Глава 23
  
  
   После прощаний мы ещё более часа обсуждали приглашение на обед к Великому Князю Константину Николаевичу и как нам к нему стоит относиться. По ходу дела Софа высказала своё мнение о том, что во время прошедшего "светского допроса" НикОла рассказал правдиво и о чём мог умолчать, граф же поведал, как у Романовых обычно принято общаться с подданными, а также что для нас могут означать столь близкие контакты с семьёй второго человека в государстве и какие изменения в нашей судьбе они за собой повлекут.
   Максимум, на что рассчитывал Ростовцев ранее, - это вызов на беседу. Именно вызов, а не мягкое приглашение. То есть привели бы нас под светлые очи Константина Николаевича (встреча прошла бы в каком-нибудь зале его дворца, мимоходом и стоя), задал бы он нам пару-тройку вопросов, и лишь потом, уже через какое-то время, нас уведомили бы о принятом им решении. А вот к его жене, Александре Иосифовне, позвали бы только меня и Софью Марковну. Мою персону, естественно, в качестве певца, а нашу старшую - как "замечательного косметолога". Княгиня Наретова такие хвалебные оды напела Великой Княгине о красноярском косметсалоне, что ей теперь не терпится испытать наши методы омоложения на себе.
   В общем, всё должно было пройти не так значимо, как в результате получилось. Обед в кругу семьи Великого Князя - это совершенно другой уровень взаимоотношений с сильными мира сего, это - знак наивысшего благоволения. Причём не только для нас с Машкой, но и для графа Ростовцева в том числе. Про Софу речь вообще не идёт, для неё приглашение на обед к таким людям - это уже что-то из области фантастики. Ну не пересекается сейчас жизнь высокопоставленных персон с жизнью простых людей за одним столом! Слишком большая разница в социальном положении, да ещё время диктует своё. Это вам не начало двадцать первого века, где принцы на простолюдинках женятся, а президенты на улицах за ручку с прохожими здороваются; на дворе середина девятнадцатого, нынче всё иначе.
   Как же Константин Николаевич решился пригласить Софу? Ведь если для неё это огромная честь (в глазах всех слоёв российского общества), то для него как раз наоборот - в некотором роде умаление его достоинства. В ходе осмысления ответов НикОлы, в том числе и некоторых его нечаянных оговорок, мы смогли составить примерный ход событий. Да, Великий Князь собирался лишь взглянуть на нас, да, Великая Княгиня собиралась пообщаться с заинтересовавшими её персонами и... ВСЁ. НО... положение усугубил НикОла, рассказав папуле с мамулей о встрече со мной на балу.
   Осталось не совсем понятным, что он там про меня наплёл, но княгиня, послушав его, почему-то решила поинтересоваться у мужа судьбой сватовства графа Ростовцева, а заодно и перспективами моего усыновления. В процессе объяснений она даже слово попыталась за нас замолвить, но разговор с мужем у неё как-то не заладился. Он слишком негативно воспринял вторжение жены в дела своей "епархии". НикОла, конечно, в шутливой форме коснулся прошедших дебатов, но мы поняли, что общение у великих выдалось не из лёгких. Дело дошло до внутрисемейных отношений: Александра Иосифовна заявила, что Константин Николаевич не уделяет должного внимания своей семье и воспитанию детей. О как! Между прочим, для данного времени это довольно крутой наезд на мужа.
   Как я понимаю, тут княгиня высказала завуалированный намёк на шашни супруга на стороне. Мол, нефиг тебе, муженёк, по чужим бабам шляться, детей и жену тоже развлекать надо. Константин Николаевич в свою очередь попытался возражать и стал отбрыкиваться. Вот так постепенно, слово за слово, они и пришли к тому, что княгиня в ультимативной форме потребовала от князя организации общей с нами обеденной встречи (а фигли, развлечение и полезное общение в одном флаконе, для всего великокняжеского семейства). НикОла, кстати, мамулю с восторгом поддержал, и папуля под их общим давлением, можно сказать, вынужден был согласиться.
  
