумываю - нас бы здесь не было, и шатёр ещё не скоро был бы готов. Что вообще нам от новинки нужно? Чтобы скрывала от глаз талбуков. Они или заметят нас, или нет. Если не заметят - подберёмся поближе и выцелим добычу, а остальные разбегутся. Если заметят - или отойдут, или подойдут. Объяснять, что произойдёт, если их любопытство будет сильнее осторожности?
   - Не стоит, - отрицательно покачала головой Бьюкигра.
   - А не захотят подойти - дождёмся, когда пойдут спать, и тогда продолжим охоту.
   - Звучит увлекательно. В любом случае, даже если ничего не получится, будет о чём вспомнить и чем заняться!
   В ход пошли ножи и волокуши, теперь нам не придётся срезать много жердей - половина укрытия, считай, уже готова. Четыре жердины, расположенные параллельно земле, соединили двумя распорками, приделали ещё одну под углом, чтобы конструкция могла сама стоять на земле. Теперь два десятка прутьев, через равные промежутки, чтобы легче было привязывать ветки. Идём, набирая целые охапки - такие пышные кусты в природе встречаются редко, но нам нужно сделать так, чтобы нас не было видно даже с близкого расстояния. Колёса бы ещё приделать, но чего нет - того нет. Впрочем, конструкция вышла достаточно лёгкой, чтобы я и один мог её нести.
   По очереди приседали за зелёной стеной, а остальные пытались разглядеть.
   - Сразу видно, что этот "куст" - странный. Я бы даже сказала - рукотворный, - с досадой в голосе произнесла Бьюкигра.
   - Талбуки - умные животные, но не такие умные, как орки. Сейчас и проверим, получится их обмануть или нет.
   Кайнати отправилась вперёд на разведку, выяснить, куда откочевало стадо, а мы с Бьюкигрой несли нашу маскировочную конструкцию. Оказалось, что продираться сквозь кусты - дело нелёгкое. Но мы нашли выход - если те были низкими - поднимали над головой, а если это не помогало - протаскивали боком.
   - Нашла! - радостно, но тихо произнесла вернувшаяся Кайнати. - Они недалеко. Правда, подойти будет трудно, там довольно густые кусты и есть деревья.
   - Мы не торопимся. Ладно, оставляем тут лишние вещи, доедаем рыбу - и выдвигаемся.
   Моё предложение было принято единогласно. Покончив с рыбой, мы оставили здесь рюкзаки с припасами, чтобы те не помешали нам на охоте. Конструкция у местных рюкзаков была простой и удобной - лёгкая деревянная рама, обтянутая листом коры кер-габба или жёсткой кожей, чтобы груз не колол спину, две деревянные доски-стяжки, внизу - полочка для упора груза, по бокам - ремешки для его же фиксации. Ну и лямки, иногда даже с грудной стяжкой. Груз укладывается в мешок либо заворачивается в шкуру, а затем принайтовывается к раме. Получается даже удобнее многих рюкзаков из прошлой жизни. На Земле такая штука тоже была, называлась понягой, если я всё правильно помню.
   Выдвигаемся к стаду, стараясь не шуметь. К счастью, ветер и не думал стихать, а потому скрывал шелестом листьев и травы звуки нашего перемещения. Кайнати вновь выдвинулась вперёд, указывая нам дорогу. На вершины холмов не поднимались, чтобы не показываться на глаза талбукам и двигаться быстрее.
   Кайнати подала знак и отступила за нашу преграду, помогая её нести. Молчим, стараясь не шуметь и двигаться очень медленно. Вышли на открытое пространство, животные пасутся, не выказывая лишней тревоги. Приставляя лица к "кусту", наблюдаем за талбуками. Впервые наблюдаю их так близко при свете дня - и не я один. Замечаю особенность их питания - время от времени то одна, то другая особь поднимает голову и оглядывается по сторонам - ещё ни разу не было такого, чтобы над стадом не возвышалась хотя бы одна рогатая голова.
   Тронув Кайнати за плечо, показал пальцами на неё, потом на глаза и вперёд, а сам сделал вид, что двигаю преграду. Кивнув, та опять приникла к зелёной стене и махнула рукой. Двигаемся, вот орчанка приподняла руку, и мы замерли. Опустила - идём дальше. Уже отчётливо слышен хруст травы, фырки и взмыкивания животных. Отстранившись от преграды, девушка приготовила копьё - значит, дистанция для стрельбы достаточная. Кладу пику возле себя, сейчас мне потребуются обе руки для стрельбы. Бьюкигра тоже расчехлила лук, наложила стрелу на тетиву и вопросительно взглянула на подругу.
   Прильнув лицом к веткам, Кайнати указала на пару локтей правей центра. Повернув луки в указанную точку, одновременно встаём, натягивая тетивы. Видимо, одного из стада привлёк наш куст, так как он был ближе к нам и повёрнут мордой. Дёрнув ушами, талбук от неожиданности прянул назад, но не успел он опомниться, как стрелы со свистом устремились вперёд. Дистанция выстрела не оставила ему ни единого шанса - стрелы с двумя смачными ударами впились в грудь, стрела Бьюкигры утонула на две трети, а моя вошла по оперенье. "Хана стреле" - мелькнула мысль. Всхрапнув, талбук дёрнулся, подпрыгнул и понёсся, не разбирая дороги, прямо на нас. Отец рассказывал, что они убегали очень далеко, даже пронзённые насквозь, так что, хотя стрелы и попали более чем удачно, остатков сил ему хватит, чтобы добраться до нас. Убираю лук в налучье и поднимаю пику, разматывая ремень.
   - Вставайте за мной! - кричу девушкам и придавливаю упёртый в землю конец пики. Бьюкигра держит наготове лук, но пока не стреляет, а я кричу во всю мощь, пытаясь ошеломить стадо. Пинаю увешанную ветками перегородку, заваливая её вперёд, чтобы она не сшибла нас, протараненная зверем. Ранения снизили прыть животного, шок от выстрела застилал его глаза, и бежал точно на нас он лишь потому, что до ранения стоял к нам мордой.
   Принимаю удар туши на выставленную пику, силы удара хватило, чтобы зверя подняло на дыбы, после чего он заваливается в сторону.
   Пику не вытащить, глубоко вошла, но прочное древко выдержало. Вожак взревел, перекрывая шум взволнованного стада, но в атаку не пошёл.Талбуки не решились нападать - быстрая и неожиданная расправа заставила отступить осторожных животных. Матёрый вожак повёл стадо прочь от угрозы, оставляя победителей позади.
   - ДАААА! - казалось, небо отразило наш слитный крик. Победа. Было что-то в этом от нашей ночной охоты, но в то же время всё произошло слишком быстро.
   - Идёмте, сердце надо есть свежим! - зову девушек.
   Провожу пальцами по стекающей струйке крови и разрисовываю лицо Кайнати. Особых узоров для этого не требуется, а потому, поддавшись порыву, провожу несколько полосок по её щекам и лбу. Поворачиваюсь к Бьюкигре, первым делом мазнув по кончику носа, а после принявшись за остальное. Сажусь на поверженного зверя, а девушки в четыре руки начинают разрисовывать меня.
   Стрелы пришлось вырезать, одно древко безнадёжно испорчено, а вот та стрела, что пустила Бьюкигра, выдержала. Воткнулась удачно и не слишком глубоко, а потом не переломилась во время последующей схватки со зверем. Главное, моя навылет не прошла - бывало, такую потом и не находили, а наконечники на деревьях не растут. Разделываем добычу, поедание сердца - такая же важная часть охоты, как и разукрашивание кровью. Талбуку оно уже ни к чему, а нам послужит неплохим перекусом - пережёвывая откушенные куски, почти чувствую, как меня наполняет сила.
   - Не самый крупный, - произнесла Кайнати, отделяя кишки от остальных внутренностей.
   Отойдя в сторону, она уже готовилась выпростать их содержимое. Промытые и порезанные, они, в отварном виде, тоже употребляются в пищу. Вообще, практически всё, кроме костей и шкуры, съедалось после готовки или в сыром виде.
   - Подожди, - останавливаю её, - на мелкие части пока не режь. Как вернёмся, покажу новое блюдо.
   - Хорошо.
   - Не крупный, зато мясо не старое! - добавляет Бьюкигра.
   Ловко орудуя ножом, она снимала шкуру с задних ног, а я занимался передней частью туши.
   - Это да, - отзывается подруга, - угощение будет хорошее. А что за новое блюдо?
   - Потом покажу, здесь его не приготовить.
   Девушки переглянулись, и мы продолжили разделку. Вскоре над нами начала кружить пара кровавых ястребов, ожидая, когда мы закончим дела и уйдём, чтобы поклевать то, что останется.
   - Как бы волков не привлекли, - нахмурилась Кайнати, проследив за кружащими птицами. Волки тоже могли по полёту птиц определять присутствие рядом потенциальной добычи.
   - Рядом их точно нет, мы бы заметили следы или запах.
   Разделка закончена, вернувшись к оставленным рюкзакам и разложив на ветки куски мяса, принимаемся паковать добычу. Втроём мы, пусть и с трудом, утащим мясо и в рюкзаках, даже волокушу делать не придётся. Шкуру, чтобы не терять времени, не обрабатываем, я только натираю её взятой с собой кашицей листьев триррика - антисептические свойства не дадут ей испортиться.
   Иду впереди, проверяя дорогу, и помогаю девушкам продираться сквозь кусты, экономя им силы. Спрямляя дорогу, нарвались на болотину, или, скорее, сильно заиленное озеро, пришлось обходить. Темнеет, но останавливаться ночевать не хотим - пусть и ночью, но доберёмся до стоянки. Тем более пару раз уже встречали патрульных, а значит, нападение хищников практически исключено.
   Дом, милый дом. Пусть пока не обжитый, но уже свой. Затащив мясо в шатёр, расходимся - всё равно нужно будет свои вещи забирать, да и свадьбы ещё не было, чтобы жить в одном шатре.
  

***


   Проснулся рано, и хотя ещё хотел спать, моё состояние не было вялым. Десятки поколений выработали рефлекс моментально приводить тело в тонус, а уж потом, если нет опасности, можно ещё поваляться. Судя по запаху, сегодня Хатгаут курил особую смесь, на моей памяти он использовал её нечасто.
   - Ещё поспишь или вставать будешь? - донёсся негромкий вопрос.
   А что тут думать? Дел ещё невпроворот, а перехватить на сон час-полтора можно и днём.
   - Кайнати с Бьюкигрой недавно наведывались, но просили тебя не будить.
   - Тогда пойду помогать, раз тоже не спят.
   Поднявшись, роюсь в своих запасах, выискивая цветы дассана, но останавливаюсь. Слишком часто я стал прибегать к стимуляторам. Лучше в ручье ополоснусь.
   Лёгкая пробежка до русла, набираю полные пригоршни воды и умываю лицо. Вот теперь хорошо. У нашего шатра небольшое столпотворение - с десяток девушек под предводительством Кайнати и Бьюкигры занимались разделкой мяса. Были здесь и их родственницы, и даже моя сестра.
   - Здоров же ты поспать, братец! - поприветствовала меня Шарилгра.
   - Вы, смотрю, и без меня хорошо справляетесь, - отвечаю на приветствие и иду обнимать невест под весёлые взгляды и негромкие советы остальных орчанок.
   - Помните, я обещал новое блюдо? Готовы помогать? - размыкаю объятия, ставя их на землю.
   - Конечно! - отзывается Бьюкигра. - Для этого нам понадобятся промытые кишки?
   - Да, и не только они.
   Котлов возле шатра было много - шутка ли, приготовить целого талбука. В части из них уже мариновалось мясо для прожарки, остальные пойдут на супы, каши и просто чтобы мясо отварить. Подзываю девушек поближе, рассказывая, что будем делать. Рецепт был прост и незамысловат - мясорубок у нас не было, а потому резали мясо на мелкие кусочки, добавляли туда сало копытня, соли, специй по вкусу, и этой смесью набивали кишки. Как всё заправим и завяжем - сварим.
   Не знаю, может, в других стойбищах или у дренеев такое уже делают, но в нашем клане это будет впервые. И это не столько попытка удивить орков или ностальгия по земным деликатесам, но и способ приучить клан, что я всё время придумываю что-то новое. Потом, получив репутацию изобретателя, будет проще внедрять и легендировать необходимые вещи.
   Главное - не переусердствовать с этим, чтобы не прослыть чудаком - иногда после травмы головы или тяжёлой болезни орки сходили с ума, рассказывая небылицы, бредя и предлагая непонятное. Бывало, таких приходилось убивать - лично помню случай такого помешательства. Интересно, может, часть из них тоже была попаданцами? Надо бы как-нибудь порасспросить учителя и других шаманов на эту тему, в качестве примеров их практики.
  

***


   Немногим ранее, шатёр Аргнака.
   Пока Бьюкигра с Кайнати передавали сложенное в шатре мясо стоящим возле входа девушкам, те, принимая его, с любопытством оглядывали обстановку. Заходить гостям пока было нельзя, даже родственникам. Потом, когда они вместе разведут огонь и проведут в шатре ночь, можно будет приглашать посторонних. А пока девушки выносят мясо для праздника.
   - Как-то мало украшений, - произнесла Батлитри. - Уж не поторопились ли вы с праздником?
   - В самый раз, - отвечает Бьюкигра. - Ещё и двух месяцев не прошло, как Аргнак сходил на первую охоту. Кстати, как тебе наши доспехи из шкуры копытня?
   Они и раньше не были близкими подругами, но видеть недовольство отвергнутой конкурентки было забавно. А та не захотела отказываться от приглашения на подготовку к пиру - или надеялась на что-то, или просто решила побыть в центре праздника. Остальные девушки, осматривающие шатёр, не отпускали никаких комментариев, но уже успели оценить и чёрную волчью шкуру, что притягивала их взгляды, и небольшой арсенал на стене. Теперь перевели взгляд в угол, где находились доспехи.
   - Я вижу, они ещё недоделаны, как и шатёр, - отвечает Батлитри. - Будет жалко, если они не спасут хозяев от зверей.
   - О, не стоит так волноваться. Одних нас Аргнак на охоту не отпустит. И такие доспехи лучше талбучьих, а скоро, как прикрепим роговые пластины, станут ещё прочнее.
   - А котлов нам на всё хватит? - спросила Кайнати, несущая на выход целый окорок.
   - Вполне хватит, - отозвалась с улицы Шарилгра. - Как мясо замаринуется, котлы из-под него освободятся.
  

***


   Жарка, варка, готовка... Столько мороки, несмотря на толпу помощниц. Но без них такого разнообразия блюд бы не получилось, и приготовить всё к празднику не успели. Разве что пожарить на костре четвертями всю тушу. Когда колбаса была готова, а остальные блюда остались под присмотром добровольных поварих, повёл девушек отдыхать.
   - Аргнак, куда мы идём? - спросила Кайнати, неся с собой для нашего перекуса тройку отваренных колбасок.
   - Перекусим и час поспим.
   - Но ещё же не всё готово!
   - Сестра присмотрит. А нам надо отдохнуть. Вы и так встали сегодня рано, а ведь и вчера легли за полночь.
   - И как, по-твоему, мы уснём в такое время? - ехидно спросила Бьюкигра.
   - Легко и просто, - завожу их в наш шатёр.
   Присаживаемся и дегустируем новое блюдо. Колбаса в натуральной оболочке, в меру специй и соли... Просто объедение!
   - Чем-то похоже на мясной пирог, но без теста, - поделилась впечатлением Кайнати.
   - А по-моему, гораздо вкуснее. Аргнак, как ты такое придумал?
   Доедая свою порцию, слизываю жир с губ и отвечаю: - Захотелось чего-то нового и необычного. Свежее мясо при любой готовке хорошо. Многие отваривают измельчённую печень в смеси с салом и мясом в желудке талбука. И кишки мы тоже отвариваем и едим. Вот я и подумал, почему не попробовать сварить в новой оболочке?
   - Понятно. Жаль, на вертеле такое не пожаришь. Чем мельче режешь мясо с салом, тем вкуснее - произнесла Кайнати.
   - Можно пожарить в котле, - делаю вид, что задумался, - маленькими лепёшками. Назовём их... Ну, например, "котлетами". А если заказать котёл с низкими стенками и очень широким дном - можно будет жарить за раз сразу много. Доели? Тогда спать!
   Отбившись от просьб придумать ещё что-нибудь интересное, уложил орчанок. Несмотря на их заверения, что не смогут сомкнуть глаз из-за волнения, уснули раньше меня. А там и я заснул под мерное сопение девушек.
  

***


   То же время, Шарилгра.
   Брат с невестами, прихватив поесть, отправился в шатёр, а она осталась приглядеть за готовкой. Особой нужды в этом не было - орчанки, что пришли помогать, готовили не первый раз, и каждая знала, за какой котёл отвечает. Попробовать что ли новинку, сваренную Аргнаком? Срок у неё был уже большой, и аппетит соответствующий. Получившаяся мясная палка порадовала вкусом и консистенцией - надо будет тоже такое позже приготовить. "А вот у Бьюкигры с Кайнати ещё маленький срок, но они уже непраздны!" - подумала орчанка, вспоминая совместный с ними разговор. Девушки просили пока не рассказывать об этом брату - сами хотели его обрадовать.
   Она по себе знала, какое это волнительное чувство - узнать, что в тебе зародилась жизнь. Улыбнувшись, она провела по животу - наверняка будет двойня. "А раз так, нужно съесть ещё одну мясную палку!" - решила Шарилгра.
  

***


   - Просыпайтесь, сони, свадьбу проспите! - разбудил меня голос Шарилгры. Девушки проснулись и мгновенно поднялись, поправили одежду и умчались прихорашиваться.
   Мне же этого не надо - разве что вооружиться. И ещё сложить дрова в очаге - когда будем заселяться, огонь должен быстро и хорошо разгореться. Это будет хорошим знаком, а потому выбираю самые сухие поленья. Теперь разрубить одно и пустить его на лучины - угли разожгут и простые дрова, но чем тоньше дерево, тем легче займётся пламя. В конце пару лучин пустил на прутки толщиной чуть больше спичечных. Складываю в очаге, начиная от мелкого к более крупному - теперь готово.
   Шум снаружи был лишь чуть тише, чем внутри шатра - праздник постепенно набирал обороты даже без нашего присутствия. Хотя, по мне так даже лучше - хорошо, что орки не додумались до тамады и его весёлых конкурсов. А так у клана просто ещё один праздник, только начинается не вечером, а днём. Часть народа подходила, принося угощение, часть уходила - на охоту или ещё по каким делам. Были тут и шаманы со своими семьями - Галилук и Девтазир. Хатгаута не было, как и остальных - видимо, дела.
   Гул голосов слева усилился, поворачиваюсь туда и вижу, что Кайнати с Бьюкигрой уже успели нарядиться. Браслеты, серёжки, несколько ниток ожерелий - часть из них была знакома, но больше половины я до этого дня не видел. Видимо, надели всё лучшее и сразу. А может, вообще всё. Но остальные вещи нам пока приносить рано - переезжать окончательно будем под конец праздника. Помню, отец рассказывал, что в голодное время свадьбу иногда проводили по быстрому ритуалу - сразу уходили в новый шатёр.
   - Ну что, готовы вынести все тяготы и радости продолжительного банкета? - спрашиваю у своих девушек.
   - Какие могут быть тяготы на празднике? - удивлённо приподнимает брови Кайнати.
   - Тяжело будет ходить, перепробовав всё, что принесено и приготовлено.
   - Это будет приятная тяжесть. Думаю, мы справимся! - поддерживает мою шутку Бьюкигра.
   - Конечно справимся. Гости нам помогут!
   Особого регламента на этой части праздника не было - принимали поздравления и пожелания, ели, разговаривали. Чаще всего желали побольше детей, на что девушки мило краснели и довольно улыбались. Была и музыка, но не громкая - кто хотел - танцевал. Даже вождь уделил немного своего времени, посетив наш праздник. Был он как всегда величав и представителен. Типичный преуспевающий орк - широкая ряха, бугры мышц и несколько жён, увешанных малышнёй. Поднимаемся на ноги, чтобы поздороваться.
   - Приветствую, вождь.
   Поздоровавшись и с его семьёй, приглашаем к "столу". Кайнати с Бьюкигрой отошли в сторону, о чём-то переговариваясь с его старшей женой Кайрилсой. Как ни странно, но колбаса ещё была, и Гултадор не преминул её попробовать. По вскинутым бровям понимаю, что вкус ему понравился, но невместно вождю слишком сильно выказывать свои эмоции.
   - Неплохо! - сказал вождь, поворачивая ко мне голову. - Кто готовил?
   - Будущие хозяйки.
   Поговорив ещё немного о еде, переключились на оружие. Непонятно, интересно ли ему, или просто для поддержания беседы, но топор осмотрел. Поспрашивал и о моих планах на будущее, после чего с семьёй отправился по делам.
  

***


   Время утекало незаметно, несмотря на обилие разговоров, шума и общения, я нисколько не устал. Дело двигалось к вечеру, а потому пора заканчивать общую часть и переходить к сакральной. Праздник продолжится и без нас, ну, а нам пора расходиться по домам, собрать остатки вещей и взять огонь из очага шатра, что давал нам приют. Шатёр учителя встретил меня тишиной, Хатгаут опять куда-то уехал. Поискав записку, не нашёл её, а значит, он отлучился ненадолго. Брать или не брать травы, что я собирал лично? С одной стороны, они мои, с другой - я не стану забрасывать учёбу, а проходить она будет в шатре учителя. Возьму, пожалуй, часть - буду дома готовить настойки. Теперь небольшая глиняная плошка под угли из очага - и можно идти.
   Первый путь лежит к Кайнати - шатёр её родителей ближе. Прохожих почти нет - все либо на празднике, либо вне стойбища. А вот и моя орчанка - уже переминается с ноги на ногу, не решаясь подойти.
   - Давно ждёшь?
   - Н-не очень, - откликается девушка нервным голосом.
   Вроде не раз уже были вместе, а гляди, как её трясёт. Взяв из её рук горшочек с углями, ставлю на землю рядом со своей плошкой и обнимаю девушку, чтобы успокоилась. Дрожь постепенно стихает, и мы, подняв вещи, идём к Бьюкигре.
   Ещё не темно, и мы отлично её видим - стоит, волнуется, хоть и не подаёт вида. Неестественно ровная улыбка и заторможенные движения. Но, по крайней мере, не дрожит. Или это хуже? Не знаю, сейчас к своему дому придём и займёмся терапией. Откидываю полог и вхожу внутрь. Подходим к очагу и окружаем его, теперь наклоняем горшки, высыпая горячие угли на приготовленные дрова. Несколько секунд, появляется дымок - и вспыхивает огонёк, озаряя отсветами наши лица. Пламя быстро разгорается, выводя нас из оцепенения. Кайнати улыбается, а Бьюкигра внезапно начинает плакать.
   - Ты чего? - обнимаю девушку.
   - Э-это я от счастья!.. - утыкается она мне в плечо...
  

