Пролог
  Июль 1938 года
  На собирающуюся над Москвой грозу тревожно посматривали не только жители столицы, но и пассажиры мерно постукивающего на стыках поезда, приближающегося к Казанскому вокзалу. Один из них, молодой мужчина лет двадцати пяти, поглядев в окошко, подумал: 'Вдарит как раз, когда подъедем, и придётся под дождиком до вокзала топать. Промокну, как цуцик'.
  Судя по тому, как всё шире стали расходиться пути, вокзал приближался. Приближалась и грозовая туча. 'А может, успею, если рвануть?'
  Мысль ему понравилась, и он, подхватив потёртый чемоданчик, сдвинул на глаза кепку и двинулся в тамбур. Там уже суетился проводник, потирая замызганной тряпкой поручни. На то, что пассажир достал обрезок газетки и принялся вытрясать на согнутый между пальцами клочок бумаги самосад из кисета, он отреагировал недовольством.
  - До прибытия потерпеть не можешь?
  - Не могу, папаша. Ты на тучищу глянь! Чую, ливанёт так, что не до перекура будет.
  Проводник глянул в окошко двери и промолчал. Не курящий, наверное, раз приоткрыл дверь и высунул в образовавшуюся щель кривой, явно когда-то пострадавший в драке нос.
  - И где ты такую дрянь взял? - поморщился он, когда нетерпеливый пассажир выпустил очередной сизый клуб дыма. - Нормальных папирос купить не мог?
  - Вот денег в Москве заработаю, и 'Казбек' курить буду, - осклабился тот.
  'Дедок' (а ведь и взаправду дед: как раз перед этим рейсом первая внучка родилась!) презрительно осмотрел пассажира. Ну, да. Очередной искатель хорошей столичной жизни. Сапоги хоть и начищены, но явно не новые. Вон, как каблуки стоптаны. Пиджачок откровенно знал лучшие времена, поскольку кое-где швы заштопаны рукой совсем не портного. Рубашка под ним, судя по цвету, стирана-перестирана и служит хозяину далеко не первый год. Относительно новые лишь чёрные сатиновые штаны да кепочка-восьмиклинка. Относительно новые.
  Куряка, стрельнув окурком в открытую дверь и пометавшись между нею и окошком второй, запетой, негромко выругался:
  - Вот же зараза!
  Он еле дождался, пока поезд встанет, соскочил на перрон и тут же нырнул под вагон.
  - Куда, дурной?! - перекрикивая шум ветра, крикнул ему вслед проводник, но тут же закашлялся, вдохнув поднятую пыль.
  А мужчина, не обращая внимания ни на пылищу, ни на ветер, ни на переливчатую трель милиционера, мчался в сторону вокзала, перепрыгивая через рельсы и уже примеряясь нырнуть под следующий состав. И совершенно не замечая быстро плывущего над землёй между составами, ярко сияя и, как бы ощупывая пространство вокруг себя щупальцами-разрядами, шара, нагоняющего его сзади.
  И тут загрохотало так, что проводник едва не оглох. А когда раскаты грома утихли, услышал в отдалении истеричный женский вопль:
  - Убило! Человека грозой убило!
  
  Апрель 2023
  - Демьянов! - выкрикнула высунувшаяся из приоткрывшейся двери девушка в ослепительно белой 'пилотке' с кокетливой кружевной каймой.
  Крупный мужчина лет шестидесяти поднялся со стула и, прихрамывая, двинулся в кабинет.
  - Раздевайтесь до трусов, - скомандовала медсестра, потом, покосившись на обручальное кольцо на левой руке, добавила. - Часы нужно снять. И кольцо тоже снимите. Металлических имплантантов нет?
  - Только сетка после операции на паховой грыже.
  Девушка сунула нос в бумаги и кивнула:
  - У вас МРТ головы, поэтому она не помешает. Укладывайтесь на спину головой туда, - ткнула она наманикюренным пальчиком в сторону пластикового кольца аппарата.
  - Эхе-хе, - прокряхтел пациент, с трудом взгромождаясь на стол. - Старость - не радость...
  - А молодость - гадость, - невесело продолжила поговорку сестра.
  - Ну, не скажите! Вот доживёте до моего возраста, и тоже будете мечтать хоть на денёчек вернуться в молодые годы.
  У девушки, видимо, были не самые радостные дни, и она промолчала, только движения пальцев по клавиатуре компьютера стали более резкими.
  Старик улёгся, и она, закончив печатать, принялась инструктировать его, как себя вести во время обследования.
  - Музыку, говорите, могу услышать? Музыка - это хорошо, музыку я люблю...
  - Постарайтесь не разговаривать, - фыркнула девица и нажала на кнопку.
  Подвижный стол медленно въехал внутрь аппарата.
  - Я включаю, - предупредила она.
  Её вмешательства в ближайшие минут двадцать больше не требовалось, и она со скучающим видом уставилась в экран компьютера. Умный аппарат сам зафиксирует все параметры излучений, обработает их и сохранит в файл, который потом перешлют специалисту. Не настолько велик Миасс, чтобы в нём жил высококлассный 'толкователь' результатов столь современного и сложного метода исследований головного мозга. Научиться включать аппарат - да, и она, выпускница медучилища, смогла. А вот на большее даже городские медицинские 'светила' не замахиваются.
  В комнатку заглянула подружка, сидящая в регистратуре, и мотнула головой в сторону выхода. Ага, типа на перекур выскочила, а самой не терпится узнать, чем дело закончилось.
  Весна, снег почти сошёл, солнышко пригревает, поэтому девушки даже куртки не стали накидывать, выходя на крылечко старого Дома Культуры, где их частная медицинская компания арендовало несколько комнат.
  - Не помирились? - догадалась подружка, прикуривая сигарету.
  - Ой, Танька, только ещё хуже стало. Особенно после того, как я ему про беременность сказала. Представляешь, этот урод заявил, что не собирается няньчиться с моими выбл*дками!
  - Что, прямо так и сказал?! Наташка-а-а... - пропела пухленькая медсестра-регистратор, округляя глаза. - Он что, про твои шуры-муры со Стасиком знает?
  - Вряд ли, - неуверенно пожала плечами Наталья. - А вот про Андрюшку или Артёма ему могли настучать.
  - И что теперь делать будешь?
  - Сначала попробую шантажнуть его тем, что он воспользовался моим пьяным состоянием, а если не получится - придётся на аборт идти.
  Того, что их услышит проходящий мимо очередной пациент, девушки не опасались: за углом громко тарахтел экскаватор, копающий какую-то яму под стеной Дома Культуры. Вдруг с той стороны раздался какой-то электрический треск, и экскаватор заглох.
  - Вот уроды! - выругался поднимающийся по ступенькам мужчина и остановился. - Всё-таки зацепили силовой кабель. А нам теперь без света сидеть. У вас его наверняка вырубило...
  - У меня же пациент в аппарате, - всплеснула руками Наташа и рванулась внутрь здания.
  - Что случилось? - встревоженно спросила её очень худая женщина, прижимавшая к себе болезненного мальчика лет семи. - Лампочки ярко вспыхнули, потом погасли, и теперь чем-то горелым воняет.
  Горелой проводкой воняло из комнаты с аппаратом МРТ. В ней было темно, не светились ни индикаторные лампочки, ни экран компьютера.
  - У вас всё в порядке? - с порога спросила медсестра. - Похоже, коммунальщики силовой кабель порвали.
  Пациент молчал и не шевелился. Похолодев, Наташа, подскочила к аппарату и схватила его безжизненную руку.
  - Танька, срочно звони в скорую! - выкрикнула она, влетая в регистратуру. - У меня пациент прямо в аппарате умер. И аппарат сгорел. Наверное, от скачка напряжения...
  - Точно умер? - уточнила Татьяна, тыча пальцами в телефонные кнопки.
  - Я проверила: пульса нет. Ни на запястье, ни на сонной артерии.
  
  1
  Голова болела нестерпимо, и Николай застонал. Как оказалось, не только голова, но и затёкшие от неподвижного лежания конечности. Но с ними было проще, чем с проклятым 'чердаком'. Пошевелил одной рукой, потом другой, затем пришла очередь ног. Шевелятся! Значит, всё-таки не инсульт, которого он жутко боялся. Из-за чего, собственно, и пришёл на МРТ: ежедневные боли в одном и том же месте левой стороны головы не давали покоя, а генетическая предрасположенность к разрыву мозговых сосудов у него имеется.
  Так, ещё один тест. В описании признаков инсульта говорится, что, в лёгких случаях наблюдается паралич не конечностей, а лицевых мышц. Становится 'кривой' улыбка, плохо поворачивается язык, неравномерно поднимаются веки. Нет, моргать получилось и одним глазом, и другим. Правда, перед глазами какая-то пелена стоит, видны лишь смутные очертания окна, стоящей радом кровати и висящей из потолка на проводе одинокой лампочки без плафона. Попробовал 'поиграть' уголками губ, изображая кривые улыбки. Получилось. Язык... Ага, вертится. Ещё мальчишкой Демьянов научился изворачивать его так, что он 'становится на ребро'. Тоже получается! И в одну сторону, и в другую.
  - Очухался, что ли? - послышался голос с соседней кровати. - Тогда пойду доктора звать.
  Пружины заскрипели, и тёмная масса, вначале со стоном поднялась на две конечности, а потом, шаркая по полу шлёпанцами, проследовала в сторону дверей.
  Зрение возвращалось, и достаточно быстро. А мозг уже жадно впитывал информацию от остальных органов чувств. Неповторимый запах больницы, шаги в коридоре, едва бормочущий на грани слышимости голос ведущего то ли по телевизору, то ли по радио. Палата...
  Куда же это его упекли? Такого убожества он ни в одной из городских больниц не припомнит: ни в Центральной части города, ни на Машгородке, ни в посёлке Строителей, ни даже в Старом Городе. Разве что, чтобы далеко не возить, могли доставить в больницу Первомайки? А что? От Дома Культуры до неё всего-то пара сотен метров. И в ней Демьянов точно никогда не лежал, насколько она запущенная, не знает.
  Стоп-стоп-стоп! Воздух! Воздух свежий, пахнет вымытой недавним дождём зеленью. И тянет этим воздухом из распахнутого настежь окошка. Какая зелень? Апрель на дворе, снег ещё не везде сошёл.
  Вошедший в палату доктор напоминал Айболита. Ну, просто как будто с него иллюстрации к стихам Чуковского рисовали: седые волосёшки, седая бородка клинышком, очки-'велосипеды', а на шее на шнурке висит... стетоскоп! Не фонендоскоп, а именно стетоскоп, слуховая трубка начала прошлого века. Нет, вполне можно понять, что доктору прекрасно известна его схожесть с литературным персонажем, и ради прикола он решил полностью соответствовать образу. Только где он ради этого такое чудо откопал?
  - Ну-с, батенька. Очнулись, значит? А я, если честно признаться, не очень и надеялся на такой исход. А ну-ка, покажите мне язычок, - улыбаясь, потребовал 'Айболит'. - Прекрасно! Теперь следите глазами за моими пальцами. Только глазами! Головой не вертеть. Просто прекрасно!
  - Надеюсь, у меня не инсульт?
  - Надо же, какая у нас образованная молодёжь пошла! Даже такие мудрёные слова знает.
  - У меня, между прочим, два высших образования, - обиделся Демьянов.
  На 'молодого человека' он не обиделся: всё-таки врач его постарше будет. Лет на восемь-десять.
  - А по вашему виду и не скажешь... Нет, юноша, не инсульт, а поражение высоковольтным электрическим разрядом, именуемым в народе просто молнией.
  - Какой ещё молнией? Я же хорошо помню, что лежал внутри аппарата МРТ, когда произошло что-то похожее на скачок напряжения, потому что светодиодные лампы ярко вспыхнули и тут же погасли. И... я потерял сознание.
  - В каком, я не понял, аппарате вы лежали? И какие лампы вспыхнули?
  - МРТ, магнито-резонансной томографии. А лампы были светодиодные. Их сейчас все стараются закупать, потому что они считаются экономичными. И не важно, что у всех эти модных девайсов срок службы - шиш да немного. Что у светодиодных ламп, что у многодюймовых айфонов с тачскрином. Машину нормальную тоже уже не купишь. Дошло, блин, до того, что чуть ли не главное достоинство современной тачки - количество пикселей разрешения её мультимедиа-системы и число USB-портов в салоне. Реклама - двигатель торговли! - разошёлся Николай.
  - Ну, да. Ну, да, - задумчиво произнёс доктор. - Вы, главное, не волнуйтесь. Память - она такая злодейка, что после подобных ударов ещё и не такие сюрпризы выкидывает. В общем, прописываю вам пока полный покой. Успокоительные порошки вам принесут. Так что лежите, отдыхайте, набирайтесь сил и постарайтесь всё-таки вспомнить, что с вами произошло.
  'Айболит' встал, а Николай психанул.
  - Вы что, меня здесь за шизика держите?
  Он резко откинул простыню, передвинул задницу поближе к спинке кровати, чтобы удобнее усесться, и... обмер. Руки были не его. Такие же крепкие, с удлинёнными пальцами, но мозолистые, с въевшейся в поры то ли землёй, то ли масляной 'отработкой'. Ногти, где обгрызенные, а где с чернеющей 'бахромой'. И нет на них привычных шрамов от порезов и юношеских драк. Зато имеются многочисленные другие, неизвестно откуда взявшиеся отметины.
  Дверь в палату открылась и в неё вошёл, видимо, сосед Демьянова. А вместе с ним из коридора донёсся и голос диктора радио:
  - В ночь на сегодня республиканские войска Испании начали мощное наступление на силы франкистов в районе реки Эбро...
  Что? Наступление на силы франкистов? И тут в голове словно щёлкнул выключатель.
  - Какой сегодня день, - изменившимся голосом произнёс он.
  - Двадцать пятое июля 1938 года с утра было, - хохотнул сосед, шоркая тапками по полу.
  
  2
  Пришли довольно быстро. Николай даже не успел толком оклематься от успокоительного, всаженного ему в ягодицу. Перед этим, правда, пришлось нюхнуть нашатырного спирта, поскольку он, как институтка, умудрился рухнуть в обморок. Наговорил он столько, что не могли не прийти. Особенно - в условиях царящей в эти годы шпиономании.
  - Собирайтесь, - кинул на кровать рядом с ним какую-то одежду гэбист с двумя 'кубарями' в малиновых петлицах.
  - На унитаз-то можно сходить?
  - На унитаз? - насмешливо поднял брови второй, с тремя 'кубиками'. - Кузнецов, проводи его до сортира. Вместе с Удовенко.
  Ага! Значит, считают ещё и опасным.
  Демьянов натянул на кальсоны сатиновые штаны, Кряхтя и поминая добрым словом армейские годы, намотал портянки и надел изрядно ношенную рубашку с отложным воротником.
  Ноги ещё держали плоховато, и ему пришлось придерживаться за стеночку, пока доковылял до туалета. А ещё жгло ступни: пока мотал портянки, обнаружил на них красные точки, совпадавшие с расположением гвоздиков на подошве сапог. Пожалуй, тот парень, в которого неизвестно каким образом переселилось его сознание, действительно пережил близкий удар молнии. И 'крякнул', убитый шаговым напряжением.
  Коридор был пуст. Видимо, гэбэшники распорядились убрать свидетелей задержания. Зато радиоточка бодро гремела 'Маршем весёлых ребят': нам песня строить и жить помогает.
  Нет, это всё-таки не сон. Во сне, когда хочется помочиться, ты либо никак не можешь добраться до туалета, либо что-то отвлекает от 'дела'. А тут 'краник' благополучно испустил в нещадно воняющую дырку в полу желтоватую струйку, и мочевой пузырь перестал подавать призывные 'звоночки'. Нет, всё совершенно реально. И боль в ногах, и шершавая побелка на стене, остающаяся на пальцах, и разогретая кожа заднего сиденья 'эмки', на котором его зажали с двух сторон Кузнецов и Удовенко, и запах раскалённого асфальта, врывающийся в приоткрытое окошко.
  Автомобильного движения по городу, считай, нет. Ни на Сретенке, ни на Большой Лубянке. Редко-редко попадутся древние Зис-5, Газ-АА или даже АМО, ещё реже - легковые 'эмки'. И пешеходов намного меньше, чем в то время, когда Николай в последний раз бывал в столице. Понедельник, большинство людей на работе...
  Допрос начался, как и положено, с установления личности.
  - Имя, фамилия, год рождения.
  - Не знаю.
  - Что значит, 'не знаю'?
  - Гражданин начальник, меня забрали из больницы, куда, как говорит доктор, я попал после удара молнии. Я этого совершенно не помню. Как не помню, как меня зовут, когда и где я родился, как я оказался в месте, откуда меня забрали в больницу.
  - Сидел, что ли?
  - Не знаю.
  - Не знаешь, а обращаешься, как будто уже бывал под следствием.
  - Слышал, что так положено.
  - От кого слышал?
  - Не знаю.
  - Может, хватит Ваньку валять, гражданин Шеин Степан Макарович? Это твои документы?
  - Не знаю. Фотография на моё лицо похожа. Как вы сказали? Шеин Степан Макарович? Спасибо, буду знать.
  - Издеваешься? - грозно привстал из-за стола Кузнецов.
  - И не думаю. Я же вам уже сказал: я ничего не помню о себе.
  - То, что у тебя два высших образования ты помнишь, мудрёные иностранные словечки помнишь, а всё остальное забыл? Не забыл ещё, где находишься и с кем разговариваешь, - перешёл на крик сержант ГБ.
  - Нет, этого не забыл. Это было уже после того, как я пришёл в себя после удара молнии.
  - Чемодан твой?
  - Не знаю. В больнице мне его выдали как мой.
  - Ничего, выясним. Если на нём твои отпечатки пальцев, значит, твой.
  - Совершенно согласен! И даже буду рад узнать, что у меня есть хоть какое-то имущество.
  - Что в нём находится?
  - Не знаю. Я его не открывал после того, как мне его выдали в больнице. Вы же видели. А что было в нём до этого, просто не помню.
  - То есть, ты не отрицаешь, что в нём твои вещи?
  - Если выяснится, что он мой, то, значит, в нём и вещи мои. Так что, гражданин начальник, давайте займёмся отпечатками пальцев.
  Процедура знакомая, Николаю приходилось её проходить, когда у них обокрали офис. И оказалось, что сам процесс остался прежним: коробочка с краской, квадратики на личной карточке, к которым нужно приложить испачканные краской пальцы.
  Эксперт, припорошивший фанерный ящичек специальной смесью, аж присвистнул от того, сколько снаружи вылезло 'пальчиков'.
  - Кто, кроме вас, мог касаться чемодана?
  - Да кто его знает? В больнице перекладывали, пока меня до больницы везли, наверняка кто-то лапал. Может, и не один человек. Если правду говорят, что меня на вокзале подобрали, то, может, и в поезде кто-нибудь трогал.
  - Вскрывать чемодан будем?
  - Обязательно!
  В общем-то, внутри ничего предосудительного не нашлось. Типичный набор 'гастарбайтера' 1930-х: пара чистого белья, ещё одна рубаха, только заштопанная, свежие портянки, кулёк с самосадом. Помимо этого, ножик-складешок, которым явно резали лежащую там же нехитрую снедь - краюху чёрного хлеба, луковицы и небольшой шматок сала. Зато отпечатки пальцев, за исключением парочки размазанных и старых, принадлежали одному человеку - Шеину Степану Макаровичу. И ещё нашлось письмо, обращённое к Степану от имени какого-то Алексея, хвастающегося как хорошо он устроился на одном из московских заводов, и зовущего друга к себе.
  - Это твои вещи?
  - Наверное. Точно не могу сказать: не помню я ничего, что было до того, как я очнулся в больнице.
  - Ничего, выясним. Всё выясним! - пообещал Кузнецов не без угрозы в голосе.
  
  3
  Два дня Демьянова не трогали. Видимо, занимались уточнением данных, полученных из найденных при нём документов. А на третий снова привели в 'допросную'.
  - Проверили мы тебя Шеин. И, как ни удивительно, все данные, почерпнутые из твоих документов, подтвердились. Действительно, есть такой гражданин, родившийся 25 мая 1913 года в селе Конобеево под Рязанью, из крестьян, сирота. И даже номер паспорта, выданного на твоё имя, подтвердили. И друг твой, Алексей Тетюхин, подтвердил, что письмо тебе писал и ждал тебя в Москве в тот день, когда ты в больницу попал. И по фотографии тебя опознал.
  - Значит, меня можно отпускать? - 'закосил под дурачка' Демьянов.
  - Не торопись, - хищно усмехнулся Кузнецов.
  - Так ведь документы в порядке, все данные обо мне подтвердились, даже по фото меня опознали. Думаю, не только Тетюхин.
  - Смотри-ка, какой догадливый! И на прежних работах тебя опознали. Даже там, где ты, летун, проработал всего ничего.
  Термин 'летун' Николай ещё застал. Была при СССР такая категория работничков, которая надолго не задерживались на одном месте, а перепархивали, как бабочки, с одного завода на другой, из одного учреждения в другое. Кто-то из-за пристрастия к 'зелёному змию', кто-то из-за нелюбви к трудовой дисциплине, кто-то, руководствуясь принципом 'где бы ни работать, лишь бы не работать', а кто-то в погоне за более 'длинным' рублём.
  - Но тут такая странность выяснилась. Шеин Степан Макарович, как гласят документы, имеет начальное образование. Читать кое-как обучен, а вот с письмом у него... Как бы это точнее сказать? В общем, безграмотно он пишет, крупным детским почерком, в каждом слове ошибка. Показал нам Тетюхин твои каракули. А теперь посмотри, как написано о том, что ты ознакомился с протоколом допроса и подтверждаешь, что с твоих слов записано верно. Буквочка к буквочке, ни единой ошибки. Даже знаки препинания расставлены там, где надо.
  В общем-то, и следовало ожидать, что почерк у Демьянова может отличаться от шеинского, да и подпись он изобразил абы как.
  - По отзывам тех, с кем работал Шеин, парень он горячий, вспыльчивый. Косноязычен, речь примитивнейшая. А тебя же заслушаться можно. Так чисто и грамотно говоришь, что не желаешь, а поверишь в два высших образования, о которых ты в больнице рассказывал. Да и характер не тот. Ты же спокойный, как слон!
  - Может, мне надо было поорать, подёргаться, чтобы пару ударов под рёбра заработать? - не удержался от язвительности Николай. - Совсем меня за безмозглого держите, гражданин начальник? Нет уж, извините, как-то не хочется.
  - В общем, так, Шеин. Или как тебя на самом деле зовут? Давай-ка по-хорошему рассказывай обо всём. Чистосердечное признание, как известно, смягчает вину.
  - И увеличивает срок заключения, - усмехнулся Николай и вдруг совершенно спокойно добавил. - Хорошо. Я согласен. Но с одним условием.
  - Ты нам ещё условия будешь ставить?
  - Буду. И ты, гражданин начальник, - ехидно глянул на младшего лейтенанта ГБ Демьянов. - Его выполнишь. И обещаю: в накладе от этого не останешься.
  - Подкупить хочешь?
  - Ага. 'Шпалой' в петлицу. Устроит такая 'взятка'? Но это потом, когда отчитаешься о раскрытом деле. А пока сообщи-ка своему непосредственному начальнику, что я буду давать показания только в присутствии кого-нибудь из старших офицеров. Пардон, командиров: не привык пока ещё к вашим условностям.
  
