#Обновление 19.01.2019
  

7. «Вас много, а я одна!».


  
  К оглавлению
  
   В своих регулярных докладах Первому секретарю о ситуации в стране и первоочередных задачах на будущее директор НИИ Прогнозирования Василий Данилович Соколовский (АИ, см. гл. 04-11) неоднократно поднимал вопрос о реформировании системы торговли. Вскрывшиеся в 1958-60 гг факты масштабных хищений и злоупотреблений (реальная история, см. гл. 03-19) говорили сами за себя – официально «советская» торговля с самого начала своего существования в действительности была антисоветской.
   Аналогичные, хотя и не столь далеко идущие выводы представляли министр внутренних дел Вадим Степанович Тикунов, министр Государственного контроля Георгий Васильевич Енютин, руководитель Партийного и Народного контроля Николай Михайлович Шверник.
   На теоретическом уровне их выводы обосновал научный директор Института марксизма-ленинизма Иван Антонович Ефремов:
   – Сама сущность торговли как экономического явления предполагает её полную противоположность коммунистическому образу жизни. Торговля является неизбежным порождением товарно-денежных отношений. Безусловно, она имела большое, можно сказать – определяющее значение при становлении человеческой цивилизации. Но, как и другие общественные институты, вроде рабства, феодальной зависимости, налогов, на этапе перехода к коммунизму торговля неизбежно должна отмереть, уступив место коммунистическому безвозмездному распределению товаров и оказанию услуг.
   Собственно, первые подобные подвижки мы уже наблюдаем сейчас, на примере организуемых по всей стране сетевых объединений граждан, которые оказывают друг другу услуги на договорной основе и расплачиваются услугами за товары. (АИ, см. гл. 07-12).
   – Тут только надо учитывать два важных момента, – дополнил его выводы Иван Александрович Серов. – Первое: торговля – это идеальная питательная среда для получения нетрудовых доходов и всякого рода экономической преступности. Это не означает, что люди, работающие в торговле, не трудятся. Труд там, зачастую, не менее тяжёлый, чем на производстве, приходится и тяжести таскать, и за прилавком подолгу стоять, и работа с людьми, то есть нервная, и материальная ответственность имеется...
   Скажем, заместитель директора обычного овощного магазина должен быть на работе до открытия не позднее, чем в 7.30 утра. Значит, встать он должен в 6 часов утра. В отчётные дни, когда отчитываются продавцы, рабочий день длится до 10-11 часов вечера, хотя магазин закрывается в 8 часов. Отчёт продавцов – не реже 1 раза в 3 дня. В остальные дни, если ничего не случилось, заместитель задерживается меньше, но все равно раньше 9 часов уйти домой он не может. В среднем можно сказать, что его рабочий день заканчивается около 10 часов вечера. Заместители отрабатывают по 15-16 дней в месяц и находятся, на работе по 15-16 часов. В месяц это составляет около 240 часов, примерно по 55 часов в неделю, при установленной продолжительности рабочей недели 40 часов. У директора магазина в неделю выходит и до 60 часов, потому что часто приходится работать в выходные. При том директор магазина получает обычно 1600 рублей, а то и меньше.
   Работа нервная, каждый постоянно пытается обмануть и подставить каждого. Вся система торговли насквозь коррумпирована, взятки получают и дают все, от водителя до директора. Если не заплатишь водителю – тебе привезут машину подгнивших фруктов, но сгниют они у тебя в магазине. По скоропортящимся товарам, таким как виноград или клубника, срок подачи телефонограммы для вызова товароведа, чтобы оценить состояние – всего 4 часа, по остальным товарам – до 1 суток. Не доложили вовремя – сумму испорченного товара повесят на директора.
   Честные люди в торговлю работать не идут, либо их быстро подставляют и дальше либо «работай, как все», либо сядешь. Не позавидуешь. Но всё же возможностей для спекуляции, хищений и получения нетрудовых доходов в торговле больше, чем где бы то ни было.
   – Согласен, – подтвердил Первый секретарь. – А второе?
   – Второе: торговля, пока она существует, тянет и будет тянуть нас назад в капитализм. И она своих позиций без боя не отдаст. В «той» истории торговля при поддержке «сверху» сыграла важнейшую контрреволюционную роль, пряча продукты от народа и создавая искусственный дефицит всего, что и послужило причиной отказа населения защищать социализм.
   – Верно, – поддержал его Ефремов. – Если мы действительно хотим построить коммунистическое общество, мы должны найти способ постепенно заместить торговлю какой-либо альтернативной системой справедливого распределения материальных благ. Как она будет устроена – сейчас в подробностях сказать сложно, но, полагаю, необходимо продолжать и всемерно развивать обозначенный на XX съезде КПСС курс на автоматизацию торговли. Чем больше будет уровень её автоматизации, тем меньше останется лазеек для незаконного обогащения.
   Решения по автоматизации торговли действительно были приняты ещё в 1956 году:
   Из директив ХХ съезда КПСС:
   «…Максимально увеличить предварительную расфасовку товаров для продажи населению, развить сеть магазинов без продавцов, а также торговлю через автоматы, что позволит значительно улучшить обслуживание покупателей, сократить трудовые затраты в торговле и снизить издержки обращения»
   24 февраля 1956 года.
   Автоматизация торговли в середине 50-х – начале 60-х была насущной необходимостью – в стране откровенно не хватало людей, и привлекать их к неквалифицированной и морально развращающей работе было неэффективно.
   Что было ещё хуже – организация обслуживания в советской торговле была как будто нарочно направлена на создание очередей. Большая часть товаров продавалась вразвес и в розлив. То есть, покупателю нужно было отстоять очередь в один отдел, взвесить товар, потом в другой отдел – взвесить товар, и так далее, потому что, к примеру, мясо, молочные продукты и бакалея продавались в разных отделах. Затем надо было отстоять очередь в кассу, чаще всего касса работала одна на весь магазин, в лучшем случае из двух-трёх имеющихся. После чего с чеками собрать взвешенные товары.
   Положение несколько улучшилось после появления в 1958-59 гг магазинов самообслуживания, внедрения лицензионной упаковки «Тетрапак», (АИ, см. гл. 04-05) появления аппаратов для вакуумирования и продуктов глубокой заморозки, но все эти приметы прогресса пока ещё стали обычными в основном в крупных городах, уровня областных центров и выше.
   Торговыми автоматами в СССР начали заниматься ещё в 30-х. Этот вопрос серьёзно прорабатывал Анастас Иванович Микоян, занимавший в то время пост заместителя председателя совнаркома и наркома пищевой промышленности. В 1937 году он ездил в США и заинтересовался вопросом автоматизации торговли. Микоян не решился на массовое внедрение торговых аппаратов, но запустил в разработку установки для производства и автоматизированной продажи хот-догов и гамбургеров. Такой автомат был описан в статье в журнале «Техника – Молодежи» (№1 1938 года). Их появлению помешали война и последовавшая затем кампания по борьбе с космополитизмом.
   К проблеме вернулись в середине пятидесятых, использовав на этот раз комплексный подход. Министерство торговли вначале изучило иностранный опыт, закупив 37 торговых автоматов из США и Европы, не только из капиталистических стран. Пять систем привезли из ГДР. Были закуплены для изучения даже такие экзотические для Союза устройства как автоматы для продажи льда и горячих супов.
   В 1955 году, в качестве эксперимента, были открыты два автоматических кафе: «Закусочная №9 «Москва» в столице и «Закусочная «Дружба» в Ленинграде. Проекты работали вполне успешно. Местные власти поспешили отчитаться, что одновременно каждое кафе обсуживало 120 человек, а всего за день проходило около десяти тысяч покупателей.
