Афанасьев Павел Олегович. Призма Силы ч.1

Афанасьев Павел Олегович: другие произведения.

Призма Силы ч.1

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 5.
18*65  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    На Полисс-Масса Йода все распланировал на много лет вперед не спрашивая никого. Но что, если Сила, причастная к появлению клана Скайуокеров, будет иметь другое мнение и немного вмешается, показав Люку факты и возможные события? На Фикбуке http://ficbook.net/readfic/3240049 Произведение закончено.


  
  Пролог
   Дарт Сидиус, Император свежепровозглашенной Галактической Империи, устало смотрел на ночной Корускант. Впервые за несколько недель со дня провозглашения Империи у него выдалось несколько свободных минут, когда можно передохнуть и подвести итоги.
   А итоги были не очень радостные. Да, у него получилось создать Империю и раздавить орден джедаев. Этих целей он достиг. А вот почти все второстепенные цели и задачи оказались провалены, разве что в Храме Энакин сделал все как надо и, помимо информации и артефактов, в руках ситха оказалась большая часть юнлингов и падаванов. Они будут полезны Империи.
   Тут Кос Палпатин горько усмехнулся: Дарт Вейдер тоже будет только полезен Империи. А ведь какие были планы… Когда Энакин атаковал Винду и Сидиус понял, что выиграл, он даже потерял контроль над собой и Силой, как сопливый юнец, стыдно вспомнить.
   Отправляя Энакина на Мустафар, он надеялся на то, что вдали от политических дрязг и излишнего идеализма жены он полностью придет в себя после падения на Темную сторону. Да и оторванность от мужа вместе с рождением ребенка должны были помочь перетянуть на свою сторону неистовую набуанскую королеву. Старый ситх искренне восхищался ею: проработать столько времени в Сенате и не измазаться в грязи было подобно чуду. Такие люди всегда редкость, и именно они предотвращают загнивание государства, оказавшись в правительстве. Но для переубеждения таких нужно затратить очень много сил и времени. И у Палпатина были все шансы это сделать: компромат на самых громких и одиозных поборников демократии, статистика — чем оборачивается демократия для миров Внешнего кольца, выводы аналитики о том, что случится при продолжении движения тем же курсом. Словом, ничто не предвещало беды, но тут вмешалась эта джедайская крыса…
   И одним выстрелом убил двух вомп-песчанок — превратил Энакина в обезумевшего зверя, ведь его якорем была Падме, и превратил в мученицу ту, которая могла не согласиться на откровенно грязные методы. Когда Скайуокер начал душить жену, Кеноби выиграл весь бой, ведь что мог сделать мастеру Соресу полуразумный зверь? Правда, Сидиус не понимал, почему не добил, разве что хотел, чтобы падший помучился перед смертью, а джедайское чистоплюйство подсказало такой выход, дескать, пусть судьба рассудит.
   А Падме во время боя лежала на площадке и дышала всякой дрянью, в конечном итоге и убившей ее и ее ребенка.* А известие о ее смерти убило Энакина Скайуокера, оставив только Дарта Вейдера, ужасающе сильного, жестокого, исполнительного, но не способного подняться до того уровня, которого мог достичь Скайуокер.
   Было еще одно обстоятельство, которое и меняло значимость этих задач, а их провал приравнивался к полному поражению ситха. Этим обстоятельством, которое Сидиус старательно гнал от себя, было родство между Косом Палпатином и Энакином Скайуокером. Чушь? Отнюдь, тот эксперимент учителя все же увенчался успехом. Странные ощущения при первой встрече с юным Скайуокером были Палпатином отброшены в суете подготовки к занятию поста канцлера, а на Набу, когда он все же решил проверить ДНК, было уже поздно: мальчик стал падаваном и тихо изъять его из Ордена было практически невозможно. Оставалось только время от времени выкраивать несколько минут из плотного графика канцлера, чтобы поинтересоваться успехами мальчика, благо интерес к ребенку, взорвавшему в десять лет боевую станцию и этим выигравшему сражение, был вполне объясним и понятен.
   Направление Энакина для охраны Амидалы тоже не было случайностью — Сидиус еще на Набу заметил, что молодые люди связаны в Силе. И он оказался прав, ведь именно благодаря Падме Энакин смог удержаться от неконтролируемого падения во Тьму, когда погибла его мать. Именно она удержала его в шаге от безумия в кровавом угаре войны. Ради нее он поднял меч на тех, кого считал братьями. А теперь она мертва, и немалая часть вины за ее смерть лежит на нем, Сидиусе. Заигрался, почувствовал себя всесильным и недооценил врага, забыл, что джедаи тоже умеют и любят подставлять под удар беззащитных и невинных. Привык к монополии на подлость. Призраки Владык на Коррибане, наверное, уже смеяться устали над идиотизмом одного ситха…
   И вот как теперь признаться Вейдеру в родстве? Стоя над могилами тех, кого обещал спасти и защитить? Проще сразу воткнуть в себя светомеч, ведь Вейдер не простит, да и он сам не простил бы. Значит, пусть лучше и дальше остается в неведении. А обвинение Вейдера в смерти жены… Он потерял смысл жизни, так пусть терзает себя, ведь боль — тоже источник сил, она позволит ему не умереть, а со временем он даст Вейдеру новый смысл жизни — Империю.
   Мда, ну и победа. Невестка, одна из немногих умных идеалистов, мертва. Внук, потенциальный могучий форсъюзер, мертв. Сын… наверное, лучше бы тоже умер. Ради чего теперь строить Империю, кому передать власть? Конечно, можно воспользоваться голокроном Дарта Андедду, что принес Дуку, но смысл вечно править? Ведь со временем приедается все, даже власть. Но опустить руки и сдаться — означает признать победу этих светленьких ублюдков.
   Палпатин в последний раз взглянул на лежащий перед ним город и пошел в кабинет — работы меньше не становилось. Перед тем как скрыться за дверью, он что-то прошептал. Будь здесь сторонний наблюдатель, он смог бы прочесть по губам: «Будьте вы прокляты, ублюдки».
  
  
   *Я считаю, что джедаи не могли не оставить ложной информации, достаточно правдоподобной, чтобы ситхи прекратили расследование, и Сидиус считает, что Падме умерла от отравления.
  Глава 1
  Спустя десять лет
   Старый псих Бен Кеноби наблюдал, как племянник Ларсов охотится на ящериц — весьма распространенное занятие у детей на Татуине, лишний приварок, как-никак. Но этот ребенок отличался результативностью и сосредоточенностью на своем занятии. Да и двигался во время охоты он весьма характерно: мягкие скупые движения, кажущаяся неторопливость и взрывная молниеносность движений в атаке. Конечно, можно было посчитать, что это просто результат многих охот, когда мудрое тело само выбирает нужные движения.
   Вот только Бен уже видел подобные движения у очень похожего мальчика, но в то время он еще был рыцарем-джедаем Оби-Ваном Кеноби, а тренирующийся мальчик — его падаваном, Энакином Скайуокером.
   Энакин… Сердце резанула застарелая боль, почему он предал? Где недосмотрел и в чем ошибся его учитель, Оби-Ван? Может, не стоило покрывать его с Падме? Но он был так счастлив, да и дети обещают быть воплощением лучших черт родителей. Если бы Падме смогла их увидеть…
   Еще одна заноза потревожила незаживающую рану в сердце бывшего джедая. Если бы магистр Йода сумел тогда сразить Сидиуса… Все было бы иначе, а так мало того, что пришлось втемную использовать Падме для поиска предателя, так еще и двойня. А ведь Падме никогда не согласилась бы разлучить детей и тем самым погубила бы их и себя, ведь ситхам не составило бы труда разыскать их в Силе. А тогда дети были бы навсегда потеряны для Света. Поэтому и было принято магистром Йодой непростое решение не мешать судьбе. Это стало благом для всех.
   Остается надеяться, что сын сможет совершить то, что не удалось отцу — принесет равновесие в Силу, полностью искоренив проклятых ситхов. А Оби-Ван будет рядом, обучит и наставит на истинный путь.
   Старик в потертой накидке бросил последний взгляд на мальчика и, развернувшись, сошел с вершины дюны.
  
   Едва силуэт старика скрыла дюна, как в место, где он стоял, взглянули ярко-голубые глаза, еще более яркие на загоревшем до черноты лице, а на обветренные губы мальчика выползла недобрая улыбка.
   Впрочем, мысли мальчика были далеко отсюда, в том дне, когда он узнал если не всю, то большую часть правды.
   В тот день, чуть меньше четырех лет назад, маленький Люк чуть не довел до бешенства за завтраком своих родственников, в очередной раз требуя рассказать про отца. Потом дядя Оуэн взял его с собой проверять вапораторы. Люк сам вызвался очистить от вездесущего татуинского песка верхнюю часть вапоратора, но, задумавшись об отце, потерял равновесие и упал вниз, ударившись обо что-то головой.
   Дальнейшее можно рассматривать с двух точек зрения. С точки зрения сторонних наблюдателей, мальчик пробыл без сознания почти трое суток и еще почти две недели был вялым и много спал, но все обошлось.
   С точки зрения мальчика, все было намного интереснее…
  
  Четыре года назад
   У него было Видение. Темой, как он и хотел, была жизнь его отца, Энакина Скайуокера: от знакомства с Квай-Гоном и Падме до известия о смерти жены, когда вместо угасшего от такого известия Энакина появился Дарт Вейдер.
   Тут, подчиняясь чьей-то воле, перед мальчиком развернулись во всей своей неприглядности события на Полис-Масса. Как в то время, как его мать рожала его с сестрой, разумные, возомнившие себя вершителями судеб, решали и их судьбу. Причем Люк видел и то, что происходило в Силе. А происходившее там было еще гнусней: тонкие, практически незаметные щупальца воздействовали на разум Падме, отвлекая ее от детей и все больше концентрируя на муже. И, узнав о его смерти, она, латентный форсъюзер, просто не захотела жить. В любое другое время ее слабых способностей хватило бы разве что на серьезную болезнь, но здесь и сейчас… Она только что родила двух крайне сильных форсъюзеров, и Сила пока еще повиновалась одинаково всем троим, ослабленный родами организм подчинился почти без сопротивления. И ее тело еще не успело остыть, как стервятники разлучили ее детей. Джедаи получили свой будущий меч, а Органа если не саму Падме, то ее дочь — плату за союз с джедаями.
   Не успел Люк переварить эту информацию, как на него обрушились новые видения, только какие-то блеклые, словно выцветшие. Вот он, повзрослевший, крутит в руках меч отца и слушает бред, что его отца убил Дарт Вейдер, даже не поинтересовавшись, каким образом отцовский меч попал к этому лжецу. Вот он плачет над телами родных на разоренной тускенами ферме, уж их манеру знает каждый житель Татуина, но опять-таки верит Кеноби, что это сделали штурмовики. Вот он с контрабандистом и вуки вытаскивает сестру из тюремной камеры, свято уверенный в собственной крутости, и успевает на спектакль, устроенный Кеноби. А вот удачный выстрел в Звезду Смерти, разом открывший даже не личное кладбище, а целый некрополь. И он, улыбающийся, позволивший себя убедить, что импы не люди, ведь так намного проще жать на гашетку. Дагоба, где он, развесив уши, жадно ловил каждое слово Йоды, принимая все на веру. Беспин, где он впервые встретился с отцом, превратившимся в бездушную машину, но, несмотря на это, пытавшимся его переубедить, как мог, конечно. Череда мелких стычек с Империей, он — один из символов Альянса, какая честь. Эндор, ловушка и вторая Звезда Смерти. Жестокая игра безумного Императора и во второй раз поднятый на отца меч. Поединок, являющийся игрой в поддавки, которую он даже не заметил, искренне считая, что превзошел своего отца. И отрезвляющие молнии от Сидиуса. Метания отца, которому пришлось выбирать между Империей и ним. Отец выбрал и заплатил по полной, как всегда. Погребальный костер под змеиное шипение тех, кто терял голос от страха при виде живого Вейдера, и спектакль с якобы раскаявшимся Энакином.
   Дальнейшие видения теряли четкость, но суть все же донесли: восстановление Республики, вакханалия вседозволенности сенаторов, Император-то со своим цепным псом мертвы, теперь уже никто не сможет их призвать к ответу и заставить работать на благо государства. Сенаторы очень быстро и легко забыли о тех рядовых участниках Альянса, которые и принесли им победу. Поэтому когда появился новый враг, который в обмен на сенаторские шкуры предложил снова предать джедаев, они не особо колебались, предавая все, что строил Люк. Вот так легко и просто предали тех, кто их защищал. И вот ради такой благодарности он сражался? Ради этого поднял меч на отца? Ради чего?
   Видения уходили, оставляя след в памяти и сознании. И если почти все видения юный Скайуокер увидел наблюдателем, со стороны, то жизнь своего отца он как будто прожил сам. Это не могло не оставить свой след и не изменить Люка. Согласитесь, трудно остаться прежним, помня, как скрипит на зубах песок Джеонозиса и как бьет по лицу непрекращающийся дождь Джабиима, радость побед и горечь поражений. Люк Скайуокер пережил все эти годы вместе с отцом, теряя единение только при общении отца с матерью. И мальчик вырос, пусть не физически, но разумом. И результат такого взросления вряд ли бы понравился заварившим кашу джедаям.
   Этот молодой человек не собирался прощать виновников трагедии своей семьи, а уж тем более плясать под их дудку. Пусть его телу всего шесть лет, но знания и опыт его отца, рыцаря-джедая Энакина Скайуокера, одного из самых успешных генералов ВАР, отныне при нем, осталось только ими овладеть и правильно воспользоваться.
   Видения длились три дня, на их осмысление ушло две недели и по прошествии этого времени слабое, малозаметное возмущение в силе возле Татуина, которое лишало одаренных большей части чувствительности, рассосалось само по себе. Это не насторожило никого из одаренных, ведь на просторах галактики случалось и не такое.
   Внезапно повзрослевший мальчик оказался перед извечным вопросом одной далекой планеты: «Что делать?», благо кто виноват — было ясно. Попытка прямо сейчас попробовать связаться с отцом была… неразумной. И дело даже не в состоянии отца или Императоре, грозной тенью нависающим над будущим семьи Скуйуокеров. Все намного проще — каким образом татуинский фермер может связаться с Главкомом Империи? Даже если отец и насторожил маркеры на свою фамилию, то насколько широко? И даже если ему сообщат, то сколько времени ждать, пока неповоротливый имперский механизм сделает то, что нужно. Да и риск утечки информации к повстанцам остается весьма высоким.
   А если главари Альянса узнают про его необычную активность, то реакция может быть очень разной: от похищения с промыванием мозгов до приказа на ликвидацию. К тому же недаром здесь торчит старый Кеноби, вряд ли растерявший навыки и забывший, с какой стороны браться за меч. Кстати, а ведь тускены обходят десятой дорогой дом старого отшельника.
   Да и что можно выиграть, если отец заберет его на Корускант? Знания? Так дай Сила освоить то, что он уже знает. Защита? Здесь ему опасны только тускены, да и то, недаром сюда запихнули целого Кеноби, в прошлом победившего его отца. А стоит появиться на Корусканте, как он станет одной из приоритетных целей не только повстанцев, но и недругов отца. А вот защитить себя он не сможет, выше возможностей тела не прыгнешь, плюс знания есть, но пользоваться он ими не умеет. А разумных, способных убить и форсъюзера, в Галактике хватает, покойный Джанго Фетт тому пример. Отец же не сможет быть все время рядом, он — один из ближайших помощников Императора, его карающая рука, а значит, он больше будет нужен далеко от Корусканта.
   Немаловажно и то, что в таком случае Кеноби с Йодой скроются, и сколько времени уйдет на их поиски — неизвестно. Уж прятаться они умеют превосходно. Также стоит подумать про безопасность сестры, ведь Органа сейчас спокоен и не дергается, а когда ему начнет припекать пятки, он может выкинуть что угодно, вплоть до «случайной» гибели принцессы. Как известно, не пойман — не вор.
   Итак, подводя итог — как минимум шесть ближайших лет ему стоит оставаться на Татуине и много работать, если, конечно, хочет выжить. Заодно стоит узнать, какого ситха здесь забыл Кеноби, для охраны даже очень важного ребенка могли выделить не такого ферзя, а кого-нибудь попроще.
  
   С момента принятия решения Люк стал тихим и спокойным ребенком, во всяком случае, так могли утверждать все, кто его знал. Он начал проявлять недюжинные склонности к технике и уже фактически являлся единоличным хозяином мастерской и гаража на ферме. Оуэн Ларс отнесся к этому весьма спокойно и не удивлялся, в отличие от нечастых гостей на ферме, ведь Люк перестал донимать его расспросами про отца и мечтаниями о космосе.
   Еще одной страстью мальчика стала охота на ящериц и вомп-песчанок, и надо отметить, что без добычи тот не возвращался. Поначалу его, конечно, боялись отпускать в пустыню, но время шло, а Люк все так же благополучно возвращался без всяких приключений. Да и последние пару лет тускены отчего-то стали обходить стороной ферму Ларсов.
   Так прошло чуть больше семи лет. За это время Люк вытянулся и выглядел теперь старше своих сверстников. Он, как смог, овладел почти всеми полученными знаниями, но до совершенства было еще далеко, уровень отца на начало Войн клонов был еще недосягаем. Понять, в чем причина, имеющихся знаний хватало — он и отец слишком разные, и чтобы перекроить навыки на себя, Люку требовался наставник, который может взглянуть со стороны и посоветовать.
   Ведь взять то же фехтование — Энакин предпочитал напористую и грубую манеру, что и отражал его «Путь крайт-дракона». Люк же, хотя, подобно своему отцу, и предпочитал пятую форму, разительно отличался: в его исполнении это было больше похоже на Макаши — отводы вместо блоков, короткие и точные удары, использование силы противника вместо противостояния ему. Уже одно это полностью ломало полученные схемы боя и вынуждало к многим часам спаррингов с наставником. Как будто этого было мало, Люк использовал металлический меч. Причем не соответствующим образом сбалансированную замену световому, которая представляла собой просто металлическую палку, а настоящий меч. Узкий прямой клинок переходил в рукоять, которую можно было взять как одной, так и двумя руками, хотя было очевидно, что в основном меч необходимо держать одной рукой.
   Решение использовать этот архаичный, с точки зрения последних поколений форсъюзеров, вид оружия Люк принял после нескольких снов-видений, которые теперь иногда посещали его и показывали разнообразные эпизоды прошлого.* В одном из таких снов Люк и увидел, как ситх с металлическим мечом не только противостоял джедаю со световым, но и сжег начинку джедайского меча молниями, после чего неторопливо порубил безоружного противника, рассказывая о своем мече поверженному противнику, прежде чем добить. После этого Люк с понятным скептицизмом смотрел на световые мечи, ведь по большому счету они были только удобнее в ношении. После этого решения младший Скайукер с фамильным упрямством овладевал Силовой ковкой и, наконец, добился своего — сделал свой меч.** Откровенно говоря, это было не боевое оружие, а тренировочное — грубая отделка, неполированный клинок, заточка, больше подходящая зубилу, чем мечу. Последнее было данью опасениям Люка порезаться во время тренировок и, надо сказать, небезосновательным. Хотя при ударе с должной силой даже с такой заточкой меч отлично рубил плоть, в чем уже неоднократно убеждались тускены, неосмотрительно появившиеся в окрестностях фермы. Уж очень Люк невзлюбил тускенов после переживания жизни отца в том памятном видении, поэтому одиночный тускен при встрече с ним был обречен последние года четыре, а два года назад и небольшие группки песчаных рейнджеров стали пропадать после встречи с юным Скайуокером.
   Главной опасностью были не тускены, а нежелательное внимание Кеноби. Но, как уже давно установил Люк, у старого джедая были свои заботы, помимо наблюдения, надо сказать, весьма периодического, за сыном своего ученика. Судя по тому, что видел Люк, на Татуине как минимум был перевалочный пункт солдат Альянса. Но скорее всего здесь был учебный центр. А что? Большая часть планеты — пустыня, куда никто не ходит, наблюдение с орбиты отсутствует, ведь большинство звездолетов идет в Мос-Эйсли, да и тренировочный материал в виде тускенов присутствует, хаттам, если нет контрабанды в обход их кармана, на перевозки разумных плевать. Отличное место для подготовки солдат со специализацией для пустыни. Так что Люк был уверен, что предоставит отцу, помимо старого врага, еще какое-то количество повстанцев. Осталось только подать весть о себе.
   Это в последнее время стало главным интересом Люка. В нем снова подняла голову жажда космоса, заглушенная было новыми знаниями, но все, что можно было выучить в одиночку, было выучено, и деятельная натура Скайуокера снова стала изнывать в сонном мирке дальней фермы на захолустной планете. Люк ходил целыми днями с одной только мыслью — передать отцу весть о себе и о старой крысе по имени Оби-Ван. Казалось, ничего не происходит, но это было не так. Форсъюзер такой силы своими желаниями вполне может влиять на цепь событий, не всегда и не на многое, но может. И сейчас эта цепь событий стала изменяться так, как было угодно юному представителю клана Скайуокеров.
  
  
   *На вопрос: как Люк определил, что это прошлое? Отвечаю: космические корабли точно мелькали, а Татуин все же не настолько примитивный, чтобы там не было аналога интернета. Дальше просто: ищем корабль по силуэту на картинках и вуаля — находим и датировку.
   **Слова о том, что Орден джедаев времен ВК не владел Силовой ковкой, мне кажутся как минимум необоснованными. Во-первых, очень много сект и групп форсъюзеров использовали эту технику — грубо, на интуиции, но использовали. Причем это были как светлые, так и темные. Ближайшие примеры: Зейсон Ша и Орден Шасы. Во-вторых, Силовая ковка была частью ситхской алхимии неживого, которую, пусть и с сильной редакцией, джедаи приняли на вооружение, в отличие от полностью запрещенной алхимии живого.
  Глава 2
   Рик Вэйлис сидел в кантине Мос-Эйсли и чуть ли не выл от скуки этого куска пыльного песка. Ну как скуки? Посетители в кантине были весьма пестрым сбродом, и называть сбродом — значило им сильно польстить. Драки тоже присутствовали.
   А вот Рика задиры обходили по широкой дуге, и виной этому был не черный мундир штурмовика, а три цифры на нарукавной нашивке — 501. Связываться с «Кулаком Вейдера» желающих было мало, ведь даже если отбросить зловещую тень Главкома Империи и его безоговорочную убежденность, что наказывать, а тем более калечить своих людей может только он сам, не стоило сбрасывать со счетов то, что 501-й по праву считался элитой вооруженных сил и выделялся подготовкой бойцов даже на фоне Штурмового корпуса.
   Так что для желавшего пощекотать нервы (как же, центр социальной жизни приюта уголовного сброда — Татуина) уроженца Набу кантина Мос-Эйсли стала обычной дешевой забегаловкой для нищебродов, которых он навидался по самое не могу на службе.
   Многие удивятся: набуанец в штурмовиках? Да еще в легендарном 501-м? Как такое могло случиться? А вот так и случилось, что Рик, в отличие от своего брата и многих сверстников, с детства проявлял бойцовские качества и мечтал о битвах, сильно сожалея, что родился так поздно, когда и с гунганами все закончилось, и королева Амидала всыпала как следует резиновым мордам из Торгашеской федерации. У него вся комната была обклеена плакатами с изображениями участников того прорыва во дворец. Рик не интересовался космосом, он хотел воевать на твердой земле или, на худой конец, на палубе корабля. А рулить истребителем? Увольте…
   Человеком он был настойчивым, и когда Император Палпатин (тоже набуанец, между прочим!) реформировал Республику в Империю, Рик понял, что наступило время для его шанса, ведь Империи, в отличие от Республики, нужна будет армия, тех же пиратов гонять, к примеру. И было понятно, что клонами дело не обойдется. Вот так после провозглашения Империи двадцатиоднолетний Рик подался в имперскую армию. Учебный курс закончил с отметками «отлично» и «хорошо» и был направлен в секторальные части армии. Свежеиспеченный солдат служил хорошо, но откровенно тяготился рутиной армейской службы. Поэтому с помощью неформальных методов, известных любому послужившему, добивался своей отправки в самые горячие точки — зачистка пиратских гнезд, устранение последствий катаклизмов и катастроф. Но все эти ЧП случались не так уж часто. Из-за этого даже тяжело описать радость Рика, когда стало известно, что в Штурмовой корпус начали набирать, помимо клонов, и обычных людей. Дальнейшее описать несложно: рапорт на перевод, томительное ожидание и —здравствуй, учебка на Кариде! Командование отпустило с большой неохотой (как он позднее узнал, его планировали направить на обучение армейских коммандос, но Рик не жалел о своем выборе).
   В учебке Рика направили в разведчики. Отучился он так же ровно, как в армейской, хотя тяжелее было многократно. И вот он полноценный штурмовик! Сколько радости и соплей! Но радость и розовые сопли быстро прошли, ведь штурмовики редко сидели без дела. Несколько лет набуанец почти не вылезал из всякого дерьма, которое накопилось еще при Республике, а расчищать приходится до сих пор. Он набрался опыта, заматерел, выходил живой с выполненным заданием там, где другие или погибали, или запрашивали эвакуацию. То ли везло, то ли прав оказался старшина в учебке, говоря, что у него талант к войне. В общем, служба шла неплохо, но опять нарисовалась неожиданность: ему на выбор предложили или офицерское училище, или подать заявку в 501-й. Он выбрал легенду.
   Как же он потом проклинал свой выбор, когда его, как зеленого новобранца, нещадно гоняли старожилы, а под конец удостоился пренебрежительного, как ему показалось, «сойдет»… Но гордость не дала пойти на попятный, и поэтому, сцепив зубы, он продолжал служить. И вскоре пришлось убедиться в полной справедливости оценки — то, что показывали ветераны, просто потрясало, это были настоящие машины смерти, во всяком случае, он так думал. Пока во время одной из операций его группу не прижали эти хаттовы повстанцы во главе с каким-то джедаем. Тогда, на запрос о поддержке, с небес спустилась истинная машина смерти — лорд Вейдер. Рику тогда показалось, что сама Смерть пришла к ним. Тогда он наконец понял, почему бойцы 501-го боготворят Вейдера — кто еще из персон его ранга спустится, чтобы вытащить задницы штурмовиков из неприятностей? И почему так тренируются — уж очень не хочется подвести Босса.
   Со временем Рик влился в дружную семью легиона. А сейчас он сидел в кантине Мос-Эйсли по причине того, что хотел сэкономить и потому с родного Набу, где был в отпуске, на Корускант добирался на флотском курьере, который на Татуине стоял двое суток. Сейчас заканчивались только первые… Вздохнув, Рик поднялся из-за стола и пошел на выход, лучше уж в спортзале время убить, а не в такой… рыгаловке.
   Стоило только выйти из дверей кантины, как по позвоночнику продрало холодом, как всегда бывало в случае опасности и что уже не раз спасало жизнь. Резко оглянувшись, Рик увидел привалившегося к стене подростка лет пятнадцати, худощавого и жилистого блондина с пронзительно-голубыми глазами. И чуйка просто вопила, что этот мальчишка так же опасен, как… Вообще-то такое чувство возникало рядом с Боссом. И это было странно. Но взглянув в глаза пареньку, бывалый штурмовик понял — этот не менее опасен, и крови на нем уже… Ситх, из какой преисподней ты, малыш, появился?
   — Сэр, вы действительно из 501-го? — задал вопрос мальчишка.
   — А тебе зачем? Хотя я даже не могу представить идиота, который попытается нацепить наши нашивки, есть способы самоубийства попроще и безболезненней, — усмехнулся Рик.
   — Давайте отойдем в сторону, — сделав серьезное лицо, предложил мальчишка.
   — Малыш, если ты думаешь, что мне интересна всякая дурь, то ты ошибаешься, — отмахнулся Рик.
   — Есть информация, — мальчишка оказался настойчивым.
   — И что? Я не в ИСБ служу, ты адресом ошибся, — сказал Рик, отходя во дворик вместе с пацаном, ведь не ему бояться мальчишку, в самом-то деле.
   — А она не для ИСБ. Она для Босса, — победно ухмыльнулся подросток.
   Рик подобрался, как хищник перед броском — уж очень серьезно прозвучали слова мальчишки, да и то, как он назвал лорда Вейдера, говорило о некоторой осведомленности, хотя про эту привычку 501-го трепался весь Штурмовой корпус, была даже шутка: «Верен ли 501-й легион Императору? — Конечно, ведь лорд Вейдер ему верен».
   — Малыш, ты понимаешь, что этим не шутят? — хмуро спросил Рик. — Это очень серьезно, и если это шутка, то тебе лучше извиниться прямо сейчас, а я про это, так и быть, забуду.
   — Это не шутка, и информация должна быть передана лично Боссу, — спокойствие подростка было непробиваемым. — Если вы не передадите, то я все равно найду способ довести до его сведения данную информацию и проинформирую о возможных носителях данной информации. Выводы делайте сами.
   Рик вздохнул, дело начинало вонять. Память услужливо выдала сплетни, что у Босса появился ученик, и он его обучает тем способностям, которыми сам обладает. Уж не здесь ли всплыл этот ученик? А что случилось со связью? Или это условие задания? Или — от этого предположения его пробила испарина — информация настолько горячая, что ее не стоит доверять технике?
   — Хорошо, — принял решение Рик. — Через шесть суток я буду на Корусанте, возможно, что еще пара суток задержки, в общем, через восемь суток Босс точно будет знать. Говори.
   — Отлично, — блеснула хищная усмешка. — Люк Скайуокер сообщает, что старый знакомый Босса, Оби-Ван Кеноби, живет на Татуине и даже разводит крыс, нужна дезинфекция.
   Память штурмовика с небольшим замедлением выдала: Оби-Ван Кеноби, джедай, генерал ВАР, обитатель топ-листа на ликвидацию ИСБ, личный враг Босса и Императора. Информация была не просто горячей, она была звездной плазмой. Рефлекторно сглотнув, Рик ответил:
   — Постараюсь доложить как можно быстрее.
   — Спасибо, но привлекать излишнего внимания не надо, — в голосе подростка слышалось довольное урчание сытого фелинкса. — До свидания.
   — До свидания, — ответил Рик пустоте, мальчишка просто испарился из-под носа опытного разведчика, показав, что очень не прост.
   Пригладив влажные волосы, набуанец устремился к казармам — он не собирался шляться по Мос-Эйсли, обладая такой информацией, лучше уж тихонечко посидеть оставшиеся сутки в четырех стенах. И поменьше контактов с местным гарнизоном — меньше потом мозг на допросах компостировать будут.
  
   Люк был доволен — очень удачно он оказался в Мос-Эйсли и заметил того штурмовика из отцовского легиона. Судя по выражению лица бойца, тот отлично вспомнил, кто такой Кеноби, осознал важность информации и точно передаст ее отцу. А значит, ждать осталось пару недель, не больше. Сейчас же надо возвращаться на ферму. Может, напоследок как следует отрегулировать вапораторы, сделать дяде прощальный подарок? Да, наверное, так и стоит поступить.
  
   Для Рика время до Корусканта тянулось, как резина. Он замечал косые взгляды экипажа курьера, но ему было на них плевать, сейчас на нем лежала ответственность перед Боссом, ведь мальчишка может и на гарнизонного особиста выйти, а тот передаст это связью, вот только в первую очередь своему начальству. Краснеть перед Боссом не хотелось.
   По прибытии на Корускант штурмовик вздохнул с облегчением — родной ИЗР висел на орбите, значит, милорд на планете. Отметиться на корабле, договориться с кем надо, распотрошив при этом заначку с различным армейским дефицитом, и отбыть на планету, во дворец милорда. Там появилось первое препятствие — дроид-секретарь.
   — Вам назначено?
   — Нет, у меня имеется информация для Босса, — нетерпеливо ответил штурмовик.
   — Милорд занят, можете передать ее через меня.
   — Это исключено, информация уровня «сов. секретно»,* — продолжил настаивать Рик.
   — В таком случае пройдите в ту комнату для полного сканирования с целью вашей идентификации. Предупреждение: при попытке покинуть предписанное помещение вы будете уничтожены.
   — Понятно. Это со всеми так? — со смирением перед правилами спросил Рик.
   — Нет, но вы идентифицируетесь как штурмовик 501-го легиона Рик Вэйлис. Вы только что вернулись из отпуска и сразу же прибыли во дворец. Возможные варианты: или у вас действительно имеется информация крайней важности, или за время отпуска вы перешли на сторону повстанцев и прибыли во дворец либо для покушения на милорда, либо с целью рекогносцировки.
   — Хаттова железяка, ты вообще соображаешь, что несешь?!! Чтоб я примкнул к этим ублюдочным повстанцам?! Да я тебя…— - взорвался Рик, сделав шаг к этой сбрендившей железяке.
   Осуществить задуманное штурмовику помешали активировавшиеся турели на потолке и вышедшие из стенных ниш дроиды со световыми мечами. Дроид спокойно ответил на возмущение:
   — Я могу перечислить вам как минимум полтора десятка вариантов, как можно принудить к сотрудничеству даже такого как вы, но вам вряд ли это будет интересно. Если у вас действительно есть информация для милорда, то в ваших интересах следовать моим инструкциям, к тому же милорд сейчас в императорском дворце.
   — Хорошо, но знай, железяка, я попрошу у Босса разрешения пристрелить тебя, — мрачно отозвался штурмовик.
   — Как вам угодно.
   Нудная процедура полного сканирования и тоскливое ожидание, к тому же мстительная машина даже не предложила каф. Когда Рик уже начинал засыпать, в коридоре послышался знакомый мерный шаг, который узнает любой из 501-го.
   Босс стремительно вошел в приемную и, судя по некоторым деталям, был не в духе, что не преминул подтвердить:
   — Боец, какого хатта ты здесь делаешь?! — раздраженно рыкнул главком.
   — Сэр, у меня есть информация для вас, — вытянулся штурмовик, преданно поедая глазами начальство.
   — И ради этого ты приперся во дворец для личного доклада? Что это за информация, раз ты не отправил ее через командиров? — раздражение и не думало уходить из голоса Вейдера.
   — Во время дороги из дому я оказался на Татуине… — начал рассказ Рик.
   — Каким это образом ты там оказался? — удивился Вейдер.
   — Договорился с экипажем флотского курьера, а он с Набу шел через Татуин…
   — Так, понятно. Надо будет провести работу по поднятию дисциплины среди экипажей курьеров, — предвещающим огромные неприятности проверяемым голосом протянул Вейдер. — Продолжай.
   — На Татуине зашел в кантину в Мос-Эйсли…
   — Что тебя в эту дыру потянуло? Можно подумать, ты такого дерьма не навидался на службе.
   — Ну, так контрабандисты и преступники в естественной среде… — несколько смущенно ответил Рик.
   — И ты с нашивками 501-го на кителе весь такой красивый. Честное слово, иногда я думаю, что журналисты правы, называя вас тупыми дроидами, — едко произнес Вейдер.
   — Сэр, именно нашивки и послужили причиной появления у меня информации, — оправдывающимся тоном ответил штурмовик.
   — Так что там за сказки? — пробасил несколько успокоившийся Вейдер.
   — Какой-то мальчишка, лет пятнадцати на вид, крайне убедительно просил передать вам: «Люк Скайуокер сообщает, что ваш старый знакомый, Оби-ван Кеноби, живет на Татуине и разводит крыс, требуется дезинфекция», — напрягая память, чтобы не исказить донесение, ответил Рик.
   Повисла томительная тишина, Вейдер, казалось, закаменел, и поэтому Рик решил немного осветить причины, по которым он решил передать информацию лично милорду:
   — Сэр, имя, названое мальчишкой, не сильно известно, — зачастил Рик, думая, что напрасно направился сразу к Боссу, и пытаясь оправдаться. — А он назвал его уверенно, а названный это же, кхе, хыыыы, — захрипел штурмовик, оторванный от пола рукой, что захватила его мундир под воротником.
   Вейдер поднес его к самой маске и тихо произнес:
   — Повтори. Сообщение. Еще. Раз.
  
   Вейдер возвращался от Императора в отвратительном настроении. Причиной тому были заключенные вуки, точнее то, как с ними обращались. Дело было не в жалости к мохнатым шкафам, а в ненависти, которую испытывал Вейдер по отношению к рабству и всему, что с ним связано. К примеру, пойманных во время рейдов его эскадры работорговцев практически всегда отправляли подышать вакуумом в присутствии ситха.
   И вдруг этот дегенерат Никлас устроил филиал рабовладения у него под боком. Нет, против использования вуки на тяжелых работах Вейдер ничего не имел, будут знать, как дергаться против Империи. Но проблема в том, что вуки — заключенные, а не рабы. А этот жополиз Никлас, который и знать не знает, чем пахнет бластерный болт, строит из себя хатта во Внешнем кольце. И тронуть его нельзя, сучонок из какой-то корускантской семейки, которая может поднять много вони, если этого урода попросту придавить. Ничего, надо будет озадачить контрразведку, у таких карьеристов не может не быть разных грешков и грязного белья. Раз нельзя придушить, то поломать так нежно лелеемую карьеру можно.
   Когда он вошел в свой дворец, дроид-секретарь по зашифрованному каналу сбросил уведомление, что боец из 501-го ожидает его аудиенции с какой-то крайне важной, по словам штурмовика, информацией. Это было неожиданно, но не поразительно — частенько его бойцы докладывали ему весьма интересные и полезные сведения, услышанные краем уха. Вот только обычно это делалось через командиров, хотя любой штурмовик 501-го имел право лично доложить Вейдеру, но так делали только в том случае, если информация была действительно важной, в противном случае глупец быстро раскаивался. Нет, Вейдер не убивал своих людей, он же не кровожадный маньяк из ребеловской агитации, да и в армейской жизни хватает методов воздействия на солдат.
   Этот идиот начал лепетать про Татуин, каким образом он там оказался? А, это уникум легиона — штурмовик с пацифистской планеты, Вейдер вспомнил этого бойца, из-за его родной планеты лорд его отлично запомнил, да и солдатом набуанец был отличным. Тем временем Вэйлис добрался до того, что сидел в кантине Мос-Эйсли при полном параде, вот же идиот, сомнительно, что за почти четверть века нравы в этой заднице галактики поменялись. Наверное, в журналистских кличках штурмовиков, типа «безмозглые дроиды», доля правды есть. А потом боец пересказал сообщение, которое содержало имя, от которого Палач Императора, Цепной пес Империи, Черный ужас повстанцев просто окаменел. И это не было именем той джедайской твари, что цинично воспользовалась своей близостью к его семье. Окаменеть его заставило первое имя — Люк Скайуокер.
   Мысли тут же заметались — как, почему, может, однофамилец?! Огромным усилием воли взяв себя в руки (спасибо Учителю, что буквально вбил навыки самоконтроля, так жизненно необходимые для ситха), он решил просмотреть память штурмовика. Для этого есть два способа: джедаи любят вести беседу, исподволь наводя собеседника на нужное воспоминание (правда, вспоминая дражайшего Учителя, ситхи этим тоже не брезгуют), ситхи же чаще запугивают, заставляя вспомнить что надо, и стоит отметить, что под воздействием всплеска адреналина память работает как никогда четко.
   Так получилось и в этот раз — память штурмовика буквально посекундно пролопатила всю встречу с мальчишкой. Вейдер же незаметно считал эту информацию. Кстати, вопреки журналистским выдумкам, лорд весьма редко пользовался Выворотом сознания** — это было, во-первых, неприятно, а во-вторых, при наличии сильной воли у допрашиваемого, и опасно. К тому же это приводило к потере возможности дальнейшей работы с арестантом. Но это не важно, поскольку сейчас темный лорд видел в воспоминаниях штурмовика свою копию. Хотя, приглядевшись, понял, что это не так: немного другое лицо, другое телосложение — сын пониже и худощавее, немного другая манера двигаться.
   Манера двигаться… Такая пластика движений появляется только у фехтовальщиков! Неужели чертовы джедаи хотели выковать из сына клинок против него, наврав, что Дарт Вейдер убил Энакина Скайуокера??? И ведь могло же получиться: по официальной информации, Энакин Скайуокер, рыцарь-джедай, генерал ВАР и один из немногих оставшихся верных законной власти джедаев, погиб на Мустафаре, а ликвидировал главарей КНС именно Вейдер. А сын, значит, где-то как-то узнал правду и решил отомстить? Понятное решение для Скайуокера, но опасное, за ним могли следить и выявить контакт со штурмовиком. И не просто штурмовиком, а из самого 501-го. И возможные варианты реакции джедаев Вейдеру очень сильно не нравились: от устранения вышедшего из-под контроля одаренного до преобразования в послушную марионетку, как уже сделали с Реваном. Ярость поднялась огненной лавой — пусть только попробуют!!! Они проклянут тот день, когда появились на свет!
   Отпустив штурмовика, Вейдер активировал прямой канал циркулярной связи с командованием своей эскадры и легиона:
   — Боевая тревога! Начать расчет прыжка на Татуин! При расчете ориентироваться на установление полной блокады планеты. Начать выдвижение на стартовую позицию, затребовать у планетарных диспетчеров зеленый коридор. Старт по моему прибытию. РВП от двадцати до двадцати пяти минут. Конец связи! — уже выходя из приемной, Вейдер бросил ошалевшему бойцу. — Солдат, за мной!
  