  4
  Перерывчик между первой и второй частями допроса затянулся часа на три. Но лейтенанта Госбезопасности к делу Шеина он привлечь сумел.
  Тот смотрел на Демьянова с искренним любопытством.
  - Ну, раз хотел рассказывать в моём присутствии, значит, рассказывай.
  - С какого места?
  - С самого начала.
  - Ну, если с самого-самого, то это вам должно быть известно: вначале было Слово, и слово было Бог, - усмехнулся Николай, и тут же заговорил снова, чтобы не злить следователей. - Что вас конкретно интересует?
  - Всё. Настоящие имя, фамилия, год рождения, происхождение и прочие анкетные данные.
  - Хорошо, - кивнул он и обернулся к младшему лейтенанту. - Записывайте. Только без искажений.
  - Ты Советской Власти не доверяешь? - грозно зыркнул на него глазами тот.
  - Советской власти доверяю. Но не исключаю, что отдельные лица, считающиеся её представителям, могут неверно истолковать мои слова. Итак, Демьянов Николай Николаевич, из семьи рабочих. Родился 17 сентября 1962 года в посёлке Ленинск города Миасс Челябинской области. Вы пишите, пишите, гражданин младший лейтенант госбезопасности. Всё, пишите, что я рассказываю.
  'Младшой' уже хотел рявкнуть на несущего бред подследственного, но его коллега со 'шпалой' молча кивнул: пиши, мол, потом разберёмся.
  - В 1979 году закончил среднюю школу ? 42 в том же посёлке и поступил в Миасский электомеханический техникум на специальность 'Системы автоматического управления летательных аппаратов'. По окончании техникума в 1982 году ушёл служить в ряды Советской Армии. Службу проходил в составе Ограниченного контингента советских войск в Демократической Республике Афганистан. После службы, в 1984 году, пошёл работать в цех бортовой электроники Научно-производственного объединения электромеханики, город Миасс Челябинской области, занимался отладкой приборов управления гироскопическими платформами ракетной техники. Параллельно учился на вечернем факультете Миасского филиала Челябинского политехнического института, специальность 'Автоматика и телемеханика'. В 1990 году закончил институт, а в 1992, в связи с сокращением производства и закрытием ряда цехов на НПОЭ, перешёл в Конструкторское бюро машиностроение имени академика Виктора Петровича Макеева, занимавшееся разработкой межконтинентальных баллистических ракет подводного базирования.
  - Может, хватит чушь молоть? - не выдержал обладатель 'шпалы'.
  - Знаете, гражданин лейтенант госбезопасности, давайте мы сделаем так. Я сейчас продиктую вам некоторые даты и факты, а вы сверитесь, когда они свершатся, чушь я мелю, или нет. Всё в пределах ближайших двух недель, а первое из названных мной событий случится уже завтра, 29 июля 1938 года. Только пусть гражданин младший лейтенант госбезопасности это запишет. Итак, завтра с рассветом около полутора сотен японских солдат попытаются атаковать сопку Безымянная в районе озера Хасан. Атаку наши пограничники отобьют, но уже на следующий день произойдёт повторная попытка захватить сопки Безымянная и Заозёрная. Тоже безуспешная. Зато 31 июля силами до двух полков при поддержке артиллерии они захватят обе сопки. Отбить назад Заозёрную удастся лишь 8 августа, а Безымянную - только 9 августа. При этом 3 августа по докладу Мехлиса будет снят со своей должности командующий Дальневосточным фронтом Блюхер, а его место займёт Штерн. 10 августа японский посол в Москве запросит перемирия, которое будет заключено на следующий день. Всё записали, гражданин младший лейтенант госбезопасности?
  
  5
  Лейтенант госбезопасности Румянцев и младший лейтенант госбезопасности Кузнецов не беспокоили Николая до 9 августа.
  - Что мне с вами делать? - прямо задал вопрос Румянцев.
  Ага! Уже не 'ты', а 'вы'.
  - Всё зависит от того, какое время вы можете 'тянуть кота за хвост'.
  - В каком смысле?
  - В прямом. И вы, и я кровно заинтересованы в том, чтобы информация обо мне и о моих сведениях не просочилась к нынешнему наркому. Понимаете? Кровно!
  - Опять какие-то предсказания?
  - Нет, не предсказания. Знания. Может, не такие подробные, как по боям на озере Хасан, может, частично забытые за давностью лет, но пока достоверные.
  - Пока?
  - Конечно! Вот лично вы, услышав мои слова, не поверили в сказанное мной. Скорее всего, вам просто надоело слушать ударенного молнией по башке шизофреника. А назавтра услышали новости об отражённой атаке на сопку Безымянная. Заинтересовались, решив подождать ещё денёк, чтобы перепроверить ещё одно 'предсказание'. И совсем растерялись после замены Блюхера на Штерна.
  Румянцев молчал, подтверждая догадку Николая.
  - А что бы вы сделали, если бы знали, что мои 'предсказания' заслуживают доверия? Я думаю, попытались бы подправить естественный ход событий в более благоприятное русло. Если бы удалось, то история уже пошла бы совсем по другому направлению. Есть... Точнее, будет написан фантастический рассказ американского писателя Рея Бредбери о том, как богачи за огромные деньги путешествуют на машине времени, чтобы поохотиться на доисторических монстров, динозавров. Но подходят к делу очень ответственно, избирая добычей только тех животных, которые и без охотников погибли бы буквально через несколько секунд после выстрела. Но один из охотников струсил, нарушил инструкции и случайно растоптал всего лишь единственную бабочку. А когда они вернулись в настоящее, то оказалось, что в их времени изменился климат и состав атмосферы, и на выборах в Америке выиграл кровавый маньяк, который до их отправления в прошлое не имел ни малейшего шанса на победу, и теперь собирается развязать новую мировую войну. И наша история пойдёт совсем иным путём, когда кто-нибудь попытается что-либо изменить, воспользовавшись моими 'предсказаниями'. В моё время это называлось 'эффект бабочки'.
  - Прав Кузнецов, ничуть не похожи вы на двадцатипятилетнего.
  - Никто и не утверждал, что я угодил в тело Шеина двадцатипятилетним. Только в последнюю названную мной дату в биографии мне было тридцать. За ней был ещё тридцать один очень бурный и насыщенный событиями год.
  - Я тоже обратил внимание на противоречие между названным вами возрастом и возрастом Шеина. А ещё - на полное совпадение ваших физических данных, отпечатков пальцев и даже местонахождения шрамов, имевшихся у Шеина.
  - Нет никаких совпадений. Это действительно тело Шеина. Сознание которого, скорее всего, погибло при ударе молнии. Оболочка, в которую неизвестно какими путями угодило моё сознание, вышибленное излучениями очень сложного медицинского аппарата. Там, в будущем, тоже произошла какая-то авария, и её жертвой стал я. Кстати, про шрамы... Спасибо вам огромное! Кажется, я догадываюсь, почему это произошло! На моём прошлом теле вот тут был большой шрам. След ранения. Ничего сверхъестественного, садануло обломком кирпича при взрыве. Да так, что проломило черепную кость. Её скрепили с уцелевшими небольшими титановыми скобками. И при скачке напряжения питания аппарата МРТ они сыграли роль электродов.
  - Но получается, что таким способом можно подменить любого человека. И воспользоваться этим в своих целях.
  - А это уже называется 'профессиональная деформация', - засмеялся Дементьев. - Узнаю ход мыслей сотрудника контрразведки: 'паранойя в наших рядах не приветствуется, но нельзя забывать, что кругом одни враги'.
  - А вы - не враг? Почему я должен вам верить?
  - Не враг. В первую очередь, потому что я не враг сам себе. Я давал присягу Союзу Советских Социалистических Республик и дважды защищал его интересы с оружием в руках.
  Про второй раз Николай соврал. Не было к тому времени уже никакого СССР. Давным-давно не было. Но рано, слишком рано посвящать этого парня в события, произойдущие через полвека. Или, если у него получится, не произойдущие.
  - Я пытался узнать что-то о предприятиях, которые вы назвали, и академике Макееве, неожиданно сменил тему лейтенант ГБ. - Результат отрицательный.
  - Результат закономерный, - поправил его Николай. - НПО электромеханики будет создано под названием Миасскиий электромеханический научно-исследовательский институт, если мне не изменяет мой старческий маразм, в 1958 году. КБ имени Макеева - в 1947 в Златоусте под названием 'Специальное Конструкторское Бюро по ракетам дальнего действия' или СКБ-385. И лишь спустя семь лет переберётся в Миасс. Ныне сонный городишко, почти не имеющий промышленности. А его будущий главный конструктор Виктор Петрович Макеев на данный момент - обыкновенный школьник... м-м-м... то ли седьмого, то ли восьмого класса. Пожалуй, всё-таки седьмого.
  Демьянов уже обратил внимание на то, что Румянцев ничего не пишет, но ничуть не сомневался в том, что забудет хоть одно сказанное им слово.
  - Почему вы не хотите, чтобы информация о вас попала к наркому?
  - К этому наркому, - поправил его Николай. - А вот на сотрудничество с будущим я не только согласен, но и очень надеюсь. И вам советую ставить не на... скакуна, который обречён на проигрыш, а на того, за кем будущее.
  - И всё-таки почему?
  - Вам нужно рассказывать, что происходит в вашем ведомстве после... гм... не слишком добровольной отставки его главы?
  - И кто станет тем, 'за кем будущее'?
  - Скоро узнаете. Даже без моей подсказки. Чуть больше, чем через две недели. Вот этому человеку, переведённому в центральный аппарат наркомата из провинции, и можно будет предоставить информацию о моих 'предсказаниях'. Когда он возглавит Главное управление госбезопасности.
  Румянцев тут же подобрался.
  - ГУГБ расформировано ещё в конце марта этого.
  - В марте расформировали, в последних числах сентября создадут заново, - пожал плечами Николай. - И вообще: давайте пока не будем затрагивать тему политики. Так будет безопаснее и для меня, и для вас. 'Эффекта бабочки' никто не отменял, а вы, узнав что-то важное, не удержитесь и попытаетесь скорректировать действительность. Или те, кто начнёт 'добывать' новые сведения 'с пристрастием'. В качестве задела на будущее готов вывалить массу очень ценной технической информации о перспективных направлениях развития вооружений, боевой техники и технологий военного назначения - по второму образованию я историк, а по последней профессии журналист-аналитик, специализирующийся на продукции военно-промышленного комплекса. Но пока, - выделил это слово Демьянов. - До конца сентября вопросы политики и истории будущего станут табу. А чтобы протянуть это время, объявите меня чокнутым и сдайте на руки психиатрам. Не обязательно даже переводить меня в Кащенко или Белые Столбы.
  - Не хотите на волю?
  - Вы называете волей психиатрические лечебницы, 'слава' о жёстком режиме которых прошла через многие десятилетия? - засмеялся Николай. -Симулировать последствия удара молнии я могу и здесь, на Лубянке.
  - И всё-таки, на что вы надеетесь?
  - На то, что завтра и послезавтра придут новости, окончательно подтверждающие мои слова, и вы поверите в то, что я не хитрый выдумщик, а именно тот, за кого себя выдаю.
  
  6
  Доктора, как и ожидал Демьянов, внимательно выслушивали его полуправду, полуфантазии, но разводили руками: мозг человеческий - настолько сложный орган, что даже представить невозможно, какие изменения в его работу мог внести высоковольтный разряд электричества. Тем более, 'заказчики' установили полную телесную идентичность Степана Шеина и обследуемого ими человека.
  - Грузин? - кратко спросил Румянцев, когда Николая наконец-то доставили в его кабинет.
  - Мингрел, - уточнил 'Шеин', понявший о ком речь.
  - Заключение врачей однозначное: физически вы здоровы, а вот психически...
  - Шизофреник без надежды на излечение, но тихий, безопасный. Поэтому меня надо выпускать, но держать под надзором психиатра. И вы опасаетесь, как бы я не сбежал, а моя информация не утекла к врагам трудового народа. И даже подумываете, не упечь ли меня в какие-нибудь Соловки, чтобы я гарантированно не драпанул.
  И снова лейтенант промолчал.
  - Не сбегу. Я многое обдумал за время пребывания в вашей реальности и пришёл к выводу о том, что просто обязан стать той самой бабочкой из рассказа Бредбери. У меня есть предложение, альтернативное вашему. Давайте подпишем соглашение о моей вербовке. Это будет совершенно легальный способ получения от меня 'предсказаний'. Но для нормальной деятельности по этому направлению мне нужен будет какой-нибудь угол и не занимающая слишком много времени работа, пусть даже физически тяжёлая и низкооплачиваемая.
  Должность 'потаскуна-носильника', то бишь, грузчика при находившемся неподалёку продуктовом магазине, Николая вполне устраивала. Как и комнатка в коммуналке в начале Солянки, неподалёку церкви Всех Святых на Кулишках, где, как было известно Демьянову, похоронены герои Куликовской битвы. Станции метро Китай-Город ещё не существовало, и в 'подземку' нужно было бежать либо до Лубянской площади, либо до улицы 25 Октября, переименованной в 1990 г. снова в Никольскую. По московским меркам - совсем рядом. И в первый же свой выходной он наведался в метро, чтобы сравнить то, что есть с тем, что станет спустя 80 лет. Если не учитывать мелких деталей интерьера и некоторых технических нюансов, вроде старомодного подвижного состава, то линии, которые он посетил, остались прежними. Красивыми, монументальными и... современными.
  Квартира... Ну, о московских коммуналках кто только не писал! Так что ко всем бушующим в них страстям и мелким неудобствам Демьянов был морально готов. Главное - крыша над головой. А на семейку, имевшую виды на его комнатку и потому взъевшуюся на нового жильца, можно и 'забить'.
  Но квартира, в которой, только-только появилось центральное отопление, и вечно недовольный сосед, как оказалось, далеко не самая большая бытовая трудность. Самая большая - бритьё опасной бритвой. Каждый раз, заклеивая многочисленные порезы клочками газетной бумаги, Николай клялся себе, что первым делом, едва только дойдёт до прогрессорской деятельности, запатентует бритвенный станок. Благо, растительность на лице Шеина была не такая буйная и жёсткая, как на его прежней физиономии: даже позволяла брать в руки бритву раз в два, а то и в три дня. И росла всего лишь жалкими клочками, а не густым 'ковром'.
  По настоянию Румянцева встретился он со старым дружком. Видимо, тот решил устроить ещё одну проверку. Списался, дождался звонка на магазинский телефон и договорился о встрече. Но жутко расстроил Тетюхина и тем, что не узнал его, и отказом выпить за встречу. Не из-за того, что ему было западло 'клюкнуть' с простым работягой. Требовалось укрепить легенду о 'свихнутых молнией мозгах': Алексей напишет в Конобеево, встретит кого-нибудь из прежних знакомцев, и скоро все будут знать, что Степан Шеин совсем уже не тот человек, которого они знали.
  - Боюсь, Лёшка. Доктора предупредили, что если пить стану, то совсем чокнуться могу. А уж меня-то они на Лубянке мурыжили-мурыжили!
  - На Лубянку-то ты как попал. Ко мне ж они тоже прибегали, про тебя расспрашивали, фотокарточку твою показывали.
  - Так я ж, когда в лазарете в себя пришёл, чего только не нёс. Мозги-то набекрень встали. Вот и заподозрили чекисты, что я иностранный агент, - почти шёпотом произнёс последнюю фразу Демьянов. - Хрен знает, что это молния у меня в голове перевернула.
  - И что? Совсем ничего из прошлого не помнишь?
  - Совсем. Ты же видел: я даже тебя не узнал. Как заново родился.
  Алексей внимательно осмотрел голову и руки 'Шеина'.
  - Да, Стёпа. Сам вижу, что сидит передо мной всё тот же Стёпка Шеин, а ощущение, будто тебя подменили.
  - Не меня подменили, мозги мне подменили, - сказал чистую правду Демьянов.
  Продолжения контакты с Тетюхиным не имели. Ни переходить на его завод, ни уезжать в родную деревню 'Степан' не хотел:
  - Зачем? Там я никого не помню. Комнатку от магазина мне дали, а это всё же лучше, чем на съёмных углах ютиться.
  'Завязал' он не только с выпивкой, но и с курением. Ещё на Лубянке. И не ради легенды, а совершенно сознательно: больно уж задыхаться начал, когда перевалило за пятьдесят пять. Видно, лёгкие настолько смолами забились, что уже не справлялись со своей функцией. Так что лучше уж покончить с этой привычкой в молодости, пока организм ещё не встроил поступление никотина извне в систему обмена веществ. Табак, правда, в этом времени ни в какое сравнение не идёт с теми суррогатами, которыми травят людей в XXI веке, но всё равно - гадость.
  Ещё одно отличие Демьянова от Шеина отметил Румянцев во время следующей встречи - Николай очень много читал. В основном газеты, которые у Степана обычно имели два назначения: на самокрутки и подтирку.
  Встреча произошла на конспиративной квартире 25 сентября. В тот день Николая опять позвали к телефону.
  - Какой-то Вениамин Эмильевич звонит.
  - А, так то доктор, который мой случай изучает, - отмахнулся он от директора магазина.
  - Судя по голосу, больно уж молод он для опытного доктора.
  - А что делать, ежели все старики на меня рукой махнули? Вот, только молодой и взялся помочь. Выйдет у него что-то, не выйдет, но пусть уж хоть попытается.
  Обменявшись кодовыми фразами, договорились по времени.
  - Вы опять были правы в предсказании восстановления ГУГБ. Но о назначении его руководителя пока ничего не известно.
  - Ключевое слово 'пока'. Извините, за давностью лет я точную дату этого назначения не помню, - развёл руками Николай.
  - Как вы считаете, мне следует написать рапорт о переводе в его состав?
  - Если у вас, Анатолий Иванович, есть планы на сотрудничество со мной, то обязательно. Правда, в середине декабря на этом посту товарища комиссара госбезопасности 1-го ранга сменит человек по имени Всеволод Николаевич, но им работать рука об руку много-много лет.
  Подумав пару секунд, Демьянов заговорил снова.
  - Как жаль, что назначение начальника Управления всё ещё не произошло. Иначе убедить его в необходимости обратить на меня внимание было бы проще простого.
  - Какая-то информация?
  - Да. В ночь с 29 на 30 сентября в Мюнхене Чемберлен, Даладье, Муссолини и Гитлер подпишут соглашение о передаче Германии Судетской области, а Польше - Тешинской. Делегации Чехословакии всё время переговоров придётся сидеть в коридоре, и их позовут лишь для подписания итогового документа. А уже 1 октября германские и польские войска войдут на эти территории. Венгрия тоже урвёт свой кусок чехословацких земель, но позже, в ноябре. А Чемберлен, вернувшись в Лондон, прямо в аэропорту будет потрясать подписанной бумажкой и кричать: 'Я привёз вам мир!'
  - Что же вы раньше молчали? Это же важнейшая информация!
  - И под какой легендой вы бы передали её начальству? Что вам её сообщил сумасшедший, потерявший память после удара молнии и утверждающий, что его сознание из XXI века переселилось в чужое тело? Так вас самого после этого, в лучшем случае, упекли бы в психушку. Нет уж. Как сказал в юности будущий вождь мирового пролетариата, мы пойдём другим путём. У вас есть возможность каким-то образом зафиксировать время и дату на запечатанном конверте, который потом, уже после вступления в должность и начала деятельности на ней, вскроет начальник Главного Управления госбезопасности?
  - Сложно, но я попытаюсь.
  
  7
  Комиссар государственной безопасности 1-го ранга, 1-й заместитель народного комиссара внутренних дел, а теперь ещё и начальник Главного Управления государственной безопасности СССР вытер платком выступившую на лысине испарину. Всего третий день с момента назначения на последнюю должность, и уже такой сюрприз.
  На рапорт какого-то лейтенанта госбезопасности с просьбой вскрыть со свидетелями его кабинет и личный сейф, содержащий некую важнейшую информацию государственной важности, Берия отреагировал с раздражением, но троих сотрудников с запасными ключами всё-таки послал и действительно потребовал считать дату и время на бумажках, которыми лейтенант опечатал сейф и комнату. В сейфе нашёлся запечатанный конверт на его имя. Вот только дата на нём была проставлена за целых три дня до того, как было принято решение о назначения Берии начальником ГУГБ. А уж содержимое...
  Известие о том, что подписано соглашение в Мюнхене о передаче Судетской области Третьему Рейху, телеграфные ленты мировых агентств принесли ещё вчера. А слова британского премьера 'Я привёз вам мир' - только сегодня утром. И пока ни слова о том, немцы ввели войска в Судеты, а поляки в Тешинскую область. Утро ещё там, в Европе.
  - Личное дело лейтенанта Румянцева ко мне! - потребовал он у помощника. - И его самого сюда.
  - Лейтенант Румянцев с утра 26 сентября ушёл со службы, сославшись на сильные боли в почках, и больше не возвращался. У него действительно застужены почки. Позже он по телефону подтвердил, что врач отправил его на больничный, - через пару минут доложил тот.
  - Выслать опергруппу к нему на квартиру! Хоть на носилках, но доставить в мой кабинет. Есть какие-то новости из Чехословакии?
  - Так точно, товарищ комиссар госбезопасности 1-го ранга! Только что пришло сообщение о том, что немецкие войска перешли германо-чехословацкую границу. А поляки вторглись в Тешинскую область.
  Больным Румянцев не выглядел. Предельно сосредоточенным - да, но не больным.
  - Мне нужны объяснения.
  Голос Берии спокоен, но даже внешне было заметно, что он на грани эмоционального взрыва.
  - Я готов их вам предоставить, товарищ комиссар государственной безопасности 1-го ранга.
  - Начинайте.
  - Если я правильно понимаю причину моего вызова к вам, сведения от информатора под псевдонимом Демьянов, как всегда, подтвердились.
  - А были ещё какие-то?
  - Так точно. Самые первые - о грядущем ходе боёв на озере Хасан и обстоятельствах заключения перемирия с Японией. Затем - о вашем назначении на должность 1-го заместителя народного комиссара внутренних дел. И, наконец, о том, что вы станете начальником Главного управления государственной безопасности и то, что было написано в моём рапорте на ваше имя.
  - Этот ваш Демьянов, он что, ещё одна предсказательница Хелен Дункан? Тоже эту... как её? Эктоплазму выдыхает? Или проводит спиритические сеансы?
  - Никак нет, товарищ комиссар госбезопасности 1-го ранга. Тут всё намного сложнее. Вот мой отчёт о работе с Демьяновым, - Румянцев сделал несколько шагов вперёд и положил перед заместителем наркома обыкновенную папку с завязками. - Там же приложены его некоторые предложения технологического и конструкторского плана, касающиеся усовершенствования боевой техники, как состоящей на вооружении, так и разрабатываемой в настоящее время.
  - Садитесь! - кивнул Берия на стул и открыл папку.
  Дочитав всё, написанное Румянцевым и Шеиным, Лаврентий Павлович снял пенсне и молча уставился на окно, потирая переносицу.
  - Эффект бабочки, - пробормотал он. - Эффект бабочки... Вы ему верите?
  - Пока всё, что он сообщал, подтверждалось.
  - Я не спрашиваю, подтверждалось ли то, о чём он сообщал. Я спрашиваю, верите ли вы ему, - резко обернулся к лейтенанту замнаркома.
  - Полностью в подобное поверить невозможно. Это просто не укладывается в голове.
  - Почему он отказывается рассказывать что-либо о политике?
  - Он считает, что это опасно и для него, и для меня.
  - Но не отрицает, что обладает такими сведениями?
  - Никак нет.
  - Его отношение к Советской Власти?
  - Прямо не высказывался, но однажды сказал, что давал присягу Советскому Союзу и дважды воевал за его интересы. Судя по его тону, для него эта присяга - не пустой звук.
  - Каковы его слабые места?
  - Я таковых не заметил.
  - У каждого человека есть свои слабые места. У него, у вас, у меня, - назидательно произнёс Берия.
  - Я не утверждаю, что у него их нет, товарищ заместитель народного комиссара. Я только говорю, что я их пока не смог определить. Он всегда совершенно спокоен, взвешен, рассудителен. И при общении с ним создаётся впечатление, что ты разговариваешь действительно с человеком, умудрённым богатейшим жизненным опытом. Семьи у него нет, если не считать его предков, возможно, живущих на Урале. Но там ли они живут сейчас, неизвестно. От вредных привычек избавился: как утверждает его знакомый Тетюхин, от выпивки он отказался, сославшись на запрет врачей, курить бросил ещё в тюрьме. Как говорят соседи, не чревоугодничает. Да и денег на разносолы у него не хватает. В связях с женщинами ещё не замечен. Зато много внимания уделяет каким-то спортивным упражнениям. На работе характеризуют как доброжелательного и добросовестного. Постоянно что-то читает.
  - Настоящий образец благонравия, - усмехнулся хозяин кабинета. - Такого не бывает. Вы точно установили, что Шеина никто не подменил?
  - Физически - однозначно. И это подтвердил Тетюхин. Но он же и привёл фразу своего односельчанина, сказанную об этом: 'Подменили мозги'.
  - Просто 'Голова профессора Доуэля' какая-то! Когда эти мозги могли подменить? Я не спрашиваю, кто, я спрашиваю - когда?
  - Я всё-таки склоняюсь к тому, что это произошло в момент удара молнии. По описанию поведения в поезде, данного проводником, это однозначно Шеин. Резкий, хамоватый, малообразованный. А когда он очнулся в больнице - уже стал Демьяновым. Со всем его набором знаний.
  - Есть многое в природе, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам... Как, помимо наблюдения за этим... Шеиным-Демьяновым, вы поддерживаете с ним связь?
  