17


  
   Проснулся я оттого, что одна "бокогрейка" попыталась незаметно встать. Лучше бы поднималась как обычно, именно осторожные попытки отдаления моему подсознанию показались подозрительными, и я проснулся.
   - Я не хотела тебя будить, - тихо сказала Кайнати. - Думала, ты ещё поспишь.
   Бьюкигра под боком тоже заворочалась, просыпаясь.
   - Потом полежим. А сейчас лучше позавтракаем, - вношу ответное предложение, - и продолжим то, на что вчера времени не хватило.
   Румянец заливает щёки Кайнати, а Бьюкигра тихонько смеётся, прикусывая мне кончик уха. Да, отпраздновали вчера знатно. Всё произошедшее можно было описать одним словом - дорвался. Всё-таки личное жильё - сильный фактор. С ним чувствуешь себя увереннее. Утро сказало своё веское слово, и мы, умывшись в ручье, возвращаемся в шатёр. Готовить не надо - со вчерашнего праздника осталось много еды, нужно только её подогреть.
   Как ни странно, осталось даже немного колбасы - хотя на неё в первую очередь налегали гости. Видимо, девушки прибрали часть на завтрак. Ставлю котелок на огонь и режу её кольцами - так лучше поджарится.
   - Как поедим, нужно будет приступать к выполнению пожеланий, - говорю, переворачивая подрумянившуюся колбасу.
   - Каких пожеланий? - спрашивает Бьюкигра, расставляя тарелки.
   - Про орчат и орчанок. И побольше.
   - Знаешь, Аргнак, а мы уже!
   От такой новости дрогнула рука, а в груди разлилось приятное чувство. Дети! У нас будут дети! Мысли путались, перескакивая с одного на другое. Радость и опаска. Ведь скоро будет война и трудные времена. И ещё одна неприятная мысль - всех детей старше шести лет выращивали до взрослого состояния специальным ритуалом. После первой волны остальных, доросших до шести лет, скорее всего, ждала та же участь - зачем терять время и тратить еду на малышню, если можно усилить войско?
   Гронн, из таких получатся хорошие дуболомы, но сколько же необходимого обучения они пропустят! Ещё одна грань будущего, что встала передо мной во весь рост. Опять я не готов, но время ещё есть, и с этим надо что-то делать заранее.
   - Но закрепить успех не помешает! - говорю улыбающимся орчанкам. - Сейчас поедим - и займёмся!
  

***


   Жизнь, ещё такая маленькая и хрупкая. Слишком рано, чтобы их животы начали выступать, и на их поведении и подвижности беременность ещё не сказывается. Лишь к последнему предродовому месяцу они не смогут бегать, но ходить будут до самых родов. Кочевой образ жизни и естественный отбор сделали своё дело. Лежим в обнимку, отдыхая, девушки начали переговариваться через меня. Краем уха слушаю их разговоры, в которых были и ближайшие планы по обустройству шатра, и поведение подруг и родственников на прошедшем празднике, и планы на будущее. Понимал их я с пятого на десятое, но основную нить рассказа улавливал, а потому решил внести свою лепту в разговор.
   - Пока мы освобождены от налогов, предлагаю поохотиться.
   - Добудем ещё одного копытня? - спросила Бьюкигра.
   - Нет, остановимся на талбуках и кабанах. Рассчитаемся с кузнецом, подкупим стрел, ну и меди заработаем.
   - А не проще будет поработать на руднике? - интересуется Кайнати, повернув ко мне голову.
   Усаживаюсь, чтобы одновременно видеть лица своих девушек. План я придумал ещё на подходе, надо проверить его независимыми мнениями.
   - Ни вы, ни я раньше не добывали медную руду. Говорят, стены в шахте мягче, чем на железом руднике, но у каждого ремесла есть свои секреты. И рубя камень, остальные дела придётся забросить. А ведь рядом с рудником ни воды, ни нормальной еды нет - всё равно перед его посещением нужно будет добыть мяса.
   Взяв кружку с травяным отваром, делаю глоток, чтобы смочить горло. Орчанки тоже прикладываются к своим кружкам, внимательно меня слушая.
   - Предлагаю менять мясо на медь у тех, кто её добывает.
   - Но Аргнак, желающих и без нас достаточно! И у многих из них есть родственники, что помогают провизией, - сомневается Кайнати.
   - Ты права. Но если мы присоединимся, часть охотников, особенно из молодых, сами будут не прочь добыть меди. Ведь так у них получится больше, чем они наменяют на мясо.
   - А если мы будем добывать, то тоже получим больше меди, чем на обмен, - вносит резонное замечание Кайнати.
   Всё так, но не совсем. В этот раз угля привезено гораздо больше, чем было по весне, а это внесло свою путаницу. И была у меня ещё одна задумка - как бы много ни было топлива, оно закончится раньше, чем добытая руда.
   - Мы будем меняться на руду, а не готовую медь.
   - Но зачем? Что мы с ней будем делать? - изумилась Бьюкигра. Кайнати тоже была удивлена таким предложением, но не находила слов.
   - Плавить, - улыбаюсь, глядя на их недоумённые лица.
   - Ты предлагаешь не отдавать кузнецу добытый уголь, а самим заняться выплавкой? Но как ты говорил, в каждом ремесле есть свои секреты. И времени у нас на всё не хватит, - нахмурила бровки Кайнати, тряхнув волосами.
   - Нет, пускай Гракх занимается своим делом, уголь он истратит куда экономней нас. Но наменяв руды, даже мы наплавим больше меди, чем при обмене на готовую. Я предлагаю способ, что не потребует от нас дополнительного топлива, - и коварно замолкаю.
   - Ты придумал, как плавить медь без костров? - улыбнулась Бьюкигра, подсаживаясь чуть ближе.
   - Нет, это пока идея. И она может не сработать. Для этого мне нужно посмотреть на выплавку и посоветоваться с кузнецом. Если получится - хорошо. Не получится - переплавим купленное в следующем году. Еду ведь мы каждый день готовим? Так почему заодно не плавить и медь?
   - Не знаю, Аргнак, не зря же её плавят на месте, а не возят к стойбищу.
   Огр побери, а этого я, похоже, не учёл. Травиться испарениями при плавке, готовя еду - определённо плохая идея.
   - Похоже, ты права. Но мы ведь всё равно получим столько, сколько рассчитывали. А остальную оставим на следующий раз - будет неплохой задел на будущее. Хорошо. Поели-попили - пора и продолжить то, на чём вчера остановились!
   - А разве мы останавливались? - провокационно мурлыкнула Бьюкигра.
   Потянувшись всем телом, неожиданно бросилась на меня, пытаясь сбить с ног. Заметив её движение, перехватываю летящую фигурку и, крутнувшись и переступив ногами, гашу инерцию. Лизнув меня в щёку, девушка тут же прикусила кончик уха. Справа чувствую ещё движение, несмотря на неожиданную атаку, погасить скорость Кайнати удалось легче - масса первой орчанки, добавившись к моему весу, не позволила девушке меня опрокинуть. Руки заняты Бьюкигрой, и Кайнати, перебирая руками и ногами, забирается выше, пытаясь меня раскачать и свалить.
   Приседаю, чтобы было легче удержаться на ногах или ниже падать. Могу вырваться в любой момент, но зачем? Выпростав одну руку, перехватываю Кайнати за ногу, не давая той активно карабкаться дальше, и перевожу борьбу на шкуры - теперь не упадём, осталось только подгрести их под себя, и победа обеспечена!
  

***


   Час спустя, клановый кузнец.
   Гракх уже позавтракал, но ещё не приступал к работе. Срочных заказов нет, оставалось только решить, когда выдвигаться на рудник - сегодня или завтра? Вряд ли добытчики успели нарубить много руды, но готовиться к переплавке можно уже сейчас. Да и прочих дел там много. Достав из вещей наконечник копья из дренейской стали, стал его разглядывать. Полюбовавшись остротой и переливами света на полированном металле, проверил остроту. Синекожие мастера брали дорого за свою работу, но их изделия того стоили. Клещи, молот, кусачки, свёрла - всё это купил ещё его отец, но всё до сих пор отлично служит. Сам Гракх приобрёл наковальню - она была легче и прочнее, чем отцовская. А мечи и прочее оружие, что мог позволить себе только вождь или самые добычливые охотники?
   Да, дренейская сталь настолько же превосходила сталь орков, насколько орочья сталь была лучше сырого железа. Множество попыток узнать секрет её изготовления ни к чему не привели, но и они не были напрасными. Пробуя разные смеси для переплавки и температуру горения углей, Гракх сумел усовершенствовать собственные изделия. Завтра или послезавтра он вновь попытается переплавить несколько приготовленных смесей, благо угля было много. Мысли его перешли на Аргнака, благодаря которому он сможет сделать больше попыток.
   - Хозяин дома? - послышался с улицы знакомый голос. А вот и он, лёгок на помине.
  

***


   Слова девушек навели на мысль посоветоваться со специалистом - одно дело если медь не плавят в кострах, потому что так раньше не делали, а совсем другое - если это опасно. Или невозможно - я не специалист, не знаю, хватит ли жара костра для переплавки меди. Оставив девушек наводить порядок (вещей у нас немного, но со вчерашнего дня их некогда было разбирать), отправляюсь к кузнецу. Может, он уже уехал на рудник, но проверить не помешает. Хозяин оказался дома и пригласил мощным басом проходить.
   - Приветствую, мастер.
   - Привет, Аргнак, - в руках у кузнеца был наконечник копья из дренейской стали.
   Посмотрев на меня, перевёл взгляд на наконечник и хмыкнул.
   - Купить чего пришёл?
   - Нет, пришёл посоветоваться. Есть несколько идей, но не знаю, насколько они осуществимы.
   Кузнец перестал хмурить брови и, бросив ещё один взгляд на наконечник, отложил его в сторону.
   - Хотел спросить, достаточно ли жара в очаге, чтобы плавить медную руду?
   - На открытом огне никто не плавит. Руду мельчат, смешивают с углём и пережигают с наддувом. Можно и без наддува, но тогда угля надо больше. Да и зачем возить с собой руду, если на месте всё для плавки есть? Медь и места меньше займёт, и дороже она.
   С интересом выслушиваю кузнеца и задаю следующий вопрос: - А при плавке воздух из неё вредный выходит, или на огне и обед можно сварить?
   - Даже не думай! Задумка с виду, может, и хороша, но нельзя дышать испарениями при плавке металла.
   Походив из стороны в сторону, он успокоился и, видя, что я не ухожу, спросил: - Ещё что-то?
   - Думал организовать ещё несколько команд добытчиков руды. Молодые охотники вряд ли откажутся разжиться медью, если моя семья будет обеспечивать их мясом.
   - Не получится, - покачал головой Гракх.
   Да огр побери, что такое? Сохраняя невозмутимость, пытаюсь понять причины, но не нахожу их.
   - Почему? - задаю ожидаемый вопрос.
   - Сам посуди - кирок хоть и в достатке, да только места в шахте мало. А новую рыть, так до жилы пока дойдёшь - уже и уголь кончится.
   - А если яму разрыть, как раньше добывали?
   - Жил рядом нет. Да и затопит её потом - над шахтой-то навес снег выдерживает.
   Кругом засада. Может, ещё и про мои планы покупать руду нелестно отзовётся? Да и пока есть уголь, излишков-то всё равно не будет.
   - Спасибо за советы, мастер, - поднимаюсь, чтобы покинуть шатёр.
   - Не за что. А советы старших на то и есть, чтобы зря силы не тратить и глупости не совершать.
   И что теперь делать? Такое хорошее время для охоты, а в мясе особого спроса-то и нет. Так и пройдёт месяц без налогов. А и ну всё это - займусь стрелами и прочей мелочёвкой, до которой руки не доходили.
  

***


   Немногим ранее, Кайнати.
   Аргнак ушёл к кузнецу, и девушка тоже не стала долго разлёживаться. С самого утра её лицо время от времени озаряла улыбка. Заправив постель, они с подругой принялись наводить порядок - поправить висящую волчью шкуру, перебрать вещи, перевязать украшения, снятые с вечера.
   - Жалко, с медью ничего не выйдет, - послышался негромкий голос Бьюкигры.
   - Почему ты так думаешь? И не сказала этого раньше?
   - Не хотела огорчать Аргнака. Да и пусть ему эту неприятную новость расскажут другие.
   Отложив плялку, Кайнати, нахмурив брови, посмотрела на подругу.
   - И всё же, почему ты так думаешь?
   Криво улыбнувшись, старшая жена подошла ближе и начала негромко рассказывать.
   - Не сможем мы и в шахте работать, и охотиться. А на руду меняться немного охотников будет. Вся она пойдёт на переплавку, а как уголь кончится, задерживаться клан в этих землях не будет - незачем. Охота чуть хуже, чем в других местах, и олембы тут нет.
   - Но почему же ты молчала? - расстроилась левушка.
   Фыркнув, Бьюкигра продолжила: - Как я уже говорила, пусть Аргнака расстроит кто-то другой. А мы его поддержим, может, он придумает что-нибудь.
   - Что здесь можно придумать?
   - Тише, - успокоила разошедшуюся подругу Бьюкигра. - Мы не знаем. Но ты когда-нибудь рыбачила так, как недавно на охоте? А передвижной куст, что сделали на месте? Поверь, к этому Аргнак не готовился!
   - Думаешь, и здесь что-нибудь придумает?
   - Не знаю. Но даже если ничего не получится - не страшно.
   Поговорив ещё немного, девушки снова приступили к наведению порядка.
  

***


   Вернулся я раздосадованный неудачей, мысли всё ещё крутились возле злополучной меди. Ну как же так? Хотя, это больше из-за отсутствия информации - знай я расклады наперёд, не расстраивался бы об упущенных возможностях. Заметив в руках Кайнати плялку, вспомнил о придуманном улучшении. Самое важное - оно будет лёгким, понятным и полезным.
   - Кайнати, дай мне плялку, я с ней поработаю.
   - Но у нас закончилась шерсть, а волокнянки мы не собирали. Или ты наменял? - осмотрела она мои пустые руки и кинула взгляд мне за плечо, нет ли там котомки или свёртка.
   - Нет, - улыбаюсь девушке. - Хочу сделать так, чтобы на ней было легче работать.
   - Держи, - протянула мне две палочки с прорезями под нитки.
   Ткацкую фабрику я делать не собираюсь, но улучшить существующее могу. Девушки продолжали уборку, раскладывая и перекладывая вещи "как надо", изредка поглядывая в мою сторону. А я тем временем, добавив две палки, превращал плялку в раму. Вырезаю пазы на углах, подгоняя друг к другу. Намертво закреплять не буду, чтобы можно было сворачивать при переезде. Но это лишь полдела - теперь нужна ещё одна плашка с пропилами. Будем её перемещать по рамке, а она - разводить нити по высоте и обеспечивать их правильное натяжение. В сечении плашка представляла собой треугольник с зубчатой вершиной и поперечными пропилами. Впадины и зубцы разведут нити основы, позволяя легче и быстрее продевать поперечные. Вспоминая, как плёл в прошлой жизни сети, готовлю челнок - похожую на вытянутый кораблик плоскую рейку с "ласточкиным хвостом" на "корме" и пропиленным ушком с выступом на "носу".
   Дощечки от неудачной попытки усилить доспехи опять пригодились - какая-никакая правильная форма им уже придана, и дерево уже просохло, вот и использую на свои поделки. Обтачиваю ножом лишнее, а мысли вновь крутятся вокруг медного рудника. Сколько мы здесь задержимся - непонятно. Полезных в шаманстве трав тут практически нет. Хатгаут говорил, что в старом котловане часто находили камни и друзы, что шли на обмен с дренеями. Но сейчас он затоплен. Может, сделать водолазный колокол? Шкура у меня есть, каркас из жердей изготовить не проблема, да и глубина шутейная - раздавить не должно. Насколько там мутная вода? Тьфу блин. Всё равно там нужных минералов не груды, а рубить породу под водой - боюсь, орки всё же не оценят мой новаторский пыл.
   - А ниток у нас совсем нет? - спрашиваю орчанок, что успели закончить и теперь следят, как я полирую детали плялки.
   - Есть немного, - откликается Бьюкигра. - А мою плялку тоже переделаешь?
   - Если задумка получится удачной - то да. Но она ещё неготова.
   Девушка, порывшись в вещах, принесла седой шерстяной клубок. Осталось сделать гребень, что будет уплотнять поперечные нити в основу ткани. Можно сделать его съёмным деревянным либо рамочно-нитяным. Та же рама с нитями, только на разные уровни не разведены. Последний проще, но при закреплении ниток к плялке их нужно пропускать сквозь него. А деревянный по выточенным пазам будет скользить по раме плялки. Так что сделаю его, но не сейчас - пора навестить учителя. Поднимаюсь, разминая ноги.
   - А что ещё нужно доделать? - крутит в руках модернизированную плялку Кайнати.
   - Сделаем ещё зубень во всю ширину, чтобы нитки уплотнять.
   До этого орчанки справлялись деревянными спицами, ловко и аккуратно подгоняя поперечные с основными.
   - Я к Хатгауту, а после обеда решим, чем нам ещё заняться.
  

***


   Девушки остались, а я спешу к шатру учителя - занятия никто не отменял, хотя теперь для того, чтобы отлучиться на охоту, мне не требуется спрашивать разрешения. Волк Хатгаута был тут, но и ухом не повёл на моё появление. Судя по дымку, хозяин тоже тут.
   - Всё-таки пришёл, - поприветствовал меня седой орк. - А я думал, неделю не появишься.
   - Но я всё ещё твой ученик, - отвечаю ему.
   Пройдя в шатёр, смотрю на разложенные Хатгаутом травы - готовит что-то сложное, я таких рецептов ещё не проходил. Кроме растительных компонентов были здесь и какие-то камешки, и глина, и медные опилки.
   - Что это будет, учитель?
   - Мазь для суставов.
   - И часто в лекарствах медь используется?
   Помолчав, Хатгаут взглядом указал на листы кер'габба. Взяв письменные принадлежности, начинаю урок. Рецептов с медью оказалось немного - чаще её даже не использовали, как ингредиент в зельях, отварах и мазях, а привязывали к больному месту - хорошо помогала от вывихов и растяжений. Раскалённую медную стружку остужали в воде, и она помогала заживлять ожоги.
   - Но в большом количестве она вредная, - закончил урок шаман.
   Это и так понятно, любое лекарство становится ядом, если переборщить. Медный день сегодня какой-то. Интересно, если бы меня кузнец носом в некомпетентность не макнул, я бы так на ней заморачивался? Помогаю прибрать остатки травы, что оказалась лишней при приготовлении мази. Открываю короб, ставлю баночку к остальным готовым зельям и любуюсь на кристаллы и камни. С последнего урока число их возросло. Местные находки? Надо бы спросить Хатгаута - мне на обмен они тоже не помешают.
   - Учитель, а откуда эти друзы?
   - Из шахты. Встречаются там иногда, помимо меди.
   - А в старом котловане их находили чаще?
   - Да. Но их и так хватает.
   - А шаманы могут только тучи разгонять? Воду из котлована убрать наши одарённые смогут?
   - Смогут. Но толку от этого не будет - дожди опять превратят яму в озеро.
   Ответ учителя меня обнадёжил - при таком раскладе освобождается много места для шахтёров, моя схема, пусть и доработанная, по обмену руды на мясо заработает. Да и прочими минералами можно разжиться. Теперь предстоит убедить учителя в полезности данного начинания.
   - Можно сделать крышу. А в очищенном котловане найдём больше камней. Я думаю, никто не откажется поделиться с шаманами находками, раз уж они предоставят такую возможность.
   Хатгаут начал набивать трубку, но судя по меланхолично-скептическому выражению лица, сейчас будет громить мои аргументы. Возникший язычок пламени (силён! Так быстро призвать огненную стихию, да ещё и нужного размера!) поджёг табак, и орк глубоко затянулся.
   - Крыша помогала, да. Но со временем края ямы становились всё шире, и шатёр не выдержал давления снега.
   - Если сделать стенки плоскими, то снег не будет задерживаться.
   Хмык, ещё одна затяжка и небольшая улыбка. И взгляд - добрый и понимающий.
   - Понадобится много шкур. Но и такой шатёр может свалить ветром. Меди в шахте и так много, встречаются и камни. И получается, что восстанавливать котлован - излишне. А если очищать его от воды каждую весну, то куда пойдёт испорченная вода? Травить будет окрестные земли.
   Где-то читал, что начало дискуссии - это уже половина победы. Аргументы у старого шамана существенные, но мне есть чем их крыть. События последних дней, охота и стресс смешались вместе, кристаллизовав идею. Ту, что смогла обрести завершённость благодаря земным знаниям. Шалаш. Я накрою котлован огромным шалашом, и мне не понадобятся шкуры. Жердей, или скорее даже тонких деревьев уйдёт больше, зато снег точно не обвалит конструкцию. А в качестве кровельного материала будут использованы пучки трав.
   - Скажи мне, учитель. А куда сейчас идёт вода, что попадает с дождями и снегом в яму? Она ведь полна до краёв, а значит, испорченная вода и так разливается окрест. Так почему не попытаться сделать крышу или засыпать яму, раз уж она не нужна?
   Похоже, об этом Хатгаут не думал, выдвигая довод против откачки воды.
   - Шкуры тоже не нужны, - взяв ещё одну кору, делаю набросок будущей (надеюсь) кровли.
   Пока изображаю только то, что выше уровня котлована, потом дополняю опорными колоннами до его дна, который ещё не нарисован. Хатгаут подчеркнул когтем место его примерного нахождения, и я дополнил рисунок.
   - Жерди связываем по трое-четверо, чтобы держали нагрузку и легче было привезти их на место.
   - А покрывать чем будешь?
   - Сушёной травой. Осока и другая болотная трава не будет гнить, собранная вместе, и от дождя поможет.
   - Промочит дождь насквозь - вынес вердикт учитель.
   - Не промочит, если укладывать плотней и слой толстый сделать.
   - И где же ты на всё это время найдёшь?
   - Я буду не один. Думаю, малышня не откажется от мяса. Ну так как, учитель?
   - Подумать надо. А лучше распиши да посчитай, сколько и чего тебе потребуется.
   Кажется, дело сдвинулось с мёртвой точки. По крайней мере, мой план не кажется неосуществимым.
   - Завтра с утра съездим на рудник и освободим котлован от воды. У тебя будет время до конца работ - не успеешь поставить крышу - завалим камнями, чтобы землю вокруг не травить.
  