  
   *Я не стал придумывать ничего нового, а просто взял отечественную градацию уровней секретности.
   **Или как там называется эта техника?
  Глава 3
   Люк закончил собирать очередной вапоратор и замер — в мозгу словно сидела заноза какого-то предчувствия, заставляя нервничать. Он считал это обычными нервами — подходила к концу вторая неделя с момента встречи штурмовика. Но сегодня нервозность была какая-то… нехорошая, заставляющая подниматься дыбом волосы на загривке и оглядываться назад в поисках чужой тени. В общем, Люк сегодня был не в настроении. Причем настолько, что его глаза уже не были привычного ясного цвета неба, в них начинали проскакивать то ли искры, то ли прожилки.
   В конце концов Люк решил плюнуть на оставшиеся вапораторы, завтра доделает, тем более это действительно последние, и вернуться на ферму пораньше.
  
  Часом ранее
   Остатки племени тускенов приближались к ферме Ларсов. Это не был запланированный поход, жители пустыни старались не бывать здесь еще после событий, случившихся почти двадцать лет назад, а когда семь лет назад тускены стали пропадать в окрестностях, шаманы и вовсе объявили эти пески запретными. И вот сейчас остатки племени двигались к этой запретной ферме.
   Все произошло странно и бестолково — обычная встреча двух племен, неловкое слово одного из молодых, поддержка со стороны его родителей — и началась кровавая свара. В конце которой побежденные, потерявшие все имущество, были вынуждены спасаться бегством, заботливо направляемым победителями. И направляли они их в сторону той самой фермы.
   Поэтому, достигнув фермы, тускены атаковали ее сходу, без обычных для Татуина вымогательств воды или еще чего полезного. Сейчас им нужно было все, что только можно унести, ведь выжить в пустыне без имущества невозможно.
   Вождь мимоходом удивился — почему эту ферму сделали запретной? Ни турелей, ни многочисленного семейства здесь не было, только пожилой фермер со своей женой. Они не смогли остановить тускенов и были убиты быстро и мимоходом, сейчас было не до развлечений. Песчаные рейнджеры методично грабили ферму, а вождь с несколькими лучшими бойцами из оставшихся осуществлял охрану. Именно вождь и умер первым, оглохший и дезориентированный после ужасного вопля, донесшегося с ближнего бархана.
  
   Люк остановил спидер на бархане возле фермы — он теперь понял, о чем Сила пыталась его предупредить. Ферма активно разграблялась тускенами. Это значило, что дядя и тетя в лучшем случае уже мертвы. Почему в лучшем? Люк отлично помнил, что бывает с теми, кто попадает в руки этих тварей живыми.
   Помнил и не собирался… как там говорят джедаи? Смерти нет, есть Сила? Да к хатту эти отговорки! Он не собирался отпускать с миром тварей, покусившихся на ЕГО семью и на ЕГО собственность! Он устроит то же, что устроил им отец — смерть.
   Протянутая рука — и меч вырывается из ножен в спидере и летит к нему. Чувствуя, что под напором ярости и боли начинает гаснуть разум, он впервые по-настоящему шепчет строки древнего Кодекса, стальными скрепами охватывающие и направляющие бушующее внутри адское пламя:
  Покой — это ложь, есть только страсть.
   Через страсть я познаю силу.
   Через силу я познаю мощь.
   Через мощь я познаю победу.
   Через победу мои оковы рвутся.
   Сила освободит меня.
   Переходя в конце на крик и вкладывая в этот крик Силу. Много Силы. Спустившись к врагам и не обращая внимания, что клинок меча оплетен сеткой разрядов, он наносит удар пытающемуся встать кочевнику, похоже, вождю. Плевать, сегодня отсюда уже никто не уйдет. Взгляд на подбегающих тускенов, и хищная, кровожадная ухмылка кривит губы – отлично, меньше бегать за каждым.
   Сила содрогнулась, приветствуя рождение нового темного форсъюзера, возмущение было настолько сильным, что его отлично почувствовал на Корусканте Император и на Дагоба магистр Йода. И если последний подумал, что где-то погибло очень много разумных, то Император расплылся в улыбке, поскольку считал, что знает, что происходит.
  
   В это же время подлетающий к Татуину Вейдер и так был на нервах. Позади были долгая дорога к ненавистной родине и разговор с Учителем, в котором он успешно скрыл главную цель перелета, прикрыв ее второстепенной.
   Как ни странно, но Император легко согласился с тем, что Кеноби надо попытаться достать как можно скорее, и полностью одобрил быстрые действия ученика. Правда, почему-то попросил при возможности взять того живым, добавив: «Можно не совсем целым». На вопрос зачем, уклончиво ответил, что кое-что надо показать ученику, вот только материал подходящий не попадался под руку, а тут сам нашелся.
   Когда Император разорвал сеанс связи, Вейдер едва не стек на пол, настолько его вымотала необходимость прикрывать свой разум таким образом, чтобы дражайший Учитель даже не почувствовал самого факта таких действий.
   И вот ненавистный Татуин совсем рядом, всего час ходу — и он на месте. В этот момент с планеты пришла вспышка Темной стороны. Такая бывает, когда кто-то переходит на нее, целиком и полностью. Она обожгла и словно напитала собой Вейдера, он почувствовал ярость и жажду крови, но не свои, а как бы отголосок, эхо. Чтобы понять, чьи это чувства, много ума не требовалось — это Люк. Но почему? Неужели джедаи?!
   От главкома по всему кораблю разлилась темная липкая волна, заставляющая покрываться холодным потом даже тех, кто в самое пекло шел с шутками. Каково было тем, кто на мостике, не хотелось даже думать. А они могли слышать, как Вейдер изменил своей манере говорить без выражения и с натуральным рычанием вызвал командира 501-го:
   — Боу, поднимай коммандос, грузи три «Стража», я поведу один из них, в остальные сажай пилотов из моей эскадрильи. Остальные пусть будут готовы к десанту по запросу. Связист, связь с капитанами, быстро. Осуществить полную блокаду планеты, ни одна лоханка не должна уйти. Всех взлетевших расстреливать только ионными пушками, потом на абордаж. Не допускать жертв среди экипажей захваченных кораблей. Также осуществить сканирование планеты, где-то здесь должен быть лагерь повстанцев. Уничтожить. Все ясно? Тогда начинайте, я буду на поверхности.
   И вышел, почти выбежал с мостика. Появившись в ангаре, он сразу направился к «Стражу», в котором уже сидели коммандос. Выдернул из кресла командира и сам в него уселся.
   — Всем, здесь Черный-главный, кто в других «Стражах»?
   — Черный-три здесь, сэр.
   — Черный-пять здесь, сэр.
   — Отлично, старт! Приготовиться к микропрыжку по ведущему, начать синхронизацию со мной. О готовности доложить.
   — Черный-три готов!
   — Черный-пять готов!
   — Прыжок через три, два, один, прыжок!
   Шаттлы исчезли и тут же появились, но уже почти в атмосфере планеты. Включив щиты, они понеслись за ведущим.
   Пять минут — и шаттлы показались над идущим на земле боем… или бойней? Вейдер досадливо скривился — единственный, не похожий на тускенов, был среди них, и вариантов, как расстрелять корабельными орудиями дикарей, не зацепив сына, — а теперь, сполна почувствовав биение Силы в подростке, Вейдер полностью поверил, что это его сын, — не было. Что ж, придется делать все по старинке, вручную, а коммандос пусть лучше создадут оцепление
   Тем временем что-то случилось в той свалке, что устроил Люк, и оттуда полыхнуло чистой и незамутненной жаждой крови и Темной стороной. Почти половина оставшихся в живых тускенов отлетели и остались лежать обгоревшими головешками — последствие весьма сильной молнии Силы.
   «Надо же, — подумал про себя Вейдер. — Сын вряд ли уступит в этом плане Учителю».
   Тем временем коммандос дали сигнал о готовности, и ситх дал отмашку на устранение тускенов. Вспышки выстрелов — и срубивший очередного пустынника Люк растерянно закрутил головой. Вот он заметил темную фигуру, что стояла в открытую и давила своей Силой. Короткий взрык, пара прыжков — и на Вейдера сверху обрушивается чудовищный удар мечом, удерживаемым левой рукой. Но выметнувшийся снизу-сбоку красный сейбер перехватывает клинок и уводит его в сторону и вниз, прижимая к песку. Перехват сейбера левой рукой — и правая змеей метнулась назад, тыльной стороной нанося тяжелую оплеуху, отбрасывая подростка назад. «А меч не выпустил, — с удовлетворением подумал Вейдер, — будет из него толк».
   Оглушенный подросток заворочался на песке, поднял голову и встретился взглядом с темным лордом. Несколько секунд сохранялась неподвижность, а потом мальчишка бросился к не ожидавшему такого ситху:
   — Отец, это ты?! Ты правда пришел?! — надежда и осторожное удивление плескались в голосе мальчишки.
   Ситх натуральным образом опешил, но что-то, что стало появляться или, вернее, оживать, когда на Корусканте в нем снова вспыхнула надежда, словно подтолкнуло под руку, и он притянул подростка к себе, закрывая его полой плаща и окутывая своей Силой, стремясь защитить от всего мира.
   — Здравствуй… сын, — неуверенно ответил главный кошмар Империи. — Ты в первый раз так глубоко погрузился в Темную сторону?
   — Да. Эти… твари разграбили ферму и убили дядю и тетю, я возился с вапораторами, — в голосе Люка чувствовалась ярость хищника. — Когда увидел это… В общем, я разозлился так сильно, что потерял над собой контроль.
   — Понятно. Тебе нечего стыдиться, очень немногие могут так трезво мыслить после первого серьезного использования Темной стороны, я горжусь тобой, — ровным успокаивающим тоном сказал Вейдер. — Но что это была за вспышка перед концом боя? Ну-ка, покажи руку. Правую. Так, понятно, в лучшем случае ушиб…
   — Наверное, гаддерфай скользнула по клинку… — как можно равнодушнее отозвался Люк.
   — Наверное… — проворчал Вейдер. — Для этого у обычных мечей и существует гарда. Ладно, займемся этим всерьез на корабле, сейчас же… Лейтенант, зови сюда медика, пусть осмотрит руку моему сыну.
   — Отец, не надо… — попытался протестовать Люк.
   — Запомни, все раны и прочие повреждения надо лечить вовремя, поверь моему опыту, — наставительно произнес Вейдер.
   — Понятно. А когда мы отсюда улетим? — снова оживился Люк.
   — Так не любишь эту планету? — слегка поддел его Вейдер.
   — А что на ней любить? Теперь даже тетя и дядя мертвы, меня ничто не держит на этом куске песка, — как о самим собой разумеющемся отозвался Люк.
   — Кстати, о них. Как тебе с ними жилось? — стараясь удержать равнодушный тон, спросил Вейдер.
   — Знаешь, если отбросить то, что дядя не понимал мое стремление к звездам, то хорошо, обо мне заботились, как о сыне, — задумчиво ответил Люк. — Жили мы, правда, скромно, но ты сам знаешь Татуин, здесь не пошикуешь.
   — А что, своих детей у них не было? — с недоумением спросил Вейдер.
   — Нет, а что? — удивился Люк.
   — Странно как-то, Беру ведь была полностью здоровой, когда я ее видел, да и Оуэн тоже, — озадаченно протянул Вейдер. На мгновение застыв, он продолжил, с еле заметным урчанием хищника, почуявшего добычу. — Ладно, скоро мы все узнаем.
   — Как? Они ведь мертвы, — в удивлении вскинул брови Люк.
   — Зато сюда мчится один из тех, кого можно поспрашивать, тот, кто, возможно… — хищник чуял приближающуюся добычу.
   — Неужели ты думаешь, что он опустился до такого? — ошарашенно спросил Люк, ведь получается, если бы не он...
   — Подставить твою мать под удар он не постеснялся! — это был сип раненого зверя, когда-то сильного и гордого, а теперь способного лишь сипеть сорванной от воя глоткой.
   — Я знаю, но…
   — Откуда? — разгорающаяся ярость уступила место удивлению.
   — Лет семь назад я сильно стукнулся головой, и пока лежал в отключке, у меня было видение, — как о само собой разумеющемся сказал Люк.
   — О чем? — удивление Вейдера можно было потрогать. Видения? В таком возрасте?
   — О том, о чем я хотел узнать больше всего — о моем отце, — усмехнулся Люк. — Сила мне показала всю твою жизнь, от прилета сюда мамы и до Мустафара. Так что я знаю, кто сюда летит — один из убийц моей матери, — голос подростка сорвался на рык.
   — А второй перед тобой… — с трудом вытолкнул из себя слова Вейдер.
   — Не говори ерунды, она, конечно, надышалась всякой дрянью, но жизни это не угрожало. Ее убили, причем полностью сознательно, потому что она не позволила бы разлучить нас с сестрой. А будь мы вместе, ты нас быстро бы нашел, — вскинулся Люк, напористо говоря и словно отрубая взмахами руки фразы.
   — Что?! Так значит Ангел… кхм…
   — Отец, чего ты смущаешься? Я же сказал, я видел всю твою жизнь, полностью, — немного ехидно улыбнулся Люк.
   — И это оставило свой отпечаток на тебе… — понимающе ответил Вейдер.
   — Именно, трудно остаться прежним после такого. А еще я видел, как убивают маму. И плясать под дудку этих скотов не собираюсь! Я хочу их порвать! Сам! Лично! — вернувшие прежний цвет глаза снова заполнились расплавленным золотом.
   — Тише, — тяжелая рука легла на плечо. — Тише. Мы их всех найдем и уничтожим. Медленно, так, чтобы они сполна прочувствовали свою ошибку.
   — Предлагаю Бена бросить сарлакку, — почти ровным тоном предложил Люк, снова взявший бунтующее сознание под контроль.
   — Проблема в том, что Император попросил его взять живьем, — мягко ответил Вейдер, пытаясь уговорить сына, впрочем, без особой надежды — первое погружение на Темную Сторону, чудо, что сын хоть как-то себя контролирует.
   — Скажи, что я потребовал. Ведь ради того, чтобы я присоединился к Империи и стал врагом повстанцев, Император простит тебе Кеноби, — с абсолютной уверенностью, глядя на что-то, видное лишь ему, сказал Люк.
   — Почему ты так считаешь? — насторожился Вейдер.
   — У меня тогда были еще видения, и судьба Империи зависела от того, с кем я.
   — Хорошо, тем более я тоже хочу убить этого предателя. К тому же он уже почти здесь, — с этими словами Вейдер отошел в сторону, так, чтобы начавшийся бой не помешал коммандос вытащить сына в укрытие.
  
   Оби-Ван был в лагере подготовки, когда в Силе полыхнула вспышка Темной стороны. Старый джедай схватился за сердце — неужели Люк!? Но ведь его специально пока не обучали, а не обученные и не знающие о своем даре форсъюзеры мало выделяются среди обычных разумных. Здесь же все указывало на обученного и очень сильного падшего.
   Тем временем подбежал посыльный.
   — На подходе к Татуину имперская эскадра в атакующем ордере, — утирая пот с бледного лица, доложил курьер. — Перед тем как его сбили, наш наблюдатель смог опознать один из кораблей. Это «Тиран», он входит в личную эскадру Вейдера.
   Теперь все становилось на свои места — Вейдер каким-то образом узнал про этот лагерь и собирается его уничтожить. Что ж, надо приказать начать эвакуацию, может, кто-то и сумеет прорваться. А его задача вывезти отсюда Люка, а если это окажется невозможно… Нет, про это лучше не думать, все должно получиться. Но все же, почему магистр Йода запретил обучать Люка с раннего детства, сейчас все было бы намного проще.
   С этими мыслями Кеноби запрыгнул на первый попавшийся спидер и на максимальной скорости понесся к ферме Ларсов. Он погрузился в Силу и пролетал через препятствия на такой скорости, что для других это могло показаться сверхъестественным. Между тем присутствие Темной стороны утихло, как утихает на море шторм. Это очень не понравилось Оби-Вану, ведь в таком случае вместо участия в наземных боях Вейдер мог остаться на своем корабле и координировать развертывание блокады, что делало невозможным эвакуацию рекрутов. Магистр не собирался повторять ошибку, на которой погорел в свое время его ученик — недооценка противника, тем более кому, как не ему, знать таланты полководца у своего бывшего ученика.
   И вот последние дюны, за которыми и расположена ферма. Спидер выметнулся на гребень одной из них, и взгляду джедая открылось страшное зрелище — окрестности были покрыты телами тускенов. Это была бойня, и здесь явно поработал форсъюзер.
   Кто именно, было ясно и так. Вон он стоит невдалеке от мальчишки, с которым возится штурмовик с аптечкой, что-то с рукой. На лице подростка начинает наливаться синяк, а рядом с ним виднеется что-то, похожее на трубу. «Храбрый мальчик», — по лицу Оби-Вана скользнула улыбка. Но тут же исчезла, стертая появившейся мыслью: увезти мальчика в условиях противодействия Вейдера и группы штурмовиков малореально, а значит… Сердце джедая полоснула боль, ну почему вот так? Почему? И почему именно ему выпал этот долг? Но ради всеобщего блага и Равновесия в Силе… Да будет так.
  
   Люк вздрогнул, когда чей-то спидер комком смятого железа с грохотом влепился в купол фермы. Одновременно раздался характерный гул сейберов. Напротив Вейдера стоял Кеноби. Кровь глухо бухнула в висках Люка, но огромным усилием он взял себя в руки — старому подлецу пока рано знать, что он не полный неуч и кое-что может. Пара быстрых дыхательных упражнений — и Люк стал полностью, неестественно спокоен, а глаза стали двумя кусками льда. Легким движением руки он отослал солдат, те, взглянув ему в глаза, ослушаться не посмели. После чего Люк сосредоточился на отце и Кеноби, выжидая момент для своего удара.
   Тем временем могло показаться, что ни Вейдер, ни Кеноби не хотят драться, а только пугают друг друга. Но считать так было бы большой ошибкой, это просто было начало боя опытнейших фехтовальщиков, когда начало движения расшифровывалось противником и тот начинал свое. Но вот темный лорд нанес удар, впрочем, не достигший цели. На это никто не рассчитывал, это так, разведка боем. С каждой секундой бой разгорался все сильнее, но создавалось впечатление, что целью джедая является не поражение ситха, а сближение с Люком.
   Когда Люк это понял, он еле заметно улыбнулся: «Так не доставайся же ты никому», так получается? Ну что ж, поиграем…»
   В какой-то момент схватка оказалась буквально в пяти метрах от подростка, бойцы сцепили клинки в очередном клинче, а Кеноби оказался вполоборота к Люку. Одним змеиным движением тот вскочил с песка, одновременно подхватывая меч, и совершил гигантский прыжок, нанося удар. Старый магистр оказался не лыком шит и почти увернулся от удара, именно что почти. Вместо того чтобы перерубить позвоночник и почки, клинок чиркнул по ягодицам джедая, нанося глубокий порез, отчего тот дернулся и уступил под напором Вейдера. Расплата не заставила себя ждать — рука ситха сомкнулась на руке джедая, удерживающей меч, плюща пальцы, а мощный пинок вдребезги разнес колено. Второй удар, направленный в грудь, отшвырнул Оби-Вана на песок, где тот неверяще смотрел на то, как Вейдер одобрительно хлопает Люка по плечу. Раздавшиеся слова прозвучали для него траурным маршем:
   — Молодец, сын, но ты рисковал, такие, как он, тебе не по зубам, пока что, — в голосе падшего смешались гордость и недовольство.
   — Спасибо, отец, но он и так планировал меня ликвидировать, ведь я «не должен пасть во Тьму», так, кажется, магистр Кеноби? — оскалился Люк.
   — Ты не понимаешь, что совершил, Темная сторона — это только разрушение и… — практически простонал Кеноби.
   — А джедаи, значит, все такие из себя носители добра и справедливости? — прошипел Люк. — Можете не вешать мне лапшу на уши, я отлично знаю, почему и как умерла моя мать.
   — Предательство твоего отца разбило ее сердце, и она не выдержала этого, — отрешенно покачал головой джедай.
   — Ах ты ублюдок! А не ты ли ей сказал, что он погиб?! Или, может, не ты ее подставил на Мустафаре?! Или, может, это не твой ублюдочный Йода убил ее?! — Люк дернулся к Кеноби, но Вейдер удержал его.
   — Откуда ты это взял? Или тебе это все рассказал Вейдер? Он лжет! — яростно вскинул голову магистр.
   — Откуда? А про видения Силы, магистр Кеноби, вы слышали? Когда у тебя так много Силы, как у Скайуокеров, то нужное увидеть можно. Я видел. И видел ваш торг с Органой, — сказал Люк, с удовольствием наблюдая, как мертвенно бледнеет лицо врага.
   — Что? Нет…
   — Что? И запасной план накрылся?.. Куда это ты собрался?! — на джедая рухнула короткая молния, разом выбивая из мозга всю сосредоточенность и заставляя корчиться.
   — Зачем это, сын? — делано равнодушным тоном спросил Вейдер.
   — А он от нас уйти собрался, Призраком Силы. Видать, чтоб Йоде отчитаться, — ехидно ухмыльнулся Люк
   — Вот оно что. Лейтенант! Вколите-ка ему коктейль из антишока и обезболивающего, что там у вас есть? Да все и колите, это ему все равно на пару часов.
   — Отец, я все же хочу его бросить сарлакку, — нехорошо прищурясь, сказал Люк.
   — Император будет недоволен, — терпеливо ответил Вейдер.
   — А оставлять живых врагов за спиной? Вдруг он сумеет дотянуться до Йоды или уйти призраком? — настойчиво спросил Люк.
   — Хорошо. Лейтенант, грузите его в шаттл, — сдался Вейдер.
   Пять минут — и шаттлы взлетели, оставив за собой разгромленную ферму, усеянную телами тускенов. Спустя еще десять минут один из шаттлов завис над пастью сарлакка, открыв боковую дверь. Дюжие штурмовики аккуратно столкнули тело джедая за борт, прямо в пасть чудовища. Дверь закрылась, и шаттлы начали подниматься на орбиту.
  Глава 4
   Шли третьи сутки блокады Татуина. Планету не просто лихорадило, казалось, что наступил конец света и самые худшие ночные кошмары воплотились в жизнь — на поверхность планеты тяжелой поступью пришел Закон. А он, как известно, суров и неотвратим. И это разухабистое население Мекки контрабандистов почувствовало на собственной шкуре.
  
   Но Люка все это не трогало. Первые сутки на «Опустошителе» он просто проспал, коварно усыпленный отцом, вторые провел в медотсеке. И только сейчас он наконец смог вырваться из цепких рук медиков.
   Вейдер его ждал возле двери в медотсек. Было видно, что ситх не очень-то стремится зайти к медикам.
   — Отец, почему ты меня запер у медиков? Я в чем-то провинился, раз ты отдал меня на растерзание этим маньякам? — раздраженно спросил Люк.
   — Как ты уже говорил, я отлично знаю Татуин и его условия, а учитывая нашу семейную привычку находить приключения, было просто необходимо провести полное медобследование, - привычным командным тоном ответил Вейдер.
   — А мне сказать можно было? — прорвалась у Люка искренняя обида.
   — … Прости, не подумал, — казалось, Вейдер был оглушен. — Я просто… просто привык приказывать, а учитывать чужое мнение… для меня непривычно, скажем так.
   — Понятно… — Люк немного помолчал, словно решаясь. — А ты кроме работы вообще чем-то занимался после… ну после того…
   — Нет, только работа, иначе я просто бы сошел с ума, — голос Вейдера помертвел.
   — Прости, прости, что напомнил, — с искренним раскаянием отозвался Люк.
   — Не надо, все равно уже ничего не изменить… — с мрачным смирением сказал Вейдер.
   — Ты не прав! Если бы нельзя было что-то изменить, то мы бы встретились с оружием в руках на разных сторонах, как эти ублюдки и планировали! А мы сейчас здесь, рядом, и нас не разделяет ложь политиков. Так почему ничего нельзя изменить? — вспыхнул Люк.
   — Мертвых не вернуть… — тоска просто сочилась из слов темного лорда.
   — Зато можно жить так, чтобы они нами гордились! — с пылом сказал Люк.
   Хлесть! И Люк отлетает к стене, отброшенный тяжелой пощечиной.
   — Да что ты вообще знаешь?!! Ты, ничего не видавший, кроме песка, мальчишка! Как она может гордиться?!! Посмотри на меня, кого ты видишь?!! — надсаживаясь, проорал задетый за живое Вейдер.
   Держащийся за лицо Люк осклабился в кривой и неприятной улыбке, разом растеряв свою обаятельность и показав свою темную сторону.
   — Кого я вижу? — голос подростка сочился ядом. — Сейчас я вижу своего отца, Энакина Скайуокера, а не то недоразумение, именуемое Дартом Вейдером, недоситха и недоджедая. Который вытравливал из себя эмоции, забывая, что отсутствие эмоций — это путь джедаев.
   — Это… — голос Палача Императора звучал беспомощно и ошарашенно.
   — Неправда? О да, одна и та же эмоция — ярость, смешанная с болью, какое богатство красок. Вот только чем это отличается от отрицания джедаев? Они отрицают все эмоции, а ты признаешь только одну, выжигая себя и вытравливая все остальные. Но это путь в никуда. —- Люк перевел дыхание, отца было жалко, но оставить его в таком состоянии? — Посмотри на себя, на того, кем ты стал. Ты принял титул темного лорда, а ты его заслуживаешь? Ты можешь помериться силами с Дартом Сидиусом, настоящим Владыкой, которого можно сравнивать с Лордами древности? Или посмотри на свое состояние. Даже я чувствую, что именно ты, своей виной и терзаниями, не даешь своим ранам зажить. Ты не можешь забыть свою вину перед матерью? Так сделай так, чтобы она гордилась тобой! Или ты думаешь, что ей бы было приятно видеть тебя таким? Бездушной марионеткой, только и способной бросаться на людей? Или она хотела бы видеть тебя все тем же Энакином, способным заставить даже самые безвыходные обстоятельства в бессилии отступить перед его пламенем?
   — Но как? Ведь именно я убил ее…
   — Сколько раз тебе повторять, я все видел, что произошло тогда, на Полисс-Масса, — от раздражения и воспоминаний в глазах Люка снова появились золотые искры, но голос звучал ровно, обволакивая и убеждая. — Ее убили Кеноби, с его ложью о твоей смерти, и Йода, с его майндтриком, убивший у нее желание жить.
   — Но как такое возможно, ведь Йода… — преодолеть детские установки бывает так тяжело.
   — Девятисотлетняя сволочь с огромным опытом. Ты правда думаешь, что в его присутствии можно умереть против его желания? А если ты по поводу майндтрика, так вспомни — Йода консул, то есть мозголом.
   Воздух просто потемнел от дикой жажды крови, переборки начало корежить, а все члены экипажа, что втихаря грели уши (армейская жизнь штука скучная), убежали не помня себя. Люк же, казалось, и не заметил всего этого.
   — Почему же тогда Мастер…
   — Может, у него не было другой информации? — развел руками Люк.
   — Что же мне делать? — сник Вейдер.
   — Не знаю, решать тебе, я только могу сказать, что вижу и думаю, — в попытке поддержать Люк сжал ладонь отца.
   — Понятно. Хотя насколько странная ситуация — мой сын учит меня жизни, — отстраненно произнес Вейдер, замерев на мгновение. — Но в чем-то ты прав, мне стоит над этим подумать. А пока… пожалуйста, не будем снова касаться этой темы, хотя бы на время.
   — Хорошо, прости меня за то, что вот так, бесцеремонно, просто я это чувствую, что ты сам себя калечишь, и не смог удержаться, — примирительно, но с непоколебимой убежденностью в своей правоте сказал Люк.
   — Как я в твоем возрасте. Ладно уж. Я хотел тебе сделать подарок, — Вейдер достал из-под плаща сейбер.— Штурмовики обыскали лачугу Кеноби и нашли мой старый меч. Я хотел бы, чтобы он был у тебя, пока ты не сделаешь свой, — он протянул оружие Люку.
   — Спасибо. Ого, увесистый, — приняв оружие, Люк сделал несколько махов, не включая его.
   — Пошли в тренировочный зал, там опробуешь, ты ведь еще не имел дела с лайтсейбером?
   — Нет, если не считать той стычки возле фермы.
   Дальнейшая дорога прошла в молчании, каждому требовалось обдумать прошедший разговор.
   Открылась очередная дверь, и они вошли в большой зал, в котором ничего не было, кроме нескольких непонятных конструкций неподалеку от входа и примерно десятка дроидов-фехтовальщиков в одном из углов.
   — Это техники притащили старый хлам, который не жалко. Надо же тебе на чем-то потренироваться? – ответил Вейдер на вопросительный взгляд Люка.
   — Понятно, но что-то мне кажется, что большая часть разрубаемого мной в будущем будет из мяса и будет активно сопротивляться разрубанию, — хмыкнул Люк.
   — И что? — Вейдер немного наклонил голову набок, глядя на сына.
   — Да ничего, просто хочу сравнить свой старый клинок с лайтсейбером на реальных целях, — поражаясь непониманию отца, ответил Люк.
   — И кого же тебе притащить? — с не скрываемой иронией спросил отец.
   — На Татуине не осталось работорговцев? Их все равно ждет смертная казнь, всем известно, что ждет захваченных тобой работорговцев, — равнодушно сказал Люк.
   — Кхм, не думал что… — несколько удивился Вейдер.
   — Что я спокойно буду говорить о пробе меча на живом существе? — с легкой улыбкой повернулся к нему Люк. — Отец, не бойся, я не обезумел от Темной стороны, во всяком случае пока, просто тускены уже года четыре боятся появляться в окрестностях фермы, догадаешься почему? — улыбка превратилась в оскал.
   — Это был ты? Но как, с таким мечом? И это ведь было опасно… — Вейдер несколько иначе взглянул на сына.
   — Что могли сделать одиночные тускены форсюзеру, пусть даже необученному? Вот именно, ничего, — отмахнулся Люк. — А по поводу меча… Знаешь, если ударить с нужной силой, то даже с такой заточкой он отлично рубит плоть. Но ты прав, детские игры кончились, а значит, стоит его заточить и опробовать.
   — Тебе их не жаль? — нечитаемым тоном спросил Вейдер.
   — Знаешь, однажды я замечтался, сидя на бархане, и не заметил, как ко мне подошла банта, — отстраненно ответил Люк, погружаясь в воспоминания. — Она заревела, и я испугался…
   — И что? — с легким интересом спросил Вейдер.
   — Я ее убил. А стоя над тушей, понял, что убил бесцельно: она мне не угрожала, не мешала моим планам и не совершала то, что мне не нравится. Да и перетащить всю тушу, до того, как она протухнет, я не успевал, — Люк моргнул, выходя из воспоминаний, и глянул на отца. — Вот тогда мне и стало жаль, что я ее убил, ведь по большому счету это было полностью бессмысленно, а значит, чем я лучше тех обезумевших падших одаренных, что только и жаждут крови?
   — И при чем здесь этот случай и твое желание опробовать мечи на работорговцах — Вейдеру стало действительно интересно.
   — Все просто — они совершали то, что мне не нравится, а значит, есть смысл их убить, — пожал плечами Люк.
   — И все? — не сказать, что Вейдер не разделял таких взглядов, но в тринадцать лет? Великая Сила, он тоже рос на Татуине, но чтобы мыслить вот так...
   — А что еще надо? Они творили, что хотели, потому что сильные, а я сильнее их, вот и все. Я не собираюсь прятаться за лицемерными рассказами о всеобщем благе, потому что это ложь, добро и зло у каждого свое, так почему я должен менять свое на чужое? — твердо сказал Люк, всем своим видом показывая, что это его позиция и он не намерен от нее отказываться.
   — Ты истинный ситх, Учитель будет доволен, — решив не задумываться над ненужным и желая показать сыну, что он на его стороне, Вейдер неосознанно, как его мать когда-то ему самому, взъерошил волосы Люка.
   — Посмотрим, — ответил Люк, выворачиваясь из под отцовской руки и пытаясь привести волосы в порядок, с показным недовольством продолжил. — Так что там с доставкой? Этот металлолом я потом порублю.
   — Пошли в ангар, туда и твой старый меч принесут, — с легким смешком ответил ситх и, приобняв сына за плечи, пошел к выходу из зала.
   Снова безликие коридоры ИЗРа и турболифты привели их в малый ангар, где возле раскрытого люка, отделенного от космоса тонкой пленкой поля, стояли пятеро разумных: два твилекка, трандошанин, ботан и — тут Вейдер оскалился под маской — арканианец. Он истово ненавидел арканианских работорговцев за их высокомерие и жестокость, еще в детстве наслушавшись ужасных историй о рабах, попавших в руки остроухих ублюдков. Теперь же, прежде чем убить арканианца, Вейдер обожал ломать их гордость, заставляя чуть ли не лизать ему сапоги в мольбах о смерти. Пытать ученик Сидиуса умел, еще бы не уметь у такого учителя… Короткий взгляд на Люка — и со вздохом приходится смирить свою ярость, эти твари уже обещаны ему, не стоит нарушать свое слово.
   Люк отлично почувствовал вспышку злобной радости отца и понял ее причину. Он тоже слышал много страшных историй про этих жестоких тварей, да и приходилось видеть действие их излюбленного оружия — электрического кнута. Особенно бесила их спесивость и пренебрежение к другим расам. Этого Люк не понимал, ведь все расы разные и глупо стричь их под одну гребенку, у каждой есть свои преимущества и недостатки, хотя некоторые расы целиком состояли из недостатков.
   — Вот и обещанные работорговцы, — повел рукой ситх.
   — Вижу, а где мой меч? — оглянулся Люк.
   — Сейчас принесут, опробуй пока сейбер, — складывая руки на груди, ответил Вейдер.
   — Ты прав, давайте сюда этого мохнатого и одного из твилекков.
   Услышав это, ботан начал орать, что расскажет все, что знает, только пусть его не трогают.
   — Да что ты можешь знать? — хмыкнул Люк.
   — Я обеспечивал снабжение лагеря повстанцев и доставку курсантов! Я все скажу, только не убивайте! — ботан как загипнотизированный смотрел на массивную фигуру Ужаса повстанцев. Пытаться вырваться он даже не пробовал, явно раздавленный присутствием во плоти одного из самых ужасных своих кошмаров.
   — О как… Отец? — повернулся к Вейдеру Люк.
   — Оттащите его в допросную, и пусть его выжмут досуха, в средствах не стесняться, после поступить согласно имперским законам. И заткните ему пасть, слушать тошно, — отмахнулся Вейдер, скривившись под маской от отвращения.
   Говорливого ботана заткнули пинком в живот и поволокли обратно вглубь корабля.
   Подойдя к одному из твилекков, Люк покрутил в руках рукоятку, перехватывая поудобнее, а потом, одновременно с включением меча, нанес рубящий удар по диагонали, слева-сверху, разрубая приговоренного на две половины. И тут же отшатнулся от удушливой вони паленой плоти, тяжелой волной растекшейся от разреза.
   — Это всегда так? — спросил, закрывая рукавом нос и рот, Люк.
   — Ну да, приходится привыкать, — несколько недоуменно ответил Вейдер, — неприятно, но такова плата за преимущества сейбера.
   — К хатту такие привычки! Это ж надо постоянно носить как минимум респиратор при использовании, — сдавленным голосом произнес Люк, явно пытаясь сдержать рвотные позывы.
   — И что? Зато очень мало материалов может сопротивляться световому мечу, — Вейдер произнес это, как учитель, в сотый раз повторяющий простейшую аксиому нерадивым ученикам.
   — Но они ведь есть? Да и не все так однозначно, Сила способна на многое, — задиристо улыбнулся Люк.
   — Докажи, — повел рукой в сторону смертников Вейдер.
   — Будь уверен, я это докажу, — с легким вызовом ответил Люк.
   Разгореться спору не дал запыхавшийся адъютант, который принес клинок Люка. Вейдер приглашающе повел рукой:
   — Давай, покажи, как простая железка может соперничать с сейбером, — с усмешкой и ехидством сказал Вейдер.
   — Подожди немного, сейчас заточу и покажу, — Люк достал клинок и погрузился в медитацию, начав точить клинок Силовой ковкой. Хотя это скорее напоминало медленное изменение формы лезвия.
   Спустя несколько минут Люк открыл глаза и жестом приказал штурмовикам привести следующего смертника. Видимо, штурмовикам тоже были интересны результаты сравнения, поскольку они подвели второго твилекка, для чистоты эксперимента.
   Пару раз глубоко вздохнув, Люк повторил удар и снова был вынужден отпрыгнуть, в этот раз из-за крови, широко оросившей все вокруг тела.
   — Это лучше? — с нескрываемой иронией спросил Вейдер. — Вот так быть вымазанным?
   — Если вспомнить твои молодые годы, то все равно после боя ты был измазан во всякой дряни, и кровь бы не сильно изменила картину, — раздраженно огрызнулся Люк. — Во всяком случае, пусть лучше воняет кровью, а не паленым.
   — Как знаешь, — скептически ответил Вейдер.
   — Во всяком случае, мой меч разрубил не хуже светового, — упрямо сказал Люк.
   — Рубить мясо не проблема, а вот даже с чешуей могут быть проблемы, — терпеливым тоном учителя попытался донести свое видение Вейдер.
   — Да? Давайте сюда ящерицу и вытяните ему руки! — Люком явно овладели азарт и желание доказать свою правоту.
   Бешено извивающегося трандошанина подтащили ближе и вытянули ему руки. Люк взглянул на отца и коротко рубанул металлическим клинком по ближней конечности. Меч словно и не заметил преграды. Следом, почти без паузы, вторую руку перерубил световой меч.
   — Видишь? Никакой разницы, за исключением того, что сейбер прижигает рану и противник не рискует ослабеть от кровотечения, — тоном художника, посвящающего невежду в секреты мастерства, сказал Люк.
   — Ты еще ничего не доказал, вот когда разрубишь тяжелую броню, тогда, возможно, я и соглашусь, — со скепсисом опытного рубаки отозвался Вейдер.
   — Хорошо, — пожал плечами Люк. — Ладно, пора заканчивать. Тащите последнего.
   Арканианец шел так спокойно и размеренно, как будто находился на аристократическом приеме.
   — Что, радуешься, животное? Конечно радуешься, ведь тебе выпала редкая удача убить высшего, до которого тебе, зачатому в хлеве шлюхой, далеко, — надменным тоном, глядя прямо в глаза подростка, сказал остроухий.
   Наступила звенящая тишина. Штурмовики находились просто в ступоре, ведь Босс неоднократно называл подростка сыном, а это значит — остроухий оскорбил… От этой мысли их взгляды метнулись к черной фигуре, что казалась объятой клубами тьмы. При виде этого опытнейшие солдаты абсолютно бессознательно нарушили приказ и начали понемногу отодвигаться от смертника. И тут они поняли, что Босс — это не самое страшное, что может быть.
   — Как, как ты назвал мою мать? — спокойным и даже немного ласковым тоном спросил Люк, глаза которого медленно приобретали цвет расплавленного золота. — Ну-ка повтори, а то я плохо расслышал.
   — Неудивительно для такого ублюдка, как ты. Я сказал, что твоя мать…
   Что там хотел сказать арканианец, осталось тайной, потому что он захлебнулся собственным воем, когда Люк вогнал меч, покрытый зазмеившимися разрядами, ему в живот, снизу вверх, накалывая, словно бабочку. Длилось это недолго, но солдатам показалось вечностью.
   После того как высокомерный идиот затих, Люк выдернул из него меч и повернулся к отцу:
   — Как видишь, у металлического клинка есть свои преимущества, — абсолютно равнодушным тоном сказал Люк. — Но давай вернемся к этому спору позже, а сейчас пойдем в каюту, я что-то проголодался.
   Несколько удивленный Вейдер кивнул и пошел к выходу из ангара, Люк последовал за ним. Когда дверь закрылась, подросток тяжело оперся на стену.
   — Что с тобой? Тебе плохо? — с беспокойством спросил Вейдер.
   — Нет, отец, просто нет сил и все тело ломит, будто меня били, — скривился Люк.
   — А нечего бездумно использовать молнию Силы, еще легко отделался. Давай сюда, я придержу тебя, а до турболифта здесь недалеко, а там вагонетка. Ты ведь не хотел бы, чтобы твое состояние видели солдаты? — Вейдер осторожно подхватил сына и прижал к себе, придерживая в вертикальном положении.
   — Ну да, ведь скорее всего я буду твоим заместителем, а значит, репутацию надо нарабатывать уже сейчас, а то буду очень хорошим командиром — чуть что, так от нервов сил не остается, — говоря это, Люк медленно шел к лифту, придерживаемый отцом.
   — Во-первых, почему ты решил, что Учитель тебя сделает моим заместителем? А во-вторых, ты идиот, в твоем возрасте — и отделаться после молнии только упадком сил и незначительными повреждениями… Да это просто неправдоподобно, — за время этой тирады ситх дошел до дверей лифта и прислонил Люка к стене. Взглянув на сына, он понял, что его слова просто сотрясли воздух — Люк спал, полностью истощив силы во время вспышки в ангаре. Извечная слабость темных адептов — новички могли быть очень сильными, но во время короткой вспышки, после которой их мог убить даже неодаренный. Хмыкнув, Вейдер подхватил сына на руки и вошел в лифт, чутко прислушиваясь к той непонятной мешанине эмоций, которая царила в нем самом.
  Глава 5
   На следующее утро проснувшийся Люк обнаружил, что находится в просторной, но как-то казенно обставленной каюте. Одна из дверей была открыта, позволяя заглянуть в рабочий кабинет Вейдера. Сам ситх сидел за столом, заваленном датападами, и сосредоточенно изучал какой-то документ, внося свои ремарки.
   — Ты уже встал? — поднял голову Вейдер. — Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит?
   — Да нормально я себя чувствую, даже не думай меня снова запихнуть к медикам! — насторожился Люк.
   — Отлично, значит, ты уже полностью восстановился после вчерашнего. Кстати, я вчера забыл спросить: каковы твои впечатления от вчерашнего? Постарайся наиболее полно ответить, это важно, с учетом твоего недавнего Падения. Я тебя не тороплю, подумай, сформулируй.
   В кабинете снова установилась тишина: Вейдер вернулся к документам, а Люк сидел, пытаясь получше подобрать слова для описания своих ощущений.
   — Знаешь, рубить твилекков было противно, они ведь даже не думали о сопротивлении, но в то же время именно из-за этого их хотелось убить. Просто, без затей, одним ударом — такие слизни не достойны жить. Трандошанин... Его я чувствовал скорее как агрессивное животное, с которым можно позабавиться, но недолго — скучно. А вот арканианец... Гордый, спесивый, он меня раздражал самим фактом своего существования, впрочем, я и так не очень люблю этих заносчивых уродов. А когда он оскорбил маму... Мне захотелось его уничтожить, сломать, сделать так, чтобы он выл от боли, как животное, выпрашивая смерть. Мне кажется, у меня получилось.
   «Получилось у него, — подумал Вейдер. — Да если б не было записей, то Учитель сказал бы, что я допился до пляшущих хаттов и такое просто невозможно, во всяком случае, в таком возрасте».
   — Чем думаешь заняться? — нейтральным тоном поинтересовался Вейдер.
   — Не знаю, хотя... — Люк немного замялся, пытаясь сформулировать свои ощущения и смутные образы. — Мне почему-то хочется побывать на том астероиде, где я родился, может, пойму или найду что-нибудь.
   — Вряд ли ты сможешь хоть что-нибудь найти, этот кусок камня чуть ли не с микроскопом перетряхнули, — отрезал Вейдер. - А вот понять... Ты силен, даже если отбросить твой возраст, может, Сила что-то и откроет тебе.
   Честно говоря, я не хочу тебя куда-то отпускать — страшно. Но ты ведь как я — не потерпишь ограничений и запретов, тем более ты принял сторону Тьмы. Поэтому если хочешь, то лети, но с условиями.
   — И какими именно, отец? — подозрительно прищурился Люк.
   — Во-первых, не расставаться с передатчиком, чтобы я всегда мог с тобой связаться. Во-вторых, с тобой отправятся десятка два коммандос. Помимо охраны, а ты ведь уже должен понимать, что, как мой сын, ты стал лицом такого ранга, который автоматически обрекает тебя на сопровождение охраны, просто как элемента статуса. Думаю, коммандос из «Кулака Вейдера» — достаточно статусная охрана. Помимо охраны, парни помогут тебе с бытовыми мелочами, они ребята бывалые и опытные. Ну и, наконец, подтянут тебя по рукопашке, надеюсь, ты сможешь сдерживаться и не покалечить их, — радуясь про себя разумному поведению сына, ответил Вейдер.
   — Охрана будет тебе докладывать о моих действиях? — с подозрением спросил Люк.
   — Только о передвижениях и подозрительных событиях и лицах. Естественно, подозрительных с точки зрения безопасности, иначе ты их просто убьешь, — подчеркнул сказанное движением ладони Вейдер.
   — Я согласен, — вздохнул Люк.
   — Вот так просто? — удивился Вейдер.
   — Отец, я ведь уже не маленький, да и из-за видения немного старше своих лет, поэтому я все понимаю, — с легким возмущением отозвался Люк. — Ну и кроме того, ты забываешь, где я рос, поверь, за четверть века Татуин ничуть не изменился, здесь взрослеют быстро. Или умирают.
   — Ладно уж, взрослый, — с легкой усмешкой сказал Вейдер. — Иди в салон,* там встретишься с моим адъютантом. Он тебя проводит к портному — теперь ты должен выглядеть подобающе.
   — Хотел бы я знать, как ты выглядишь после высадки в самое пекло, тоже подобающе своему статусу? — вскинул бровь Люк, после чего ехидно улыбнулся. — Хотя... я ведь всегда могу узнать это у своей охраны.
   — Люк, перестань дурачиться, ты ведь прекрасно знаешь, что это другое, — строго произнес Вейдер.
   Люк, наклонившись, коснулся руки, затянутой в перчатку:
   — А ты тоже пообещай, что пока меня не будет, ты будешь осторожен.
   — Я не ты и могу защитить себя, — с легким возмущением ответил Вейдер.
   — И от одного маленького зеленого беспринципного урода? — наклонил голову вбок Люк. — Мы разрушили их планы и разворошили их гнездо, поэтому они отреагируют, рано или поздно.
   — Хорошо, ты прав, немного, но прав. Я буду внимательнее. А сейчас извини, но работа не ждет, и кроме меня ее некому разгрести, тебя уже ждет адъютант, — со вздохом Вейдер снова вернулся к документам.
   — Хорошо, я пошел, отец.
   Когда двери сомкнулись за подростком, Вейдер еще какое-то время смотрел на них, а потом тихо произнес, почти прошептал:
   — Иди, сын, я надеюсь, что ты не повторишь моих ошибок.
  