  8
  - Что-то зачастил твой доктор Вениамин Эмильевич, - ехидно глянул на Демьянова директор магазина, снова позвав его к телефону.
  - А как же! - улыбнулся Николай. - Ему же надо знать, как подействовали прописанные им порошки.
  Ушлому торгашу то ли завидно было, что какого-то провинциала, решившего 'поискать счастья' в Москве пользует какой-то не самый малоизвестный доктор, то ли хотелось завести 'блат' в медицинских кругах, вот он и присматривался к контактам грузчика с 'лечащим врачом'. Ведь попивал директор магазина, попивал втихую. И, кажется, тяготился своей зависимостью от 'зелёного змия'. Пожалуй, второе, поскольку не удержался директор и спросил.
  - Слушай, Шеин, а этот твой доктор от пьянки лечит? А то есть у меня... гм... один друг, которого жена совсем уже загрызла, чтобы бросал, а опозориться и в больницу попасть он не хочет.
  - Не спрашивал. Я ж не по той теме с ним встречаюсь. Но если надо - узнаю.
  - Узнай, Шеин. Узнай.
   Внешне в тот день Николай Николаевич выглядел как обычно, а на душе - не кошки, громадные тигры скребли: как-то Берия отреагирует на комбинацию, придуманную им и Румянцевым. И чего ждать: условленного телефонного звонка или 'воронок' у магазина либо квартиры? Впрочем, первое совсем не исключает второго.
  - Порошки принимаю, как вы и назначили... Более сильный препарат? Ну, давайте попробуем... Буду, как штык... Конечно, расскажу, если так нужно... Время от времени, Вениамин Эмильевич, голова всё же слегка побаливает...
  Понятно. Обоим понятно. На вопрос, есть ли у Демьянова новая информация технического характера, ответ положительный. На встречу придёт человек с более высоких ступеней иерархии 'конторы', и Николай готов к этому контакту, готов отвечать на его вопросы. А вопросы будут касаться ранее табуированной политической темы, и абсолютно всю информацию он выкладывать не станет.
  Вот, бляха! В собственной стране приходится из себя шпиона корчить!
  Собственной ли? Вопрос не так прост, как может показаться на первый взгляд. Не всё, ох, не всё устраивает Демьянова в нынешнем Советском Союзе! А в Российской Федерации всё устраивало? Тоже нет. В отличие от 'зюганистов-грудинистов', живущих в примитивной парадигме классовой борьбы, и разномастных 'либералов', поведение которых тоже напоминает токующего глухаря - никого, кроме себя, не слышит, ничего вокруг не замечает - видел он в окружающей действительности и плохое, и происходящие изменения к лучшему. А шаги Путина по возрождению страны невольно сравнивал с тем, что в этой реальности делает Сталин: во враждебном окружении строит мощную индустриальную державу. Более жёсткими методами, чем российский президент, с бо́льшим напряжением, но ведь и в более сложных условиях.
  Если Путину на своём пути приходится учитывать, в основном, противодействие компрадоров, то на Сталина наседают со всех сторон: и компрадоры, ратующие за смягчение отношений с капиталистами, и 'истинные ленинцы', и пользующиеся куда более серьёзным влиянием, чем 'партия Зюганова', радикалы-троцкисты.
  От состояния трудовой дисциплины Демьянов просто в шоке. Доводящий либералов до истерики закон, предусматривающий уголовную ответственность за прогулы, ещё не принят, и 'гегемон' вовсю пользуется возможностью 'отдохнуть' от тяжёлого труда. Даже позднесоветские лишения премии за прогулы и опоздания пока ещё неведомы. 'Летуны', к которым относился и Шеин, явление не просто широко распространённое, а массовое, чему способствует отсутствие трудовых книжек. Захотел - устроился на работу, расхотел - ушёл, куда глаза глядят, и никто тебе не указ.
  Всё держится на энтузиазме малой части непрофессиональной молодёжи и ответственности старых кадров. Нужно ли удивляться просто запредельному уровню брака на заводах и фабриках, невозможности внедрить передовые технологии? Но это - две тоненькие прослойки по краям шкалы мастерства. Основная же масса - неграмотные, неквалифицированные шеины, выполняющие работу 'на отвяжись'. И потребовать ответственного подхода от них невозможно: тут же помашет ручкой и всплывёт где-то в другом месте, где начальство 'не такое злое'. А 'злому' придётся либо устраивать 'штурмовщину' (с непременной потерей качества), либо бледнеть перед суровыми представителями 'о́рганов' за невыполнение плана. Николай, столкнувшись с реальностью, удивился, как вообще удалось подготовиться к войне.
  Нарушение прав и свобод, говорите? Так не забывайте, что любые права предусматривают и наличие обязанностей, а не вольницу, не ограниченную никакими рамками. Сталин диктатор, говорите? Да как по Николаю, в этих условиях он - благодушненький добрячок, опасающийся хотя бы сердито рыкнуть на зарвавшегося хама, чтобы не обидеть его. Репрессии, говорите? Так против кого эти репрессии? Не против тех ли, кто потакает всему этому бардаку и разгильдяйству, мешает с ним справиться?
  'Вели' его. От самой квартиры, куда он заскочил за своими 'заметками', 'вели'. Достаточно профессионально, но когда ждёшь подобной слежки, заметить её можно. Да, в общем-то, и не сильно скрывались те топтуны. А когда вошёл в конспиративную квартиру, навалились с двух сторон и быстро обшарили в поисках спрятанного оружия.
  
  9
  - Здравствуйте, товарищ заместитель народного комиссара внутренних дел, - улыбнулся Демьянов.
  - Вас так развеселил мой вид?
  Вид у Берии был действительно 'нестандартный'. В том смысле, что он ещё не 'заматерел', как на фотографиях последнего десятилетия жизни, а был строен и даже худощав. Неизменными остались лишь крупная голова и пенсне на носу. Одет в простой 'цивильный' костюм с выглядывающей из-под пиджака рубашкой с расстёгнутым воротом, на ногах модные сейчас туфли. Серое шерстяное пальто и фетровая шляпа - на одном из стульев, имеющихся в комнате.
  Замнаркома кивнул, и чекисты, 'принявшие' Демьянова, вышли на лестницу.
  - Не буду скрывать, что питаю определённые надежды на эту встречу, но мою улыбку вызвало не это и не ваш вид. Дело в том, что в 1982-84 годах во время войны в Афганистане я служил в разведке десантно-штурмового батальона. И нас учили прятать ножи так, чтобы их было трудно обнаружить при подобном беглом осмотре, - кивнул Николай в сторону прихожей, где произошёл 'обыск', и тут же добавил, чтобы 'не напрягать' визави. - Но я действительно пришёл без какого-либо оружия.
  - То есть, вы хотите сказать, что моя охрана сработала непрофессионально?
  - Она сработала в полном соответствии со своим опытом и уровнем подготовки. Но 45 лет, разделявшие нас с той войной, не стояли на месте ни средства нападения, ни методы противодействия им. В лабораториях, подчинённых вам, со временем будут разработаны и ножи, спрятанные в подошве, и зонтики с выдвижной отравленной иглой, и стреляющие авторучки, трости и портсигары. Я, к сожалению, не знаток всех этих... приспособлений, более подробно просветить вас в данной области не могу.
  Про то, что часть упомянутых устройств будет разработана не советскими чекистами, а их противниками по 'невидимой войне', Демьянов знал, но не стал говорить. Пусть работает отечественная специфическая инженерная мысль!
  - Садитесь уж. Как говорится, в ногах правды нет.
  - Как будто она в... тухесе есть, - усмехнулся он, и Берия коротким смешком оценил избитую в будущем шутку.
  - Еврей? - отреагировал он на вставленное словечко из одесского лексикона.
  - Нет, просто начитанный русский.
  Сохраняющий молчание Румянцев лишь кивнул.
  - Я ознакомился с вашими техническими предложениями и замечаниями. И меня очень насторожило то, что вы прекрасно разбираетесь в технических тонкостях нашей боевой техники и технологиях её производства. Всё-таки, если верить вам, нас разделяет больше полувека. Лично я сегодня не смогу достоверно описать достоинства и недостатки оружия русско-турецкой войны 1877-78 годов, хотя не чужд техническим вопросам. Как вы это объясните?
  - Если быть точнее, то не более полувека, а восемьдесят пять лет. Дело в том, что пятнадцать лет назад я получил второе образование, историческое, и темой моего диплома были бои на озере Хасан и реке Халхин-Гол. Так что с техникой, которая в них участвовала, я разбирался досконально. А память у меня цепкая. Образование же историка мне понадобилось для того, чтобы публиковать в специализированных изданиях аналитические материалы по оружейной тематике.
  - Бои на реке Халхин-Гол? Судя по названию, это где-то в Монголии?
  - Да, Лаврентий Павлович. На границе с Манчжурией. Будут проходить с середины мая по середину сентября следующего, 1939 года. Довольно напряжённые, с потерями под десяток тысяч убитых, сотен самолётов и танков с обеих сторон. Только очень прошу: пожалуйста, не пытайтесь предотвратить этот конфликт.
  - Почему? Вам не жалко красноармейцев, которые там погибнут?
  - Этого нельзя делать по единственной причине: ещё через два года, в ночь на 22 июня 1941 года, начнётся намного более страшная война с гитлеровской Германией. И японцы, несмотря на обещания, данные немцам, не ударят нам в спину только потому, что очень хорошо запомнят урок, преподанный им на Халхин-Голе. А вот 'обкатать' на них технические новинки и боевые приёмы, получить боевой опыт - нужно обязательно. Как и в других конфликтах 1939-40 годов.
  - Если вас послушать, то у нас будет, что ни год, то война.
  - А то и не одна. Чемберлен и Даладье в Мюнхене выпустили джина из бутылки. Оккупация Судет - это лишь прелюдия к тому, что начнётся в ближайшие месяцы. Март следующего года - полная оккупация Чехословакии Германией и Венгрией. Апрель - оккупация Италией Албании. 1 сентября - нападение Германии на Польшу, считающееся началом Второй Мировой войны. 2 и 3 сентября - объявление войны Германии Францией и Великобританией. 17 сентября - начало 'Освободительного похода Красной Армии', завершившегося присоединением к СССР Западной Украины и Западной Белоруссии. 30 ноября - начало советско-финской войны, очень неудачное начало. В марте война закончилась нашей победой, но очень высокой ценой. Апрель 1940 года - оккупация Германией Дании и Норвегии, в мае - Голландии и Бельгии. Эти 'великие державы' смогут сопротивляться от нескольких часов до двух недель. В июне немцы войдут в Париж, наши войска оккупируют Латвию, Литву и Эстонию, а потом присоединят их к СССР. 'Освободительный поход в Бессарабию', итогом которого станет создание Молдавской ССР. Не Молдавской АССР в составе Украины, а отдельной союзной республики. В апреле 1941 начнётся незапланированная Гитлером война Германии против Югославии и Греции, которая оттянет нападение на СССР, ранее планировавшееся на 15 мая. Югославия продержится 11 дней, а Греция - три недели. В последний день мая немцы полностью захватят Крит. И, наконец, как будет петься в песне, 'Двадцать второго июня ровно в четыре часа Киев бомбили, нам объявили, что началася война', - пропел Николай.
  Берия молчал. Молчал и разволновавшийся Николай. Лейтенант госбезопасности вообще застыл, как статуя. То ли, как и его начальник, тоже был ошеломлён, то ли просчитывал в уме свою судьбу после того, как стал носителем подобной информации.
  - И ещё. Никакой пролетарской солидарности, никакого '...и на вражьей земле мы врага разгромим малой кровью, могучим ударом' не получится. Нашей крови сражающиеся с нами германские пролетарии прольют столько, сколько ещё никогда не проливалось. По разным подсчётам - от двадцати до двадцати семи миллионов советских граждан, а три из четырёх лет войны боевые действия будут проходить на нашей территории. Если ничего не менять в оставшиеся до неё годы.
  - Но почему так много? Предательство?
  - Причин очень много, товарищ Берия. И предатели, которых действительно будет немало, не самая значимая из них. В первую очередь - бездарное командование и плохая выучка красноармейцев на начальном этапе войны, полное отсутствие взаимодействия между родами войск и отдельными подразделениями, плохая техническая оснащённость и... совершенно безобразная технологическая дисциплина на производстве. Можно сказать, почти полное её отсутствие. Просто ради иллюстрации: в первые месяцы войны две трети новейших танков, имеющихся в войсках, при отступлении пришлось бросить из-за поломок. Простите, Лаврентий Павлович, но на сегодня хватит. Иначе я и гроша ломаного не поставлю на то, что вы не пристрелите меня прямо здесь.
  Берия глянул на часы.
  - Двадцать минут. Всего двадцать минут вы здесь, а действительно наговорили уже не на один расстрел.
  - Вот и я о том же, - грустно улыбнулся Демьянов. - Не отчаивайтесь, если мы пойдём дальше, количество поводов для моего расстрела начнёт расти, как снежный ком.
  - А мне даже чем-то импонирует ваш мрачный юмор. Вы прекрасно осознаёте возможные последствия своих откровений, но относитесь к ним не просто с фатализмом, а как бы насмехаясь над ними.
  - Я больше привык к термину чёрный юмор. Можно сказать, вырос на нём. Знаете, в мои младые годы существовал целый жанр детского устного народного творчества - коротенькие стишки ужасающего содержания. Ну, к примеру:
  Дети в подвале играли в гестапо.
  Зверски замучен сантехник Потапов.
  Как вы понимаете, это тоже 'эхо' той самой войны, которую у нас будут называть Великой Отечественной. Поскольку название гитлеровской тайной полиции станет символом зверств против мирного населения на оккупированных немцами территориях
  Или:
  Девочка в поле гранату нашла.
  'Что это?', - дядю спросила она.
  'Дёрни колечко', - ей дядя сказал.
  Долго над полем бантик летал.
  Ну, или такое, из более поздней эпохи, когда реальностью станет ракетно-ядерное оружие, создание которого будете курировать именно вы, Лаврентий Павлович:
  Солдаты на пульте капусту рубили,
  Какую-то кнопку случайно разбили.
  Долго смеялись над шуткой в ООН,
  В бесплодной пустыне ища Пентагон.
  - Ракетно-ядерное оружие? Что такое 'ядерное'?
  - Основанное на энергии расщепления ядер атомов урана или плутония. Второе название - атомное оружие. Если мне не изменяет память, впервые искусственный химический элемент плутоний синтезируют в следующем году, и именно он станет основой 'начинки' большинства ядерных зарядов. Ядерный взрыв не только способен уничтожить целый небольшой город, но и вызывает очень стойкое - тысячи лет - радиоактивное заражение, убивающее всё живое. Слова про бесплодную пустыню как раз и являются намёком на радиоактивное заражение. ООН - Организация Объединённых Наций, международная организация, которую создадут после победы над гитлеровской Германией. Что-то подобное нынешней Лиге Наций, но на несколько иных принципах. Пентагон - огромный пятиугольный комплекс зданий министерства обороны Соединённых Штатов Америки, как вскорости будут называться САСШ, которые и станут нашим главным послевоенным противником.
  - У меня создаётся впечатление, что вы пытаетесь заговорить мне зубы и увести разговор от действительности.
  - Мы же с вами пришли к консолидированному мнению о том, что по мне расстрельная стенка плачет, - грустно усмехнулся Николай.
  - Боитесь?
  - Опасаюсь. Опасаюсь, что не успею добиться того, чтобы не было этих ужасных жертв в войну, и чтобы не произошло других неприятных событий в более отдалённом будущем. Всё-таки вам ещё более полутора месяцев оставаться лишь первым заместителем наркома.
  - Я лично не смогу постоянно заниматься вами, поэтому подумаю, кого назначить куратором этого направления, - после минутного размышления нехотя произнёс Берия.
  - По профилю это ближе Меркулову, - подсказал Демьянов. - Да и надолго он в вашем ближайшем кругу. В известной мне истории - до самого конца. А чтобы ограничить круг посвящённых лиц, непосредственно со мной могут работать лейтенант госбезопасности Румянцев и младший лейтенант госбезопасности Кузнецов.
  
  10
  'Вениамин Эмильевич' не звонил уже две недели. Директору магазина пришлось сказать, что он алкашами не занимается, специализируясь на потерявших память, как Шеин. И, как показалось Николаю, тот принял новость даже с облегчением. Пришлось подпортить ему настроение тем, что 'доктор' поговорит с коллегами.
  Как-то, вернувшись с работы, Демьянов обратил внимания, что давно не слышал недовольного бубнежа в свой адрес со стороны соседа, претендовавшего на шеинскую каморку. По словам других соседей, уехал в командировку в Среднюю Азию 'выбивать' шкуры для артели обувщиков, где трудится снабженцем. А его супруга, служащая в каком-то издательстве, оказалась вполне себе интересной собеседницей, частенько бравшей на дом работу и по вечерам с пулемётной скоростью трещавшей на пишущей машинке. Сталкиваясь с ней на кухне, Николай больше молчал, опасаясь попасть впросак при обсуждении литературных новинок, но когда упоминавшиеся книги и стихи знал, всё-таки позволял себе некоторые рассуждения об их недостатках и достоинствах.
  - Подумать только, вы простой грузчик, а так здраво и квалифицированно рассуждаете! - удивлялась соседка.
  - После удара молнии я совершенно не помню своей прошлой жизни, - мотивировал несоответствие образа Николай. - Поэтому совершенно не исключаю, что не всегда носил ящики с овощами и мешки с крупой.
  - И ни на чём другом этот удар не отразился?
  - Вы же видите: голова работает, зрение, слух и прочие органы чувств в полном порядке, руки-ноги действуют отлично. Даже язык по-прежнему без костей, - смеха ради, показал он язык, 'поставленный на ребро'.
  Двадцатисемилетняя женщина звонко расхохоталась, и последующие пять минут молчала, поскольку губы были плотно сжаты, а щёки и губы регулярно вздувались подвижными 'шишками'.
  - Не мучайтесь вы, - пожалел соседку Николай, помешивая булькающую на керосинке аппетитно пахнущую гречку с почти голыми обрубками телячьих рёбер. - Не то это умение, которое необходимо в жизни.
  Он уже лёг в постель, когда в дверь тихо поскреблись. В туалете зажурчал слив, и Элиза (в паспорте, небось, просто Елизавета прописано) мышкой шмыгнула в комнату.
  - Я научилась, - радостным шёпотом произнесла она, стоя почти вплотную к Демьянову. - Вот!
  И вправду научилась языком вертеть, как умеет он. Только, судя по надетому на голое тело коротенькому шёлковому халатику, явно не для того она шла, чтобы похвастаться владением языком. Ох, не для того!
  'А что я, собственно, теряю? - мелькнуло в голове Николая. - Не сегодня, так завтра снова могу оказаться в камере, и уже из неё не выйду. А, была, не была!'
  - Умница, - прошептал он и запечатал ей губы поцелуем.
  Одной рукой притянул женщину за спину к себе, а пальцы второй уже занимались пояском халатика. Халат мгновенно сполз на паркет, и по реакции Элизы Демьянов понял, что не ошибся в своих подозрениях.
  Кровать, как назло, у него скрипучая, и он просто сдёрнул матрас на пол.
  - Давай тут.
  Чтобы не стонать, Лиза закусила руку и сдерживалась, как могла. А когда всё закончилось, её 'пробило на поговорить'.
  - Хорошо-то как! Не то что с моим, у которого раз в неделю только и можно выпросить. Да и то - полминуты, и всё. А мне с мужчиной постоянно хочется. И днём, и ночью, и не по одному разу. Как с тобой.
  Он уже даже не успел спросить, 'почему ты считаешь, что со мной будет не один раз', как тонкие пальчики уже скользнули ему в область паха. На этот раз Лиза залезла сверху. Приподнималась и садилась, наблюдая, как влажный и блестящий в свете уличного фонаря член Николая плавно выходит из женщины и снова резко исчезает в ней. Похоже её это заводило даже сильнее, чем то, что он ласкал её небольшие упругие груди. Так сильно, что она дважды дошла до пика к тому времени, когда её примеру последовал Демьянов.
  Упорхнула к себе Лиза нескоро. Точнее, уплыла с блаженной улыбкой кошки, которой никто не мешал 'разделаться' с кринкой сметаны.
  Выяснилась и причина нелюбви мужа Элизы к соседу.
  - Этот дурачок хочет, чтобы я родила ему ребёнка, но считает, что для маленького нужна отдельная комната.
  В общем-то, разумное решение, если вспомнить, как маялись с первенцем Демьяновы в съёмной 'гостинке'.
  Вопрос, продолжать ли этот блуд, не стоял. А почему бы не продолжать, пока муж в командировке? Своим бухтением и мелкими пакостями он так достал Николая, что даже капельки мужской солидарности в душе не шевельнулось. У Лизы 'всё при всём': удлинённое 'породистое' лицо с пухленькими губками, прямым носом и карими глазами, каштановые волосы со стрижкой, которую позже назовут 'каре'. Тонкая талия нерожавшей женщины, чуть-чуть пухленький животик, гладкие бёдра и в меру выпирающая попочка. Грудь красивая, с острыми тёмными сосками. По телосложению - этакая копия известной скульптуры 'девушка с веслом'. Не красавица, но симпатичная.
  Главное - чтобы соседи не пронюхали. Не из-за того, что 'стуканут' рогоносцу - его-то он спокойно 'урезонит'. Пересуды начнутся, а кто из соседей конторский стукач, он пока так и не выяснил. И у чекистов появится возможность давить на Николая. Хотя... Вернётся муженёк, и закончится это безобразие.
  