***


   Учёба закончилась, вместе с Хатгаутом расписали будущие работы, прикидывая, ставить крышу или засыпать котлован. Помощь учителя была неоценимой - ведь я вживую не видел фронта будущих работ, а потому размеры мог прикинуть лишь приблизительно. Понятно, что и такой был "плюс-минус лапоть" но, по крайней мере, и мне, и Хатгауту стало видно, что план осуществим.
   Чуть задержался, но дома есть кому приготовить обед. Шатёр встретил меня запахом жареного мяса и порядком, наведённым двумя девушками.
   - С возвращением, Аргнак! - сказала Бьюкигра, повисая на мне. - А мы решили усовершенствовать плялку.
   - Интересно! - удерживаю её на весу, продолжая обнимать. - Как вы это сделали?
   - Мы решили сделать разделитель нитей из рога, - протягивает мне плашку Кайнати.
   И действительно, основа была деревянной, а треугольный верх покрывала роговая накладка.
   - Так нити будут скользить легче, при этом не разлохмачиваясь, - пояснила Кайнати. - А ещё мы котлет приготовили! Они вкусные. И зубень для нитей тоже разметили, но не успели, - зачастила орчанка, спеша поделиться со мной своей радостью.
   Притягиваю за талию вторую девушку к себе, целуя в губы.
   - После обеда посмотрим, что у вас получилось. И ещё - мне потребуется ваша помощь.
   - Хорошо. Я сейчас еду разложу, - отстраняется Бьюкигра.
   Кайнати последовала за подругой, разливая по кружкам травяной отвар. Сейчас, со всеми теми знаниями, что дал мне учитель, я понимаю, что орки ежедневно проходят фитопрофилактику. Отвары трав - частый гость на наших перекусах, а травы - пусть и не очень сильное, но лекарство. И в них наверняка полно всяких витаминов и микроэлементов. Наблюдая за движениями девушек, не скажешь, что две хозяйки на кухне не уживутся - многодетность семей приучает к совместным действиям.
   Котлеты, приготовленные на обед, были чуть сыроваты, потому что их сделали толстыми, но на орочий вкус вполне вкусные - мы часто едим сырое. А уж выпить кровь на охоте - вообще освящённый временем ритуал. В качестве гарнира были корни оршанника, листья травы мар'гра, чей молочно-белый сок чуть-чуть горчил. По виду - одуванчик одуванчиком, только цветы маленькие и невзрачные, в виде зонтиков.
   Сыто откинувшись, оглядываю обстановку - вещей больше не стало, но расставлены и разложены они были так, что сразу понимаешь - к ним приложили женскую руку. Пора и подремать.
  

***


   Славно отдохнув после обеда (сон почему-то не шёл), поднимаюсь со шкуры. Бьюкигра тоже не спала, а вот Кайнати прикорнула. Размявшись и дав девушкам привести себя в порядок, иду в угол к своим инструментам.
   - Ну что, красавицы, несите плялку.
   - Сейчас, - откликается Кайнати. - Пока тебя не было, мы немного ниток наменяли, чтобы проверить.
   Не откладывая, принялась закреплять нити. С челноком вышла загвоздка - девушка не знала, как правильно им пользоваться. Взяв его, показал правильную намотку, потом продел между разведённых нитей, а Бьюкигра принялась деревянными спицами уплотнять её в основу.
   - Теперь смотрите, - повторный заход был сложнее - чтобы получилась ткань, поперечную нитку продевал со смещением относительно первой.
   По лицам девушек понял, что повторять не надо, и пока они осваивали новый способ изготовления ткани, принялся за гребёнку. Достаю ножи и принимаюсь за распиленную половинку рога. Зубень будет полукруглым, но на удобстве использования это не скажется. Бороздки уже размечены и углублены на нужную величину, осталось обработать каждый зубец, особенно в районе их соединения, там, где нитки будут тереться чаще всего.
   Пока доводил до ума зубень, девушки успели заправить и немодернизированную плялку, и теперь соревновались, кто быстрее. Проигрывала Бьюкигра, несмотря на больший опыт.
   - Готово.
   Времени на доводку и полировку ушло около часа, за это время Кайнати выткала в полтора раза больше, чем её подруга.
   - Теперь вместо спиц используй это, - протягиваю ей зубень, и девушка продолжает работу, ловко уплотняя нити.
   - Быстро. И качественно, - оценила работу Бьюкигра, рассматривая и трогая ткань в местах соединения нитей.
   - Сейчас и твою переделаем. Что будешь делать, раму или зубень?
   - Зубень, - ответила девушка, выбирая из короба второй рог талбука.
  

***


   Провозились до ужина, зато сделали хорошо и качественно. Проверка второй плялки тоже увенчалась успехом - скорость производства ткани выросла на порядок - вместо нескольких движений деревянной спицей один раз провести зубнем.
   - А неплохо мы поработали! - оглядываю наше рукоделие.
   Сложностей в освоении не возникло - конструкция простейшая. Теперь можно и прогуляться, а там обсужу завтрашние планы. Подслушивать нас специально никто не станет, да и тайны в этом особой нет, но сидеть в четырёх стенах уже надоело.
   - Пройдёмся? - спрашиваю у жён.
   - Конечно! - откликается Бьюкигра.
   Сняв лук со стены, натянула тетиву.
   - Может, подстрелим кого... - пояснила девушка, заметив мой взгляд.
   - А разве у нас есть тупые стрелы?
   - Есть парочка. Правда, без наконечников и не олембовые. Но на птицу или полевую крысу хватит.
   - Я смотрю, они ещё и без оперения? - оглядываю арсенал девушки.
   - Накоротке хватит.
   Взяв "стрелу", иду к своим вещам - не зря же я обрабатывал позвонки из хвоста талбука. По-хорошему, надо смолы натопить, но чтобы долго не задерживаться, отрезаю кусок шкуры, обёртываю конец древка и с натягом надеваю позвонок. Теперь не слетит от удара, а если и слетит - ещё есть.
   - Держи, - возвращаю Бьюкигре стрелу.
   Сам вооружился топором и луком, а Кайнати пошла налегке, прихватив с собой заплечный мешок. Выйдя со стойбища (а наш шатёр, как новый, был на самом краю), припускаем лёгким бегом в сторону нашей последней охоты - местность уже разведанная, а потому сюрпризов с болотиной или чем-нибудь другим не будет. Взобравшись на вершину холма, остановились, осматриваясь и принюхиваясь к ветру.
   - Теперь можно и поговорить, - оборачиваюсь к девушкам.
   Бьюкигра стелющейся походкой устремилась к кустам. Звук натянутой тетивы, выстрел - и улепётывающая птица. Возмущённо курлыкая, та успела набрать высоту.
   - Тц, промахнулась! - убрав лук в футляр, пошла за стрелой, пролетевшей сквозь куст. - Зато перьями разжилась!
   Вернувшись, продемонстрировала добычу - пучок маховых перьев. Наконечник, впившись в землю, не слетел.
   - Ничего, подруга. Мы же не охотиться вышли? - последнее было адресовано мне.
   - Как получится.
   Крупной дичи тут точно нет, а мяса пока хватает. Тем более на днях опять пойдём на охоту.
   - Завтра посетим рудник, Хатгаут с шаманами обещал очистить старую яму от воды.
   - Ого! Значит, нам предстоит новая охота? - восклицает Кайнати.
   - И не одна. Но сперва нужно договориться с охотниками, орчанками и детьми.
   - А с детьми зачем?
   - Садитесь, - достаю свой чертёж.
   - Нам нужно сделать крышу от дождя, иначе яму засыпят.
   - Может, ещё копытня добудем? У него большая шкура, больше, чем у нескольких талбуков.
   - Копытней рядом нет, да и шкуры нам не понадобятся. Обойдёмся травой!
   Вопросов у девушек было много, и я на них отвечал, для наглядности связав из свежесорванной минимодель. По их лицам я понял, что у них есть сомнения в плане, но они не спешили их высказывать.
   - Вижу, что-то в моём рассказе вам не нравится?
   Орчанки переглянулись, и Кайнати ответила: - Мне кажется, сушёная трава - ненадёжная кровля, пропустит дождь.
   - Да, Аргнак. Ты же не станешь покрывать её жиром, чтобы вода скатывалась? - добавляет Бьюкигра.
   Ну как мне своё знание-то подтвердить? Такую кровлю орки не использовали - кочевники мы, незачем нам такую тяжесть таскать. Да и разбирать-собирать замучаешься.
   - Утверждать наперёд ничего не буду, но котлован без крыши завалят. Весна покажет, прав я или нет. Мне с него больше нужны камни для обмена с дренеями.
   - Но если ничего не получится, по весне он будет бесполезен, - Кайнати поднесла к лицу наверченные мною травяные пучки.
   - Зря загадывать не будем. Но если предполагать только худшее, зачем вообще что-то делать?
   - Хорошо, - отзывается Бьюкигра. - И сколько нам потребуется дерева, ремней и травы на этот гигантский шатёр?
   - Завтра съездим, по месту замерим и посчитаем. Но ничего невозможного нет. А сегодня нужно договориться с орками и орчанками. Мясо в обмен на часть руды и половину найденных камней - достойная награда. Четверть пойдёт нам, четверть - шаманам. Осталось это правильно донести до остальных.
   - Правильно - это как?
   - Возглавить. Сразу договориться обо всём, чтобы не было лишних вопросов. Я поговорю с охотниками, а вы - с орчанками.
   - Хмм... - задумчиво произнесла Бьюкигра. - Плата шаманам понятна. Без них доступа к руде нет. Но не воспротивятся ли охотники делиться с нами?
   - С чего вдруг? - простая и понятная ситуация осложнилась вопросом девушки, и я хочу прояснить этот момент.
   - Рудник-то ведь общий. Не ты ведь его отрывал, чтобы решать, кто на нём будет работать.
   - Другой тоже общий, но молодым туда хода нет - так как нет места. И без меня его не освободят, так что можно считать, что это мы его отрыли. Медь на нём встречается больше, чем в шахте, так что кто успел - того и плавка.
   - Опытные охотники могут обидеться, - продолжала гнуть своё девушка.
   - Пускай обижаются. Раз первыми застолбили места в шахте - пусть там и работают.
   Поднимаемся, раз обсудили основные моменты, и бежим обратно, донести свои мысли до остальных.
  

***


   Вернувшись на стоянку, разделились - девушки отправились разносить новость, а я ждал прихода молодых охотников. Не прошло и десяти минут, как первый появился возле нашего шатра. Это был Дроириг - середнячок, невесту пока подобрать себе не успел, но максимум после осеннего праздника точно заведёт свой шатёр.
   - Твои жёны говорят занимательные вещи, - сказал он вместо приветствия. - Но есть ли им доказательства?
   Стою, скрестив руки на груди, и не спешу отвечать. Авторитет зарабатывается смолоду, а потерять его можно в один момент. Перевожу взгляд с горизонта на него - сейчас можно и пояснить.
   - Говорить буду, когда все соберутся.
   - Думаешь, мне делать больше нечего, кроме как ждать?
   - Тебя никто не держит. Ещё полчаса - и начну.
   Недовольно хмыкнув, тот всё же не ушел. Вскоре подтянулись ещё Кармош, Друк и Тромрис. Спустя ещё пять минут подошёл Хол'Тар. Ждать дольше смысла нет - остальным это или неинтересно, или их нет в стойбище.
   - Слово шаманов клана твердо. Завтра они очистят котлован, и можно будет вновь добывать руду. Яма была богаче, чем шахта, что клан отрыл позже, а потому у нас есть больше времени, чтобы наплавить меди. Там ещё встречаются и камни, что так нужны дренеям. Моя семья готова пустить вас и прочих желающих, кому не досталось места в шахте, и даже покупать излишки руды, если будет. Чтобы вам не пришлось отвлекаться, можем снабжать и мясом. Взамен четверть найденных камней идёт мне, ещё четверть - шаманам.
   - Я смогу и сам охотиться, - отозвался на это Хол'Тар. - И медь с камнями добывать - тоже. Шаманы заслуженную плату получат, но почему я должен четверть отдавать тебе?
   - Потому что без меня не видать тебе ни меди, ни камней. Пока будешь охотиться, остальные будут добывать руду. И тебе может просто не хватить угля - желающих теперь больше.
   - Свой уголь я потрачу сам!
   - А руду будешь в шахте добывать? - изобразил я слабый интерес.
   - В яме!
   - А кто тебя туда пустит?
   - А кто мне запретит?
   - Я. Это ведь моя яма.
   - Не ты её копал! - начал заводиться охотник.
   - Что же, - напускаю в голос холода, - раз не можешь понять сам - объясню один раз. Без меня она так и осталась бы ямой с водой. Так что это моя яма. Ну, а будешь без спросу посягать на мою добычу - отхватишь.
   Скрипнув зубами, тот не поддался на провокацию, хотя раньше на одной из дискотек хорошо меня потрепал.
   - Ты преувеличиваешь свою роль в этом деле. Всю работу сделают шаманы.
   Достал. И так условия предлагаю шикарные, но, видимо, добро, что предлагается сразу и дёшево, не ценится. В будущем учту, а сейчас пора от него избавиться.
   - Можешь охотиться до тех пор, пока клан не откочует - в яму тебе дорога закрыта.
   - Нарываешься, щенок?! Я уже тебя побеждал, и сейчас отделаю!
   - Меньше пустых слов, - повышаю ему градус бешенства. - Снимай оружие - и в круг. Я поучу тебя уважению и манерам.
   Опростоволоситься сейчас нельзя. Можно, конечно, попросить учителя засыпать яму, но это будет мелочно и глупо. Тем более сам расписывал ему открывающиеся перспективы, а с учётом свидетелей новость быстро разлетится в клане, и все поймут подоплёку моих действий. Потому мне нужна победа. Противник старше, сильнее и опытней меня, а потому делаю ставку на его ярость. Хоть это и опасно - силы при этом у орка возрастают, зато и ошибок может наделать. Снисходительно-пренебрежительная улыбка, скучающий взгляд. Снимаю оружие и иду вперёд, картинно разминая кулаки.
   Взгляд глаза в глаза, пока Дроириг не дал отмашку. На плещущуюся ярость отвечаю презрительной усмешкой - даже кулаки не поднял. Выкрик судьи, Хол'Тар несётся вперёд, намереваясь сбить меня с ног, руки полусогнуты в локтях, левая прикрывает подбородок. Качаюсь из стороны в сторону, противник смещается вслед за мной. Столкновение неизбежно - не увернуться и не смягчить, а потому за миг до него хватаю его за руки и заваливаюсь на спину. Впечатываю ноги в живот и распрямляю их, отправляя Хол'Тара в непродолжительный полёт.
   Перекатываюсь следом - теперь нужно развить успех, пока он потерял ориентацию в пространстве и ещё не пришёл в себя. Подлого в этом нет - если враг оступился - добей. Откатился он недалеко и уже начал вставать, но я с разбега пнул его ногой в плечо - мог бы и в голову, но у нас поединок не насмерть. Теперь прописать по бедру, забивая мышцы - это снизит ему подвижность. Ещё и ещё раз, увернуться от руки, что чуть не сграбастала мою конечность.
   Схватив его за руку, волоку по земле, не давая сообразить, после рывком опрокидываю и обхватываю его со спины. Захват Нельсона, когда руки пропускаешь в подмышки и давишь ладонями на затылок. Не зная, как от него избавиться, вырваться практически невозможно.
   - Сдавайся. Я победил! - говорю ему, усиливая нажим.
   - Я ещё могу драться! - рычит противник.
   Но невозможность задеть меня и всё возрастающая боль в шее сделали своё дело. Оставив Хол'Тара лежать, встаю и отряхиваюсь. Теперь мои притязания на котлован подкреплены силой.
   - Завтра или на днях желающие могут спросить разрешения на работы. Если меня не будет, обращайтесь к Шарилгре, условия те же.
   Схватка не затянулась, что придавало моей победе больший вес - ещё бы, так быстро и без существенных потерь расправиться с превосходящим противником! Зрители стали расходиться, обсуждая увиденное, а я вернулся в шатёр, доводить до ума свой охотничий доспех.
  

***


   То же время, шатёр вождя.
   Гултадор отдыхал, сидя на стопке шкур. Все вопросы, требовавшие его внимания, были уже решены. Кружка крепкого пива и варёные мясные палки по рецепту Аргнака скрашивали его отдых. Перегородка колыхнулась, пропуская старшего сына.
   - Отец, Крахниал рассказывает, что завтра шаманы освободят от воды старый котлован. Аргнак договорился с молодыми охотниками на добычу руды, а его жёны набирают на работы орчанок.
   Отставив кружку, вождь произнёс: - Подробности. На какие работы нанимают орчанок? Руду рубить?
   Слушая рассказ сына, вождь хранил невозмутимость. Годы обучения не пропали даром, и Дубеут кратко, но последовательно и по сути обрисовывал ситуацию. Травяной шатёр, что задумал ученик шамана, вызывал сомнения. Схватка с Хол'Таром дополнила образ молодого и дерзкого охотника. Осталось лишь понаблюдать, что выйдет из его затеи. Гултадор не понаслышке знал, сколько времени и сил отнимет задуманное Аргнаком. То, что кажется простым на словах, на деле редко получается так, как задумывалось. Появляются непредвиденные препятствия, да и управление столь разнородным коллективом тоже требует соответствующих навыков.
   Дело новое, и как справятся работники - неизвестно. Особого смысла в восстановлении старого рудника не было - не каждый год они будут находить столько лишнего топлива, чтобы добыть больше меди. Но там были камни, что так нужны дренеям. Досадно было, что он сам не подумал об этом, такое было бы неплохой тренировкой лидерских качеств для старшего сына и послужило бы пополнению богатства семьи. С другой стороны, в случае неудачи это отразится на репутации Аргнака, а не Дубеута. В любом случае, клан станет богаче, а ученик шамана поймёт, сколь тяжёл управленческий труд.
   - Где сейчас Аргнак? - задал он вопрос, как только сын закончил рассказ.
   - В стойбище. Позвать?
   - Не стоит. Пусть наши охотники за ним приглядят.
  

***


   Так, задел на завтра сделал, тумаков раздал, пора и делами заняться. Или жён дождаться? Нет, времени у меня много, но охотничий доспех сам себя не доделает. Кожаные и роговые пластины неплохо его усилят, да и смотреться будут красиво. Доспех охотника - это не только сугубо утилитарная вещь, но и показатель его мастерства и статуса. Полог колыхнулся - я ещё и начать не успел, как вернулись Кайнати с Бьюкигрой.
   - Ты отлично справился. Кивиша говорит, ты поставил Хол'Тара на место! Жаль, мы этого не видели! - голос Бьюкигры был полон довольства - орк, что так и не пригласил её в шатёр, был побит.
   - Он сомневался в моём праве распоряжаться рудником, - откладываю в сторону пластину и ремешок.
   Девушки принесли ещё клубков шерсти и волокнянки, видимо, понравилось прясть. Ещё в руках у Кайнати был туесок с синими ягодами сар'ри, чей сок было практически невозможно отстирать.
   - Хвалитесь успехами. Отбоя, наверное, не было?
   - Мясо лишним не бывает - а чем больше работниц, тем быстрее справятся.
   - Думаю, мы найдём им и другое применение.
   - Какое ещё другое? Тебе нас мало? - возмутилась Бьюкигра.
   - Интересно, как мои слова привели тебя к таким выводам?
   - Нууу... Ай, неважно, Аргнак. Лучше расскажи, зачем они ещё нужны?
   - Пусть это будет пока секретом. Вижу, нам не помешает небольшой отдых, раз все разговоры ты сводишь к постели!
   - А что в этом плохого? - захлопала ресницами орчанка. - Это ведь так приятно!
   - И полезно! - добавляю от себя.
   - Правда? Тебе Хатгаут рассказал?
   - Нет, - от догадки девушки меня пробрал смех, - но это развивает выносливость и улучшает настроение!
  

18


  
   Проснулся я раньше девушек - мысли, отложенные на утро, вернулись сторицей. Сегодня много дел, жаль, не все они зависят от меня. Или это, наоборот, хорошо? Идеи мои, методом проб и ошибок, всё лучше вписываются в реалии быта клана, но я не могу быть везде одновременно. Да и несколько орков сделают больше, чем один. Поднимаюсь как обычно, "бокогрейки", поворочавшись, продолжают посапывать. А попробуй я встать потихоньку - наверняка бы проснулись.
   Утро начинается не с кофе, а раз всё равно отлучаться из шатра - заодно и воды на завтрак наберу. Варить ничего не будем, с праздника ещё еда осталась, но травяной отвар просто необходим. Вернувшись, не застал орчанок - видимо, разминулись. Разгребаю золу - в хозяйстве всё пригодится - кладу на вчерашние угли пучок сухой травы, сверху щепки, несколько веток, а сверху - поленья потолще. Поднимается дымок от затлевшей травы, робкий язычок пламени - даже раздувать не пришлось. Люблю я посмотреть на то, как разгорается очаг, как разрастается пламя, выкидывая вверх всполохи, рдеют угли, испуская приятный глазу свет... Есть в этом что-то необычное, завораживающее...
   - Доброе утро, Аргнак, - поприветствовала меня входящая Бьюкигра.
   - Ты так тихо поднялся, что мы не почувствовали, - добавила входящая следом Кайнати.
   - Доброе, красавицы. Присмотрите за котелком, я к учителю.
   - Хорошо, мы заварим травы.
  

***


   Иду не с пустыми руками - несколько лепёшек и три кулака вяленого мяса. Ещё довольно рано, но стойбище начинает просыпаться. Смотрю, несколько охотников из числа тех, что приходили вчера, тоже подтягиваются к моему шатру.
   - Ты сегодня рано, - услышал я голос Хатгаута из-за шатра.
   А вот и сам учитель - видимо, общался со своим волком, а может, отходил по делам. Судя по одежде, проснулся он уже давно. Захожу за ним и укладываю провизию к остальной.
   - Как позавтракаешь, выдвигайся к руднику. Орк ты быстрый, жёны твои тоже, но с волками не сравняетесь. Я с остальными шаманами поеду вперёд, а вы прибудете как раз к началу ритуала, если поторопитесь.
   - Хорошо, наставник. Пойду готовиться.
   Кивнув, Хатгаут отпускает меня, набивая свою извечную трубку. Путь обратно близкий - пройти по прямой мимо трёх шатров. Возле моего жилья стояли молодые охотники. Были они при оружии и явно ждали моего возвращения.
   - Приветствуем, Аргнак.
   - И вам доброго утра.
   - Вчера ты озвучил условия, мы готовы их принять, если всё расписанное тобой - правда.
   - Хатгаут с остальными шаманами после завтрака выдвигается к руднику. Я с семьёй тоже отправлюсь туда, чтобы оценить обстановку. Если вы собрались добывать руду уже сегодня - захватите верёвки. Что стало с лестницей под водой, неизвестно, но вряд ли вода пошла ей на благо.
   - Приемлемо, - отзывается Дроириг. - Но мы сами хотим посмотреть.
   - Выдвигайтесь, как будете готовы, - говорю им, после чего прохожу в шатёр.
  