   Идя за адъютантом отца, Люк изнывал от желания задать вопрос и в конце концов все же не выдержал:
   — Прошу прощения, но разве на корабле положено быть портному? Все равно ведь все ходят в форме.
   — Видите ли, в чем дело, несмотря на то, что крой мундиров разрабатывался весьма тщательно, но невозможно предусмотреть абсолютно все варианты телосложения. И это касательно только людей, а ведь на флоте иногда еще служат и экзоты. И абсолютно всем необходимо выглядеть так, чтобы не уронить репутацию флота, то есть форма должна быть подогнанной индивидуально. Этим и занимаются портные. Конечно, те офицеры, кому позволяют средства, могут позволить себе некоторые вольности, в частности использовать более дорогую ткань. Многие из высших офицеров также предпочитают носить обувь, сшитую по мерке, — ответил, сохраняя бесстрастную маску, адъютант
   — Спасибо за подробный ответ, как вас зовут? — заинтересованно спросил Люк.
   — Прошу прощения, но я сомневаюсь, что вам необходима данная информация, — так же бесстрастно ответил адъютант.
   — Но я ведь сын вашего командира? — с легкими возмущением и удивлением спросил Люк.
   — Это ничего не меняет, я руководствуюсь инструкциями, которые составлены вашим же отцом.
   Такой ответ заставил Люка ненадолго замолчать, чтобы все обдумать:
   — Спасибо еще раз за ваш ответ.
   — Не за что, это входит в мои обязанности. Кстати, мы уже пришли, прошу.
   Взгляду Люка предстало довольно небольшое помещение, пространство которого с одной стороны занимал большой, во всю стену, экран, с другой стороны располагалась сложная установка, в которой можно было узнать 3D сканер. Возле входа нашлось место столику с креслами, с одного из которых встал уже пожилой мужчина в мундире без знаков различия.
   — Добрый день, что вас привело сюда?
   — Милорд распорядился, чтобы этого юношу одели таким образом, чтобы он не напоминал оборванца.
   — Вот как? Это нетрудно. Встаньте вот сюда, отлично, — руки портного запорхали над панелью сканера. — Теперь разведите руки, все, можете отойти. Молодой человек, каким вы хотите видеть ваш костюм?
   Этот вопрос заставил Люка серьезно задуматься, ведь хотелось выглядеть хорошо, но с другой стороны, не было желания уподобляться представителям золотой молодежи с их вычурными и зачастую нелепыми нарядами, именуемыми высокой модой. Неожиданная мысль заставила подростка улыбнуться — а зачем напрягаться, когда есть готовый вариант? Тот костюм, который он стал носить после Беспина, ему вполне нравился, кроме того, уж это здешний портной точно должен был пошить с легкостью.
   — Я хотел бы китель, схожий по покрою с форменным, брюки, не стесняющие движения, но в тоже время не очень широкие, и сапоги. Все черного цвета, — уверено сказал Люк.
   — Понятно, — кивнул портной. — Рубашку белого цвета и чтобы воротник немного выступал над воротником кителя?
   — С воротником именно так, а цвет... — задумался Люк, пытаясь представить результат. — Нет, тоже черный.
   — А не очень мрачно для столь юного человека? — удивился портной.
   — Нет, в самый раз, именно это подойдет наилучшим образом, — кивнул своим мыслям Люк.
   — Ваше право, что-то еще? Может, что-нибудь менее официальное?
   — Нет, позже. К тому же не хочу вас отвлекать.
   — Ну нет так нет, зайдите через пару часов, — пожав плечами, портной потерял интерес к посетителям, занявшись работой.
   — Со своей стороны я бы посоветовал заказать перчатки и плащ. Плащ желательно из бронеткани, хоть и небольшая, но защита, — вмешался адъютант.
   — Да, вы правы, благодарю, — благодарно кивнул Люк. — Еще и это, вас не затруднит? — он повернулся к портному.
   — Нет, и по времени ничего не изменится.
   — Тогда до встречи.
   — До встречи, молодой человек, — бросил, не оборачиваясь, портной.
  
   Работал портной довольно быстро, и времени Люку хватило только на представление назначенным ему в телохранители коммандос.
   Двенадцать человек, похожих на хищных зверей своими повадками и взглядами, внушали уважение. Что понравилось Люку — в их глазах не было снисхождения к «папенькиному сынку», которого без охраны никуда не отпускают. Все понимали, что сына их Босса постараются достать его враги, и допустить этого они не собирались. Плюс уже облетевшие корабль слухи были весьма красноречивы: яблочко от яблоньки... И это обнадеживало бойцов — они знали возможности одаренных и были рады джокеру в рукаве.
  
   Примерив костюм, Люк остался крайне доволен — это был тот самый, который он видел в видении. Огорчал только собственный возраст, впрочем, этот недостаток пройдет сам по себе. «Главное только выжить, — фыркнул про себя подросток. — А наставника-джедая у меня не будет, в отличие от падаванства отца, скорее джедай постарается мне кишки выпустить».
   Неслышно подошедший сзади адъютант тронул за локоть.
   — Милорд попросил, если вы закончили примерку, подойти к нему.
   — Хорошо, спасибо. Пойдемте?
  
   Вейдер все так же сидел у себя в кабинете. Кивком отпустив адьютанта, он еще некоторое время продолжал работу с документом, пока не закончил.
   — Значит, с коммандос ты уже познакомился? — спросил Главком, откладывая датапад.
   — Познакомился, внушают уважение. И умные, очень, — кивнул Люк.
   — Значит, они тебе понравились, хорошо. Теперь по кораблю — сегодня подойдет патрульный крейсер. Я его сниму с патрулирования, все равно, пока эскадра в системе, здесь будет тихо, как на кладбище. Да и к экипажу возникли вопросы. В общем, за сутки корабль проверят и его примет сводный экипаж из людей из моей эскадры. Пилоты будут из моей эскадрильи, еще четверо для истребителей.
   - А что это за тип крейсера, если только четыре истребителя? — тут же заинтересовался Люк.
   — Это 344-й «Страж», новая модель, всего пару лет назад пошла в производство. И как корабль попал в это захолустье? Хмм, надо проверить... — Вейдер быстро что-то набрал на одном из датападов. — Впрочем, это к делу не относится. Корабли этого типа берут на внешнюю подвеску 6 СИД истребителей. Два истребителя будут ничейными, на всякий случай. Я верю что у тебя хватит благоразумия удержаться от полетов на них. Потом я лично тебя обучу. Сейчас эти машины на крайний случай — они идентичны гвардейским и имеют гиперпривод.
   — Я обещаю, что сяду в истребитель только в крайнем случае, — глядя в глаза отцу, серьезно пообещал Люк.
   — Хорошо, я тебе верю... — кивнул Вейдер, немного помолчав, он продолжил. — Знаю, что это глупо, но, может, все-таки не полетишь? Тот астероид прошерстили не только мои подчиненные, там был Инквизиторий и прочие.
   — Знаешь, я прекрасно понимаю, что самое разумное для меня сейчас — это сидеть на твоем корабле, а по прибытии на Корускант отправиться в твой дворец. Так безопаснее, но... — отстраненно сказал Люк, явно видя что-то свое. — Я буквально чувствую, что время уходит, словно песок между пальцев. Я должен там побывать просто потому, что помню, из видений, что помимо Йоды и Кеноби там был Бейл Органа. И он унес что-то или... кого-то.
   — Оррргана, значит... Ты уверен? — Вейдер сжал кулак, забыв про датапад, прибор закономерно хрустнул.
   — Нет, но... — удивился вспышке отца Люк.
   — Этого достаточно. Теперь о поддержке. На месте тебя будет ждать Разрушитель типа «Гладиатор». Помимо этого, у тебя будет карт-бланш с правом переводить в свое подчинение любое флотское подразделение, если у него нет приказа от Императора. Надеюсь, этого окажется достаточно. А после этой дыры я нанесу визит вежливости на Альдераан, — с предвкушением сказал Вейдер.
   — Хорошо. Может, подскажешь, чем заняться, пока мой корабль принимает твой экипаж? — спросил, вставая из кресла, Люк.
   — Если нечем заняться — иди тренируйся, — хмыкнул Вейдер. — Как раз сможешь плотнее познакомится со своими сопровождающими.
  
   Спортзал оказался довольно небольшим, Люк ожидал увидеть большое помещение на много человек, а тут было места только на группу, и все. На недоуменный вопрос подростка комгруппы рассмеялся:
   — А вы зайдите к обычным штурмарям, там как раз залы огромные, на роту, не меньше. А коммандос занимаются группами. Все для слаживания. Но не будем отвлекаться, вы что-то умеете? Немного фехтовать? Отлично, работа ног в рукопашке и в фехтовании довольно схожа, поэтому сейчас посмотрим. Пятый, Шестой, сюда! В нашей группе в боевой обстановке мы больше обращаемся по числовым позывным в группе, — ответил он на немой вопрос.
   — Разве сейчас боевая обстановка? — удивился Люк.
   — Как только мы получили приказ на вашу охрану, — спокойно ответил коммандос.
   — Но мы же на Звездном Разрушителе в космосе, как сюда проникнуть диверсанту? — заинтересовался Люк.
   — Во-первых, не в космосе, а на орбите планеты. Это облегчает задачу проникновения по причине регулярных рейсов шатлов. Во-вторых, специалист с достаточным уровнем подготовки вполне может это сделать и выйти на позицию атаки. Отойти живым нереально, но у Босса столько врагов, что найм смертника меня не удивит. Таких, с достаточной подготовкой, найти сложно, но это реально. Жизнь по разному поворачивается, — привычно разъяснил командир коммандос.
   — Хмм, пожалуй, я не буду расставаться с отцовским мечом, — почесал затылок Люк.
   — Умеете? — заинтересованно спросил коммандос.
   — Скрестить с джедаем не решусь, а вот с неодаренным... Скажем так — шансы есть, во всяком случае, металлическим клинком тускенов я пластал без особого напряга. Но одиночек или небольшие группки не более пяти человек, да и о уровне их навыков я не в курсе, — самокритично отозвался Люк.
   — Уже легче. Можно еще вопрос?
   — Конечно... Первый.
   — Вы одаренный?
   — Да, только еще не выбрал путь, — наткнувшись на непонимание в глазах бойца, Люк несколько поспешно добавил. — Это скорее философская проблема, касающаяся методик подготовки и некоторых предпочтений конкретных приемов. Общая эффективность зависит только от уровня подготовки. А он у меня... Отличен от нуля — это самое верное. Но кое-что я могу и сейчас.
   — Хорошо, это облегчит выживание, — удовлетворенно кивнул коммандос. — Сейчас и в будущем. Так, бойцы, проверьте-ка уровень подготовки нашего подопечного. Ну и про физическую подготовку не забудьте, должны же мы знать его возможности.
   Остаток дня слился для Люка в один выматывающий марафон схваток, где им успешно подметали пол и никакое предвидение не спасало, и простых упражнений. Добравшись по стеночке к своей каюте, страхуемый от падения одним из коммандос, Люк с довольной ухмылкой подумал, что хоть его и вымотали, но и коммандос устали, как последние собаки.
  
  
   *Неужели вы думаете, что помещения Вейдера ограничиваются каютой, кабинетом и санузлом?
  Примечание к части
   Почитав последние миники darketo31 решил все же стряхнуть пыль с этого фика. Все равно идеям проды для Змея надо улежаться.
  Глава 6
   Полис-Масса медленно росло в иллюминаторе пилотской рубки легкого крейсера типа «Страж», вынырнувшего из гиперперехода в опасной близости от этого поля астероидов. Пилоты были или самоуверенными тупицами, или профи на корабле с оборудованием высокого класса. Точно сказать об этом было невозможно, поскольку крейсер шел в режиме молчания, а на корпусе не было никаких опознавательных надписей и знаков. А стандартная серая краска не могла сказать ничего — слишком много нашлось подражающих мощнейшему флоту Галактики.
   Тем не менее дрейфующий уже вторые сутки на границе поля небольшой патрульный Разрушитель типа «Гладиатор» даже не попытался перехватить неопознанный корабль. А после того как «Страж» углубился в мешанину обломков, выпустил всю авиагруппу, стараясь максимально плотно блокировать единственный населенный астероид, к которому и направлялся неизвестный крейсер.
  
   Люк смотрел на приближающийся астероид и не мог понять, правильно ли он делает, что пытается найти какие-то свидетельства тех событий? Может, лучше было рассказать все отцу и обрушиться на Альдераан всей мощью имперского флота, навсегда выжигая в памяти разумных, что значит покуситься на одного из их семьи?
   Но что-то, хотя чего гадать, он может и неумеха, но не неуч, это Сила подсказывала одному из отмеченных ей. И подсказывала она: не спешить и не спешить полностью раскрыться, стоит подождать — и все встанет на свои места. Как? Люк не знал, а знаний и опыта, чтобы влиять на Силу, подобно ситхам, у него не было, поэтому оставалось, подобно джедаям, довериться Силе и позволить нести себя навстречу судьбе.
   — Сэр, нас запрашивает диспетчерская астероидной базы, наши действия? — обратился к нему пилот.
   — Какие у нас варианты позывных? — повернулся к нему Люк.
   — Мы можем использовать старые позывные крейсера, можно также использовать позывные эскадры Босса и позывные курьера оперативного управления флота, — быстро ответил пилот.
   Очевидно, подготовился заранее, подумал Люк, испытывая небольшое раздражение — он ведь про это не подумал. Пару раз глубоко вздохнув, чтобы унять настроение, которое с недавних пор начало скакать, Люк спросил ровным тоном:
   — Что наименее подозрительно?
   — Оперативное управление, помимо секретных дел, еще и мотается по разным поручениям, чуть ли не развозя всякую мелочевку для адмиралов. Поэтому именно под этой личиной будет тише всего, — пилот отвечал свободно, чувствовалась хорошая подготовка перед операцией. — Вы чего-то опасаетесь?
   — Ничего определенного, но... — Люк поморщился и пожал плечами.
   — Понятно, значит, будем держать корабль в готовности к взлету, — спокойно кивнул пилот.
   — Если кто-то решит спешно нас покинуть, то притормозите его, «Гладиатор» не сможет все перекрыть, — после короткой паузы наконец сформулировал свои неясные опасения Люк.
   — Понял. Что-то еще?
   — Нет, пойду готовиться к высадке, — мягко и бесшумно ступая, Люк зашел в лифт, покидая рубку.
  
   Возле рампы его ждали коммандос.
   — Как входим? Будем всех кошмарить и выбивать сведения? — если бы не эмпатия одаренных, то никто бы не смог уловить еле различимую усмешку в тоне коммандос.
   Снова накатила вспышка раздражения и агрессии, но Люк уже привычно ее подавил, сделав несколько вдохов.
   — У них тут вроде как недавно Инквизиторий был, и если вы думаете после этих архаровцев кого-то запугать... — он говорил спокойно и ровно, понимая, что коммандос пробуют его на зубок, пытаясь узнать, каков он, заодно отвлекая от возможного мандража перед высадкой.
   — Обижаете, мы все делаем качественно, — якобы обиженно прогудел один из штурмовиков.*
   — Нет, Первый, тихо и вежливо заходим и просим сообщить нам интересующие нас сведения. А точнее, просить буду я, — сосредоточившись на решении задач, Люк просто забыл про закидоны настроения, не замечая, как меняется его манера речи, становясь похожей на манеру человека, который был иконой 501-го. — Вам же надо будет посматривать по сторонам — местные хоть и мирные, но кто знает.
   — Добро, сделаем, — козырнули коммандос
  
   На входе их ждал один из местных. К удивлению Люка, предварительно ознакомившегося с отчетами и данными по этой дыре, абориген мог говорить, что было большой редкостью.
   — Приветствую вас на нашей базе. Что вас привело сюда — потребность в медиках? — может меняться все — миры и окружающая обстановка, — а повадки продавцов, стремящихся продать как можно больше, остаются.
   — Нет. Впрочем, давайте не будем обсуждать это в шлюзе, — Люк был напряжен и сосредоточен, Сила шептала что-то неразборчивое, но похоже, что этот абориген и нужен.
   — Конечно, пройдемте, — абориген, показывая путь, пошел впереди.
   Пройдя по коридорам, они оказались в небольшом кабинете. Коммандос привычно рассредоточились по коридору, контролируя подходы. Казалось, абориген не обращал внимания на громил с оружием, жестом он указал Люку на стул.
   — Итак, что вам угодно и кто вы такой, раз с вами такая охрана? Если у вас проблемы с Империей, то мы вам ничем не можем помочь. Хоть мы и неодобрительно относимся к Империи, но это не наши проблемы, — в противоположность сказанному, общий тон говорил: «Мы поможем, но стоить будет дороже».
   — С Империей у меня проблем нет, а Разрушитель у предела скопления — гарантия того, что никто не покинет нас, не попрощавшись, — равнодушно отозвался Люк.
   — Вот как, еще один проверяющий. Интересно, что вы такого хотите найти, или вас не удовлетворяют обнаруженные данные? — а вот теперь любезности в голосе аборигена резко поубавилось, общая температура голоса вряд ли сильно отличалась от температуры космоса. — Которые, между прочим, были получены незаконно.
   Змеиная улыбка скользнула по губам Люка, а в глазах проявились прожилки.
   — Вы правы, тем более законы, по сравнению с республиканскими, почти не изменились. Вот только в случае, если идет речь о высших лицах государства, все происходит согласно особому порядку делопроизводства.
   — Вы правы, но я не припоминаю никого из руководства Империи у нас, — развел руками в вежливой издевке абориген.
   — Вот как... — практически мурлыкнул подросток, и коммандос резко напряглись — такой тон очень характерен для... впрочем, не стоит думать лишнего, притом в тесном кругу. — Рекомендую напрячь память. Четырнадцать лет назад, спустя несколько дней после провозглашения Империи, сюда прибыл мужчина, человек, вот этот, — на стол скользнула фотография. — Он привез сюда беременную женщину, человека, вот эту, — еще одна фотография, — здесь его встречали двое разумных, вот этот человек и вот этот разумный. Помните?
   — Конечно помню, именно из-за этой пациентки к нам наведывались инквизиторы. Но они получили всю возможную информацию по этому делу, — недовольно отозвался абориген.
   — Это где говорится, что женщина умерла по причине отравления и ожогов дыхательных путей, а детей не смогли спасти? — вздернул бровь Люк.
   — Именно, — кристальная честность в голосе и какой-то отзвук в эмоциях.
   Люк напрягся, как хищник, почуявший кровь выслеживаемой добычи.
   — А вам не кажется странным, что в таком успешном медцентре, как ваш, не смогли ей помочь?
   — Я не медик, я всего лишь офицер снабжения. Но я могу с уверенностью сказать: врачи не обладают сверхъестественными способностями и бывают случаи, когда они бессильны, — категорично ответил абориген.
   — Значит, по вашим словам, эти данные абсолютно верны, — Люк неторопливо собирал снимки в стопку.
   — Это так, — покивал абориген.
   — И вы не имеете записей или не помните, на каких кораблях прилетели к вам эти клиенты? — подросток выравнивал стопку фотографий и, казалось, был всецело сосредоточен на этом, задавая вопросы несколько отстраненным тоном.
   — Вы издеваетесь? Это было четырнадцать лет назад, и мы не ведем учета кораблей наших посетителей. Немаловажным фактором выбора именно наших услуг является анонимность клиентов, — недовольство в голосе аборигена было искренним, но что-то было, какая-то фальшь чувствовалась.
   Люк, опустив голову, расплылся в оскале.
   — Что ж... Попробуем иначе. Первый, товсь! Второй, Третий, ко мне! — вскакивая с кресла, скомандовал Люк.
   — Если вы думаете, что ваши варварские методы что-то дадут, то вы ошибаетесь! — с некоторой долей истеричности крикнул абориген.
   — Сядь и заткнись! Сейчас говорить буду я, а ты — отвечать на мои вопросы, и молись всем своим богам, чтобы не ошибиться! — каллидахинца прижала непонятная сила, а глаза подростка блеснули золотом. — Вот это — гранд-магистр ордена джедаев Йода, это — Бейл Органа, сенатор от Альдераана, это — Оби-Ван Кеноби, магистр Ордена джедаев и член его Совета. А это... Это моя мать — Падме Амидала Наберриэ, сенатор от Набу. Прибыли они на своих кораблях с открытыми регистрационными данными. Органа прибыл на корвете типа CR-70, приписанном к королевскому дому Органа. Кеноби прибыл на набуанском ялике J-типа, принадлежащем моей матери. Этот ялик единственный имеет покрытие, аналогичное покрытию королевского корабля. И вы хотите сказать, что не сделали записей о таких личностях? Не смешите меня. — Люк смотрел прямо в глаза аборигена, и того начинало потряхивать от этого взгляда — было понятно, что этот не остановится, пока не выжмет все. — Теперь насчет ваших данных. Даже не пытайтесь мне лгать, что они верны. Их опровержение — это я. Я жив, а должен был бы, согласно этим данным, давно лежать в могиле. Так где реальные данные?
   — Зачем они вам? Вы и так все знаете, для чего вообще этот цирк? — абориген был смелым разумным, но сейчас в нем начинали разгораться искры паники.
   — Для чего? Хотя бы для того, чтобы выяснить, куда девалась моя сестра-близнец, точнее, кто ее забрал: Органа или Йода. Да, я и это знаю. И я не поверю, что техники Органы смогли уничтожить все записи, — глаза подростка пылали расплавленным золотом, а подавляемый страх аборигена приятно щекотал ноздри.
   — Вы были единственным ребенком, — вжавшись в спинку кресла, максимально твердо сказал абориген.
   — Не ври мне!!! — молния впилась в стенку впритирку над головой аборигена. — Не знаю, почему вы так любите Республику, хотя Империя вам ничего не сделала, но подумай вот о чем: а стоят ли эти данные и верность исчезнувшему государству и кучке трусливых лицемерных лжецов, именуемых джедаями, жизни твоего народа? — последние слова как будто источали яд и были пропитаны угрозой.
   — Не надо меня пугать, человек, это не в твоих силах, — несмотря на дикое давление, абориген еще держался и мыслил логически.
   — Вот как? — к ужасу аборигена, странный и страшный подросток просто расплылся в улыбке. — Тогда я открою тебе еще одну тайну о тех событиях. Знаешь, кто мой отец? Нет? Мой отец — Дарт Вейдер, Главнокомандующий флота Империи. А на руках у меня карт-бланш от отца на любые действия. Остановить меня могут только мой отец и Император. Как думаешь, меня сильно будут ругать за казнь преступников, помогавших в убийстве моей матери и похищении нас с сестрой? — давление в кабинете стало ощущаться просто физически, как давление огромной толщи воды на большой глубине. — Поэтому давай данные, иначе, клянусь Силой, я уничтожу твой народ и сотру память о нем с лица Галактики. Я понятно выражаюсь?
   — Хорошо, но сначала — проверка того, что вы действительно сын той пациентки, — сломался абориген, понимая, что этот... этот не бросает слов на ветер и сделает обещанное. И будет в своем праве — по обычаям каллидахинцев, семья священна.
   — Куда-то идти? — отступая от аборигена, спросил Люк.
   — Да, к анализатору, — вскочив с кресла, попытался пройти к выходу абориген.
   — Армейский сгодится? — не сдвинувшись с места и не давая пройти аборигену, Люк не глядя протянул руку к коммандос.
   — Конечно, — кивнул абориген и, обведя взглядом обманчиво расслабленных коммандос, практически упал в кресло.
   Капля крови в приборчик, минута ожидания — и на экране компьютера аборигена появились результаты теста.
   — Так, провожу сравнение, есть совпадение с базами данных, вы действительно сын той пациентки, — запорхали пальцы аборигена над клавиатурой. — Вот, возьмите, здесь все данные — анализы, заключения медиков, записи камер наблюдения из коридора, где были сопровождающие. Все подлинное. Прошу простить за то, что мы поспособствовали вашей разлуке с семьей. Но нас уверили, что это во благо и вам будет обеспечен надлежащий уход, — извинения были искренни, это Люк чувствовал.
   — Во благо... - хмыкнул подросток. — А вам не приходило в голову, что добрые дела не требуют лжи и разлуки между родными?
   — Но это джедаи... — попытался оправдаться абориген.
   — Все разумные одинаковы — готовы перегрызть глотку за власть, - направляясь к выходу, сказал Люк, на пороге он остановился. — А вас мне незачем прощать — на мертвецов не обижаются, — резкое движение руки, сжатие пальцев и характерный хруст шеи находящегося в своем кресле аборигена все сказали опытным бойцам. — Уходим. По прибытии на корабль передайте приказ на Разрушитель — арестовать и доставить на борт флагмана эскадры «Смерть» следующих аборигенов: Манили Туун, Дзнори Ксэм и Селиф Ксэм, а Ош Скала мы уже навестили. Особое внимание заострите на том, что они должны добраться без особых повреждений.
   — Так точно, — козырнули коммандос.
   Дальнейший путь они проделали в молчании, поднявшись на борт, Люк приказал пилотам идти к Разрушителю.
   — Проследите за выполнением моего приказа, пока я свяжусь с отцом, — бросил Люк коммандос.
   Пройдя в свою каюту, Люк активировал гиперпередатчик. После довольно длительного ожидания Вейдер наконец ответил, не активируя, впрочем, видеоканал.
   — Да, что нужно? — судя по звукам, главком был где-то в ангарах.
   — Здравствуй, отец, несмотря на твои сомнения, кое-что я нашел, — с некоторой долей хвастовства сказал Люк.
   — Вот как? Несколько минут подождать можешь? — немного рассеянно ответил Вейдер.
   — Я у себя в каюте, а крейсер в ангаре «Гладиатора», — пожал плечами Люк.
   — Отлично, жди, я вызову.
   Спустя несколько минут пришел вызов.
   — Итак, — скрестил руки на груди Вейдер. — Хвастайся, что ты нашел, иначе бы ты мне не звонил.
   — Что ты скажешь насчет доказательств, позволяющих взять за задницу Бейла Органу? — недобро ощерился Люк.
   — Скажу, что это чрезвычайно удачное приобретение, — с предвкушением отозвался Вейдер. — Но я так понимаю, это не все?
   — Именно, есть кое-что еще, — посмотрел в глаза маски отца Люк. — Помнишь, по тем отчетам, что были фальшивкой, мама умерла от отравления и ожогов дыхательных путей, а дети — от отравления?
   — Конечно помню, но ты ведь спрашиваешь это не просто так... — на несколько секунд Вейдер задумался, но опыт последних лет в виде навыков анализа дал результат. — Подожди, ты хочешь сказать, что второй ребенок выжил? Кто его забрал?!
   — Выжила, это моя сестра, Лея, — угрюмо ответил Люк.
   — Знакомое имя... Органа!!! — Вейдер сжал кулаки, а вокруг него словно заплясали обрывки темного тумана. — Я разорву этого ублюдка, а его планету выжгу до скального основания!
   — Спокойнее, отец. Лею забрал именно Органа. Это есть на записи. Кроме того, есть реальные отчеты медиков о состоянии и смерти мамы. Я их перешлю? — обеспокоенно глядя на отца, спросил Люк.
   — Конечно, не стоит рисковать единственной копией, — резко успокаиваясь (Дарт Сидиус отлично умеет прививать нужные навыки), ответил Вейдер. — Так... принимаю. Я немедленно дам приказ эскадре на прыжок к Альдераану.
   — Подожди, у меня такое чувство, что мне стоит одному туда отправиться. — возразил Люк, прикрыв глаза и пытаясь сформулировать свои предчувствия.
   — Ты сошел с ума?! Там тебя будут ждать! — Вейдер взмахнул рукой, словно отрубая такие мысли.
   — Меня, но не команду твоих головорезов вместе со мной, — недобро улыбнулся Люк. — А если ты мне дашь контакты агентуры на планете, то, думаю, мне повезет и я смогу вытащить сестру оттуда. А вот если туда заявишься ты, то, думаю, реакция будет однозначной. Ты ведь не сомневаешься, как ее воспитывали? — пылающий жаждой крови взгляд уперся в точно такой же, только скрытый за визорами маски.
   — Хорошо, хотя мне это и не нравится. Но нам стоит доверять своим предчувствиям, — неохотно согласился Вейдер. — Как будешь добираться?
   — На расстояние короткого прыжка — на разрушителе, а потом — на «Лямбде», под видом богатого бездельника с охраной, — с готовностью, как на экзамене, ответил Люк. Урок от пилотов отца он усвоил и успел подготовиться. — Уходить, скорее всего, придется с шумом, поэтому желательно, чтобы у Разрушителя был повод очутиться возле планеты.
   — Толково, только я еще направлю туда все корабли, изменение маршрута которых не вызовет подозрений. Но их будет немного. Впрочем, я постараюсь не опаздывать. — Вейдер помолчал и, преодолевая себя, ведь хотелось запретить эту авантюру, сказал: — Удачи, сын.
   — Спасибо, береги себя, отец, — улыбнулся в ответ Люк.
  