  11
  Пауза в общении с Румянцевым затянулась до двадцатых чисел октября. Наконец, Демьянов оказался на конспиративной квартире, и лейтенант ГБ чуть ли не с порога, предложил:
  - Давайте выпьем.
  - Есть повод?
  - Нервное напряжение снять. Вы же нам с Юркой Кузнецовым, можно сказать, жизнь спасли. Слышали, что сейчас в комиссариате происходит?
  - Слышать не слышал, а вот по тому, что читал в биографии Лаврентия Павловича о времени, предшествующем снятию с поста Ежова, кое-что в голове отложилось.
  - Вот именно! Значит, всё-таки Николая Ивановича... того?
  - Не сразу. Но очень громко. С намного более громким скандалом, чем предшественника. Одного жаль - приёмная дочь снова в детском доме окажется.
  Румянцев наконец-то одолел сургучную пробку на водочной бутылке, и Николай двумя пальчиками показал, сколько ему наливать.
  - Так Евгению Соломоновну... тоже?
  - Нет, она сама какого-то снотворного наестся. Бл*дливая, конечно, штучка, но симпатичная.
  Чокнулись без тоста и проглотили 'горькую', закусывая нарезанной чертовски ароматной колбасой.
  - Вопрос о нашем с Кузнецовым переводе в подчинение Меркулову решён. Сам Всеволод Николаевич сейчас изучает документы по вашему делу. В ближайшие дни следует ожидать, что он потребует встречи с вами.
  - Значит, Берия всё-таки посчитал, что от сотрудничества со мной есть какая-то польза.
  - Какая-то? - засмеялся лейтенант. - Те ваши предложения, что были в разделах 'наиболее быстро реализуемые' он передал специалистам, и те просто от восторга скачут. Например, этот ленинградский аспирант Шас... Шам... Шашмурин, который, оказывается, уже какие-то опыты по закалке токами высокой частоты проводил. Сейчас считает экономический эффект от внедрения своего метода. Идею наземной установки для залповой стрельбы реактивными снарядами на колёсном или гусеничном шасси тоже оценили, Оказывается, в НИИ ? 3 уже задались этим вопросом, и сейчас собирают опытную установку по нарисованным вами эскизам. Заодно будут испытывать снаряды с косо установленными стабилизаторами.
  - Главное, чтобы сторонники ствольной артиллерии во главе с Куликом на дыбы не встали, как это было в моей истории с 'Катюшами'.
  - 'Катюшами'?
  - Да, эти установки приняли на вооружение буквально за пару дней до начала войны, и при первом их боевом применении залп производился с высокого берега, вот и возникла у кого-то из бойцов ассоциация с одноимённой очень популярной песней. Ох, простите, совсем забыл, что её только в следующем году запишут. Наливайте по следующей, и я попытаюсь вам напеть.
  Голос у Шеина всё-таки присутствовал. Не сказать, чтобы достойный сцены, но и не 'козлетон'. Так что песенка Румянцеву понравилась.
  - С индукционными неконтактными взрывателями эрэсов дело не столь быстрое, но идею тоже прорабатывают. Как и установку для размагничивания боевых кораблей. Пожелания по изменению компоновки и технологии производства будущего танка, который вы именуете Т-34, переданы конструкторам Кошкину и Морозову. В дополнение к моделям А-32 и А-34 они в инициативном порядке попытаются сделать ещё одну, условно названную А-34У, 'улучшенный'. С поперечным расположением двигателя, торсионными подвесками от проектируемого танка КВ и более просторной башней, установленной в центральной части корпуса. Идея им очень понравилась, но вот хватит ли им времени на её реализацию - вопрос.
  - Что с коробкой передач?
  - Шаш... мурин делает установку для закалки шестерней для Харькова.
  - А по самоходам?
  - Для их запуска требуется решение на самом верху. Но инициативные разработки на базе Т-26 по схеме с полузакрытой рубкой пообещали проработать.
  - Противотанковые ружья?
  - Предложения о начале инициативных разработок под 12,7-мм патрон Дегтярёву и Симонову направлены. О патроне 14,5 мм вы знаете, что его ещё нет. Но в качестве перспективы о нём упомянули. Только...
  - Догадываюсь. Наши специалисты уверены, что броня танков будет 60-80 мм, и противотанковые ружья с ней не справятся. Верно?
  - Да.
  - Ну, так пусть посмотрят, на чём воюют немцы и японцы. Передайте мою просьбу Лаврентию Павловичу или Всеволоду Николаевичу о том, чтобы к началу боёв на Халхин-Голе хотя бы пробные партии ружей Симонова и Дегтярёва, хотя бы под калибр 12,7 попали в 1-ю Отдельную Краснознамённую армию. Японцы, кстати, уже приняли на вооружение своё противотанковое ружьё Тип-97, но его калибр 20 мм, и оно попросту ломает отдачей ключицы стрелкам. А поляки и немцы вообще используют для этого вида вооружений калибр 7,9. И ничего, с 300 метров могут прошивать лобовую броню наших бэтэшек и Т-26! А уж наш четырнадцатимиллиметровый патрон броню их 'трёшек' и даже ранних серий 'четвёрок' будет щёлкать, как орешки. Не говоря уже о бронетранспортёрах и бронемашинах.
  Подумав, таки решился раскрыть кусочек информации о начальном периоде войны.
  - В моей истории первые ружья Дегтярёва появились на фронте только в октябре сорок первого, когда немцы ушли чёрт знает куда в глубь нашей территории. И в значительной мере из-за того, что стрелковые подразделения просто не имели никаких массовых противотанковых средств. 'Сорокопятки' повыбили или бросили при отступлении из-за отсутствия конной или механической тяги. Да и заметить даже мелкую пушчонку куда проще, чем противотанковое ружьё. Не говоря уже о трудностях со сменой огневой позиции. Нечем было выбивать бронетехнику противника. Целые полки гибли из-за того, что были беззащитны против 'панцеров'. И это породило такое явление как танкобоязнь, которую удалось победить очень и очень нескоро. Будь противотанковые ружья в войсках на момент начала войны, многое бы пошло по-другому. Знаете, до какого времени у нас выпускались противотанковые ружья? До самой Победы, хотя к тому времени они действительно уже были бессильны против немецких танков с толщиной брони 80, 100 и более миллиметров. Да, да! Появились они всё-таки. Но только в сорок третьем году. Но для ружей хватало и других целей, менее бронированных. А уцелевшие экземпляры ПТР успешно применялись даже в 2014 году во время войны в... Во время одного из локальных конфликтов, в котором мне башку осколком кирпича проломило.
  - Вы так усердно скрываете события более поздней истории, что у меня напрашиваются нехорошие мысли, - угрюмо подметил Румянцев.
  - Всё ещё хуже, чем вы предполагаете, Анатолий Иванович. Но сначала нам нужно подготовиться к Войне, а уж потом решать более поздние проблемы.
  - Советский Союз завоевали?
  - Нет. Но, как говорили в годы моей молодости, 'новой мировой войны не будет, но будет такая борьба за мир, что камня на камне не останется'. Не гадайте, Анатолий Иванович. Многие знания порождают многие печали. Всему своё время. Нам с вами ещё предстоит предотвратить то, о чём я не хочу раскрывать раньше времени.
  
  12
  В квартире Николая ждал сюрприз: его скромные пожитки были аккуратно выставлены в коридор. На стук в дверь высунулась незнакомая фиксатая морда, одетая в кальсоны и майку.
  - Башкой об стену постучись! Чё надо?
  - Это тебя надо спросить, чё тебе надо в моей комнате.
  - Была твоей, фраерок, стала моей. Я теперь тут со своей супружницей живу, - кивнул приблатнённый в сторону сидящей на кровати Матрёны, одинокой тридцатилетней толстушки, жившей в комнате номер шесть. - Мы с ней завтра расписываться идём.
  - Насколько я помню, у Матрёны и своя комната есть.
  - А там уже мой зятёк с семьёй живёт, - заржал 'захватчик'. - Так что хватай узлы - вокзал отходит. И вали-ка отсюда, убогий, пока я тебе остатки твоих мозгов не вышиб. Или щас я ещё зятька крикну. Эй, зятёк! Васька! Подь сюда, тут этот, с отшибленными мозгами, права качает.
  На шум из комнат начали выползать соседи, среди которых показался довольно крупный мужик с 'раскрашенными' наколками лапами. Впрочем, 'партаки' присутствовали и на руках матрёниного 'мужа'.
  Подскочившая к двери Мотька потянула носом и заврещала:
  - Нажрутся, а потом ломятся в чужие двери. Вы только гляньте, люди добрые, как антиобщественные элементы пытаются разрушить семью честных тружеников! И куда только смотрят органы, призванные защищать завоевания пролетариата от подозрительных элементов! Без году неделя в Москве, а комнату получил, ведёт себя вызывающе, пьяные скандалы устраивает.
  Как только Матрёна 'полезла в политику', число зрителей резко уменьшилось.
  - Ты понял, фраерок? Катись отсюда, пока цел. Васька, вломи ему, если он не понимает.
  - Постой Федот, - остановился Василий, рассмотрев Демьянова в свете тусклой коридорной лампочки. - Это ж мусорок. Видел я его как-то, когда он с гэбэшником в подворотне ручкался. Поручкались и разбежались.
  - Да какой мусорок?! - опять взвигнула Матрёна. - Да на него самого мусора Лизку подрядили 'стучать'.
  - Что? - ахнула 'Элиза'. - Что ты сказала, лахудра щипанная? Что ты напраслину возводишь на честных людей, подстилка уголовная?! Да я тебя...
  И понеслось! Визг, ор вцепившихся друг другу в волосы женщин. На стороне Матрёны масса, Лизавета берёт подвижностью.
  - Долго будешь пялиться, как бабы дерутся? - втолкнул в комнату скалящегося 'жениха' Николай.
  Тычок сложенными 'лодочкой' пальцами в солнечное сплетение выбил Федоту дыхание, а удар ребром ладони по шее отправил его на пол. Усевшись 'приблатнённому' на спину, Демьянов вцепился пальцами ему в патлы и обозначил удар лицом об паркет.
  - Понял, что сейчас с твоим носом станет? А теперь быстро собрал свои манатки и вместе с 'невестой' свалил в её конуру. Иначе вас обоих с твоим зятьком уделаю, как бог черепаху. Будете дёргаться - вообще порешу, и ничего мне не будет: у меня справка от психиатра есть, что я больной на голову, - зловеще заржал Николай.
  - А Ваську куда теперь? - прохрипел 'жених'.
  - Не колышет, куда хотите, туда и девайте. Сами кашу заварили, сами её и расхлёбывайте.
  Утром Николаю на работу идти было не нужно, и он, готовя на кухне завтрак, слушал рыдания Матрёны и ругань Васьки с Федотом. Потом к нему заглянул Василий и мрачно предупредил.
  - Ты, мусорок, оглядывайся почаще, когда по Москве ходишь. Я тебе не прощу того, что из-за тебя мне снова придётся по съёмным углам мыкаться.
  - Договорились, - кивнул Демьянов. - Только учти при этом: ты так легко, как Федот, тоже не отделаешься. Сунешься ко мне - в инвалида превращу.
  - Ну, ну, - зло сжал губы громила.
  'Жених' исчез вместе с родственниками прямо с утра, а изрядно изодранная когтями и сияющая бланшем Мотька - ближе к обеду. И тут пришла очередь Лизы. У этой хоть хватило ума фонари припудрить и разбитую губу пластырем заклеить.
  - Стёпа, это неправда. Врёт она всё.
  После полуминуты молчания:
  - Не специально я, меня заставили.
  Ещё через полминуты по щекам, оставляя полосы на пудре, поползли слёзы.
  - Будь проклят этот стихоплёт, из-за которого меня подцепили! Я только потому согласилась, что меня пообещали из соучастницы в свидетели перевести.
  - На мужа тоже стучала?
  - Не вспоминай это вороватое ничтожество! Поделом ему. Он же артельные деньги ворует, ему всё равно скоро сидеть. Я, когда за него выходила, думала, он щедрый мужчина, а у него даже на чулки приходится деньги выпрашивать: на дачу копит. Нужна-то мне его дача, если из-за неё я не могу даже в театр сходить.
  - Кто давал задание следить за мной?
  - Сержант госбезопасности Удовенко. Предупредил, что странный ты, и за тобой надо присматривать: с кем дружишь, о чём разговариваешь, с кем встречаешься. Стёпочка, прости, пожалуйста! Хочешь, я прямо сейчас тебе отдамся? Хочешь, я со своим разведусь и за тебя выйду? Он всё равно скоро сядет, а я знаю, где у него наворованное спрятано. Нам хорошо вместе будет.
  Вот же торкнуло её! Помнится, одна из давних подружек Демьянова много лет назад (или вперёд?) говорила, что хорошо оттраханная женщина летит по жизни. Оказывается, хорошо оттраханная после хронического недотраха, ради 'продолжения банкета', готова от нерадивого мужа с первым встречным сбежать.
  Слушать за стенкой рыдания Лизы не хотелось, и Николай ушёл 'поднимать культурный уровень': в своё времена ему так и не удалось посетить Третьяковскую галерею, и он решил хоть теперь заполнить этот пробел. Выходя из подъезда, нос к носу столкнулся с возвращавшейся откуда-то Матрёной, тоже зарёванной и драной, демонстративно отвернувшейся от него при встрече.
  Гулял долго, до вечерней темноты. Впрочем, в конце октября она наступает не так уж и поздно. И особого внимания на милиционера, прохаживающегося возле подъезда, не обратил. А зря. Потому что он и двое в штатском, тут же 'нарисовавшихся' сзади, были по его душу.
  - Гражданин Шеин?
  - Да.
  - Вы задержаны. Следуйте за нами. И без фокусов!
  - Позвольте полюбопытствовать: за что задержан?
  - За изнасилование гражданки Могилевской и нанесение телесных повреждений пытавшейся её защитить гражданке Инютиной.
  Схваченные сзади руки тут же взлетели вверх, и полусогнувшегося от этого Николая поволокли куда-то за угол.
  
  13
  - Да ты хоть знаешь, урод, что с тобой в камере сделают уголовнички, когда узнают, по какой статье ты сюда попал?
  За зарешечённым окном уже светло, и Демьянову жутко хочется спать. Молодой следователь тоже устал, но у него 'пионерские костры в жопе горят' от желания добиться признания у насильника в столь простом деле. Всё у него имеется: заявление пострадавших, побои на лицах обеих, задержанный преступник. Правда, упорно не желающий сознаваться. Но это - дело поправимое: ещё немного надавить, и 'запоёт', как миленький!
  - Ничего не сделают. Там же не такие идиоты сидят, понимают, что существуют наветы, ложные обвинения, недостаточный объём собранных доказательств.
  - Ты на кого намекаешь, скотина?! Что я - идиот?
  Подниматься с пола в наручниках довольно неудобно. Особенно - после такого удара, от которого в башке звенит.
  - Что тут у тебя, Рожнов?
  Ага, цельний капитан пожаловали.
  - Насильник, тащ капитан. Избил и изнасиловал соседку по коммуналке, а второй, той, что пыталась защитить изнасилованную, так изуродовал лицо, что смотреть страшно: синяки, царапины на щеках, выдранные волосы. Показания потерпевших имеются.
  Капитан почти равнодушно глянул на Демьянова, который как раз в это время стирал сочащуюся из носа кровь.
  - Покажи-ка руки.
  Николай послушно вытянул вперёд поднятые вверх скованные ладони.
  - Не так. Тыльные стороны.
  - Пожалуйста.
  - Царапины на лице, говоришь, Рожнов? А ты часто видел, чтобы физически крепкие мужики бабам рожи царапали? Особенно -обстриженными ногтями.
  - Так может, он уже после этого ногти обстриг.
  - Соседей опрашивали?
  - Никак нет, тащ капитан. Так ведь всё днём произошло, все, кроме пострадавших, на работе были.
  - В коммуналке? А эти две почему дома сидели? Домохозяйки, что ли?
  - Никак нет. Работающие. Одна - посудомойка в столовой, а вторая - машинистка в издательстве.
  - Что этот рассказывает?
  - Врёт, что пострадавшие накануне вечером друг с дружкой подрались, а Могилевич ему так отомстить решила за то, что он не захотел на ней жениться.
  Капитан насмешливо поглядел на 'разукрашенную' физиономию Николая.
  - На второй тоже жениться не хотел?
  - Да нет, тащ, капитан. Говорит, что Инютина вместе с 'женихом' накануне пытались в его отсутствие его комнату захватить.
  - По этому поводу ты, конечно, соседей тоже не опрашивал.
  - Так ведь ночь ещё, тащ капитан!
  - Этого - в камеру, а сам пошли оперативников на опрос соседей. И вызови на дачу показаний обеих пострадавших. Порознь допрашивать. Ясно? Всему вас учить надо!
  В камере Николай, как только привёл себя в относительный порядок, сразу же завалился спать. Поднялся только чтобы пожрать. Его не трогали, с расспросами подкатили только во второй половине дня.
  Ну, как с расспросами... Подсел мужичок лет сорока и спросил:
  - Не узнаёшь?
  Николай отрицательно помотал головой.
  - Мокшан, улица Засечная. Ты в соседнем доме угол снимал.
  - Не помню. Меня, когда я в Москву приехал, молнией ударило, и я память потерял.
  - Слышал я такое, Тетюха кому-то говорил. Да вот, сам решил проверить. За что закрыли?
  - Медвежатник он, 'мохнатый сейф' подломил, - заржал ещё один парняга, тоже явно урковатого вида. - Я от вертухаев слышал.
  - Так, что ли?
  - Нет, конечно, - спокойно ответил Демьянов. - Соседка, тварь, решила отомстить за то, что я не захотел помочь ей муженька посадить. Напомни, как тебя зовут: как после молнии в больнице очухался, всё и всех напрочь забыл. Даже мать не помню.
  - Тютя. Тарутин Никифор. Хреновую статью тебе шьют, - покачал головой уголовник.
  - Я знаю. Только шита она белыми нитками, рассчитана на то, что дурные мусора кинутся повышать процент раскрываемости. Главное, чтобы адвокат нормальный попался: я ему сам подскажу, где у ментовской версии слабые места.
  - Правду баял Тетюха, - снова качнул головой Никифор. - На вид ты тем самым Стёпкой Шеиным остался, а мозги тебе как подменили. Вон, как разговариваешь! Не знал бы тебя раньше - точно подумал бы, что ты десятилетку закончил.
  Десятилетку! А техникум и два института, дядя, не хочешь?
  - Только на адвоката шибко не надейся. Прикажут ему - ничего делать не станет. Среди них такие гниды попадаются, что самые гнилые мусора позавидуют.
  Дни тянулись густой патокой. Людей из камеры таскали на допросы, без задержек выдавалась еда, охрана провела очередной 'шмон'. Демьянову пришлось малость порукоприкладствовать, уча уму-разуму того самого урку, что принёс весть о том, по какой статье обвиняют Шеина. Сцепились из-за очереди выносить парашу. Не бил. Повёл болевой прём, заставив того 'танцевать' с задранной назад рукой, чтобы Николай не сломал ему пальцы. Больше тот не пытался 'наезжать' на подозреваемого в преступлении по 'позорной' статье. Только пригрозил:
  - Ничего, на зоне сочтёмся. Или за меня сочтутся.
  Время убивал чтением или разговорами с Тарутиным: надо же было хоть что-то узнать из прошлого Степана. Пусть даже о коротком промежутке времени, пока тот жил в селе Мокшан неподалёку от Пензы. Вдруг пригодится?
  Укоротить урку помог и Тюха.
  - Охолони, Заяц. Не доказано ещё, что Степан ту кунку лохматил. Будет приговор - будет и разговор.
  На четвёртый день Тюха снова подсел к Николаю, но вид у него был озабоченный.
  - Тут такое дело, Стёпа. Нехорошее для тебя. С воли пришла малява от уважаемых в воровском мире людей, Федота Маленького да его зятька Васи Подольского. Просят они тебя на перо поставить. Им-то ты чем досадил? И как узнали, что ты тут паришься?
  - Они попробовали мою комнату в коммуналке отжать, а я не позволил.
  - Таким же манером, как Зайца уговорил парашу вынести? - хохотнул Никифор.
  - Примерно, - улыбнулся Николай. - А вторая сука, что на меня заяву написала, будто я её побил и морду ей когтями разодрал, как раз и была 'невестой' Федота. Вот я их обоих из своей хаты и выставил. У Федота сразу 'любовь' к Матрёне и прошла.
  - Похоже, похоже на Федота. Тот частенько дурных и некрасивых баб к своим делишкам припрягает. И ты, похоже, сильно его обидел. Так что берегись Степан: как бы тебе 'заточку' под лопатку или пулю 'при попытке бегства' не поймать.
  
  14
  У следователя МУРа Рожнова слегка подрагивали руки. Внешне он, конечно, старался держаться, но страх липкими струйками пота медленно катился по позвоночнику. Ещё бы ему не бояться! То про одного, то про другого сотрудника шепотком передают: 'Арестован'. Новый первый заместитель наркома круто взялся. Очень круто! Больше, конечно, центральный аппарат наркомата трясёт, но отголоски уже и до Петровки докатываются. И как-то очень не хочется стать первым из 'низовых' работников, кто угодил под этот каток.
  - То есть, соседи всё-таки утверждают, что накануне драка между Могилевской и Инютиной была?
  - Так точно, товарищ лейтенант госбезопасности.
  - И какова причина драки?
  - Инютина обвинила Могилевскую в том, что та 'стучит' в органы на Шеина.
  - Соседи подтверждают, что Могилевская и Инютина во время этой драки нанесли друг другу побои?
  - Так точно.
  - Так почему вы продолжаете считать, что это Шеин их избил и изнасиловал Могилевскую?
  - Тут не всё так просто, товарищ лейтенант госбезопасности. Я считаю, что он мог её изнасиловать. Утром Могилевская приходила в комнату к Шеину, после чего закрылась у себя в комнате и долго плакала. А Шеин после этого ушёл. Вполне могла плакать из-за того, что её изнасиловали.
  - Шеин ушёл до возвращения Инютиной или после?
  - Не вполне ясно, товарищ лейтенант госбезопасности. Инютина настаивает на том, что она застала его в то время, когда он насиловал Могилевскую, а Шеин говорит, что встретил Инютину уже возле подъезда. Сосед, который оставался в этот момент дома не может точно сказать, когда вернулась Инютина: до ухода Шеина или после.
  - Могилевская не объясняет, что она делала в комнате у Шеина?
  - Говорит, что пришла объясниться по поводу обвинений Инютиной в её адрес, а Шеин набросился на неё, избил, и...
  - Что говорят пострадавшие о том, на каком этапе изнасилования появилась Инютина? Вы их вместе допрашивали или порознь?
  - Порознь. Могилевская говорит, что... в общем, в процессе. А Инютина утверждает, что в момент окончания полового акта.
  - Где происходило изнасилование? На кровати?
  - Тут тоже показания расходятся. В показаниях Инютиной говорится про кровать, а Могилевская рассказывает про то, что Шеин побоялся, что скрип кровати привлечёт лишнее внимание, и всё происходило на матрасе, сброшенном на пол. Но следы спермы на постели имеются, и явно не от однократного полового акта.
  - Даже так? Что думаете по поводу разнобоя в показаниях?
  - Женщины были в шоке, могли что-нибудь и перепутать...
  - Шеин не говорил, была ли у него половая связь с Могилевской до так называемого изнасилования?
  - Он отказался отвечать на этот вопрос, товарищ лейтенант госбезопасности.
  - А Могилевская?
  - Утверждает, что нет.
  - Соседи?
  - Соседи ничего определённо сказать не могут. Говорят, что Могилевская последнее время 'строила глазки' Шеину, пользуясь тем, что её муж в командировке. Кто-то ночью подслушал, как открывалась дверь в комнату Шеина, и тут же - в комнату Могилевских. Но, как выразился один из соседей, 'я свечку не держал'.
  - А теперь, Рожнов, давайте выслушаем мою версию. Так вам скажу, что не совсем безосновательную, поскольку кое-какие факты, неизвестные вам, у меня имеются. Могилевская и Шеин состояли в интимных отношениях. И наутро после того, как Инютина 'сдала' связь могилевской с органами, явилась объясниться. Шеин то ли оскорбил её, то ли объявил о том, что прерывает их связь, после чего ушёл из дома. Обиженная Могилевская предложила Инютиной отомстить Шеину, выступив свидетелем якобы случившегося изнасилования, и выдать следы произошедшей накануне драки за последствия избиения Шеиным.
  - Отомстить?
  - Вы удивляетесь? Разве не Шеин выгнал Инютину и мужчину, за которого она якобы собиралась выйти замуж, из захваченной ими комнаты Шеина? После чего тот мужчина расстался с Инютиной. Как выразилась Инютина, 'разрушил будущую ячейку социалистического общества'. Вам не кажется, что это более правдоподобно, чем сказка про побои, оказывается, нанесённые за полсуток до 'изнасилования', про насильственный половой акт, данные о месте которого не совпадают, про то, что плач Могилевской в закрытой комнате соседи слышали, а вот крики о помощи во время изнасилования - нет.
  - Но откуда вы знаете об интимных отношениях Могилевской и Шеина?
  - Оттуда. Свечку я тоже не держал, но отчёты 'изнасилованной' о характере её контактов с Шеиным читал. Вот вам и источник следов спермы на постели Шеина. Даю вам три дня срока на завершение расследования. А Шеин пойдёт со мной. Нам, - выделил гэбэшник. - Он нужен больше, чем вам. Но на очные ставки завтра или послезавтра его можете вызывать.
  - Есть!
  Следователь углубился в перечитывание материалов, а лейтенант госбезопасности закинул ногу на ногу и задымил папироской. Спустя четверть часа он стал проявлять нетерпение.
  - Долго ещё ждать?
  'Следаку' пришлось взять телефонную трубку.
  - Товарищ лейтенант госбезопасности, задержанный Шеин при доставке сюда пытался бежать, и конвоиру пришлось стрелять на поражение.
  