   Понятно, что торговые автоматы и автоматизированные кафе в то время воспринимались населением как диковинка, и ходили туда не столько питаться, сколько подивиться, «до чего дошла наука». Впрочем, после «летающей в небесах суки» интерес к автоматам несколько поугас. И всё равно торговые автоматы оставались достаточно популярны, особенно у детей. Самым популярным из всех был автомат, продающий газированную воду. Ими заменили простые передвижные и стационарные сатураторы, ранее обслуживаемые продавцами. Такой сатуратор можно увидеть в фильме «Подкидыш» из него там пьёт Фаина Раневская, со словами: «Меньше пены!».
   Одним из разработчиков первых советских автоматов газированной воды стал Гари Дмитриевич Гамуля – тогда ещё студент Одесского технологического института пищевой и холодильной промышленности. Автомат для продажи газировки стал его дипломной работой.
   В сентябре 1957 года Гамуля проходил преддипломную практику в Харькове, на заводе «Механолит», выпускавшем самое различное холодильное оборудование, включая оконные кондиционеры, морозильные шкафы, низкотемпературные прилавки, охлаждаемые витрины. Заводское КБ получило задание придумать и сконструировать торговые автоматы для продажи напитков, мороженого, сладостей, бутербродов и выпечки. Но прежде всего – напитков, в таре и на розлив. Автоматы для продажи газировки были спроектированы и изготовлены менее чем за год, на базе серийных фреоновых холодильных агрегатов серии ФАК, выпускавшихся на «Механолите».
   Уже в мае 1958 года в харьковском магазине «Соки-воды» на улице Сумской были установлены первые в СССР автоматы газированной воды АТ-26 «Харьков». За 10 копеек они выдавали стакан охлаждённой газировки, за два «пятнарика» – добавляли в воду сироп.
   «Харьков» бесперебойно круглый год работал в закрытых помещениях, а с апреля по октябрь на открытом воздухе, одинаково успешно во всех климатических зонах СССР. Первые серийные автоматы «Харьков» со стеклянными стаканами и устройством для их мойки появились в Харькове, Одессе и Киеве, затем на ВДНХ в Москве. Позже их заменяли на автоматы с бумажными стаканчиками.
   Параллельно была разработана модель бесплатного автомата для выдачи воды на производствах. В «горячих» цехах ставили автоматы с тремя кнопками: вода с газом, без газа и с солью. Такой агрегат показан в фильме «Самая обаятельная и привлекательная». Одесские автоматы, не только для газировки, но и для продажи других продуктов, работали по всему Союзу, с высокой надёжностью, в диапазоне температур от -15 до +35 градусов, обеспечивая продуктам нужную температуру от -20 до +20 градусов.
   Для автоматов были изобретены и внедрены новые монетные механизмы, принимающие восемь номиналов монет (https://sovmint.ru/wp-content/gallery/nabori/cache/1961r.jpg-nggid03643-ngg0dyn-600x0x100-00f0w010c010r110f110r010t010.jpg) и подсчитывающие сумму нарастающим итогом. В 1960 году были сделаны компактные автоматы и водоразборные колонки для подводных лодок и кораблей Черноморского флота. Так что известная сцена «с газом» и «без газа», и стартом ПКР П-15 родилась не на пустом месте.
   Первый успех привёл к расширению сети автоматических кафе. Население встретило автоматизацию торговли с восторгом, особенно дети – интересно же! В таком кафе посетители зримо ощущали, что будущее наступило. Некоторые заведения, вроде ленинградского «Кафе-автомат» на Невском проспекте, дом 45 вошли в городские легенды.
   Заведение на Невском работало как бистро и славилось солянкой – вкусной тушёной капустой с сосисками, а также автоматами продающими пиво и несколько видов бутербродов. Бутерброд стоил 15 копеек. Чтобы его получить, надо было бросить монетку в щель огромного стеклянного шкафа.
   «Кафе-автомат» открылось одним из первых, ещё в 1957 году. Обслуживание было быстрым, поэтому вначале народ прозвал кафе «Пулемёт» или «Американка». Власти в этот период считали успехи в экспериментах с автоматизацией идеологически важным и за работой внимательно следили. Но в дальнейшем качество блюд и обслуживания заметно снизились, и за кафе надолго закрепилось не самое благозвучное название – «Гастрит».
   Уже в конце пятидесятых в Москве было создано объединение «Глававтоматторг». Только в столице в его сети работали 74 точки – кафе-мороженое, табачные и пивные магазины, и почти три тысячи автоматов по продаже газировки. (https://www.factroom.ru/rossiya/chto-prodavali-v-apparatah-vo-vremena-sssr)
   Поездка Первого секретаря в США в 1959 году придала направлению автоматизированной торговли ещё более мощный поступательный импульс. В Штатах через автоматы продавалось почти всё – включая куриные яйца, картошку по 9 кг (!) в пакете, горячий суп и уже подкуренные (!) сигареты. Неудивительно, что вернувшись из поездки, впечатлившийся Никита Сергеевич потребовал сделать «не хуже, чем в США».
   (Примеры торговых автоматов из США, которые мог увидеть Хрущёв в поездке https://ievon.livejournal.com/521023.html)
   Кстати, сделать непромокаемую тару – те же бумажные стаканчики, оказалось сложнее, чем сами автоматы – отечественные производители не могли добиться требуемого качества бумаги. С бумагой помогла Финляндия, с полиэтиленовым напылением – Швеция.
  
   По мере накопления опыта эксплуатации торговых автоматов первый восторг прошёл, уступив место здравой оценке их достоинств и недостатков. И тут начали вскрываться негативные моменты, на которые вначале не обращали внимания. Председателю Совета министров Косыгину доложил о положении дел с автоматизированной торговлей председатель Комитета партийного и народного контроля Шверник:
   – В целом торговые автоматы воспринимаются населением позитивно, чего не скажешь о работниках торговли. Для них торговые автоматы невыгодны, соответственно, работники магазинов очень часто занимаются скрытым саботажем.
   – Это почему? – удивился Косыгин.
   – Автоматы воровать мешают, – пояснил Шверник. – При продаже товара вразвес и в розлив у работников торговли широчайшие возможности для воровства и злоупотреблений. Тому не долил, этого обвесил... Автоматы, особенно рассчитанные на штучный товар, обмануть труднее. Вот торговля и старается всеми силами их саботировать. Способы самые разные, причём с точки зрения закона предъявить претензии часто невозможно.
   Вот, к примеру, автомат по продаже спичек. Повесили его в магазине, высоко на стене, рядом со штучным отделом, где всякая мелочь продаётся. Приходит бабка, тянется к автомату, кидает копейку, дёргает рычаг, а спички не выпали. Бабка в истерику:
   – Понавешали дураки этих ящиков под потолком, не дотянешься! Да вдобавок они ещё и товар не отпускают. Деньги берут, а товар не дают. Ну чего смеетесь?
   Пришёл директор магазина, объяснил:
   – Автомат повесили высоко – от мальчишек, а товар не выдаёт, потому что не включен. Идите, бабушка, в штучный отдел, так проще.
   (История реальная, из статьи Е.Темчин «Автоматы тунеядцы и труженики», журнал «Огонёк», 28 октября 1962 года. http://e-vending.ru/ru/rus_vending/news532-print.html)
   Тут сразу целый букет то ли глупостей, то ли откровенного саботажа. Зачем вешать автомат внутри магазина, где эти спички и так продаются? Чтобы их купить, надо всё равно зайти в магазин. Почему не повесить его в витрине снаружи, «мордой» на улицу? Почему автомат не включен? Заметьте – не сломался, а просто не включен. Почему нет таблички, что он не работает? Почему директор направляет покупательницу в штучный отдел, а не включит ей автомат?