***


   "Стол" уже накрыт, мясо с лепёшками подогреты на огне, а травяной отвар уже заваривается. Воды взял только-только на питьё, и потому она уже успела вскипеть.
   - Сейчас позавтракаем и отправимся к руднику. На месте всё и оценим.
   До шахт было полдня пути, но пешком. Бегом справимся часа за три. Придётся выложиться, но мы привычные.
   - Хатгаут уже там? - спросила Бьюкигра.
   - Нет, но скоро поедет. Волки быстрее, но подготовка к ритуалу обещает быть долгой.
   - Интересно будет посмотреть, - отозвалась Кайнати.
   Подхватив бутерброд, приступаю к завтраку. Терпкий травяной отвар хорошо дополняет его вкус. Надо будет захватить с собой ещё провизии - возвращаться сразу, не посетив шахту, не будем, а там и обед подоспеет.
   Собираемся как на охоту, за исключением свёртка шкуры - ночевать вне шатра мы не планируем. Лук, топор, пика - на обратном пути поохотимся, хотя было бы неплохо забежать в шатёр. Кайнати опять бежит "налегке", неся провиант и котелок, но и тренировочный лук с собой захватила.
   Распахнув и закрепив полог шатра, чтобы не закрывался, бежим в сторону рудника. Ни я, ни девушки там ни разу не были, но заблудиться не боимся - примятая трава и клочки волчьей шерсти указывали нам дорогу. Тропа ещё не нахожена, но и сбиться с неё надо постараться - слишком отчётливо для тренированного глаза видны следы. Темп мы взяли высокий, но не запредельный - самое то для скоростного перебега.
   - Сзади! - услышал голос Кайнати.
   Не останавливаясь, разворачиваемся, продолжая бежать по крутой дуге, я выхватываю лук, а Бьюкигра копьё. Волки, три штуки с всадниками. Бегущий впереди - седой, а на нём узнаваемый силуэт наставника. Значит, шаманы тоже выдвинулись. Пока верховые орки промчались мимо, успели прибрать оружие и поприветствовать их.
   Молодец Кайнати - вовремя услышала приближающихся. И пускай это оказались свои, расслабляться не стоит - в дороге всякое может случиться. Час спустя снизили темп бега и, не останавливаясь, попили воды - освежить горло и утолить жажду. Местность становилась всё более холмистой, редкие деревья, ранее встречавшиеся то тут, то там, совсем исчезли. Кустарник тоже не отличался особым ростом, да и трава стала пониже. Хотя угнетённой растительность не выглядела.
   По моим прикидкам, мы уже миновали больше половины пути, когда вдалеке появились ещё несколько бегущих силуэтов - видимо, из числа молодых охотников.
  

***


   Вскоре появились и горы. Бежали мы уже долго, а обманчиво-близкие вершины, казалось, так и остаются на одном месте, и будь вокруг ровная местность без ориентиров, можно было бы подумать, что мы совсем не движемся. Но вот и они начали увеличиваться, а вскоре у подножья гряды мы заметили орочьи шатры, вернее сказать - навесы. Вновь снижаем темп, чтобы более-менее успокоить дыхание к тому времени, как будем на месте.
   Подбежав, в двух десятках перестрелов от самого большого навеса, примыкающего к горе, видим ярко-красное озеро, вокруг которого ничего не растёт. Камни на берегу были покрыты такого же цвета разводами. Здесь было много народу - видимо, все орки, узнав, для чего прибыли шаманы, решили увидеть столь редкое зрелище.
   Вливаемся в толпу, наблюдая за приготовлениями шаманов. Хатгаут в этот раз не поленился захватить свой посох. Не знаю, насколько он необходим в общении с духами. Обычно он обходился без него, если не сопровождал вождя или не присутствовал на празднике у Священной Горы. Девтазир и Галилук тоже были с посохами, все трое сидели на берегу затопленного котлована и медленно раскачивались.
   Вокруг было необычайно тихо, ни дуновения ветерка, ни криков птиц, ни стрёкота насекомых. Казалось, звуки вязнут в воздухе, но наступившая тишина не была похожа на затишье перед грозой и не несла в себе тревоги. Было в ней что-то созерцательно-торжественное - как вид ночного неба в лютый мороз, когда звёзды нереально-крупные и, кажется, касаются верхушек деревьев.
   Сколько мы так простояли - не знаю, но вот Хатгаут поднялся на ноги, воздел руки и грохнул посохом о каменистый берег. Остальные шаманы остались на месте, лишь начали раскачиваться, затянув какой-то неизвестный мотив. Второй удар, и по стеклянно-ровному зеркалу озера разошлась волна. Зародилась она в центре и, дойдя до берега, пропала. Третий удар отозвался в моих внутренностях, и его почувствовал не я один. Ярко-красная вода забурлила, над её поверхностью вверх выпячивались округлые колонны с пенной шапкой, что хаотично перемещались, сталкиваясь, сливаясь и расплёскиваясь.
   Вода отошла от берегов, обнажая стенки, а её центральная часть поднялась на три орочьих роста. Гигантская водяная колонна всё росла, по её бокам снизу вверх пробегали кольцеобразные волны. Истончившись ещё, она перегнулась в сторону от нас и полилась на берег, устремляясь прочь грохочущим потоком. Хатгаут пошёл вслед за ним, не давая ему вернуться обратно в яму. Чем дальше он удалялся, тем шире и площе становилась волна, растекаясь по площади. Похоже, такая "подкормка" сведёт на нет и ту чахлую растительность, что здесь была.
  

***


   Приближаюсь к краю ямы, заглядывая внутрь. На дне и стенках, против ожидания, не было ни капли влаги - уходящий поток захватил с собой всю воду. Хотя нет, деревянная лестница, пристроенная к противоположной стене, на вид была влажной. Но не трухлявой. Подойдя к ней, потопал ногой - прочная. Видимо, в таком растворе никаких бактерий не водилось, и дерево вместо того, чтобы сгнить, стало морёным.
   На дне виднелись обломки шатра, но шкур не было - истлеть они не могли, но, видимо, их выловили и пристроили для шахты.
   - Красиво было... - тихо произнесла подошедшая Кайнати.
   Да, это было куда зрелищней, чем разгон облаков. Проверив лестницу на прочность, спускаюсь вниз. Со дна яма производила куда меньшее впечатление, чем с краю. Дно и стены были в разводах и промоинах. Попинал остатки каркаса шатра - тоже прочные. Жаль, их мало, но и этой малой толикой я пренебрегать не буду. Кожаные ремни, что скрепляли лестницу, тоже не сгнили - видимо, из-за высокого содержания меди в воде. А может, не только меди - самородки хоть и встречаются, но чаще она попадается в виде соединений.
   Выхожу в центр и оглядываю будущий фронт работ. Подняв голову, вижу стоящих вокруг орков. Так как яма округлой формы, можно будет сделать шалаш в форме пирамиды - и дерева, и травы уйдёт меньше. Да и сама конструкция будет устойчивей. Одну грань сделать съёмной, может, подъёмник организовать. Хотя, пусть лучше каждый сам нарубленное поднимает - ещё прилетит лебёдкой кому-нибудь сверху. Так, присутствие обозначил, пора и наверх.
  

***


   То же время, шатёр Аргнака.
   Мир'Рида, мать Бьюкигры, решила проверить, как живёт её дочь. Свадьба уже миновала, но молодожёны не спешили звать гостей, а потому она сама пришла к ним. Шатёр встретил её распахнутым пологом, догорающими углями и тишиной. Никого не было. Не заходя внутрь, она окинула взглядом обстановку - ещё весьма скромно, но богатство - дело наживное. Мир'Рида помнила, как расцвела её дочь, начав встречаться с Аргнаком. Лишь перед свадьбой Бьюкигра ходила сама не своя - второго отказа она бы не вынесла. Покачав головой, Мир'Рида отбросила прочь неприятные мысли - всё это уже в прошлом. Теперь за будущее дочери она спокойна. Жаль, так и не увиделись, но вечно пропадать вне стойбища молодые не будут.
  

***


   Верёвка не пригодилась - я не рассчитывал на то, что лестница сохранится, но иметь под рукой такую полезную вещь необходимо всегда. Хатгаут уже тоже был здесь и, опираясь на посох, курил трубку. Лёгкий ветерок с костяным перестуком развевал его седые косы. Гул голосов орков был несильным, все ещё находились под впечатлением от увиденного действа. Работа шаманов была привычна, но одно дело - когда расходятся далёкие тучи, а другое - когда рукотворная река, повинуясь воле шамана, перетекает на новое место.
   - Оценил? Справишься? - произнёс Хатгаут.
   - Да, учитель. Здесь даже меньше работы, чем я предполагал. Через неделю крыша будет готова.
   Наш разговор привлёк внимание окружающих, и, подойдя ближе, орки начали задавать вопросы.
   - На разработку приму каждого, кому хватит места. Условия вы знаете, если не знаете, спросите у Тромриса.
   - А если мест не хватит?
   - Значит, не повезло.
   - Я могу вызвать на поединок за право добычи, - произнёс Крахниал.
   - Это будет бесчестно, - пресекаю попытку.
   - Что? - опытный воин даже опешил от такого.
   - Именно. Это всё равно, что догнать охотника, что выследил добычу, и отнять её в поединке.
   Вижу, окружающих пробрало - в таком контексте они добычу руды не рассматривали. А мне только того и надо. Таким образом отпадёт множество проблем. Выйдя из толпы, кивнул своим девушкам и пошёл к шахтам. Осмотреться раньше вокруг не позволил ритуал, проведённый шаманами, зато теперь нам ничто не мешает. Вот холмик выработанного камня, глиняные печи, похожие на те, что делает клан при пережигании угля.
   На вид они были заброшенными, но непогода не сумела разрушить их окончательно. Гора, вдоль которой идём, подавляет своими размерами. Бьюкигра с Кайнати держатся рядом и молчат. Продолжаем путь, появляются ещё отвалы - но уже из шахты. Повезло, что яма находится от неё так далеко - иначе, боюсь, засыпали бы её выработанным камнем.
   Вход в шахту прикрывали каменный козырёк и шатёр, сейчас полуразобранный. Возле входа стояла корзина с факелами. Взяв один, подожгли - для удобства. Здесь же был и небольшой очаг с тлеющими углями. И горшок с водой - видимо, чтобы тушить факелы. Точно - рядом сохли несколько штук.
   Шахта встретила нас гулким эхом, грубо обработанными стенами и пустотой - орки ещё не успели вернуться обратно.
   Коридор был извилист, но нигде не разветвлялся - или мы ещё не дошли до развилки. Наконец, в дрожащем свете факела мы увидели тупик. Здесь было оставлено несколько кирок и корзин, наполненных нарубленной рудой - она отличалась цветом от стен и пола шахты и совпадала с полосой, расположенной на уровне пояса. Передав факел Бьюкигре, поднял оду кирку и, размахнувшись, ударил по жиле. Откололся кусочек. Ещё удар - выемка, ещё - выемка стала чуть больше. М-да, ни здешний, ни предыдущий опыт мне в этом не помощник - за отсутствием такового. И, пожалуй, воздержусь от его получения - раз уж вызвался руководить и обеспечивать.
   - Пойдём наружу? - спрашиваю орчанок.
   - Идём. Как-то тут неуютно... - передёрнула плечами Кайнати. - Так и кажется, что стены вот-вот сожмутся.
   Потушив факел, оставили его на просушку и пошли к печам - было их всего две. В качестве оснастки присутствовали кузнечные меха - по сравнению с теми, что Гракх возил с собой - настоящие гиганты. Был и навес, с отдельным горном, печью и наковальней - видимо, для починки кирок или чего ещё на месте.
   А ещё пара десятков грубых глиняных горшков - почерневшие, но не растрескавшиеся. Послышались приближающиеся шаги и говор - орки возвращались в шахту, а к печам шёл клановый кузнец.
   - Знакомишься с плавильней? Ещё не придумал, как здесь всё улучшить? - ухмыльнувшись, задаёт вопрос мастер.
   - Нет, - отвечаю ему. - Слишком всё здесь для меня незнакомо.
   - А я думал, захочешь испытать свой топор - не зря же ты просил приделать к нему кирку! - несмотря на раскатистый смех, кузнец не выглядел весёлым.
   - Я его уже испытал. И эта кирка, - я провёл пальцем по клевцу, - не для камня, а для плоти. Пойдём мы, пожалуй. Перекусим - и в путь.
  

***


   Пообедав вяленым мясом, я пошёл обговаривать дела с молодыми охотниками - здесь я появлюсь не сразу, а потому необходимо наладить взаимодействие с добытчиками. Мотаться самому или с семьёй, перевозя мясо к шахте - тоже напрасная потеря времени. А потому за дополнительную плату найму орчанок - места здесь спокойные, да и "караваны" каждый день ходят. Вода здесь плохая, и приходится привозить её издалека. Грунд сегодня отправляется в стойбище, заберёт остатки мяса из нашего шатра, а мы в ближайшее время организуем следующую партию.
  

***


   - Предлагаю не заходить в стойбище, а срезать путь сразу в сторону, где мы добыли свадебного талбука, - говорю девушкам на обратном пути.
   - Может, стадо откочевало оттуда уже далеко? - высказала сомнение Бьюкигра.
   - Но это всё равно ближайшее, что нам известно. Поиски в других местах могут не увенчаться успехом.
   - Давай попробуем, - соглашается с моими аргументами девушка.
   Благодаря чувству направления, корректируем свой маршрут туда, где может сейчас обретаться стадо. Солнце вовсю печёт, но бодрящий ветерок смягчает жару, а мы периодически останавливаемся попить и внимательней осмотреться. На одной из остановок Бьюкигра умудрилась подстрелить полевую крысу - тупой наконечник из позвонка талбука отбросил тушку смятым кулём в сторону. Орчанка тут же принялась её свежевать, а Кайнати тренировалась с луком, то натягивая, то ослабляя тетиву. Я же в это время принюхивался к запахам, что доносил ветер, и старался прочувствовать окружение.
   Закончив дела, устремились вперёд. По мере нашего продвижения растительность становилась всё более пышной, и вскоре мы вышли к ручью - может быть, это даже был тот, что мы пересекали в прошлую охоту. По крайней мере, рыба тут тоже водилась, и мои жёны, не сговариваясь, принялись плести загородку. Оставив их, оббегаю вокруг, проверяя местность на наличие следов и хищников - как бы самим во время охоты не стать добычей. Но всё спокойно.
   - Аргнак, мы закончили, - позвала меня Бьюкигра.
   - Сейчас, - отзываюсь, обходя ещё раз по кругу место нашего привала.
   Вернувшись, снимаю оружие - сейчас оно будет только мешать. Да и доспехи прочь - мочить их явно не стоит.
   - Предлагаю заодно и освежиться, - говорю орчанкам, раздеваясь полностью.
   - Как скажешь! - улыбнулась Кайнати, заголяясь дальше.
   Делала она это со вкусом - не слишком быстро, но и не медленно. Бьюкигра, стрельнув глазами и изогнувшись, выскользнула из остатков одежды.
   - К делу! - закончив любоваться, первым ныряю в ручей, поднимая тучу брызг.
   Весело баламутя воду, устремляемся вниз по течению. Русло узкое, но кое-как помещаемся, толкаясь боками. Песок и ил делают воду непроглядной, рыба спешит убраться подальше от источника шума, плывя вниз по течению. А нам только этого и надо - скоро будет перегородка, вот тогда и половим рыбку в мутной воде!
   Рыбалка удалась - повеселились, освежились, да ещё и еды добыли, совместив приятное с полезным. Разошедшиеся девушки оттаскивали рыбу подальше от ручья, сверкая каплями воды на солнце. Пожалуй, можно немного и задержаться - опасности вокруг никакой, а ручей и открывшийся мне вид напомнили о времени, когда мы добывали уголь. Кайнати тогда сильно смущалась, но это не помешало нам получше узнать друг друга.
  

***


   "Освежились" мы так хорошо, что потом пришлось отмывать от травы спины и коленки. Пока подкреплялись свежей рыбой, успели обсохнуть.
   - Ну что, красавицы, побежали дальше?
   - Конечно. Как думаешь, мы сегодня встретим талбуков?
   - Вряд ли. Разве что вечером. Стадо не станет оставаться на месте, где убили одного из них.
   - Но зато мы знаем, где они могут быть.
   Бежим дальше вдоль русла ручья - этот путь совпадает с нужным нам направлением. Из-за близости воды не так жарко, да и можно напиться, когда пожелаешь. Наконец, наткнулись на свою старую стоянку - здесь мы разделывали талбука в прошлый раз. Встаём на след стада - теперь не придётся бежать наугад. Не раз и не два следы стада отдалялись от ручья, но я, поддавшись наитию и вспомнив уроки отца, бежал по прямой вдоль русла - стадо всё равно рано или поздно придёт на водопой.
   - Смотри, Аргнак - кровавый ястреб! - сказала Бьюкигра, привлекая наше внимание.
   Солнце уже опускалось, скоро начнёт темнеть. Птица с ярко-красным оперением, заметив, что мы обратили на неё внимание, сделала пару восьмёрок и устремилась вперёд. Похоже, он уже видит стадо, а раз так, то пора готовить оружие.
   - А сегодня мы не будем вязать куст? - спросила Кайнати.
   - Нет, скоро стемнеет, а потому надо догнать стадо. Темнота скроет нас от добычи.
   Знакомое стадо. Животные готовятся ко сну, а я прикидываю, как добыть больше одного талбука - времени на всё про всё не так уж и много. Жестами показываю девушкам в сторону - нужно отойти и обсудить план охоты. Отойдя подальше и засев за куст, начинаем совещаться.
   - Нам нужно добыть пару талбуков. Тогда мяса хватит до конца плавки и добытчикам, и работникам, что будут собирать шатёр над котлованом.
   - Нас слишком мало для этого, Аргнак. Но мы попытаемся! - произнесла Бьюкигра, качнув волосами.
   Вряд ли девушки оценят мой способ охоты - с огнём и ямами. Хотя, рыбалку же приняли... И уж точно они будут молчать. Вообще, можно сделать это в виде предположения, и если для них этот способ будет неприемлем - поохотимся по-старому.
   - Давайте загоним их в ловушку, как полевых крыс.
   - Это как? - спросила Кайнати.
   - Или, скорее, как рыб к решётке.
   - Нам такую за три дня не построить, - скептически отзывается Бьюкигра. - Да и стадо на месте не будет стоять. И чем их пугать? У тебя же нет под рукой стаи волков?
   - У нас есть огонь.
   Молчание было мне ответом. Судя по лицам девушек, их не смущает мой план своим "бесчестьем". Может, им просто трудно принять такое? Или есть изъяны, что мне не видны?
   - Мы выгоним стадо на тебя? Но ведь это опасно! - произнесла наконец Бьюкигра.
   - Очень опасно. Но можно поступить по-другому - на пути бегущего стада вкопать твоё копьё и мою пику, тогда никому из нас не придётся рисковать быть затоптанным стадом.
   - Признаться, это звучит как-то нереално, - тихо пробормотала Кайнати. - Вдруг талбуки заметят оружие и обогнут его?
   - Сделаем это в темноте, тогда у них не будет возможности избежать столкновения.
   - Аргнак, - тихо позвала Бьюкигра, - ты так всё время охотился?
   Догадалась? Тем лучше. Дальше между нами будет меньше недосказанностей.
   - Нет. Вернее, не всегда с помощью огня добивался преимущества над грубой силой. Были и другие приёмы. Копытня, как ты помнишь, мы вместе добывали, и там обошлись без огня.
   - А почему ты не говоришь про волков?
   - А что с ними не так? - удивляюсь вопросу девушки. - Я же про эти охоты вам подробно рассказывал.
   - Как же ты их обхитрил?
   - Использовал их силу против них самих. Ну, а остальным оркам лучше не знать всех наших охотничьих секретов.
   - Как-то это...
   - Бесчестно? - помогаю Кайнати подобрать нужное слово.
   Вспыхнув, девушка сникла, тут же вновь поднимая на меня глаза.
   - Я не это хотела сказать, Аргнак! Просто... Как-то всё это сложно...
   - А почему тогда охотиться с оружием на зверей не считается бесчестным? Лук бьёт дальше, чем рога копытней, топор пропарывает шкуру не хуже волчьих клыков, а копьё способно ранить даже копытня! Любое преимущество, что мы получаем с помощью своей смекалки и ума - честно. Ведь именно ум позволяет нам справляться с более сильными.
   По мере моего тихого, но эмоционального монолога напряжение уходило с лица Кайнати (Бьюкигра или лучше владела мимикой, или изначально не считала мои поступки чем-то зазорным). Мои слова вернули ей покой, и робкая улыбка озарила её лицо.
   - Да и свою первую охоту я провёл согласно обычаю - использовал только то, что было разрешено. Просто более эффективно, чем это делали другие орки.
   - Так где и как мы будем закапывать копья? - спросила, глядя мне в глаза, Кайнати.
   - Подождём, пока стемнеет сильнее. Стадо ещё кочует, а потому это делать рано. Но зато пока ещё достаточно света, можно собрать сухой травы для факела.
   Так и поступили. Девушки, тихонько переговариваясь, собирали сухие травинки, я присмотрел подходящее деревце - сухое и достаточно ветвистое, чтобы сымитировать пожар. Кровавый ястреб, что привёл нас к стаду, получил рыбу и кусок мяса. Завтра он найдёт ещё угощение, мы, скорее всего, больше вообще не встретимся, но мне хотелось, чтобы он запомнил нас.
   По мере наступления сумерек стадо двигалось всё медленнее, и вот, наконец, они остановились на ночлег. Детёнышей загнали в центр самки, а самцы с вожаком окружили их редким кольцом, чутко вслушиваясь в звуки ночи. Мы с Бьюкигрой отправились в обход стада, выгадывая, где лучше разместить нашу ловушку. Решили вкопать древки между двух холмов - ломанувшись в эту сторону, стадо вряд ли полезет на вершины. Показав девушке, под каким углом лучше расположить древко, срезаю дёрн и углубляюсь в землю. Орчанка жестами показала, что такой угол будет великоват, и наклонила копьё сильнее. Покачав головой, сгибаю руку в локте и кладу её на землю. После приподнимаю и как бы вонзаю древко в неё. После этого делаю то же самое, но под углом, выбранным Бьюкигрой. Моя пантомима не пропала зря - поняв, что так наконечник её оружия окажется слишком низко, девушка кивнула, и мы продолжили рыть землю.
   Пока мы настраивали ловушку, Кайнати успела обвязать набранной травой деревце. Подпалив, поднимаем его над головой и с громким рёвом бежим в сторону стада, гоня тех прочь. Развевающиеся языки пламени, треск горящей травы, туча искр и дикий ор всполошили ночующих талбуков, угроза была определена. А от огня животные привыкли спасаться не рогами, а бегством. С громким топотом стадо устремилось прочь. Темнота не позволила разглядеть, что же случилось между холмов, но наш расчёт оказался верным - самец и самка, налетев с размаху на острия наконечников, вывернули копья из земли.
   Добив одного подранка (второй уже испустил дух, очень уж удачно напоролся на копьё), оглядываем место, восстанавливая по следам произошедшую картину. Тушить дерево-факел я не стал, нам сейчас нужен свет. Напоровшиеся на острия животные вызвали затор, но стадо быстро их обогнуло, хотя было видно, что несколько талбуков кувыркнулись, налетев на упавших сородичей.
   - Смотри, Аргнак, - кровь! - сказала Бьюкигра.
   Из общей картины выбивался кровавый след, уходящий прочь вместе со стадом. Ещё один подранок. Возможно, первый талбук налетел краем на копьё и, пропоров бок, поскакал дальше.
   - Надо добить. Оправится он от раны или нет, неизвестно, но уж больно много он крови по дороге теряет. Будет неправильно, если он погибнет без пользы.
   Устремляемся на шум удирающего стада. Темно, но споткнуться не боимся - ломанувшиеся вперёд талбуки проредили кусты, поломав их своими телами. Долго погоня не продлилась - тяжело дышащий талбук не смог поддерживать высокий темп и теперь, покачиваясь, брёл вслед уходящему табуну. Почувствовав погоню, развернулся в нашу сторону, готовясь дать последний бой.
   Перехватываю топор поудобней, недооценивать противника не хочу - сейчас ему терять нечего, и он будет биться до конца. Может, из лука его пристрелить? Нет, не стоит. Обманный замах, подшаг, ложная атака - и, уворачиваясь от острых рогов, рублю его топором в позвоночник.
   - Сейчас найдём жерди и перетащим его к основной добыче, - говорю девушкам.
   - А как мы объясним, что сумели добыть трёх талбуков за раз? - обеспокоилась Кайнати.
   - А кому мы должны это объяснять? И кто вообще скажет, что за раз?
   - Ну, остальным ведь будет интересно послушать о нашей охоте.
   - Расскажем, но без деталей. При столкновении взяли пару талбуков, потом, когда стадо ушло прочь, догнали подранка. Добыча наша будет говорить за нас.
  