  15
  Почти полтора месяца в госпитале Бурденко. Нудная и серая московская осень сменилась полноценной зимой. Такой же пасмурной, но хоть серятину голой земли прикрыло снегом.
  Пуля из нагана пробила левую лопатку, прошла в какой-то паре сантиметров от сердца и застряла в лёгком. Ещё бы чуть-чуть, и... Или, что ещё хуже, если бы вертухай стрелял не в 'моторчик' в позвоночник. Даже если бы после этого удалось выжить, то своими ногами уже никогда бы не пошёл.
  Почему он оказался в госпитале 'конторы', а не в тюремной больнице, Демьянов долго не мог понять. Мало того, когда впервые пришёл в себя, лечащий врач обратился к нему не 'Степан Макарович', а 'Николай Николаевич'. Пусть непонятно, зато не грызёт дискомфорт от осознания того, что он 'занимает чьё-то чужое место'.
  Точки над i расставил первый посетитель, наведавшийся к нему, когда разрешили врачи. Толик Румянцев, с которым они, наконец-то, перешли на 'ты'.
  - Берия был просто в бешенстве, когда ему доложили о твоих 'приключениях'. У него первая версия, естественно, о том, что произошла утечка информации о тебе, и тебя решили ликвидировать то ли внешние, то ли внутренние враги. А когда ещё эксперты вычислили, что конвоир стрелял в тебя, когда ты стоял лицом к стене, заложив руки за спину, то вообще головы полетели налево и направо. Но кто ему приказал тебя кончить, так и не узнали. Застрелился, подлец, когда за ним пришли.
  - Заказали меня. Уголовники заказали.
  - Откуда знаешь?
  - Предупредили. Но я, конечно, предполагал, что прирезать попытаются, и не думал, что конвоир будет действовать так нагло.
  - Кто предупредил?
  - Старый знакомый Шеина, которого я встретил в камере.
  - Ты же говорил, что никого из его знакомых не помнишь.
  - Он сам меня узнал. Шеин с ним по соседству в селе Мокшан под Пензой жил. Некий Тарутин Никифор по кличке Тютя. Он и предупредил, что те урки, которых я 'обидел' в квартире на Солянке, меня заказали. Федот Маленький, за которого 'избитая мной' Матрёна замуж собиралась, и муж его сестры Вася Подольский. Я им какую-то афёру с моей и матрёниной комнатами обломал. Да ещё и вломил Федоту. Вот уж воистину, как писали Ильф и Петров, москвичей испортил квартирный вопрос.
  Румянцев достал блокнотик и карандашом записал услышанные клички.
  - Разберёмся.
  - А что там с моим делом?
  - Пока висит. Оставалось провести очные ставки с тобой, да тут ты решил отдохнуть на больничных харчах, - засмеялся Анатолий. - Могилевского, как из командировки вернулся, за жабры взяли за растрату. Не без помощи Лизаветы, перед которой поставили ребром вопрос: или сдаёшь схемы, по которым он деньги уводил, или идёшь под суд за дачу ложных показаний в твоём деле. Как понимаешь, от этих показаний она уже отказалась. А Инютина продолжает своё гнуть: ты, видите ли, отнял у неё последний шанс обрести семейное счастье.
  - Как говорил один мой знакомый, бабы - дуры, - покачал головой Николай. - Не потому что бабы, а потому что дуры.
  - Ждёт она тебя.
  - Кто? Матрёна, что ли?
  - Лиза. Извиниться хочет. Баба она, в общем-то, неплохая, но...
  - Но дурная-а-а... Прямо как та ворона из анекдота. Рассказать? Пристала ворона к перелётным гусям: возьмите меня с собой на юг, в тёплые края, а то надоело мне зимой мёрзнуть. Гуси ей объясняют, как далеко это, что два дня без отдыха придётся над морем лететь, и если ворона не дотянет до суши, то погибнет. А та упёрлась: хочу, и всё. 'Я сильная, я выносливая, я смогу'. И полетела. Перед перелётом через море гуси снова безуспешно пытались отговорить её. 'Я сильная, я выносливая, я смогу'. День летят над морем, второй. Ворона уже из последних сил крыльями машет, вот-вот в море рухнет. В общем, на последнем издыхании упала она на прибрежный песок, часа два валялась, пока голову поднять смогла. Подняла и говорит: 'Я смогла! Я выносливая! Я сильная! Но дурная-а-а!' Бумаги-то мои изъяли, чтобы очередной претендент на жилплощадь их не выбросил?
  - Изъяли, - просмеявшись, заверил лейтенант. - Я их обработал и Меркулову передал. И комнату опечатали. Жить-то тебе где-то надо будет, когда из госпиталя выйдешь. Не удивляешься, что тебя по-другому называют?
  - Ещё как!
  - Берия распорядился при переводе из тюремной больницы. Под этим именем тебя всего несколько человек знает. По крайней мере, до момента выписки за твою судьбу можно будет не беспокоиться. Какое, кстати, у тебя было последнее воинское звание 'там'?
  - Старший лейтенант запаса.
  Накануне выписки он принёс Николаю одежду по сезону. И не какую-нибудь, а полный комплект зимней формы лейтенанта госбезопасности.
  - С повышением! - поздравил Румянцев. - Приказ наркома. И удостоверение держи.
  Оба-на! Фото, сделанное, когда его терзали на соответствие личности Шеина оригиналу. Но дата рождения 'скомпилирована': число и месяц - из показаний Демьянова, а год - 1913, как у Степана. Главное - в документе указаны фамилия, имя и отчество - Демьянов Николай Николаевич.
  - По служебным делам будешь использовать удостоверение, но паспорт Шеина пока на всякий случай останется. И за 'подъёмные' в размере двух месячных окладов распишись. Отдыхай пока, но сильно не расслабляйся: наркому что-то от тебя очень нужно.
  Какому именно наркому, говорить нет смысла: несколько дней назад, 25 ноября, им назначен 'кровавый тиран' Лаврентий Павлович Берия.
  
  16
  Ходить оказалось тяжеловато. Пришлось по дороге, уже выйдя из метро на площади Дзержинского, заглянуть на Кузнецкий Мост, чтобы прикупить тросточку. А заодно в скобяной лавке - врезной замок: после попытки 'отжать' у него жильё Демьянов не знал, у кого ещё есть ключи от его каморки. Но даже с тросточкой он еле доковылял до дома. И немногие жильцы квартиры, оказавшиеся в это время дома, стали живым воплощением репинской картины 'Не ждали', виденной им перед самым арестом.
  Сорвал печать на дверях, вошёл в комнату, сразу же показавшуюся неопрятной и запущенной. Минут десять посидел, приходя в себя и прислушиваясь к шушуканью, доносящемуся из коридора. Потом встал и поковылял к слесарю Фёдору, жившему почти возле самой кухни.
  - Здравствуй, Фёдор Гаврилович, здравствуй, Лидия Георгиевна.
  - Здравствуй, Степан. Ух, как ты взлетел! Не узнаешь тебя в форме.
  Николай пропустил комплимент мимо ушей.
  - Я к тебе по делу. Будь добр, поменяй мне замок. А Лиду твою попрошу убраться у меня и постель постирать, пока я за продуктами хожу. А я заплачу́. Я бы и сам справился, да тяжеловато мне после ранения. Вон, пока от госпиталя до квартиры доковылял, умаялся.
  - Да какие деньги? Мы и так, по-соседски всё сделаем.
  - Не обижай, Фёдор Гаврилович! От моего жалованья не убудет, а тебе ребятишек кормить надо. Да и Лида, наверное, уже все руки сбила, их обстирывая.
  - Замок-то есть?
  - Купил. На столике лежит. Только это... Ты не прямо сейчас начинай. Я ещё с четверть часа отсиживаться буду. А дверь открытой оставлю.
  - Так может, Лида и за едой сбегает?
  - Ещё чего! Сам справлюсь. Мне всё равно расхаживаться надо. А за ужином мы с тобой посидим, по рюмочке пропустим да покалякаем.
  Не хотелось Николаю идти в тот самый магазин, где он работал грузчиком, да тащиться куда-то ещё дальше уже сил не было.
  - Ого, какие люди к нам пожаловали! - расцвёл в притворной улыбке поддатенький директор, завидев бывшего грузчика. - А нам про тебя, Степан... э-э-э... Макарович тут всякие гадости рассказывали. Врали, выходит.
  - Выходит, врали. Я тут, пока... гм... отдыхал, у докторов по твоему вопросу проконсультировался. Помнишь, ты спрашивал, могу ли я найти доктора, который твоего друга от пьянства вылечит?
  - А как же не помнить?! - забегали глазки директора.
  - В общем, они мне один надёжный рецепт по секрету подсказали.
  Николай жестом показал, чтобы торгаш наклонился к нему и шёпотом прошипел ему над ухом.
  - Воруй поменьше, Яков Григорьевич, и страх попасться не надо будет водкой заливать. Ты понял меня?
  Директора аж в пот бросило, но Демьянов абсолютно дружелюбно ему улыбнулся и уже во весь голос добавил.
  - Доктора говорят, что в ста процентах случаев помогает!
  Обслуживал он Николая лично и вне очереди, так что бывший грузчик возвращался домой с очень даже непустой авоськой (оказывается, это название сетчатой сумки уже в ходу!). Хлеб, колбаса, завёрнутая в серую рыхлую бумагу, кусочек сала, мороженая рыба (холодильников нет, так зимой можно и за окошком хранить), кру́пы в мешочках, захваченных из дома, пять банок разных консервов, ломтик масла. Небольшой вилок капусты, пара килограммов картошки и две бутылки красного вина. Еле поднялся по лестнице на второй этаж! Увидев его, Матрёна мгновенно шмыгнула в свою конуру.
  Замок уже был вставлен, паркет сиял чистотой, а постельное бельё сохло на растянутой межу стенами верёвками. Так что, раздевшись до галифе и нательной рубахи, пришлось плюхаться на голый матрас. Нет, не плюхаться, а садиться, после чего аккуратно, как привык ещё в госпитале, прислоняться к стене, подложив под неё для мягкости подушку. Сначала отсиделся, а уж потом занялся сортировкой продуктов.
  Раз пообещал Фёдору выпивку, значит, и закуска должна быть посытнее. Картошка с тушёнкой будет самое то!
  За чисткой 'картофана' его и застала Лизавета. Влетела на кухню с кастрюлькой какого-то супчика и замерла.
  - Не бойся, я не кусаюсь.
  - Тесновато у вас тут с малышнёй, - осмотревшись в комнате Фёдора и Лиды, покачал головой Николай, когда, наконец, все расселись за выдвинутым на середину комнатёшки столом. - А подрастут они, и вообще тесно будет. На работе улучшения жилищных условий не обещают?
  Сосед только махнул рукой.
  - Может, в ближайшее время и расширимся. Мотька собирается съезжать, куда-то к родне на юг решила уехать. Напугал ты её, - поделился он новостью, в ожидании, пока Лида разложит по тарелкам паря́щую картошку.
  - Не думал, что я такой страшный.
  - Да не ты. Из-за тебя её муровцы в такой оборот взяли, что она взывыла. Особенно - когда стали таскать по поводу её несостоявшегося мужа. А уж когда ты сам такой красивый нарисовался, вообще струхнула. Боится, что ты ей мстить начнёшь.
  - Я с женщинами не воюю. Ну, давайте, соседушки, поднимем бокалы и сдвинем их разом. За моё возвращение. Не пьянства ради, а здоровья для. Врачи говорят, мне красное вино полезно для восстановления потерянной крови. Не напрягайся, Лида, этой бутылкой и ограничимся: вам же завтра на работу.
  - Да ничего страшного не будет, если и подождёт утром работа, - загорелся было Фёдор.
  - Отвыкай от такого подхода, Фёдор Гаврилыч. С таким настроем нам капиталистов никогда не догнать и социализм не построить. Хоть у нас пушки не грохочут, а всё равно война идёт. Тихая, но самая настоящая: они, гады, нас экономически задушить пытаются. То ввоз наших товаров запретят, то, когда у нас с хлебом плохо, откажутся продавать нам технику за всё, кроме зерна, то порты для наших кораблей закроют. На заводах и фабриках надо работать, как на фронте, чтобы у нас в магазинах всё было. Я слышал, что там, - ткнул Николай вилкой в потолок. - Подумывают о том, как прижать нынешнюю вольницу и навести дисциплину на производстве. Надоело им, что планы срываются из-за прогулов, опозданий и брака. Сами же видите, сколько некачественных товаров в магазинах. А всё советское должно стать отличным. Так что, лучше уж заранее начать привыкать к порядку, чем потом плакать и свои привычки ломать.
  - Честно говоря, давно пора, - поразмыслив, согласился хозяин. - Мы же, опытные кадры, не успеваем вытягивать план за всяких охламонов. Оно, конечно, тоже не совсем плохо: платят нам больше, чем им. Но ведь и мы не семижильные: как конец месяца, так начинается беготня. Мастер, начальник цеха, директор, парторг. Все - давай, давай, давай! А придёт начало месяца, как сейчас, сидим, курим. Слушай, это из-за тебя нам в квартиру позавчера телефон провели?
  - Может, и из-за меня, - пожал плечами Николай. - Так что если будут к трубке звать Демьянова Николая Николаевич, знай - это по мою душу.
  - Имя, что ли, сменил?
  - Частично, - усмехнулся Демьянов, раскрывая новенькое служебное удостоверение. - Не спрашивай, почему. Так надо.
  - И как же к тебе теперь обращаться? - поскрёб затылок Фёдор. - Николай, Степан или... товарищ лейтенант госбезопасности?
  - Ну, товарищем лейтенантом пусть зовут те, кому я по службе нужен. А дома... Да как больше нравится, так и зовите.
  То ли вино подействовало, то ли действительно Николаю ещё рано такие физические нагрузки давать, а вырубился, как только вернулся к себе и застелил постель свежим, ещё чуть влажноватым бельём. Проснулся от того, что во входную дверь тихонько поскребли. Раз, другой, третий. Но подниматься, чтобы открыть дверь, не было ни сил, ни желания. Поэтому, пока засыпал снова, пришлось слушать всхлипывания Лизы за стенкой.
  
  17
  Середина декабря ознаменовалась выходом на службу. Это не значит, что Николай почти две недели бездельничал. Нет, кое-какие заметки по технологиям и техническим вопросам он делал. Припомнил методики подготовки бойцов ДШБ, рисовал эскизы экипировки. Но только после того, как ему домой привели небольшой сейф, в котором он и хранил свои наработки. Дверной замок дверным замком, но всё, что он делал, без всяких напоминаний он относил к категории секретной информации.
  Это всё, в основном, по вечерам. А днём хватало забот по обустройству быта. Оставшиеся от Шеина носильные вещи были рассчитаны на летний сезон, а прикупленные во время работы в магазине уже осенью никак не могли спасти от морозов. Так что пришлось 'прибарахлиться': пошить костюм, прикупить башмаки и тёплое пальто с подкладкой, носки, рубашки, галстук. В итоге деньги утекли, как вода, и снова пришлось перейти с хорошей колбасы на каши и косточки с едва заметными следами срезанного мяса.
  Очень разочаровали сапоги и ботинки. 'Натур-продукт' оказался неимоверно скользким даже на натоптанном снегу, не говоря уже о льде, появляющемся во время кратковременных оттепелей. Пришлось снова браться за карандаш и рисовать подошву, напоминающую ту, что спроектировал Витале Брамане. На целую неделю (в немалой степени - из-за пышных похорон Чкалова, погибшего при испытании самолёта И-180) затянулась эпопея с 'добычей' куска сырой резины, наклейкой на подошву ботинок её кусочков и вулканизацией. Зато теперь Демьянов мог смело шагать по тротуарам, не опасаясь 'полететь'. Рисунок подошвы и описание техпроцесса превращения форменных сапог в 'вездеходы' тоже отправился в сейф. Пусть пока не для всех, так хотя бы для охраны наркома это нововведение пригодится.
  А встреча с ним (после очень оттянувшегося по времени знакомства с начальником ГУГБ) не заставила себя ждать. На этот раз - уже в кабинете Берии.
  - Разрешите поздравить вас с назначением на должность наркома, товарищ комиссар госбезопасности первого ранга. И выразить в связи с этим своё сочувствие.
  - Всё так плохо? - насторожился нарком.
  - Нет. Всё именно так, как должно идти, и я спокоен за будущее страны на много лет вперёд. Но вспомните стихи Маяковского: Товарищ Ленин, работа адовая будет сделана и делается уже. Адовая по своему напряжению и объёмам задач, которые вам предстоит решить. Не зря вас в начале XXI века будут называть самым эффективным менеджером двадцатого столетия.
  - Менеджером?
  - Управляющим, руководителем проекта, компании или группы компаний. К концу моей прежней жизни в русский язык и другие языки мира проникло очень много американизмов. Этот период истории вообще называют эпохой глобализации, то есть, взаимного проникновения экономик и культур различных стран и континентов. Когда, к примеру, кузов нового автомобиля проектируют во Франции, а собирают в Бразилии, двигатель разрабатывают в Германии, а изготавливают в Турции, электрооборудование производят в Японии, шины 'варят' в Финляндии, окончательную сборку осуществляют в Китае, а готовые авто продают в Америке. Да и во всём мире.
  - А кто получает прибыль? - прищурился Берия.
  - Какая-нибудь итало-бельгийская компания, зарегистрированная на Британских Виргинских островах.
  - То есть, мировой революции не будет?
  Николай отрицательно покачал головой.
  - После Войны произойдёт серьёзное расширение 'социалистического лагеря'. По большей части, именно на ту территорию, которую займёт Красная Армия, освобождая Европу от гитлеровцев и их союзников. Не без исключений в обе стороны, конечно. Но мировой революции не будет. Именно поэтому нам нужно будет добиваться как можно меньших потерь в этой войне. В первую очередь, на начальном, катастрофическом этапе этой войны. Чтобы 'сэкономленных' сил нам хватило для захвата как можно большей территории в Европе до того, как наши войска встретятся с войсками союзников, англичан и американцев. А если возможно, то и вообще свести их продвижение в Европе до минимума. Пусть воюют с Гитлером и Муссолини в Африке, с японцами - в Океании и Юго-Восточной Азии, а в Европе нам нужно постараться обойтись без их участия. С их технической и военной помощью, но без высадки на континент.
  - Вы уже второй раз начинаете говорить о войне с Германией, как о начавшейся с катастрофы. Что-то конкретное вы можете сказать?
  - Теперь, когда вы уже стали наркомом, могу. Как я уже говорил, начнётся она 22 июня 1941 года около 4 часов утра. Неожиданным ударом всей мощи Вермахта и его союзников на всём протяжении западной границы СССР, от Кольского полуострова до Дуная. Немцы сосредоточат для удара 166 дивизий и 4,3 миллионов солдат, 42,6 тысяч орудий и миномётов, 4,3 тысяч танков, 4,8 тысяч самолётов. И это - не считая войск союзных Гитлеру Финляндии, Венгрии, Словакии, Румынии, Италии.
  - Разве можно не заметить того, что у наших границ собирается такая сила?
  - А вот то, что я сейчас скажу, снова 'тянет' на расстрельную стенку. О том, что война будет, советское руководство хорошо знало. Знало, но всеми силами пыталось оттянуть начало войны хотя бы до следующего года, когда должно было закончиться перевооружение Красной Армии. Вплоть до запрета разговоров о грядущей войне, до приказов не отвечать на немецкие провокации и не сбивать немецкие самолёты-разведчики, свободно летающие над советской землёй практически до Урала. И сигналов от разведки о том, что готовится это нападение, было больше чем достаточно. Одно 'но': наши разведчики сообщали самые разнообразные даты начала войны, поэтому Кремль все эти сигналы только раздражали.
  Причин для такого разнобоя тоже было достаточно. Во-первых, до конца апреля Гитлер сам окончательно не определился с датой начала войны. Во-вторых, её пришлось скорректировать из-за антигерманского переворота в Югославии, для подавления которого Гитлеру пришлось отвлечь часть войск, сосредоточенных против СССР, на разгром югославов. В-третьих, германская разведка и контрразведка вели активную дезинформационную кампанию. И получилось так, как получилось: приказ о подготовке к отражению будущего нападения был отдан слишком поздно. Мало того, нашлись 'деятели', которые проигнорировали прямые приказы Генерального Штаба, что привело к тому, что Минск пал на шестой день войны, а целых три армии, 3-я, 10-я и 13-я, были окружены под Белостоком и фактически полностью уничтожены.
  - Кто? Кто это допустил?
  - Командующий Западным ОВО Павлов, герой боёв в Испании. Его расстреляли через месяц после начала войны. Но в приговоре слова 'предательство' не было. Там говорилось о... В общем, о бездарном руководстве войсками. На мой взгляд, это действительно было не предательство, а хамская самоуверенность возгордившегося человека, посчитавшего, что он 'ухватил Бога за бороду'. Прекрасный теоретик в области боевого применения танковых войск, внёсший на должности начальника Автобронетанкового управления РККА неоценимый вклад в развитие военной науки и танкостроения. Именно на основе его наработок наши танкисты научились побеждать врага. На этой должности он был действительно на своём месте. Но, возглавив важнейший военный округ, 'пошёл вразнос'. Там им было столько наворочено, товарищ Берия, что волосы дыбом встают, а рассказ об этом затянется надолго.
  В общем уже к концу лета немцы дошли до Смоленска и Киева, вместе с финнами блокировали Ленинград. Началась 900-дневная блокада, в которой погибло около миллиона жителей города Ленина. Потом двумя танковыми клиньями с севера и юга отрезали почти миллионную группировку наших войск восточнее Киева. И в районе Борисоглебска и Броваров только в плен было захвачено около 650 тысяч красноармейцев. Большинство из них погибло в плену. Всего же в 'котлах' первых полутора лет войны мы потеряли пленными больше трёх миллионов солдат.
  В октябре началась Битва за Москву. К декабрю немцы подошли к столице так близко, что в бинокли рассматривали Кремль. К счастью, недолго: их смогли отбросить сильным контрударом. А в сорок втором были поражения под Харьковом, отступления до Кавказа и Сталинграда, в котором, местами, их отделяло от Волги всего пятьдесят метров...
  - Это для вас они были. Для нас - ещё будут, если верить вам.
  - Надеюсь, уже нет. Кто предупреждён, тот вооружён. И все мои технические предложения направлены именно на то, чтобы снизить вероятность такого развития событий.
  - Но мы, как я понял, выстоим?
  - Выстоим и победим. И выйдем из этой войны ещё сильнее, чем прежде. Так что, Лаврентий Павлович, ещё почти пятнадцать лет вам стоять на страже завоеваний социализма.
  - А потом?
  - Потом? Я вам продекламирую две частушки, сочинённые в 1953 году.
  Цветёт в Тбилиси алыча
  Не для Лаврентья Палыча!
  А для Никит Сергеича
  И Николай Лександрыча!
  И ещё.
  Берия, Берия
  Вышел из доверия,
  А товарищ Маленков
  Надавал ему пинков.
  - Шэни дэда! - сорвался нарком на грузинское ругательство. - Никитка??? Этот клоун???
  - Да, тот самый, кто на ХХ съезде партии 'разоблачит культ личности Сталина', а ещё раньше объявит 'банду Берии' в составе вас, Меркулова, Кобулова, Деканозова, Мешика, Володзимирского и Гоглидзе едва ли не главным виновником политических репрессий.
  Демьянов напряжённо смотрел в глаза побагровевшего от ярости Берии.
  - Разрешите один совет, Лаврентий Павлович? Я слышал, что месяц назад исчез глава НКВД УССР. Запамятовал его фамилию. Ищите его в середине апреля следующего года в моём родном городе Миассе. Как в моё время было написано в отчётах по его делу, 'при допросах он не создавал сложностей в работе следователей'.
  