   Или вот, ещё пример, – продолжал Николай Михайлович. – Поставили автомат в большом табачном магазине. Продаёт сигареты по гривеннику за пачку. Только никто к нему даже не подходит. Почему? Да потому что на прилавках богатейший выбор папирос и сигарет, а в автомате всего один сорт. Повесьте его на улице, в заводской проходной, в транспортно-пересадочном узле, на вокзале – выручка будет намного больше. Но нет, вешают в табачном магазине, чтобы далеко не ходить перезаряжать.
   Ещё глупость – в писчебумажном магазине стоят автоматы для продажи тетрадей и карандашей. Зачем? Повесьте их в школьных вестибюлях или в раздевалке, под присмотром сторожа – это же школьные товары! Нет, повесили в магазине.
   Торговые работники единым фронтом выступают против автоматов по продаже мелких штучных товаров – спичек, сигарет, карандашей, тетрадей, потому что стоят они дорого, выручка мизерная, сроки окупаемости у них большие, да ещё и постоянного обслуживания требуют – товар в автомат заряжать надо.
   Самые успешные на сегодня автоматы – те, что продают газировку и газеты, и ещё те, что разменивают мелочь в метро и для телефонов-автоматов. Газетные – потому что простые, дешёвые, чисто механические. Кинул монетку, дёрнул рычаг, получил газету. Такие автоматы могут работать десятилетиями. Автоматы газированной воды популярны, потому что стоят в людных местах, при этом товар не скоропортящийся и доступный любому, даже ребёнку. Но и тут наша доблестная торговля находит лазейки для незаконного обогащения, а виноватым, как обычно, делает конструктора автоматов.
   Несколько лет назад, ещё даже не в автоматах, а на тележках для продажи газированной воды установили автоматические дозаторы. Раньше продавец по своему усмотрению мог прибавить и убавить газ, и на глазок отмерял сироп. А автоматика дозировала всё точно и одинаково. И тут же эти установки начали часто ломаться. Торговые работники едва ли не хором начали жаловаться на их «ненадёжность». Конструкторы получили нагоняй, начали искать причины, разумеется, ничего не нашли, все узлы действовали безукоризненно. Пока проверяли – поломки вдруг, как по волшебству, прекратились. Инженеры опять стали выяснять, почему? И выяснили, что автоматические дозаторы тоже можно легко обманывать. Не довёл до упора одну рукоятку, и дозировка будет нарушена. Как только продавцы выработали определённый навык, поломки и жалобы сразу кончились. (там же)
   (В реальной истории уже в эпоху андроповских «чисток» вскрылись факты масштабных хищений в киевском подразделении «Автоматторга». Его директор и сотрудники научились подправлять дозировку сиропа, уменьшая её с пяти граммов до трёх. Чтобы это было не очень заметно, заказали стаканы с более толстым дном, в результате ёмкость их уменьшилась на 20 граммов. https://pulson.ru/nostalgiya/vendingovyie-avtomatyi-v-sssr-10-foto.html «Губит людей не пиво, губит людей вода» (с))
   – М-да-а… – Косыгин только головой покрутил. – Эту гидру побороть будет сложно. Она сама кого хочешь задушит…
   – Для сравнения – автоматы по продаже кваса, вина и пива в розлив далеко не так успешны. Товар скоропортящийся, к автомату подключается бочка, перед подключением непроданное пиво или вино надо сливать и промывать всю систему, – продолжил Шверник. – Для автоматов с вином и пивом используются жетоны, которые надо предварительно купить, тоже в автомате. Соответственно, жетоны надо из автоматов с вином вытащить, пересчитать для отчётности и обратно в жетонный автомат загрузить. К тому же у этих автоматов нет боковых и задних стенок, их делали как встраиваемые для установки в помещениях. Поставить их можно далеко не везде. В результате, те автоматы, что рассчитаны на продажу двух напитков, на практике обычно продают один – так возни с промывкой меньше.
   Ещё одна беда – стаканы. Бумажные слишком быстро кончаются, к тому же часто рвутся. И получается, что товар в автомате есть, а продать его невозможно. Автоматы со стеклянными стаканами надёжнее, но там другая беда – алкоголики уносят стаканы. Многие, правда, честно возвращают после использования, но всё равно проблема есть, часто даже вместо стаканов приходится поллитровые банки использовать.
   В магазинах и кафе-автоматах свои проблемы. Одна и та же продавщица может стоять жопой к прилавку и заявлять: «Вас много, а я одна!», а может обслуживать народ в пулемётном темпе, в зависимости от настроения. Автоматы от настроения не зависят, не хамят, работают всегда с одной и той же скоростью. Но при большом потоке посетителей люди, как показала практика, справляются быстрее. (https://pulson.ru/nostalgiya/vendingovyie-avtomatyi-v-sssr-10-foto.html). Вот такие дела, Алексей Николаич.
   – Та-ак… Вы, Николай Михалыч, всё, что рассказали, оформите мне докладной запиской, – попросил Косыгин. – А уж я министру торговли товарищу Павлову выволочку устрою…
   – Да у меня уже всё оформлено. Вот, тут и записка, и приложения – фотографии, протоколы, всё как положено, – Шверник передал председателю Совмина солидную папку. – Только вот винить во всём Павлова… Можно, но бесполезно. Ведь не сам же Дмитрий Васильевич пиво на улицах продаёт.
   – Он – министр! Должен понимать, как построить своих подчинённых!
   – Это, Алексей Николаич, не так просто… – Николай Михайлович, кряхтя, сменил позу, усаживаясь поудобнее. – Я вот в молодости на производстве работал, и я вам так скажу. Бывает, получает производство какую-нибудь оснастку, приспособление, а то и станок. Вроде оно и спроектировано хорошо, и производительность труда повышает, но если рабочий почему-либо работать на нём не хочет, производство выдумает хоть сотню, хоть тысячу причин, но использовать эту оснастку или станок не будет, а виноват в любом случае окажется конструктор – «не то спроектировал, работать неудобно». Причём, если спросить: «А как удобно?» – ответ будет: «Как раньше, без этой новомодной по..бени». Почему? Да потому, что люди уже привыкли работать определённым образом, выполняя одни и те же движения. Если оснастка повышает производительность труда – рабочий, прежде всего, боится, что ему расценки срежут, заставят работать больше за те же деньги. Тем более – прецеденты уже бывали. И это – рабочий, человек с достаточным жизненным опытом, но хотя бы честный.
   А теперь представьте, что у вас не рабочие недовольны, а продавцы, люди, которые всю жизнь работают по принципу «Не обманешь – не продашь». Да они какую угодно инициативу и новую технику утопят в дерьме, если она им воровать мешает. И людей этих миллионы. Примерно пять миллионов у нас в розничной торговле работает. (На 1962 г) Никакой министр эту армию жуликов и воров работать по-новому не заставит. Даже если всех их расстрелять и набрать новых – через год-два-три всё вернётся к тому же уровню воровства, что и раньше. Не потому, что люди плохие – потому что сама торговля испокон веков суть обман, и даже нормальные честные люди, попав в эту систему, вынуждены либо воровать как все, либо уходить.
   Общественные отношения меняются по мере развития производительных сил. А торговля, по сути своей, с восьмого тысячелетия до новой эры и до наших дней практически не изменилась. Как стоял продавец за прилавком – так и стоит. Как отмеривал товар в обмен на деньги – так и отмеривает. Так с чего бы ему вдруг, после одного разноса от министра, менять свою жизнь и начинать работать иначе? Торговец испокон веков работал «на себя», набивая свою мошну. Советская власть превратила торговлю в систему распределения, вынудив её работать во благо народа. Того народа, который эта торговля тысячелетиями обманывала, обсчитывала и обворовывала. Вот с чего ради работникам торговли прекращать этот тысячелетний обман и начинать работать честно?