   Что это значит для нас? Во-первых, стоит ожидать, что Великий Князь будет нами очень недоволен - мы, как-никак, причина семейных разборок. И скажется ли это недовольство на его решении в отношении просьбы Ростовцева, одному богу ведомо. То есть, чтобы добиться своего, нашей компании предстоит долго и упорно приплясывать на званом обеде перед всеми. А уж мне так в особенности, поскольку получается, что по большей части я всему виной. Во-вторых, заранее ясно, что Александра Иосифовна и НикОла теперь на нашей стороне и постараются нас поддержать. А это немаловажно! Но... окончательный вердикт вынесет всё-таки Константин Николаевич.
   Что касается положения в обществе, то вне зависимости от того, как сложится наша дальнейшая семейная жизнь, статус каждого после званого обеда с великими подрастёт неимоверно. Ну... во всяком случае, на какое-то время уж точно. Нам откроются двери многих доселе закрытых для нас домов высшей аристократии, а также двери салонов самого высокого ранга. Хорошо ли это? Наверно, хорошо, но, честно говоря, у меня сложившаяся ситуация вызывает досаду. Преждевременна она. Случись эта свистопляска лет через пять, было бы замечательно. Я успел бы решить большинство производственных задач, наладил бы работу заводов и фабрик. Постепенно подрос бы в годах, освоился с местной светской жизнью и особо не напрягаясь смог бы уделять ей внимание в полной мере. А сейчас постоянные приглашения на чашку чая и разминку голоса будут только отвлекать меня от намеченных дел.
   Но... что случилось, то уже случилось. Дальше "танцевать" придётся от того, что имеем. Ай, ладно, разберёмся как-нибудь. Где наша не пропадала!
  

   На приём в Мраморный дворец, принадлежавший семейству Великого князя Константина Николаевича, мы отправились в карете клана Ростовцевых. Оказывается, у них для торжественных выездов и своя карета есть - золочёная, с вычурными вензелями, с гербами рода на дверках и с расфуфыренными лакеями на запятках. Ха... молодцы клановцы, держат марку! Как известно, в столице понты ценятся превыше всего.
   Ростовцев всю дорогу оставался серьёзен и задумчив, а Софа, как всегда, нейтральна. Правда, изредка она улыбалась каким-то своим мыслям и поглаживала графа по руке. Машка постоянно ёрзала в нетерпении, и по её лицу читалось предвкушение очередных развлечений. Должно быть, в мыслях уже строит детишек Великого Князя по ранжиру. Ой, да я даже не удивлюсь, если младшее поколение Романовых будет бегать за этой шалопайкой и в рот ей заглядывать. С неё станется!
   М-да... а вот как я отношусь к предстоящему обеду, мне и самому непонятно. Волнения, что удивительно, нет. Хм... почти. Видать, после бала у княгини Разумовой в моём мозгу какой-то предохранитель сгорел, или наоборот включился. Любопытство? Конечно, имеется. И в большом количестве. Да у любого свалившегося из двадцать первого века в девятнадцатый оно бы разгорелось, доведись ему пообщаться со знаменитыми историческими персонажами столь высокого ранга.
  
   Первый, кто встретил нас во дворце (кроме обслуживающего персонала, разумеется), был НикОла. Блин, не поленился ведь парень, пришёл лично проводить! Вежливо поздоровался со всеми, очень почтительно поцеловал ручки и Софе, и Машке, потом рассыпался в комплиментах. Я прям не знаю, что и думать. Неужто девчонки его так впечатлили? Или обихаживать каждую симпатичную юбку у него уже в натуре заложено? Хотя... наша старшая сегодня и вправду шикарно выглядит, а сестрёнка в своём платьице и в кудряшках прям куколка-ангелочек.
   - Мадмуазель, я рад, что наконец-то смог увидеть Вас во всей красе.
   - А я рада доставить Вам это удовольствие, Ваше Высочество.
   Ой, ой, ой! Опять у них обмен любезностями начался. Ау, ловелас, очнись и давай уже веди нас к родителям. Видно, НикОла в какой-то момент тоже осознал неуместность дальнейшей задержки гостей на входе и, пригласив нашу компанию следовать за собой, повёл всех наверх. Пока поднимались и шли по залам, он немного рассказал нам о том великолепии, что нас окружало. Именно великолепии, иначе и не назовёшь. Даже дворец княгини Разумовой тускнеет на фоне увиденного нами.
   Кстати, я в Мраморном дворце уже бывал - занесло как-то ещё в советское время на экскурсию. Правда, тогда в нём располагался музей Ленина, и антураж помещений выглядел иначе. Более блёкло, что ли. Нынешняя обстановка явно богаче. Сейчас здесь всё просто блестит и сверкает.
  