  18
  А вот и первая командировка в новой должности инспектора Контрольно-инспекторской группы при заместителе наркома внутренних дел. В город Ковров Владимирской области на знаменитый пулемётный завод. Задача - проконтролировать работы по созданию противотанковых ружей для подразделений охраны важных оборонных предприятий. Именно так удалось обойти сложности при выдаче технического задания на разработку этого вида вооружений.
  Военные уже выдали своё ТЗ на ружья под патрон 14,5 х 114, который ещё только создаётся. Уже разрабатывается и образец ПТР системы Рукавишникова, но медленно, медленно. Не успеет оно к началу боёв на Халхин-Голе. В том числе - из-за неотработанности патрона. Так пусть красноармейцы потренируются бить вражескую бронетехнику из более слабых противотанковых ружей 'на котиках'. То есть, на 'игрушечных' (в сравнении с разрабатываемыми 'тридцатьчетвёрками' и КВ, конечно) японских танчиках. Пусть проверят действие этого оружия на дзотах и самолётах. Всю выпущенную партию 12,7-мм ружей 'случайно' отправят на Дальний Восток, а в конце мая передадут в войска, обороняющие восточный берег реки. А там уже и ружья под 14,5-мм патрон 'дойдут'.
  - Вы уверены в том, что необходимо тратить народные средства на это оружие? - в очередной раз выразил сомнения нарком.
  - Я не уверен, товарищ комиссар госбезопасности 1-го ранга, я твёрдо знаю, что оно нужно. С 1941 по 1944 годы было выпущено более 280 тысяч ружей Дегтярёва и более 190 тысяч ружей Симонова. И успешное применение их прототипов под более слабый патрон подтолкнёт работы над патроном 14,5 мм. Значит, будет шанс войскам получить их уже в 1940 году.
  В Коврове, естественно, работы шли ни шатко, ни валко: ружьё Рукавишникова разрабатывалось тоже у них, и Николаю пришлось до хрипоты спорить с Симоновым и Дегтярёвым о необходимости ускорить работы над заказом НКВД.
  - Предельно простая конструкция для максимальной технологичности. Даже приклад для снижения веса можно сделать в виде трубы, но обязательно с амортизирующей прокладкой под плечо. Сошки, ствол, дульный тормоз, ствольная коробка, пистолетная рукоятка управления огнём, ручка для переноски. Всё! Максимально просто при максимуме эффективности.
  Нужно ли говорить, что прототипы сделали 'на отвяжись'? А поскольку ПТРД занималась зелёная молодёжь, Николай упростил им задачу созданием однозарядного 'девайса' с коротким ходом ствола. С чем они, в общем-то, неплохо справились. Симонов же 'копнул глубже', понимая, что на более слабом патроне может отработать многозарядную конструкцию для более мощного. Поэтому заморочился с отводом газов и магазином. И через две недели после приезда Демьянова на заводском полигон загремели выстрелы.
  'Однозарядка', даже собранная 'на коленке', показала неплохие результаты, прошивая со 100 метров до 27 мм брони, а с 400 - 20 мм. Более чем достаточно для основной массы 'японцев' и даже лёгких немецких и чешских танков. То, что инспектор из госбезопасности был доволен работой молодёжи, подстегнуло и Симонова, который грозился 'догнать и перегнать', пообещав представив своё ружьё через неделю.
  - Вот и отлично! Значит, когда я снова приеду недельки через две, мы и проведём сравнительные испытания вашей 'многозарядки' и 'однозарядки' в которой молодёжь постарается устранить замечания.
  - Как мне кажется, это получится не совсем добросовестная конкуренция, - возмутился Симонов.
  - Побойтесь бога, Сергей Гаврилович! - улыбнулся Николай. - Кого вы сравнили? Себя, уже признанного оружейного конструктора, и мальчишек, для которых это, по сути, первая самостоятельная работаю. Если вы обещаете, что ваше ружьё будет готово через неделю, то ещё несколько дней на устранение выявленных недостатков, у вас останется.
  Вообще, конечно, Демьянову коллектив, с которым он и сопровождавший его Кузнецов (то ли для охраны, то ли ещё для чего, о чём не хочется думать) встретили Новый Год, понравился. Толковые, работящие люди, без склонности к зауми и 'интеллигентским понтам', каких в провинции намного больше, чем в столице. Очень много молодёжи, образованной, 'заводной'. Именно поэтому два гэбэшника, намеревавшиеся просто посидеть в комнате общежития, выполнявшего ещё и функцию гостиницы для командировочных, и оказались в шумной компании, гулявшей по соседству.
  Получилось так, что Юра Кузнецов вышел 'прогуляться в конец коридора', и его тут же окружили девчата, которым не понравилось, что товарищи чекисты скучают вдвоём. И сначала ворвались в их комнату, а потом и утащил обоих к себе.
  Пели, пили, даже водили хоровод вокруг выставленной в коридор швабры, изображавшей ёлочку. Вальсировать Демьянов научился ещё в школьные годы, но застеснялся и отказался танцевать под принесённый патефон, сославшись на то, что всё ещё не вполне оправился после ранения. А Юрка... Юрка даже успел поцеловаться с кем-то из девушек на лестничной площадке. Правда, с кем именно, утром, собираясь на завод, так и не смог вспомнить.
  Ага! 1 января 1939 года - обычный рабочий день 'шестидневки' (фильм 'Волга, Волга' смотрели?), а не как привыкли современники Демьянова, считающие его самым коротким днём года: не успел проснуться, как уже вечер. Уж лучше бы не мучили людей, а объявили его праздничным: всё равно до самого обеда почти никто из сотрудников толком работать не мог. Включая девчат и ребят, с которыми они праздновали, маявшихся от недосыпа. Чертёжница Кира, которая весь вечер развлекала Николая разговорами, например, только и смогла кисло улыбнуться в ответ на приветствие. Зато вечером в общежитии-гостинице было тихо-тихо!
  Именно на эти послепраздничные дни пришёлся и спор с Симоновым о винтовках. Хотя начался он с предложения подумать о возможности установки на ПТР оптического прицела.
  - Зачем вам это? Вы собираетесь использовать его в качестве снайперской винтовки? И как вы представляете себе попытку снайпера замаскироваться с ним?
  - Не для уничтожения живой силы, хотя использовать ружьё для этого вполне возможно и, как мне кажется, будет очень эффективно. Для лучшей эффективности поражения боевой техники на больших дистанциях. Вы же понимаете, что любое оружие хорошо строго в своей нише, строго для своего круга задач. Например, та же 'мосинка' подходит для снайперов, но совершенно не годится для линейной пехоты. Для нынешних условий ведения боевых действий нужно совсем иное оружие - намного более лёгкое, скорострельное, манёвренное, с куда бо́льшим боезапасом.
  - Что значит 'не годится'? Это лучшее оружие пехотинца, доказавшее свою эффективность в многочисленных боях. Простое, мощное, надёжное, безотказное.
  - А вы пробовали 'чистить' окопы с 'трёхлинейкой'? Там же с ней не развернёшься. Или вести из неё огонь с движущейся техники. А переползать на открытой местности под пулемётным огнём противника? Использовать её для захвата зданий, обороняемых противником, значит, обречь себя на смерть, поскольку быстро развернуться в узком проходе с винтовкой, длиной 167 сантиметров, просто невозможно. Мощное, говорите?
  - Конечно! Почти два километра прицельной дальности!
  - А много толку от этой дальности, на которой отклонение пули превышает полтора метра? Это швыряние пуль 'в молоко'. Чего стоит только необходимость стрелять исключительно с примкнутым штыком! При этом даже на дальности в один километр уже невозможно попасть в ростовую мишень, которую просто негде взять в реальном бою. Да и надо обладать воистину орлиным зрением, чтобы разглядеть врага на такой дистанции. Противник же тоже не дурак, маскируется, прячется от огня, залегает, движется перебежками. Мощь патрона 'трёхлинейки' совершенно не нужна, если знать, что эффективная дальность огня из стрелкового оружия не превышает 300-400 метров. А за неё солдат расплачивается неудобством использования и сниженным боезапасом.
  - То есть, вы - сторонник всех этих новомодных пистолетов-пулемётов, из которых невозможно точно выстрелить на те самые 300-400 метров?
  - Я сторонник использования разных типов оружия в зависимости от стоящих задач. Либо - создания универсального стрелкового оружия, мощности которого хватало бы на эффективный огонь на дистанции от 300 до 600 метров (то, что свыше - 'парафия' пулемётов), и при этом было бы удобно для использования в ближнем бою. Автоматическое либо самозарядное, вроде вашей АВС-36, но патрон, более мощный, чем пистолетный. Но менее мощный, чем у 'трёхлинейки'.
  - Уже была попытка применить для этого нагановский патрон. Неудачная попытка.
  - Я знаю. И знаю, что проблема возникла из-за пули, утопленной в гильзу. Но речь не о нём. По нашим каналам проходила информация, что немецкие конструкторы обсуждают вопрос о создании укороченного патрона, похожего на винтовочный, но с меньшей навеской пороха. Меньшая масса патрона позволяет увеличить боезапас, а отсутствие закраины улучшает компоновку оружия и облегчает работу автоматики.
  - Интересно, интересно, - задумался Симонов.
  - Подумайте над этой темой, Сергей Гаврилович.
  Ну, не рассказывать же ему о карабине СКС, который он разработает в 1945 году!
  
  19
  Всеволод Николаевич отчёт о командировке одобрил. Берия посвятил его в многие темы, запущенные с подачи Демьянова, и именно он оперативно руководил 'инспекторской' группой, в которую вошли те, кто был в курсе его происхождения: он, Румянцев. Кузнецов и Удовенко.
  - Эта ваша дважды жена врагов народа нашла-таки ту самую бациллу, о которой вы написали.
  - Вы имеете в виду Ермольеву и её работу над пенициллином?
  - Да. Только очень уж она недовольна тем, что её отвлекли от любимой холеры.
  - Да, у нас она была известна как создатель очень эффективного лекарства от холеры, дифтерии и брюшного тифа. Но пока нам намного важнее запустить производство пенициллина: брюшные заразы от нас никуда не сбегут, если она на полгодика оторвётся от этой темы. А противодействие раневым инфекциям сбережёт жизни сотням тысяч бойцов. Не говоря уже о возможности простого излечения от сифилиса, обстановка с которым у нас... не очень хорошая... От разработчиков системы залпового огня новостей не поступало?
  - Вот завтра и поедете к Слонимеру в НИИ-3, чтобы на месте посмотреть, чего они там добились. Состыкуйтесь там с Аборенковым, который курирует их разработки со стороны Артуправления РККА. Грамотный специалист! Если найдёте с ним общий язык, то многого добьётесь.
  В квартире за время командировки Демьянова произошли перемены. Во-первых, действительно уехала Матрёна Инютина, и семейство Фёдора улучшило жилищные условия: родители перебрались в комнатку Моти, а подрастающей ребятне досталась та, где они жили до этого. 'На вырост'.
  - Теперь и о третьем ребёнке можно подумать, - довольно подмигнул Николаю отец семейства. - А ты когда себе пару найдёшь? Может, помиритесь с Лизкой? А то она об обмене поговаривает, и неизвестно ещё, с кем поменяется.
  - После того, что она мне устроила? - Николай отрицательно покачал головой.
  Аборенков ему действительно понравился. Живой, вдумчивый, сообразительный. Экспериментальные машины, собранные на базе Зис-6, знает так, словно сам каждый винтик вытачивал.
  - Тому, кто додумался стабилизаторы под углом лепить, надо памятник поставить! Люди столько усилий приложили, чтобы уменьшить разброс эрэсов. И газы пытались выводить вбок, чтобы заставить их вращаться, и думали, как сделать спиральные направляющие. А когда посчитали эффект от косо поставленных стабилизаторов, поняли, что вот оно! Просто, дёшево и эффективно. И эти пазы в рельсах - тоже отличная задумка. Снаряд из них не выпадает, а если с двух сторон прорезать, то можно на каждой направляющей по два эрэса крепить, один сверху, а другой снизу.
  'Не надо мне памятника, - про себя усмехнулся Николай. - Тем более, украл я эти идеи. Пазы - у самих разработчиков 'Катюши', а косо поставленные стабилизаторы - у чехов, которые для немцев старались усовершенствовать БМ-13'.
  Его рекомендации по продольному (относительно оси машины) размещению направляющих тоже учли: Демьянов помнил, что в первоначальных вариантах 'Катюши' их размещали поперёк, и при стрельбе боевая машина раскачивалась, ещё более снижая точность стрельбы. Реактивные струи тоже ничего хорошего кузову машины не приносили. Единственное, что не стали дорабатывать - это массу заряда и 'запас' топлива в твёрдотопливном ракетном двигателе. Похоже, просто руки до этого ещё не дошли. Так что пока установку испытывали на 'стандартных' авиационных ракетах.
  Судя по тому, что Демьянова тут же потащили на полигон в Софрино, о его приезде знали заранее. И то ли специально подгадали к этой дате первый пуск 'полным пакетом', то ли случайно так совпало, но они с Аборенковым должны были стать первыми 'свидетелями' рождения первой советской ракетной системы залпового огня.
  Полсотни километров по зимней дороге тащились больше двух часов. 'Эмка' могла бы и быстрее, но небольшую колонну сдерживала затянутая тентом установка, водитель которой явно не стремился растрясти собранную 'на коленке' конструкцию. Ещё почти час разработчики потратили на проверку подъёмной рамы, прицела, электрооборудования, а также зарядку установки.
  Стоять на открытом пространстве, продуваемом зимним ветерком, было, однако, холодновато. Но Демьянов и Василий Васильевич, красивый светловолосый мужчина тридцати семи лет от роду, нашли чем заняться: говорили. О конструктивных особенностях эрэсов, о планах дальнейших испытаний, о перспективах реактивной артиллерии. Может быть, ещё рано, но Николай подкинул идею складывающихся стабилизаторов, и тут же, на снегу, веточкой нарисовал два вида таких стабилизаторов - в виде прижимающихся к корпусу ракеты изогнутых пластин, как у 'Градов', и ножевидных.
  - Если использовать трубчатые направляющие с канавками, вроде нарезов ствола, то закрутить реактивный снаряд можно ещё при его движении в направляющей. Конечно, эти прорези будут изнашиваться, но не нужно будет мучиться с пазами в рельсах, более плотное прилегание ракеты к трубе обеспечит лучшую кучность. Считать и испытывать нужно.
  - И увеличить длину ракеты до длины трубы, - подхватил Абренков. - Мы так и заряд увеличим, и дальность стрельбы!
  Непривычно короткие (в сравнении с виденными Демьяновым на кадрах военной хроники) ракеты с воем уносились вдаль каждые полсекунды. Огневая позиция мгновенно окуталась клубами чёрного дыма, смешанного с паром от растаявшего снега и поднятым в воздух снегом. И вдруг один из снарядов, вылетевший где-то в середине пакета, начал крутить спираль, резко отклонившись от траектории 'собратьев'.
  - Красиво пошёл! - усмехнулся Демьянов. - Похоже, кто-то из рабочих напортачил с углом установки одного или двух стабилизаторов. Бракоделы чёртовы!
  Полигонный полугусеничный Газ-60 дотащился до места падения ракет за полчаса.
  - Даже без замеров поля поражения вижу: очень кучно легли в сравнении с прежними испытаниями, - загорелись глаза у стоящего в кузове Василия Васильевича. - Верной дорогой идём, товарищи лейтенант госбезопасности!
  Конструктора, всё ещё с опаской поглядывавшие на Николая (немудрено после целой серии 'посадок' их коллег по институту!), быстро десантировались из кузова с рулетками, геодезическими вешками и прочим инструментом.
  - Может, мы с вами назад, в Москву? - спросил уже основательно промёрзший Демьянов. - Только пусть товарищи разыщут эту... балерину, решившую нам показать в воздухе танцы. Надо всё-таки разобраться, что с ней случилось.
  - Можно. Всё равно отчёт об испытаниях только к утру будет, - согласился представитель артуправления. - Но как, всё-таки, вы оцениваете сегодняшний пуск.
  - Как очень многообещающий. Я не ошибся, оценивая дальность залпа в пять с лишним километров?
  - Пожалуй, все шесть с хвостиком, если по самой ближней воронке мерять, - поправил Демьянов артиллерист, прекрасно знающий этот полигон.
  - Просто отлично! Если увеличим запас топлива, то и до восьми с этим самым хвостиком дотянем. И тогда кисло нашим врагам придётся. Ой, кисло!
  
  20
  И всё-таки он простыл на полигоне. С вечера начало знобить, а наутро уже захлёбывался соплями. Кое-как доковылял до телефона и позвонил на службу. Румянцев даже не узнал его голос.
  - Температура?
  - Похоже. Померять нечем, буду у соседей термометр спрашивать. Но работать не отказываюсь: буду писаниной заниматься.
  - Я к тебе Кузнецова пришлю.
  - Зачем?
  - 'Зачем, зачем'. У тебя же, небось, ни лекарств, ни продуктов.
  - Есть такая буква, - шмыгнул носом Николай.
  Термометр нашёлся у Лиды Соломиной. Тридцать восемь и семь. Из носа - река. Пришлось пустить на носовой платок старую майку Шеина. Судя по тому, как часто приходится сморкаться, к вечеру ноздри будут пылать красным сигналом светофора.
  Дождался, когда рассосётся на работу народ, и лишь потом вдоль стеночки поковылял на кухню, варить оставшиеся несколько картофелин. Ещё с детских лет помнил, как мать заставляла его дышать картофельным паром при простуде.
  - Ты бы, Стёпа... Ой, извини, Николай Николаевич, всё отвыкнуть не могу.
  - Да ничего, Глафира Андреевна, можно и так, и так.
  - Ты бы в горячей ванной полежал, - сжалилась над Николаем пенсионерка из второй комнаты. - Лучше, конечно, было в баньке попариться, но раз нету её, и ванна подойдёт.
  - Только хуже будет, тётя Глаша. Проверял, знаю. А вы горчичниками не богаты?
  - Горчичниками? Нет, давно уже все на свой ревматизм извела. А вот горчичный порошок где-то ещё был.
  - Не одолжите? Очень немножечко, чайную ложечку, и это уже хорошо, - с трудом улыбнулся Демьянов, процитировав неизвестную ещё здесь песенку Винни-Пуха.
  Интересно, а саму эту книжку уже написали?
  - Шутник, - тоже улыбнулась пенсионерка. - Сейчас поищу.
  - Если найдёте, тогда я у вас ещё и тазик позаимствую, чтобы ноги в нём распарить.
  Вот так и дождался Юрку: с ногами в горячей воде с горчицей, с кастрюлькой свежесваренной картошки на коленках и полотенцем на голове (чтобы драгоценный картофельный пар без дела не улетучивался).
  - Вот тут лекарства, - зашуршал он пакетиком обёрточной бумаги. - Специально спросил в аптеке всё самое лучшее от простуды. А вот тут продукты: сыр, мясо, колбаса, консервы, макароны, картошка, лук, чеснок, чай.
  Об пол грохнула банками авоська.
  - Торопишься? - заметил Демьянов взгляд Юрия на часы.
  - Да понимаете... Позвонила Нина из Коврова. Ну, та с которой я на встрече Нового Года... Это...
  - Ты ж говорил, что не помнишь, с кем лобызался.
  - Я не помню, она помнит. В общем, она и Кира, чертёжница, в командировке в Москве. Договорились встретиться возле ГУМа. Чтобы определиться, куда я их вечером, после службы, свожу. Мне всё равно почти по пути...
  - Да иди, иди. Разве ж я против? Девчонкам привет передавай и извинения за то, что не смогу к вам присоединиться.
  Почти ничего из 'самых лучших лекарств от простуды' Николай не знал. Кроме, пожалуй, витамина С. Хорошо, что аптекарь, помимо названий на пакетиках с таблетками и порошками, ещё и написал, что от чего, и как принимать. Да только не очень-то это помогло: сопли текли, голова разваливалась от боли, появился кашель. А к вечеру вообще развезло. До галлюцинаций. И не каких-нибудь, а эротических.
  Мерещилось Демьянову, что рядом с ним та самая Кира с завода Дегтярёва. Лежит он на кровати почти голый, а она его гладит. То ко лбу прикоснётся, то мягкой, прохладной рукой по груди проведёт, по животу. И так хорошо ему становится от её прикосновений. Приложила руку к переносице, и сразу тепло стало расходиться в этом месте, аж припекает. Но лучше всего, когда она ему попить даёт: вода из рук Киры такая вкусная. 'До чего спермотоксикоз человека довести может! - мелькнуло в голове. - Выздоровею, и надо срочно эту проблему решать'.
  Из забытья он вывалился среди ночи. С трудом сорвал с себя мокрую, пропитавшуюся по́том простыню, скинул ноги на пол. И... увидел дремлющую на стуле девушку, закутавшуюся в его одеяло.
  Скрип пружин разбудил её.
  - Проснулись? Как себя чувствуете? - вялым голосом произнесло видение.
  А действительно, как? На голову как будто свинцовую папаху надели. Нос... Нет, из носа, вроде, не течёт, хотя и пазухи побаливают, и внешняя сторона ноздрей. Ну, это понять можно: стёр он их своим 'платком' из шеинской майки. Колючий комок где-то на стыке трахеи и бронхов никуда не делся, но, кажется, так сильно, как было во второй половине дня, не дерёт. Кожу на груди печёт, и на ней отпечатались красные прямоугольники.
  - Жить буду. А ты как тут оказалась? - узнал Николай в 'галлюцинации' всё-таки Киру.
  - Я настояла, чтобы Юра нас с Ниной сводил вас проведать. Приходим, а вы тут без сознания лежите. Ну, я Юрку с Нинкой отправила закупать необходимое для лечения, а когда они принесли, осталась за вами ухаживать. Не всё, конечно, нашли, Кое-что у соседей пришлось спросить. Водой с уксусом обтирала, чтобы жар сбить, подслащённой водичкой с витамином С поила, горчичники ставила, нос варёными яйцами грела. А вы всё никак в себя не приходили, только бредили. Мне даже страшно за вас стало. Только часа два назад успокоились, и я поняла, что вы просто уснули.
  - А который час?
  - Половина пятого утра.
  - С ума сойти! Это что же получается? Я больше двенадцати часов в отключке был? Господи, что я несу? Как же ты на работу пойдёшь, спасительница? Сама ведь после такой 'весёлой' ночки - никакая!
  В свете зажжённой настольной лампы лицо Киры порозовело от комплимента.
  - Так завтра же... Ой, уже сегодня - выходной. Нам с Нинкой только послезавтра в наркомате надо с утра быть... А что такое 'сепрмотоксикоз'? Болезнь какая-то? Вы, когда бредили, всё его поминали.
  Теперь пришла очередь Николая краснеть.
  - Можно сказать, и болезнь. Отравление мужского организма собственной спермой от долгого полового воздержания. Негативно сказывается на мозговой деятельности: все мысли вокруг одного и того же вертятся.
  - Я что-то подобное и представляла, - прыснула Кира. - Судя по вашей реакции на мои прикосновения.
  Демьянов едва удержался от того, чтобы сунуть руку под простыню, чтобы проверить, сухие ли трусы.
  - Извини, я себя не контролировал...
  - Да чего уж там. Я же не школьница младших классов, чтобы от вида возбуждённого мужчины в обморок падать. Даже замужем успела побывать, - грустно добавила они, помолчав пару секунд. - На последнем курсе техникума.
  Вставать с кровати пришлось, опираясь на плечо девушки, но от её предложения помочь по дороге туда, куда даже короли пешком ходят, Николай отказался наотрез. Сам доковылял, держась за стеночку. А когда вернулся, скомандовал.
  - Раз тебя мужским телом не удивить, марш в постель. Хоть чуть-чуть поспишь. Кровать у меня не ахти, но как-нибудь вдвоём уместимся. Не, бойся, не трону я тебя. Сама же видишь, что мне сейчас не до этого.
  Кира колебалась несколько секунд, а потом решилась.
  - Только отвернитесь, пока я раздеваюсь и укладываюсь.
  Легли спинами друг к другу, Кира у стенки, а Николай с краю. Его снова начало знобить, и тепло от тела девушки приносило некоторое облегчение.
  - А кто та женщина, что живёт за стеной? Она так злобно на меня посмотрела, когда мы с ней в коридоре встретились.
  - Ошибка молодости, - процитировал Демьянов фильм про инопланетянку Нийю, повернулся к Кире и обнял её.
  - А обещали, что приставать не будете, - обиженно пискнула она.
  - Да спи ты уже! - буркнул Николай и... вырубился.
  