  
   *Здесь: специализация внутри группы.
  Глава 7
   Люк стоял между креслами пилотов и не отрываясь смотрел на приближающуюся планету. Для выходца из пустыни она казалась невероятным, просто невозможным драгоценным камнем. Белые облака, образовывающие атмосферные фронты и спирали циклонов, зеленые континенты и синие океаны воды. Именно последние приковали взгляд подростка, разум которого просто отказывался воспринимать эту картину — столько воды просто на поверхности. Воды, которая воспринимается как данность, никому не принадлежит и в которой можно плескаться сколько угодно. Сглотнув, Люк спросил у пилота:
   — Неужели большая часть планет такие?
   — Именно. Хотя некоторые планеты уже полностью скрыты под городами как, например, Корускант. А некоторые планеты вообще полностью покрыты водой, как Мон-Каламари* или Камино.
   — Невероятно…
   — Невероятно это то, как кто-то умудряется выживать на таких планетах как Татуин, хотя есть планеты и похуже.
   — Тяжеловато представить.
   — Пойдете по стопам отца, так не только увидите, но и нагуляетесь по таким планетам до полного отвращения. В таких дырах любит селиться всякий сброд, который время от времени приходится вычищать.
   — Боюсь, это случится нескоро — слишком многое мне предстоит изучить.
   — Галактика огромна, на ваш век хватит.
   — Только это и утешает. Ладно, мы скоро прибудем?
   — Примерно полчаса, куда будем садиться?
   — На столичный космодром, мы ведь сможем там сесть без ненужного внимания?
   — Через столичный космопорт этой планеты проходит столько кораблей и пассажиров, что мы вряд ли привлечем чье-то внимание. Если, конечно, не будут искать конкретно нас.
   — Наших друзей некому предупредить о нашем визите, поэтому будет тихо. А вот взлетать, скорее всего, придется с шумом и криками. Возможно, нам даже устроят салют вдогонку. Поэтому лучше всего не покидайте шаттла, тем более поспать можно и в нем. Думаю, мы пробудем здесь не более пары суток.
   — Вас понял, будем держать птичку в готовности. Надеюсь, увальни с того «Гладиатора» будут порасторопнее и быстро нас подберут. Иначе нам поджарят хвост — «Лямбда» не предназначена для прорыва ПКО и боя с истребителями, тут лучше подошли бы «Дельта» или «Страж».
   — И как они могли бы оказаться у гражданских? Нет, старенькая «Тета» лучше бы подошла, но где ее прямо сейчас взять? Поэтому будем лихачить на том, что есть.
   — Как обычно.
   — Если что — я в салоне.
   Короткое шипение двери за подростком — и в кабине повисла тишина. Впрочем, ненадолго.
   — Как думаешь, мальчишка не втравит нас в безнадежную затею? — поинтересовался второй пилот.
   — Вряд ли, он сын своего отца. А Босс... Вспомни, как он сносил всех, осмелившихся встать у него на пути. Мальчишка такой же, на препятствия внимания не обращает.
   — Вот именно что мальчишка, опыта ему не хватает. По дурости сам гробанется и нас, в лучшем случае, за собой утянет. А если выживем, то объясняться с Боссом... Нет, лучше сдохнуть.
   — Он одаренный, как и его отец. Не знаю, как работают все эти штуки, но чутье у одаренных просто невероятное.
   — Ага, то-то джедаев перебили.
   — А вот этой темы лучше не касаться.
   — Ладно. Слушай, не знаешь, какого хатта мы прилетели сюда?
   — Точно не знаю, ты же знаешь, он с командиром коммандос в основном общается и советуется, а нам уже коммандос ставят задачи. Но вроде мы должны вывезти что-то или кого-то, причастного к тому, что Босс думал, что его сын погиб. Ох и не завидую я виновным...
   — Это точно, тут кто угодно отомстил бы, а уж Босс...
   И в кабине снова повисла тишина.
  
   — Первый, вы изучили информацию по принцессе? Есть шансы подобраться к ней, чтобы можно было поговорить наедине?
   — Варианты есть разные, но хотелось бы узнать наши планы относительно ее высочества.
   — Вам выдать наиболее полную информацию, которая под грифом «гостайна»** или полегче?
   — Не надо нас пугать, у нас подписок о неразглашении разного — как паразитов на бродяге. А информация лишней не бывает, особенно в деликатных и важных миссиях.
   — Хорошо. Принцесса Лея Органа на самом деле имеет другую фамилию — Скайуокер.
   — Так это значит...
   — Именно, на астероиде я добыл доказательства причастности Органа к тому делу и подтвердил свои видения о сестре.
   — Но почему тогда не дождаться Босса?
   — Помимо Органы, в деле замешаны джедаи. А предсказать их действия в таком случае затруднительно, но ничего хорошего для сестры не будет, это точно. Один из вариантов вы видели на Татуине.
   — Убивать детей ради политики... Мрази.
   — Ну, они считают, что это ради Высшего блага, впрочем, это не важно. А вот важно, что полностью вычистить агентуру джедаев и повстанцев на Татуине за прошедшее время не под силу и отцу, там надо полгода работы команды контрразведки и Инквизитория. Осада сейчас уже почти снята, скоро эскадра уйдет в прыжок, если не ушла. Кто мешает мирному фермеру отбить телеграммку на случайно завалявшемся в кладовке гиперпередатчике?
   — Могли уже и отстучать, эскадра ушла в прыжок почти двое суток назад, у нас фора в пару суток. Как бы не опоздать.
   — Пока отца нет на орбите Альдераана, джедаи, скорее всего, постараются вывезти сестру на другую планету, для «правильного воспитания в идеалах Света», банта пуду! Ведь готовящийся клинок уже потерян, надо приступать к запасному плану. А Органа тот еще собственник, впрочем, как и большинство аристократов, и убедить его сможет только выход эскадры отца в атакующем ордере.
   — Они в любом случае не прорвутся.
   — С джедаем за штурвалом? Легко и непринужденно, как песок меж пальцев. Но в этой задержке есть шанс встретиться и поговорить с сестрой.
   — А если она не поверит и не согласится пойти с нами?
   — А для этого у нас есть DAS-430, с ее замечательными иголками, и специальный препарат для одаренных. Вырубаем и сматываемся к хаттам.
   — Принцесса не может остаться без наблюдения, атаковав ее, мы поднимем планетарную тревогу, боюсь, мы не сможем прорваться к шаттлу.
   — А если арендовать гражданские истребители и рассредоточить на несколько площадок?
   — Мы хорошие специалисты, но пилоты из нас средние, если не сказать хуже.
   — Зато я неплохой пилот, во всяком случае, пока еще живой, после гонок на Инкомовских Т-16 по трассе гонки Бунта-Ив. Впрочем, из мелочи нормально справлюсь разве что с седьмой «Дельтой» и второй «Этой». Впрочем, здесь ведь популярны как раз «Дельта-6», фрондируют, под Республику и джедаев косят.
   — А ваша сестра? В случае ее отказа сотрудничать?
   — Я возьму «Дельту-12», она двухместная. В случае чего стрелять не буду, да и нечем на этой скорлупке, вы свяжете погоню боем, а я уйду на прорыв.
   — А вот теперь все выглядит вполне реальным, только что тогда делать с шаттлом? И как уходить с места?
   — На мотоспидерах, их трудно догнать, если водитель хороший. Кстати, что насчет мотоспидеров?
   — Мы ездим на любой планетарной технике, а на мотоспидерах способны и на трассе погонять, на выживание. Дело привычное.
   — Отлично. Так вот, кто-то громко и демонстративно прорывается на шаттл, и тот взлетает. А остальные втихую едут к истребителям. И тоже несколькими группами. Ну как?
   — Хороший план, только те, кто на шаттле, смертники. Их собьют.
   — Да разве? Они будут думать, что Лея там, и будут сбивать их очень аккуратно. Разве что случайность какая, но от этого никто не застрахован. Когда их возьмут, то убивать тоже не станут, начнут допрашивать, кто они и откуда. А дальше появится эскадра отца. И я очень сомневаюсь, что хоть кто-то или что-то на этой планете сможет дать отпор 501-му.
   — М-м-м, логично, ситх побери. Очень логично и вполне реально. Только при одном «но» — вы сможете вырваться с сестрой. А времени ловить гиперкольца у нас не будет.
   — «Гладиатор» выйдет на небольшом расстоянии от планеты, там, где сможет продержаться десяток минут под огнем планетарной группировки. Нам этого времени должно хватить, чтобы шмыгнуть в ангар. Дальше уйдем в прыжок и дело сделано. Тем более в промежуточной точке сейчас не только этот Разрушитель, но и еще корабли, которые смог перенаправить отец.
   — Может случиться и так, что придется переходить на корабли без ангара. Как тогда быть? Гермокостюм-маломерку надо только под заказ шить, это время.
   — Хмм, а что насчет плащей, которые в шары превращаются? Они вроде как раз для выживания в вакууме разработаны?
   — Нормально, или мы, или ребята с кораблей вас примут и затолкают в шлюз. Надо только положить их в каждый двухместный истребитель.
   — Значит, так и будем пока действовать? Отлично, тогда вот вам коды связи с агентурой и коды переподчинения, отдавайте необходимые приказы и пусть они начинают плотно наблюдать за принцессой. Мы должны знать, когда она останется одна в подходящем месте.
  
   Лея сердито фыркнула вслед одной из своей теток. Они и так не сахар, а последнюю неделю вообще, не то что шаг сделать, вздохнуть без их контроля нельзя. И если обычно отец обращал внимание на чрезмерную докучливость своих сестер, то сейчас просто пропустил все мимо ушей.
   И ладно бы снова доставали своим этикетом, но ведь и прогулки на природе оказались под запретом. А когда пару дней назад прилетел какой-то подозрительный тип, так ее и из ее комнат перестали выпускать.
   А Лея просто не могла сидеть в четырех стенах, казалось, что просторный светлый замок просто душит ее. А самое главное — она давно уже доказала своими успехами, что не маленькая неразумная девочка, и ей всегда можно объяснить необходимость того или иного шага, и она согласится. Сейчас же с ней обращались словно с куклой какой-то!
   Ну ничего, потерла руки Лея, пора ввести в действие одну из давнишних заготовок. Дело в том, что она примерно года два назад смогла достать пароли к серверу охраны, причем не к архивам видеозаписей, а к той части, что отвечала за личные дела и пропуска. Вот тогда и возникла одна из допущенных во дворец девочек, дочерей прислуги. Потом Лея очень аккуратно переводила из своих карманных денег понемножку на счет этой подставной личности. Накопилось там немного, но на прогулку по кафе столицы хватит. Заходить дальше приличных районов принцесса не собиралась и поэтому вполне здраво оценивала свою затею как безопасную. А отец и охранники пусть побегают и поволнуются.
   Конечно, потом ее надолго, не меньше чем на три месяца, посадят под домашний арест, но, во-первых, за дело, а, во-вторых, за возможность походить без присмотра соглядатаев и кудахчущей свиты, «приличествующей принцессе», это была приемлемая цена.
   Немножечко поработав с датчиками в своих покоях, принцесса, одетая в скромное, но элегантное в своей простоте платье, спокойно покинула дворец на обычном рейсовом автобусе для прислуги. И поскольку ее никто пока не хватился, сделала она это незаметно для охраны.
   Но не для других личностей, уже почти неделю кружившихся призраками вокруг королевского дворца. Они сумели наладить незаметное наблюдение за всеми, кто входил и выходил из дворца, а также взломать абсолютно все сервера службы безопасности объекта. Поэтому эти скромные нелюдимые личности смогли не только не пропустить выезд своевольной принцессы и доложить по команде, но и посадить на Лею крохотного жучка.
  
   Выйдя из шаттла, Люк оглянулся — все же пусть и один из самых мелких и обслуживающий только мелкие частные корабли, но после Татуина космопорт впечатлял. И не столько размерами, сколько своей ухоженностью и порядком.
   — Надо будет зайти в магазины, одежды вам купить, — наклонился к Люку Первый.
   — Зачем?
   — Ваш полувоенный костюм отлично ложится на легенду прилетевшего с окраин сына одной из заштатных шишек, там любят такое. Сильные корпорации, отсюда и идет привычка к полувоенной одежде.
   Но здесь так ходить не принято, мы будем слишком выделяться. Поэтому стоит сменить гардероб. Плюс в магазине мы без проблем сможем встретиться со связным от агентуры, получить коды на арендованный транспорт.
   — Я понял, вы правы. Вот только что насчет вас?
   — А у нас есть вполне приличные костюмы, которые очень любят носить телохранители. С вами пойдут шестеро. Остальные закупятся обычным туристическим барахлом и будут работать по дальнему периметру.
   — Сумеете?
   — Обидеть хотите? Босс не зря нас выбрал.
   — Хорошо, идемте. Только вот обычные для публики, стремящейся в высший свет, отрыжки моды я носить не хочу.
   — С вашими деньгами это не проблема, найдем все, что надо. А вот и такси.
  
   В магазине Люк с нетерпением ждал, пока курьер агентуры наконец-то передаст Первому необходимое. Одежда его не вдохновляла — выросший в довольно аскетичных условиях подросток и сам по себе не был любителем излишеств, поэтому цветастые вещи, так любимые в центральных мирах, его не прельщали. Хотя...
   Взгляд зацепился за ярко-алую рубашку, ворот и манжеты которой были украшены тонкой золотой вышивкой. Рубаха была яркой, даже вызывающей, но была в ней строгая элегантность по-настоящему дорогой вещи. Впрочем, Люку было все равно, и через минуту он уже смотрел на свое отражение. На его взгляд, все было отлично, а в дальнейшем, наверное, даже стоит вместо черных рубашек перейти на алые, с черным кителем смотрится отлично.
   — Вам стоит сменить и брюки с обувью, — наклонился к нему Второй. — Формой от них за километр несет.
   Решив довериться профи, Люк обратился к продавщице и спустя пару минут настороженно смотрел на выбор девушки. Нет, белые брюки и туфли смотрелись отлично, вот только фермерская прижимистость и привычка одеваться таким образом, чтобы меньше получать от тетушки за пятна смазки и прочего, явно не имели белый цвет в своих приоритетах.
   Грустно покачав головой — где теперь тетя и дядя и кто теперь он? Люк расплатился и вопросительно взглянул на Первого. Получив в ответ кивок, подросток молча направился на выход.
   — В чем дело? Вы что-то чувствуете? — спросил подошедший коммандос.
   — Нет, просто вспомнились родственники. Там, на Татуине.
   — Привыкайте, вам так еще предстоит многих запомнить.
   — А к такому можно привыкнуть?
   — Нет, но и сосредотачиваться на этом не стоит.
   — Спасибо, постараюсь. Куда теперь?
   — Мы уже сняли номер в гостинице, теперь только ждать отмашки.
  
  
   *Да, автор в курсе, что родная планета мон-каламари называется Дак, но согласно канону большинство называет ее все же Мон-Каламари.
   **Напоминаю, я не стал ничего выдумывать и пользуюсь отечественной градацией секретности.
  Глава 8
   Не успели они подъехать к гостинице, как коммуникатор Первого пиликнул, оповещая о сообщении.
   — Что там?
   — Сейчас, прогоню через дешифратор, так... Нам везет — принцесса покинула замок под видом дочери одной из служанок, причем это шкура ее собственного производства.
   — Странно, почему это она именно сейчас это сделала?
   — Сейчас гляну в дополнениях. Ага, ее последние пару дней фактически посадили под домашний арест, ограничив ее собственными апартаментами. Причем без пояснения причин. Вот она и взбрыкнула.
   — Там есть причины, почему это произошло?
   — Сейчас, вот! Трое суток назад во дворец прибыл неизвестный. Идентифицировать не удалось — он постоянно одет в плащ с капюшоном и прячет лицо, причем делает это умело. Из установленных примет — только темный оттенок кожи и то, что правая рука, как минимум кисть, это протез.
   — Человек?
   — Судя по виду рук — да.
   — Мне это не нравится, стоит приготовиться к бою с последующим драпом.
   — Что-то знаете про него?
   — Абсолютно ничего, но отчего-то абсолютно не горю желанием с ним столкнуться. Не сейчас, поскольку я сейчас полный ноль с хорошим знанием теории.
   — Думаете, это джедай?
   — Уверен. Причем кого попало за секретным оружием джедаи не пошлют, это явно высококлассный боевик. Если мы с ним столкнемся — в лучшем случае вы сможете отвлечь его на пару минут, чтобы...
   — Чтобы вы смогли сбежать, это рационально.
   — Но стыдно.
   — Стыдно не выполнить приказ или сдохнуть из желания выпендриться. А это рационализм.
   — Ладно, возможно, вы и правы. Вернемся к Лее — как мы узнаем, куда она направилась?
   — На нее смогли посадить жучок. Да и вряд ли она полезет куда-то на окраины. Скорее всего осядет где-то в кафе, где будет поедать сладости.
   — Говорите с таким видом, будто вы специалист по психологии девочек-подростков.
   — Специалист не специалист, а вот свою сестру помню хорошо. Да и дочка у меня примерно этого возраста, забыть не дает. Так что кое-что знаю.
   — Извините, не хотел задеть, просто...
   — Вы нервничаете, причем сильно.
   — Именно. И самое главное — могу сделать только я. И подсказать или помочь будет некому.
   — Привыкайте. Если пойдете по стопам Босса, то вам частенько придется принимать решения, важные для всей Галактики, а посоветоваться будет или не с кем, или некогда.
   — Ясно. А что насчет Леи, где она сейчас?
   — Подъезжает к центру.
   — И что делать будем?
   — Как что? То, что положено туристам — кататься и глазеть. А потом зайдем в кафешку.
   Так и поступили, тем более в столице Альдераана действительно было на что посмотреть.
  
   Лея огляделась, решая, в какую же сторону направиться, а точнее — прикидывая, где ее искать будут дольше всего. После недолгих размышлений она просто пошла по улице, положившись на свою интуицию, которая так часто выручала ее во время бесконечных проверок, как она выполнила задания преподавателей.
   Пройдя по нескольким улицам, она свернула в тихий переулок и буквально наткнулась на небольшое, но очень уютное кафе. Спокойная и элегантная обстановка, ширмы между столиками, образовывающие своего рода кабинки — тихое кафе для семейного отдыха.
   Выбрав дальний от входа столик, девочка заказала каф и приличное количество пирожных и прочих сладостей. Нет, нельзя сказать, что за ее диетой следили настолько, что она очень редко видела сладости. Такого не было. Но контроль все же был. А самое неприятное было не в количестве, тут Лея вполне могла себя контролировать и довольствоваться малым, а в том, что тетушки пристально следили за строгим соблюдением этикета при поедании сладкого. А правильно съесть какое-нибудь хитроумное пирожное весьма непросто, постоянный контроль своих действий напрочь убивает удовольствие от сладкого.
   Но сейчас не было никого, кто бы смог сделать Лее замечание, да и не видно было ее от входа, и она собиралась полакомиться сладким в свое удовольствие, не отвлекаясь на хитроумные выверты аристократического этикета. Правда, уничтожить до конца заказанные сладости не удалось — ей помешали.
   В кафе вошел мальчик, ее одногодка, одетый ярко, но элегантно и дорого. С ним вошли шестеро мужчин, в однотипных темных костюмах и с профессионально неприметными лицами. «Кто-то из сыновей больших шишек? Не меньше владельца крупной корпорации, у кого еще хватит денег на шестерку телохранителей высокого класса?» — отметила Лея слаженность работы бодигардов, такое достигается только длительными тренировками по слаживанию. «Но почему я его не знаю? Конечно, он мог недавно прибыть откуда-то из Внешнего Кольца, вот только отчего мне кажется, что я его знаю очень хорошо, будто это мой давний и очень хороший друг?»
   Между тем, замерев на несколько секунд на пороге, подросток направился прямо к ней. «Искал конкретно меня? Но как, если про мое местоположение еще никто не знает? В противном случае меня уже везли бы обратно в замок, попутно полоская мозги нравоучениями. Это странно, а значит опасно», — напряглась Лея.
  