   Потом мы предстали перед Александрой Иосифовной, и я понял, что НикОла прав - нас уже заочно полюбили. Искренняя улыбка на лице княгини и её первые слова служат тому прямым подтверждением:
   - Charme de vous voir.*
   *Очень рады вас видеть. (фр.)
   И дальше в том же духе - по-французски. Мы, естественно, тоже на французском и представлялись, и отвечали на вопросы. Ничего не поделаешь, так нынче принято. Кое-кто из современной русской аристократии русского языка и не разумеет. Александра Иосифовна на графа глянула мельком (давно знакомы), Софу и меня изучала внимательно, а от Машки даже в восторг пришла и, приблизившись к ней, стала разглядывать. Сестрёнка, как обычно в таких ситуациях, скорчила самую миловидную рожицу, на которую была способна, и захлопала ресничками.
   - Quelle charmante enfant!* - воскликнула княгиня, а затем провела ладошкой по щеке Машули и добавила, - Charmante.**
   *Какой очаровательный ребёнок! (фр.)
   **Прелесть. (фр.)
   Чёрт, у меня от этой картины сразу всплыла в памяти информация из прошлой жизни - о том, что Александра Иосифовна, по воспоминаниям некоторых, не пренебрегала лесбийскими контактами. Кажется, где-то за границей у неё даже конфликт произошёл по этому поводу, с мамашами двух юных девиц. Княгиня то ли пыталась, то ли совратила малолетних. От мамаш она тогда откупилась, надеясь скрыть произошедшее, но в Петербурге об инциденте всё равно узнали.
   Вот ёлы палы! Нужно Софу предупредить, пусть присмотрит за этой... шаловницей и в случае чего гасит на ноль её "души прекрасные порывы". А то не дай бог к Машке со всяким непотребством полезет. Не готова малая к столь "высоким" отношениям. Вот вырастет, тогда и будет сама партнёров выбирать, а пока на фиг на фиг нам такое счастье.
  
   К моей радости, княгиня недолго малой любовалась, сказала, что хочет представить нам остальных своих детей, и сразу повела в соседнюю залу. Три мальчика и симпатичная девушка с лёгким недоумением представились нам, а мы в свою очередь представились им. Вера - самая старшая, ей, по словам графа Ростовцева, через месяц шестнадцать лет исполнится. Ребята гораздо младше: Константину одиннадцать, Дмитрию девять, Вечеславу семь.
   Забавно, что мальчишки больше всего Машку рассматривали, а Вера - меня. Александра Иосифовна с сожалением сообщила, что старшую дочь мы увидеть не сможем - она в отъезде. Как нам объяснил вчера Ростовцев, старшей дочки сейчас в России нет, она эмигрантка. Ей недавно работа за бугром подвалила, вот она и уехала в Грецию и пашет теперь там в качестве королевы эллинов. А что? Бывает! Подфартило девушке выйти замуж за греческого короля, вот она и упорхнула из отчего дома.
   Не успели мы и несколькими фразами перекинуться, как к нам присоединился Великий Князь Константин Николаевич, и процедура представления повторилась. Вид у князя в мундире со всеми регалиями внушительный, мне он чем-то морского министра Краббе напоминает. Вот только рост у Константина Николаевича маловат, он ненамного выше меня. Как у них с Александрой Иосифовной такой длинный сынуля вырос, непонятно. Акселерация, что ли? Рост у НикОлы, наверно, метр девяносто пять, а то и больше.
   И опять мы говорили недолго - слуги распахнули двери в обеденную залу, и мы проследовали к столу.
  