***


   Вечер следующего дня, шатёр вождя.
   День уже прошёл, жизнь клана шла своим чередом, и Гултадор уже готовился ко сну, завершив дела. Снаружи послышался голос Багитиша. Этот волчий всадник был хорошим разведчиком и верным орком.
   - Приветствую, вождь. Не так давно в стойбище вернулся Аргнак с семьёй, сверх меры гружённые мясом. Судя по шкурам, добыли трёх талбуков.
   - Раны?
   - Все здоровы. Не уходя в шатёр, раздали часть мяса. Сделал множество заказов среди орчанок и детей.
   - Что за заказы? На рудник детей никто не отпустит.
   - Детям он заказал собирать осоку и камыш. Завтра обещал показать, как её правильно собирать и сушить.
   Увидев, что у Багитиша всё, жестом отпустил своего разведчика. Очистка котлована от воды никак не влияла на количество добытой меди, как и на налоги, лишь перераспределяла добытое между молодыми и опытными охотниками. Руда из котлована содержала больше металла, но работавшие в шахте орки за счёт опыта получали не меньше.
   Так или иначе, орки станут богаче, а следующая весна покажет, будет ли клан добывать медь быстрее, и увеличится ли количество камней, что так нужны дренеям.
  

***


   Следующее утро, шатёр Аргнака.
   Выспались мы неплохо. Вчерашние бессонные сутки, когда всю ночь пришлось заниматься разделкой талбуков, а остальное время до вечера втроём волочь перегруженные волокуши, болью отзывались в мышцах. Но главное, что мы не надорвались, а боль со временем пройдёт. Встаём, разминаясь и растягиваясь. Морщусь от боли в забитых мышцах - надо бы приготовить мазь с добавлением каменного корня.
   Завершив утренние процедуры, вернулись в шатёр. Котелок с водой поставили на огонь - хочется чего-нибудь варёного, а то вчера ели только сырое. Пока девушки готовили завтрак, я растопил немного жира, нарезал полмизинца каменного корня. Теперь нужно смешать их вместе и тщательно перетереть.
   Дрова весело потрескивают, варево, что помешивает Кайнати, уже вовсю кипит, а Бьюкигра, тихо напевая что-то, измельчает мясо.
   - На обед колбасы наварим, - говорит Кайнати и, сняв пробу, добавила соли. - Или лучше сделать котлет?
   - Лучше колбасу, пока кишки ещё есть, - отзывается Бьюкигра.
   Продолжаю смешивать ингредиенты, следя краем уха за их разговором. Пока завтракаем, мазь как раз настоится. Девушки в ходе дискуссии пришли к выводу, что можно часть оболочек для колбас отдать знакомым и родственникам - после нашей свадьбы блюдо вошло в рацион клана.
   Кайнати ушла чистить посуду, Бьюкигра наводила порядок в шатре, а я проверил консистенцию мази. Готово. Поворачиваюсь к девушке, перебирающей рукоделие. Заметив моё внимание, оборачивается.
   - Что?
   - Раздевайся!
   Пожав плечами, орчанка улыбнулась и стянула низ - пока лето, в шатре используется минимум одежды. Погладив по шкуре, заменяющей нам постель, улеглась на спину, изгибаясь дугой.
   - Перевернись на живот.
   - А целоваться разве не будем? - чуть надула губки Бьюкигра.
   - Всё будем, но позже.
   Сделав перекат, девушка сохранила изгиб спины, сбивая меня с мыслей. Подхожу, зачерпнув мази, провожу по спине. Прими мы отвар каменного корня, он действовал бы сильнее, но боль от мышц заблокировал бы позже. А так, по месту, он начнёт действовать почти сразу. Подключаю вторую руку, растирая крем по спине, плечам и рукам. Зачерпываю следующую порцию и переключаюсь на ноги. По разгладившемуся лицу вижу, что боль отступила, а девушка расслабилась. На спину переворачивать смысла нет - промазать ноги и руки смогу и так, да и основную нагрузку вчера приняли мышцы спины. Пока занимался Бьюкигрой, Кайнати успела почистить посуду и вернуться.
   - Раздевайся, сейчас и тебе боль уберём.
   - А кто тебя потом намажет? - кивнула девушка на задремавшую подругу. - Давай я сперва тебя натру.
   Ложиться я пока не стал, чтобы самому не прикорнуть, а ловкие пальчики скользили по моим плечам, втирая тёплую мазь и унимая ноющую боль. Самое замечательное в таком обезболивающем то, что остальная чувствительность не терялась, а усыпляющего эффекта не было. Пока девушка переключилась на мою спину, сам намазываю ноги - так быстрее будет.
   - Готово, - куснув меня за ухо, девушка разделась и улеглась рядом с Бьюкигрой.
  

***


   Девушки уснули, а мне сон не идёт. Провел пальцами по плечу, проверяя, впитался ли крем, и можно ли одеться, не испачкав одежду. Рано ещё. Прибираю лишние ингредиенты, убирая их в ларь к остальным травам. В задумчивости достал мешочек с главным своим сокровищем - сушёным звездолистом. С момента последней находки он мне больше не встречался. Отломив небольшой кусочек, съедаю - по ощущениям ничего не происходит, ни приятного вкуса, ни ощущения тепла, разливающегося по телу - но я просто знаю, что он мне нужен. Повторная проверка показала, что можно одеться. Забрав одну талбучью шкуру, выхожу наружу - пора нанимать работников и работниц.
   - Приветствую, Аргнак, - поздоровался со мной Друк, молодой охотник. - Наши уже отправились на рудник, и если соглашение в силе, я отвезу им мяса.
   - Привет. Мои слова крепче пластин копытня. Сейчас выдам талбучатины, чтобы на неделю хватило. Если клан задержится, будет ещё.
   Не откладывая дела на потом, кладу шкуру возле шатра и начинаю выносить мясо. Одно дело сделано, молодые орки не стали терять зря время. И я поспешу. День в разгаре, а потому орков между шатров немного. А вот и старая знакомая - Батлитри.
   - Славной охоты, Аргнак. Слышала, вы вернулись с добычей?
   - Хвала духам, удача была на нашей стороне. Мяса много, а дел ещё больше. Если желаешь, многим найдётся работа.
   - И что же нужно делать? - приосанилась орчанка.
   - Пока наготовить жердей, в пол-ладони толщиной и высотой три орочьих роста.
   - Твоих или моих?
   - Без разницы. Их надо столько, сколько пальцев на руках у семи девушек, и ещё две.
   - Ого, ну у тебя и запросы!
   - Оплата соответствующая. Но это только часть. Ещё надо таких же длинных жердей, но толщиной в три пальца. Их потребуется столько, сколько пальцев у двадцати семи девушек. Сумеешь подобрать команду?
   Помолчав, та всё-таки кивнула. Цифры внушали своей величиной, и чтобы не случилось ошибки, пересчитал всё в десятки - так малограмотным оркам будет проще. Количество было взято не с потолка, а из расчётов - закажи я наобум - может не хватить или останется лишнее.
   Озадачив девушку, иду к сестре. Похоже, она на месте, хотя сына с мужем нет.
   - О, братец. Наконец-то в гости пришёл. Как тебе семейная жизнь?
   - Замечательно! Теперь не надо уходить из стойбища, чтобы уединиться со своими девушками!
   - А где они сейчас? - спросила Шарилгра, наливая мне травяной отвар.
   - Спят. Вчера я их слишком измотал, пускай отдыхают.
   - Даже так? - пригубив из своей кружки, сестра присела возле очага.
   - Да. Поход на рудник вышел удачным. Кстати, мне сейчас требуется много помощников, ты ведь знаешь, что я обещал построить?
   - Конечно. Столько споров давно в клане не возникало - рухнет твой травяной шатёр или нет.
   - И как? Кто на что ставит? - сам я специально слухами не интересовался, да и некогда пока было.
   - По-разному, - отрезав от принесённого гостинца кусок мяса, Шарилгра принялась его жевать. - Но большинство уверены, что ничего не получится.
   - Весна покажет, кто прав. Поможешь шкуру обработать? И тебе прибыток, и мне облегчение.
   - Только выскоблить?
   - Нет. Ещё нужно будет распустить её на ремни.
   Мясо сейчас сестре лишним не будет, как и шерсть, что также достанется ей. Скоро у меня появится ещё несколько племянников или племянниц, и тогда её мужу Лар'туну будет весело.
   - Оставляй, - кивает Шарилгра. - Кстати, Бьюкигра с Кайнати тебя уже порадовали?
   - Они меня каждый день радуют! - делаю вид, что не понимаю, о чём она.
   - Рада за вас! - вижу, что ей хочется рассказать про будущее пополнение в моей семье, но сдерживается.
   Не выдержав, негромко смеюсь: - Да знаю я уже, что они непраздны. Представляешь, сестра, у меня будут дети!
  

***


   Самый массовый заказ пришёлся на детей - мне нужно много сухой травы. Но не абы какой, а только растущей возле воды - осоки или камыша. Всё дело в том, что обычное сено может сопреть, а соломы в нужном количестве у орков отродясь не было. Вообще не было. Завладеть вниманием ребятни удалось без проблем - показал, какую траву срезать, как её сушить, чтобы не унесло ветром - связывать в небольшие пучки и привязывать к другой траве. На оплату заготовки жердей и болотной травы ушло больше мяса, чем шахтёрам, но благодаря большому количеству подростков и энтузиазму, подогреваемому ежедневной оплатой, материалы для шатра быстро пополнялись. Каждый вечер я с девушками вязал снопы, подсчитывал их, делал пазы на жердях в нужных местах, чтобы не тратить время при сборке, чтобы утром отправить с очередным караваном к руднику.
   С утра я отправлялся к Хатгауту, заучивая последние рецепты - самые сложносоставные и требующие долгого приготовления. Бьюкигра с Кайнати доделывали шатёр, пришивали к охотничьим доспехам роговые пластины и принимали гостей. И вот теперь, спустя пять дней, последняя партия материалов готова, и мы выдвигаемся к руднику.
  

***


   Вышли засветло, за всё время нашей стоянки не было ни облачка - даже не пришлось привлекать шаманов. Уж на что привычно зрелище, как одарённые орки разгоняют облака, но я бы опять посмотрел на это действо. Шли мы налегке, если не считать захваченных с собой продуктов, дров и воды с котелком - всё нужное для стройки уже на месте. С нами были ещё три орчанки - подруга моих жён Кивиша, Батлитри, что таки справилась с организацией заготовки жердей, и Зарилми, что взяли по старой памяти.
   Больше работников нам не надо - всё или почти всё придётся контролировать лично, и лишние орки вместо помощи будут вносить только беспорядок. Бежим не очень быстро - утро ещё только начинается, а потому, когда прибудем на место, у нас в распоряжении будет весь день. Не будь вокруг другой ландшафт и растительность, можно было бы подумать, будто вновь выдвигаемся добывать уголь.
   Солнце начало подниматься, и на горизонте показались горы, что вызвало оживление среди девушек - все они, за исключением Батлитри, на руднике не были, а потому ещё не видели этой красоты.
   Жизнь на руднике уже вовсю кипела - над одной из печей поднимался дым, орки входили и выходили из шахты, и даже слышался приглушённый звук ударов киркой. Приличная стопка снопов возвышалась возле ямы, здесь же были и заготовленные жерди, разложенные по толщине. Так как мы бежали не особенно быстро, времени на дорогу ушло больше, но зато мы не запыхались. Складываем вещи в общую кучу и идём к яме.
   - Аргнак, а мы на головы оркам не свалимся, когда шатёр начнём собирать? - спросила Зарилми.
   - Нет, - поворачиваюсь к ней. - Кроме того, мы его собирать будем не над ямой, и на высоте работать придётся только с травяной крышей.
   Пока меня не засыпали вопросами, разворачиваю припасённый чертёж с несколькими этапами сборки, нарисованный мной загодя на коре кер'габба. Пока объясняю, окончательно успокоят дыхание, а дальше все вместе займёмся возведением. Дополнял картинки и пояснения наглядной демонстрацией, собирая "шатёр" из сорванной на месте травы.
   - Вопросы ещё есть? - закончил я инструктаж.
   - Да, - отозвалась Батлитри. - Если мы его соберём не по месту, нам хватит сил перенести его на яму?
   - Разумеется. Привлечём для этого охотников, что сейчас добывают руду, а травяные снопы будем привязывать уже там.
  

***


   Первым делом начали собирать треугольную раму - несущую основу будущей пирамиды. Каждая грань собиралась из трёх жердин в пол-ладони толщиной. Заранее сделанные пазы совмещались друг с другом, а прорезанные канавки не давали кожаным ремешкам соскальзывать, прочно скрепляя детали воедино. Гигантский треугольник готов - конструкция и сама по себе очень жёсткая, а когда мы добавим ряды поперечин - станет ещё прочнее. Те жерди, что шли поперёк, толщиной не уступали основным, а более тонкие лягут сверху, создавая более мелкую решётку.
   Теперь делаем аналогичную конструкцию, что будет противолежащей гранью. Благодаря заранее подогнанным деталям, простой конструкции, уменьшающей вероятность ошибиться, и моему пригляду работа быстро спорилась. Как только доделали вторую сторону, сделали перерыв на небольшой перекус. Кайнати с Бьюкигрой расстарались, и у нас была колбаса - кишки надо быстро есть.
   - А быстро сборка идёт! - прокомментировала Кивиша.
   - Ещё бы не быстро - только соединить и связать, - откликнулась Зарилми. - Если пазы на месте строгать, может, внешнюю раму ещё не собрали бы.
   - Так говоришь, как будто сама всю предварительную работу сделала! - отчего-то взъелась на неё Батлитри.
   - Тише, - прерываю спорщиц, пока ссора не перешла на новую ступень. - Что нужно для того, чтобы сварить мясо - котёл, вода или огонь?
   Мне их склоки и потрёпанные нервы не нужны, а потому переключаю их внимание на себя.
   - Здесь всё надо, - отзывается раньше всех Бьюкигра.
   - Правильно. Так и с шатром - нужно было и найти жерди, и обработать, и траву заготовить - и сделать это в правильной последовательности. Если отдохнули - работаем дальше.
   Рассчитывая план работ, старался сделать так, чтобы вся возможная сборка происходила на земле - так меньше вероятность травм, да и легче. Собрав ещё три жерди вместе, используем их как мерило основания, прикладывая нижними углами собранные до этого рамы. Вершины сводим вместе и поднимаем одну за другой вертикально, закрепляя верёвками, чтобы не упали ни внутрь, ни наружу. Осталось только заполнить получившуюся грань нужными жердинами.
   Когда три из четырёх граней были готовы, перекатываем конструкцию - теперь её даже не надо расчаливать верёвками - и собираем оставшуюся грань. Последняя сделана с треугольной вставкой, что будет служить проходом оркам-шахтёрам. Переворачиваем конструкцию на основание - каркас собран, осталось его перенести на яму, закрепить и покрыть пучками осоки.
  

***


   - А неплохо получилось! - окидываю взглядом получившуюся конструкцию.
   Подойдя ближе, карабкаюсь наверх - по расчётам, должна меня выдержать. И не только меня. Забираюсь на самую вершину, оглядывая окрестности.
   - Забирайтесь, - зову своих девушек. - И вы тоже, - говорю остальным.
   Помявшись, орчанки ловко начали карабкаться ко мне, располагаясь вокруг вершины. Древолазы из орков так себе, хотя орчата часто забираются на кусты и деревья.
   - А тут высоко... - сказала Бьюкигра, стоя прямо и придерживаясь рукой.
   - Чувствую себя так, будто как в детстве за ягодами полезла, - отозвалась Кайнати.
   Остальные девушки тоже с интересом и опаской осматривались. Пускай привыкают к высоте, когда разместим каркас над ямой, будет ещё страшнее. Наше времяпрепровождение привлекло внимание отдыхающих орков и кузнеца, что направился в нашу сторону.
   - Приветствую, мастер, - говорю ему, как только он подошёл достаточно близко.
   - Привет, Аргнак. Вижу, хорошо поработали. Ещё и меня выдержит?
   Попрыгав, проверяю прочность конструкции - держится.
   - Залезай.
   Грузно переставляя руки и ноги, Гракх забрался наверх. Приставив ладонь козырьком над бровями, огляделся вокруг.
   - Ха, а за горы отсюда не заглянуть, - прокомментировал кузнец. - Но снег шатёр должен выдержать. Но промокнет ваша трава, - кивнул он в сторону снопов.
   - Весна покажет, - говорю уже в который раз.
   - Заказ ваш готов, - обратился Гракх к воспрявшим от такой новости Кайнати с Бьюкигрой. - А твою долю я переплавил в обручи.
   - Почему не слитки?
   - Так их проще будет переплавить или превратить в украшения, если потребуется.
   - Понятно.
   Мне всё едино - что слитки, что браслеты. Серёжек не понаделал, и ладно.
   - А теперь пора ставить каркас на место. Слезаем.
  

***


   Орки, что рубили руду в яме, не отказались помочь в переноске. Установив каркас, сориентировали его проёмом в сторону, противоположную горам, чтобы через вход попадало больше света. Учитывая материал, факелами освещать уже не получится. Весь нижний ряд заложили камнями из отвалов и принялись закреплять приготовленные сушёные связки травы.
   Начали с нижнего ряда, как закончили, с небольшим нахлёстом стали привязывать следующий сверху. Чтобы не случилось эксцессов, обвязались верёвками, которые привязали к вершине пирамиды - даже если кто сорвётся (что маловероятно, учитывая расстояние между жердями), то не упадёт. Закрыв треть шатра, прервались на обед и отдых. Самую вершину крыл лично - места здесь для всей команды мало, да и самая ответственная часть. Пока я заканчивал с вершиной, остальные орчанки оплели приготовленную "дверь" - сейчас она будет только мешать, а закрепим её на месте только после окончания работ.
  

19


  
   Последние орки уже потянулись в сторону стойбища, а Гракх всё ещё был на руднике, заканчивая дела. Печь для переплавки до сих пор хранила нерастраченный жар, а свежие отвалы ещё не успели оплыть и потерять блеск изломов под так и не прошедшим дождём.
   Собрав меха и прочие немудрёные снасти, клановый кузнец занёс их в пещеру, убирая в самый дальний угол. Факела он с собой не брал, но это не мешало ему идти в густой темноте. Повороты тоннелей отзывались эхом от его приближения, а рука, скользившая по стене, не давала сбиться. Разложив принесённое, отправился обратно - до следующей весны здесь никто не появится. Закрыв полог шатра, продел ремешок сквозь отверстия, расположенные по краю, сшивая вход в единое целое.
   Осталось закрыть травяной шатёр, и дела здесь будут завершены. Проходя мимо малой плавильной печи, орк недовольно нахмурил брови - несколько плавок так и не принесли разгадки секрета дренейской стали. А вот и толстая дверь, состоящая из жердей и травы. Плотно вставив её в треугольный проём, подпёр колом для надёжности, чтобы снег не задувало. Испытав конструкцию на прочность, Гракх был уверен, что вес снега шатёр выдержит, но он сомневался в том, что даже такой толстый слой травы не пропустит воду. "Пора домой", - подумал кузнец, уходя прочь.
  

***


   Кайнати, перебирая новые медные украшения, чуть поморщилась - руки и плечи болели после тренировки с луком. Особенно ныло правое запястье, но девушка не жаловалась - чем раньше она освоится, тем быстрее сможет пользоваться подарком Аргнака. Самого мужа в шатре не было, ушёл учиться к Хатгауту. Её подруга тоже примеряла кольца, сравнивала между собой получившиеся браслеты, надевая и снимая их по-очереди.
   - Как думаешь, Аргнак специально подгадал нашу свадьбу так, чтобы десятую часть меди вождю не отдавать? - спросила она, лукаво сверкая глазами.
   Неожиданная догадка подруги заставила её на мгновенье замереть, но она, тряхнув косичками, отбросила нелепую мысль.
   - Глупость какая.
   - Но забавно совпало! - мелодично рассмеялась в ответ Бьюкигра.
   Не сговариваясь, девушки развязали мешочек с камнями, что молодые охотники отдали за право работать в карьере. Большей частью они были невзрачными, но синекожие соседи, видимо, ценили их за какие-то другие свойства. Внезапное богатство не вскружило голову подруг, хотя и было приятным, и сейчас каждая думала, на что бы обменять их у дренеев.
   - Я хочу наконечников для стрел у синекожих заказать, - произнесла Бьюкигра.
   Кайнати, мечтавшая до этого о стеклянных серьгах, начала сомневаться в своём выборе. Что же выбрать - украшение на зависть остальным или наконечник, что не сломается и не затупится о кости животного, и будет служить даже её детям? Или браслет с несколькими стеклянными кругляшами - синими или зелёными? Было бы камней побольше, она заказала бы нож, не раздумывая. Может, отложить покупку до весны? Тогда, скорее всего, удастся ещё разжиться нужными для обмена с дренеями вещами.
   - Огр, - негромко ругнулась девушка, - как же всё сложно!
   Её подруга всегда была ведущей в их небольшом коллективе - более бойкая и взрослая, она всегда поступала дальновидней. Чего только стоили её советы, как вести себя с Аргнаком! А интересно, что выберет сам Аргнак? Мысли девушки скакали с одного на другое, позволяя охватывать множество вещей одновременно. "Всё же серьги будут лучше..." - решила она, но не была уверена, что не изменит своего выбора.
   - Пойду обед варить, - откладывая украшения в сторону, поднялась Бьюкигра.
   - Я с тобой.
   Подойдя к продуктам, девушки не удержались и съели по копчёной рыбке, что вчера выменяли у Кивиши. Её мать отлично коптила рыбу, и золотистые полупрозрачные тушки буквально таяли на языке.
   - Ммм, вкуснятина! - произнесла девушка, облизывая пальцы. - Котлеты будем делать?
   - Конечно! А может, лучше пирог испечём?
   - Крови свежей для теста нет.
  