   — Принцесса прекратила движение и где-то в этом квартале. Проще идти пешком, будем маскироваться под туристов, которые идут по навигатору.
   — Незачем, я уже чувствую ее. Слабо, конечно, и плохо, но чувствую, — отозвался сидящий с закрытыми глазами Люк. — Готовьтесь к отступлению — у меня плохие предчувствия.
   — Что-то конкретное?
   — Нет, только то, что нам придется очень быстро отсюда убираться, — сказал подросток, умолчав, что все сопровождающие кажутся ему живыми мертвецами.
   — Вот как? Хорошо, оставим одного в машине. И... возьмите, на всякий случай, навигатор, здесь все точки с резервным транспортом и площадки с истребителями. Разберетесь? — протянул устройство внимательно наблюдающий за Люком Первый. — Мы на месте. Выходим?
   Хлопнули двери, и небольшая группа вышла из машины и неспешно направилась вглубь квартала, созерцая окрестные пейзажи. Недолгая прогулка привела к небольшому кафе.
   — А вы, похоже, были правы,— - обратился к Первому Люк. — Похоже, Лея сейчас объедается сладким. Не дают ей его что-ли во дворце?
   — Нет, скорее не дают в свое удовольствие и без оглядки на этикет поесть.
   — Мда? В таком случае я еще не раз пожалею о Татуине.
   — Все может быть, но может быть, мы войдем?
   — Вы правы, — глубоко вздохнув, подросток взялся за ручку и открыл дверь.
   Войдя в зал, после яркого солнца на улице, Люк уверенно направился к Лее. Та наблюдала за ним сузившимися глазами, машинально крутя в пальцах ложку.
   — Вы позволите присесть за ваш столик?
   — Вам не хватает других?
   — Просто я впервые в большом городе, да еще на столь развитой планете, поэтому ничего странного, что хочу пообщаться с вами, как местной жительницей. Думаю, вы сможете рассказать мне гораздо больше, чем написано в туристических путеводителях?
   — А почему вы думаете, что я стану вам помогать?
   — Ну, скажем так, я могу компенсировать ваше время. Нет-нет, никаких денег, конечно же. Но думаю, вы не откажетесь от хороших сладостей и красивого букета?
   — Вы на редкость убедительны. Откуда вы?
   — С окраин, фронтир освоенного космоса. Отец отправил меня учиться, ведь у вас одни из лучших университетов именно по подготовке управленцев.
   — Отлично, думаю, мы оба сможем рассказать друг другу немало интересного. Ведь фронтир — это так интересно.
   — Я бы так не сказал, по большей части жизнь там скучная и монотонная. Да и люди простые и грубые, к лишним изыскам не склонные. Но кой-какие интересные навыки и информацию получить можно и там.
   — И какие же?
   — А давайте, в качестве доказательства, я вам покажу фокус?
   — Вот как? И какой именно?
   — Вот, видите? Обычный анализатор ДНК, в данном случае армейская модель, дубовая и надежная. Теперь делаем так, — лицо подростка не дрогнуло, когда он вогнал в палец довольно толстую иглу-пробник, только желваки катнулись. — А теперь вы.
   Лея заметно колебалась между желанием просто гордо фыркнуть и выйти или сначала стукнуть Люка. Тот в ответ ехидно ухмыльнулся:
   — Боишься?
   Лея, опасно сверкнув глазами, выхватила приборчик и не колеблясь воткнула в палец вторую иглу.
   — Может пояснишь, что это означает?! — нависла над вальяжно развалившемся на стуле подростком Лея.
   — Сейчас прибор закончит анализ, и ты узнаешь кое-что новое и интересное, что принесет в твою жизнь немалые изменения.
   — Немалые изменения? Какие изменения, ведь я...
   — Кто ты?
   — Н-неважно.
   — Ну раз неважно, то сядь и скушай еще пироженку. Говорят, сладкое способствует работе мозга.
   — Ты на что это намекаешь?
   — Абсолютно ни на что.
   — Мда?
   В этот момент прибор пискнул, сигнализируя об окончании анализа.
   — Анализ закончен, что дальше? — спросила Лея у отстраненно крутящего ложечку Люка.
   — Посмотри результат анализа. И лучше сделай это сидя.
   — Н-но как?.. К-как это может быть?
   — Подожди, тебе не говорили, что ты приемная дочь Органа? — нахмурился Люк.
   — Откуда ты это взял?! Да, отец не может иметь детей с Брехой, но он мой отец! И как может быть такое совпадение генов? И главное, откуда ты узнал, что я Органа, ты шпионил за мной?!
   — Начнем по порядку с самого важного. Ты никакая не Органа, нашего отца звали иначе и...
   — И почему я про него не знала?! Не нужна была?!
   — Да послушай!
   — Отойди, я иду домой, — вскочила Лея.
   Люк едва успел поймать ее за руку.
   — Отпусти меня!
   — Да дай мне все рассказать!
   — Я не хочу тебя слушать!
   — О Великая Сила, добавь ей мозгов! Хотя... Сила... Попробуем!
   Тут Люку пришлось перехватывать руки Леи, которыми она хотела вцепиться ему в лицо. Перехватив руки, он попытался коснуться лбами, ведь, как ему казалось, так легче передать видение. Но в этот момент Лея дернулась и лбы подростков соприкоснулись с отчетливым стуком.
   Пришли в себя родственники, сидя на полу рядом друг с другом. Лея была ошарашена:
   — Это неправда, ведь этого не может быть... Просто не может быть...
   Люк осторожно потряс ее за плечи:
   — Лея, ты меня слышишь? Лея, что ты видела? Ответь мне!
   — Я видела Полисс-Масса и что там случилось. А еще... — Лея судорожно сглотнула. — Я видела, что случилось на Мустафаре, — произнесла она севшим голосом.
   — Ты видела или ты видела?
   — Я видела все. Целиком и полностью. А главное... Главное, я узнала нашу маму, это Падме Амидала. Я всегда хотела быть на нее похожей и бороться за демократию.
   — Демократия... Сказочка для детишек и тех, кто должен пахать на вершителей этой самой демократии.
   — Много ты понимаешь.
   — А я действительно вырос на фронтире, а там говорят без придворных прикрас. Поэтому цену демократии знаю точно. Ты лучше скажи, как себя чувствуешь, ничего не изменилось?
   — Знаешь, такое впечатление, что я раньше смотрела на мир через пыльное окно, а сейчас не просто протерли стекло, скорее, окно распахнули настежь и я могу дышать полной грудью.
   — Отлично, ты начала ощущать свой дар Силы. Скоро ты к нему привыкнешь и уже никогда не сможешь обойтись без него. А самое главное — теперь никто не сможет заставить тебя позабыть о нем, — ответил Люк, внимательно смотрящий на сестру. Для тех, кто способен видеть нужное, зрелище разворачивалось завораживающее — нити Силы осторожно ощупывали окружающее пространство, постепенно распускаясь из тугого кокона, в который их собрало подсознание, когда-то давно убежденное в отсутствии этого дара.
   — Даа? Значит вот какой он, дар Силы...
   — Только чтоб освоить свои возможности, пахать нам... Мне дурно становится.
   — Это тебе дурно становится, болван неотесанный, а я и до этого училась! — фыркнула Лея.
   — Могу поспорить — это тебе покажется курортом по сравнению с тем, что нам устроят. А поскольку учиться нам надо будет как можно быстрей, и вспоминая личность нашего отца и, главное, его Учителя...
   — О, я как раз хотела тебя спросить — а кто наш отец сейчас? Точнее, чем он занимается и как он вообще выжил после Мустафара? И как его зовут?
   — Начнем с имени — Энакин Скайуокер. Но последнее время, после того как он перешел из джедаев в другой орден, он известен под другим именем, которое он взял в соответствии с традициями своего ордена.
   — И как его теперь зовут?
   — Дарт Вейдер.
   — Что?!! Палач Императора?!!
   — Да успокойся ты, я с ним общался и могу точно сказать, что большая часть страшилок просто придуманы.
   — Угу, скажи это тем же фоллинцам.
   — А ты сначала прочитай все данные по тому происшествию.
   — Так они засекречены и в имперских архивах. Да и можно подумать, что нельзя было иначе, без такого варварства.
   — Еще пара часов — и пришлось бы применить База-Дельта-Ноль ко всей планете. И установить строгую блокаду после.
   — Как?
   — А вот так, идиоты доигрались. А у отца образовался кровник — главарь «Черного солнца» Ксизор, который с удовольствием нас прикончит.
   — Звучит так, что мне хочется сделать вид, будто ничего не было и я просто принцесса Органа.
   — Не получится, тебе придется сделать выбор.
   — Какой?
   — Или ты идешь со мной, или ты идешь с джедаями. В первом случае у тебя будет много врагов, просто по факту твоего существования, но рядом будет семья и ты будешь относительно вольна в своих действиях. Во втором случае у тебя не будет ничего и даже любить и быть любимой ты не сможешь — это противоречит Кодексу. Зато ты будешь убивать тех, кого укажут, и умирать по указке хитрозадых чистеньких интриганов.
   — Джедаи не такие!
   — Да? Вспомни, что ты видела на Полисс-Масса, и ответь мне — ты сможешь им поверить после этого?
   — Мне нужны доказательства.
   — Видений недостаточно? Понимаю, поэтому я побывал на том астероиде, и вот копии записей, наслаждайся. А я пока пирожные поем, на Татуине таких не водилось.
   На некоторое время в кафе воцарилась тишина. Каждый был при деле: Лея внимательно смотрела запись, Люк наслаждался непривычными сладостями, а коммандос бдели. Но запись была не такая уж и длинная, тем более Лея часто ее перематывала, и вскоре Лея просто уронила коммуникатор и тихо заплакала.
   — Как он мог?.. Как он мог смотреть мне в лицо после... после этого? — тут она подобралась. - Люк... а как ты смог выбраться? Ведь за тобой наблюдали и, если я правильно поняла, должны были превратить в оружие против нашего отца и Императора?
   — Повезло, и спасибо Великой Силе, что подарила видения. Ну и просто повезло. Смог сообщить отцу... А дальше... Личная эскадра Палача Императора— - это вам не хатт чихнул. Отец уработал моего надзирателя, это, если что, был Оби-Ван Кеноби.
   — Сволочь...
   — Согласен. Но самое интересное дальше. Когда стало понятно, что я для джедаев потерян, они перешли к запасному плану.
   — Какому именно?.. Подожди... Ты хочешь сказать, что тот тип прибыл за мной?
   — Именно, чтобы отвезти тебя куда надо и воспитать в «идеалах света», дабы получившийся болванчик спокойно зарезал своих родственников, «во имя равновесия», банта пуду! Хорошо хоть, что что-то вырвать из рук Бейла, как и любого аристократа, очень трудно.
   — Я никуда не поеду! Я не безмозглая кукла, которой могут вертеть как угодно!
   — Дитя, тебе все равно придется отправиться со мной. Но сначала я покараю твоего брата, так неосмотрительно поддавшегося, как и его отец, Тьме и впустившего ее в свою душу. — Раздался голос нового посетителя. Он был в накидке с капюшоном, полностью его скрывавшей.
   — Здравствуйте, магистр. Вижу, что слухи о вашей смерти оказались несколько преувеличены, хотя, если откровенно, я бы не расстроился, если бы они оказались правдивы, — отозвался Люк, мягким движением задвинувший сестру за спину.
  Глава 9
   — Можешь не трудиться, упражняясь в остроумии. С вами, сторонниками зла, возможен только один разговор, — неизвестный сделал шаг вперед, сбрасывая капюшон накидки. — Тебя считали тем, кто сможет исправить вред, нанесенный твоим отцом, но дурная кровь оказалась сильнее, и ты пал.
   — А зачем тогда вам я? — выглянула из-за плеча брата Лея. — Если, как вы говорите, дурная кровь, то у меня она ничем не отличается, точно такая же. И честно говоря, узнав кое-что, я начинаю сомневаться в том, что джедаи такие уж и безупречные рыцари.
   — Тебя еще не коснулась Тьма, а значит, тебя еще возможно правильно воспитать.
   — Угу, знаю я, как вы перевоспитываете, как Ревана. Вот только с ним вам обломилось, он сумел вспомнить все. Со мной это проделать вы опасаетесь, все же темная сторона действительно оставляет свой отпечаток, и это навсегда. Поэтому вам так нужна Лея. Ну что ж, попробуй возьми.
   Одновременно со словами Люк передал сестре свою сумку, в которой лежал акустический пистолет, такой же, как и у замершей на своих местах группы. Что же с ними сделал Винду? Силовой паралич? На пятерых одновременно? Действительно, магистром он стал по праву. Тем лучше будет бой и весомее победа, если получится выжить, конечно.
   В ответ на слова Люка в руку Винду скользнул сейбер, и он одним прыжком атаковал подростка. Люк попытался среагировать, но скорость одного из сильнейших бойцов ордена джедаев была слишком велика для привыкшего к тускенам подростка. Он уже понимал, что светящийся клинок сейбера перечеркнет его от правого подреберья к левому плечу и все будет кончено. Было видно это понимание и на искаженном ненавистью лице Винду.
   Но вмешался неучтенный обеими бойцами фактор — Лея. Она тоже все поняла или, вернее, почувствовала и решила вмешаться. Переполненная страхом за брата и болью из-за оказавшегося предателем и соучастником убийства матери Бейла Органы. Назвать его своим отцом она теперь не могла, очень уж хорошо все увидела в видении. И теперь какой-то джедай, подручный убийцы — гранд-магистра, решил присвоить себе право решать за нее и распоряжаться ее жизнью? А не пойти ли им всем в известное место? С нее хватило сестер Органы, которые так старательно хотели ее переделать, как им нравится.
   Она не видела, как гримаса исказила ее лицо, верхняя губа приподнялась, обнажая зубы, а глаза начали менять свой карий цвет на желтизну, начинающую отливать раскаленным металлом. Бросив сумку на стол, Лея вскинула руки на уровень груди и вложила весь свой страх и боль в желание убить самоуверенного джедая. Из ее рук вырвалась темная полоса, отдаленно напоминающая копье, и ударила уже наносящего удар магистра в бок, отбрасывая от брата. Лишь кончик меча мазнул по Люку.
   Винду отлетел в сторону, ударился об стену и мгновенно вскочил, разворачиваясь к новой опасности. Вот только это было единственное, что он успел, тут же получив прямо в лицо заряд акустического пистолета, установленного на оглушение. Спустя пару мгновений ему добавили освобожденные от невидимых пут коммандос. От этого бывшего магистра снова отбросило на стену, и он упал на колено. Стрелки замерли, немного опустив оружие, и тут распрямившийся джедай показал, что недаром во все времена форсъюзеров боялись и старались не сталкиваться с ними. По помещению пронеслась невидимая волна, снося мебель и людей, откидывая все это на стены. Коммандос разлетелись как пух, упав сломанными куклами после ударов об стены. После такого удара о них можно было забыть как о бойцах — несмотря на бронежилеты скрытого ношения, у них совершенно точно были переломы, контузии и обширные ушибы.
   Лею прикрыл от телекинетической волны Люк, вставший с зажженным сейбером перед ней. На груди и животе у него был виден ожог от меча Винду, но судя по его движениям, ожог был неглубоким и скорее болезненным, чем опасным. Глаза, светящиеся расплавленным золотом, обвели взглядом разгромленное кафе, в надежде найти что-нибудь, что поможет в схватке с таким опаснейшим врагом, как магистр Винду. Увидев разбитый здоровенный аквариум и развороченный декоративный фонтан, вода из которых заливала пол как раз со стороны джедая, Люк раздвинул губы в не предвещающей ничего хорошего ухмылке.
   - Нечего радоваться, темное отродье, вам отсюда не уйти, и ваших прислужников больше тут нет, - отреагировал на ухмылку Винду. — Все же я оказался прав с дурной кровью — вы от рождения подвержены Тьме, а значит, должны пасть, как и все проклятые ситхи. Сдавайтесь, и я обещаю вам быструю смерть.
   — А как же слова, что джедаи благородные рыцари и сторонники добра и справедливости? — спросила Лея, уже переключившая пистолет в боевой режим. — Мы ведь только защищались в ответ на вашу агрессию, к тому же мы еще только подростки.
   — Отродья Тьмы должны быть искоренены, и не важно, под чьим обличьем они скрываются.
   — То есть иными словами, джедаи ничем не отличаются от ситхов, разве что большим лицемерием. Ситхи хоть откровенно говорят. Впрочем, не будем об этом, лучше вспомните, магистр, вот это, — на руке Люка заплясали разряды молний.
   — Не пытайся меня напугать, ты далеко не Дарт Сидиус, да и я многое изучил, чтобы бороться с...
   — Да, да, мы уже слышали — отродья Тьмы. Посмотрим, как вы выучили... физику!
   С левой руки подростка сорвался мощный разряд, впрочем, не достигший джедая. В то же время с правой, выпустившей выключенный сейбер, сорвался намного более мощный разряд, державшийся секунд пять, но направленный в воду, покрывавшую пол под ногами Винду. Не успел джедай упасть даже на колени, как ему в лицо вонзился выстрел из пистолета Леи, опрокидывая его навзничь. Девушка хотела добавить еще, как от лежащих коммандос прилетели два продолговатых предмета, увидев которые, Люк изменился в лице и, схватив сестру в охапку, одним прыжком выскочил через окно, высадив его телекинетическим ударом. Оказавшись снаружи, он еще одним прыжком метнулся в сторону, выходя из створа окна и удаляясь еще дальше.
   За спиной раздались два хлопка и потянуло просто оглушающим холодом — коммандос воспользовались последним шансом достать врага и не колеблясь разменяли свои жизни, применив криогранаты. Выделявшие вещество, практически мгновенно поглощавшее огромное количество тепла и охлаждающее предметы в зоне действия до очень низких температур, эти гранаты первоначально проектировались для применения на пожарах, поэтому имели огромный, для ручных гранат, радиус поражения в 40 метров. Поражения, наносимые этими гранатами, были весьма серьезны и даже в случае выживания жертвы без срочной медпомощи с применением бакты она могла остаться калекой. По причине огромного поражаемого пространства с практически равномерным поражением эти гранаты частенько применялись и против форсъюзеров, с не самыми плохими результатами. Все же коммандос не пропустили мимо ушей предупреждения Люка.
   Вот только в случае с такими монстрами, как Винду или равными ему по возможностям форсъюзерами, эти гранаты ничего не гарантировали. Коммандос знали об этом, поэтому Люк даже не удивился, услышав хлопки от оставленной возле входа в кафе машины — водитель, несколько помятый, но целый, разряжал барабан револьверного гранатомета внутрь кафе. Судя по вспышкам, обходиться полумерами коммандос не привыкли — гранаты были плазменными, превращавшими пространство внутри разгромленного кафе в натуральный огненный ад.
   — Уходите на машине в промежуточную точку, быстро! — среагировал на появление подростков водитель, роняя разряженный гранатомет и подхватывая другой, вроде как микро-гранатомет MGL-1, если Люк успел правильно рассмотреть, ныряя в машину.
   Не успела Лея еще захлопнуть дверцу, как Люк дал по газам и очень вовремя — последний коммандос просто отлетел в стену, а откуда-то с крыши здания кафе спрыгнул Винду. Вид у джедая был потрепанный, приличный кусок скальпа отсутствовал, и кровь заливала лицо, протез кисти судорожно сжимался, явно без контроля хозяина, по причине повреждений. Но магистр все еще был в строю и мог продолжать бой, шансов выиграть который у подростков не было.
   Поэтому Люк, выжимая все возможное из машины и откровенно наплевав на правила движения, гнал машину на промежуточную точку, где их ждали спидербайки, способные передвигаться по городу еще быстрее. На навигаторе горел маршрут, и подросток его старательно соблюдал — помимо того, что маршрут составляли люди, знающие город намного лучше него, по маршрутам были выставлены отсечные группы, призванные задержать или вообще остановить преследование. В случае с Винду можно было надеяться на задержку, которой должно было хватить на то, чтобы впрыгнуть в истребитель и стартовать подальше отсюда.
   Лея деловито шуршала в бардачке и довольно хмыкнула, найдя нужное.
   — Можешь убрать правую руку с управления? Надо обработать твой ожог.
   — Может потом, сейчас как-то не вовремя, не находишь?
   — Чистить тебе будут уже в спокойной обстановке, а хочу только специальным гелем обработать, чтоб никакая гадость не попала. И нет, я не отстану.
   — Ладно, давай, только быстро и не мешай мне, — обреченно вздохнул Люк, пока Лея покрывала ожог специальным гелем, на воздухе превращающимся в эластичную пленку, заменяющую антибактериальную повязку.
   Дернувшись, когда Лея отодрала рубашку, приварившуюся к краю раны, Люк досадливо прошипел:
   — Какая сволочь этот Винду — в довершение всех неприятностей еще и рубашку мне испортил.
   — Тут людей убили, а ты за тряпку переживаешь?! Можно подумать, что ты не сможешь другую купить?!
   — За своих людей я еще отомщу, это не обсуждается. А погибли они из-за нашей отсутствующей подготовки, твоей и моей. Не знаю как ты, а сдохну, но выйду на уровень, когда смогу сам порвать этого черножопого урода голыми руками.
   А рубашка... Просто на Татуине мы жили скромно, нет, всего вроде хватало, но чего-то лишнего позволить не могли. Там многие так живут.
   — Вот как... А с кем ты жил?
   — Со сводным братом отца — Оуэном Ларсом и его женой Беру.
   — А где они сейчас?
   — Их убили. Тускены. А тускенов убил я. — Лея сочувственно положила руку на плечо брата. — И Винду убью точно так же.
   Сзади раздался грохот взрыва.
   — Вспомни дерьмо, и оно тут же будет рядом, — скривился Люк.
   — Что там, я не успела рассмотреть.
   — Винду спешили. Надеюсь, он не будет отвлекаться на отсечную группу, а будет искать транспорт, — сзади раздались новые взрывы. - Черт, они его отвлекают на себя, он же их перебьет! Да еще посторонние пострадают, там же лупят чем-то тяжелым.
   — Давай быстрее, чем мы быстрее сбежим, тем меньше будет длиться это безумие. Подумать только, а я еще верила в сказки про джедаев...
   — Большая часть примерно похожа на эти рассказы. Вот только такие плюнули на всю борьбу светлой и темной сторон и просто живут, правда, под присмотром Инквизитория. Остались только фанатики или любители власти, по различным причинам не попавшие в Инквизиторий.
   — А разве?
   — А откуда набрали инквизиторов? Из павших джедаев, война клонов предоставила широкие возможности для падения. Выпускать без контроля таких зверей было нельзя, вот их и согнали в Инквизиторий, где они под контролем. Кстати, следи теперь за собой, ты тоже коснулась темной стороны, а она известна своим влиянием на эмоции.
   — Ты хочешь сказать, что я...
   — Нет, но держать себя в узде надо еще тщательнее. Я от природы уравновешенный, но после падения вспышки ярости и повышенная раздражительность появились.
   — А я вспыльчивая, сколько раз за это попадало...
   — Следи за собой, ты должна управлять эмоциями, а не они тобой.
   — Я постараюсь...
   — Не раскисай, я буду рядом, — сжал плечо сестры Люк. — Приготовься, сейчас будет стоянка, на седлах должны быть шлемы. Надеваем и делаем ноги, дальше нас ждут истребители.
   — Я не умею летать, мне не разрешали.
   — Не бойся, для нас двухместный приготовлен.
   Машина вылетела на стоянку и замерла. Подростки ту же выскочили и бросились к стоящим в углу спидербайкам. Но там обнаружились неожиданные проблемы. Банда байкеров копалась около байков, пытаясь взломать бортовые компьютеры машин.
   — О, а вот и хозяева пожаловали, — осклабился главарь. — Но деточкам рано ездить на таких красавцах, поэтому детишки отдадут нам коды, не так ли?
   — А если нет? — прищурился Люк.
   — А если нет, — ощерился главарь и достал вибронож. — Мы переломаем тебе руки-ноги, твою подружку пустим по кругу, потом нарежем из нее ремней, а потом и до тебя дойдет очередь.
   — Попробуй, — ветвистый разряд выгнул суицидника, а когда он упал, Люк ударил его в висок с отчетливым хрустом. Главарь пару раз дернулся и обмяк, из под него показалась вонючая лужа.
   — Да ты охренел, малой, наших мочить, — направились к Люку двое громил. Впрочем, почти сразу же они упали, забрызгав дружков своими мозгами — акустический пистолет на боевом режиме — не самое аккуратное оружие, и теперь дуло пистолета в твердых руках Леи уверенно смотрело на остальных.
   — Кто-то еще не понял? — зажигая сейбер, спросил Люк.
   Вместо ответа байкеры буквально испарились. Подростки, не тратя лишнего времени, кинулись к байку и, надев шлемы, тут же вылетели со стоянки.
   Недолгая гонка — и байк вылетел на небольшую взлетную площадку на окраине города. Взлетать с нее могли только легкие космолеты, вроде истребителей, поэтому группа истребителей «Дельта-7» с одной «Дельта-12» не выбивалась из общего вида. Подлетев к истребителям, Люк сбросил с коммуникатора коды доступа, а сами истребители астродроиды держали готовыми к взлету. Семерки должны были теперь идти в беспилотном режиме, а на двенадцатой дельте поднялся вверх блистер кабины.
   — Давай залезай назад, — подтолкнул сестру Люк. — У нас мало времени.
   Действительно, стоило только истребителям оторваться от площадки, как на нее влетела помятая машина и из нее выскочил Винду. Но было уже поздно — истребители набирали высоту. Впрочем, легкой жизни никто не обещал — джедай кинулся к диспетчерской, явно чтобы сообщить Органе, а тот мог поднять на уши ПКО планеты и полицейские силы. Поэтому следовало уходить немедленно.
  Примечание к части
   Писалась под эти две песни https://www.youtube.com/watch?v=sNGvtBwragU и https://www.youtube.com/watch?v=TSNSdcnBnYA
  Глава 10
   Люк связался с шатлом:
   — Сообщите на корабли, пусть выходят в точку встречи и готовятся принять нас.
   — Где остальные?
   — Их не будет, нарвались на джедая. Он их положил, но я смог оторваться.
   — А что с задачей?
   — Выполнена.
   — Нам взлетать?
   — Не знаю, мне не хватает опыта, решайте сами.
   — Тогда мы встретим вас на орбите.
   — Хорошо. Вы ведь на связи с наземными группами, там ПКО на уши еще не подняли?
   — Пока нет. Но задерживаться не стоит.
   — Понял, до встречи.
   Откинувшись на спинку кресла, Люк пробежал глазами по приборам — они были расположены так же, как там, в видениях. Все было в порядке, но его все больше беспокоила безоружность их истребителя. Похоже, давала знать о себе интуиция, а к ней стоило прислушаться. В этот момент сзади завозилась Лея.
   — Что это за сверток здесь лежит?
   — Это плащ-убежище для кратковременного пребывания в космосе.
   — Это еще зачем?!
   — На всякий случай, вдруг ближе всего окажется крейсер или фрегат, а у них ангара нет, только стыковочные узлы имперского стандарта, да и то не у всех.
   — И причем здесь эти плащи?
   — Так подойдем поближе и катапультируемся, а нас поймают.
   — Ты в этом уверен?
   — Уж это они делать умеют, имперский флот проводит столько спасательных операций и учений на эту тему, что не уметь такое трудно.
   — Похоже, ты много знаешь про флот... Мечтал о космосе?
   — Конечно. На Татуине я сидел на ферме посреди песков, поездка в город уже была событием. Дяде такая жизнь нравилась, а мне нет. Каждому свое. Похоже, он тоже это понимал, раз не мешал мне отрываться на спидере среди каньонов с другими ребятами с соседних ферм.
   — Это же было опасно!
   — Конечно, иначе не интересно. Еще мы на спор стреляли песчанок, гоняя на полной скорости. Я выигрывал.
   — Еще бы, ты ведь одаренный.
   — Если у тебя есть преимущество — используй! На Татуине быстро это понимаешь. Слушай, а что мы все обо мне, может, про себя расскажешь? Нам еще минут пять из атмосферы выходить, давай.
   — Может, быстрее попробуем?
   — Во-первых, сейчас мы идем по полетному заданию, выданному компьютером центральной диспетчерской, а значит, являемся одними из тысяч малых кораблей, отследить нас непросто. Тем более что наши учетные данные, которые транслируются в ответ на запрос, отличаются от тех, под которыми нас ведет диспетчерская. Для селекции надо переходить в боевой режим, а это планетарная тревога, ее за пять минут не объявишь и аппаратуру не переведешь. А за это время мы уже будем в космосе. Пятнадцать минут на форсаже — и мы в точке встречи. А во-вторых, не пытайся перевести тему, рассказывай.
   — Упорный... Ладно, хотя и рассказывать-то нечего, обычное воспитание ребенка из аристократии, когда у тебя остается времени просто посидеть или побегать в свое удовольствие хорошо если пара часов.
   — А остальное время?
   — А остальное время — это или уроки, или выполнение заданий преподавателей.
   — Мда, в таком разрезе Татуин начинает казаться весьма неплохим вариантом, даже ностальгия и тоска по родине начинают просыпаться.
   — С чего бы это?
   — А ты подумай.
   — А ты скажи, если такой умный.
   — Наш отец Главком имперского флота, что уже делает его одним из высших лиц в государстве, но это малая часть реального положения.
   — Что ты хочешь сказать?
   — Что ты знаешь про Императора?
   — А при чем здесь он? Ладно... Значит так — уроженец Набу, из старой аристократической семьи, вся семья погибла в различных происшествиях, но он абсолютно точно непричастен. Был сенатором от сектора Чоммел, пока не стал канцлером. Во время войны клонов сумел привлечь на свою сторону ситхов, с помощью которых провел переворот, провозгласив Империю. Очень умный и расчетливый политик, не чурающийся жестких решений. Это главное, остальное мусор или я просто не знаю. Зачем ты про это спрашиваешь?
   — Просто чтобы знать, что тебе рассказывать, чтобы не повторять известное. Значит, Органа тебе пока не рассказывал...
   — Что именно, мне это не нравится.
   — Понравится еще меньше. Ладно, как я уже говорил, нашего отца звали Энакин Скайуокер, именно под этим именем он обвенчался с мамой на Набу, так что убей любую аристократическую тварь, которая скажет, что мы бастарды, ведь...
   — Подожди, тот самый Энакин Скайуокер??? Один из лучших рыцарей-джедаев той войны?! Как он стал ситхом?!
   — Ему стали являться видения о смерти мамы, доводя его до отчаяния, и когда ему предложил помощь старый друг...
   — Постой, старый друг... Ты хочешь сказать, что...
   — Да, Император Палпатин еще является Владыкой ситхов Дартом Сидиусом, учителем нашего отца. Теперь ты понимаешь реальное положение отца в государстве, а значит и наше.
   — Но он же вырезал весь Храм, юнлингов. Как можно довериться такому чудовищу?
   — А откуда ты это знаешь? У тебя были отчеты? Все дело с Храмом максимально задавили, а те, кто знает, болтать с журналистами не собираются.
   — Можно подумать, ты знаешь и видел эти отчеты. Да и маму не защитил этот ситх.
   — Начнем с того, что да, видел. Отец дал мне все материалы, которые у него были по следствию о смерти нашей мамы и о тех делах вообще, чтобы я представлял, как было на самом деле и не верил в ложь джедаев и им сочувствующих.
   — Ты дашь мне эти материалы.
   — Конечно, а как иначе. Пока перескажу кратко, время-то есть.
   — Я слушаю.
   — Начнем с того, что никто поголовно не вырезал Храм. Просто после нападения четверки джедаев во главе с магистром Винду — именно там он лишился руки, ему ее отец отрубил. Представляешь, этот идиот помчался арестовывать, а на самом деле убивать при задержании главу государства в период действия чрезвычайного положения, не получив одобрения даже части сенаторов. Это при том, что все обвинение строилось на одном — канцлер, видите ли, ситх! Вот только в законе сказано исключительно про джедаев, другим форсъюзерам канцлерами становиться можно.
   В общем, получив такой козырь, Палпатин, конечно же, не замедлил его использовать. На штурм Храма, как говорилось в приказе, «Для обеспечения следственных действий и недопущения государственного переворота» был брошен отцовский 501-й легион и некоторые столичные части. Уничтожали только тех, кто пытался сопротивляться, не обращая внимания на возраст и статус. Таких было меньшинство, большая часть, узнав об обвинениях, сдалась. Впрочем, в Храме на тот момент оставались только юнлинги, их воспитатели и технические подразделения.
   — А почему все уверены, что там вырезали всех джедаев в Храме, а потом и остальных по всей Галактике?
   — А потому, что после разгрома корускантского Храма Дарт Сидиус разослал всем филиалам джедаев ультиматум: против самих одаренных, если они не будут вредить государству и лично ему, он ничего против не имеет, но орден джедаев должен исчезнуть. Все те, кому эти заморочки с Кодексом и подчинением Совету надоели, ушли. Ну, а самых упертых и фанатичных зачистил наш отец.
   — Как же так?! Он ведь получил такие ужасные ранения и, не успев вылечиться, был послан на боевые миссии?
   — Темная сторона позволяет черпать силу не только в чужих боли и страданиях, но и в своих. Во втором случае получается даже эффективнее.
   А насчет ран отца — он сам, подсознательно, не дает им зажить. Вся проблема в том, что он считает себя виновным в смерти мамы. Нет, он действительно сорвался и начал ее душить, но практически мгновенно одумался, а чтобы Кеноби ничего не заподозрил — просто прижал артерию, усыпляя ее.
   — Но откуда он тогда взял, что виновен?
   — Джедаи слепили отчет, что смерть произошла вследствие отравления и ожога дыхательных путей. Что интересно и весьма красноречиво характеризует высокую мораль джедаев и Органы — по документам мы не рождались.
   — Но ведь это надо было как-то замаскировать, как они это сделали?
   — Согласно отчету оперативников ИСБ, которые проверили сканером гробницу мамы и ее гроб — дети действительно не родились и находятся внутри тела.
   — Но ведь это же...
   — Не знаю, вряд ли искали каких-то детей или что-то в этом духе. На Полис-Массе умеют клонировать, так что...
   — Все равно это низко, как они могли издеваться над ее телом?!
   — Как, как... Таак, мне это не нравится, проверь ремни!
   — В чем дело?
   — Один из грузовиков на парковочной орбите, типа «Путник», изменил траекторию и открыл люки грузового отсека.
   — И чем это нам грозит?
   — Смотри сама.
   Из открытых люков здоровенного, больше самого корабля, грузового отсека-контейнера медленно и аккуратно вылетали истребители.
   — Они точно такие же, как и наши ведомые, — озвучила очевидное Лея.
   — Такие же, да не очень — за управлением джедаи. И это очень плохо!
   — Как ты это определил?
   — Подожди! Эй, на шаттле, вы далеко?
   — Наш нынешний позывной — Шмель. Учить надо было таблицу позывных перед операцией.
   — Да мне пофиг, какой у вас позывной — у нас гости!
   — И че ты так орешь? Идем к тебе, будем через три минуты. К тому же у тебя шесть боевых «Дельт» в эскорте? Чего волноваться?
   —А еще мне в лоб прут четыре «Дельты» и пара «Эта-2». И что характерно — за управлением там джедаи. Ну как, есть повод для волнения? Им до меня две минуты.
   — Вот дерьмо! Жди, раньше не успеем, но на корабли передадим, может, подойдут ближе.
   — Хоть что-то. Постараюсь покрутиться и уж извините, но как отвлечете их, я сразу сдерну подальше.
   — Все в порядке, ты на этом корыте только драпать и сможешь. Конец связи.
   — Конец связи.
   — Люк, если можешь, то объяснишь, как ты понял, что там джедаи?
   — Ммм, наверное лучше так, вдруг и у тебя получится. Закрой глаза и постарайся почувствовать окружающее пространство, источники энергии. Как начнешь что-то чувствовать — приоткрывай глаза и попытайся совместить с тем, что видишь глазами.
   В ответ тишина, нарушаемая старательным сопением бессознательно корчившей рожицы Леи. Люк с удовольствием посмеялся про себя, наблюдая через зеркало за лицом сестры. Не забывал он и посматривать на приближающихся врагов.
   — Есть! У меня получилось! За управлением тех истребителей действительно одаренные, только их спектр отличается от твоего и моего.
   — Молодец, все правильно поняла. Там джедаи с высветленными до хрустящей белизны мозгами. А теперь держись!
   «Дельта» крутанулась в немыслимом гибриде бочки и штопора, выходя из-под атаки ионных пушек «Эт». Четверка джедайских семерок с легкостью срубила четверых же семерок под управлением астродроидов, отделавшись парой подпалин на обшивке. Две оставшиеся семерки из эскорта ненадолго пережили своих товарок — их разнесли мгновенно сориентировавшиеся «Эты».
   — Ааа, уроды! Какого хатта к нам-то привязались?! — заорал Люк, выкручивая машину в каскадах головоломных фигур.
   Тяжеловатая «Дельта-12» крутилась легким перышком в хаотичных и порой нелогичных сочетаниях маневров и пока оставалась невредимой. Ну почти, пара подпалин обшивки не в счет. Но было заметно, что Люку очень нелегко дается предвидение выстрелов врага и маневрирование. Опытный форсъюзер справился бы. Справился бы и Люк, если у него было бы чуть больше опыта, ведь он летал так же, как и дышал. Но сейчас, фактически в первом полете в реальности, да еще против опытных пилотов-джедаев, шансов почти не было.
   Видела это и Лея, которая, закусив губу, лихорадочно размышляла, как бы помочь брату. Решившись, она улучила момент и, расстегнув ремни, протиснула руку мимо спинки кресла и положила ее Люку на плечо, ближе к шее. Вцепившись второй в спинку и не обращая внимания на довольно болезненные удары об боковые пульты, Лея сосредоточилась на желании помочь Люку выиграть этот бой. И это помогло!
   Теперь выстрелы проходили чуть дальше и их истребитель медленно, но верно выпутывался из паутины, которую плели вокруг него джедаи, все чаще и чаще подставляя их на пути товарища и тем самым заставляя сменить траекторию. Если бы у них была вооруженная машина, то как минимум пара противников вынуждены были бы выйти из боя, ковыляя к своему носителю, а то и вообще взорвались бы.
   Таким образом установилось равновесие — джедаи не могут попасть по истребителю Скайуокеров, а те не могут оторваться от джедаев. Правда, длилось это недолго, ровно до того момента, как в эту карусель не вломились с грацией пьяного ранкора пилоты Черной эскадрильи на шаттле. И они наглядно показали, что в этой эскадрилье летают лучшие асы имперского флота. Первым же залпом курсового вооружения они снесли одну из «Дельт», закувыркавшуюся куском безжизненного металла. А попытавшаяся зайти в хвост «Эта» получила очередь из хвостовой турели и теперь, потеряв одну из радиаторных панелей, ковыляла в сторону, с трудом удерживаемая пилотом от неуправляемых кульбитов.
   Но джедаи тоже были крепкими орешками, и на «Лямбду» обрушился град выстрелов, начиная понемногу просаживать щит. Правда, на пробивание щита шаттла должно было потребоваться столько времени, что Скайуокеры имели реальные шансы ускользнуть. Поняв это, джедаи показали, что в группу для вывоза Леи набрали настоящих фанатиков — одна из «дельт» просто протаранила шаттл и взорвалась, разнося несчастную «Лямбду» на куски. Когда погас шар плазмы и газов, то можно было различить кабину шаттла, помятую, но все еще целую. Если вспомнить про привычку имперских истребителей идти в бой в скафандрах, то шансы выжить у пилотов были довольно неплохие.
   Тем временем уцелевшие истребители джедаев бросились за ускользающей целью. Ситуацию осложняло то, что от планеты шло несколько эскадрилий полицейских истребителей, а из пространства выдвигались трое фрахтовиков. Это были типичные корабли контрабандистов и торговцев фронтира — достаточно скоростные, чтобы не дать истребителям с легкостью их перехватить, и достаточно вооруженные и защищенные, чтобы в случае перехвата серьезно попортить обшивку истребителей. И именно такие корабли, которым вообще-то нечего делать на орбитах возле Альдераана, ложились на курс перехвата.
   — Черт, где же флот?! — прорычал Люк. — Еще немного — и они появятся только к тому моменту, когда нас поджарят.
   Опровергая его слова, из прыжка вывалилась туша «Гладиатора»,* тут же раскрывшая ангар и выплюнувшая в пространство все, что могло пригодиться в космическом бою. От истребителей и бомбардировщиков до шаттлов и штурмовых челноков. В этот момент ожила ПКО Алдераана и на небольшой патрульный разрушитель обрушилось море огня. Работа стационарного ПКО быстро прекратилась, но «Гладиатору» хватило и этого: получивший несколько попаданий из ионных пушек корабль беспомощно дрейфовал, дымя несколькими крупными пробоинами. Тем временем выпущенная авиагруппа, разделившись надвое, пошла к своим целям. Пара штурмовых челноков пошла к подходящим полицейским истребителям, так и не изменившим курс, несмотря на транслируемые имперские позывные. Люк опасливо поежился — если эти придурки не свернут, то штурмовые «Дельты» просто размажут их по пространству, ведь огневая мощь этих абордажников просто поражала. А закрутить неповоротливые челноки не дадут истребители прикрытия.
   В сторону фрахтовиков шла полуэскадрилья бомбардировщиков, прикрываемая четверкой «Лямбд».
   Ну а к играющим в догонялки Скайуокерам и джедаям шли четыре звена истребителей.
   — Похоже, мы выпутаемся, — постарался подбодрить сестру Люк.
   — Пока не вижу.
   — Скайуокер, идите к «Гладиатору», — вышел на связь новый голос.
   — Зачем? У них и так проблем хватает.
   — Выполнять! Мы прикроемся его корпусом и подберем вас.
   — Понял, выполняю.
   Люк изменил курс и помчался к туше разрушителя, выжимая все возможное из двигателей. Когда он приблизился к поврежденному кораблю, неподалеку вышел из прыжка легкий крейсер «Каррак» и начал быстро сближаться с разрушителем, занимая позицию за его корпусом.
   Потрепанная «Дельта» уже почти дошла к крейсеру, когда вынырнувшая из-за корпуса «Гладиатора» та самая, подбитая «Лямбдой», «Эта» всадила в многострадальный истребитель залп ионных пушек. Это было единственным ее успехом, поскольку в следующее мгновение ее буквально испарило огнем скорострельных пушек крейсера. Но Люку от это было не легче — истребитель сдох, причем сдох полностью, от управления до системы жизнеобеспечения. Хорошо хоть коммуникатор не вышел из строя, и Люк заорал в него:
   — Быстро подтаскивайте нас к любому шлюзу! У нас сдохла СЖО и осталось не более минуты!
   — Мы не успеем кинуть рукав для стыковки!
   — Просто откройте створки и включите поле, а я сброшу фонарь, и мы прыгнем!
   — Без скафандра?!
   — Без, это реально, только надо держать это корыто поближе к шлюзу!
   — Выполняем, готовьтесь. И да — у вас бескаровые яйца!
   — Лея, — повернулся к сестре Люк. — Сейчас нам придется прыгать через вакуум без ничего. Успокойся, это реально и у нас есть целых двенадцать секунд до отключки. Просто оттолкнись, прицелившись в шлюз, а я тебя, если надо будет, поправлю телекинезом. Главное не задерживать дыхание, а сразу выдохнуть, понятно?
   — А может плащи?
   — А сколько нас будут ловить? Причем во время боя? Нет, так безопаснее, как это ни странно. Готова?
   — Не знаю. Вот только у нас нет другого варианта? Значит сделаем это!
   — Молодец, готовься.
   После пары рывков истребитель замер меньше чем в десяти метрах от раскрытого проема шлюза, отделенного от космоса только дрожащей завесой поля, удерживающего атмосферу. За ней виднелась встречающая команда, среди которой угадывались суетящиеся медики.
   — Эй, на корыте, вы готовы сделать это безумие?
   — Ждите, через десять секунд. Лея, приготовься. Пять, четыре, три, два, один, начали!
   Хлопок пиропатронов, хлопок уходящего воздуха и странное ощущение в груди от покидающего ее воздуха — и Люка окутала ТИШИНА. Зрение начало мутнеть, но его хватило, чтобы увидеть, как Лея, оттолкнувшись, плывет к шлюзу. Он оттолкнулся сразу за ней. Никаких корректировок не потребовалось, Лея успешно продавила поле и ввалилась в шлюз. К ней тут же кинулись встречающие, и так получилось, что Люк наткнулся на одного из них. Он бы тут же вылетел обратно, но один пехотинцев цепко ухватил его за руку и перекинул дальше по коридору. Створки шлюза с лязгом сомкнулись, и почувствовалось, что корабль начал разворот.
   Люк и Лея в этот момент пытались продышаться, душимые кашлем. Их подхватили и понесли вглубь корабля. Немного отдышавшись Люк сразу же прокаркал:
   — В радиорубку, быстро.
   — Вас приказано доставить в медблок, такой фокус как ваш, чреват повреждениями легких.
   — К хатту! Кровью не харкаю, значит медики подождут, мне надо связаться с главкомом.
   — А допуск есть?
   Идентификационная карта с карт-бланшем и правом переводить в свое подчинение сказала свое веское слово, и Люка повели в радиорубку. Лея, сверкнув глазами на медиков, поспешила за братом.
  
  
   *Это название типа, а не самого корабля.
  Глава 11
   Зайдя в радиорубку, Люк попытался тут же отдать приказ о связи с кораблем отца, но его перехватил капитан:
   — Мне доложили, что вы берете мой корабль под командование? — скепсис, пренебрежение к «золотой молодежи» и искренняя, но хорошо скрываемая обида были слышны в голосе подтянутого офицера.
   — Тот, кто вам это доложил, — полный кретин и дегенерат, поскольку ваш корабль переходит ко мне в подчинение. Так же, как и все остальные корабли имперского флота возле планеты. Во всяком случае до тех пор, пока главком не отдаст других приказов. Я понятно объяснил? — устало ответил Люк — уже начался откат после напряжения в бою, и его откровенно трясло от озноба. Лея тоже уже была заметно бледной и тщетно пыталась скрыть дрожь.
   — Может, вам все же в медотсек? Выглядите вы откровенно паршиво, как и леди, — предложил успокоившийся капитан.
   — Некогда, необходимо срочно доложить от... главкому. Хотя какое-нибудь одеяло или куртку было бы неплохо. В первую очередь сестре, ей скоро совсем плохо будет.
   — Что с вами? — снова напрягся капитан. — Вы больны или ранены?
   — Отходняк после боя, у сестры он вообще первый. К тому же мы оба форсъюзеры, и при слабых навыках приходится расплачиваться неприятными ощущениями после каждого боя. Нам с главкомом дадут связь или нет? — позволил себе раздражение Люк, хотя все еще бушующая в нем Сила откровенно звала вырвать сердце такому нерасторопному и надоедливому офицеру. Судя по уменьшившейся дрожи Леи и снова засиявшим глазам, она испытывала примерно те же желания. — Это в ваших интересах, поскольку я не буду покрывать вашу нерасторопность или нерасторопность ваших подчиненных при ответе на вопрос главкома о задержке с докладом.
   — Хорошо. Начать сеанс связи. Где ситхи носят стюарда? Где там одеяла для наших гостей? — капитан решил не конфликтовать с этими странными подростками, имеющими такие непростые документы и так настойчиво рвущимися пообщаться с главкомом. Да и их слова об одаренности, уж не молодая ли поросль Инквизитория? Вот свезло так свезло.
   Между тем связисты наконец смогли наладить связь с кораблем Вейдера. По причине того, что флагман главкома шел в гиперпрыжке и использовалась зашифровывающая аппаратура, связь была только в аудиоканале.
   — Пройдите в отсек для секретных переговоров, — повернулся к Люку один из связистов.
   — Хорошо. Лея, пойдем.
   — Хорошо, — когда они вошли в маленький отсек, Лея сжала руку брата. — Мне страшно.
   — Не бойся, он наш отец. Поэтому ты скоро увидишь ту сторону Вейдера, которую никто не видел, с тех пор как исчез Энакин Скайуокер. И только от нас зависит, кем он будет. Понимаешь?
   — Да... — Лея нервно сглотнула. — Но все равно страшно — впереди все такое неизвестное и смутное.
   — Мы вместе, а значит, на все плевать. Ну что, связываемся? — поглядывая на горящий индикатор вызова, спросил Люк.
   Глубоко вздохнув, Лея нажала на клавишу, активируя связь.
   — Люк, ты здесь? — тут же послышался голос Вейдера, и, в отличие от привычного для всех, сейчас его голос отлично выражал чувства — ситх явно беспокоился за сына.
   — Да, отец, я здесь. Рядом со мной Лея — у меня получилось.
   Последовало долгое молчание, которое нарушил неуверенный голос Леи:
   — Вы... Вы недовольны, что я присутствую при этом разговоре, и предпочли бы говорить только с Люком?
   — Не говори чушь! — громыхнул голос Вейдера. — Ты моя дочь, и я не могу и не хочу выделять кого-то из вас. Люк правильно поступил, взяв тебя на этот разговор. Просто... — голос ситха стал неуверенным. — Просто я не смог сразу подобрать слова, чтобы они не прозвучали фальшью или сладеньким сиропом.
   — Отец, ты ведь никогда не отличался талантом трепать языком, и даже от Совета вас всегда отмазывал Кеноби. Ты скоро прилетишь, и тогда Лея сама почувствует, какой ты на самом деле, — ехидно вклинился Люк.
   — Надрать бы тебе уши... — с сожалеющим вздохом отозвался Вейдер. — Хотя надо признать, ты прав — при личной встрече все выйдет гораздо лучше. Я скоро буду, эскадре осталось не более полутора суток.
   — О, насчет эскадры и сил — возле Альдераана сейчас все, кто может быстро подойти?
   — Может подойти еще пара «Квазаров» и несколько корветов и фрегатов — район и его окрестности спокойны, и присутствие больших сил флота не было необходимо. Для чего тебе дополнительные силы? — озадаченно спросил главком.
   — Для блокады планеты. Я уже приказал, пользуясь выданным тобой карт-бланшем, начать блокаду планеты всеми имеющимися силами. Но этого недостаточно — подавляющее большинство легких кораблей, включая легкие транспорты, смогут прорваться.
   — Причины? — лязгнула сталь. — Ты понимаешь все последствия такого шага?
   — Обстрел планетарной ПКО имперского военного корабля подойдет? — криво усмехнулся Люк.
   — Что??? Органа совсем сошел с ума?!
   — Думаю, на него надавили, причем личность того, кто это сделал, тебе знакома. Причем очень хорошо.
   — Перестань играться, сейчас не до шуток или легкомыслия. Запомни, сейчас решается судьба очень многих разумных, и легкомыслию здесь не место, — место растерянного отца занял главком, известный своей эффективностью и нетерпимостью к чужим разгильдяйству и некомпетентности.
   — Понял, — резко растерял все желание дурачиться подросток. — Тогда докладываю: Лею достали так, что она сбежала погулять. Агенты это засекли и доложили нам, сумев прицепить на нее жучок.
   — Да как они смели за мной следить?! — возмутилась Лея.
   — Они выполняли приказ, да и, в конечном счете, ты ведь довольна результатом? — отмахнулся Люк. Лея фыркнула фелинксом.
   — Хватит, потом поругаетесь в свое удовольствие, — недовольно сказал Вейдер.
   — Хорошо. Значит, я с сопровождающей группой коммандос нашел Лею в кафе, где она уничтожала сладкое. — Девочка молча пнула брата, мстя за ехидные интонации. — Больно же! Нет, ничего такого, отец, просто Лея...
   — Я же сказал, потом разберетесь. Дальше, — напряженным голосом, явно пытаясь сдержаться, попытался вразумить своих детей ситх.
   — Значит так, я начал разговор с Леей, а потом... Как будто кто подтолкнул, я захотел передать свои видения, но получилось что-то другое. Что именно, я не знаю, но Лея самостоятельно увидела видения. А что именно — я не знаю.
   — Лея?
   — Я видела Мустафар. Все, что там случилось. А еще... Еще я видела Полисс-Массу и все, что там произошло. И всех, кто там был. Как он мог? Он же любил маму? — Лея обхватила себя за плечи и нахохлилась.
   — Тише, — приобнял ее Люк.
   — Лея... прости, ведь именно я виноват... — сдавленным голосом начал Вейдер.
   — Ты здесь ни при чем, она все еще не может смирится с подлостью Органы, ведь Лея считала его отцом.
   Динамик донес не только скрип зубов, но и жалобный скрип сминаемого металла.
   — Отец, — словно бросившись в воду, сказала Лея. — Ты не виноват, я тоже это видела. Люк говорит, что ты до сих пор терзаешь себя виной, отпусти наконец эту боль и дай ранам зажить. Ради нас.
   — Я... Я подумаю над этим.
   — Думаю, стоит продолжать? — Люк одобрительно сжал плечо сестры.
   — Да, продолжай. И кстати, а почему мне не передали рапорт твоих сопровождающих? Они должны были уже успеть его написать, хоть черновик.
   — Они не напишут рапорт, — помрачнел Люк. — По крайне уважительной причине — они мертвы. Во всяком случае та шестерка, которая была рядом со мной. Вторая шестерка осталась на планете.
   Было слышно, как Вейдер шумно втянул в себя воздух.
   — Кто? — в спокойном голосе слышался шелест пепла, остающегося после «База-Дельта-Ноль».
   — Твой старый знакомый — магистр Ордена джедаев Мэйс Винду.
   — Этого не может быть — я сам видел, как он погиб. После молний Учителя выжить очень тяжело, а если еще добавить падение с высоты... Нет, не может быть, — удивление Вейдера можно было буквально пощупать.
   — Значит, меня чуть не убил Призрак Силы, а коммандос умерли от скоротечного насморка, — иронично хмыкнул Люк. — Это был он, точно такой же, как в видениях времен твоего падаванства. Конечно, с поправкой на прошедшее время и то, что одна кисть у него — протез. Его, между прочим, засекли еще во дворце Органы, но он скрывал лицо. Вошел в кафе и с порога заявил, что Лея отправится с ним, для должного воспитания. А я, как поддавшийся Тьме, подлежу искоренению, дурная кровь моего отца, видите ли, сказалась.
   — Дальше, — голос ситха лишился даже намека на эмоции.
   — А что дальше? Я сказал, что Лею он заберет, только пройдя через меня. Ну, он и атаковал. Вот тогда я и понял, что глупее самой тупой банты — он меня едва не разрубил пополам, — поежился Люк. — Спасибо Лее — она меня спасла, отшвырнув его в сторону какой-то штукой, напоминающей темную палку. Или копье. В общем, я только ожогом кожи отделался, повезло.
   — Ты его хоть обработал? Если туда попала какая-то дрянь, то медики тебе сумеют доставить немало хлопот.
   — Да, обработал, точнее, его обработала Лея, когда мы на машине удирали на промежуточную точку. Только нам это не помогло, — Люк недовольно скривился. — Винду все равно нас выследил. По правде говоря, ему не хватило всего пары минут, чтобы помешать нам взлететь. Вот как он это смог сделать? Жучков на нас не было.
   — Ты так в этом уверен?
   — Так он волной телекинеза разнес кафе и разбил аквариум и фонтан. Вода была у него под ногами, ну, я и долбанул молниями. Думаю, что вряд ли жучки пережили бы это.
   — Есть один вариант... Лея, ты раньше проявляла способности к манипулированию Силой?
   — Нет, никогда до видений в кафе. После них я почувствовала, как что-то изменилось, как будто...
   — Ты смотрела на мир через пыльное стекло, а уши и нос были заложены?
   — Именно, Люк сказал, что это раскрывается мой дар. Но разве можно его ограничить, не нанося вреда?
   — Можно, хотя это требует немалого опыт в работе с сознанием.
   — Йода, тварь, — рыкнул Люк. - И здесь отметился, паразит зеленый.
   — Возможно, а может и нет, мы точно не знаем, — поправил его отец. — Но это пока. Скоро я эту планетку перетряхну сверху донизу и выясню все, что здесь творилось. А пока вернемся к тому, как вас выслеживал Винду. Еще вопрос — Люк, когда Лея отшвырнула Винду той, как ты описал, темной палкой, у нее глаза какого цвета были?
   — Так понятно какого — золотого. Там от нее так темной Силой перло, что я удивился, как она Винду насквозь не прошила, вместе с парой домов за ним.
   — Вот и ответ — вы плохо обучены, точнее, совсем не обучены и контролировать свои силы не можете, вот и фоните, как аварийные реакторы. Особенно Лея — первый раз коснуться Силы и тут же пасть...
   — Я не падала, я сама выбрала! — фыркнула Лея. — Если Свет такой, что требует от меня предавать семью и меня во имя его столько лет пичкали враньем, то не нужен мне такой Свет!
   — Тише, тише, — примирительно проговорил Вейдер. — Успокойся, постарайся дышать медленно и глубоко, вот так... Тебе Люк уже говорил, что тебе придется теперь тщательно за собой следить, поскольку Темная Сторона постоянно пытается вырваться из-под контроля. В этом нет ничего страшного, страшно, когда ты теряешь контроль. Вот тогда можешь собрать все страшилки джедаев про Темную Сторону и умножить в несколько раз. И что происходит тогда с адептами...
   — Ты против? Но ты же ситх?
   — Я не против, откровенно говоря, мне все равно, какую сторону выберете вы, главное, чтобы мы не ополчились друг на друга из-за предрассудков. Ты выбрала, я предупредил. Конечно, я помогу, но могу сказать из собственного опыта — надо иметь знание об обеих сторонах, тогда намного проще.
   — Это просто отлично, но давайте поговорим об этом, когда отец будет здесь? — отозвался Люк, показывая Лее: «Вот видишь? А ты сомневалась». — Вернемся к причинам, по которым я приказал установить блокаду.
   — Действительно, время сейчас играет против нас, — вздохнул Вейдер.
   — Итак, после того как мы взлетели и вышли в космос, с находящегося на парковочной орбите грузовика типа «Путник» к нам направились шесть истребителей...
   — Как они их туда впихнули? — удивился Вейдер.
   — Там было четыре «Дельта-7» и две «Эта-2». После сближения они начали нас атаковать, причем «Дельты» работали на пониженной мощности — живьем взять хотели.
   — И ты за этим просто наблюдал?
   — Да нет у двенадцатой «Дельты» вооружения! — досадливо стукнул по переборке Люк. — Иначе бы у нас был с ними другой разговор! Особенно после того, как Лея мне как-то помогать стала — я начал лучше предугадывать их маневры, и если бы у меня были пушки...
   — И как ты вырвался? — снова начал звереть ситх.
   — Подошла «Лямбда» с твоими пилотами, они с первого захода снесли одну «Дельту», а зашедшую им в хвост «Эту» порядком изувечили. Но джедаи послали настоящих психов — одна из «Дельт» просто протаранила шаттл!
   — Вот ублюдки! Пилоты выжили? — с искренним беспокойством спросил Вейдер.
   — Не знаю, но кабину хоть и помяло, но она штатно отстрелилась. Если они перед боем надели скафандры,* то шансы выжить у них точно есть. Закончим говорить — спрошу у капитана.
   — Не надо — он все равно должен будет сделать мне доклад, там и спрошу. Дальше.
   — А что дальше? Пока шаттл отвлек джедаев, я постарался уйти подальше в пространство. Потом они снова меня догнали и закрутили в свалке, а с планеты уже взлетали перехватчики полиции. В этот момент из гипера вышел тот «Гладиатор».** Он успел выпустить авиагруппу, и по нему начала долбить планетарная ПКО. Правда, она быстро заткнулось, но «Гладиатору» этого хватило.
   — Что с ним? Уничтожен? — отрывисто спросил главком.
   — Нет, но я видел несколько крупных пробоин и серьезные утечки газов. Думаю, он надолго застрянет на ремонте, — задумчиво ответил Люк.
   — Понятно, а что с авиагруппой, это ведь она вас прикрыла?
   — Да, там еще тройка фрахтовиков, похожих на типичных контрабандистов, начала выдвигаться к нам. Поэтому авиагруппа разделилась на три части — пол-эскадрильи бомберов пошли к фрахтовикам, с ними пара «Лямбд» в прикрытии. К полицейским перехватчикам пошла пара штурмовых шаттлов с полуэскадрильей истребителей в прикрытии. А джедаев связали боем оставшиеся эскадрильи.
   — Так, понятно. Что делал ты?
   — А я как увидел, что ПКО начала стрелять по имперскому флоту, так перепугался до ужаса — им нашу скорлупку распылить, что почесаться, — досадливо вздохнул Люк. — Поэтому рванул за корпус «Гладиатора» — хоть такое прикрытие он обеспечит.
   — Странно, а я и не заметила твой испуг. Еще думала, какая я трусиха, а ты как настоящий ветеран, так спокойно управлял истребителем, — удивленно распахнула глаза Лея.
   — Боятся все, кроме откровенных безумцев и дураков, — вздохнул Вейдер. — Главное, чтобы страх не лишал тебя сил, а наоборот — придавал их, в стремлении вырваться из хватки опасности. Ладно, я так понял, что вы уже скоро закончите рассказ о своих похождениях. Как вы крейсер дождались?
   — Так он на полпути к «Гладиатору» вышел на связь и сказал, что подберет нас. Вышли они из прыжка ювелирно, почти в упор к Разрушителю. Нам оставалось совсем немного, когда из-за Разрушителя вышла та покалеченная «Эта» и врезала из ионок на полной мощности. Почему ионками, а не лазерными — не знаю, вариантов перехватить нас под носом у крейсера у них не было, но я не в обиде. «Эту» крейсер фактически распылил, но нам от этого было не легче — истребитель сдох, хатт бы побрал эти облегченные гражданские нормы! — поежился Люк.
   — Я так понимаю, что вас подтянули лучом и навели временный переход?
   — С лучом ты прав, а вот насчет перехода ошибаешься — у нас и СЖО сдохла, так что кислорода было на минуту, не больше. Поэтому нас подтянули к открытому шлюзу и я отстрелил фонарь, а потом мы прыгнули.
   — Что?! — от такой новости у Вейдера перехватило дыхание. — Вы прыгнули через вакуум без какого-либо защитного снаряжения? Я ничего не упустил?
   — Именно, у меня даже рубашки не было — Винду, скотина, испортил. А что такого-то? Если быстро, то все нормально, тем более там метров пять, ну семь было лететь. Чего ты всполошился?
   — Вы у медиков уже были? Оба?
   — Нет, а зачем? С нами все в порядке, да и с тобой нужно было связаться.
   Повисла томительная тишина, нарушаемая размеренным дыханием Вейдера. Правда, сопровождалось оно таким звуком, как будто воздух выпускают через стиснутые зубы. Лея, толкнув брата, молча показала: «У тебя мозги есть?». Люк, так же молча, недоуменно развел руками, показывая, что не понимает, из-за чего весь сыр-бор.
   — Значит так, — наконец заговорил подчеркнуто ровным тоном Вейдер. — Сейчас вы выходите из радиорубки и идите в медотсек. И находитесь там до тех пор, пока медики не скажут, что вы свободны. И не пытайтесь сбежать или начинать возмущаться, — перебил он уже открывшего рот именно для возмущений Люка. — Врачи составят отчет для медсекции моего корабля. Поэтому, чтобы не попасть в руки уже моих медиков, в ваших же интересах не трепыхаться, а спокойно обследоваться, тем более что вы все равно ничего другого продуктивного сделать не сможете.
   — Да за что?! — возмутился Люк.
   — А за открытый космос! — наконец взорвался Вейдер. — Это чревато большими проблемами, которых можно не допустить, вовремя побывав у медиков. К тому же у тебя еще и ожог, не забыл? А командовать силами блокады ты все равно не сможешь — знаний у тебя ведь нет. Но вот приказ о самой блокаде ты отдал правильно и обоснованно — молодец. Теперь ты, Лея. Надеюсь, тебя не нужно, как брата, убеждать пойти к медикам?
   — Нет, я еще и за ним присмотрю, — проигнорировала она шипение Люка: «Предательница!».
   — Молодец, хоть ты понимаешь, что я за вас волнуюсь. А теперь идите в медсекцию и позовите капитана.
   Капитан крейсера, несколько нервничая, ждал у люка в отсек секретной связи — что еще наплетут главкому эти детишки? Но вот люк открылся, и оттуда выбрался взъерошенный и мрачный мальчишка. Получил нагоняй от главкома? Плохо, ему лучше под горячую руку не попадаться. Тревогу офицера несколько развеяла девочка, насмешливо смотревшая на своего напарника.
   — Главком ждет вашего доклада, — отмахнулась она от офицера и пошла за своим спутником, кивком подзывая выделенного им сопровождающего.
   Посмотрев вслед детям — девчонка-то совсем непроста, такие манеры и привычка приказывать формируются с раннего детства, причем среди аристократов. Мальчишка попроще, хотя командовать тоже привык, но больше в манере офицеров, без аристократического лоска.
   Вздохнув, капитан расправил складки кителя и поправил кепи, приказывая связистам:
   — Переключить связь с главкомом на громкую, — на панели зажглось несколько индикаторов, и радиорубку заполнил известный на весь флот характерный голос главкома.
   — Доклад.
  