   Ну что сказать? Нормальный барский обед по нынешним временам. Заливные раки с рябчиками, стерляжья уха на высокой мадере, свежие устрицы, пирожки разные, свиной хрящ в сметане и белые куропатки с пикулями. Из спиртного вино и шампанское, а на десерт кофе со сладостями. В общем, ничего особо выдающегося я не узрел. Купцы в "Додоне" обычно намного круче гуляют и блюда гораздо изысканнее заказывают.
   За столом говорили мало, в основном оценивающе поглядывали друг на друга. Константин Николаевич и Александра Иосифовна смотрели спокойно, а вот их дети никак не могли скрыть своего любопытства - так и сверкали глазёнками. Их можно понять. Интересно ребятам, что это за чуднЫе гости к ним вдруг пожаловали и почему папа с мамой с ними так почтительно разговаривают? Меня эти гляделки особо веселили, подмывало кому-нибудь подмигнуть и посмотреть на реакцию.
   Кстати, из нашей компании наиболее скованным выглядел Ростовцев. Он прекрасно знает, к чему может привести неудачное завершение этого обеда. Впрочем, мы тоже знаем, но... Софа, похоже, вошла в какой-то лёгкий транс; она иногда таким образом излишние эмоции гасит, поэтому сейчас выглядит спокойно и естественно. А нам с Машулей, если честно, происходящее было по барабану, мы для себя уже расставили все точки над "i". Наша жизнь на этом не заканчивается. И даже если нас после этого обеда на улицу выкинут, это не проблема. Мы встанем, отряхнёмся и дальше пойдём. Мир большой. Всё равно когда-нибудь с великими на равных общаться станем.
  

  Прода от 04.03
  
   Наконец закончился и этот обед с переглядываниями.
За распитием кофе и поглощением десерта общение оживилось. В этот момент князь с княгиней так хитро разговор повели, что я сам, почти не желая этого, вызвался исполнить для них "свои" романсы. Вот умеют же некоторые светские беседы вести! Всего после какой-то пары тонких намёков непреодолимо тянет взять в руки инструмент и прочистить горло. Прям не хочешь, а запоёшь! По реакции великих стало понятно, что наша команда вела себя за столом весьма достойно, поэтому без нареканий прошла во второй тур соревнований.
   Ха... это я уже так прикалываюсь про себя над сложившейся ситуацией. Второй тур - это, разумеется, музыкальное представление. Мы переместились в соседнюю залу, где стулья для слушателей уже были расставлены вокруг рояля. Ну кто бы сомневался! Вот только великие не учли, что певцов и музыкантов к ним пожаловало двое. Так что стул Машули мы к роялю сами переставили, сегодня в четыре руки играть будем. От этого музыкальное сопровождение сильно выигрывает и украшает песни. Зря, что ли, мы с сестрёнкой столько тренировались под руководством мамули Ростовцева?
   Ну а дальше всё пошло по накатанной за последние три недели программе. И один я пел, и дуэтом с сестрёнкой, и оттарабанили мы свой песенный репертуарчик, как обычно, на ура. Хозяева не поскупились на аплодисменты, им всё очень понравилось. Особенно радовались дети. Я поначалу боялся, что мой голос в этой огромной зале с её шикарной акустикой потеряется на фоне рояля и голоса Машули, но потом освоился, и волнение улеглось. Справился, в общем.
   Всё-таки не зря с тех пор, как я первое представление для дам в Красноярске устроил, Софа взялась улучшать наши с Машкой вокальные данные. Петь в этой жизни предстоит много, ведь глупо не использовать столь эффективный способ воздействия на людей. Стало быть, инструмент под названием голос стоит настроить как можно лучше. И тут, надо признать, наша старшая подошла к делу со всей серьёзностью: и распевками мы ежедневно занимаемся, и настойки разнообразные пьём, и сырые яйца лопаем.
   А ещё Софья Марковна частенько нам горло на ночь пальчиками гладит. Не знаю уж, что она там преобразует или настраивает, но прогресс заметен. Диапазон наших голосов увеличился: Машуля более низкие ноты стала брать, я - более высокие. И звучат голоса уже сочнее и богаче, чем ранее, - обертонов добавилось. У меня к тому же громкость возросла. А ещё наша старшая уверяет, что подростковая ломка голоса мне теперь не грозит (была такая опаска, ведь телу моему всего четырнадцать лет).
   Я, правда, сначала не понял, зачем все эти процедуры сестрёнке нужны, у неё и так-то голосище будь здоров, и нет особого смысла его развивать. Певицей она, во всяком случае, становиться не собирается, но Софья Марковна сказала: "Так надо. В жизни пригодиться", и я с такой формулировкой согласился. Кто знает, с чем нам ещё предстоит столкнуться? Любой талант, брошенный на чашу весов судьбы, может стать решающим.
   Хотя ей, конечно, больше вокалом заниматься нужно - огранкой того, что имеется, а не развитием диапазона. Малявке от природы многое дано. Соревноваться с ней мне, например, бессмысленно. Она и раньше-то многих перепеть могла, а нынче и того круче стала. Её голос иногда до таких высот поднимается, что посуда звенеть начинает. Вот и сейчас Машуля одна исполняет новую песенку, наверно, лучше, чем мы вдвоём. Появляется ощущение, будто и воздух, и даже стены в зале вибрируют, а ведь поёт она не в полную силу, я-то знаю.
  