***


   Зелья, припарки, мази и настойки - всё, что придумали предыдущие поколения шаманов Разящих Топоров или выменяли у соседних кланов, я успел изучить, а многое - приготовить и использовать. Можно сказать, что моя учёба травничеству уже завершена, но в любом деле есть тонкости, и как раз ими сейчас щедро делился со мной Хатгаут. Я тоже пришёл не с пустыми руками - все ингредиенты, помогающие от жара, свёл в таблицу, сопоставив их так, чтобы рядом были взаимозаменяемые компоненты. Пройдя путь по клеткам слева направо, получаешь рецепт. Это позволило разместить на одном свитке сведения, что раньше умещались на десяти.
   Старый шаман вчитался в мою работу, прослеживая цепочки сами собой складывающихся рецептов. В некоторых местах таблица была "разорвана", соединяясь только одной или несколькими клетками, служившими универсальными переходниками между рецептами.
   - Занятно! - произнёс Хатгаут, успевший оценить удобство свитка. - По остальным болезням такие же есть?
   - Нет, учитель, - отвечаю ему. - Я ещё только начал их сопоставлять.
   - Смотри, не обленись с такими подсказками, - качает головой шаман. - И ещё, как клан откочует на новое место, сходи к вождю, он хотел тебя видеть.
   Интересно, что ему надо? Впрочем, там и узнаю. Дела возле медного рудника у орков закончены, а значит, завтра мы уйдём в более богатые добычей места.
   - На сегодня занятия окончены, - произнёс наставник и, продолжая читать, зажёг трубку.
   Иду домой, мысленно подбивая итоги нынешней стоянки - некоторые вещи можно было бы сделать иначе, но и так неплохо получилось. Самое главное - удалось разжиться камнями и друзами, не считая меди.
  

***


   Три дня спустя
   Дорога... Сколько уже было кочевий, и сколько ещё будет? Хотя, в этот раз я путешествовал уже с собственной семьёй, перевозя личный шатёр. С утра покапал небольшой дождик, но он не был в тягость - смягчил жару и подарил ощущение свежести. Как обычно, идём впереди, пробивая дорогу в густом травостое, девушки взяли себе часть груза, а потому местами с остальными орками я меняюсь реже.
   - Аргнак, - позвал меня подскакавший на волке Хатгаут, - передай волокуши и догоняй.
   Съезжаю в сторону, Кайнати с Бьюкигрой, сняв рюкзаки, закрепляют их на волокушах. Обнимаюсь с девушками и, хлопнув их пониже спины, бегу догонять учителя. Мимо меня проносятся ещё четыре волка - видимо, скоро будет место, определённое вождём под стоянку, а шаманам нужно его проверить. Бегу со всей доступной скоростью, но её едва хватает, чтобы не упускать из виду силуэты всадников.
   Прибегаю вовремя. Волки уже рассёдланы, двоих нет, а трое лежат на земле, отвернув морды от солнца. Собравшись в отряд, шаманы начали обход, и я пошёл рядом с ними. Полуприкрытые веки и устремлённые вперёд взгляды нисколько не мешали им обходить кочки и не спотыкаться в ямках. С духами общаются - то ли ещё спрашивают разрешение, то ли уже ответы слушают. Не знаю. До осеннего праздника Хатгаут ничего мне не говорит, отделываясь многозначительным "потом узнаешь". Но на ритуалы, если есть возможность, меня берёт. Вот и сейчас я иду рядом, всматриваясь в их действия и пытаясь что-нибудь почувствовать.
   Иногда кажется, что что-то из середины груди рвётся наружу, но, может, это просто самовнушение? Пройдя круг, шаманы разговорились между собой, скинув с себя состояние полутранса. Хмм, может, в следующий раз тоже попробовать помедитировать? Хотя, я же не умею.
   - Хорошее место, - вынес вердикт Хатгаут, остальные с ним согласились. Краренрун и Галилук куда-то отправились, остальные пошли к своим волкам, а я не спешу обратно, обходя стоянку по спирали от центра к краям. К сожалению, редких трав не нашёл, зато накопал корней оршанника - сегодня вечером запечём их на углях.
  

***


   Закончив, побежал обратно - помочь жёнам с волокушами. Вскоре показалась голова колонны, но мои благоверные, скорее всего, сейчас в хвосте. Так и оказалось. Впрягаюсь в лямки, Бьюкигра с Кайнати расправляют плечи и пьют ягодный морс из бурдючка.
   - Скоро на месте будем. Рядом есть река, и растёт кер'габб.
   Запасы "бересты" для письма подошли к концу - хотя на коре, стирая старый текст, можно было писать заново, но после нескольких раз она всё-таки приходила в негодность. Переложив связку корней оршанника, Бьюкигра спросила: - На муку высушим или так съедим?
   - Можно в жире зажарить, - внесла предложение Кайнати, поправив рукой волосы.
   - Они и сырые вкусные.
   Под кулинарные рассуждения девушек добрались до места и стали раскладывать шатёр. Учитель обмолвился, что места здесь богатые, недалеко есть даже олембовая роща. Река полноводная, и рыбы много. Да и нам пока не надо ходить на охоту. Собираем каркас, скрепляя ремешками, и натягиваем шкуры. За время стоянки у рудника орчанки успели устранить все недоделки. Украшений пока немного, но сейчас есть много свободного времени, и они всерьёз возьмутся за украшение нашего жилища.
   Заносим в шатёр последние вещи, девушки, поцеловав меня, принялись располагать наше имущество, а я пошёл к вождю. Стоянка бурлила как растревоженный муравейник - сейчас здесь почти все орки нашего клана. Но пройдёт час-другой, и всё успокоится. Возле главного шатра тоже оживлённо - Гултадор, сидя на волке, слушает стоящих вокруг орков, рядом с ним находится и Хатгаут. Вливаюсь в толпу, слушая разговоры и речь вождя - судя по всему, обычная рутина - распределение волчьих патрулей.
   Постепенно народ расходится, и я подхожу ближе. Похоже, общаться со мной будут в самом конце.
   - Вызывал, вождь?
   - Да, - рокочущим басом отвечает Гултадор. - Ты показал себя ответственным орком и хорошим охотником, а потому можешь взять на воспитание волчонка. Надеюсь, ты оправдаешь доверие?
   - Я не подведу, вождь!
   Отпустив меня, глава клана удалился в шатёр, а я едва сдерживался, чтобы не сорваться на бег. Шутка ли - я раньше положенного срока смогу взять волчонка! Какой орк откажется от такого напарника? Вслед за восторгом пришли опасения - справлюсь ли? Ведь если он погибнет, следующего я смогу завести ещё нескоро. В отличие от собак с Земли, волки Дренора, пусть и приручённые, были больше дикими зверями. Время от времени охотники ловили волчиц, чтобы обновить кровь, или менялись с соседними кланами, но и отбор получившегося потомства был очень жёстким. Не зная принципов селекции, орки дошли до них опытным путём.
   Предания не донесли деталей первого приручения, но зато у нас была красивая легенда. Кром'Гор, великий вождь и охотник, быстрый, как кровавый ястреб, сильный, как копытень, и ловкий, как ветер, мог добыть копытня голыми руками. Копьё, пущенное его рукой, навылет пробивало секача, а топор за один удар проламывал череп копытню. Однажды волк с седой шкурой повадился нападать на охотников Разящего Топора. Много дней зверь то исчезал, уходя от загонщиков, то возвращался, задирая одиночек. Живым его никто не видел, и только гигантские следы и остатки шерсти на кустах рассказывали о нём.
   Тогда вождь пошёл на хитрость. Оставив дома всё оружие, он отправился прочь от стойбища. Зверь, почувствовав слабину, вышел ему навстречу. В свете белой луны сошлись они в схватке. Кулаки Кром'Гора крушили кости врага, а клыки волка не раз и не два обагрились орочьей кровью, но сила и доблесть вождя пересилили ярость зверя.
   Волк оказался волчицей, и пройдя по её следам, охотник нашёл логово, в котором было два волчонка. Кром'Гор, не желая им смерти от голода, хотел было убить волчат, но духи остановили руку вождя, готового прервать едва народившиеся жизни. Взяв их с собой, Кром'Гор вырастил их, как своих детей. Вот так у охотников нашего племени и появились эти верные и могучие помощники.
   Не чувствуя земли под ногами, я добрался до нашего зверинца. Помимо кузнеца и лукаря, у нас был свой волчатник, чьи предки из поколения в поколение занимались разведением и дрессировкой волков. В честь великого героя прошлого одному из орчат всегда давали имя Кром'Гор. Был ли у нас такой предок, я не знаю, но скорее всего - да. Моё прибытие не осталось незамеченным - хозяин заранее вышел мне навстречу.
   Был он высок и широк в плечах, на руках и одной из щёк было множество шрамов от волчьих клыков, но даже в мороз он ходил в безрукавке. В его чертах присутствовало что-то неуловимо-волчье, даже радужки глаз были с желтизной.
   - Вождь предупредил меня о твоём приходе и попросил, чтобы я выделил тебе волчонка, - без приветствия произнёс он. - Но если он тебя не примет - ты уйдёшь с пустыми руками. Идём.
   Зайдя вслед за ним в шатёр, увидел нескольких волчиц, что лежали у противоположной стены. Животные настороженно смотрели мне в глаза, ближайшая с тремя волчатами под боком оскалила клыки при моём приближении.
   - Один из них может стать твоим спутником, - тяжело уронил Кром'Гор.
   Я медленно приближаюсь к волчице, не разрывая зрительный контакт и скаля в ответ клыки. Если я не смогу к ней приблизиться - не видать мне волчонка. Угрожающий рык, прижатые уши и оскаленные клыки - материнский инстинкт у неё силён. Но всё же она не бросается. Подхожу ближе, и волчица моргает, опустив морду и тихонько заскулив.
   - Не бойся, я не обижу твоих волчат, - говорю негромко, чтобы лишний раз её не тревожить.
   Кобелёк и две сучки - выбираю кобелька. Оторванный от материнского бока, тот сердито заворчал, засучив лапками и тыкаясь мордочкой. Укладываю его на сгиб левой руки, прикрывая ладонью правой. Принюхивается, прихватывая пальцы зубами - мой запах не вызвал у него отторжения, а значит, его не забракуют.
   - Отец у него очень своенравный, спуску ему не давай. Но если справишься, он будет тебе вернейшим другом, - произнёс Кром'Гор.
   - Спасибо за совет, - киваю ему и иду на выход.
   На свету волчонок оказался ещё чернее, чем я предполагал. Повертев недовольно заворчавшего малыша, так и не нашёл отметин другого цвета. Размышляя, как его назвать, отправляюсь домой - волчонок хоть и умеет ходить, но вряд ли отправится за мной сам.
  

***


   Бьюкигра переворачивала котлеты, чтобы прожарить их с другой стороны, ловко орудуя ножом. Краем глаза заметила, как вернулся Аргнак, а Кайнати поспешила ему навстречу.
   - Ой, какой хорошенький! Назовём его Чернышом! Или лучше Лапочкой? - послышалось от входа.
   Перевернув последнюю котлету и сдвинув котелок к краю очага, Бьюкигра наконец смогла отвлечься от готовки. На руках мужа лежал волчонок. Поводя носом и вздрагивая ушами, он осматривался, начиная ворчать каждый раз, как Кайнати протягивала к нему руку.
   - Лучше пусть будет Злюкой, - внесла она своё предложение.
   Аргнак отпустил ношу на пол, после чего снял верхнюю одежду и отправился к своим вещам. Волчонок в это время смело стал обходить жильё, забавно переваливаясь, принюхиваясь и фыркая. Девушка дала себя обнюхать, после чего запустила пальцы ему в загривок, перебирая иссиня-чёрный мех.
   - Имя ему будет Мрак, - донёсся голос Аргнака из угла.
  

***


   Девушки возились со щенком, а я, придумав имя, кроил из шкуры шлейку. Мраку нужно с детства привыкать к седлу, и чем раньше, тем лучше. Возить вес я его заставлять не буду - он ещё растёт, и лишний груз может привести к искривлению позвоночника. Отловив его, накидываю сверху выкройку, глядя, где ещё срезать лишнего. Отпустив, продолжаю работу, краем глаза слежу за своим питомцем - угол с запасами мяса ему явно глянулся больше других. Работы по воспитанию предстоит много, и надо будет проследить, чтобы жёны не избаловали. Но, думаю, справимся.
   - Аргнак, обед готов, - позвала меня Бьюкигра.
   Отложив своё рукоделие, иду есть - сегодня днём поспать не удастся.
   - Тебе пива налить? - спрашивает Кайнати.
   - А Толистану за луки хватит?
   - Хватит, мы с запасом поставили.
   - Тогда наливай.
   Пообедав, доделал шлейку. Надев её на Мрака, наблюдаю, как он пытается её снять. То об стены трётся, то передними лапами скинуть одёжку пытается.
   Одеваюсь, беру топор и ранец - пора заняться неотложными делами.
   - Пойдём-ка прогуляемся, приятель, - хватаю его подмышку и выношу из шатра. Не знаю, приучен ли он к туалету, но лучше подстраховаться и не доводить дело до луж. Был у меня на Земле щенок, так он не сразу проситься на выгул научился.
   Смена обстановки примирила Мрака со шлейкой (или просто большее количество света, звука и запаха отвлекло его внимание), и он прекратил попытки от неё избавиться. Стайка орчат появилась как из-под земли, крутясь рядом с нами. Глядя на них, вспоминаю, как такими же глазами наблюдал за счастливчиками, которые растят своего волка. Направляюсь прочь из стойбища, волчонок бежит рядом. Направляемся к роще кер'габба - пора пополнить запасы его коры.
   Как и берёза, он не засыхал, если снимать только верхний белый слой, не трогая заболонь, а учитывая размеры и строение его ствола, заготовленного нам хватит надолго. Пока я с ножом занимался корой, Мрак вовсю гонял насекомых.
   - Идём, охотник, - зову его с собой, возвращаясь к стойбищу.
   Пока мы гуляли, Бьюкигра с Кайнати успели помыть посуду, и теперь занялись рукоделием. Девушки, не сговариваясь, тоже делали шлейки. А глазомер у них отличный - сильно подгонять не придётся. Сняв рюкзак, выкладываю из него кору - осталось только её нарезать.
   - Тебе помочь? - спрашивает Кайнати.
   Потянувшись, повертела в руках шлейку и, отложив в сторону, вопросительно посмотрела на меня.
   - Не откажусь.
   Работая вместе, и устаёшь меньше, и справляешься быстрее. Чуть позже Бьюкигра, закончив кроить и примерять на Мрака обновку (сопротивлялся он как герой, но силы были слишком неравны), присоединилась к нам. Звуки лезвий, вспарывающих кору, были приятны на слух, а сама кора - на ощупь. Закончив с разделкой (лишние обрезки пойдут на браслеты или другие плетёные украшения), откладываем инструменты в сторону.
   - Аргнак, я давно хотела спросить, зачем ты учишь нас шаманизму? Мы ведь не одарённые, - последнее предложение тоже было сказано с вопросительными интонациями.
   Да, магического таланта у них нет, и шаманок из них не получится. Но когда я только начал обучать их грамоте, мне лень было писать специально что-то ещё, а потому давал читать свои конспекты. Но не говорить же им, что просто учил их читать?
   - Я пока тоже не шаман, но это не мешает мне готовить зелья. А ваша помощь мне важна, вместе мы сможем и собрать, и приготовить больше лекарств.
  

***


   Впервые с момента моего вселения я отдыхал, никуда не торопился и просто жил в своё удовольствие. Конечно, повседневные дела никуда не делись, но две жены взяли на себя практически все заботы по быту, да и прочие дела мы делали вместе. Не было аврала, когда мне раз за разом приходилось выкручиваться, что-нибудь придумывать и рвать жилы. Мы периодически ходили на охоту - мяса нам хватало, но требовалось отдать долг кузнецу и рассчитаться за новый заказ - глубокую сковороду с крышкой. В этот раз Гракх не стал ждать задатка, а сразу принялся за работу - в это время заказов у него немного.
   Бьюкигра с Кайнати постигали травничество, а я, обучая их, ещё лучше усваивал материал. В отличие от Хатгаута, обучал девушек по своей методике - заучивал травы и прочие ингредиенты, параллельно составляя таблицы. И такой подход давал неплохой результат. Дрессировал Мрака, приучив его не гадить в шатре и откликаться на кличку.
   Уже два раза наш клан кочевал, приближалось время следующего перехода. И судя по местности, мы пойдём торговать с дренеями...
  

***


   С утра я был сильно взволнован. Впрочем, большинство окружающих орков тоже. Гонец, что уезжал предупредить дренеев о нашем появлении, уже вернулся, и через час мы дойдём до места, где каждый раз совершаем с ними сделки. Тяну волокуши, Мрак бежит рядом, а Кайнати с Бьюкигрой о чём-то тихонько разговаривают. Готовясь к встрече, я постарался обобщить всё, что помнил о дренеях со времён жизни на Земле и узнал уже здесь - припомнил собственные детские впечатления, осторожно порасспросил учителя и знакомых орков.
   Выглядят дренеи довольно необычно. У мужчин из нижней челюсти, а у женщин из-за ушей растут странные тонкие щупальца (но мне на ум приходило слово "минилекку"), кроме того, на головах у них вырастают роговые выступы, у мужчин - в виде нароста на лбу, у женщин - в виде загибающихся назад рогов. Ноги оканчиваются раздвоенными копытами и по строению напоминают задние ноги копытных.
   Ростом они были несколько выше орков, но в то же время чуть тоньше в кости. Кожа - разных оттенков синего. А ещё у всех них были хвосты. По описанию, с Земной памяти - чистые черти, за исключением цветовой гаммы.
   В отличие от других орков я знал, что дренеи вовсе не пришли в обжитые орками земли из других регионов нашего мира. Нет, они вообще не были коренными жителями Дренора. Когда-то давно, много тысяч лет назад, они жили на совсем другой планете, называемой Аргус. Тогда они называли свой народ эредарами. В их народе все с рождения имели магические способности. Этим-то они и заинтересовали Саргераса - Титана Мрака и главного гада известной мне истории вселенной Варкрафт.
   В то время их народом правили трое вождей - Архимонд, Кил'Джеден и Велен, последние двое были лучшими друзьями. Саргерас пришёл к ним и предложил вождям эредаров поклясться ему в верности и обещать верность их народа. А за это обещал дать им огромную силу и новые знания, а также позволить присоединиться к нему в исследовании и освоении новых, доселе неизвестных миров.
   Архимонд и Кил'Джеден склонны были принять предложение, однако Велен сомневался. Уединившись в храме, он медитировал на древнюю реликвию эредаров - кристалл Ата'Мала, усиливающий способности разума и иногда позволяющий заглянуть в будущее. И у него получилось это сделать. В видении он увидел, что обещания Саргераса были правдивы. Но также он увидел и то, что пойдя за Саргерасом, его народ изменится. И эти изменения привели его в ужас. Он рассказал другим вождям о своём видении, но те не поверили. Тогда Велен захотел сбежать, прихватив с собой горстку единомышленников, которых смог бы убедить в правильности такого пути. Вот только он не знал, куда бежать...
   Вот тогда-то с ним через кристалл и связались новые действующие лица этой истории. Создания Света. Наару. Они предложили Велену забрать реликвию (якобы давным-давно подаренную эредарам наару) и вместе с теми, кого он убедит присоединиться, отправиться на высочайшую гору их мира, обещая явиться и унести эредаров прочь. Велен было засомневался, но затем резко отбросил все сомнения и согласился. Что, как мне кажется, выглядит крайне подозрительно...
   В назначенный срок Велен со своими сподвижниками отправился на гору. Но его предали, и там уже поджидала засада. Однако с помощью кристалла, разделившегося на семь частей, которые создали вокруг эредаров мощный магический щит, им удалось спастись. А затем с неба явился натуральный космический корабль (вроде бы являющийся не то телом, не то местом обитания одного или нескольких наару) и унёс Велена с присными в другой мир.
   Эта группа эредаров отреклась от имени своей расы и назвала себя дренеями, что на их языке означает "изгнанники". А от их нового имени получил своё название и Дренор, на котором они теперь жили. Вот только это был отнюдь не тот мир, куда они улетели из своего родного.
   Дело в том, что Кил'Джеден не смог простить бывшему лучшему другу его бегство от Саргераса. Догнать и уничтожить дренеев, а точнее - Велена, стало его идеей-фикс. Его армия демонов находила дренеев, где бы те не спрятались, но те всегда успевали удрать, бросая миры и их жителей на растерзание пришедшим за ними врагам. Ну, а демоны вволю резвились в покинутых дренеями мирах, повинных только в том, что попались Кил'Джедену на его пути к мести.
   Это продолжалось примерно 25000 лет, пока не случился форс-мажор. По какой-то причине корабль-наару при посадке на планету, что вскоре назовут Дренором, потерпел крушение - возможно, был повреждён при бегстве? Дренеи расселились поблизости от места крушения, а корабль, зарывшийся в землю при падении, стал святыней местного коренного народа - орков. А ещё почему-то стал местом жительства духов умерших орков, что тоже крайне подозрительно.
   Из канона я помнил, что Кил'Джеден, которому осточертела эта погоня за Веленом, не зная, что дренеи лишились путей к бегству (хотя на Азерот они же как-то умудрились прилететь?), на Дреноре применит новую стратегию - вместо полномасштабного вторжения демонов использует для нападения на дренеев местных жителей. Нас, орков.
   Что ж, надеюсь, так и будет. Может, это и не очень благородно, но пусть лучше они, чем все жители мира поголовно. Не хотелось бы попасть под тотальный геноцид из-за кучки пришельцев-диссидентов... Вот только в процессе войны с дренеями орки, плотно занявшись демонической магией, умудрятся капитально угробить экологию, но лучше жить плохо, чем никак. Да и вряд ли я смогу как-то на это повлиять, а значит, нет смысла попусту стучать себя кулаком в грудь и заявлять о том, что орки могут послать демонов на хутор бабочек ловить, а после без проблем разгонят ссаными полотенцами нашествие привыкших штурмовать чужие миры демонов. Ну, а к Дренору мы после прилепим подорожник, и он станет таким, как раньше. Вот только это не так. Неважно, сами орки будут использовать демоническую магию, или этим займутся вторгшиеся демоны - так и так Дренору, к сожалению, придётся очень плохо. Но если всё пойдёт по канону, и орки выполнят желание Кил'Джедена, тогда наш народ по крайней мере останется жив. А это в моих глазах стоит жизней дренеев.
   Однако вернёмся к дренеям. То, что когда-нибудь нам предстоит их убивать, не значит, что до этого из общения с ними нельзя извлечь пользу. Мне очень хотелось приобщиться к знаниям этой древней магической расы, и тут я очень рассчитывал на их описанную в каноне тягу к новым знаниям.
   Кланы не доверяли дренеям - хоть орки жили с ними в мире и торговали, но уж очень они были для нас чуждыми. Их внешность сильно отличалась от нашей (хотя лично у меня отторжения не вызывала даже в детстве, ещё до слияния), а их магия была другой - они колдовали сами, не призывая духов.
   Именно поэтому я считал, что у меня были шансы. Если мне удастся заинтересовать дренеев возможностью узнать о нашей расе больше, углубить наше общение, тогда, возможно, я смогу рассчитывать на получение желаемой информации.
   Кстати, то, что никто никогда не пытался напасть на дренеев, казалось мне чем-то противоестественным - много ли надо поводов, чтобы напасть, особенно если чужаки так отличаются? И тем не менее, несмотря на стычки между орками, поселения дренеев оставались нетронутыми. Ни одно предание не рассказывало о противостоянии с синекожими воинами, а когда я припомнил их историю, особенно то, с кем они приземлились на Дренор, это в очередной раз вызвало определённые подозрения.
   Похоже, Наару любят побаловаться промыванием мозгов. Велен резко потерял сомнения в их честности, орки ни разу не пробовали напасть на их подопечных, а духи умерших орков слетаются к их месту обитания, как мотыльки на огонь. Наару, что живёт в священной горе, вроде бы сейчас сильно повреждён и умирает, а в каноне вроде бы мелькала информация, что данные существа умеют подпитываться душами. И что-то мне вдруг очень страшно стало умирать на Дреноре... Дееспособных кукловодов на данный момент, насколько мне известно, нет, а потому их воздействие, похоже, происходит на уровне подсознания. Впрочем, что я знаю об устройстве разума самих дренеев? Может, дренеи - тоже эмпаты, и могут снижать агрессию, направленную на них? Пока неизвестно, но на талбуков и прочих животных они охотятся оружием, а не приманивают их к себе, подобно мифическим сиренам.
  