  
   *Комбинезоны имперских истребителей по сути являются сверхлегкими скафандрами с автономной СЖО.
   **Напоминаю, это тип корабля, а не название этого конкретного.
  Глава 12
   — Линейный капитан Ветаур Тэй, капитан легкого крейсера «Бегун», — хотя главком его не видел, капитан вытянулся, как на плацу. — Согласно приказу от... выдвинулись в район Альдераана. По получении кодового сигнала совершили прыжок в систему Альдераана. После того как Звездный Разрушитель «Ловкий» получил повреждения от огня планетарной ПКО, получил приказ обеспечить подбор нашей спецгруппы с позывным «Скайуокер». Для выполнения приказа был совершен микропрыжок на позицию, прикрытую корпусом подбитого корабля. Подбор спецгруппы осуществлен успешно, с незначительными осложнениями. Также стоит отметить высокие выучку и мужество личного состава спецгруппы.
   — Не надо беспочвенно льстить, капитан, — громыхнул бас главкома.
   — Это констатация факта, милорд. Лично я не могу сказать, что я или кто-нибудь из моих знакомых решились бы повторить этот прыжок.
   — Вот именно, потому что знаете о последствиях. Значит, это дурость, — главком на несколько секунд замолчал, находящиеся в радиорубке напряглись. — Впрочем сейчас не об этом. Какие корабли находятся в системе, и есть ли на них капитаны со званием, превосходящим ваше?
   — На данный момент в системе находятся два эскортных авианосца типа «Тон-Фалк», три эскортных авианосца типа «Квазар», один легкий крейсер типа «Тартан», один фрегат типа «Небулон-Б» и пять корветов типа CR-90 различных модификаций. Плюс мой крейсер. Разрушитель вряд ли можно считать за боеготовый корабль, слишком серьезны повреждения, как минимум несколько месяцев на верфи или вообще под списание. Командиров кораблей со званием выше моего на этих кораблях нет.
   — Понятно. Вы получили приказ об организации блокады планеты?
   — Так точно, у… молодого человека был карт-бланш, выданный вами, поэтому я взял на себя смелость отдать приказания на остальные корабли, — капитан интонацией выразил сомнение в правильности своих действий.
   — Все правильно. Берите на себя командование и продолжайте мероприятия по блокаде планеты, особое внимание обратите на легкие и скоростные корабли, предполагаю, что их будет значительно количество.
   — Наши действия по отношению к ним?
   — Останавливать, по возможности разрушая двигатели. При невозможности расстреливать ионными пушками и снимать экипажи. Ни в коем случае не содержать экипажи нарушителей на кораблях флота, приспособьте для этого какой-нибудь из больших грузовиков, что находятся возле планеты. Перед этим проведите демонтаж двигательных установок этих кораблей. Предвосхищая ваш вопрос — возможны контакты с джедаями, именно поэтому особая осторожность. Все истребители, которые будут пытаться прорвать блокаду — уничтожить, если будет возможность — постараться обездвижить и арестовать пилотов. Но я бы на вашем месте не рисковал — с наибольшей вероятностью именно на истребителях будут джедаи.
   — Вас понял. Что делать, если вылетит судно с дипломатическими идентификаторами?
   — Капитан, я же ясно приказал — блокада. Плюйте на всю эту политическую идиотию и в случае неподчинения уничтожьте их к хаттам! И постарайтесь сделать это как можно нагляднее. Обещаю, что вам не придется отчитываться перед этими бантами из дипломатического корпуса, — тон Вейдера ясно давал понять его отношение к дипломатам и политикам всех мастей.
   — Понял, — в голосе офицера проскользнула свирепая радость. По лицам остальных скользнули кривые ухмылки — дипломаты Альдераана и подобных ему планет успели изрядно достать Имперский флот.
   — Я понимаю, что сил для блокады совершенно недостаточно и что вам придется держать корабли на большой дистанции из-за угрозы ПКО, — продолжил главком. — Но я прошу вас: постарайтесь перехватить как можно больше беглецов, это очень важно.
   — Не беспокойтесь, милорд, сделаем все возможное! — твердо пообещал капитан. Шутка ли — главком ПРОСИТ что-то выполнить, такого ни одна флотская сплетня не может припомнить.
   — Не сомневаюсь. Вам осталось продержаться примерно от 32 до 36 часов до прибытия моей эскадры. Так же учтите возможность, что корабли с задержанными экипажами могут попытаться уничтожить, причем атака возможна как с планеты, так и сторонними силами.
   — Это серьезно меняет перспективы и распределение сил. В таком случае я прикажу выдать стимуляторы, для максимальной эффективности работы личного состава, но после прихода вашей эскадры буду вынужден перевести корабли в состояние пониженной готовности.
   — Разумно, действуйте. Конец связи.
   — Служу Империи! Конец связи.
  
   — Начинайте настраивать тактическую сеть с нашими кораблями в системе, известите меня сразу по окончании работ, — повернулся к связистам капитан. — А я загляну к нашим гостям — постараюсь узнать, что взбрело в голову этим любителям Республики, что они начали палить по имперскому флоту. И чего ожидать вообще, — понизив голос и наклонившись, сказал капитан командиру БЧ-2.*
   — Хорошо, — кивнул головой староватый для своего звания лейтенант-коммандер. — А я своим локаторщикам накручу хвосты, чтобы не пропустили какую сволочь под маскировкой. Точно ведь кто-то умный найдется.
   Капитан, молча хлопнув старого друга по плечу, вышел из радиорубки. Которая уже наполнилась деловитым шумом занятых людей.
  
   В лазарете было спокойно. Точнее, спокойно было в том углу, где за ширмой спала Лея, облепленная на всякий случай датчиками. А вот с хмурым Люком работал врач, чистил ожог. Подросток мрачно созерцал потолок, лежа на спине и закинув руки за голову. Впрочем, увидев подошедшего капитана, Люк несколько оживился:
   — Рад вас видеть, капитан. Уже поговорили с отцом, кхм, главкомом?
   Ответом послужил ошарашенный взгляд капитана и длительная пауза, во время которой тот изучал ожог на груди подростка. Но Люку было скучно, поэтому отсутствие ответа его не удовлетворило.
   — Кхм, капитан, вы уже закончили сеанс связи с главкомом?
   — Что? А, да, конечно. Лорд Вейдер подтвердил ваш приказ и выдал некоторые уточняющие распоряжения относительно организации блокады.
   — Отлично, если вас не затруднит, то сделаете для меня выписку с этими распоряжениями и пояснениями, почему именно так и не иначе? — вежливо попросил Люк.
   — Сделаю, но разве у вас нет наставников, мистер Вейдер? — несколько озадаченно спросил капитан.
   — Во-первых, учиться предпочитаю у практиков. А судя по вашему званию и состоянию корабля, вы просто не хотите идти выше, на мостик большого корабля или в штаб. Принимали крейсер еще на стапеле?
   — Вы правы — «Бегуна» принимал на стапеле и командовал им еще на ходовых испытаниях, — заметив удивление Люка, капитан усмехнулся и пояснил. — Мой предыдущий корабль, старенькую «Пельту», серьезно повредили во время очередной зачистки пиратского гнезда. Корабль решили не восстанавливать, были потери среди экипажа, я тоже оказался в госпитале. Потом отпуск, но мои друзья в штабе сообщили, что за тот бой меня не повысили, но дадут под командование новенький крейсер. Конечно же, вместо отпуска я рванул на верфи и начал действовать на нервы местным инженерам, тщательно проверяя все места моего малыша, в том числе и такие, куда на собранном корабле уже не залезть. И корабль меня не подвел, да и я уже старался не подставляться по глупому.
   — Любите маневренные корабли?
   — Именно, я ведь начинал еще в Корпусе Юстиции, буквально за пару месяцев до войны выпустился, получил под свое командование канонерку. Повезло, выжил, хотя и совался куда надо и куда не надо. Потом уже началась нехватка кадровых офицеров на командных постах, клоны, конечно, часть закрывали, но на место капитанов их старались не ставить — мало ли что там накрутили эти клоноделы. Получил один из мобилизованных CR-70 после капремонта и модернизации. Да, несмотря на войну, не самое плохое время было... — ностальгически усмехнулся капитан.
   — Понятно: молодость, слава, победы... А все плохое имеет свойство забываться, — понимающе протянул Люк.
   — Рассуждаешь, как седой ветеран, — поднял бровь капитан.
   — Сегодня я едва не погиб, — скривился парень. — А мое сопровождение полегло, чтобы я с сестрой могли вырваться. Поневоле начнешь рассуждать так.
   — Кстати, насчет этой заварушки — есть что-то, что мне стоит знать, как командиру соединения имперского флота до прибытия главкома. Нет, рекомендации и приказы главкома понятны, рациональны и явно базируются на информации, которая мне неизвестна. Но хотя бы что-то я имею право знать?
   — Да я и сам ничего такого не знаю. Миссия была самая обычная, простая и легкая, самое то, для натаскивания таких, как я и сестра. Но потом мы напоролись на джедая, который вообще-то давно уже должен лежать в могиле. Он и положил наше сопровождение и едва не прикончил меня, — вздохнул Люк и продолжил с теплотой. — Спасибо сестре — спасла меня. Потом очень скоростное бегство до ближайшей площадки с истребителями. Ну, а что было в космосе, вы и так знаете.
   — Понятно... — задумчиво отозвался капитан. - Спасибо хоть за такие сведения, сэр, надеюсь, медики завтра вас выпустят из своих лап. Каюты для вас, уж извините, готовить не буду — лорд Вейдер прибудет через 32-36 часов и явно потребует вашего присутствия на своем корабле.
   — О! Хорошо, что напомнили, — повернулся к офицеру Люк, вызвав раздраженное шипение врача, заканчивавшего накладывать бакта-повязку. — Я прошу вас не пытаться называть нас с сестрой не принадлежащим нам именем. Нет, — он ответил на не заданный вопрос. — Мы действительно родные дети нашего отца, Дарта Вейдера. И мы не стыдимся и не пытаемся скрыть данный факт. Все проще — имя Дарт Вейдер принадлежит исключительно отцу и передаваться не может. Когда-то нашего отца звали Скайуокер, и это и есть наша фамилия.
   — Как это может быть? — спросил явно шокированный капитан. — Как имя отца может не передаваться детям?
   — Все просто — наш отец принадлежит к ордену ситхов. Там принято при достижении определенных, достаточно высоких, успехов брать новое имя, в традициях ордена. Именно с этим именем адепт живет дальше, но считать, что оно передастся потомкам, неверно. Это имя конкретного адепта, и оно уникально и отражает самого адепта, его суть. Именно поэтому мы с сестрой пользуемся фамилией отца, данной ему при рождении.
   — Скайуокер... Во время войны весь флот был наслышан про одного Скайуокера, рыцаря-джедая, — капитан внимательно посмотрел в лицо Люку. — И ты на него похож. А теперь выясняется вот что...
   — Капитан, я думаю, не стоит дальше озвучивать свои мысли, а тем более копаться в событиях того периода, они... несколько болезненны для отца, скажем так. Но ваша способность рассуждать и память меня заинтересовали. Возможно, вам все же придется сменить мостик корабля. В таком случае вы будете знать несколько больше. А сейчас не стоит, для вашего же блага, — опасно мягким тоном сказал Люк, в глазах которого заплясали золотые искры. — А для развлечения экипажа хватит и той сплетни, что мы с сестрой действительно дети Дарт Вейдера. И что к нам надо обращаться как к Скайуокерам. Надеюсь, это понятно?
   — Полностью, милорд, разрешите идти? — вытянулся офицер.
   — Не надо обижаться и прятаться за Устав — я вас искренне предостерег, поскольку иногда ИСБ проявляет совершенно ненужное рвение, да и реакция отца на упоминание тех событий... — примирительно отозвался Люк. — Надеюсь на ваш здравый смысл. Идите.
   Идя по коридору, капитан размышлял, что его недавние опасения насчет того, что на корабль попали новобранцы из Инквизитория, были чересчур оптимистичными — эти детишки обещали еще большие неприятности, хоть и другого свойства.
   Впрочем, продолжил размышления офицер, общение с персонами такого ранга может быть и полезным. А значит, стоит приложить максимум усилий, чтобы выжать из таких ограниченных сил максимум до прихода подкреплений во главе с главкомом.
  
   Вейдер, закончив связь с капитаном Тэем, некоторое время просто сидел у себя в кабинете, обдумывая возможные варианты. А вариантов было немного — пора было поставить в известность Учителя. И если он даст только намек на Правило двух..
   Решившись, Вейдер нажал на клавишу коммуникатора, связываясь с капитаном:
   — Выйти из гипера. Пересчитать данные для прыжка по прежней цели. По выходу из гипера начать сеанс связи с Императором. Связь в мой кабинет.
   — Вас понял, выполняем.
   Спустя пару минут привычные ощущения дали понять, что корабль вышел в обычное пространство. Сразу же пришел доклад от связистов:
   — Милорд, связь с императорским дворцом установлена. Переводим связь на ваш кабинет.
   Вейдер уже стоял на диске голографического передатчика на одном колене — стоило потешить самолюбие учителя, тем более что ему уже, наверное, доложили о стычке над Альдерааном и переподчинении всех агентурных сетей по его приказу. Дарт Сидиус не заставил себя долго ждать:
   — Ну здравствуй, ученик. Наконец-то ты решил вспомнить своего учителя. Уже выловил подлеца Кеноби? Или он, наверное, убежал? С этим связаны твои приказы, на которые уже успели пожаловаться и Иссард, и Кронал. Даже Тремейн на тебя пожаловался. Не пояснишь, почему ты влез туда, куда не надо? Ты ведь все эти шпионские игры и интриги ненавидишь и не разбираешься в них, зачем тебе агентурные сети, не расскажешь? А то любопытство замучило... — судя по мягкому и вкрадчивому тону, Император был не в духе. Очевидно, открытые действия агентуры помешали очень многим планам спецслужб. А Сидиус был большим ценителем тихой подковерной возни, с особым удовольствием знакомясь с отчетами по таким вот крысиным гнездам, как Альдераан.
   — Учитель, прошу простить меня, но я вам солгал, не сказав всей правды, — склонив голову, ответил Вейдер.
   — Что? Я что-то не так понял? Вейдер, ты о чем? — замер ошарашенный Палпатин.
   — Когда я отлетал к Татуину, я сказал, что там заметили Кеноби.
   — Было. И что же ты не договорил? — заинтересованно спросил Сидиус.
   — Кто именно отправил сообщение, — все тем же ровным тоном сказал Вейдер.
   — Вот как? — Сидус прошелся по кабинету.— Это занятно, чувствую, что это будет неожиданностью. Говори, ученик, не увеличивай свою вину, — сев в троноподобное кресло, Сидиус дал знак продолжать.
   — Сообщение с помощью штурмовика из моего легиона передал мой сын, Люк Скайуокер.
   — Что?! — вскочил Сидиус. — Этого не может быть! Проверка точно показала, что Падме умерла не родив, от отравления газами, и дети умерли по этой же причине, — резко замерев, он посмотрел на Вейдера горящими глазами. — Ты произвел анализ ДНК?
   — Да, учитель, результат не оставляет сомнений. И если бы не было анализа, то Сила не даст соврать, — гордо и с теплотой сказал Вейдер.
   — Значит, одаренный и уже обученный... — задумчиво протянул Сидиус. — Он сильно сопротивлялся?
   — Почему вы так решили, учитель? — опешил Вейдер.
   — Но ведь его спрятали и учили джедаи, — как само собой разумеющееся, сказал Сидиус.
   — Так уж получилось, что мой сводный брат сильно не любил одаренных, джедаев в частности. Так что Кеноби, оставленного для надзора, он не подпускал к мальчику.
   — Ты сказал «не любил»? — с укоризной уточнил Сидиус. — Ученик, я думал, что привил тебе навыки самоконтроля.
   — Учитель, вы думаете, что я?.. — ошарашенно выдавил Вейдер
   — А как мне понять твои слова? — хмыкнул Сидиус.
   — На ферму напало племя тускенов, что это значит — вы понимаете сами. К счастью, Люк в это время был в пустыне, но почувствовал и вернулся на ферму. К моменту моего появления он, полностью сознательно павший на Темную Сторону, дорезал остатки тускенов, — отрывисто и зло доложил Вейдер.
  