   Тут, чтобы что-то изменить, нужно менять всю систему в корне. Менять самую суть системы – общие принципы распределения материальных благ. Но менять надо по-умному, поскольку эти принципы являются мотиваторами людей к труду. Поэтому просто взять и отменить торговлю, заменив её раздачей пайков на предприятиях, не получится. Пробовали, ещё во время «военного коммунизма» в Гражданскую. Падает производительность труда.
   И ввести «безусловный базовый доход» (https://postnauka.ru/faq/60477), как предлагают некоторые экономисты, начиная ещё с Томаса Мора, и кончая последней книгой Милтона Фридмана («Капитализм и свобода» 1962 г – понятие «отрицательного подоходного налога») у нас, при нашем низком прожиточном минимуме, означает – плодить тунеядцев. «Кто не работает – тот не ест», в Конституции записано. У нас есть уникумы, из диссидентов, что ухитряются для виду работать кочегарами и жить на 30 рублей в месяц, а остальное пропивать.
   (Антикризисный рецепт еды от митьков: Зельц – в СССР готовый стоил, ЕМНИП, 96 коп/кг https://www.youtube.com/watch?v=ELyTgCQjPCo чёрный хлеб и сало-шпиг, поровну. По случаю получения зарплаты купить, перекрутить все в мясорубке и закатать в трехлитровые банки. Полученным продуктом можно питаться в голодные времена, которые неизбежно случатся через пару недель, когда всё пропито. Впрочем, есть мнение, что в данном блюде вместо сала должен наличествовать плавленый сырок. https://powerforpeople.livejournal.com/336203.html).
   Когда материальная база коммунизма будет построена – тогда можно будет вводить коммунистический принцип «от каждого по способностям, каждому по потребностям». А пока, извините, рановато. У нашей экономики пока что штаны без ремня на пузе не держатся.
  
   Записку Шверника Алексей Николаевич изучил внимательно, долго думал, взвешивая и отметая один вариант за другим, намечая план действий. И только потом отправился посоветоваться к Первому секретарю. Не за разрешением – власти у Косыгина хватало и без того, Хрущёв ещё в 1954-м дал ему все полномочия в части экономики. Но поддержка нового дела со стороны партии, прессы, пропаганда – все это зависело от одобрения Первого секретаря. Да и согласованные решения всегда проще было проводить в жизнь.
   Докладывал не по бумажке, содержание записки передал своими словами, только подтвердил факты документами и фотографиями. Никита Сергеевич слушал с большим интересом, часто перебивал, задавая уточняющие вопросы:
   – А сколько стоит один такой автомат?
   – По-разному. Сложный, рассчитанный на несколько видов товаров, с холодильным оборудованием и суммирующим монетоприёмником может стоить до полутора миллионов рублей.
   – Да ты что? У нас зенитная ракета 22 тысячи стоит! (ЗУР для С-75) И какой срок окупаемости у такого автомата будет? – уточнил Первый секретарь.
   – Такой автомат и продукты продаёт не копеечные обычно, – пояснил Косыгин. – На бойком месте, да круглосуточно, автомат может продавать, к примеру, до 700-900 бутылок молока в сутки. А такие фасованные товары, как сливочное масло, стоят по 7.20 за пачку (72 коп по послереформенным ценам реала), или сыр по 15 рублей за полкило (килограмм сыра после реформы 1961 г в реале стоил 3 рубля, без реформы, соотв. будет 30 руб). Допустим, человек берёт пачку масла и полкило сыра, и таких покупателей проходит 400 человек в сутки – это уже 8800 рублей. За два дня автомат приносит прибыль, достаточную, чтобы, условно говоря, купить «Москвич». (407-й или 403-й стоил в реале 16000 дореформенных рублей)
   – М-да... И ещё даже обмыть останется... – Хрущёв быстро прикинул на бумажке. – То есть, окупается примерно за полгода... Да даже если за год – уже отлично!
   – Именно. Продавец получает, допустим, 1200 в месяц, 14400 в год, а украдёт вдесятеро от суммы зарплаты.
   – Да меня насчёт выгоды автоматов агитировать не надо, – пояснил Никита Сергеевич. – Есть предложения по улучшению ситуации?
   – Есть. Нужно выводить автоматическую торговлю из подчинения Минторга, – решительно заявил Косыгин. – Иначе так и будет сплошной саботаж. Нужна отдельная структура, занимающаяся эксплуатацией торговых автоматов.
   – Конкуренция? Соцсоревнование между ними и торговлей устроить?
   – Ни в коем случае! – покачал головой предСовмина. – Если сейчас, при подчинении «Главаавтоматторга» министерству торговли, автоматы уже страдают от тихого саботажа продавцов, то при прямой конкуренции это будет разгул луддизма. Много ли автомату надо? Фантик плотно свёрнутый в монетоприёмник сунули – и всё, вызывай ремонтников, а свалить всегда можно на мальчишек. К каждому автомату по милиционеру не приставишь.
   – М-да... Верно...
   – Автоматы торговые ещё хороши тем, что в будущем их можно будет подключать группами к ЭВМ и иметь точную статистику потребления.
   – О! Стоп. А заберу-ка я «Глававтоматторг» в прямое подчинение Госкомупра, – тут же решил Хрущёв. – Именно с расчётом на будущее подключение к общей системе. Но надо что-то придумать с дисциплиной, потому что везде, где есть доступ к материальным ценностям, будет воровство.
   – Этот вопрос надо продумать. Видимо, нельзя закреплять конкретный коллектив за определённой торговой точкой, а использовать что-то вроде ротации обслуживающих бригад, – посоветовал Алексей Николаевич. – Чтобы тот, кто товар закладывает в конкретный автомат сегодня, завтра уже обслуживал другой участок, и даже не знал, какая бригада обслуживает вчерашний, чтобы сговориться не могли.
   – Тут надо подумать, как это технически организовать. Не конверты же с приказами раздавать, как у военных, – усмехнулся Никита Сергеевич.
   – Что-нибудь придумаем, на основе мобильной телефонной связи, – ответил Косыгин. – Ну, и общие соображения: желательно ставить автоматы в самых бойких местах, где большой поток народа. Ставить или на улице, или в витринах лицевой панелью наружу, в тех случаях, когда это возможно, конечно. Молочные или мясные продукты так продавать не получится, тут однозначно нужно помещение с заданным тепловым режимом, и каждый автомат должен быть сам себе холодильником. Аппараты и плёнка для вакуумирования у нас уже освоены и выпускаются, соответственно, расширять объёмы и ассортимент фасованных продуктов для продажи через автоматы. При этом от продажи продукции вразвес и особенно в розлив надо уходить повсеместно, не только в автоматах, но и в обычной торговле. Только фасовка в стрейч-плёнку и вакуумную плёнку на картонной подложке, жидкие продукты – в «Тетрапак», либо в пластиковые небьющиеся бутылки и банки из ПЭТФ.
   При этом поначалу, пока недостаточно опыта работы со скоропортящейся продукцией, оставить её обычной торговле и осваивать постепенно. Для накопления опыта сначала продавать в автоматах всё, что не портится или долго хранится при комнатной температуре – бакалею, канцелярию, консервы, растительное масло, мелкую галантерейную продукцию – в общем, недорогую мелочёвку.
   Главное условие – выносить автоматы ближе к потребителю. Карандаши и тетрадки продавать в школе, печенье и пряники – в заводских и учрежденческих столовых и буфетах, сигареты – на проходных. Лучше бы, конечно, от табачных изделий вовсе отказаться, но пока это невозможно, придётся и эту торговлю поддерживать на приемлемом уровне.