***


   Гултадор командует остановку, мы оставляем поклажу и идем в сторону, где расположена деревня дренеев. Десять минут ходьбы, и перед нами предстаёт тройка чужаков. Двое мужчин-дренеев, почти столь же массивных, как взрослые орки. Серебристые доспехи, переливающиеся на солнце, состояли из крупных чешуек, массивные боевые молоты лежали на земле, а в руках у них были бумажные свитки. Похоже, у их расы тоже был ярко выражен половой диморфизм - девушка была стройной и изящной. Никакой защиты на ней не было - только лёгкое платье с разрезами до середины бедра, оружия тоже не видно.
   Пока другие орки подходят, делая заказ, рассматриваю чужаков.
   - Аргнак, мы разве не будем торговать? - спросила обеспокоенная моей неподвижностью Кайнати.
   - Будем. Хочу их получше изучить. А вы идите.
   Переглянувшись, орчанки отправились к дренеям, а я продолжил за ними следить. Сильные бойцы, но агрессии в них нет. Сосредотачиваю внимание на девушке. Прозрачное навершие посоха - то ли горный хрусталь, то ли какой-нибудь другой прозрачный камень - несло на себе следы огранки, но казалось, что камень естественного происхождения. Если это драгоценный камень - цена его на земле была бы поистине баснословной. Из украшений на девушке был браслет из бледно-лиловых кристаллов.
   Наблюдаю за их мимикой и жестами - вполне понятно передающие эмоции. По крайней мере, я их понимаю, и они соответствуют моменту. Моё внимание не прошло мимо них, смерив меня взглядом, дренеи продолжили невозмутимо принимать заказы, и только девушка раздражённо дёрнула ушками. Подхожу ближе, приготовив туесок, сплетённый из белоснежной коры кер'габба. "Симпатичная..." - мелькнула мысль, когда я разглядел её лицо вблизи. Да и фигура вполне укладывалась что в орочьи, что в людские критерии красоты - за исключением копытец и хвостика. Платье было сделано из ткани, напоминающей шёлк, посох, отставленный в сторону, стоял без опоры. Вблизи стало заметно, что глаза у них слегка светятся светло-синим. "Минилекку" на её голове слегка дрожат, но больше ничем не выказывает своё раздражение от моего бесцеремонного взгляда.
   Передаю ей туесок, открыв крышку, она разглядывает камни, добытые нами вместе с медью. Была там ещё связка звездолиста - все травы, что используют орки для мистических действий, тоже ценились дренеями.
   - Я бы хотел заказать у вас книгу. Тут достаточно для обмена?
   - Книгу? - ответила та изумлённо. - У нас ни разу не заказывали книг... - поясняет она своё удивление.
   Ещё бы. Большинство орков неграмотны, за исключением шаманов, вождя и их семей. Плюс к этому книга - это очень ценная и личная вещь, что или доставалась по наследству, или делалась вручную. Не торговали мы книгами - слишком редкая вещь.
   - Мне нужна пустая, ваши листы тоньше выделанной кожи, и их получается больше, - поясняю свой заказ. - Здесь хватит, чтобы её купить?
   - Да, - отозвалась дренейка, откладывая туесок к прочим товарам.
   Пока поднималась и поворачивалась ко мне, успел оценить глубину её декольте. Взяв свиток и палочку, сделала на ней запись незнакомыми знаками.
   - Вы пишете только на своём языке, или общий орочий тоже знаете? - указал я рукой на свиток.
   - Конечно, знаем, мы любим узнавать что-то новое, - голос её был полон энтузиазма, от волнения она даже переступила с ноги на ногу своими копытцами.
   - Понимаю. Мне тоже нравится учиться и постигать загадки, которыми так полон мир. Вокруг так много тайн, которые мне очень хотелось бы разгадать! Вот, например, звёзды - какие они вблизи? Есть ли за морем другие земли? - перечисляю я вопросы, наблюдая за её реакцией. - А ещё я очень хотел бы изучить ваш язык...
   Оказывается, дренеи ещё не разучились испытывать шок, хотя с их сроком жизни (а тот же Велен ведь до сих пор жив!) это удивительно. Только шоком я могу описать отпрянувшую и замершую девушку. Впрочем, что я знаю о её возрасте? Да и тот же Велен, что на десятки тысяч лет старше любого дренея, испытывал эмоции и выражал чувства.
   - Е-если ты не против, я могла бы тебя научить!.. - невероятно радостно и в то же время вопросительно сказала синекожая девушка, заглядывая мне в глаза.
   "Кавай!" - мелькнула мысль. Все чуждые для меня черты её фигуры не казались чем-то лишним и искусственным, как не кажется странным и нелепым вид незнакомого животного. Прянув ушками, не разрывает зрительный контакт, и хвостик её так и ходит из стороны в сторону.
   - Конечно! Я не знал, согласится ли кто-нибудь из дренеев утолить моё любопытство, а потому пока не могу остаться. Но если ты не против, не могли бы мы встретиться осенью после торговли?
   - Хорошо... - чуть печально ответила она.
   Отхожу к остальным, дожидаясь, пока принесут товар. Один из дренеев взял свитки, подхватил молот и, закинув его на плечо, отправился прочь.
   - Аргнак, о чём ты её спрашивал? - тихонько спросила меня Бьюкигра.
   Стояли мы в стороне, да и к дренеям я подошёл последним, чтобы не задерживать очередь и успеть поговорить. Кайнати молча ждала моего ответа.
   - Осенью, после праздника, мы останемся учиться у дренеев.
   - Зачем? Они же такие странные!
   - Они живут рядом с нами, а мы практически ничего о них не знаем, так что узнать их жизнь может оказаться полезно. Может, удастся узнать что-нибудь важное. Например, секрет прозрачных тканей, стекла или стали.
   - Что-то я сомневаюсь, что таким поделятся с чужаком, - скептически отозвалась Бьюкигра.
   - Сразу - нет. В будущем - кто знает? Может, какая-нибудь мелочь в их глазах окажется для нас полезной.
   - И всё же, почему ты так думаешь?
   - Они более развиты.
   - Мы не глупцы! - вскинулась девушка. - Прости, - тут же опустила глаза. Видно было, что она хотела ещё много чего сказать, но сдерживалась.
   - Не винись. Я неправильно выразился - их быт более развит. У них лучше ткань, украшения и сталь.
   Возражать на это никто не стал - ведь это правда.
   - Может, есть у них ещё что-то, о чём мы не знаем. Что-нибудь такое, от узнавания чего и от них не убудет, и нам поможет.
  

***


   Спустя полчаса показалась делегация из пяти дренеев. Оставив заказы, они забрали товар и собрались уходить. Тут ко мне подошла моя новая знакомая и, протянув книгу, сказала:
   - Прошу прощения, что забыла представиться. Меня зовут Фетиса.
   - Аргнак, - забираю книгу, как будто случайно задев её пальцы.
   Не отдёрнулась, но точно заметила. Контакт был недолгим, но успел оценить гладкость и тепло её кожи.
   - А это мои жёны - Кайнати и Бьюкигра.
   - Приятно познакомиться, - отозвалась первая.
   - У тебя красивое платье, но оно ведь не для охоты? - добавила вторая.
   - Нет, я ещё ни разу не охотилась. У меня хватает дел в городке.
   - О, а чем ты занимаешься? - заинтересованно спросила Бьюкигра.
   - В основном, исследованиями. Я, ммм... ищу новые рецепты, - подобрала слова Фетиса.
   - Аргнак тоже любит придумывать новые рецепты, - взяла инициативу в разговоре Бьюкигра. - Особенно в еде.
   - Я угощу тебя, как снова встретимся. Но нам пора, клан не станет долго ждать. До встречи, Фетиса.
   - До свидания, Аргнак.
  

***


   Час спустя, городок дренеев.
   Фетиса от волнения ходила кругами по своей комнате. Она не знала родного мира, Аргуса, родившись в пути, или, вернее сказать, бегстве от преследующих их ман'ари - искажённых Скверной тварей, в которых превращались порабощаемые Саргерасом народы, и слова орка о звёздах напомнили ей о перелётах между ними. Ну, а то, что он тоже любит узнавать что-то новое... Для дренеев это так же необходимо, как есть и пить, но применять магию познания означало привлечь врагов, даже обычную магию творили лишь по необходимости. Они делились друг с другом открытиями, утоляя сенсорный голод, но узнавать что-то самому было стократ полезней.
   Мысли о прошлом навеяли грусть. Наару, существа из света, что так долго спасали и оберегали её народ, погибли при посадке. Пожертвовали собой, чтобы спасти пассажиров. "К'ер, как же мне тебя не хватает!" - подумала Фетиса, вспоминая ласковый свет, исходящий от наару. После катастрофы, оставшись без путеводных советов и наставлений, дренеи расселились по материку, закладывая небольшие городки, чтобы спрятать свою магическую силу в фоне мира. Некоторые места позволяли закладывать большие города, являясь центрами силы. "Остаётся только ждать, пока нас найдут другие наару, чтобы привести к победе над Пылающим Легионом". Фетиса помнила, что говорил их бессменный лидер Велен - что они не одиноки, и другие существа из света собирают народы на борьбу с искажёнными тварями.
   Сколько времени пройдёт, прежде чем друзья их обнаружат, дренейка не знала. Но всем сердцем желала, чтобы этот момент наступил быстрее. Смахнув слезинку, Фетиса сосредоточилась на настоящем - подумать только, она будет обучать своему языку орка. Мысль будоражила своей новизной, ведь за двести лет по счёту Аргуса практически всё общение с коренными обитателями сводились к обмену и немногим разговорам в процессе. За десять сменившихся поколений орки становились всё искусными и развитыми. Неужели пришло время, когда их народы будут общаться более плотно?
   Фетиса не сомневалась, что сможет обучить Аргнака, хоть язык её народа и был достаточно сложен. Хотя быт орков был прост, но они уже были достаточно развиты. Но сколько времени у неё уйдёт на это? Жаль, она не догадалась, сколько он будет гостить у дренеев. "Но ведь можно научить его алфавиту и дать ему книги с собой!" - обрадовавшуюся было Фетису посетила мысль, что он не знает слов, а потому, выучив алфавит, читать не сможет. - "Надо переписать словарь общих слов под него!" - осенило её.
   Собрав свитки с набросками плана учёбы, Фетиса вышла из дома и почти бегом направилась к подруге, у которой была неплохая библиотека. Постучав в дверь и дождавшись приглашения, девушка вошла внутрь.
   - Привет! Рассказывай скорее, что случилось! Говорят, орк пригласил тебя на свидание! - не дав перевести дух, насела на неё Лейзими.
   - Я не... Всё было не так!
   - А как? Ветарикс рассказал, какими глазами тот на тебя глядел, потом вы мило побеседовали, он сделал тебе подарок, а ты ЛИЧНО вручила ему свёрток, не оставив тот с остальным товаром. По дороге молчала, а вернувшись - заперлась, даже не зайдя ко мне! - в глазах Лейзими плясали искры веселья, а лицо отражало понимание и одобрение.
   Шокированная такой интерпретацией событий Фетиса не сразу поняла, что её разыгрывают. Улыбнувшись удачной шутке, она ответила, вызвав шок и ступор уже у подруги: - Это лучше свидания! Я буду его учить! - отодвинув чашу с фруктами, раскатала свиток. - И мне нужна твоя помощь.
   Отмершая подруга с интересом слушала план, доставая нужные свитки и книги, раскладывая их стопками на краю стола, мысленно дополняя список того, что может ещё понадобиться.
   Ещё не начав учёбу, они почувствовали, что даже подготовка к ней очень увлекательна - продумывание планов и вариантов подачи информации, перелопачивание старых свитков, написание НОВЫХ книг...
   - Стоп-стоп! Ты слишком далеко убежала вперёд! - осадила она Фетису, расписывающую, как будет объяснять орку слова, не имеющие аналогов в его языке. - Давай сперва посмотрим, как быстро он выучит общие!
  

***


   То же время, Аргнак.
   За час пути успели добраться до промежуточной стоянки - перекусим, и клан отправится дальше. Разговор с синекожей девушкой всё не шёл у меня из головы. План его я составлял заранее, хотя и пришлось немного импровизировать. Но ассоциативная цепочка, вложенная в слова "книга - орочий язык - просьба обучить языку дренеев" сработала. Но, может, не городи я хитрых планов, Фетиса всё равно не отказалась бы меня обучать? Не знаю. Но и высказывать просьбу с первых слов я не мог.
   Привал. Жёны хвастались обновкой - наконечниками для стрел.
   - Я хотела сперва выменять серёжки, но подруга меня отговорила, - произнесла Кайнати.
   - Ты у меня и так красивая. А украшения у нас ещё будут! - успокаиваю девушку. - Зато теперь у тебя будут лучшие из возможных стрелы.
   Уже не раз опосредованно хвалю девушку за то, что она освоила лук. Давался он ей тяжело, но я каждый день готовил мази и делал массаж, снимающий боль и напряжение. Зато теперь у нас в семье три полноценных лучника - мы, конечно, пока не мастера, но каждый день тренируемся, нарабатывая навык.
   Покатав на ладони стальные наконечники, проверил бритвенно-острые грани и вернул девушкам.
   - Отдохнули, красавицы?
   - Да.
   - Тогда идём вперёд, возглавлять колонну.
   - Мы это делаем чаще других, - нахмурила бровки Бьюкигра.
   - Пускай все видят, какие мы сильные.
  

20


  
   Сегодня занялись расширением и улучшением своего арсенала - выменянные наконечники не должны лежать мёртвым грузом. Древки для стрел купили у Толистана - он занимается ими всю жизнь, а потому они будут лучше наших. Свои мы тоже изготавливали, но пускали их на тупоносые - для мелкой дичи и птиц.
   - А давайте украсим их двумя кольцевыми пропилами возле оперения? - предложила Кайнати. - Или перья красным раскрасим?
   Бьюкигра, помешивая в глиняной плошке смолу, проверяя, как растопилась, ответила: - А стрелы от этого ломаться не будут?
   Стрелы при охоте на крупную дичь и так то и дело портятся. Хотя, если их сделать неглубоко и не по центру - может, ничего страшного?
   - Давайте проверим, - говорю девушкам. - Испытаем и посмотрим, как себя поведут.
   Взяв стрелу с наконечником из позвонка талбука, делаю неглубокие надрезы, чтобы хватило втереть краску, но не сильно повредить волокна. Как всегда, когда закончил, пришла умная мысль, что лучше было бы выжигать, да теперь уже поздно. В качестве мишени выбираю камень в очаге - если уж тестировать, то в самом экстремальном режиме.
   - Возьмите Мрака и отойдите в угол, - говорю девушкам.
   Зазвенела тетива, накапливая энергию для выстрела, хлопнула, отправляя стрелу в полёт. Тут же послышался костяной треск. Поднимаю стрелу - наконечник раскололся, но древко выдержало. Отдаю Бьюкигре на осмотр.
   - Вроде целая, - сказала орчанка, повертев и проверив её на излом. - Можно первое кольцо сделать зелёным, а второе красным.
   - Почему? - тут же включилась в дискуссию Кайнати. - Два синих кольца будет лучше.
   Жёны начали обсуждать последовательность и цвет колец, не забывая при этом работать - смола уже достаточно растопилась. Срезав по пряди волос, девушки обматывали ими древки, окунали в смолу и насаживали наконечники. Было их всего шесть штук, хотя камней отдали много - и это с учётом того, что у нас была четверть всех собранных в карьере. Свою часть я поделил пополам, оставив остальное на будущее. И хвала духам, что хватило - синекожие монополисты держали высокие цены на свои товары. Впрочем, если кто-нибудь не желал покупать у дренеев, у него была альтернатива - перекупить ещё дороже у орков. Но, к чести синекожих соседей, товар стоит каждого потраченного камешка.
  

***


   Неделю спустя, дом Лейзими.
   Лейзими устало потёрла глаза, отгоняя сон. Истощение помогло ей скинуть подобие транса, в которое она впала в момент прихода подруги. Новости, принесённые Фетисой, были ошеломительными, как и их последствия. "Да, заработались мы на радостях..." - подумала девушка.
   - Так, милая моя. Сейчас ты умываешься, и мы идём спать.
   - Н-но я ещё не закончила! - возмутилась Фетиса.
   С момента прихода та дневала и ночевала в библиотеке, прерываясь лишь на еду и короткий сон. Но и сама Лейзими была не лучше.
   - Никаких но! Посмотри, в кого мы превратились!
   Отведя слабо сопротивляющуюся подругу в ванную комнату, Лейзими раздела и помыла её, не давая заснуть. Правда, сама при этом чуть не отключилась прямо в воде, но сумела пересилить себя.
  

***


   Проснувшись, Лейзими так и не вспомнила, как дошла до кровати. Рядом сопела свернувшаяся клубочком Фетиса. Встав так, чтобы не разбудить её (потом будет корить за то, что не подняла, но ей нужен отдых), девушка пошла завтракать.
   Фрукты не по сезону - комнаты возле кухни со специальными зачарованными полками не позволяли портиться продуктам, хлеб и немного мяса - самое то, чтобы перекусить и набраться сил. Насыщаясь, девушка размышляла о том, как изменилась её жизнь. Родилась она, как и Фетиса, во время перелёта, но хотя и была старше, отставала от той в магическом потенциале. Отсутствие притока новых знаний пагубно сказалось на их поколении. Во время перелёта использовать магию познания было, во-первых, нельзя, чтобы не привлечь демонов, во-вторых - не на чем, ведь всё на корабле было давно изучено. А теперь, на Дреноре, это вообще подобно самоубийству. Основной источник познания оказался недоступен, но Лейзими нашла альтернативу, собирая и перенося в книги все знания, до которых только могла дотянуться. И теперь она не упустит свой шанс.
   - Почему ты меня не разбудила? - укоризненно спросила её Фетиса, заходя на кухню.
   - Тебе следовало выспаться. Библиотека от тебя не сбежит.
   Схватив из тарелки яблоко, та уже намеревалась выскользнуть в коридор, но была остановлена.
   - Ты куда? Пока не поешь и не приведёшь себя в порядок - никаких книг! И вообще, до обеда мы гуляем! - уперев руки в бока, девушка заслонила выход.
   Фетиса замерла, ошеломлённо глядя на подругу. От волнения даже забыла прожевать откушенный кусочек яблока, и это сыграло с ней злую шутку - когда она набирала воздух, чтобы выразить всю степень своего возмущения, тот попал ей в горло, заставив подавиться.
   - Кха-гха-тьфу!.. - на глазах Фетисы выступили слёзы. Откашлявшись, она укоризненно посмотрела на подругу. - Разве ты сама не хочешь продолжить составлять материал?!
   - Хочу. Ты же знаешь, что значит для меня этот шанс! Но запускать себя тоже нельзя. Мы же, в конце концов, девушки!
   - Прости, - понурила голову Фетиса. - Я, кажется, слишком увлеклась.
  

***


   Позавтракав и умывшись, дренейки занялись собой. Фетиса расчёсывала волосы, а Лейзими обрабатывала пилочкой копытца, снимая лишний роговой слой. Покрутив левое перед зеркалом, удовлетворённо кивнула и принялась за правое.
   Фетиса, отложив расчёску, принялась приводить в порядок ногти. "А перерыв всё-таки пошёл на пользу", - подумала она. Сейчас мысли всё равно сворачивали на составление учебников, но она смогла взглянуть на некоторые вопросы под другим углом.
   - Как думаешь, а кем является Аргнак?
   - Я полагаю, что он - сын вождя, но мне не хватает данных. Он не сказал, умеет ли читать.
   - Ой, как бы нам не пришлось учить его сперва орочьему письму... - пробормотала Фетиса.
   - Ха, забавно будет, если он выучит дренейский раньше своего!
   Представив эту картину, девушки негромко рассмеялись. Лейзими уже закончила прихорашиваться и теперь перебирала диадемы, решая, в какой выйти на прогулку.
   - Но, скорее всего, он грамотный.
   - Почему ты так считаешь? - спросила Фетиса. Сама она также склонялась к этой версии, но ей было интересно сравнить наблюдения и выводы.
   - Первое, что бросается в глаза - он молод, но уже в хороших доспехах, и у него две жены. Второе - очень развитая речь. Ну и третье - раз заказал книгу, значит, умеет писать.
   - О, давай я разобью твои доводы? - с хитринкой во взгляде спросила Фетиса.
   - Конечно!
   - Хорошие доспехи - просто повезло. Ну, или он прирождённый охотник. Из первого следует второе - раз хорошо охотится, значит, управляет отрядом, вот в нём складно говорить и научился. Ну, а книгу он мог купить заранее, из любопытства, - перечислила Фетиса контрдоводы.
   - Спорные аргументы, но мы не должны ничего отбрасывать просто так, - отзывается Лейзими. - И раз уж предполагать, что он грамотный, то Аргнак может быть учеником шамана.
   - Ну, это уж точно перебор! - не согласилась Фетиса. - Ты же знаешь, что шаманы орков относятся к нам куда подозрительней своих неодарённых соплеменников из-за нашей магии. Ну ладно, чего гадать попусту. Зайдём сперва ко мне или пока просто погуляем?
   - За вещами сходим в конце прогулки. Ты ведь переезжаешь ко мне? - последние слова Лейзими были скорее утверждением, чем вопросом.
   - Ну, раз приглашаешь - я согласна!
  