   Вернись, лесной олень, по моему хотенью!
   Умчи меня, олень, в свою страну оленью.
   Где сосны рвутся в небо, где быль живёт и небыль,
   Умчи меня туда, лесной олень!..
  

   После этой песни поднялся Константин Николаевич и извинился перед дамами за то, что ненадолго покидает их и уводит с собой графа - им кое-какие дела обсудить надо. При этом он и за меня заступился:
   - Александр, вижу, вы немного устали, можете пройти с нами. Я уверен, дальше Мария и одна справится.
   Та-ак, кажется, я понадобился для разговора. Вот только не пойму, о чём Великому Князю со мной говорить? Не о песнях же? Хм... неужто начинается третий тур соревнований? Не иначе, беседа "за жизнь" пойдёт, и меня станут проверять "на вшивость". Например, не заражён ли я "вирусом" нигилизма*? Не придерживаюсь ли филосовских воззрений старшего Патрушева? И вообще, как я отношусь к существующей власти?
   Блин... Или мы о политике дебаты вести будем? Ох, не дай бог! С великими о политике болтать опасно. Ай, да чего гадать? Сейчас всё выяснится. Естественно, отказываться от предложения я и не подумал, встал и пошлёпал туда, куда Великий Князь повёл. НикОла, кстати, тоже отправился вслед за нами, хотя его и не звали.
   *нигилизм (от лат. nihil - ничто) - философия, отрицающая общепринятые ценности, идеалы, нормы нравственности и культуры. Была распространена среди городской молодёжи конца девятнадцатого века, особенно среди студенчества. (прим. автора)
  