   – Одновременно агитируя людей за отказ от курения и поощряя бросивших деньгами, – тут же добавил Первый секретарь. – Можно даже в тех же автоматах продавать вместе с сигаретами эти жвачки и антиникотиновые пластыри.
   – Верно. Ещё, по конструкции автоматов – отдавать предпочтение более дешёвым и унифицированным, на один вид товара или на разные, но однотипные. Для бутылок подойдут карусельные автоматы, что товарищ Челомей придумал, для того самого проекта, – Косыгин имел в виду «Орион». – Пачки масла, сыра и творога, сахар, печенье, чай, молочку в «тетрапаке» – да любые товары в прямоугольной упаковке можно продавать через автоматы сходной конструкции. Скажем, различные лимонады или сыр с маслом – их можно продавать вместе, подавая продукт из выбранного нажатием кнопки лотка или яруса карусели.
   Все автоматы должны быть только серийные, никакого эсклюзива, сделанного в единичном экземпляре, чтобы не было проблем с ремонтом и запчастями. Торговлю пивом и вином в розлив – ликвидировать вообще. Такую продукцию продавать только в бутылках, из стандартного карусельного автомата, чтобы не сливать в конце дня остатки и не промывать все трубки. Да и соблазна для хищений будет меньше.
   Ещё один момент – надо понимать, что у автоматов существует предельная пропускная способность, определяемая скоростью работы механизма. В общем случае человек может обслуживать покупателей быстрее, но не может работать круглосуточно и без выходных. Человек не может не воровать – слишком велик соблазн, когда люди ежедневно перелопачивают тонны материальных ценностей.
   Там, где нужно продавать скоропортящиеся продукты, может оказаться более выгодным не автоматы ставить, а использовать уже наработанный опыт магазинов самообслуживания. Если поставить не 2-3 кассы на выходе, а 10 или 20, и посадить кассиров в каждую, а не держать три четверти касс закрытыми, как обычно бывает, пропускная способность такого магазина будет намного больше любых автоматов. Очереди только в кассу, и минимальные. Но никакой торговли вразвес и в розлив быть не должно.
   – Вот это правильно, – одобрил Хрущёв. – Так и будем делать.
  
   Все рекомендации и наработки были тщательно учтены. В 1962 году в Москве, на улице Чехова д. 3 открылся магазин-автомат «Прогресс» (реальная история https://new-retail.ru/magaziny/istoriya/magazin_avtomat_progress_skazochnye_tekhnologii_v_sovetskom_riteyle5413/). Магазин был открыт по инициативе Госкомитета по автоматизации и механизации, и подчинялся не министерству торговли, а «Глававтоматторгу», переподчинённому Госкомитету управления СССР (Госкомупр). Разница была в том, что все автоматы в магазине были теперь не уникальными, а серийными. Разработали их специалисты Всесоюзного научно-исследовательского института торгового машиностроения. Магазин-автомат планировался не как столичная диковинка, а как головной в большой торговой сети, охватывающей крупные города.
   Все работники магазина были недавними выпускниками московских вузов. Никого с опытом работы в торговле в новое ведомство не брали, специально, чтобы оградить личный состав от обмена негативным опытом. Да и штат сотрудников составляли, в основном, специалисты-механики, инженеры и слесаря, а отнюдь не продавцы. За порядком в зале следила дежурный администратор, заодно помогая покупателям, запутавшимся с кнопками. За функционированием автоматов наблюдал дежурный механик при помощи общего пульта управления в соседнем помещении, включая автоматы дистанционно. Счётчики на пульте показывали количество товара, проданного каждым автоматом. Сигнальные лампочки указывали на отсутствие товара. Счётное устройство подсчитывало дневную и месячную выручку.
   Для продаж в зале было установлено 7 шестисекционных установок для продажи фасованных продуктов и 6 трёхсекционных – для бутилированных продуктов. Каждая секция была рассчитана на один тип продукции. Таким образом, в магазине продавалось 60 видов продуктов. 
   Все установки были оборудованы холодильниками, с помощью которых в автоматическом режиме поддерживалась оптимальная температура. На фасаде автомата в витрине был выставлен загруженный в него товар – коробка молока, пачка масла или творожный сырок, а над витриной высвечивалась стоимость товара. Забор товара происходил с помощью кнопки, расположенной под окошком. 
   Универсальный монетоприёмник обслуживал все шесть секций аппарата и принимал монеты достоинством от 1 до 50 копеек. В специальном окне высвечивалось количество денег, опущенных в приёмник. В любой момент можно было нажать кнопку возврата и получить монеты обратно.
   В контейнере 10 полочек, в каждой секции 10 контейнеров, и все они были выстроены в «затылок» друг другу. Такое решение позволило создать агрегат большой емкости и сэкономить площадь торгового зала. Максимальная загрузка автомата – 4200 единиц продуктов — пачек масла, творога, сметаны. (Описание полностью реальное, отсюда https://new-retail.ru/magaziny/istoriya/magazin_avtomat_progress_skazochnye_tekhnologii_v_sovetskom_riteyle5413/ )
   Первые полгода магазин работал в тестовом режиме, без какой-либо рекламы, чтобы не создавать ажиотаж, пока техника осваивалась в серийном производстве и устранялись неизбежные в любом новом деле мелкие недостатки.
   По результатам тестового периода были проведены существенные доработки. Монетоприёмники заменили на более универсальные, принимающие номиналы до рубля включительно. В связи с постепенным распространением магнитных карт автоматы оборудовали считывателями и соединили телетайпом с ближайшей сберкассой, где был установлен промежуточный терминал. Теперь покупатель мог сунуть банковскую карту в щель автомата и выбирать необходимое количество товаров, лишь поглядывая на отображающуюся на цифровом индикаторе общую сумму – деньги с карточки списывались автоматически, и не нужно было запасаться мелочью. Информация обрабатывалась в сберкассе и передавалась в городской отдел ОГАС. (АИ)
   Трёхсекционные автоматы для продажи бутилированных продуктов заменили на многоярусные карусельные. Такие же использовали для продажи продуктов в стеклянной и жестяной таре – различных консервов, солений и джемов. Ассортимент товаров за счёт этого был существенно расширен, но в целом практиковался подход, похожий на тот, что использовали в уже привычных населению «быстрых кафе» – сокращённый ассортимент товаров с акцентом на наиболее часто востребованные и самообслуживание без очередей.
   Важнейшим нововведением были чуть меньшие цены в торговых автоматах. Так, к примеру, пачка масла стоила в магазине 7 рублей 20 копеек, а в автомате – ровно 7 рублей. Официально это было сделано для удобства подсчётов, в действительности – чтобы перетянуть покупателей из обычных магазинов в автоматизированные. (АИ) В заведении вообще не было продавцов, а в аппаратах можно было купить можайское молоко в бутылках, сгущёнку в консервных банках, фасованное масло, сырки, булки и многое другое. (реальный ассортимент, см. https://bigpicture.ru/?p=904730).
   Инкассация производилась ежедневно – сразу после закрытия к магазину подъезжал «броненосец» с охранниками, забирал выручку и отвозил в сберкассу. Работники магазина покупательских денег даже не видели.
   Подвоз товаров был организован с ротацией экспедиторов и грузчиков, работающих по плану, генерируемому ежедневно случайным образом (АИ). Совсем избавиться от хищений было невозможно, но принятые меры заметно усложняли «труд» жуликов и воров.