  21
  Разбудил их даже не стук в дверь, а негромкое 'Ой, кажется, мы не вовремя', сказанное женским голосом. 'А что там такое?', - спросил мужской, похожий на голос Кузнецова. 'Что, что... Сам мог бы догадаться. Пошли, позже придём!'
  Кира, уютно устроившаяся на груди Николая и по-хозяйски закинувшая на него ногу, в мгновение ока перескочила через 'больного', сверкнув красивыми бёдрами, одним движением влетела - по-другому это не назвать - в шерстяное платье и метнулась к двери.
  - Нинка, это совсем не то, что ты подумала! Здравствуй, Юра.
  - Да чего оправдываешься? Ты - девочка взрослая, а я не нанималась следить за твоим нравственным обликом. Пошли, Юра.
  - Да что ты несёшь? Куда 'пошли'? Заходите давайте!
  Нину она буквально втащила за руку, а следом, с любопытством зыркая глазами, вполз и Юрка, одетый 'по гражданке'.
  - Мы тут курочку на рынке купили, - решил оправдаться он. - С вечера не нашли, а Кира говорила, что вам будет очень полезен бульон...
  Пока он говорил, со стула исчезли сложенные на нём тёплые чулки, панталоны, сорочка, которую Кира поддевала под платье. Куда она умудрилась их спрятать, Николай даже не успел заметить.
  - Я вижу, выглядите вы уже намного лучше, чем вчера. Ещё пара дней, и сможете на службу выйти.
  - Про пару дней ты, Юра, загнул. Думаю, неделю придётся дома отсиживаться. Так что поговори с Румянцевым, может, есть возможность выделить мне пишущую машинку, чтобы я мог в это время работать.
  - Поговорю. Так мы пойдём с Ниной?
  Когда гости ушли, Кира обессиленно опустилась на кровать рядом с Николаем и прикрыла ладонями лицо.
  - Какой кошмар! Лучше бы мы уж на самом деле... Не так обидно было бы.
  - Ну, извини. Не в том состоянии я был для этого, - притянул к себе девушку Демьянов.
  - В общем, давайте, я вас накормлю, прослежу, чтобы вы все лекарства выпили, а потом пойду в гостиницу, - посидев так минуту, выпрямилась Кира и принялась 'организовывать процесс лечения'.
  Не прошло и трёх часов, как Демьянов, накормленный куриным бульоном, напоенный отваром из ягод малины с ударной дозой витамина С, принявший нужные препараты, грел ноги в горячей воде с остатками выпрошенной у бабушки Глаши горчицы.
  - Осталось только горячими яйцами вокруг носа прогреть, - глядя, как Николай сморкается в старую майку, доложилась Кира. - И завтра уже никакого насморка не будет.
  - Просто какое-то чудодейственное средство 'два в одном', - хмыкнул Демьянов, наблюдая, как девушка доедает те, которыми она грела ему носовые пазухи вчера вечером. - И полечился, и голод утолил...
  Перекатывал по лицу яйца, завёрнутые в полотенце, чтоб не обжечься, а Кира грустно сидела рядом и наблюдала за ним.
  - Теперь температуру померять!
  Тридцать семь и семь. Несмотря на то, что вечереет, а в это время болячка обычно обостряется.
  - Ну, мне пора собираться...
  - В какой гостинице вы остановились?
  - В наркоматской. Для 'Националя' или даже 'Москвы' мы с Нинкой - слишком мелкие сошки.
  - Вот и останешься у меня: отсюда до наркомата даже ближе, чем от гостиницы.
  - Коля, может не надо? - умоляюще глянула на него снизу вверх девушка, когда он обнял её. - Нинка с Юрой нас и так чёрт знает в чём подозревают.
  - У нас говорят, - не стал уточнять Николай, где это 'у нас'. - Если тебя незаслуженно в чём-то обвинили, вернись и заслужи. Судя по масляной физиономии Юрки, они тоже ночь не на пионерском расстоянии провели.
  И кто придумал этим мелкие крючки на бюстгальтере?
  - Эта твоя 'ошибка молодости', наверное, всё поняла: у тебя так скрипит кровать! Стыдно-то как...
  - Ну и пусть завидует, - Николай ещё плотнее прижал к себе лежащую у него на груди девушку.
  - Болтать же начнёт, слухи до твоей службы докатятся.
  - Думаю, они ещё вчера докатились, как только ты у меня в комнате появилась. Да не переживай ты так.
  - Ну, как не переживай? Меня же потаскушкой называть начнут. Ты меня не выгонишь, если завтра вечером я к тебе прибегу?
  - Завтра? Снова? Да хоть на всю жизнь оставайся! Только... Как же с работой? У тебя же командировка только до завтра.
  - Ты это серьёзно про то, что хоть на всю жизнь? Или так говоришь каждой своей 'ошибке молодости'? А с работой... У меня отпуск послезавтра начинается. Я специально в командировку напросилась, чтобы из Москвы к маме в Ленинград поехать. Нинка документы на завод повезёт, а у меня поезд только среди ночи.
  - Никакого поезда завтра! Ты мне нужна. Понимаешь? Выйду на службу, скатаешься в Питер дня на три-четыре, и назад. Вместе в Ковров поедем решать, что с твоей работой дальше делать. Считай это предложением руки и сердца.
  - Коленька...
  И снова Лизке пришлось психовать из-за доносящихся из-за стенки ритмичных скрипов кровати...
  
  22
  Громоздкую и тяжеленную пишущую машинку привёз Удовенко.
  - Вы печатать на ней умеете?
  - Конечно, не так бойко, как твоя 'пианистка', - закашлялся Николай, кивнув в сторону каморки Лизаветы. - Но умею.
  - Уже не моя, - с сожалением вздохнул сержант госбезопасности. - Сначала она заявила о том, что отказывается давать информацию по вам, а потом и меня перевели в контрольно-инспекторский отдел.
  - Понравилась? Ну, да. В постели она действительно огонь-баба, - подтвердил Демьянов, глядя, как краснеет младший по званию коллега. - И вечно голодная на мужскую ласку, такому мо́лодцу, как ты, не откажет. Она переезжать собирается. Как жильё поменяет, если хочешь, могу её новый адрес разузнать. Только... Аккуратней с ней, чтобы чего-нибудь похожего на мою историю не приключилось.
  - Там видно будет, - смутился сержант. - Что-нибудь ещё привезти?
  - Бумагу, копирку, ленту.
  - Ой, простите! Всё в машине лежит. Вместе с этой громадиной нести неудобно было.
  В общем, прибежавшая с чемоданчиком из гостиницы Кира застала его за довольно бодрым стучанием пальцами по круглым кнопкам машинки.
  - Да я и так не смотрю, - отреагировала девушка на то, что он прикрыл отпечатанное какой-то тряпкой. - Не маленькая, сама с секретной документацией работаю. Знаешь, как нас 'секретчики' гоняют, чтобы мы не совали нос, куда не следует? Не буду я в твои бумаги глядеть.
  - Придётся, - заверил Николай, целуя её. - И подписку о неразглашении придётся дать. Но потом, когда я тебя покормлю.
  - Ты? Покормишь?
  - А что? Это я дома бездельничал, а ты работала. Вот я и решил, что надо будет накормить труженицу.
  - Да ты просто идеальный мужчина!
  - Идеальных людей не бывает, - с улыбкой отрезал Демьянов. - И если ты всё-таки решишься связать со мной жизнь, то ещё узнаешь об огромном количестве моих недостатков.
  - Я подумаю над твоим предложением, - озорно глянула на него Кира и, взвизгнув, повисла на его шее. - Милый мой, я согласна, согласна!
  То ли секс животворящий помогает, то молодой организм успешно борется с заразой, то ли лечение, 'прописанное' Кирой и подтверждённое приходившим домой доктором, благотворно сказывается, но чувствовал себя Николай неплохо. Температура пока держится, но уже 'сползла' до нудных 37,2-37,4.
  - Ты не такой, как все мужчины, - откровенничала девушка, лёжа у него на груди. - Я это сразу заметила. Ещё в Новый Год. Добрее, что ли, человечнее. А ещё ты очень умный. С тобой интересно разговаривать на любую тему. Я после развода очень настороженно относилась к мужчинам, а к тебе сразу каким-то доверием прониклась. И не только доверием. Стыдно сказать, но ты был первый мужчина, с которым мне захотелось оказаться в постели.
  - А как же первый муж?
  - Да никак. Молодая была, глупая. Просто интересно стало: как это происходит у взрослых? Ну, чуть-чуть приятно было. Забеременела, и мы решили жениться. Потом распределение. Его в Сталино распределили, а меня в Ковров. Он бегал, добивался, чтобы его тоже ко мне отправили, но не успел. Я же зимой рожала. Ребёнка в родильном доме простудили. Воспаление лёгких. Прожила наша доченька всего десять дней и умерла. Даже имени придумать не успели. А муж не выдумал ничего лучшего, чем меня во всём обвинить. В общем, оба не возражали против развода. Так и жила после этого три года монашкой: никого к себе не подпускала. Пока ты, проклятущий, меня не совратил, - засмеялась Кира и с притворной яростью принялась колотить его в грудь.
  - Вот так и начинается семейное насилие, - тоже засмеялся Николай. - Сначала кулаками по груди, а потом и очередь сковородки по голове дойдёт. Совратил... Не больно-то ты и противилась.
  - Я??? Противилась??? Да у меня чуть сердце от счастья не остановилось, когда ты меня в первую ночь обнял!
  - А я, подлец такой, подвёл тебя: взял и уснул.
  - Ничего не подвёл. Я же видела, как тебе плохо... А я знаю, знаю один твой недостаток! Ты целоваться не любишь!
  - Ещё как люблю. Только пока тебя заразить боюсь. Я вообще удивляюсь, как ты до сих пор вслед за мной не засопливела.
  - Я просто уже переболела этой зимой. В конце ноября.
  - Когда я в госпитале отлёживался...
  - С этим? - провела Кира пальцем по свежему шраму на груди.
  - Ага. Расплата за 'ошибки молодости'.
  - Так это она тебя? - девушка аж подскочила в негодовании.
  - Нет. Она к этой ране только косвенное отношение имеет. Но подставила меня знатно. Так что прекращай ревновать: уж с кем, с кем, а с Лизой у меня точно уже никогда ничего не будет.
  - Да не ревную я нисколечко...
  По тому, насколько неестественно спокойный вид она на себя напустила, было видно: врёт.
  - А со скрипучей кроватью всё равно надо что-то делать!
  Оказалось, что Кира не только чертить умеет, но и прекрасно рисует. И это оказалось очень даже кстати, поскольку Демьянов как раз перепечатывал 'добытую из головы' методичку по подготовке бойцов ДШБ. Вот и займётся иллюстрациями к описываемым упражнениям, тренажёрам и приёмам.
  Про ОМСБОН, Отдельную мотострелковую бригаду особого назначения, созданную Павлом Судоплатовым в июне-октябре 1941 года, он помнил хорошо, но пока Судоплатов, занятый ликвидацией Троцкого, об этой работе даже не помышляет. Его заместитель, Эйтингон, сейчас, кажется, тоже где-то за границей. А когда припечёт, придётся всё делать на бегу. Так что лучше уж заранее начать подготовку кадров для этого диверсионно-разведывательного подразделения. По методичке, которую он передаст Берии. А когда уж кому запустить её в дело, решать Лаврентию Павловичу.
  По тому, что забежавший к Демьянову 'на огонёк' Румянцев не удивился присутствию Киры, Николай сделал вывод: скорость стука в их заведении всё-таки превышает скорость звука. Вопросов у руководителя их инспекторской группы было ровно два:
  1. Когда неожиданно выпавший из 'обоймы' подчинённый сможет включиться в работу?
  2. Насколько серьёзны его намерения в отношении 'гражданки Варенниковой'?
  По первому вопросу пришлось сослаться на доктора, который заявил, что выздоровление затянется ещё дней на пять-шесть. А по второму заявил, что они идут в ЗАГС, как только позволит здоровье. Похоже, такой вариант начальника группы удовлетворил. Как-никак, Николай теперь 'руссо чекисто, облико морале'...
  - Только... раз уж я теперь, согласно служебного удостоверения, не Шеин, может, мне и паспорт поменять?
  - Организуем! Ты, главное, выздоравливай. А как выйдешь на службу, так новый паспорт и получишь.
  Передал подписку, данную Кирой, и первую часть напечатанной на машинке методички. С рисунками, набросанными невестой карандашом.
  - Прекрасно! - оценил Анатолий Иванович. - Проще будет убедить Меркулова в том, что Киру Васильевну действительно необходимо было привлечь к твоей работе.
  Так что, когда 'гражданка Варенникова' вернулась с кухни, где она обреталась, пока жених разговаривает с начальством, Николай объявил:
  - Готовься, Кира Васильевна: нам с тобой через неделю в ЗАГС.
  
  23
  Свадьбу сыграли скромненько. Просто сходили в ЗАГС, где без волокиты зарегистрировали брак Николая и Киры. Ну, не придумали пока ещё никаких 'испытательных сроков', пышных церемоний, наряженных автокортежей. А потом скромно посидели с Фёдором и Лидой.
  Товарищи по работе, правда, озаботились вопросом:
  - Что вам на свадьбу подарить?
  - Если есть возможность, нормальную кровать. Лучше даже, если деревянную, - попросил Демьянов, чем вызвал массу шуточек в свой адрес.
  И ведь выполнили 'заявку', подарили! Правда, когда он уже проводил супругу в Ленинград. Простенькую деревянную кровать, больше похожую на сколоченный из толстых досок топчан, но укомплектованный широким ватным матрасом. Затащили на второй этаж и едва уместили на свободном месте посреди комнаты, предоставив возможность молодожёну самому двигать мебель. А поскольку к столу уже было не подойти, на 'сексодроме' же (а как товарищам словечко понравилось!) и выпили за счастливое будущее молодых.
  Уже уходя, Румянцев, немного отставший от остальных, предупредил:
  - На завтра нарком запланировал большой разговор с тобой.
  - У меня завтра очередное испытание 'Катюши'. Кого вместо меня пошлёшь?
  - Никого. После возвращения с полигона разговор и состоится. Вечером. И будет лучше, если испытания пройдут успешно.
  Николай лишь развёл руками:
  - Если бы это только от меня зависело...
  На этот раз Аборенков едва ли не силой заставил Демьянова надеть валенки и тулуп.
  - Меня со свету сживут, если инспектор из аппарата начальника ГУГБ после каждого выезда на полигон будет уходить на больничный с простудой, - объяснил он такую заботу.
  По дороге успели обсудить странные кувырки ракеты, выписываемые в прошлый раз.
  - Вы снова были правы: дело оказалось в нарушении геометрии.
  - Почему 'снова'? Насколько я помню, это было моё единственное замечание.
  - Не прибедняйтесь. Я видел бумаги с предложениями по изменению конструкции боевой машины и реактивных снарядов, и узнал ваш почерк. Не удивляюсь, что именно вас, Николай Николаевич, назначили куратором этого направления разработок НИИ от НКВД. Удивляюсь другому: как вы, человек со стороны, смогли так легко вникнуть в суть проблемы и подсказать решения, над которыми специалисты НИИ безуспешно бились несколько месяцев.
  - Ничего странного: просто свежий, незамыленный взгляд.
  - Как вы сказали? Незамыленный?
  - Да. Есть такая особенность человеческой психики, особенно ярко проявляющаяся у тех, кто долго наблюдает за какой-то местностью. Если человек несколько дней смотрит на один и тот же объект, он перестаёт воспринимать привычные ему детали обстановки. Как это иногда называют, у него 'замыливается' взгляд. И иногда достаточно просто сменить этого человека новым, чтобы 'увидеть невидимое'.
  - Интересный подход. Складывающиеся стабилизаторы - тоже из серии 'незамыленного взгляда'?
  - В какой-то мере, - ушёл от прямого ответа Николай.
  Ну, не рассказывать же ему о сложенных до момента вылета из контейнера крыльях 'Калибров' и 'Томагавков'!
  Стреляли на этот раз одиночными ракетами с 'массо-габаритными макетами боевых частей'. А попросту - проверяли, на какую максимальную дальность полетят эрэсы с увеличенным запасом твёрдого топлива, и какое круговое вероятное отклонение получается при стрельбе на предельную дальность. Получалось неплохо, очень неплохо. 'Максималка' выросла почти до 8,5 километров, а рассеяние стало около 150 метров в глубину и порядка 350 метров - боковое. По сути, на уровне более поздней модификации, БМ-13Н. И это - с опытными, ещё не доведёнными образцами снарядов. Если последствия 'большого разговора' с Берией окажутся печальными, то одного того, что он ускорил работы по созданию 'Катюши' на несколько месяцев и улучшил её технические характеристики, достаточно, чтобы гордиться своим вкладом в будущую Победу.
  Самая обыкновенная 'эмка' ждала Демьянова у проходной НИИ.
  - Сдайте оружие, - распорядился старший лейтенант ГБ, которого Николай пару раз видел среди личных охранников Лаврентия Павловича. - И садитесь на заднее сиденье.
  В темноте короткого зимнего дня всё произошло незаметно для окружающих. Да и кто будет пялиться на то, как встретившиеся чекисты, коротко о чём-то переговорив, набились в чёрную машину, немедленно сорвавшуюся с места, едва хлопнули двери? У каждого своя служба.
  Приехали куда-то в район старого (для Демьянова) здания МГУ и втроём (старший лейтенант впереди, ещё одни охранник - позади Николая) поднялись по пустой лестнице на третий этаж. Судя по тому, как уверенно шагал старший лейтенант, он здесь явно не впервые. Фактически мгновенно после звонка распахнулась дверь, и за ней Николай увидел одного из тех, с кем Берия приходил на конспиративную встречу в прошлый раз. Обыскивали на этот раз куда более тщательно, в полном соответствии с подготовленными самим же Демьяновым рекомендациями. Учатся, однако!
  - Проходите, товарищ Демьянов.
  Берия уже был здесь. И, судя по пустой чайной чашке на круглом столе, стоящем посреди комнаты, довольно давно.
  - Налей нам ещё чая, - приказал нарком.
  Но пока охранник, исполнив приказ, не удалился на кухню, сосредоточенно читал свежую 'Правду'.
  - Угощайтесь, - отложил он, наконец, газету и жестом указал на разложенные по вазочкам и тарелочкам закуски и сладости. - И давайте начинать.
  - Спрашивайте, товарищ комиссар госбезопасности первого ранга.
  - Для начала ответьте на вопрос, за что вы так не любите Хрущёва? - послышался за спиной, где, как заметил, входя в комнату, находилась дверь в соседнюю, голос с едва заметным грузинским акцентом.
  Николай медленно поднялся со стула.
  - Здравия желаю, товарищ Сталин!
  - Садитесь, садитесь, - проговорил первый секретарь ЦК ВКП(б), пододвинул к столу ещё один стул и глянул на Берию.
  - Антон! Ещё одну чашку чая! - крикнул тот охраннику.
  - Собрались с мыслями? - отхлебнув первый глоток, в упор посмотрел на Демьянова Сталин. - Тогда рассказывайте.
  - За то, что он натворил в моём прежнем мире.
  - Признаться, я, как материалист, не до конца верю в эту историю с переселением душ.
  - Я тоже не верил в возможность подобного, пока не оказался в этом времени в шкуре парня, пострадавшего от удара молнии. Но и не связываю мой случай с божественным или дьявольским вмешательством. С каким-либо явлением, не известным науке даже в первой четверти XXI века - вполне вероятно. Особенно - если знать, как далеко эта наука продвинулась в вопросе создания искусственного интеллекта.
  - Думающие механизмы? - усмехнулся Иосиф Виссарионович. - Как у Герберта Уэллса?
  - Не совсем механизмы. Программы... э... супермощных электрических счётных машин, работающих подобно человеческому мозгу. Ведь он - тоже своего рода счётная машина, использующая в своей деятельности электрические импульсы. И я могу представить, что в силу невероятного стечения обстоятельств электрические сигналы моего мозга оказались скопированы в мозг некоего Степана Макаровича Шеина. Но давайте всё-таки вернёмся к нашим... К нашему ныне украинскому первому секретарю ЦК. Если говорить о нём как об индивидууме, то, общем-то, он неплохой человек. Но, к сожалению, не существует такой должности 'хороший человек'.
  Шутка Сталину, похоже, понравилась.
  - А вот с работой в должности первого секретаря ЦК КПСС - не удивляйтесь, именно так вы переименовали ВКП(б) в октябре 1952 года на XIX съезде партии - не всё так гладко.
  - Вы-ы ничего не путаете? Партийные съезды должны проводиться никак не реже одного раза в пять лет. А сейчас мы заняты подготовкой к XVIII съезду, который состоится в марте этого года.
  - Не путаю. Проведение следующего съезда было отложено из-за начавшейся войны и последовавшего за этим восстановления разрушенного ею народного хозяйства.
  - Почему вы говорите об этом в прошедшем времени? Ничего этого ещё не произошло.
  - Надеюсь, многого из того, о чём я говорю, либо произойдёт иначе, либо не произойдёт вовсе. Но для меня, для мира, в котором я жил до 'переселения душ', как вы выразились, это всё в прошлом. И ваша смерть в марте 1953 года, и расстрел 'врага народа Берии' через несколько месяцев после этого, и правление Хрущёва, 'почтительно' прозванного в народе 'кукурузником', и многие последовавшие за этим события.
  - Значит, у меня в запасе четырнадцать лет.
  - Возможно, больше. Всё-таки ответственность за страну, стоявшую на грани гибели, и личные переживания не лучшим образом влияют на здоровье. Да и к обстоятельствам смерти Иосифа Виссарионовича Сталина даже спустя семьдесят лет после неё оставалось немало вопросов.
  - Об этом позже, - принял решение первый секретарь. - Вернёмся всё-таки к Хрущёву.
  - Не могу сказать, что в его правлении были сплошные минусы. Например, именно при нём началось массовое строительство доступного жилья, позволившее пятидесяти миллионам советских граждан получить отдельные квартиры. Неказистые, тесные, с массой недостатков, но отдельные. Прозванные, кстати, 'хрущёвками'. Или ввод в сельскохозяйственный оборот целинных и залежных земель Северного Казахстана и Южной Сибири. Пусть и сделано было, простите, товарищ Сталин, через жопу, но позволило насытить советскую страну хлебом. На какое-то время.
  - Что? Почему лишь на некоторое?
  - Спасибо политике дорогого Никиты Сергеевича! В 1962 году он, насмотревшись на американских фермеров, приказал засеять 37 миллионов гектаров кукурузой вместо пшеницы и ржи, а вызрела эта 'царица полей' лишь на 7 миллионах гектаров. Ситуацию усугубило затеянное им разделение обкомов на 'промышленные' и 'сельскохозяйственные', а также начатые тремя годами ранее политика гонений на личные подсобные хозяйства. Горожанам и жителям рабочих посёлков он вообще запретил держать скот, а для колхозников резко ограничил его численность на подворьях и обложил 'излишки' такими налогами, что они сами пустили под нож скотину. Моя бабушка, державшая козу, называла её 'хрущёвской коровой'. Результат - продуктовый дефицит. В промышленности - полная ликвидация артелей и кооперативов, которая привела к дефициту товаров народного потребления. В армии - единовременное увольнение со службы десятков тысяч профессиональных военных, не оправдавшаяся ставка на ракетную технику и уничтожение тысяч самолётов и танков как 'ненужных', 'не соответствующих современным военным концепциям'.
  - А на самом деле они были нужны?
  - Конечно! Ни один из наших противников такой дури не сотворил, и нам пришлось напрягаться, тратить огромные средства, чтобы восполнить уничтоженное, и при помощи огромных усилий ликвидировать образовавшееся отставание. Именно с него началась политика заваливания африканских и азиатских постколониальных режимов - Европа лишилась своих колоний в 1950-60-е годы - 'братской помощью' лишь за обещание встать на путь социалистического развития. Без всякой надежды на возврат переданных им средств. А после получения помощи можно было действовать как в анекдоте: 'Ты же обещал на мне жениться!'. 'Мало ли, что я на тебе обещал'. Именно это надорвало экономику СССР и, в конечном итоге, стало одной из экономических причин - о политических причинах я скажу позже - краха социалистической системы.
  - Что? - в гневе вскочил со стула Сталин.
  
  24

  Если не слишком широко шагать, то от окошка камеры-одиночки до двери с врезанным в неё 'волчком' можно сделать целых пять шагов. Пять шагов туда, разворот, пять шагов обратно, разворот... Время течёт монотонно: подъём, завтрак, пять шагов туда, пять шагов обратно... Обед, пять шагов туда, пять шагов обратно... Ужин, отбой. Подъём, завтрак... Газеты не дают.
  Единственное 'развлечение' - допросы. Но тоже всё идёт по накатанной. Не говорил. Не утверждал. Не знаком. Да, знаком, но связей не поддерживал. Нет. Не говорил. Настаиваю на очной ставке с ним. Да, настаиваю. Мной прочитано, с моих слов записано верно. Только дата под подписью меняется.
  Сколько ещё дней до суда, которым грозится следователь? Сколько ещё дней мерять шагами камеру внутренней тюрьмы Главного управления государственной безопасности?
  Шаги по коридору. Прошуршал поворачиваемый глазок и звякнул, опустившись на положенное ему место. Зазвенели ключи на связке. Неужели всё-таки за ним? Скрипнула дверь: видимо, её подвесы смазывали довольно давно.
  - С вещами на выход!
  Долгий путь по коридору с короткими остановками перед перегораживающими его решётками и железными дверями, которые смазывают намного регулярнее. Наконец, кабинет, в котором сидят двое: у одного в петлицах три 'шпалы', у второго, явно приезжего, одна.
  - По вашему приказанию арестованный доставлен.
  Ну, да. Заключённым человека можно называть лишь после решения суда. Которого ещё не было.
  Капитан молча смотрит на приезжего, как бы передавая ему слово, и тот встаёт, чтобы зачитать какие-то бумаги. Но что он говорит? Освободить в связи с прекращением дела? Восстановить в партии и должности? Что это? Очередная провокация как с теми 'расстрелами' холостыми патронами?
  - Поздравляю, Константин Ксаверьевич, - улыбается лейтенант. - Мне поручено сопроводить вас в Москву, к вашей семье. Но выедем туда мы с вами только послезавтра, а сегодня займёмся приведением в порядок вашего внешнего вида.
  