  
   *БЧ-2 — связь, подробнее гуглим в той же Википедии, смотрю на наш флот, поскольку пишу для наших людей.
  Глава 13
   — Что за чушь?! — Сидиус ошарашенно посмотрел на Вейдера.
   — Простите, учитель, я не понял? — Вейдер от такой реакции просто ошалел.
   — Как он мог сознательно пасть на Темную Сторону, если, по твоим же словам, его до этого никто не учил? — язвительно ответил Сидиус. — Уж кому как не тебе знать, что без обучения, да что обучения, просто знания, что ты одаренный, практически никто не может коснутся Силы. А пасть можно только на волне негативных эмоций, проходя через перестройку личности. Которая без наставника, как правило, на выходе выдает полуразумного зверя. Так где ты лжешь, ученик?
   — Так вы про это, учитель... — облегченно вздохнул Вейдер. — Все просто... и одновременно сложно.
   — Вот как? Ты заинтриговал меня, ученик, — заинтересованно протянул Сидиус. — Но где подробности?
   — По словам сына, в шесть лет он упал с вапоратора, ударившись головой. До этого он долго расспрашивал моего брата и его жену про своего отца. — Вейдер расчетливо сделал паузу, вовремя вспомнив уроки учителя по ораторскому мастерству.
   — И? Что дальше? — подался вперед Сидиус.
   — И Сила ответила ему, послав видения, — торжественно и гордо ответил Вейдер.
   Сидиус замер в потрясенном молчании. Нет, сам факт видений не был чем-то выдающимся, но возраст... Да, дети способны к высокой концентрации на объекте интереса, но чтобы получить более-менее разборчивые видения, нужно или пройти обучение, или обладать даром. Обучения не было, вариант дара пророка можно оценить как несущественный — не в его роду. Да и почти самостоятельно вырезанное племя песчаных дикарей говорит о том, что мальчик плоть от плоти породивших его.
   Значит... Значит остается одно — благосклонность Силы. Сидиус всегда считал, что Сила едина, и хоть ей, по большему счету, все равно, но иногда она четко дает понять свое отношение к некоторым разумным. В свете этого мальчик становился сокровищем, равного которому в этот период времени в галактике и быть не могло. А насколько велика благосклонность Силы, можно будет узнать сейчас, расспросив про видения.
   — Вот как... — после долгого молчания протянул Сидиус, глядя на не шевелившегося все это время Вейдера. — Ты узнал, что именно показала ему Сила?
   — Конечно, — кивнул Вейдер. — Как он и хотел, ему была показана моя жизнь.
   — Вся? — из-под капюшона так любимой Сидиусом накидки в Вейдера вонзился кинжально острый взгляд.
   — От встречи с Квай-Гоном и Падме и до... до Мустафара, — в конце голос Вейдера сорвался. Впрочем, как всегда при упоминании лавовой планеты, но на взгляд Сидиуса, это была терпимая слабость его ученика.
   — Хммм, это, конечно, объясняет такое отношение к Темной Стороне — то, что он сознательно перешел на нее. Но мне кажется, что было что-то еще, не так ли? — задумчиво спросил Сидиус.
   — Вы правы, учитель. Сила была настолько благосклонна, что у него были еще видения. — Вейдер прервался, оценивая реакцию учителя.
   — Продолжай, ученик, — с прорывающимся в голосе нетерпением сказал Сидиус.
   — Так же он видел, что именно случилось на Полисс-Массе, — слова прервал скрип зубов Вейдера.
   — И что же там действительно произошло, что ты так реагируешь? — прищурился Сидиус. — Согласно анализам останков Амидалы, она скончалась от отравления газами и ожогов дыхательных путей. По отдельности неопасно, но вместе и при беременности... И по детям экспертиза дала заключение об отравлении. И ничего больше. Мне очень интересно, что на самом деле случилось с бывшей королевой.
   — Если сын правильно понял, то Падме просто не захотела жить, забыв даже о детях, — тяжело сказал Вейдер.
   — Чушь и бред! Вот что тебе скажет любой набуанец, вне зависимости от происхождения! — взорвался Сидиус. — А уж для представительницы одного из знатнейших родов Тида... Уж прости меня, ученик, но вряд ли в здравом уме она бы предпочла тебя детям.
   — Вам не за что извинятся, учитель. Тем более что все, сказанное вами, соответствует действительности.
   — Кто... Кто именно посмел поднять руку на набуанскую королеву? — прошипел Сидиус
   — Там были Йода, Кеноби и Бейл Органа, — могильными камнями упали слова.
   — Вот как... Значит, Йода... Это ты зря... — мягким, почти ласковым тоном протянул Сидиус. У Вейдера от этого ласкового тона по спине промаршировали ледяные мурашки, а на ум пришло воспоминание о весьма похожем тоне сына в состоянии крайнего бешенства.
   Тем временем Сидиус поднял горящий золотом взгляд на Вейдера:
   — Теперь я понимаю, зачем ты спровоцировал этот конфликт на Альдераане. Ты меня радуешь — начал пользоваться мозгами. Но насладиться местью Органе тебе придется позже — сейчас ты должен как можно быстрее доставить мальчика на Корускант, где мы сможем обеспечить ему надежную защиту.
   — Эмм, учитель, дело в том... — нерешительно начал Вейдер, причем это звучало настолько несвойственно всегда уверенному и напористому ситху, что Сидиус с трудом удержался от желания прочистить уши, дабы убедиться в отсутствии слуховых галлюцинаций.
   — Ну же, ученик, смелее, — подбодрил он Вейдера.
   — Дело в том, что сейчас Люк находится на борту крейсера, осуществляющего блокаду Альдераана, — собравшись с духом, резко, как будто кидаясь в холодную воду, выпалил Вейдер.
   — Что? — недоуменно спросил Сидиус, теперь точно уверенный в приступе слуховых галлюцинаций. В следующее мгновение он понял, что не ослышался, и практически задохнулся в приступе злости. — Ты вообще соображаешь, что творишь?!
   — Я могу все объяснить, — попытался оправдаться Вейдер.
   — Попробуй, — процедил Сидиус, мысленно уже поджаривающий тупого ученика в потоке молний, которые всегда замечательно прочищали мозг этого... этого... этого Скайуокера, хатты б его побрали!
   — После того, как я привез Люка на корабль, поговорить смог только на третьи сутки...
   — Почему? — прервал Вейдера взявший эмоции под контроль Сидиус. Та самая интуиция и предвидение, которыми так славятся одаренные, подсказывали, что этот мальчик является крайне важным для него лично и его государства в частности. Поэтому Сидиус решил получить максимум информации.
   — Первые сутки он спал, а вторые его обследовали и лечили медики, — не стремясь раздражать Сидиуса промедлениями, ответил Вейдер.
   — Вспоминая тебя в этом возрасте... он был в ярости?
   — Нет, скорее обижен, воспринял как незаслуженное наказание.
   — Чем ты обосновал?
   — Как чем? Учитель, это же Татуин, а он жил там! Да еще получил несколько ударов во время боя с тускенами. Это ведь все надо лечить сразу! — возмущенно ответил Вейдер.
   — Ты смотри, у тебя прорезалось благоразумие? — с удовольствием успокоил нервы шпилькой ученику Сидиус.
   — Между прочим — Люк психологически старше своего биологического возраста, — проигнорировал шпильку Вейдер.
   — Причины? — малоэмоционально спросил Сидиус, мозг которого работал в критическом режиме, отсекая ненужные процессы.
   — Видения моей жизни он прожил, — ответил Вейдер, от которого не ускользнули характерные признаки.
   — Понятно, — после некоторого молчания сказал Сидиус. — А что насчет причин, по которым он сейчас возле Альдераана?
   — При разговоре со мной он сказал, что чувствует, что ему надо побывать на Полисс-Масса.
   — Там ничего нового нет. Инквизиторы, ИСБ и наши порученцы пересеяли все.
   — Я тоже так ему сказал, — хмыкнул Вейдер. — Но он настаивал, с Татуином было еще много работы, и я согласился. К тому же он привел очень серьезный аргумент.
   — Какой же? — заинтересованно спросил Сидиус.
   — Как он сказал, «Бейл Органа оттуда унес что-то... или кого-то», — скрестил руки на груди Вейдер.
   — Органа... что-то или кто-то... несколько дней после дня государства, — отстраненно пробормотал задумавшийся Сидиус.
   Блестящий мозг интригана поднатужился и выдал результат анализа по таким скудным данным. И этот результат сильно не понравился Владыке ситхов, настолько сильно, что окружающие его предметы начали дрожать, а помещение затопила тьма. Не та ласковая ночная тьма, приносящая покой и отдых, а липкая удушливая тьма, смердящая кровью и самыми жуткими кошмарами.
   — Значит вот так, да? Решил, что самый умный? Это ты зря, очень зря, — промурлыкал Сидиус, после чего, внезапно сменив тон на командный, резко спросил Вейдера: — Лея Органа — твоя дочь? Твой сын увидел на том астероиде новые видения?
   — Лея Скайуокер! — рыкнул Вейдер, сжимая в ярости кулаки. — А видений у Люка не было, но каким-то образом он смог добыть реальный отчет медиков и подлинные записи систем наблюдения. Сейчас перешлю.
   — Да твой сын настоящий кладезь талантов, ученик. Но я все еще не понимаю — почему он оказался на Альдераане? Принцессу мы могли получить и иначе, без риска. — Пристально взглянул на Вейдера Сидиус.
   — У сына было предчувствие, что время почти истекло. Как он сказал, «как песок сквозь пальцы». Ему было ближе. У него был шанс, к тому же с ним я отправил свою лучшую группу коммандос и двух пилотов из моей эскадрильи.
   — Время, значит, истекло... — прищурился Сидиус. — А не подскажешь мне, ученик, куда это делся Кеноби, за которым ты якобы и отправился?
   — Люк почему-то его так ненавидел, что практически поставил ультиматум: если я хочу, чтобы он отправился со мной — Кеноби должен быть казнен. Я не знаю, откуда такая ненависть, не успел расспросить, очевидно, увидел что-то в видениях.
   — Вот как? — вздернул бровь Сидиус. — И что же придумал мальчик?
   — Самое страшное, что можно придумать на Татуине: скормил его живьем сарлакку, — с мрачным торжеством ответил Вейдер.
   Сидиус нахмурился, вспоминая все, известное про этих тварей, потом удивленно поднял брови и, то ли с восхищением, то ли с удивлением, сказал:
   — Мда, действительно — светлым после такого мальчика не назовешь.
   — Это заслуженно! — с рыком ответил Вейдер. — Мало того, что было, так эта мразь пыталась прорваться мимо меня, чтобы убить Люка! Чтоб если не им, то никому!
   — Джедаи... — скривился Сидиус.
   — Именно — джедаи. На Татуине был лагерь повстанцев. Гарантировать, что ни один бит информации оттуда не мог уйти, я не могу. А значит...
   — А значит, джедаи могли попытаться забрать Лею, чтобы воспитать в правильном ключе и натравить на тебя и на брата, — перебил Вейдера Сидиус.
   — Именно это и сказал мне Люк, когда уговаривал разрешить слетать на Альдераан.
   — Если дети на имперском корабле, то все прошло благополучно?
   — Как бы не так! — раздраженно отозвался Вейдер. — На планету Люк попал благополучно. С контактом с Леей повезло — ее достали ограничением перемещений и усиленной порцией уроков этикета, — в этом месте Сидиус понимающе ухмыльнулся. — В результате она просто сбежала в город погулять, воспользовавшись собственноручно изготовленной подставной личностью. Хорошо хоть одна из групп наблюдения за дворцом смогли на нее жучок повесить. В результате ее легко нашел Люк, и они поговорили.
   — А как именно и о чем, не знаешь? — встрепенулся Сидиус.
   — Учитель, — укоризненно протянул Вейдер, — у меня был только аудиоканал, и я торопился узнать результат. Да и не так это важно.
   — Ты прав, — неохотно признал правоту ученика Сидиус. — Продолжай.
   — К сожалению, их нашел посланный за Леей джедай. Учитель, вы будете неприятно удивленны, узнав, кто это.
   — И кто же? — отмахнулся раздраженный задержкой Сидиус.
   — Мейс Винду, Люк опознал его.
   — Вот как? Как же они смогли уйти от него?
   — Повезло, перед этим Лея смогла с помощью Люка сломать блокировку, которую на нее навесили, — в этом месте ситхи скрипнули зубами практически в унисон. — Жертва коммандос и то, что Винду, очевидно, совсем съехал с катушек — попытался убить Люка за то, что он поддался Темной стороне.
   — Вот тварь... — с ненавистью прошипел Сидиус.
   — Согласен. Но дети смогли вырваться из кафе и добраться до истребителя. Вот только в космосе их ждали джедаи.
   — Похоже, я слишком долго закрывал глаза на происходящее, пора навести там порядок, — процедил Сидиус.
   — Наведу, — кивнул Вейдер. — Возвращаясь к детям — Люк сполна унаследовал мой талант, плюс они с Леей смогли войти в состояние боевой медитации, что и позволило отбиваться, пока не подоспела «Лямбда» с моими пилотами. Тогда он смог выйти из боя и начать уходить. Тем более что из гипера вышел Разрушитель, который и должен был их подобрать.
   — Чувствую, это еще не все? — спросил Сидиус.
   — Да, учитель — Органа обнаглел настолько, что Разрушитель был атакован планетарной ПКО и серьезно поврежден. Детей подобрал легкий крейсер. С его борта они и связались со мной. Этот же крейсер командует наличными силами для блокады планеты.
   — Кто отдал приказ? — спросил Сидиус.
   — Люк, я дал ему карт-бланш, — с вызовом ответил Вейдер. — Я подтвердил этот приказ. Он был отдан обоснованно и своевременно, хотя из-за недостаточных сил самые интересные фигуранты скорее всего сумеют сбежать.
   — Хоть что-то, — одобрительно ответил Сидиус. — Но Органу должны взять живым. И весь дом Органа тоже. Они ответят.
   Что касается тебя, то как только будешь там, сразу перевезешь детей на свой корабль. И сразу, повторяю, сразу же отправишься на Корускант, если джедаи так хотят добраться до этих детей, то пусть попробуют пробраться сюда.
   — А как же управление войсками? — уточнил Вейдер.
   — У тебя нет толкового адмирала в эскадре? — удивился Сидиус.
   — Хорошо, хотя...
   — Да, я знаю, что ты хотел бы лично руководить, но, во-первых, кому ты доверишь детей, а? Во-от, понимаешь, о чем я, — Сидиус немного помолчал. — А во-вторых... Ты помнишь свои ранние годы в Ордене? — неожиданно спросил он Вейдера.
   — А при чем здесь это? — искренне удивился Вейдер.
   — При том, что это два подростка, точнее два одаренных подростка, если еще точнее — два одаренных подростка, падших на Темную Сторону. На корабле... — несколько зловеще сказал Сидиус. И судя по длинному обреченному выдоху, Вейдер отлично понял всю глубину проблемы.
   — Учитель, вы в очередной раз правы, — с мрачным предчувствием ответил Вейдер.
   — То-то же, ученик, — широко ухмыльнулся Сидиус.
   — Если на этом все, то я заканчиваю связь и эскадра уходит в прыжок? — уточнил Вейдер.
   — Да, заодно позаботься, чтобы блокада Альдераана стала действительно полной — предвкушающе усмехнулся Сидиус. Тут его внимание что-то привлекло и, на мгновение замерев в раздумье, он повернулся к Вейдеру. — Пока не отключайся, думаю, тебе будет полезно послушать будущий разговор, а чтобы ты не вмешался, я отключу звук и изображение с твоей стороны.
   После чего Сидиус развернулся в сторону появившегося изображения богато одетой женщины.
   — Ваше императорское величество... — начала с положенных приветствий женщина.
   — Давайте покороче... госпожа Бреха. В свете последних новостей, вашей речи стоит быть максимально содержательной, чтобы прояснить некоторые интересные моменты, — расплылся в светской улыбке Император Палпатин.
  Глава 14
   — Ваше величество, я хочу засвидетельствовать, что Альдераан и дом Антиллес верны вам, — присела в книксене женщина.
   — Вот как? — Палпатин иронично изогнул бровь. — И как же вы в таком случае объясните тот факт, что вашей ПКО был атакован и поврежден имперский военный корабль? Интересное понимание верности, не так ли? — после краткой паузы Палпатин продолжил со вздохом. — Боюсь, что лорд Вейдер в ярости и оправданиями он не удовлетворится.
   — Ваше величество, в этом инциденте виновен исключительно дом Органа и Бейл Органа в частности. Именно они замыслили предательство Империи, — прижала руку к сердцу Бреха Антиллес. — Но все преступники успешно захвачены силами дома Антиллес и будут переданы в руки имперского правосудия.
   — Похвально, похвально... — с доброй отеческой улыбкой кивнул Палпатин. — Надеюсь, что виновник этих событий жив и не планирует покинуть сей бренный мир? В противном случае я буду... огорчен.
   — Бейл Органа захвачен при попытке к бегству. Он жив, но получил легкие ранения, ему оказали необходимую помощь.
   — Прекрасно... Значит, именно дом Органа поощрял несколько... неправильные настроения населения Альдераана?
   — Именно так, ваше величество, — снова присела в книксене Бреха. — Я уверена, что без тлетворного влияния предателей обстановка на планете улучшится достаточно быстро.
   — Я в этом не сомневаюсь. Но для этого также не следует забывать о благосостоянии населения. А ведь многие предприятия, потеряв владельцев, сильно снижают производство, а то и вовсе могут потерпеть банкротство, — печально вздохнул Палпатин. — А назначать сторонних управляющих — это тоже не лучший выход. Пока они вникнут в местные особенности...
   — Мне кажется, что на Альдераане найдутся верные Империи силы, которые смогут поддержать осиротевшие предприятия, — сохраняя спокойное лицо, ответила Бреха, хотя мелкие реакции сказали Палпатину, что она просто ликует. — Особенно если Империя немного поможет, обратив свое благосклонное внимание…
   — Обращайтесь по этим вопросам к моим помощникам, меня утомляют все эти технические подробности скучных железок, — отмахнулся Палпатин. — Я оставлю указания о помощи вам. Но это будет касаться только гражданского сектора, по поводу снабжения флота обращайтесь к лорду Вейдеру, но хочу вас предупредить — он крайне придирчив в этих вопросах.
   На секунду повисла тишина, которую прервал Сидиус:
   — Кстати, о лорде Вейдере: он жаловался, что на его сына напали в вашей столице, представляете? Какой-то полоумный джедай, которых так любил привечать ваш супруг, — кинжальный взгляд стремительно желтеющих глаз впился в забывшую, как дышать, Бреху. — Мальчику с трудом удалось спастись.
   — У лорда Вейдера есть сын? — потрясенно просипела стиснутым от нервного потрясения горлом Бреха. — Но все считали...
   — Да, да, да... Все так считали по той причине, что и сам Лорд Вейдер не знал, что его дети живы. В дни становления Империи его беременную супругу выкрали и мы смогли обнаружить только тело. Злоумышленники приняли меры, чтобы все посчитали, что дети погибли с матерью, — печальным тоном сказал Сидиус. — Но лорд Вейдер не прекращал тайные поиски. И судьба улыбнулась ему — он смог найти сына.
   — Надеюсь, я могу выразить поздравления вашему ближайшему помощнику, ваше величество — сказала немного успокоившаяся, но ждущая подвоха Бреха — Император отличался любовью к плетению словесных кружев, интриг и внезапным ударам по запутавшемуся в этой паутине противнику.
   — Конечно, тем более что мальчик унаследовал все лучшие черты своих родителей, — в этот момент Бреха еле заметно вздрогнула, ярко представив себе «лучшие черты» Палача Императора. — Недавно мальчик заинтересовался обстоятельствами гибели своей матери и сумел найти кое-что интересное.
   — Судя по тому, что вы коснулись этой темы, мне будет позволено узнать что-то конкретное? — осторожно спросила Бреха.
   — Конечно же, тем более это напрямую касается вас, — мягким тоном ответил расплывшейся в добродушной улыбке Сидиус.
   — Вот как? Но я никогда не пересекалась с лордом Вейдером, даже на приемах вашего величества, — неподдельно удивилась Бреха, внутренне напрягшись в ожидании удара.
   — И тем не менее, вас эта история непосредственно касается. Сейчас поясню: мальчик сумел найти некоторые материалы, и знаете, что он выяснил? Он был рожден не один, у него есть сестра, с которой его разлучили еще до того, как остыло тело их матери. Вы можете поверить, что есть такие подонки? — скорбно вздохнул Сидиус, цепко отслеживая малейшие реакции собеседницы, по нервам резануло бешенством Вейдера.
   — Невероятно гнусное преступление, ваше величество, — потрясенно прикрыла рукой рот Бреха. - Надеюсь, все виновные будут наказаны.
   — Я рад что вы тоже так считаете, — кивнул, доброжелательно улыбаясь, Сидиус, после чего, стерев с лица улыбку, обратился к собеседнице холодно и отстраненно, — в связи с чем хочу спросить: вы знаете, кто биологические родители вашей приемной дочери Леи Органы? — Сидиус с удовольствием смотрел в помертвевшее лицо Брехи, при этом стараясь не морщиться от чувства бьющейся обезумевшим зверем связи с учеником, доносящей охватившее того бешенство при упоминании ненавистной фамилии Органа применительно к девочке.
   Молчание неприлично затягивалось, но Бреха все никак не могла подобрать слова, чтобы оправдаться и доказать, что она не знала всех обстоятельств.
   — Ну что же вы? — обжег ее нервы вопрос Императора, заданный холодным тоном. — Я задал вопрос и желаю услышать ответ, в противном случае его задаст лорд Вейдер, лично, — это прозвучало приговором, впрочем, это и был приговор, только пока не подписанный.
   — Я... я не знала... всех обстоятельств, — выталкивая слова непослушным языком, начала Бреха. — Это Бейл принес ее... Он сказал, что ее мать, Падме Наберриэ, погибла, но девочку смогли спасти. Я не могла иметь детей от Бейла, генетическая несовместимость, и он предложил удочерить девочку, ведь она тоже дочь королевы, пусть и бывшей. Я согласилась.
   — Вот как... А Бейл Органа когда-нибудь упоминал про отца девочки?
   — Нет, но, как мне кажется, он ненавидел его, ведь он сам ухаживал за этой Наберриэ. Правда, когда у девочки проявились первые признаки одаренности, он не удивился и сказал, что этого следовало ожидать.
   — Что он предпринял?
   — Пригласил джедаев, они что-то сделали, и все прекратилось. Правда, они предупредили, что в случае опасности способности девочки проснутся.
   — Продолжайте.
   — Я не знаю, что еще сказать. Девочка умная, учится хорошо, но своевольная, ее с трудом удерживают в рамках этикета. Много раз пыталась добиться разрешения на обучение управлению спидером. Категорична в своих суждениях, вспыльчива и упряма.
   — Как забавно — она почти копия своего отца. Он так будет рад скоро увидеть свою дочь...
   После этих слов взгляд Брехи наполнился паникой и она несколько сбивчиво обратилась к Сидиусу:
   — Ваше величество, боюсь, у меня плохие новости, мы не можем найти Лею, она исчезла несколько часов назад. Я боюсь, что ее похитил джедай, прилетевший несколько дней назад — он долго спорил с Бейлом за закрытыми дверями, я при их разговоре не присутствовала.
   — Не стоит волноваться — юный Люк прилетел за сестрой и сумел с ней встретиться. Когда дети поговорили и хотели уходить, на них напал тот прилетевший джедай.
   — Надеюсь, с ними все в порядке? — поспешно спросила Бреха, прекрасно зная, КТО именно прилетел на планету, и прекрасно понимая, ЧТО сделает с планетой и конкретно с ней Вейдер, если дети хоть немного пострадали.
   — Да, с детьми все в порядке, они сейчас на одном из кораблей, которые блокируют вашу планету.
   — Это просто замечательно! — воскликнула Бреха, с трудом удерживаясь на подламывающихся от облегчения ногах. — Ваше величество, я действительно рада, что с детьми все в порядке, но относительно этой блокады... Она действительно так необходима? Силы дома Антиллес уже арестовали всех причастных к произошедшему инциденту. Мой бывший супруг также арестован. Зачем тогда блокировать планету?
   — Госпожа Антиллес, вы же не будете спорить, что сорняки надо вырывать с корнем? — лучезарно улыбнулся Сидиус, с наслаждением наблюдая очередной приступ паники у Брехи. — Тем более что и ИСБ, и Инквизиториум предоставили мне списки наиболее... активных пособников смутьянов. Для того чтобы эти лица не смогли покинуть планету, и введена блокада. Пока не очень надежная, но скоро прибудет лорд Вейдер и приведет недостающие силы.
   — Ваше величество, но народ Альдераана не виновен в том, что у власти были ваши противники. Вам ли не знать, какое воздействие имеет пропаганда? Я надеюсь, что ваш гнев не падет на головы невиновных.
   — Но они ведь не вмешивались? А невмешательство есть скрытое одобрение, одобрение является поддержкой, а поддержка врагов государства...
   — Но ведь не все! Есть и те, кто поддерживает вас. Даже в расчетах ПКО есть люди, которые пытались помешать исполнению преступного приказа Бейла Органы. Просто люди заблуждаются, их обманули, — самоотверженно защищая народ Альдераана, Бреха спасала и себя вместе со своим домом.
   — Возможно, возможно... — задумчиво протянул Сидиус. — Но кто мне даст гарантии, что народ изменит свои настроения? И кто даст гарантии, что не будет саботажа на производстве?
   — Дом Антиллес возьмет на себя все гарантии и всю тяжесть наказания в случае невыполнения обещаний, — предприняла отчаянную попытку Бреха.
   — Это... многообещающе. Но вы понимаете, что без внимания и без наказания я не могу оставить такой инцидент? Меня просто не поймут.
   — Практически все расчеты ПКО — это люди Органа или из самых ярых противников Империи, — продолжила торговаться Бреха, ценой жизней тысяч покупая миллионы.
   — Это даже не обсуждается — они подняли руку на Империю в лице ее флота и должны быть наказаны. Так, чтобы было всем понятно. Но и вся планета не может остаться без наказания.
   — Ваше величество, я вас умоляю о милосердии, — почти простонала Бреха, не испытывающая ни малейших иллюзий относительно возможной судьбы планеты, особенно в преддверии прибытия Вейдера.
   — Что вы, я не такой сумасшедший садист, как меня описывают друзья вашего мужа, — мягко улыбнулся Сидиус. — Речь пойдет о неприятных, но не смертельных мерах.
   — Могу ли я узнать, о каких именно? — спросила не верящая своим ушам Бреха.
   — Конечно. Во-первых, на планете будет размешен имперский гарнизон. Во-вторых, будут введены некоторые ограничения на перемещения за пределы планеты, сроком на несколько лет, предварительно на три года. В-третьих, все стратегические предприятия будут национализированы не менее чем на пятьдесят процентов.
   — Но ваше величество, это ведь... — попыталась возмутиться почуявшая угрозу кошельку дома Бреха.
   — Дослушайте, госпожа Антиллес, — взмахом руки прервал ее Сидиус. — Если дом Антиллес возьмет на себя гарантии приведения планеты к лояльности по отношению к Империи, то вам будет выделено пятнадцать процентов от предприятий, принадлежавших Органа. Также предприятия будут обеспечены имперскими заказами, и им будет оказана помощь в случае необходимости перепрофилирования производства. Также выбранному представителю Антиллес будет присвоен чин моффа.
   — Будут ли ему подчиняться силы гарнизона? — деловым тоном спросила Бреха. Сидиус внутренне улыбнулся — она полностью заглотила предложенную наживку, теперь остался привычный торг.
   — У него будут все полномочия моффа, но ИСБ будет присматривать несколько пристальнее обычного, — спокойным благожелательным тоном ответил Сидиус.
   — Возможно ли, что ИСБ выделит дополнительные силы, в частности специалистов по пропаганде? — задала новый вопрос Бреха.
   — Конечно, вам будут предоставлены все необходимые специалисты в достаточных количествах.
   — В таком случае от имени дома Антиллес я, Бреха Антиллес, принимаю обязательства перед Вашим Императорским Величеством по выполнению ваших требований. Также я готова принять на себя всю полноту ответственности как мофф, — решительно произнесла Бреха.
   — Интересно... — с легким удивлением сказал Сидиус. — А ваш дом не будет недоволен вашим самоуправством?
   — Если только одна я поняла, насколько далеко зашел в своих играх Бейл, и только у меня хватило решимости связаться с вами, то почему следует считать их заслуживающими права принимать решения? Пусть почувствуют себя в роли разменной монеты! — прошипела сорвавшаяся женщина, выплескивая всю свою обиду за несчастливый договорный брак. — Я приложу все силы, чтобы обеспечить процветание Альдераана.
   — Что ж, вы меня впечатлили, и я надеюсь, что еще продемонстрируете остальным моффам свои навыки, — сыграл на выявленной струне честолюбия Сидиус.
   — Я постараюсь оправдать ваше доверие, — снова присела в книксене Бреха, тщетно стараясь спрятать хищную улыбку.
   — На этом позвольте откланяться, с вами свяжется представитель моего секретариата. И да, можете не волноваться — я постараюсь убедить лорда Вейдера в том, что крайние меры излишни.
   — Благодарю вас, ваше величество.
   Сидиус без дальнейших реверансов отключил связь, снова включая связь с Вейдером:
   — Все слышал?
   — Да, учитель. Но она зря волновалась.
   — Вот как? Дай угадаю — ты бы просто выжег все позиции ПКО, высадил бы свой легион, устроил бы фильтрационные лагеря и публичные казни виновных. И после этого говоришь, что она зря волновалась?
   — Ее бы я не тронул — она не виновата, даже если бы знала, ведь все устроил Бейл. А насчет казней — учитель, только не говорите, что они отменяются, — последнее Вейдер произнес с явственно различимой усмешкой.
   — Нет, все равно надо начинать с чего-то насаждать уважение к Империи. А уважение зачастую начинается со страха. Поэтому всех из расчетов ПКО и полицейских истребителей казнишь публично, в каждом достаточно крупном городе. Года за полтора пропаганда превратит этих казненных в жертв политических игрищ Органы, которых он подвел под карающую длань имперского закона, — изогнул губы в холодной хищной усмешке Сидиус.
   — Что с теми, кто пытался помещать исполнению приказа?
   — Ну, тебе, как карающей длани Империи, не стоит их награждать, тем более они не входят в имперские армию или флот. Поэтому максимум собери на плацу и поблагодари за проявленные здравомыслие и мужество. А награждать их будет госпожа мофф, будет ей опора.
   — Учитель, позвольте и Бейла...
   — Нет! Ты привезешь ко мне всех Органа. Причем проследи, чтоб они на себя руки не наложили. Особенно проследи, чтобы твоя дочь не узнала и не общалась с ними — нечего девочку лишним потрясениям и сомнениям подвергать.
   — Может, тогда их на курьере доставить? Заодно и джедаи получат еще одну цель, что распылит их силы.
   — Разумно. Но ты тоже не задерживайся — организуешь блокаду и сразу же отправишься с детьми на Корускант. Ты ведь не хочешь ими рисковать?
   — Да, учитель, вы правы. Но мне потребуется трое суток на организацию блокады.
   — У тебя двое суток, с момента финиша у Альдераана, после ты должен направиться сюда, — Сидиус выставил руку, гася возражения. — Все важные фигуранты уже уйдут к тому времени, с этим придется смириться. А всех оставшихся выловят ИСБ и Инкизиториум.
   — Хорошо, учитель. В таком случае мне хватит суток, остальное возьмет на себя мой штаб.
   — Отлично, держи меня в курсе.
   После окончания связи Сидиус отправился в рабочий кабинет подписывать очередную кучу документов, образовавшихся в результате этих разговоров. А в безвестной точке космоса огромные туши Разрушителей поочередно исчезли в вспышках гиперпрыжков.
  Глава 15
   В иллюминаторах мостика проносились смазанные полосы звезд, а перед ними черной статуей стоял Вейдер. Присутствующие на мостике непроизвольно оглядывались на темную фигуру — казалось, под складками плаща поселилась Тьма, только и ждущая неосторожного движения, чтобы затопить все вокруг. От этого подспудное чувство тревоги только усиливалось, выматывая людей, благо опытные в сосуществовании с главкомом офицеры распорядились об укороченных вахтах на мостике. Вахты сменялись бесшумно, и вообще на мостике старались издавать минимум звуков, чтобы не спровоцировать Вейдера излить свой гнев на неудачника.
   На самом деле они ошибались — главком отнюдь не был в ярости, наоборот, его терзали непривычные для него неуверенность и тревога. И блокада планеты, весьма сложный и выматывающий процесс, здесь была ни при чем. Грозного Дарта Вейдера терзала тревога перед встречей с дочерью — что там ей наплела эта мразь, Бейл Органа? Не стал ли он для нее ожившим воплощением ночного кошмара?
   Да, во время связи с детьми все было вроде бы в порядке, но тогда она еще не отошла после той безумной погони, когда дети чудом уцелели. При воспоминании об этом кожа перчаток скрипнула на сжавшихся в кулаки руках, а по нервам привычно резанула кипящая лава ярости — Винду как был мразью, так и остался. Ничего, урод, за твоей головой уже отправился охотник, к тому же страстно желающий как оплатить старый кровавый долг, так и смыть позор неудач от предыдущих попыток. В памяти всплыл недавно состоявшийся разговор.
  
   После окончания связи с Сидиусом Вейдер отдал приказ на начало прыжка, но огромные туши кораблей не могут прыгать мгновенно. Это весьма сложный и довольно длительный процесс, занимающий несколько минут. Решив не тратить зря время, Вейдер на удачу связался с одним из наемников, который раньше уже выполнял его поручения и подходил для этого задания лучше всех.
   На диске голопроектора показался наемник, одетый в традиционную мандалорскую броню.
   — Здравствуйте, лорд. У вас есть для меня задание? — раздался спокойный равнодушный голос.
   — Именно. Думаю, в этот раз вы даже сочтете возможным отступить от некоторых правил вашего отца, — ответил Вейдер.
   — Вряд ли, но вы меня заинтересовали, в чем дело? — со скепсисом и одновременно интересом спросил мандалорец.
   — Помнится, на заре своей карьеры вы преследовали одного джедая, по личным причинам. В конце концов вас заставили прекратить это преследование. А потом этот джедай сделал глупость и погиб, утащив за собой тысячи сородичей.
   — Я понял, о ком вы говорите, но зачем обсуждать мертвецов? — настороженно спросил мандалорец.
   — Некоторые мертвецы оказываются не такими уж и мертвыми, как нам бы хотелось. А некоторые оказываются и вовсе активными, — тяжело уронил слова Вейдер. — Я хотел бы, чтобы вы привели реальный и официальный статус этого джедая в одинаковое состояние. Учитывая ваш пыл в прошлом, я предположил, что в этот раз ваши услуги обойдутся дешевле.
   — Тогда я был очень юн и глуп. Сейчас я понял, что отец был прав, вбивая в меня правила. Судя по тому, что вам понадобились мои услуги, этот джедай уже скрылся с того места, где засветился. Отправлять на поиски группы из ИСБ или Инквизиториума вы не хотите или из-за риска утечки, или из-за нежелания информировать кого-то о поисках этого джедая, я прав?
   — Вы в очередной раз правы, мистер Фетт, я восхищен вашими талантами и в очередной раз напоминаю, что мое предложение о переходе ко мне на службу остается открытым. Обещаю, что вы ничего не потеряете в материальном плане.
   — За исключением свободы выбора, — хмыкнул Боба Фетт. — Предпочитаю оставить схему нашего сотрудничества как есть. Теперь по Винду — я не буду снижать таксу за его голову, мне надо обслуживать корабль и на что-то жить, а поиск обещает быть длительным.
   — Полное техобслуживание на базах флота и снабжение корабля по нормам дальней разведки, — сделал предложение Вейдер.
   — Я предпочитаю не нарушать своих правил, да и о репутации стоит заботиться, — покачал головой Фетт.
   — Хорошо, — закончил попытки поддеть наемника Вейдер. — Зная ваше к нему отношение — восемьдесят тысяч за мертвого, но тело должно быть доставлено в указанную мной точку для проведения экспертизы. Согласитесь, было бы обидно успокоиться, убив клона. После экспертизы тело можете забрать, хоть чучело из него сделайте.
   — Понятно, но если вы назвали цену за мертвеца, то что насчет доставки в живом виде? — спросил Фетт.
   — Могу гарантировать пятьсот тысяч за живого и не сильно поврежденного Винду. Это сумма ориентировочная, возможно, Император оценит голову Винду еще дороже — у него тоже имеются претензии к нему.
   — Зная некоторые слухи, о которых лучше молчать, я предпочту второй вариант, — в голосе наемника скользнула мрачная усмешка. — Откуда мне начинать поиски?
   — Он всплыл на Альдераане, планета сейчас блокирована, но я не сомневаюсь, что Винду удалось ее покинуть. В любом случае вам надо побывать там — я оставлю коды опознавания, копии приказов о содействии вам и прочее.
   На терминале замигало предупреждение о разрыве связи по причине начала прыжка.
   — Понятно, я начинаю выполнение заказа, но быстрое выполнение не гарантирую.
   — Плевать, главное — не упустите.
   На этом сеанс связи был закончен.
  
   Наконец, мельтешение полос в иллюминаторе прекратилось, и после вспышки за стеклом снова стали видны звезды. Вейдер отпустил свою Силу, которая ощутимым для одаренных пятном Тьмы расползлась по всей системе. Так практически ничего нельзя было обнаружить, только обозначить свое присутствие.
   И сразу же Вейдер почувствовал два огонька родной Силы. Они были тут, практически сразу входя в резонанс с Силой отца. Они еще немного неуверенно дрожали, что было характерно для необученных форсъюзеров, но это мелочи — научатся. Главное, они были, Вейдер почувствовал, что сковавший его когда-то панцирь мрака дал еще трещину. Не поворачивая головы, он бросил адъютанту:
   — Установить связь с силами блокады. Начать выдвижение на позиции для замены имеющихся сил. И передайте, чтобы не возились — люди и так там уже больше полутора суток на ногах. Поэтому максимально усилить контроль пространства, чтоб никто не смог воспользоваться сменой кораблей. Возможные разрывы, в которые можно проскользнуть, прикрыть москитными силами. Подготовить к спуску на планету мой шаттл и пару «Часовых» с десантом. Также подготовить к отлету крейсер, на котором улетал мой сын. Пилотов на него из моей эскадрильи и три отделения коммандос. Выполнять.
   Молча козырнув, адъютант тут же унесся выполнять поручение, на ходу строча приказы в датападе и одновременно говоря по коммуникатору.
   Вейдер еще раз кинул взгляд в сторону, где был крейсер с его детьми, и решительно направился к лифту. Конечно, хотелось сразу же встретиться с детьми, но сначала надо было выполнить поручение учителя да и… А чего лицемерить — ему очень хотелось напоследок втоптать Бейла в грязь, лучше публично, этот лощеный ублюдок все равно даст повод. Хищно ухмыльнувшись, Вейдер с тяжеловесной грацией хищника покинул мостик. Все присутствующие на мостике вздохнули с облегчением — под конец давящее чувство исчезло, сменившись предвкушением хищника, уже выбравшего жертву и только ждущего удобного момента, чтобы атаковать.
  
   Шаттлы плавно опустились на посадочную площадку королевского дворца, и из двух больших и грузных «Часовых» высыпали штурмовики со знаками на броне наводящего на многих ужас 501-го легиона. Солдаты быстро оцепили периметр площадки, что не добавило встречающим спокойствия.
   Тем временем трап «Лямбды» опустился и на нем показалась черная фигура, при виде которой некоторые из свиты встречающих мертвенно побледнели. Между тем Вейдер подошел к группе альдераанских аристократов и, качнув в приветствии шлемом, обратился к Брехе Антиллес:
   — Приветствую вас, мофф Антиллес, — по толпе аристократов пронеслось еле заметное шушуканье и град взглядов, от удивленных и потрясенных до ненавидящих и презирающих. Не надо думать, что ненависть и презрение были вызваны «предательством идеалов демократии», отнюдь — опоздавшие и пролетевшие мимо такого куска власти и денег изволили быть недовольными. Вейдер отлично это чувствовал с помощью присущей большинству одаренных эмпатии. — Вижу, что вы одеты не по форме, но это понятно — его императорское величество совсем недавно назначил вас на эту должность и в связи с ситуацией на планете у вас совсем не было времени подумать об этом.
   — Тем не менее это слабое оправдание для нарушения правил, надеюсь, вы простите мне это упущение, — присела в книксене Бреха, подчеркнуто не обращающая внимания на остальных аристократов, хотя сама была довольно бледной и имела напряженный вид. — Позвольте поинтересоваться целью вашего прибытия? Его императорское величество, конечно, говорил, что будут присланы силы флота, но мне кажется, что тратить ваше время на столь незначительное происшествие вряд ли рационально.
   — Вы правы, — качнул шлемом Вейдер. — Просто моя эскадра оказалась ближе всех, поэтому какое-то время она будет здесь, пока ее не сменит другое подразделение. Что же касается меня, то я не смогу оказать вам помощь — его величество распорядился, чтобы я как можно скорее доставил мятежников к нему. — По лицам некоторых аристократов было видно, что они готовы благодарить любых богов за то, что Палач Императора не задержится на Альдераане.
   — Главари мятежников будут доставлены в ближайшее время, — кивнула Бреха. — Но у меня есть вопрос: его величество обещал, что флот окажет помощь и перейдет в мое подчинение, а ваша эскадра, как всем известно, подчиняется только вам и Императору.
   — Мой штаб получил приказ сотрудничать с вами, поэтому не вижу никаких проблем, а после ротации сил все будет приведено в соответствие с пожеланиями его величества.
   — Благодарю за разъяснение, — кивнула Бреха.
   Тем временем гвардейцы Антиллесов вывели на взлетную площадку несколько десятков людей.
   — Кто это? — повернулся к Брехе Вейдер.
   — Главари мятежников, — подчеркнуто равнодушно ответила Бреха.
   — Его величество приказал к нему доставить только бывших Органа, а судьба остальных уже решена, и за вами остается приведение приговора в исполнение.
   Тем временем один или слишком глупый, или слишком привыкший к прошлым играм во вседозволенность аристократ решил обратиться к Вейдеру:
   — Как понимать ваши слова о бывших Органа?! Это представители благородного дома Органа, и с ними не смеют обращаться подобным образом! А столь наглая попытка захвата планеты вам и продавшейся вашему так называемому Императору Брехе Антиллес не сойдет с рук! Вы будете призваны к ответу!
   — Вы действительно сказали то, что хотели, или мне воспринимать это как нервный срыв? — равнодушно спросил Вейдер.
   — Я всегда говорю то, что хочу сказать!
   — Тогда за поддержку мятежников, за оскорбление Императора и высших чиновников в условиях особого периода… — протянутая рука, сжавшиеся пальцы — вздернутый повыше аристократ корчится в невидимых тисках, отчетливый хруст, и труп падает сломанной куклой. Бреха нервно потерла шею, но поскольку она была не единственной, то этот жест также прошел мимо внимания присутствующих. — Что же касается дома Органа — по решению Императора этот дом прекращает свое существование, имена всех его представителей будут вычеркнуты из списков аристократов, а герб этого дома будет стерт и забыт, все ныне живущие представители этого дома объявлены вне закона. Кто-то еще желает оспорить приказ Императора?
   — Может быть, не стоило вот так? — решилась все же выступить в защиту своих соотечественников Бреха. — Возможно, стоило передать это дело местной администрации? Все же это мои обязанности.
   — Ваши, но я не терплю нахальных идиотов. И кстати, что там с Бейлом? Почему его несут на носилках?
   — Когда на все его крики я сказала, что Альдераан уже имперская планета, а за ним, скорее всего, прилетите вы… — Бреха хищно улыбнулась. — Он попытался совершить самоубийство. Помня о словах Императора, я отдала приказ погрузить его в медикаментозный сон, так надежнее. Его сестры тоже накачаны успокоительными — устраивали истерики.
   — Хорошо, — по взмаху руки Вейдера штурмовики отделили бывших Органа от остальных заключенных и потащили в челнок Вейдера. Проследив за этим, Вейдер снова повернулся к Брехе. — Я так понимаю, что остальные — это достаточно высокопоставленные чиновники и военные?
   — Именно так, — кивнула Бреха.
   — Тогда я надеюсь, что они доживут до прилета следователей ИСБ.
   — Боюсь, что у меня недостаточно сил, чтобы обеспечить их безопасность, особенно когда до всех дойдет масштаб перемен и они захотят несколько обезопасить себя.
   — Буквально через час мои корабли займут позиции и начнется высадка десанта. Сил у вас будет достаточно. А если вы так сильно опасаетесь, что кто-то захочет заставить замолчать этих арестантов — переведите их на ИЗРы, разбив на несколько групп, по одной на корабль.
   — Благодарю за совет.
   — Не за что. Часть прибывших со мной коммандос обеспечат вашу охрану. Думаю, что на этом все требующие моего присутствия вопросы закончены, дальше вы скоординируетесь с моим штабом, необходимые коды — у командира вашей охраны.
   — Конечно, не смею вас задерживать, — присела в книксене Бреха.
   Провожаемый опасливыми взглядами Вейдер скрылся в шаттле, стартовавшем, едва закрылась аппарель. Следом взлетели грузные десантные шаттлы. Оставшиеся штурмовики, взяв в коробку охраны Бреху, сопроводили ее обратно во дворец.
  
   В ангаре «Опустошителя» «Лямбда» села возле уже стоящего там легкого крейсера. Ждавшие возле него коммандос споро приняли заключенных и увели их на крейсер. Вейдер тем временем инструктировал пилотов и командира штурмовиков:
   — Вы будете перевозить заключенных особой важности, возможны попытки противодействия и перехвата, поэтому курс будете прокладывать самостоятельно и без извещения кого-либо, даже в нарушение инструкций и запросов. Садиться будете сразу на площадку императорского дворца, вот одноразовые спецкоды. После доставки заключенных перелететь в мой дворец и быть в готовности. Все ясно? Выполняйте.
   Проводив глазами взлетевший крейсер, Вейдер вернулся в шаттл.
   — Курс на крейсер «Бегун», — отдал он приказ пилотам.
  Глава 16
   Когда шаттл приблизился к крейсеру, пилоты вышли на связь с ним. Вахтенный начальник, услышав запрос от шаттла, предложил подождать, пока подготовят переход. В это момент в диалог вмешался Вейдер:
   — Нет необходимости, просто откройте шлюз и придержите тяговым лучом шаттл, чтобы он не столкнулся с кораблем.
   Услышав голос главкома, вахтенный подавился воздухом, неуверенно выдавил «Есть!» и начал отдавать приказы.
   Через пару минут «Лямбда» неподвижно замерла в нескольких метрах от раскрытого шлюза корабля, прикрытого от космоса только пленкой щита. Стоящий за пилотским креслом Вейдер обратился к командиру экипажа:
   — Открывайте аппарель, а когда я перейду на крейсер — возвращайтесь на «Опустошитель».
   На брюхе висящей «Лямбды» открылась аппарель, и на нее вышел Вейдер. Не меняя шага, он одним движением оттолкнулся от аппарели и поплыл к шлюзу крейсера. Попав внутрь, он приземлился, даже не пошатнувшись при этом. Шаттл, закрыв аппарель, развернулся и, блеснув выхлопом двигателей, исчез из поля зрения, резко метнувшись в сторону.
   Взмахом руки прервав доклад капитана, Вейдер спросил, где дети. После небольшой заминки, пока капитан с помощью коммуникатора выяснял это (главком отнесся с пониманием — все, кого он видел, вид имели помятый, а капитана явно выдернули из постели, куда он рухнул, не снимая кителя), Вейдеру выделили сопровождающего до спортзала, где и пребывали дети. Не то чтобы главком не помнил типовую схему крейсера, но отпустить главкома без сопровождения? Это нарушение всех правил устава и этикета.
  
  Несколькими часами ранее
   Люк и Лея проспали больше суток — все же нагрузка, которой они подверглись, была немалой, особенно для их возраста. А учитывая, что они еще и были на Темной стороне… Тут и взрослые начинающие ситхи без сил валились, что уж говорить о подростках.
   Поскольку корабль находился в боевой готовности, то их оставили в лазарете, под присмотром нескольких бойцов противоабордажной команды, которые не выпустили их даже в столовую, объяснив это все той же готовностью и задраенными по-боевому аварийными переборками. Поэтому пришлось жевать то, что оставили заранее, благо это были не полевые пайки, а нормальная еда с камбуза,* пусть и остывшая. Правда, подросткам было все равно, и они набросились на еду, как голодные хищники, смолотив двойные порции контрабордажников под малость обалдевшими взглядами бойцов. Не отказались бы от добавки, но больше не было.
   После этого Лея буквально вытрясла из брата коммуникатор с залитыми на него файлами про события на Полисс-Масса, а также истинной биографией главарей Альянса, в лице Бейла Органы, Мон Мотмы и нескольких других, и погрузилась в чтение.
   Ну а Люк, чтобы не страдать от скуки, решил попрактиковаться в джедайском исцелении. Он вообще после своего Падения не забывал проверить свои скудно освоенные техники Светлой стороны, почерпнутые из того памятного видения. К его удовлетворению, подозрения подтвердились — Светлая сторона осталась ему подвластна. Конечно, Темная сторона все так же старалась вырваться из-под контроля, но Люк довольно успешно справлялся с этим. Такая легкость его удивляла, впрочем, может, это как с животными — если боишься, то нападут с большей вероятностью? А джедаи именно боялись тьмы, им внушали этот страх еще с пеленок, забывая, что страх — одна из главных эмоций, подпитывающих Темную сторону. Поэтому все попытки бороться с тьмой были заранее обречены на провал, как тушение пожара керосином. Единственным же средством борьбы с Темной стороной внутри себя для них было бегство от нее.
   Впрочем, Люку было не до этого и сейчас — с удобством устроившись на койке, он занимался целительскими техниками, стараясь затянуть ожог на груди. Врач почистил его от обугленной плоти и наложил повязки, но ожог был слишком воспаленным, да и ощущался отнюдь не как обычная рана, которых Люк наполучал еще на Татуине, каждый раз выслушивая упреки тетушки. Этот же ожог ощущался совсем иначе и сопротивлялся попыткам его исцелить.
   Попытавшись подробнее осознать свои ощущения, Люк сначала удивленно замер, а потом коротко и зло усмехнулся — Винду оказался не таким уж и светлым, как хочет казаться. Ожог фонил темной энергией, которую оставил напитанный ею меч. А ведь Винду еще свято верит, что является истинным джедаем. От осознания этого оксюморона — ситх, воображающий себя джедаем — Люк натурально заржал, стараясь задавить мерзкую дрожь — ведь примерно такую участь готовили и ему.
   В этот момент его встряхнули за плечо. Открыв глаза, подобравшийся Люк увидел обеспокоенного бойца.
   — Сэр, ваша сестра… это нормально?
   Оглянувшись на Лею, Люк увидел, что мелкие предметы вокруг нее дрожат, а если смотреть боковым зрением, то вокруг девочки вроде бы мелькают лоскуты темного тумана. Сплюнув, Люк смачно выматерился на хаттезе и вскочил. Очень осторожно и плавно обойдя сестру, он медленно приблизился к ней спереди, удерживая в мыслях доброжелательный к ней настрой, и позвал:
   — Лея… Сестренка… Лея, отвлекись.
   Девочка вздрогнула и подняла на него сияющие золотом глаза:
   — Как они могли всем врать, после того как сотворили все это? Как они после этого могли рассказывать про всеобщее благо, творя такую… грязь? — от Леи по недавно сформировавшейся и окрепшей во время сна родственной связи шибало такой смесью боли, гнева, стыда и еще чего-то, в чем сможет разобраться только женщина.
   Люк резонно опасался за свои мозги, но закрыться от сестры даже не попытался — семья или есть, или ее нет, а в семье помогают.
   — Лея, смотри на меня, сосредоточься на мне. Так, а теперь дыши, медленно и глубоко, и пытайся представить что-то тихое и приятное, ассоциирующееся с покоем, — Лея начала понемногу успокаиваться. Люк медленно приблизился к ней и мягко и аккуратно обнял ее. Всхлипнув, девочка вцепилась в него, как в спасательный круг, оставляя кровоподтеки под пальцами.
   Поглаживая сестру по голове Люк напряженно думал, что же делать дальше. Что с Леей — было ясно, Люк, конечно, не мог внятно объяснить свои ощущения, но ему было понятно, что сестра сломала один из якорей. На планете все прошло легче и потому, что Люк, послуживший новым якорем, был рядом, и чувствительность к Силе еще не вернулась в полной мере. Да и появление Винду, как это ни парадоксально, тоже оказалось очень своевременным — смертельная опасность замечательно прочищает мозги и позволяет забыть о рефлексиях. Сейчас же якорь разрушился и сознание тщетно пыталось найти новый, дабы обрести равновесие. Хорошо хоть Люк был рядом.
   Представив, чем могло закончиться дело, не будь его рядом, Люк содрогнулся. Он уже сам ощутил всю притягательность тьмы и то, какие кошмары могут скрываться в ней. И если при погружении в нее у тебя нет якорей или они слабы… Вспоминай самые жуткие страшилки о темных адептах и смело умножай на десять, если не на сто.
   — Люк, я не понимаю что со мной — мне хочется крушить и убивать. Это ненормально, раньше я злилась, но чтоб так… Что это? — сказала уткнувшаяся в плечо брата Лея.
   — А это Темная сторона, о которой я предупреждал. Ты вспыльчивая, как отец, да еще ничему не обучавшаяся и к тому же только вернувшая чувствительность к Силе. Вот тебя и накрыло после той грязи, что ты прочитала. Все же я дурак, не стоило тебе давать читать всю эту дрянь, — успокаивающе сказал Люк.
   — А что делать? Я не могу успокоиться, мне страшно, — подрагивающим голосом ответила Лея.
   — Так, не бойся Темной стороны, она такая же часть тебя, как и все остальное. Боясь ее, ты только подпитываешь ее и теряешь над ней контроль. Постарайся принять и обуздать ее. Постарайся успокоиться, — все так же спокойно сказал Люк.
   — Не могу — постоянно вспоминаю ту ложь, которой они меня пичкали и…
   — И тебе хочется разорвать их, — утвердительно закончил Люк. Лея только кивнула, все так же уткнувшись в него.
   Прищуренные глаза Люка вдруг широко раскрылись — к нему пришла идея. Требовалось только кое-что уточнить. Люк повернулся к бойцам:
   — Где поблизости просторное помещение с прочными стенами?
   — Сэр, рядом с лазаретом есть спортзал. Он рассчитан на использование в качестве резервной палаты во время боевых действий, поэтому там усилены переборки, и это одно из самых защищенных мест на корабле, как от наружных воздействий, так и от внутренних, сэр.
   — Отлично, ведите, — подхватив на руки сестру, Люк пошел вслед за бойцами.
   Немного повозившись, те разблокировали и открыли дверь в спортзал. Войдя и оглядев помещение, Люк повернулся к ним:
   — Подходит. Теперь выставьте оцепление на всех входах сюда и не пускайте никого, кроме нашего отца, даже капитана.
   — Сэр, разрешите уточнить — ходят слухи, что ваш отец…
   — Да, наш отец это главком, Дарт Вейдер. Выполняйте!
   Повернувшись к скользнувшей на место и тут же задраенной двери, Люк аккуратно поставил сестру на ноги.
   — Лея, слышишь меня? Успокоилась немного?
   — Да, я немного успокоилась, но все равно хочется что-то крушить, просто так. Я не понимаю, что со мной, — немного растерянно сказала Лея.
   — Это Темная сторона, ты еще не привыкла, вот она и играет. Но это поправимо, заодно с пользой время проведем.
   — И как именно? — заинтересованно-скептически спросила Лея.
   — Будем играть в салочки! — расплылся в улыбке Люк. — Можно применять Силу, но только не бросаться чем попало и не применять что-то опасное. А лучше вообще ограничиться только телекинезом: подсечки, толчки, только не душить.
   — Ты издеваешься? — гневно раздула ноздри Лея.
   — Ничуть! — Люк хлопнул сестру по плечу и бросился в другой конец зала. — Не поймаешь!
   — Ах так! Ну, держись! — Лея бросилась вдогонку.
   Скоро Люк уперся в стенку, и тут его зажала Лея.
   — Попался? Вот я тебя…
   Тут Люк подпрыгнул, слишком высоко для человека при нормальной гравитации, и, оттолкнувшись от стены под потолком, перелетел через Лею, приземлившись на руки и кувыркнувшись.
   — Ааа… как это? — растерянно моргнула Лея.
   — Сила, сестренка! Неужели все принцесски такие глупые и могут только чинно выделываться на балах?
   — Чтооо?! Я до тебя доберусь!
   После этого в спортзале наступил кавардак и локальный конец света. Подростки носились по всем поверхностям, не обращая внимания на вектор притяжения, попутно разнося все подряд силовыми толчками и ударами.
  