   Лишь в апрельском номере журнала «Радио» за 1963 год появилась первая публикация об автоматизированном магазине на улице Чехова. (https://anlazz.livejournal.com/26285.html?nojs=1). Но этой публикацией не ограничились. Магазин посетили Первый секретарь Хрущёв и председатель Совета министров Косыгин, их визит снимало телевидение, репортаж показали в вечерних новостях. Руководству страны автоматизированный магазин понравился. Тут же, на месте, было принято решение в качестве первого этапа освоения открыть ещё по несколько таких магазинов в Москве, Ленинграде, Киеве и других городах-миллионниках.
   – На втором этапе автоматизации торговли такие магазины будем открывать повсеместно, во всех крупных городах, вплоть до областных центров, – пообещал Косыгин. – Автоматизированную торговлю будем развивать и расширять. На очереди – централизованное приготовление пищи на фабриках-кухнях и продажа её через сеть автоматов.
   «Глававтоматторг» открывал не только полностью автоматические магазины, но и устанавливал отдельные автоматы. Уже в начале 60-х в Москве 1960-1970-х на улицах, в пивных и магазинах стояли автоматы по продаже кваса, соков, пива и даже вина, молока и мороженого, керосина и папирос, горячего чая и кофе, сигарет, спичек, карандашей и тетрадок. При входе в метро стояли автоматы для размена монет, на вокзалах и крупных станциях — по продаже билетов. Теперь количество автоматов ещё более выросло, они распространялись на областные и малые города, хотя разновидностей торговой техники стало меньше – за счёт исключения автоматов для продажи вина и пива, и унификации, ставшей возможной после отказа от торговли в розлив и перехода к продаже фасованной продукции.
   (Все перечисленные выше торговые автоматы в СССР реально использовались в период 1960-70 гг. и были постепенно списаны после ухода с политической сцены Хрущёва. Без него революцию торговли мотивировать сверху стало некому. В самой системе советского общепита и розницы, заинтересованных в вендинге тоже не нашлось. Автоматы мешали жуликам проворачивать махинации и аферы. Кроме того, технику надо было регулярно чистить и обслуживать, например, сливать непроданное пиво. Аппараты ломались, ремонт постоянно затягивался.
   Уже в середине семидесятых от амбициозного проекта остались только автоматы с газировкой. Пивные, кафе, магазины закрылись или стали работать как обычный общепит, техника оказалась на свалке. https://pulson.ru/nostalgiya/vendingovyie-avtomatyi-v-sssr-10-foto.html)

   Были обоснованные опасения, что увеличится количество мусора. Однако, большая часть упаковки была бумажной или картонной, и легко перерабатывалась, а сбор пластика организовали в уже существующей сети пунктов приёма стеклотары. Но этим не ограничились, разработав мусорный контейнер-автомат для приёма пластиковых бутылок и банок (АИ). Чисто механический автомат, прикреплённый к контейнеру, заряжали 10-копеечными монетками. Механизм был заключён в суровый бронированный корпус. Поместив в него пластиковую бутылку или банку, пользователь дёргал за рычаг, как в автомате для продажи газет. Бутылка проваливалась внутрь, а пользователю выдавался гривенник. Местные люмпен-пролетарии устраивали охоту за выброшенной пластиковой тарой, что привело к неожиданному результату – во дворах стало только чище.
  
   После нескольких месяцев работы подвели первые итоги. Новый формат обслуживания населения оказался популярен у молодёжи, от школьников до студентов и молодых рабочих, а также у людей с высшим образованием, то есть – у всех, кому несложно было разобраться с техникой. Людей без образования, особенно женщин предпенсионного возраста, среди покупателей было меньше.
   Зато неожиданно много приходило пенсионеров обоих возрастов, обычно с внуками.(АИ) Пенсионеры – покупатели небогатые, и несколько копеек разницы в цене для них становились определяющим фактором. Чтобы разобраться с диковинной техникой, приводили внуков-школьников – и тем в радость, и самим выгодно.
   Традиционная торговля встретила нововведение без восторга, с осторожным скептицизмом. Опасность конкуренции со стороны «бездушных, но честных железок» осознавали все, и были даже случаи, когда материально ответственные работники увольнялись, объясняя своё решение тем, что им «неинтересно работать с автоматами» (реальная история, http://e-vending.ru/ru/rus_vending/news532-print.html). Нетрудно догадаться, что «интерес» был тоже, в основном, материальный. Но основная масса работников торговли особо не беспокоилась. Все понимали, что автоматизировать торговлю на 100% не удастся ещё долго.
   Об этом же высказался на совещании Госкомупра при подведении первых итогов Виктор Михайлович Глушков:
   – Не следует думать, что вот мы сейчас заставим всю страну торговыми автоматами, пооткрываем в каждом селе автоматические магазины, традиционная торговля тут же отомрёт и наступит коммунизм...
   – Не отомрёт, – мрачно отозвался Первый секретарь. – Они ещё успеют нагадить на наши могилы...
   – Ну, не всё так плохо, Никита Сергеич. Надо только учитывать, что далеко не все товары можно продавать через автоматы. Одежду, обувь, бытовую технику и электронику, сложные игрушки, мебель – всё это ещё долго придётся продавать традиционными способами, – пояснил Глушков. – Тут важнее другое. Введя в автоматы возможность безналичной оплаты товаров, мы сделали тем самым первый шаг к похоронам товарно-денежных отношений.
   – Это почему? – слегка удивился Косыгин. – Ведь на карте записана всего лишь сумма на расчётном счёте покупателя, с которого потом, в сберкассе, списываются деньги. Отложенный или дистанционный платёж всё равно остаётся платежом. Те же товарно-денежные отношения, только в электронном «фантике».
   – Потому что на магнитную карту можно записать любую информацию, а не только состояние расчётного счёта, – пояснил Виктор Михайлович. – А это значит, что мы можем постепенно начать переход от прямых денежных расчётов через безналичные расчёты к безденежной системе распределения, и этот переход будет проходить «бесшовно» и незаметно для населения. Пользуясь автоматами и магнитными картами, люди постепенно привыкнут обходиться без наличных денег. Далее, система социальной оценки (АИ, см. гл. 04-11), которая сейчас внедряется всё шире, уже сейчас формирует для своих участников «репутационный фонд», в котором каждый человек, его трудовой вклад и моральные качества объективно оцениваются коллективом в «цифровом» выражении – в виде баллов репутации. Ни для кого не секрет, что каждый работник фактически, и при капитализме, и при социализме получает зарплатой лишь малую часть от той прибавочной стоимости, что он на самом деле наработал. Разница лишь в том, что в капитализме невыплаченную работнику часть забирает себе капиталист, а при социализме она уходит в общественные фонды потребления, частично расходуется на содержание армии, науки и других необходимых структур, а частично возвращается работнику в виде бесплатного образования, здравоохранения, путёвок в санатории и пионерские лагеря, и так далее.
   При переходе к коммунистической системе распределения материальных благ, на начальном этапе, мы будем постепенно увеличивать долю товаров, которые каждый человек сможет получать не за деньги, а просто по факту наличия определённой суммы социальных баллов, начисленных за текущий месяц. Это будет похоже на продажу в кредит, когда человек берёт товар в магазине, а расплачивается потом, в сберкассе. Поэтому такую систему распределения можно назвать «системой социального кредита», и она будет работать в тесной связке с системой социальной оценки.
   – Но ведь при продаже в кредит человек всё равно потом расплачивается? Никаким коммунизмом тут и не пахнет, – возразил Косыгин. – Даже если со счёта будут списываться не деньги, а баллы социальной оценки – не вижу тут особой разницы. Получается, что баллы будут выполнять функцию денег, только и всего.
   – А вот и нет, – улыбнулся Глушков. – Различия принципиальные. Помните, когда мы только обсуждали систему соцоценки, я объяснял, в чём различие баллов и денег? Баллы – не деньги. Их нельзя унаследовать, найти клад из баллов, закопать на чёрный день или потерять. Превышение количества денег над количеством товаров ведёт к инфляции или дефициту. У баллов не может быть превышения, они виртуальны с самого начала. Баллы отражают заслуги только конкретного человека, а не полученное им наследство.