   Пришли мы, как я понял, в рабочий кабинет Константина Николаевича. Он сел за свой стол, потом предложил присесть нам, и мы устроились в креслах, которые стояли напротив стола полукругом. Почему НикОла за нами увязался, Великий Князь не спрашивал, - наверно, так и было задумано. И что показательно, первый вопрос князь задал мне. Стало быть, я, по всей видимости, являюсь тем, с кем больше всего хотят поговорить.
   - Александр, скажите, какое у вас сложилось впечатление о жизни в Сибири?
   - Нормальное, Ваше Императорское Высочество. Сибирь - благодатный край. Суровый, но благодатный. Жизнь людей там складывается в чём-то хуже, а в чём-то даже лучше, чем в столице.
   - Давайте, Александр, опустим титулование во время данного разговора. Обращайтесь ко мне по имени-отчеству.
   - Как Вам будет угодно, Константин Николаевич.
   - Так чего же в Сибири хорошего?
   - В основном, разумеется, природа... воздух. Опять же охота прекрасная. Да и цены на жильё не кусаются, как в Петербурге.
   Великий Князь усмехнулся, НикОла тоже, да и граф не удержал серьёзного выражения лица. Что ж, юмор - прекрасная разрядка напряжённости, а то обстановочка начала разговора слишком уж неоднозначная.
   - И что? Люди не боятся там жить?
   - Вы знаете, сибиряки на это отвечают так: "Страшна Сибирь слухом, а люди лучше всех живут".
   - Вот как! Почему же большинство чиновников и ссыльнопоселенцев стремится поскорее вернуться в Россию, а студенты, приехавшие из Сибири, домой возвращаться не желают?
   - К сожалению, многим жизнь в Сибири кажется скучной, слишком мало там развлечений, к которым они привыкли в центральной России.
   - А вы не в обиде, что пришлось провести много лет в отрыве от отчего дома?
   Тут усмехнулся уже я. Настал момент для давно заготовленной речи (чуточку подправленной в столице). Ещё в Красноярске я понял, что кто-нибудь когда-нибудь обязательно задаст мне этот вопрос.
   - Нет, не в обиде. ПапА хотел оставить меня с тётками в Петербурге, но я не согласился. С самой нашей отправки я воспринимал поездку в далёкую, страшную Сибирь как развлечение. В моём воображении это выглядело большим, полным опасностей приключением. Почему-то инородцев Сибири я представлял себе похожими на диких американских индейцев. Мне грезились схватки с дикими зверьми и туземцами, погони, перестрелки.
   Все опять стали улыбаться.
   - Потом, по прошествию лет, я, конечно, грустил иногда по родным местам, и не раз, но обиды на то, что меня увезли, по мнению некоторых, в жуткую глушь, никогда не возникало. Если бы я пожелал, то в любой момент мог бы возвратиться домой, папА был бы этому только рад. А так... Городскому любопытному мальчишке, кем я, по сути, тогда являлся, в Сибири есть и чем заняться, и чему поучиться. К тому же папА наукам обучал со всем усердием. В таких условиях просто некогда расстраиваться и задумываться о тяготах жизни. Для меня окружающая обстановка была нормальной. Я всегда помнил, что существует и другая жизнь, но желание вернуться к ней возникло лишь после смерти папА.
  
   Эх-х... вроде хорошо ответил. Аж самому понравилось! И похоже, мою речь все восприняли как должное. Дальше Константин Николаевич, оставив Сибирь в покое, взялся за Европу. Пошла политика, чего я и опасался. Великого Князя в первую очередь интересовала война Франции с Пруссией. И я, побоявшись, что для объяснения всех нюансов европейского конфликта мне не хватит словарного запаса (до этого мы говорили только по-французски), испросил дозволения перейти на русский, и оно мне было дано. Ну а дальше понеслась душа в рай. Блин, всё, что я Вяземскому с Ростовцевым рассказывал, пришлось по новой "разжёвывать".
   Как я понял в ходе разговора, основные мои доводы по этому конфликту граф уже изложил Великому Князю. А это, кстати, означает, что как разведчик Михаил Яковлевич работает именно на Константина Николаевича. В общем, мне оставалось лишь дополнить картину мелкими штрихами, что я и сделал. Потом мы обсудили вероятность войны с Турцией и её предполагаемые последствия. После на восток переключились, и я постарался убедить собеседников в необходимости захвата Восточного Туркестана. А что? Вдруг прокатит. Будет или не будет Китай права качать и войной грозить, неизвестно, а Россия при любом раскладе может выгоду получить. Или новой землёй обзаведётся, или продаст захваченное тому же Китаю, списав на покупателя все военные издержки. При этом в районах, граничащих с Восточным Туркестаном, настанет наконец-то тишь да благодать.
   от 26.03
   А в конце речь зашла и о наших с Путиловым производственных новшествах. Тут уж явно НикОла растрепал папеньке про наш вчерашний разговор. Ну да бог с ним... Хотите знать о новшествах? Тогда нам есть чем вас удивить. В общих чертах поведал о ближайших преобразованиях на заводе, после о дальнейших планах по расширению производства рассказал. Да-да, первую в России домну на коксе не Джон Юз, а мы запустим, и в придачу к ней первую мартеновскую печь соорудим. И паровозы со станками лучше европейских сделаем, и выпуск труб с патронами наладим. Короче, расписал я все наши замыслы в самом выгодном свете.
   Слушали меня господа очень внимательно, Константин Николаевич даже уточняющие вопросы задавал. Чувствуется, искренне интересуется человек, как там российская промышленность поживает. Напоследок я ему, как вишенку на торте, выложил информацию о моём желании заняться изготовлением торпед для военно-морского флота, а далее и производством подводных лодок с торпедными катерами. Но мои пожелания не произвели на Великого Князя большого впечатления.
  