  25
  Знал бы, что придётся ехать в Ленинград, не стал бы торопить Киру. Хотя... В Ковров к окончанию отпуска она бы тогда не успела.
  Дальнейший разговор со Сталиным и Берией получился непростой. Слишком уж шокирующей оказалась для них новость о том, что спустя полвека все их труды пойдут прахом по вине партийной верхушки, выведенной из-под контроля чекистов именно Хрущёвым. Какой план в отношении 'кукурузника' избрали 'два главных тирана', Демьянов не знает. Но никаких сообщений об отстранении от должности первого секретаря ЦК компартии Украины ещё не публиковалось.
  Казалось даже, что Берия забыл о Николае: Демьянов встретил жену, через несколько дней молодые отправились 'в свадебное путешествие' на завод Дегтярёва. Предъявленное свидетельство о браке даже помогло им поселиться в одной комнате. Но ненадолго: Кире нужно было 'добить' дела с увольнением, а Демьянов, одобрив доработанное противотанковое ружьё молодых конструкторов и 'пятизарядку' Симонова, укатил обратно в Москву, готовить полноценные испытания образцов 'для вооружения пограничных и внутренних войск'.
  Именно под этой легендой он и 'подкатил' к военинженеру третьего ранга Алексею Судаеву, год назад в качестве дипломного проекта сконструировавшему ручной пулемёт.
  - Советским пограничникам позарез нужно скорострельное личное оружие.
  - Но их же уже начали вооружать пистолетом-пулемётом Дегтярёва, - возразил молодой конструктор.
  - Начали. Но их выпускают мизерное количество. По моим данным, с 1934 по конец прошлого года произведено менее четырёх тысяч единиц. И в первую очередь из-за сложности изготовления и высокой себестоимости. Да и 'потребительских' недостатков у дегтярёвской 'машинки' более чем достаточно. И самая главная из них - большой вес. Нам нужен конструктивно простой и предельно технологичный пистолет-пулемёт, собираемый из штампованных деталей путём сварки и клёпки. Возможно, с немного увеличенным по вместимости, в сравнении с ППД, коробчатым магазином. Скажем, на тридцать или чуть больше патронов. Возможно, с простейшим складывающимся прикладом. Ну, что-нибудь похожее вот на это, - грубо нарисовал Николай судаевский же пистолет-пулемёт, который появился в блокадном Ленинграде лишь в 1942 году.
  - Уродство какое-то, - не сдержался Алексей Иванович, глядя на набросок.
  - Как умею, так и нарисовал, - развёл руками Демьянов. - Нас не столько красота волнует, сколько технические параметры, технологическая простота и удобство в использовании. А с подобным оружием будет удобно и в тесных окопах воевать, и экипажам боевых машин обращаться. Я понимаю, что вы сейчас загружены разработкой упрощённой зенитной установки, но, как мне кажется, отыщете время и для пистолета-пулемёта: он не менее нужен, чем зенитка.
  - Почему вы своевольничаете? - выразил ему недовольство Меркулов, когда до него дошло известие о разговоре с Судаевым. - Какой ещё пистолет-пулемёт для пограничников и внутренних войск?
  - Пистолет-пулемёт Судаева образцов 1942 и 1943 годов, который стоял на вооружении военизированной охраны до конца 1980-х, а в ряде стран, включая, например, Польшу, даже в 1990-е годы. Кроме того, я не приказывал военинженеру третьего ранга Судаеву заниматься этим оружием, а высказал пожелание.
  - Действительно стоящая вещь? - смягчился Всеволод Николаевич.
  - Более чем. Выпущено более двух миллионов экземпляров, и этими автоматами не вооружили всю Красную Армию лишь потому, что к моменту принятия на вооружение уже массово выпускался другой пистолет-пулемёт, конструктора Шпагина. Тоже эффективный и технологичный. Но ППС, при одинаковых характеристиках, переплёвывает его по технологичности и расходу материалов в два-три раза. Просто тогда было решено не останавливать производственные линии для перехода на новую продукцию.
  Берия таки вырвался на полигон под Коломной, чтобы оценить действенность противотанковых ружей против бронетехники. И конструктора не подкачали: 12,7-мм пули с полукилометра прошивали лобовую броню не только бронемашин, но и танков БТ-5. С трёхсот метров от неё не защищала бортовая броня более крепких 'семёрок' и Т-26, а также башенная средних Т-28. Не были для них препятствием и стенки дзотов.
  - Неплохо, неплохо, - похвалил нарком. - Что же будет после отработки патрона калибром 14,5 миллиметров?
  - Уверенное поражение на дистанции 300 метров любой лёгкой бронетехники в любой проекции, а также средних танков в борт, корму и башню, - сообщил Николай. - А некоторых - даже в лоб. Был бы патрон, а масштабировать конструкцию обоих ружей уже проще, чем разрабатывать с нуля.
  - Постараюсь доказать 'наверху', что этот патрон нам жизненно необходим, - пообещал Лаврентий Павлович. - И покажите мне этого самородка, которому вы самовольно заказали автомат.
  А идея, как оказалось, Судаева захватила. Пока, конечно на уровне предварительных набросков, но концепцию он уже обдумал. А разговор с наркомом и вовсе должен был приободрить Алексея Ивановича.
  - По всем вопросам, касающимся вашей разработки, обращаться к товарищу Демьянову, - распорядился нарком. - Именно он отныне курирует вопросы перспективного вооружения для наркомата.
  - Удивлены? - усмехнулся Берия, когда они остались наедине.
  - Учитывая слова, приписываемые товарищу Сталину, решение считаю закономерным. 'Критикуешь - предлагай, предлагаешь - делай, не сделал - отвечай'.
  - Не помню, чтобы товарищ Сталин такое говорил, но такой подход он наверняка одобрил бы. Поэтому, чтобы слова не расходились с делом, вы едете в Ленинград. На товарища Сталина произвёл благоприятное впечатление ваш рассказ о Рокоссовском, и было решено не тянуть до осени 1940 года и второго безрезультатного суда, а закрыть уголовное дело уже сейчас. Чтобы он, как и Жуков, успел проявить себя. Скажем, при освобождении Западной Белоруссии. Надеюсь, он не допустит той пропагандистской ошибки, которую в вашей истории допустил в Бресте Кривошеин. Постарайтесь найти с Рокоссовским общий язык: вам с ним предстоит сотрудничать по многим вопросам, касающимся нового вооружения и тактики его применения.
  Обида у Константина Константиновича (он не любил, когда коверкали его отчество, поэтому предпочитал, чтобы его называли Константиновичем) всё-таки осталась. Но не за месяцы, проведённые в заключении, а на то, что врагам удалось, 'обманув партию, посеять сомнения, и это привело к арестам невиновных'. И прощались они возле вагона 'Красной Стрелы' на Ленинградском вокзале Москвы очень по-тёплому. Нет, не как друзья - разве могут быть друзьями генерал-майор (а именно им стал Рокоссовский после введения генеральских званий) и чекист, чьи знаки на петлицах соответствуют армейскому капитану - но как добрые знакомые.
  А в Москве Демьянова ждали две хорошие новости. Во-первых, приехала Кира, а во-вторых, Румянцев ознакомил его с приказом о создании Особого проектного бюро ? 100, на должность заместителя руководителя которого по науке назначался Николай. С сохранением должности инспектора в контрольно-инспекторской группе при первом заместителе наркома.
  
  26
  Создание ОПБ-100, сразу же прозванного Николаем 'НИИ ЧаВо', и решило вопрос о трудоустройстве Киры. Услышав эту аббревиатуру, она расхохоталась.
  - Почему такое смешное название?
  - Зато жизненное! Переводится как 'НИИ Чародейства и Волшебства'. Это не я придумал. Читал когда-то одну смешную книжку, в которой пародировались нравы, царящие в некоторых, с позволения сказать, научных заведениях. Вот и нам в нём предстоит решать весьма серьёзные задачи, которые в нормальной жизни не решить ничем, кроме уже упомянутых чародейства и волшебства.
  Главной тайны своего мужа Кира ещё не знала, поэтому восприняла его слова за неожиданный приступ пессимизма.
  В реальности же...
  В реальности практически вся организационная работа легла на плечи Румянцева, в петлицах которого появилась вторая 'шпала'. Но дело двигалось черепашьим шагом. Просто некому было дать пинка чиновникам, поскольку нарком 'пропадал' на проходившем в эти дни партийном съезде.
  Докладу Сталина съезду было посвящено и партсобрание, на котором Николаю вручили партбилет. Нет, он сам особо в ряды ВКП(б) не рвался. И против этого, памятуя своё недолгое членство в КПСС накануне развала Союза, не был, но и от парторга не бегал. И тут так получилось, что вопрос о том, почему лейтенант госбезопасности Демьянов до сих пор не коммунист, задал той памятной ночью сам Сталин. Уже перед самым своим уходом с конспиративной квартиры.
  - Или вы не разделяете нашей идеологии?
  Спросил и пристально посмотрел на него своими жёлтыми рысьими глазами.
  - Я состоял в Коммунистической партии Советского Союза с 1986 по 1991 год, товарищ Сталин. Партбилет не выбрасывал, как это сделали многие партийные работники. Просто прекратил участие в партийной жизни, когда увидел, во что выродились остатки партии. И не стал восстанавливаться в КПРФ после разрешения её деятельности, поскольку увидел, что её возглавили политические проходимцы. И понял, что был прав, когда выяснилось, что эти люди регулярно бегают на поклон в американское посольство. А почему до сих пор не подал заявление? Человек я в управлении новый, а по уставу, насколько я помню, требуется проработать в коллективе не меньше года, чтобы это стало возможно.
  - Исключения обычно лишь подтверждают правила. Тем более, можно вести речь не о приёме, а о восстановлении в партийных рядах. Будем считать, что у вас был перерыв в членстве, связанный с выполнением особого задания. Поэтому, как мне кажется, ваша партийная организация пойдёт навстречу товарищу Демьянову, если он подаст заявление, не дожидаясь, пока истечёт год с момента его приёма на службу. Особенно - если об этом походатайствует член ЦК партии товарищ Берия.
  Как тут откажешься? Тем более, будучи старым циником, Николай прекрасно осознавал все плюсы и минусы членства в партии. Причём, минусов имелось значительно меньше, чем плюсов. И главнейшим среди последних было то, что это поможет выполнению взятой на себя миссии - помочь СССР вступить в войну с Гитлером более сильным, более подготовленным.
  Несмотря на то, что формально помещение для 'НИИ ЧаВо' было выделено, о переезде в бывшую усадьбу Алабова, расположенную по соседству с хоральной синагогой в Большом Спасоглинищевском переулке, речи пока не шло. Двухэтажный особнячок ещё предстояло отремонтировать и приспособить для нужд ОПБ-100. Так что основную часть перспективных работ пришлось выполнять у себя дома, в свободное от работы время. И, кстати, иногда за свои деньги. Как случилось с образцом солдатской разгрузки.
  Николай сделал набросок этого 'предмета гардероба', Кира вначале прорисовала жилет на более качественном уровне, а потом занялась разработкой выкроек. И лишь когда Демьянов прикупил на рынке подходящий по размерам кусок брезента, дело дошло до кройки и шитья. С кройкой у жены вышло относительно неплохо. Но, поглядев на то, как она мучается с иглой, пытаясь сшить куски плотной ткани суровой нитью с использованием 'цыганской' иглы, зам по науке ОПБ-100 прекратил это безобразие. И 'пошёл на поклон' к новой соседке, изменившей 'звуковой фон' за стенкой их комнаты. Раньше там трещали очереди пишущей машинки Лизы, а после того, как она всё-таки обменяла жильё, стал слышен детский плач и 'трели' 'Зингера' с ножным приводом: Екатерина Васильевна, как представилась новая соседка, совмещала уход за ребёнком с работой модистки. То есть, проще говоря, на дому шила наряды московским модницам. И чтобы 'принарядиться для охоты' Николаю пришлось заплатить из семейного бюджета.
  И сразу же вылезли ошибки, допущенные при любительском проектировании разгрузочного жилета. Так что переделки потребовали новых затрат времени и некоторого количества денег. Зато во время следующего визита в Коломну, где Судаев уже завершал сборку первого образца своего пистолета-пулемёта, лейтенант госбезопасности уже щеголял по полигону во вполне 'работоспособной' разгрузке.
  'Прикид' полигонное начальство, примерив, оценило как удобный, но не соответствующий форме одежды.
  - Возьмётесь оценить в полигонных условиях? - предложил инспектор КИГ при первом заместителе наркома. - Только потребуются не просто отзывы 'хорошо/плохо', а нормальный 'обоснуй' с разбором выявленных достоинств и недостатков.
  А автомат Судаева он раскритиковал. Не 'в усмерть', само собой. Во-первых, сразу забраковал ручку управления огнём, для которой Алексей Иванович избрал исполнение из куска древесины.
  - Дорого и нетехнологично. Пусть будет металлическая рамка с пластмассовыми накладками от ТТ. И вес сэкономим, и накладки уже выпускаются промышленностью.
  Во-вторых, настоял на штампованной скобке простейшего тормоза-компенсатора. Правда, памятуя о постоянном риске её помять, потребовал использовать закалённый металл.
  - Но ведь Дегтярёв без этого обошёлся.
  - Дегтярёв обошёлся, а вы обязаны сделать лучше. И отдачу эта скобка уменьшит, и пороховые газы не будут мешать прицеливанию, и стрелка́ в темноте пламя от выстрелов не ослепит.
  В-третьих, потребовал заменить целик с движковой установкой дальности стрельбы простейшим перекидным уголком, в одном положении позволявшим вести огонь на дальность до 100 метров, а во втором - на 200-300 метров. В-четвёртых, попросил исключить режим одиночного огня.
  - При достаточном навыке вполне возможно и без этого режима обеспечить стрельбу одним патроном. Темп огня вы, слава богу, выбрали почти вполовину меньшим, чем у ППД. Поэтому есть надежда, что буквы 'ПП' в названии оружия не будут переводить как 'пожиратель патронов'. Немцы, вон, в своём МП-38 тем же путём пошли.
  - Только у них патрон 9 миллиметров.
  - Оттого пистолеты-пулемёты и считают полицейским оружием: у этого парабеллумовского патрона выше останавливающее действие, а пробивное - намного хуже. Нам же не остановить врага нужно будет, а убить его. Или ранить, на крайний случай. Послушайте, а нам никак нельзя придать передней части затвора ещё и функцию отражателя, чтобы сократить число деталей?
  Судаев одобрительно поглядел на Николая и кивнул.
  А Демьянову-то что? Он просто помнил, как Алексей Иванович улучшил свой шедевр в 1943 году!
  - Кстати, свой разгрузочный жилет я конструировал с расчётом на ношение в его кармашках 'рожков' именно к вашему пистолету-пулемёту, - польстил он оружейнику. И ещё. Подумайте над тем, как упрочнить складывающийся приклад. Чтобы, при нужде, им можно было бы и в зубы противнику двинуть.
  
  27
  Наконец-то закончился партсъезд, и дело с созданием ОПБ-100 сдвинулось с мёртвой точки. Для этого, правда, Берии пришлось 'устроить втык' начальнику отдела ОКБ.
  - Не вы будете указывать, чем заниматься 'сотке', а 'сотка' будет привлекать ваш контингент к решению своих задач, определять, на какие направления обратить особое внимание. Поэтому все заявки, поступающие от Румянцева и Демьянова исполнять без задержек. Даю неделю, чтобы полностью обеспечить ОПБ Румянцева всем необходимым для начала работы. Ремонт помещения закончить, связь подвести, транспорт выделить, соблюдение всех требований, предъявляемые к режимному объекту, обеспечить. Разрешаю Демьянову выходить на учреждения, подконтрольные отделу ОКБ напрямую. С последующим информированием о достигнутых с ними договорённостях, разумеется. А вы, товарищи Демьянов и Румянцев, постарайтесь более ответственно подходить как к постановке задач для ОКБ и ОТБ, так и к переводу в них контингента, необходимого для их выполнения.
  И понеслось! Проходя по Спасоглинищенскому переулку домой, Николай только диву давался, как кипит работа возле выделенного 'НИИ ЧаВо' особняка. Значит, скоро им с Кирой нужно будет перевозить установленный в их комнате кульман сюда.
  Кульман пришлось поставить, когда Демьянов снова 'припахал' супругу сделать нормальные чертежи мины МОН-50, 'вынутые' из памяти.
  - Откуда ты только берёшь эти идеи? - поражалась девушка, берясь за очередное задание мужа.
  - В своё время читал очень много специфической литературы, - пока удавалось напускать тумана Демьянову.
  Но долго это вряд ли могло продолжаться, и он подал заявку наркому на предоставление жене допуска к информации о 'проекте ? А-20/23', как Лаврентий Павлович (или даже не он) окрестил работы по технологиям будущего.
  Параллельно (или предварительно?) Николай наведался в НИИ-6 в Коломенское, где разрабатывались взрывчатые вещества. Как выяснилось, несмотря на осознание необходимости промышленного производства гексогена для нужд РККА дела в этом направлении толком и не сдвинулись с мёртвой точки. Обе технологии получения этого взрывчатого вещества, разработанные в институте, оказались малоэффективными и очень дорогими. Пришлось напрягать память, чтобы вспомнить, как это делали немцы. И американцы, от которых Советский Союз получал по ленд-лизу основную массу гексогена. Но пока 'американский' метод, наиболее технологичный из имеющихся, не отработают, придётся снаряжать 'монки' обыкновенным тротилом, а о запуске в производство 'пластида' для диверсантов придётся только мечтать. Впрочем, чертежи МОН-50, откорректированные под несколько увеличенный заряд взрывчатки, он передал в 'шарашку' уже через день.
  'Великое переселение народов' в бывшую усадьбу Алабова началось накануне выходного. Сроки, обозначенные наркомом, никто не рискнул нарушать в открытую, а строители, как всегда, не успевали. Вот Анатолий Иванович и пошёл им навстречу, позволив 'добить' недоделки, пока коллектив 'НИИ ЧаВо' отгуливает законный день отдыха. А Николай, предвидя долгий разговор с женой, которую наконец-то разрешили посвятить в его тайну, купил вина и объявил семейный праздник.
  - Какой? - удивилась Кира. - Или есть какой-то неизвестный мне повод?
  - Было бы желание отпраздновать, а повод найдётся, - махнул рукой счастливый супруг.
  - Ты смеёшься надо мной, - даже обиделась девушка, когда он объявил, что его сознание переместилось из 2023 года. - Мог бы что-нибудь более правдоподобное придумать, если не имеешь права рассказывать о своей заграничной работе.
  - Если бы это была загранработа, то я бы вообще молчал. Я получил разрешение на привлечение тебя к более плотной работе по тематике ОПБ. И у тебя непременно возникнет множество вопросов о том, почему что-то делается именно так, а не иначе, почему привлекаются именно те, а не иные люди, почему приходится решать совершенно неявные задачи. Объяснение этому одно: я ЗНАЮ, для чего это делается и к какому результату приведёт. Возьмём те же противотанковые ружья, ради которых я приезжал в Ковров, где мы с тобой и познакомились. Знаешь, куда они направляются после приёмки? На Дальний Восток. Все. Потому что буквально через месяц там, на реке Халхин-Гол японские милитаристы начнут боевые действия против монгольских и советских войск. И эти бои продлятся до начала августа, а противотанковые ружья, выпущенные на вашем заводе, окажутся очень кстати для борьбы с японскими танками, бронемашинами и самолётами. Но не сразу, а в ходе самых ожесточённых, июльских боёв.
  Если бы не моё знание об этом будущем конфликте, у красноармейцев не было бы оружия против этих танков. А ружья, но под под более мощный патрон калибром 14,5 миллиметров, Симонов и Дегтярёв начали бы разрабатывать только летом 1941 года, когда они были УЖЕ нужны позарез. И тысячи красноармейцев УЖЕ гибли из-за того, что им нечем воевать против вражеских танков. Теперь, после того как противотанковые ружья докажут свою эффективность и необходимость в боях в Монголии, я думаю, это случится намного раньше, и Красная Армия получит их ещё до нападения немцев на СССР.
  - Будет война?
  - Через два с лишним года. Для неё и нужны те самые противотанковые ружья, мины, которые ты тут рисовала, жилетки, из-за которых плакала, проколов пальцы. И многое другое, с чем столкнёшься во время работы в 'НИИ ЧаВо'.
  - Но ведь мы победим. Товарищ Ворошилов говорил...
  - Победим. Но забудь о том, что говорил Ворошилов. Броня наша ещё не настолько крепка, чтобы всё было так, как он утверждает, а быстрые танки хороши лишь для парадов, а не для реальных сражений.
  - Ты это о чём?
  - Ах, да! Совсем забыл, что фильм 'Трактористы' ещё не вышел в прокат. Но скоро выйдет. И будет там такая песня:
  Броня крепка, и танки наши бы́стры,
  И наши люди мужества полны́:
  В строю стоя́т советские танкисты -
  Своей великой Родины сыны.
  Гремя огнём, сверкая блеском стали
  Пойдут машины в яростный поход,
  Когда нас в бой пошлёт товарищ Сталин
  И Первый маршал в бой нас поведёт! - напел Николай.
  - Ты знаешь, что будет, если тебя услышат твои же товарищи? - приглушив голос, попыталась образумить мужа Кира.
  - Ничего не будет. Ну, вызовет к себе нарком и пожурит за несдержанность, если это будет кто-то совсем уж чужой. А свои из 'НИИ ЧаВо' промолчат. Потому что всё это знают. И о том, откуда я взялся, и о том, что война вначале будет совсем не такая, какую нам обещают Ворошилов, Будённый и многие другие.
  - А какая?
  - Давай, я тебе прочитаю стихи, написанные в 1943 году, за два года до окончания той войны, и ставшие песней с названием 'Волховская застольная'.
  Редко, друзья, нам встречаться приходится,
  Но уж когда довелось,
  Вспомним, что было, и выпьем, как водится,
  Как на Руси повелось!
  Пусть вместе с нами семья ленинградская
  Рядом сидит у стола.
  Вспомним, как русская сила солдатская
  Немцев на Тихвин гнала!
  Выпьем за тех, кто неделями долгими
  В мёрзлых лежал блиндажах,
  Бился на Ладоге, бился на Волхове,
  Не отступил ни на шаг.
  Выпьем за тех, кто командовал ротами,
  Кто умирал на снегу,
  Кто в Ленинград пробивался болотами,
  Горло ломая врагу.
  Будут в преданьях навеки прославлены
  Под пулемётной пургой
  Наши штыки на высотах Синявина,
  Наши полки подо Мгой.
  Встанем и чокнемся кружками, стоя, мы
  В братстве друзей боевых,
  Выпьем за мужество павших героями,
  Выпьем за встречу живых!
  - Тихвин, Синявин, Ладога, Волхов, Мга... И почему в Ленинград нужно пробиваться болотами? Ты хочешь сказать, что... - от страшной догадки Кира прикрыла рот ладошкой.
  - Да, моё счастье. Блокада Ленинграда немцами в моём прошлом продлилась целых 900 дней. И только на Пискарёвском кладбище было похоронено более 400 тысяч ленинградцев, умерших от голода и холода. А реквиемом им стал дневник простой ленинградской девочки Тани Савичевой, заканчивающийся словами: 'Умерли все. Осталась одна Таня'. Написанными перед тем, как умерла и она.
  - Боже мой! Неужели ничего нельзя изменить?
  - Вот этим мы с тобой и будем заниматься. И уже занимаемся.
  - Мама! Нельзя допустить, чтобы она оказалась в этом ужасе!
  - Нельзя допустить, чтобы все ленинградцы оказались в этом ужасе!