   – Да, помню, вы это уже говорили ещё в 59-м, когда мы только обсуждали введение системы соцоценки, – припомнил председатель Совета министров. – Мы тогда тоже обсуждали возможность бесплатного распределения товаров в зависимости от количества баллов у каждого конкретного гражданина. Вы это имеете в виду? Считаете, что мы уже подошли к этому моменту? Не рано ли?
   – Да, я имею в виду именно это, а подошли или нет, рано или не рано – пусть нам скажут экономисты, – ответил Глушков. – Я, например, считаю, что если у нас хлеб в столовых уже сейчас можно брать бесплатно в пределах разумной нормы (реальная история https://forum.ngs.ru/board/general/print/2004815052/ или http://tr.rkrp-rpk.ru/get.php?5475), если корма на основе хлореллы выдаются гражданам бесплатно аж с 1957 г (АИ, см. гл. 02-36), то это можно считать первыми результатами начавшегося постепенного перехода к коммунизму.
   Основная разница состоит в том, что в системе «социального кредита» начисленные баллы являются не «платёжным средством», а средством учёта социальной полезности каждого работника, учёта его ежемесячного трудового вклада в народное хозяйство. А дальше уже на переходный период от социализма к коммунизму можно предусмотреть необходимый ряд градаций, чтобы не демотивировать людей кажущейся уравниловкой.
   Если этот трудовой вклад находится в пределах среднего по стране, гражданин может, скажем, бесплатно питаться в столовой, получать какой-либо набор бесплатных продуктов, причём, по мере развития производительных сил, содержимое этого набора будет постепенно увеличиваться и расширяться.
   Если трудовой вклад гражданина существенно превышает средний уровень по стране – то есть, если это передовик производства, известный учёный и т. д. – ассортимент бесплатных материальных благ для него будет существенно расширен. Конкретику я приводить сейчас не буду, т. к. она будет изменяться в зависимости от экономической ситуации. Если же ежемесячный трудовой вклад не достиг среднего по стране, количество и ассортимент доступных гражданину материальных благ пропорционально урезается.
   – Угу, вплоть до «отлучения» гражданина от бесплатного хавчика, – добавил Первый секретарь. – То есть, в предлагаемой вами системе «социального кредита» баллы не обмениваются на товары и при «покупке бесплатного обеда» не списываются?
   – Да, ежемесячно начисляемые соцбаллы служат лишь индикатором достаточности трудового вклада каждого гражданина, – подтвердил академик. – Не важно, сколько у тебя денег вообще – важно, сколько соцбаллов ты заработал за текущий месяц. Но то, что ты наработал за прошедший период – тоже не пропадает, оно будет учитываться в долгосрочной перспективе при получении более дорогих материальных благ, скажем – жилья, бесплатного курортного отдыха, средств передвижения... Там могут быть самые разные варианты.
   Эту систему можно постоянно совершенствовать, в зависимости от прогресса экономики, гибко меняя условия. За счёт этого она будет более адаптируемой к изменениям текущей ситуации, чем деньги. В такой системе не возникнет инфляция, в ней постепенно отомрёт экономическая преступность, а для уголовной преступности будет создан надёжный заслон.
   – Это каким же образом? – удивился Косыгин.
   – Помните бессмертную фразу: «Пиво продаётся только членам профсоюза»? – усмехнулся Глушков. – Пока в стране существует денежное обращение, любой преступник может забрать деньги у гражданина, пойти в магазин и на эти деньги купить еды. Если же еда выдаётся только тем, кто официально работает на предприятиях и в организациях, при том работает достаточно хорошо, чтобы держаться на среднем по стране уровне, грабить граждан, или копить деньги преступным путём становится бессмысленно – жрать всё равно не дадут.
   Конечно, на пути внедрения такой системы будет немало всяких «подводных камней», и не стоит рассматривать её как панацею от всех бед социума вообще, – предупредил Виктор Михайлович. – Но переход к безналичным расчётам и автоматизация торговли уже сейчас позволят постепенно приучать граждан обходиться без денег, а когда они привыкнут – уже можно сначала полностью заменить деньги соцбаллами, а дальше, когда позволят производительные силы и будет построена материальная база коммунизма, использовать их лишь для формального учёта трудового вклада каждого гражданина.
   – Тем самым устраняется главный аргумент капиталистических «теоретиков» о якобы «невозможности» построения коммунизма без выращивания «нового», «абсолютно сознательного» человека, – подсказал Первый секретарь. – Мы не будем выращивать «нового человека», мы создадим обычным людям условия, в которых работать честно и с полной отдачей, «по способностям», будет выгоднее, чем воровать или лодырничать, так как только при условии честного труда они смогут получать «по потребностям».
   – Это вы, конечно, лихо придумали, товарищи, – охладил всеобщий энтузиазм Косыгин. – Однако, согласно справке министра торговли товарища Павлова, – он переложил несколько листков в лежащей перед ним папке и прочитал. – По данным предвоенной статистики, госмагазины обеспечивали только 59,4 процента товарооборота, 21,6 процента давали кооперативы, а 19 процентов – колхозные рынки. При этом на рынках свою продукцию законно продавали различные артели и кустари, поэтому 19 процентов – это явно заниженные данные. (цифры из https://pulson.ru/nostalgiya/vendingovyie-avtomatyi-v-sssr-10-foto.html). Сейчас цифры немного изменились, в связи с ростом продаж в сети госпотребкооперации «чистая» госторговля при значительном росте в абсолютном выражении, в процентном даже немного сократилась, примерно до 55 процентов. Госпотребкооперация выросла до 26 процентов, колхозные рынки слегка «ужались» – их доля составляет около 16-17 процентов, и ещё 2-3 процента составил, по очень приблизительным оценкам, товарооборот организованных в прошлом году сетевых сообществ граждан. Хотя там объём товарооборота оценить очень сложно, так как в основном граждане внутри сообществ рассчитываются бартером – «товар за товар» или «услуга за товар», или «товар за услугу». Традиционная мера расчёта в сельской местности – бутылка водки – тоже вписывается в данную схему.
   Все заулыбались – предСовмина описывал очень хорошо знакомую всем ситуацию.
   – Так вот, товарищи, сейчас колхозный рынок в сельской местности обеспечивает население большей частью скоропортящейся продукции, – продолжил Косыгин. – Любое государственное посредничество в виде заготконтор или скупки продукции у населения через госпотребкооперацию приведёт лишь к потерям и ухудшению снабжения. Но колхозные рынки работают только через наличный расчёт. Все ваши упражнения с магнитными картами и автоматами в сельской местности бесполезны. Торговые автоматы в селе не окупятся, там физически нет достаточного для этого потока покупателей. Мы что, по-вашему, будем строить коммунизм только для городского населения?
   – Нет, конечно, – ответил Глушков. – Этот вопрос решается через развитие средств связи и вычислительной техники. Обеспечить средствами безналичного расчёта все торговые точки можно везде, где есть отделение связи или сберкасса. Где её нет – ставится автоматический телефонный ретранслятор и кассовые аппараты, подключаемые к нему по радиоканалу, – академик положил на стол свой мобильный телефон. – Вот. Новая модель ЛК-5 товарища Куприяновича. В ЛК-4 был встроенный электронный телетайп для передачи коротких текстовых сообщений, в ЛК-5 уже имеется возможность отправки пакетов бинарных данных поверх аналогового радиоканала.
   – Ого! Это как это? – удивился Первый секретарь.