   - Ваши задумки, конечно, интересны, и я буду очень рад, если вам удастся построить скоростные катера, да ещё и вооружить их самодвижущимися минами не хуже мин Уайтхеда. А вот строить подводные лодки, мне кажется, смысла нет. Как показывает практика, слишком мала автономность их хода. Почти все специалисты воспринимают подводные лодки как последний аргумент в споре враждующих флотов. Этакая защита прибрежных вод и портов. - Всё в мире меняется, и, как показывает прошедшее столетие, особенно быстро меняются оружие и методы его применения. Иногда достаточно придумать новый способ использования того, что уже имеется.
   Константин Николаевич усмехнулся, и его примеру последовали граф с НикОлой.
   - И какой же новый способ использования подводных лодок вы можете предложить?
   - Решение очевидно. Если подводная лодка не может доплыть до вражеского берега, её туда нужно доставить. Переоборудуем пароход для перевозки и отправляем его к цели, там он спускает лодки, и они выходят на охоту, а сделав своё дело, возвращаются к кораблю-носителю, и тот может выдвигаться к другому месту нанесения удара. Кстати, скоростные катера, вооружённые самодвижущимися минами, тоже можно перевозить и использовать подобным образом.
   О-о... улыбки сразу пропали. Похоже, господа такой вариант и представить себе не могли. После минутного переваривания информации Великий Князь вкрадчиво поинтересовался:
   - Александр, вы кому-нибудь об этом уже говорили?
   - Нет. Я и сейчас-то рассказал о возможном использовании скоростных катеров и подводных лодок лишь потому, что доверяю собравшимся. Поверьте, я понимаю опасность этой информации, и лучше всего, чтобы мир ещё лет пять о ней ничего не знал.
   - Почему пять лет?
   - Потому что через пять лет я смогу всё это построить. И скоростные катера, и подводные лодки, и корабли-носители.
   Ещё минута молчания, и опять вопрос князя:
   - Как понимаю, вы собрались подготовиться к войне с Турцией?
   - Не только к ней. Как мы уже обсуждали ранее, в наш конфликт с Турцией обязательно постараются вмешаться сторонние государства. Хотя бы с целью не допустить захвата нами черноморских проливов. А для боевых действий в узости проливов подводные лодки и катера идеально подходят. Одна только опасность неожиданного удара из-под воды остановит любой флот перед Дарданеллами, и мы, не особо потратившись, защитим Чёрное море от вторжения неприятеля. Точно так же можно и дунайские флотилии Турции заблокировать.
   Ха... здорово я загрузил господ офицеров новшествами. Вон как все нахмурились. Ничего-ничего, пора им задуматься о возможных изменениях в стратегии ведения войн на море в ближайшем будущем. Чем раньше задумаются, тем быстрее придут к правильному решению.
   - Александр, я попрошу вас и в дальнейшем не распространяться о сведениях, изложенных вами только что. Это касается также и нашей войны с Турцией, и войны Франции с Пруссией, и вообще политики в целом. Если у вас возникнут новые мысли по войнам и способам их ведения, выскажите их Михаилу Яковлевичу.
   - Слушаюсь, Константин Николаевич.
   М-да... не в меру разболтался ты, Сашок, вот тебе рот и заткнули. Остаётся надеяться, что твоё красноречие не пропадёт даром и к русско-турецкой войне Россия подойдёт более подготовленной.
  
   Великий Князь ещё минуту посверлил меня взглядом и поднялся.
   - Граф, все Ваши пожелания я постараюсь донести до сведения Его Императорского Величества в самое ближайшее время. Думаю, положительное их решение не заставит себя долго ждать.
   Ух ты! Наконец-то победа! Мы добились всего, что хотели.
   - Надеюсь, Вы пригласите нас с супругой на свадьбу?
   Оп-па, а это уже что-то из ряда вон выходящее. Одно дело для великих - позвать людей к себе на обед, и совсем другое - прийти к ним на свадьбу. Данное пожелание смахивает уже на приближение Ростовцева, а заодно и всей нашей компании, к самым верхам российского политического олимпа. Ведь по интонациям вопроса всем присутствующим стало понятно: не просто так, из любезности, Константин Николаевич интересуется бракосочетанием, а явно напрашивается на сабантуй.
   - Почту за честь, Ваше Императорское Высочество.
  