***


   Мрак быстро рос, треская мясо как не в себя. Следуя наставлениям Кром'Гора, я каждый день брал его на прогулку, иногда вместо меня его выгуливали девушки. В поле он находил какие-то травки, разбавляя мясную диету. Охотясь на полевых крыс или рыбача, я угощал его свежатинкой. Повадился он и вещи грызть, и по совету Хатгаута я сделал ему палку, обшитую шкурой, которую периодически заменял, не давая щенку наглотаться опилок. Любил он и просто потрепать кусок шкуры, "злобно" рыча. Когда у него сменятся зубы и окрепнут челюсти, можно будет и в перетягивание шкуры с ним начать играть...
   Время шло к осени, зрели ягоды и фрукты, и я с жёнами принялся ставить бражку. Для начала изготовили глиняные горшки, просушив их в шатре и прокалив в одноразовой печи. Когда они остыли, мы сделали оплётку из сухой травы и каркас из прутьев, чтобы не бились в дороге. Каждый из них был дополнен "чулком" из шкуры, сшитым из нескольких слоёв, чтобы не пропускал воздух, конец которого опускался в деревянную плошку с водяным затвором. Помня, что обещал Лаурмаке рецепт, сделал один "на вынос", и теперь мы идём к ней в гости.
  

***


   Договорились мы заранее, чтобы не было накладок с другими "гостями". Бьюкигра с Кайнати тоже шли не с пустыми руками. Брать с собой что-нибудь из еды или какой-нибудь мелочи, сделанной собственными руками, было не принято, а потому взяли связку солёной рыбы. День был пасмурный, но дождя не было. Вот и её шатёр. Услышав нас, женщина откинула полог, пропуская внутрь.
   - Приветствую, - сказала Лаурмака. - Проходите, располагайтесь.
   Не заставляя себя ждать, прохожу внутрь, скидывая безрукавку. Хозяйка шатра, закрыв полог, унесла гостинцы к приготовленному угощению.
   - В этом горшке можно приготовить наливку, получится она вкуснее и полезней. Как заправишь ягоды, надеваешь этот свёрток и туго затягиваешь, чтобы воздух не проникал возле горлышка, - начинаю объяснять суть подарка.
   - Постой, у меня как раз поставлена свежая. Или она уже не годится?
   - Долго стоит?
   - Нет, со вчерашнего дня.
   - Тогда ничего страшного, можно сюда перелить.
   Лаурмака переливала, а я объяснял, что делать дальше и когда напиток будет готов.
   - Самое главное - воздух не должен попасть в кувшин, пока настойка не перебродит.
   - Я поняла, Аргнак. Спасибо за подарок! - добавила она грудным голосом.
   Думаю, оценит улучшившийся вкус. Похмелья тоже не будет, но судя по её словам, она и так не злоупотребляет подобными напитками. Присев к очагу, воздали должное угощению - к нашему приходу Лаурмака приготовила мясной пирог и пожарила рыбу. В процессе еды орчанки негромко общались о своём, о девичьем. Я особо не прислушивался, но судя по потемневшим щекам моих жён, Лаурмака делится с ними секретами своего мастерства. Долго задерживаться я не планировал и, поблагодарив хозяйку, собрался на выход.
   - Аргнак, - произнесла Бьюкигра, - можно мы немного задержимся и посекретничаем?
   - Я не против. Ещё раз спасибо за угощение, Лаурмака, и до встречи.
   - До свидания, Аргнак.
   Проводив меня до порога, Лаурмака напоследок многообещающе улыбнулась и затворила полог.
  

***


   Вот я и один в шатре, если не считать Мрака. Но волчонок дрых, поводя носом во сне и дёргая лапами - наверное, снится, что бежит. У каждого есть свои тайны, и пока орчанок нет, пришло время заняться одной из них. Память моя не идеальна, а потому теперь я записываю всё, что помню о грядущих событиях. Это поможет не забыть важные вехи и места.
   Просто записывать, пусть и неизвестным во вселенной Варкрафта языком, мне показалось ненадёжным вариантом - я знаю, что существует заклинание-переводчик, позволяющее понимать чужую речь и письменность. Потому оформляю всё в виде рисунков, маскируя понятные только мне значки и фигурки в виде узоров на прялке, топоре и прочих придумках. Копаться в моих вещах никто не будет, но если записи всплывут - потом будет меньше вопросов. Разумеется, много так не запишешь, но я каждый раз, глядя на рисунки, обновляю свои воспоминания.
   Впрочем, многого я и не знал, а потому расписать подробный план на все случаи жизни не получится - только в общих чертах и очень осторожно. Потому что, полагаясь на канон, можно серьёзно ошибиться - мир вокруг живой, и может меняться. А к каким изменениям приведёт моё вмешательство полностью просчитать невозможно. Да и ко времени точной привязки нет. Да, сейчас уже точно живёт Нер'Зул, причём он вроде бы уже немолод. Но он всё же владеет магией, причём лучше всех остальных шаманов орков, так что кто знает, сколько он может прожить - насколько я помню, как минимум одна колдунья из канона сумела сохранять молодость в течение нескольких сотен лет. Может, я от старости помереть успею, а он всё ещё будет жить и здравствовать, ни с каким Кил'Джеденом к тому времени ещё даже не встретившись! Так что для построения хоть каких-то планов надо будет на осеннем Кош'Харге разузнать имена вождей других кланов. И если среди них будут знакомые мне, тогда и можно будет утверждать, что я попал в описанные в каноне временные рамки.
   - А вот и мы! - донёсся радостный голос Бьюкигры.
   Задумался, и не успел убрать записи. И судорожно прятать на виду у девушек - значит привлечь к ним особое внимание. Кайнати, пройдя в шатёр, посмотрела на меня и отвела глаза, щёки её при этом сильно потемнели.
   - О, что это за рисунки? - заинтересовалась Бьюкигра, подсаживаясь ближе.
   - Так, кое-какие мои придумки. Пока не особо дельные.
   Рассмотрев прялку, травяной шатёр и топор, девушка потеряла к ним интерес. Переглянувшись с Кайнати, она негромко рассмеялась.
   - Знаешь, дорогой, Лаурмаке понравился твой подарок, и она тоже отдарилась кое-чем.
   - Рассказала все свои секреты?
   - Нет. Обсудив, как мы эээ... обнимаемся, она не нашла, чего бы нам ещё посоветовать, но подарила особого пива. Говорит, ты знаешь, что с ним делать.
   Афродизиак? Нет, спасибо, мне и так неплохо. Куда бы его деть, чтобы и не пить, и не пропало?
   - Помню-помню. Но нам оно не потребуется - уж слишком сильно оно на меня влияет. Лучше передарим его кому-нибудь.
  

***


   Осень - особое время года на Дреноре. Время изобилия. Созрели фрукты и ягоды, многолетние травы перевели все соки в корневища, и созрели злаки. Земледелием орки не занимались, но зерно заготавливали. Спроси меня на Земле, как такое возможно - затруднился бы ответить, ведь дикие злаки быстро осыпаются и не застилают поля до горизонта. Но мой народ нашёл выход - опустошать кладовки грызунов. И теперь Разящие Топоры непрерывно кочуют, сменив темп и построение.
   В колонну шли только те, кто перевозил шатры и прочий скарб, все остальные, от мала до велика, рассыпались окрест, выискивая запасы зерна. Если хозяин не успевал сбежать, тоже шёл на закуску - мясо у них хорошее, да и шкурки, пусть и небольшие, в хозяйстве пригодятся. Из них в основном шили одежду для орчат, что постоянно росли, а потому требовали частого обновления гардероба. Бьюкигра с Кайнати заняты сбором зерна, а я тяну волокуши. Мог бы и поменяться с одной из них, но я сильнее. Месяц с момента нашей свадьбы уже миновал, а потому теперь отдаём десятую часть добытого вождю.
   Много на себе не потаскаешь, а потому, хотя зерно ещё не кончится, собирать его скоро перестанем. Повторный сбор будет по весне, но там уже выгребаются остатки. Да и сама добыча не является отборной - нет, это смесь злаков, лишь некоторые виды довольно крупные. Скорее всего, именно они будут возделываться орками, когда перейдём на оседлый образ жизни. Но то дело будущего. А в настоящем у меня есть задумка, и её можно попробовать осуществить. Но сперва посоветуюсь с Хатгаутом - идея хоть и новая, но он мудрый орк и наверняка сможет чего-нибудь посоветовать.
  

***


   Разворачиваем шатёр на ночёвку, девушки сортируют собранные зёрна (часть из них - горькие), а я отправляюсь к шатру наставника. На улице почти никого нет - все уже сидят по шатрам или отправились в патрулирование. Волка Хатгаута на месте не было, но свежий запах трубки говорит о том, что сам хозяин дома.
   - Проходи, Аргнак, - донеслось из шатра.
   - Ты чем-то встревожен? - спросил меня учитель, едва я переступил порог.
   - Можно сказать и так. Мне требуется твоя оценка.
   Присаживаюсь возле очага, мельком глянув на рдеющие угли.
   - Я подумал - а что если часть собранного зерна хранить под землёй? Тогда не придётся носить его с собой, да и заготовить можно будет больше.
   Видя, что Хатгаут не спешит ругать или хвалить задумку, добавляю аргументов: - У грызунов же до весны зерно не портится.
   - Вряд ли вождь согласится потерять часть урожая. Задумка смелая, но пока не испробованная, - вынес свой вердикт старый шаман.
   - Но ведь если не пробовать, то вообще ничего нового никогда не будет!
   Выпустив клуб дыма, Хатгаут спокойно ждал, пока я успокоюсь. Вспышка раздражения прошла, и пришло понимание, что делать это придётся самому. Справлюсь - остальные переймут, нет - ничего не потеряют.
   - Ты придумал, как защитишь его от полевых крыс? Такому подарку они точно будут рады.
   - Можно выкопать нишу в обрывистом берегу, туда они точно не доберутся.
   - Попробуй. Посоветую лишь одно - прежде чем убирать зерно, хорошенько просуши, чтобы не сгнило.
   Чуда не произошло, но, может, оно и к лучшему. Поблагодарив за совет, отправился домой. Небо было хмурым и тёмным, как и моё настроение. К вождю смысла ходить нет, но провести эксперимент теперь - дело принципа.
  

***


   Вернувшись и скинув верхнюю одежду, прохожу поближе к очагу. В котле уже варится каша из свежесобранного зерна, а в плетёном туеске горка красных ягод.
   - Выменяли? - спрашиваю, обняв Кайнати.
   - Нет, сами собрали. Завтра ещё будут, здесь их много.
   Целую и поднявшуюся от очага Бьюкигру, обняв и задумчиво прощупывая её пониже спины.
   - Чего такой злой, Аргнак? - спросила она, чуть отстранившись.
   - Скорее, задумчивый. Есть у меня мысль наменять побольше зерна.
   - Зачем? Мы и так его наберём сколько надо.
   Так-то оно так, но небольшой излишек не сильно нам поможет посреди зимы, а вот если его будет много - тогда моя задумка точно удастся. Да и вообще, раз пошло такое дело, что я на злаках зациклился? Олембовый сок, сушёные ягоды и фрукты - всего надо будет зарядить под землю. Да то же варенье - точно не испортится! Сахара мы не добываем, но олембовый сок, думаю, неплохо его заменит. Варили же раньше на Земле ягоды в меду?
   - В вас я не сомневаюсь, но нам нужно много. И не только зерна. Ягоды, фрукты, если их высушить, можно будет тоже сохранить в земляной пещере.
   - Они испортятся, Аргнак, - отмела мои слова Бьюкигра. - Да и нет таких пещер. Каменные есть, а земляных ещё не нашли!
   Огр побери, иногда она очень остра на язык! Главное, по моей гордости не топчется, а в остальном... Ну, зато не скучно! Выбрав из вещей кусок коры и уголёк, начинаю зарисовку закладки, параллельно объясняя её устройство. Когда дошёл до вываренных в соке олембы ягод и фруктов, орчанки, не сговариваясь, решили немедленно опробовать новый рецепт. Сок у нас был, но я остановил девушек.
   - Это будет долго. Нужно выварить много жидкости, иначе потом может испортиться.
   - Откуда ты знаешь? - спросила Кайнати. - Ты же раньше так не делал.
   - Не делал. Но какое мясо скорее испортится - сушёное или сырое? Да и зерно плохо хранится, если не просушено.
   - Хорошо, - откликается Бьюкигра, - пусть будет долго, но разве мы уже ложимся спать?
   - Точно! А ещё можно будет, ммм, пообниматься! - добавила Кайнати.
   Кем надо быть, чтобы не понять такого намёка? Но нельзя бросаться с головой в любовные утехи сразу - ужин никто не отменял. Прошёл он отлично - под шутки и подначивания орчанок, что выясняли, кто первым будет варить ягоды в соке олембы. Выпало Бьюкигре, а я занялся Кайнати. Мы не торопились - некуда, а потому долго обнимались и целовались, не приступая к главному. Но пришла пора, когда сдерживаться уже не получалось, и я, подхватив девушку на руки, отношу её на шкуры.
   Выгнувшись, она подалась мне навстречу и укусила меня за мочку уха. А сегодня у неё игривое настроение! Мы знали друг друга уже долгое время и хорошо различали невербальные жесты и беззвучные просьбы. Долгая прелюдия сделала своё дело. Лежим, обнявшись. Слова не нужны, моя ладонь скользит по её орехово-коричневой коже, проверяя знакомые изгибы.
   Бьюкигра помешивала варенье, не давая ему пригореть.
   - Теперь моя очередь получить сладкое! - томным голосом произнесла она. - Кайнати, смени меня скорее!
   - Сейчас, подожди чуть-чуть.
   А завораживающий у нее голос, так и пробирает. Вторая орчанка действовала грубее и, как обычно, пустила в ход клычки. Поборовшись, мы приступили к главному, переведя противостояние в партер. Что же, свой "десерт" получила и она и теперь, угомонившись, лежала на мне.
   - Аргнак, - позвала Кайнати, - а может, оно готово?
   Похоже, я не учёл свойство сока олембы - остывая, он хорошо загустевал. Ложка, которой мешали варево, была покрыта слоем липкой массы.
   - Снимай с огня, попробуем, как остынет.
  

***


   Вчера вечером за дегустацией варенья обсудили планы на ближайшее время. Решили, что Кайнати с Бьюкигрой перестают собирать зерно, а полностью переключаются на варенье. Горшков под него мы не лепили, обходясь туесками из коры кер'габба. Молодые орчата и орчанки охотно меняли ягоды, фрукты и зерно на куски мяса. Что не удивительно - мясо на кустах не растёт. Чтобы оно не сопрело, орки на стоянках рассыпали его на шкуры, просушивая и перебирая. Погода всё больше портилась, то и дело накрапывал мелкий дождик, а день становился всё короче. За полторы недели все потребности в зерне были закрыты, и клан встал на стоянку.
   Вот уже второй день подряд я хожу углублять в обрывистом берегу реки нишу, вися на верёвке, привязанной к колу. На такой аттракцион приходят посмотреть все свободные орки, но лишнее внимание и советы меня не смущают. Вопреки запланированному, пришлось делать её больше, потому что было неудобно углубляться.
   Работа спорится, часть грунта я не стал сбрасывать в реку, а переместил наверх - как заполним нашу кладовку, закроем вход землёй. Чтобы ниша не завалилась, сделал решётчатый каркас, закрыв его сверху корой. Хотя, скорее всего, это перестраховка. Но будет вдвойне обидно, если пропадёт не только мой труд, но и все наши заготовки.
   Пообедав и отдохнув (Мрак приобрёл привычку спать с нами после обеда), собираем приготовленные на закладку продукты и излишки зерна. Огр, а много наменяли и наготовили - даже жалко закладывать. Подхватив две крышки из жердей, обитых корой, и мешок с песком, идём на берег.
   - Идут, идут! - закричали мальчишки, и со всех сторон стойбища к нам устремилась малышня.
   Дети постарше, те, чья охота будет через год или два, вели себя более степенно, отправляясь сразу на реку. Идём с набитыми рюкзаками, дорога до реки короткая, тем более наш шатёр находится с краю стоянки. Сняв рюкзак, привязываю верёвку к вбитому колу и спускаюсь к нише. Расположена она на половину орочьего роста ниже края, но достаточно далеко от воды. По крайней мере, весной её не должно затопить, да и к тому моменту она, скорее всего, будет пустой.
   - Песок, - командую Кайнати, готовясь принять мешок.
   По-хорошему, можно было наделать туесков и для зерна, но я решил хранить его россыпью, чтобы слой получился тоньше. Рассыпав сухой песок, разравниваю его рукою - сверху до этого уровня вода не должна просочиться с дождями, но благодаря такой подстилке продукты и снизу будут лучше проветриваться.
   - Зерно.
   Принимаю следующий мешок, высыпая его в нишу и разравнивая. Дальше девушки без понуканий подавали мешки с туесками, наполненными застывшим вареньем. Разгружал их на месте, расставляя стопками съедобный груз. Как освободил последний, получил четыре кола и первую дверцу. Вбив те в стены, пол и потолок, приткнул первую дверь. Теперь в освободившиеся мешки Кайнати с Бьюкигрой набирали землю, а я заполнял ею нишу, трамбуя её до потолка.
   Работа не быстрая, старался уминать землю равномерно и плотно, к тому же так, чтобы не выдавить первую заслонку. Теперь, когда до края осталась ладонь, устанавливаю вторую дверцу и расклиниваю её кольями. Старался сильно не пачкаться, чтобы не пришлось плескаться в прохладной воде.
  

***


   Приведя себя в порядок (вода совсем уже не для купания), собираем вещи и идём назад - до зимы нам тут больше делать нечего. Вернувшись в шатёр, берём туесок с вареньем и большой кус копчёного мяса и идём к моей сестре. Хоть и видимся почти каждый день, давно не были у неё в гостях. Лар'Тун был на месте, а вот племянника не было. Поприветствовав мужа сестры, проходим в шатёр.
   - Привет, Аргнак! Молодец, что пришёл.
   - Здравствуй, сестра. Ты спрашивала, чем мы занимаемся, пока остальные добывают зерно, и вот ответ! - протягиваю ей туесок с вареньем. - Только его лучше есть с травяным взваром.
   Принюхавшись, положила его на шкуру и пошла ставить котелок на огонь.
   - Давай помогу, - предложила Кайнати.
   - Не откажусь, - отвечала Шарилгра. - Тяжело мне что-то, только Долхар и спасает.
   И не мудрено, живот её стал ещё больше - скоро уже должна родить. Сестра присела обратно к очагу, а Кайнати с Бьюкигрой стали хлопотать по хозяйству.
   - Слышала, ты в землю зерно замуровал. Многие сомневаются, что из этой затеи выйдет что-то путное, - продолжила разговор сестра.
   - Пускай болтают. В любом случае, никто из них от этого ничего не теряет. Как ты себя чувствуешь?
   - Нормально, правда, есть всё время хочется.
   - Ещё бы, ты ведь не одна, - включилась в разговор Бьюкигра, погладив и свой живот.
   Оставив девушек пообщаться, отошли с Лар'Туном в угол - нам тоже было о чём поговорить.
   - Как поживает мой племянник?
   - Справный парень растёт! - взгляд орка наполнился гордостью. - Совсем уже большой стал. Эх, жалко, лет ему ещё мало - так просит нож.
   Сам я первый нож получил не раньше шести лет, и понимаю резон мужа сестры.
   - А если ему костяной сделать?
   - Не то будет. Да и проку с такой игрушки?
   - Если осколки кремня по краю закрепить, деревяшки строгать сможет.
   - Мужчины, отвар готов! - позвала нас Шарилгра.
   - Я подумаю, может, резец ему с кремнем сделаю, - добавил Лар'Тун.
   Вернувшись к очагу, принялись за варенье - сладость сока олембы оттенялась кислинкой горконики, а консистенция позволяла его жевать.
   - Ммм, ещё не поздно и нам такого наварить! - вынесла вердикт Шарилгра. - У вас есть ещё? Уж больно оно вкусное!
   - Так приходите завтра к нам - и угостим, и с собой дадим.
   - Договорились! - отозвалась сестра, быстро работая ложкой.
  

***


   Следующее утро, шатёр Аргнака.
   Бьюкигра проснулась раньше всех, но не спешила подниматься. Аргнак лежал рядом, и она смотрела, как мерно вздымается его грудь от дыхания. "А быстро у него укусы заживают!" - подумала она, рассматривая следы вчерашнего противостояния. Когда девушка, работая с ножом, иногда ранилась, её порезы заживали дольше. Муж снова придумал что-то, что может в будущем облегчить жизнь, и не побоялся это реализовать. Девушке было не привыкать к жалостливо-презрительному выражению, что опять появилось во взглядах некоторых орков.
   Было время, когда так на неё смотрели почти все - когда Хол'Тар не пригласил её в шатёр. Была в этом и часть её вины - слишком несдержанна была с ним на язык. "Но всё равно он не должен был так поступать!" До сих пор было немного обидно, но теперь жизнь наладилась. И во многом это была и её заслуга. Учтя свои ошибки, девушка старалась сдерживаться с Аргнаком, хотя ехидные слова то и дело лезли на язык. Теперь-то её не бросят, ведь она носит его ребёнка, но жить с тем, кто тебя презирает... Нет, она не повторит своих ошибок.
   Но и сильно ломать себя не пришлось - она уже выяснила, какие темы ему неприятны, и просто не трогала их. Часто Аргнак сам просил раскритиковать его задумку, и уж тогда-то она не сдерживалась! Главное - не задевать его самого. "Варенье точно сохранится!" - подумала девушка. Насчёт зерна она не была уверена - всё-таки грызуны хранят его по-другому, но даже часть успеха - уже успех.
   Встав как обычно (если осторожничать - Аргнак просыпается), девушка подхватила котелок и пошла к реке - завтрак сам себя не сварит. Умывшись и набрав воды, Бьюкигра поспешила