   – Так ведь она всегда была, с прошлого века, только ею не пользовались, потому что развитие пошло в сторону аналоговой передачи голоса, – пояснил академик. – Классическая «азбука Морзе», тире-точка – это же, фактически, двоичный код. Но код Морзе неудобен из-за наличия в нём обозначений разной длины – где-то два сигнала, где-то три, в цифрах – вообще пять. Поэтому для системы международной цифровой радиосвязи и навигации, которую мы разрабатываем вместе с США, Францией и другими странами, была разработана кодовая таблица ISCII-МСКОИ-CINEI(Code International Normalisé pour l'Échange d'Informations) (в реальной истории ASCII, разработана в 1963 г https://ru. wikipedia.org/wiki/ASCII). Поскольку разработка систем с самого начала шла совместно, кодировка изначально сделана восьмибитной, и в ней по разработанному стандарту сразу закреплены места для букв русского алфавита и символов основных европейских языков.
   К такому телефону уже можно подключить считыватель магнитных карт и более удобную клавиатуру. Добавьте устройство печати чеков – и вот вам кассовый аппарат, передающий данные прямо в ближайшую сберкассу. Если есть проводная линия – всё ещё проще. Далее, по информсети «Электрон», суммированные и обработанные данные попадают в ОГАС, где и учитываются. Собственно, такие аппараты в Зеленограде уже разработаны и сейчас проходят испытание в городской торговой сети (АИ).
   – Вот это хорошо, это по-нашему, – одобрил Никита Сергеевич.
   – Гм... Допустим... Этим способом можно подключить к системе магазины в сельской местности, – согласился Косыгин. – Но не оборудовать же таким набором каждое торговое место на каждом колхозном рынке?
   – А я считаю, товарищи, что вопрос нужно решать по-другому, – заявил Первый секретарь. – Товарищ Глушков, как глава проекта ОГАС, естественным образом пытается всё сосчитать и учесть. Но с таким подходом легко задавить всю народную инициативу, которую мы с таким трудом реанимировали и начали воспитывать в людях. Если мы будем пытаться всё зарегулировать и сделать государственным, никакого коммунизма у нас не получится. Потому что коммунизм – это общественный строй, основанный на инициативе народа, а не государственный. В этом он, кстати, неожиданно, но диалектически обоснованно сходен с капитализмом. Разница в том, что капиталист присваивает результат чужого труда, а при коммунизме результатами труда каждого пользуется всё общество.
   – Гм... а ведь действительно, есть некоторое сходство, – заметил Глушков.
   – Да, но я хотел сказать не об этом, – продолжил Хрущёв. – Вспомните, мы начали с внедрения системы перекрёстного премирования (АИ, см. гл. 02-36), которая потом выросла с вашей подачи в систему социальной оценки (АИ, см. гл. 04-11), а сейчас вы предлагаете систему «социального кредита». Очень правильно предлагаете, мне нравится. Но почему не пойти чуть дальше? Представьте себе систему перекрёстного премирования, охватывающую не предприятие, а целый город, область, а затем и всю страну? В которой каждый взаимодействует внутри своего сетевого сообщества, начисляя баллы репутации тем участникам, чьей продукцией или услугами он пользуется. А сам участник, в свою очередь, тоже предлагает какие-то услуги или товары, тоже получая за них баллы репутации. Почему не деньги? Потому, что товарно-денежные отношения ведут к моральной деградации личности, и коммунизм на них не построишь. Раньше мы были вынуждены пользоваться деньгами, только из-за отсутствия или технического несовершенства аппаратуры связи. Тогда деньги выглядели удобным и универсальным средством учёта и обмена. Пока не превратились в средство накопления. Но сейчас, когда появилась связь, способная обеспечить необходимый уровень коммуникаций внутри общества, пора переходить от денег к учёту репутации каждого гражданина.
   – По сути, эта репутация гражданина в обществе может быть интерпретирована как уровень благодарности общества гражданину за его вклад в общее дело, – подсказал Косыгин.
   – И уровень доступных гражданину материальных благ будет, в таком случае, зависеть от уровня этого вклада, – согласился академик. – Не будет ни несправедливости, ни уравниловки.
   – Во-от! Это очень важно – чтобы не было несправедливости, – поддержал Никита Сергеевич.
   – Я тут ещё один важный момент подметил, который товарищ Глушков, кажется, упустил, – добавил председатель Совета министров. – Он предлагает рассчитывать средний по стране уровень трудового вклада, при котором гражданин получает право на бесплатное обеспечение продуктами и товарами первой необходимости. Так, Виктор Михалыч?
   – Именно так, – подтвердил Глушков. – «Танцевать» надо не от заданной сверху «нормы», этак можно и к лагерной пайке вернуться, а именно от среднего по стране уровня.
   – Но в этом случае каждый наш успех, каждое достижение, будет немного поднимать этот средний уровень. И каждый человек, пытающийся, условно говоря, «заработать» больше среднего, чтобы получить что-то сверх обычного уровня снабжения, будет своим трудом эту планку повышать, – хитро улыбнулся Алексей Николаевич.
   – А ведь верно! – Хрущёв уже сообразил, к чему клонит предСовмина.
   – То есть, это будет своего рода «лекарство от застоя», гарантия, что общество не застрянет на одном месте, – пояснил Косыгин. – Нужно лишь, чтобы текущий средний уровень вычислялся постоянно и информация о нём должна быть общедоступной. Тогда каждый гражданин будет видеть, к чему стремиться.
   – Лучше, наверное, чтобы этот уровень не обновлялся постоянно, а был фиксированным до конца месяца, – предложил академик. – А то получится, что в конце месяца кто-нибудь сдаёт крупный объект, средний по стране уровень подскакивает, и вся страна из-за этого лишается бесплатной части снабжения. Едва ли люди такому обрадуются.
   – Вот на этом, товарищи, и закончим обсуждение, – подвёл итог совещания Госкомупра Первый секретарь. – Вам, Виктор Михалыч, поручение – сформулировать ваши соображения по системе «социального кредита» в понятном и доступном для населения виде, для последующего обсуждения. Понятно, что прежде, чем выносить такое предложение на референдум, нужно всё взвесить, и «обкатать» механизмы реализации либо на отдельных категориях граждан, либо в выбранных пилотных регионах.
   Вас, Алексей Николаич, попрошу дать поручение Госплану: вычислить, можем ли мы уже сейчас предоставлять гражданам какие-либо товары и услуги бесплатно, и если нет, то на какие показатели должно выйти народное хозяйство, чтобы это стало возможным. У нас уже инвалиды войны и пенсионеры обеспечиваются бесплатными лекарствами и продуктовыми наборами (АИ, см. гл. 04-11), нужно посмотреть, нельзя ли этот список расширить? Скажем, для кормящих матерей ввести какие-то бесплатные товары, вроде детского питания, подгузников и что там ещё младенцу нужно...
   Может быть, стоит провести первоначальные эксперименты, например, в закрытых городах. Там и уровень сознательности людей повыше, и вывоз бесплатных товаров для спекуляции будет затруднён. Министру торговли дать поручение ускорить внедрение кассовых аппаратов с подключением к информационным каналам. А я организую освещение в прессе и нашего плана автоматизации торговли, и пропаганду системы «социального кредита».
  
   Со второго полугодия 1963 года было организовано бесплатное снабжение новорожденных детским питанием, подгузниками и лекарствами. Идентификатором служили уже достаточно хорошо освоенные магнитные карты, на которые записывалась необходимая информация. Выбор товара не был ограничен одним-двумя наименованиями, можно было выбрать любой из списка категорий, выдаваемых матерям бесплатно (АИ). На бо́льшее расширение бесплатного ассортимента товаров пока не давал разрешения Госплан.