   * * * * * *
  
   - Так как, папА? Ты удивлён?
   - Чрезвычайно.
   - А я говорил, другого такого днём с огнём не найти.
   - Да-а, мальчишка одарённый и на жизнь смотрит не так, как другие.
   - Вот именно! Его взгляд порой выхватывает то, что мы просто не замечаем.
   - Да-да... Как понимаю, общения с ним ты оставлять не желаешь?
   - Он прекрасный собеседник и многое знает, с таким общаться и приятно, и познавательно.
   - Что ж, тогда я попрошу тебя ввести Александра в круг своих знакомых. Приглядись к нему получше. Хотелось бы знать, как он ведёт себя в повседневной жизни. Посмотри, как сложатся его отношения с девицами и молодыми людьми других фамилий. Познакомь с офицерами своего полка, а также с дамами. Понимаешь, о чём я?
   - Не станет ли Александр болтать лишнее о грядущих войнах? Не развяжут ли ему язык вино и дамы?
   - Правильно. Ты, насколько мне известно, в последнее время часто посещаешь салон баронессы Кошелевой, своди и его туда.
   - О-о, папА, баронесса очень опасна для юношей, увлекающихся поэзией. Боюсь, она может разбить его сердце.
   - Кто знает, кто знает, мальчик весьма расчётлив. И кстати, если он тебе станет высказывать ещё какие-нибудь мысли об изменениях во внешней политике европейских стран, ты уж не забудь мне об этом сообщить.
   - Хорошо, папА.
   - Ну что же, а я, пожалуй, с Путиловым поговорю, больно грандиозные планы у них с Александром намечены.
  
   * * * * * *
  
   Вернулись мы домой довольные донельзя. Своего добились, наладили тесные контакты с сильными мира сего, да ещё и развлеклись знатно. Всегда бы так день заканчивался! За вечерним чаем рассказали о встрече с великими Светлане с Вяземским, а заодно и заехавшей в гости мамуле графа. "Бабушка" у нас слегка переволновалась, не утерпела до завтра, захотела поскорее узнать, как там у сыночка дела с женитьбой разрешились. Ну, мы, разумеется, не стали секретничать и сообщили всем радостные новости, в результате получили кучу поздравлений и наставлений. А дальше сразу же пошло обсуждение даты свадебных торжеств.
   И тут дамы меня здорово ошарашили. По их мнению, подготовка к приличной свадьбе займёт как минимум два месяца, а если "бабулю" послушать, так лучше на неё и все три потратить. Ёлы-палы, да что можно готовить столько времени? Десять платьев шить, что ли? Не-ет, блин, платья и украшения - дело, конечно, важное, но главной причиной большого срока подготовки к свадебным торжествам в современном обществе всё же является созыв всех родственников и знакомых (а то, не дай бог, кто обидится). Тут ведь пока приглашения разошлёшь, пока люди подготовятся, пока до столицы доберутся, масса времени уйдёт.
   Ох, мама-мия, сколько ж нам ещё предстоит узнать о численности клана Ростовцевых? Слава богу, в этом плане у нас хоть с родственниками Софы проблем не наблюдается! Ну... точнее, она и сама не знает, остался ли кто-нибудь из них в живых, и если остался, то где они сейчас живут-обитают. Как родители её в барский дом на воспитание отдали, так уж никто больше из семьи родной кровинушкой не интересовался и даже весточки ей никакой не присылал. Да... такие уж нравы у современного крестьянства: пристроили дитя на тёплое место, и раз уж оно сыто, то и бог с ним. Оставшихся оглоедов хватает.
   Долго господа и дамы судили да рядили и в итоге пришли к компромису, удовлетворившему всех. Свадьбы состоятся в конце марта. Да-да, именно свадьбЫ! Потому что Светлана с Вяземским свою решили устраивать через неделю после бракосочетания Софы с Ростовцевым. По некоторым сведениям, у поручика дело с отставкой должно в понедельник сладиться, так что он уже почти свободный человек.
   Ох, чую, знатно мы погуляем в начале весны!