   Пройдя по коридорам, Вейдер уткнулся в дверь, возле которой замерли нервные флотские пехотинцы, постоянно косящие глазами в сторону этой двери. Благо сержант вовремя заметил главкома и рявкнул «Смирно!».
   — Вольно. Открывайте.
   Пехотинцы поспешно раздраили дверь, и, войдя внутрь, Вейдер огляделся. Ну что сказать? Детишки повеселились на славу: все тренажеры и кое-какая мебель раздроблены в довольно мелкие обломки, а переборки, образующие спортзал, можно было с минимальными затратами краски замаскировать под природный камень, настолько бугристую и неровную форму они имели. И посреди этого бешеными фвитами носились подростки.
   Но вот Лея заметила новое действующее лицо и замерла. В ней боролись разные чувства, она знала, что это ее отец, но ее так долго и старательно приучали бояться Палача Императора, да и выглядел ситх в своей броне весьма грозно.
   Почувствовавший все это Люк мгновенно оказался возле сестры и приобнял ее за плечи.
   — Лея, закрой глаза и забудь, что видела. Просто погрузись в свои ощущения, почувствуй, что тебе говорит Сила.
   Лея послушалась брата и прикрыла глаза, прислушиваясь к своим ощущениям. Вот рядом брат — черно-белое пламя, готовое как застыть светлым айсбергом, так и вспыхнуть темным всепоглощающим пожаром. А вот рядом сгусток тьмы, беспощадной и свирепой, подсвеченной багровым светом лавы. Но… эта тьма не кажется ей враждебной, наоборот — она несмело касается ее, тут же отдергиваясь, как огромная бродячая собака, которая хочет ласки, но боится, что ее погонят палкой. Лея потянулась вперед, пытаясь почувствовать, понять, и на нее разом обрушились чувства отца — радость, страх, что его оттолкнут, мрачная решимость порвать кого угодно, кто хоть косо на нее посмотрит, боль от осознания, что в этой разлуке есть и его вина… И поверх всего этого — ощущение того, что эта Сила действительно родственна ей.
   — Папа, папочка… — прошептала Лея, протягивая руки.
   Вейдер одним движением сграбастал ее в объятия и прижал к себе, прикрывая плащом. Девочка вцепилась в него стальной хваткой, что-то бессвязно шепча, а потом полились слезы, она, захлебываясь плачем, высказывала все свои обиды и разочарования. Лее не нужны были слушатели, ей просто надо было, чтобы ее кто-то обнимал, даря ощущение защиты — это обретшее недостающий якорь сознание сбрасывало все накопившееся напряжение.
   Стоящий рядом Люк облегченно вздохнул и, подойдя к стенке, стек по ней на пол. Почувствовав взгляд отца, он пояснил:
   — Я дебил, это из-за меня, — но, ощутив недоумение отца, развернул ответ, — я дал ей коммуникатор со всеми материалами, что ты мне передал, а сам не проконтролировал, как она это воспримет, пытался ожог затянуть. А она и так на планете сорвала один из якорей, хорошо хоть там был я, да и Винду вовремя подоспел. А тут, когда она узнала правду про Республику и «неподкупных» сенаторов, у нее сорвался еще один якорь. Плюс ее Падение… Я хоть успел малость привыкнуть, а она… И чувствительность к Силе, и Падение… В общем, повезло, что я был рядом.
   — И что вы делали? — обводя взглядом раздолбанный зал, спросил Вейдер.
   — Не поверишь — в салочки играли! — расплылся в улыбке Люк, а потом устроился удобнее на полу и засопел.
   Переведя взгляд на дочь, Вейдер не удержался от тихого хмыканья — та тоже спала, так и не ослабив хватки.
  
  
   *Все нелюбители флотских терминов могут идти на… — у меня и отец, и брат бабушки служили на флоте, да и так хватало в семье тех, кто с кораблями связан — Николаев, город корабелов… бывший.
  Глава 17
   Устроив детей на койках лазарета и кивком отпустив помогавших пехотинцев, Вейдер задумался о дальнейших действиях. Учитель был прав — детей надо было как можно скорее доставить на Корускант. Не только для надлежащей охраны, но и для нормального обучения. Случай с Леей наглядно показал, к чему может привести беспечность.
   Достав коммуникатор, Вейдер вызвал адмирала, командующего его эскадрой:
   — Адмирал, вы уже закончили оценку необходимых для выполнения задачи сил?
   — Так точно, милорд, мною и штабом обработаны все имеющиеся данные, в том числе и отчет капитана «Бегуна», — начал докладывать один из самых молодых адмиралов флота. — Сил для выполнения задачи сейчас достаточно, но, учитывая высокий уровень подготовки эскадры, при ротации с другими подразделениями следует увеличить численность приблизительно на 15%, в основном за счет москитных сил.
   — Когда я могу использовать «Опустошитель»?
   — Милорд, боюсь, что не в ближайшие несколько суток — без этого ИЗРа оставшихся, скорее всего, не хватит на организацию нормальной блокады, — извиняющимся тоном произнес адмирал.
   Вейдер задумался — хотелось отправиться на более надежном корабле, но Лаурита Том был настоящим профессионалом, и если он утверждал, что этот корабль ему нужен…
   — Хмм, а «Бегун» вам не нужен? — спросил Вейдер.
   — Нет, милорд, я вообще не рассчитывал в ближайшие несколько суток на эти корабли, поэтому можно легко скорректировать планы, — заверил адмирал.
   — Хорошо, тогда распорядитесь перебросить на крейсер взвод коммандос и после этого принимайте управление эскадрой на себя. Я вас покину на некоторое время.
   — Так точно, милорд, через полчаса коммандос будут на борту.
   Выдав еще несколько указаний, в том числе и подтвердив необходимость сотрудничать с моффом Антиллес — к врагам, а тем более к предателям у адмирала было сложное отношение, следовало подстраховаться, Вейдер закончил разговор. После чего направился на мостик, где застал минимальную ходовую вахту, которая героическими усилиями пыталась не заснуть.
   — Вызовите капитана, — сказал вытянувшемуся вахтенному начальнику Вейдер.
   Спустя несколько минут появился капитан, все еще помятый, но уже в свежей форме.
   — Лорд Вейдер, вызывали? — вытянулся, отдавая честь, капитан.
   — Да, капитан Тэй, я решил не отвлекать от блокады такие значительные силы, как ИЗР, и поэтому решил, что ваш крейсер ничуть не хуже сможет доставить меня и детей на Корускант. Тем более вам все равно идти на ремонт.
   — Милорд, я польщен, но при чем здесь ремонт? Крейсер в отличном состоянии и не получил никаких повреждений, а профилактику после интенсивных маневров во время обеспечения блокады можно пройти и на оперативной базе флота.
   — Понимаете, дело в том, что после случившегося на планете у дочери случился небольшой срыв, потеря самоконтроля, а для форсъюзера это плохо и очень опасно для окружающих.
   — Какие последствия? — напряженно спросил капитан.
   — Минимальные — в спортзале разнесено все, а переборки придется долго рихтовать или сразу менять.
   — Не будь они вашими детьми — просидели бы до конца полета в карцере, — зло произнес капитан.
   — Поверьте, при срыве форсъюзера такой силы это ничего не значащие мелочи.
   Капитан ненадолго задумался и, подозрительно прищурившись, спросил:
   — А какие последствия вы назовете серьезными?
   — Полностью уничтоженный экипаж и необходимость убить сошедшего с ума форсъюзера. И нет, это не преувеличение — Сила много дает, но так же многого и требует. А дети еще не обучены в должной степени, да и столкновения вообще не должно было быть.
   — Эээммм, лорд Вейдер, а следует ожидать повторения подобных... эксцессов? — аккуратно подбирая слова, поинтересовался капитан.
   — Успокойтесь — форсъюзеры вообще и мои дети в частности не склонны набрасываться на окружающих по пустякам, просто последствия обычной истерики могут быть вот такими, — заметив катнувшиеся желваки капитана, Вейдер добавил, — и это не «капризы избалованной девчонки», как вы могли подумать. Как вы полагаете, какая реакция будет у тринадцатилетней девочки, которая была вынужденна стрелять в людей из акустического оружия? Уточню — в боевом режиме.
   — Кхм, прошу меня простить, милорд, за недостойные мысли, — вытянулся капитан.
   — Людям свойственно бояться неизвестного, капитан. Пока подготовят каюту, я побуду вместе с детьми.
   — Конечно, милорд. Мы стартуем через двадцать минут.
  
   Почти все время полета дети проспали, что было неудивительно — так нагоняться. Все это время Вейдер просидел вместе с ними. На взгляд постороннего наблюдателя — главком был абсолютно неподвижен, а вот форсъюзер мог бы многое сказать.
   Старательно удерживая себя в нужном настрое и тщательно дозируя Силу, Вейдер приучал детей к своей Силе на подсознательном уровне, заодно укрепляя возникшие Узы. Опыт у ситха был, желание тоже, и дети спокойно реагировали на родственную Силу, поэтому в конце, когда Вейдер ради пробы отпустил свою Силу, не маскируя и не ограничивая ее, даже не шевельнулись, продолжая спокойно спать.
   За час до выхода из гипера Вейдер вызвал к себе командира коммандос и долго инструктировал его по поводу предстоящих действий. Конкретно этот взвод коммандос состоял полностью из обычных людей, и они были горды оказанным им доверием — честью сопровождать Вейдера с детьми к Императору.
   Перед самым выходом из гипера Вейдер разбудил детей и — пока они приводили себя в порядок — успел побеседовать с капитаном.
   — Капитан Тэй, вы отличный офицер с хорошими командными способностями, но отказываетесь от повышения, а без этого звание линейного капитана — ваш потолок. Я бы хотел поинтересоваться — почему?
   — Все просто, милорд: я люблю свой корабль и люблю летать, а переход на штабную должность будет неизбежно связан с разгребанием бумаг, — капитан вздохнул и продолжил. — Да и не продвинусь я в штабе, там другие навыки нужны, умение выследить пиратскую лоханку и организовать штурм пиратской базы — не самое важное для штабной карьеры.
   — А Звездный Разрушитель? На флоте вечная нехватка действительно грамотных и инициативных капитанов для них. На нем вы быстро получите коммодора, а там и до звания контр-адмирала недалеко.
   — С этим званием я и уйду в отставку, перед этим сполна насладившись скукой службы на большом корабле, — Тэй вежливо улыбнулся. — Спасибо, но я буду гонять всякую шваль на своем малыше, на нем, по крайней мере, чувствуется скорость.
   — Вот как? Я просмотрел ваше личное дело — вы неоднократно руководили действиями легких сил, причем весьма успешно. Не хотите принять под командование патрульную эскадру?
   — Милорд, кто ж меня на нее поставит? Там ведь те же умения, что и в штабе, нужны, ну или быть действительно выдающимся командиром. Я же просто достаточно умелый офицер, — пожал плечами Тэй.
   — Вы весьма трезво оцениваете собственные способности, это похвально. Но что вы скажете, если вам предложат эскадру легких сил, причем без необходимости вести дипломатию со штабными и военными чиновниками, главное— эффективность?
   — Скажу, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но не смогу не спросить: а что за место? — заинтересованно наклонил голову капитан.
   — Моя эскадра. Мне нужен толковый и инициативный командир легких сил для разведки, борьбы с москитами противника, преследования различной мелочи и усиления собственных москитных сил. Что скажете? Обещаю, что коммодором вы станете очень быстро, а вот адмиралом разве что при выходе в отставку.
   — Милорд, мне очень лестно ваше предложение, но что тогда будет с моим кораблем? — по лицу Тэя было видно, что ему не хочется отклонять предложение, но чувства к кораблю…
   — Если желаете — станет вашим флагманом, но тогда все равно надо будет провести модернизацию на верфях.
   — В таком случае для меня честь служить под вашим началом, — вытянувшись, офицер щелкнул каблуками.
   — Отлично. Запомните главное: я требую безукоризненного исполнения служебных обязанностей, но если вы их будете выполнять, то все слухи про меня так и останутся слухами. И еще: с этого момента вы подчиняетесь только мне и выполняете только мои приказы и приказы уполномоченных мною лиц, вам понятно?
   — Так точно, сэр!
   — В таком случае занимайте парковочную орбиту над Корускантом и готовьтесь к стыковке с крейсером «Страж», на нем я спущусь на планету. После чего ожидайте дальнейших приказаний, скорее всего пойдете отсюда к Куату на модернизацию. Сами понимаете — нужно время на оформление приказов.
   — Так точно, разрешите выполнять?
   — Выполняйте, о подходе «Стража» сообщите.
   Вейдер покинул мостик, а Ветаур Тэй, отдав необходимые приказы, замер в капитанском кресле, обдумывая свой карьерный прыжок. Да, к высоким званиям ему на этом посту не добраться, но честно говоря — плевать! Главное, он не расстанется со своим кораблем и ему не придется дальше киснуть в скучных патрульных полетах, когда очередные пираты воспринимались как дар богов, развеивающий скуку.
   Тут капитан усмехнулся — если слухи не врут, то эскадра главкома скучает крайне редко, а уж всякая быстрая мелочь — и подавно никогда. И это хорошо! К тому же, по слухам, мало того что в этой эскадре жалованье весьма неплохое, так еще и боевые немалые. Пожалуй, можно будет осуществить пару давних мечтаний…
   Впрочем, капитан был истинными профессионалом и, быстро отринув мечтания, погрузился в планы, предложения, отчеты. В общем, все то, что и занимает большую часть времени любого командира.
  
   Перейдя на крошечный, по сравнению с «Карраком», 344-й «Страж», Люк и Лея тут же просочились в пилотскую кабину. Тяжело вздохнув, Вейдер последовал за ними, перед этим отдав приказ коммандос о боевой готовности — во-первых, он опасался джедаев, трезво оценивая способности форсъюзеров.
   А во-вторых, Вейдер отнюдь не доверял Дарту Сидиусу, помня и о «Правиле двух», и о «пути ситхов», также не забывая о правиле «не доверяй никому», надежно вбитом самим же Сидиусом. Поэтому если учитель решит повести себя… неправильно, то шанс вырваться из дворца, невзирая на Гвардию и самого Сидиуса, есть. Другой вопрос — что будет дальше? Но в таком случае до него надо будет еще дожить.
   Тем временем корабль спустился с орбиты и под восхищенные вздохи детей, пораженных открывшейся панорамой, начал заходить на посадочную площадку Императорского дворца. Там уже стояли встречающие из Императорской гвардии, выделяясь ярким пятном на темном фоне площадки. Не успела откинуться аппарель, а гвардейцы уже выстроились в две шеренги, образовывая почетный караул.
   Вейдер уже собирался сделать шаг, когда его дернула за руку стоящая рядом Лея:
   — Мы сразу пойдем к Императору?
   — Да, я должен вас ему представить. Ты ведь сама понимаешь, что при моем положении в государстве вы должны быть представлены Императору.
   — А… а как же одежда?! — занервничала Лея. — Как мы можем появиться перед Императором в этом???
   Вейдер окинул взглядом детей: Люк был в копии своего полувоенного костюма, который сидел на нем очень уверенно, словно мальчик носил такой очень долго, единственным, что разбавляло черный цвет, был краешек воротника алой рубашки. От этого его волосы казались еще светлее, а глаза ярче.
   В противоположность брату, Лея была одета в платье, в котором сбежала из дворца. Оно было простым, но в этой простоте была своя элегантность, а белый цвет делал девочку похожей на хрупкий цветок.
   — Нормально вы выглядите, — высказал свое мнение Вейдер. — Во всяком случае не походите на этих расфуфыренных придворных. Если Император приглашает, то не следует медлить, даже если ваш вид не совсем соответствует придворным нормам.
   Наклонившись к Лее, Вейдер продолжил:
   — Тем более что Император обожает стиль своей родины — Набу. Придворные пытаются подражать, но это так выглядит… сама увидишь. Так что поверь — вы прилично одеты.
   — Хорошо, — Лея вздохнула, подумала и все же взяла отца за руку. — Я не боюсь, но мне так спокойнее, — пояснила она в ответ на фырканье Люка.
   Тот хотел что-то сказать, но его остановила ладонь Вейдера, легшая ему на плечо. Так они и вышли из корабля.
   Командир гвардейцев козырнул Вейдеру, получил ответный кивок и пошел впереди, указывая дорогу. Маршрут пролегал по служебным коридорам, где с момента постройки дворца не было праздных придворных, поэтому любопытство Леи относительно их нарядов осталось неудовлетворенным.
   Их путь закончился возле массивных двустворчатых дверей, которые при их приближении распахнули гвардейцы. За дверями оказался просторный зал, очень напоминающий рабочий кабинет, от его обстановки веяло роскошью, причем не переходящей в безвкусную аляповатость.
   В противоположном от дверей конце зала располагался стол, за которым сидел седой мужчина в мантии винного цвета. Подойдя ближе, Лея смогла рассмотреть, что мантия сплошь расшита тончайшим золотым узором, сливающимся в непонятные символы.
   — Учитель, — сказал Вейдер. — Позвольте вам представить моих детей: Люка Скайуокера и Лею Скайуокер. Дети, перед вами его императорское величество Кос Палпатин и мой учитель Дарт Сидиус.
  Глава 18
   Сидящий за столом поднял голову, продемонстрировав приятное лицо с располагающей улыбкой:
   — Здравствуй, ученик. Здравствуйте и вы, дети.
   Поздоровавшись, Сидиус внимательно разглядывал вошедших, постепенно уверяясь, что все слова Вейдера относительно сына полностью правдивы. Девочка, Лея, смотрела, как и полагается ребенку — с интересом и легкой долей опаски. А вот Люк…
   Внимательный настороженный взгляд, неосознанные движения готового к возможной схватке бойца, привычка носить полувоенную одежду как мундир, полностью естественно и привычно. Мальчик действительно прожил жизнь своего отца. Вот только почему от него так веет опаской и решимостью идти до конца?
   Сидиус задумчиво прикрыл глаза — мальчик видел что-то из возможного будущего, других вариантов нет. И то, что он там увидел, ему не понравилось, причем настолько, что он определил джедаев во враги. Вот только Империю и Императора записывать в друзья не спешил, что настораживало. Что же он видел?
   И ведь, вопреки тому, что воображают разные идиоты и недоучки, его не допросишь, даже если сбросить со счетов Вейдера и тот факт, что дети смогли сбежать от Винду. Дураки подумают, что повезло и коммандос помогли, а вот сталкивавшиеся с джедаями-магистрами задумаются, поскольку сбежать от этих машин смерти, деформирующих саму вероятность событий, далеко не каждому по плечу. Это воля Силы, причем выраженная весьма недвусмысленно. А хоть и говорят, что ситхи сами творят свою судьбу и неподвластны Силе, но это ложь. Отдать инициативу и свою жизнь на волю потока, как джедаи, или бороться и использовать этот поток, подобно ситхам, вовсе не означает, что этого потока не существует.
   Да и в случае допроса или незаметного вылавливания в сознании мальчика видений большая часть так необходимой информации ускользнет. Будут добыты сами видения, а вот отголоски ощущений и впечатлений останутся недоступны. Такое может рассказать только сам Люк. Добровольно.
   Ну и последнее — это его внуки. Сильные, умные, удачливые — отрада для любого. А уж для ситха… Сидиус уже внимательнейшим образом ознакомился с отчетом следственных групп по столкновению с Винду и был крайне впечатлен. Копье Полуночной Тьмы или Заряд Ненависти и Молнии Силы в тринадцать лет? И после этого дети мало того что не легли пластом на месте, а очень даже активно удирали, вели космический бой и не получили никакого ущерба для своих тел? Такие способности привели бы любого ситха в настоящий экстаз, а просто намек на возможность заполучить в свои руки такие сокровища и лично огранить их таланты…
   Словно этого мало, последовал отчет Вейдера о событиях на корабле. Прочитав его, Сидиус вообще лишился дара речи. Шутка ли, даже добровольно перейдя на Темную сторону, суметь обуздать вспышку эмоций… И крайне мирным путем… Самого Сидиуса учитель приучал к самоконтролю весьма жестокими методами, иначе нельзя — Темная сторона сильна, и чтобы ее обуздать, у обучаемого должна появиться очень сильная мотивация. До этого дня Сидиус думал, что иначе быть не может, но вот оно, опровержение — стоит, смотрит карими глазищами и застенчиво моргает.
   А рядом смотрит колючим взглядом голубых глаз еще одно явление, которого и быть не может — оказывается, Люк спокойно пользуется обеими сторонами Силы! Просто невероятно, такое впечатление, словно пески времени отхлынули, унеся больше тридцати тысяч лет, и перед ним стоит один из легендарного Ордена дже'дайи. Похоже, это еще один путь, которым Энакин Скайуокер принес Равновесие.
   — Я очень рад, что ваш отец смог вас найти, — разорвал затянувшееся молчание Сидиус. — Также не могу не признать вашу храбрость, проявленную при столкновении с бывшим магистром джедаев Винду. Здесь вы будете в безопасности.
   — От джедаев — да, — хмуро ответил Люк. Лея недоуменно оглянулась на брата, а Вейдер, вздрогнув, чуть развернул кисть руки, лежащую возле пряжки ремня.
   Сидиус, как будто не заметив этих приготовлений, как и чуть изменившегося положения тела мальчика, доброжелательно и искренне улыбнулся:
   — И что же тебя беспокоит, юный Скайуокер? — спросил наслаждающийся представлением Сидиус.
   — «Правило двух» в частности и кодекс Бэйна в целом, — не поддался улыбке Люк, цепко и настороженно смотря в глаза Императору, словно через прицел.
   И надо признать — Дарт Сидиусу, одному из самых могущественных ситхов за несколько тысяч лет, стало весьма неуютно под взглядом этого мальчишки. Перед ним стоял тот, кто, подобно Ревану, мог сокрушить любые препятствия перед собой, шепот Силы ясно об этом говорил. И чтобы удержать такого на своей стороне, устаревший кодекс, в последнее время все сильнее казавшийся самому Сидиусу отжившим, был крайне малой ценой.
   — Может, пояснишь свои опасения? — продолжил прощупывать Люка Сидиус.
   — Нас здесь, — рука Люка обвела помещение. — Четверо, все темные. А согласно «Правилу двух», двое должны умереть. Я не для того так долго ждал, чтобы терять семью из-за дурацкого правила тупого недоучки. Убить вас? Это означает надеть ярмо в виде титула Императора, я не настолько глуп.
   — Твои опасения понятны, юный Скайуокер, но почему ты так говоришь о Дарте Бэйне? Ведь именного следуя его кодексу ситхи пережили поражение, выжили и смогли победить.
   — Не надо рассказывать сказки, выдуманные самим Бэйном и его последователями — я видел. И то, как он выжил, и то, к чему привели его измышления, проистекавшие от скудоумия и нежелания понимать. К тому же его кодекс пришел к логичному завершению — ситхи победили, джедаи рассеяны и слабы. Задача, которая была краеугольным камнем кодекса, выполнена, а другой нет и быть не может. Значит, кодекс устарел и надо либо создавать новый, либо возвращаться к тому, который был до Руусана. Вот только в старый нужно будет внести столько поправок, что от написания нового это мало чем будет отличаться.
   Опешивший от таких знаний мальчика и его тона Сидиус откинулся на спинку кресла, внимательно рассматривая как удивленную до отвисания челюсти Лею, так и замершего статуей ученика, по связи с которым доносилось состояние полного ступора.
   — Что ж, юный Скайуокер, в твоих словах есть истина, и твои опасения понятны, — сказал Сидиус, глядя только на Люка. — Поэтому я говорю: кодекс Дарт Бэйна отныне и навсегда перестает действовать. Ситхи выходят из тени. Ты доволен, Люк?
   — Да, ваше величество, вы развеяли одно из опасений, — склонил голову Люк.
   — Вот как? Только одно? — вопросительно поднял бровь Сидиус. — Может, тогда выскажешь их все?
   — Это… это связано с тем, что я увидел в видениях того, что может быть… — осторожно ответил мальчик.
   Сидиус напряженно подобрался — вот оно! То, что способно перевернуть все сложившиеся вероятности.
   — Говори и не опасайся разгневать меня, видения — это милость Силы, а значит, глупо на них обижаться, — мягко сказал Сидиус.
   — Хорошо. В моих видениях, в которых я был уже взрослым, вы были безумны и управляли только с помощью страха и террора, — упали слова.
   Сидиус почувствовал, как на него накатывает паника. С того самого момента, как он потерял самоконтроль после победы над Винду и едва сумел выплыть из безумия, именно страх потерять разум стал самым сильным и тщательно скрываемым страхом ситха. Тем более что со временем становилось все труднее сдерживать Темную сторону, не давать ей захватить разум.
   В голове заскреблась какая-то мысль, которую никак не удавалось поймать, что-то связанное со днем переворота и джедаями, но все как-то неопределенно. «Я подумаю об этом после», — решил ситх, возвращаясь в реальность.
   В которой произошли некоторые изменения: Вейдер стоял на полшага перед детьми, частично закрывая их собой, ладонь замерла возле светового меча. Люк, чуть повернув голову, внимательно изучал застывших возле дверей двух гвардейцев, его рука тоже уже почти коснулась рукоятки меча. Лея, плечо которой стиснул брат, все еще недоумевала, абсолютно не понимая, как реагировать; ее взгляд метался между братом, отцом и Императором. Одно неверное слово или движение…
   — Не нужно бояться, — очень аккуратно сказал Сидиус, тщательно следя, чтобы в голосе не было посторонних интонаций, которые так легко понять превратно. — Ты сказал правду о том, что увидел. Это бесценный дар.
   И с облегчением отметил, как чуть ушло напряжение из глаз Люка. Хорошо, можно продолжать дальше.
   — И я понимаю, почему ты так напряженно относишься ко мне. Но, думаю, мы найдем компромисс, — доброжелательно продолжил Сидиус. — Ты сказал, что в видении ты был взрослым, так? — кивок мальчика. — Хорошо, а сколько именно тебе было?
   Люк забавно нахмурился, пытаясь вспомнить расплывчатые картины видений, которые заодно считывал и Сидиус. Мальчик не врет, но тут не может быть лишней информации.
   — Думаю, лет двадцать, — сказал наконец Люк.
   — Что ж, — ответил Сидиус, одновременно что-то набирая в датападе. — Тогда поступим следующим образом. Ты ведь не любишь Республику и джедаев.
   — Я видел, что будет при возвращении Республики и результаты этого возвращения, — голос Люка буквально сочился ненавистью. Тихой холодной ненавистью, отстоявшейся и остывшей, а оттого еще более опасной и смертоносной.
   «Что же ты там увидел, если так реагируешь даже на упоминание Республики?» — подумал Сидиус.
   — Понятно, — кивнул Сидиус. — Тогда я предлагаю следующее: ты присягнешь не мне, а Империи. О присяге мне поговорим, когда тебе исполнится двадцать, рассчитываю, что к тому времени я смогу развеять твои опасения. Надеюсь, ты не будешь возражать против присяги?
   — Форсъюзеры должны быть лояльны государству, — пожал плечами Люк. — Или их не должно быть вообще, — неожиданно закончил он.
   — Удивительно слышать это от столь юного человека, — улыбнулся Сидиус. — Не будем тянуть — вот присяга.
   Один из гвардейцев принял датапад и удержал перед лицом опустившегося на одно колено подростка, торжественно читавшего текст присяги.
   — Встань, Люк. Я рад, что ты присоединился к той же стороне, что и твой отец, — вышедший из-за стола Сидиус поднял Люка.
   — Скажите, ваше величество, — неожиданно отмерла Лея. — А это правда, что в Республике не работали законы, а сенаторы, под прикрытием слов о демократии, занимались лишь собственным обогащением и защитой интересов тех, кто мог это оплатить?
   — Да, дитя, именно так все и было. Среди сенаторов были исключения, но их было так мало, что на общее положение дел это не могло повлиять. Ваша мать, Падме Наберриэ, была одной из этих немногих, — ответил Сидиус, с интересом глядя на девочку.
   — А что насчет Империи? Здесь соблюдаются законы? И высшие чиновники действительно служат государству, а не набивают свой карман? — сосредоточенно глядя на Сидиуса, спросила Лея.
   «Великая Сила! Как же она похожа на мать, и в этой уверенности, что все должны служить, а не только обогащаться…» - потрясенно подумал Сидиус.
   — Кхм, видишь ли, Лея, Империя очень молода. Собственно, вы родились спустя несколько дней после ее провозглашения, — осторожно подбирая слова, чтобы не допустить неточностей, ответил Сидиус. — Повторяю, Империя очень молода, как государство она младенец. Поэтому приходится опираться на тех, кто работал еще при Республике. Кроме того — Империя настолько обширна, что поневоле приходится давать моффам и гранд-моффам огромные полномочия. А проследить за всеми… — Сидиус с печальной улыбкой развел руками.
   Нахмурившаяся Лея закусила губу. Решив подбросить еще немного топлива, Сидиус продолжил:
   — Самое печальное — даже если есть где-то нарушения законов, то выявить их очень сложно. Людей, которым можно доверять и которых трудно запугать или купить, не хватает всегда. Я хотел предложить полномочия председателя комиссии по контролю вашей матери, но последовавшие события… — и Сидиус печально, а главное (что крайне важно в разговоре с форсъюзерами), полностью искренне вздохнул.
   Лея тоже глубоко вздохнула, сжав кулачки, а потом, решившись, шагнула вперед:
   — В таком случае я тоже хочу присягнуть Империи, как и мой брат. А когда вырасту — буду просить вас доверить мне контроль за соблюдением законов Империи.
   — Как я могу отвергнуть такой искренний порыв? — Сидиус повел рукой — и вот гвардеец держит датапад с текстом присяги перед лицом преклонившей колено Леи.
   — Ах, как это прекрасно — юная искренность на службе великих идей, — широко улыбнулся Сидиус. — Но, наверное, я и так вас утомил, а вы еще толком и не отдохнули после всех своих приключений. Поэтому не буду вас задерживать — вашему отцу еще надо будет показать вам ваш будущий дом. Надеюсь, вы будете рады старику, если я зайду к вам в гости.
   Едва только за Скайуокерами закрылись двери, Дарт Сидиус обессиленно растекся в кресле. На его лице играла улыбка, а если бы кто заглянул к нему в душу сейчас, то безоговорочно записал бы в джедаи.
   Причина такого состояния старого ситха была проста: впервые с тех пор, как он узнал о смерти Амидалы и детей, его душу отпустило предчувствие полного краха всех планов. Вместо этого теперь тихо и незаметно входило чувство полной уверенности в том, что победа попросту неизбежна, а все враги будут сметены.
   Да, это не его заслуга, что эта возможность все же появилась, тут здорово отличился Люк. Но в том, что он не упустил дарованный Силой шанс, — тут целиком его, Сидиуса, заслуга.
   Зал заполнил торжествующий смех победителя, с удовольствием насмехающегося над поверженными врагами.
  Эпилог
  Спустя три года
  
   Императорский двор гудел растревоженным ульем — несколько дней назад Император «случайно» обмолвился, что на следующем приеме представит, как он выразился, «будущее Империи».
   Эта новость сильно подогревалась просачивающимися с флота слухами, что кровожадное чудовище Вейдер в последнее время носится с какими-то двумя подростками. Конечно, флотские не особо трепались обо всем, связанном с главкомом, которого они, в большинстве своем, уважали. Но кто-то сболтнет лишнее за рюмкой, а кто-то нарочно — чтобы казаться знающим и причастным. А уж чего было не отнять у хищников из высшего света, так это умения собирать информацию. Немало было и умельцев сопоставить сведения и слухи.
   Посему этого приема ждали с нетерпением и настороженностью. С интересом — потому что две новых и молодых фигуры возле вершины власти открывали очень много возможных комбинаций, а самое главное — заманчивые марьяжные перспективы. А вот настороженность и опаску вызывал тот факт, что они если и не были воспитанниками, то уж точно плотно общались с Вейдером. А его отношение ко всем придворным было известно.
   Но вот гвардейцы распахнули двери, и все звуки как отрезало — Император вошел в тронный зал. За его правым плечом, как всегда, возвышался Вейдер. Отставая на шаг от черной фигуры главного кошмара Империи, за левым плечом Императора шли те, кого так нетерпеливо ждали собравшиеся.
   Однако по мере приближения процессии на лицах придворных все отчетливее просматривалось недоумение, связанное с внешним видом неизвестных.
   Две фигуры, равно изящные и стройные, именно тем изяществом, так присущим молодежи, казались полными противоположностями, но только на первый взгляд. На второй и последующие становилось ясно, что всех различий — только рост и явно подчеркнутые одеждой женственные выпуклости одной из них.
   Одеты они были в полувоенные костюмы, отличающиеся расцветкой: юноша был в черном с кантами алого цвета, а девушка — в похожем наряде, но белого цвета с точно такими же алыми кантами. Отлично подогнанная одежда давала возможность оценить подтянутые фигуры, а легкий, словно танцующий, стелющийся шаг давал понять, что эта стройность достигнута тяжелыми тренировками.
   Недоумение же в облике неизвестных вызывали безликие маски, надетые ими. Маски были в цвет костюмов, оживляясь лишь тонкими линиями и горизонтальными щелями визоров все того же ярко-алого цвета. Некоторые любители истории, особенно определенных разделов, не особо афишируемых и мало известных широкой публике, при виде этих масок напряглись еще сильнее — это были копии маски небезызвестного Ревана. Сильное заявление…
   Дополняли внешний вид неизвестных плащи, точно такого же покроя, как у Вейдера. Только если плащ Вейдера был равномерно черным, то у его воспитанников мало того, что плащи в цвет костюма, так и подкладки были все того же цвета артериальной крови. Отчего казалось, что вокруг их фигур вьется пламя, хотя у некоторых возникли ассоциации с кровью.
   Еще одной деталью, заставившей удивиться самых наблюдательных, были цепочки, скрепляющие верхние края плащей. Обычные цепочки, золотистого цвета, ничего особенного, если бы не одно «но» — точно такая же цепочка была на плаще Вейдера, вместо всегда носимой им черной.
   Поэтому когда неспешно шествующий Император дошел до трона, среди придворных повисла опасливая тишина, пропитанная настороженным ожиданием. Между тем Вейдер привычно встал за троном справа, а вот неизвестные заняли ту же позицию слева. Это еще больше подогрело стремление узнать, кто же это, если им сразу оказывают такие знаки внимания?
   Словно издеваясь, Император начал прием, будто забыв о молодых людях, разбирая проблемы и просьбы подданных. Но все имеет свойство заканчиваться, закончилось и ожидание: Император встал и жестом приказал таинственным незнакомцам подойти к нему. Поставив их перед собой, он положил руки им на плечи и с усмешкой обвел зал взглядом — равнодушных не было, всем хотелось наконец узнать имена новых фигур императорского двора.
   — Друзья мои, сегодня я собрал вас здесь для радостной вести. Перед вами те, кто в скором будущем станут главной опорой Империи — люди, родившиеся и выросшие в Империи, с молоком матери впитавшие ее законы и дух. Итак — Люк и Лея Вейдер!
   Толпа разразилась рукоплесканиями, вот только любой услышал бы задержку перед яростными аплодисментами. На лицах придворных отражались шок и недоумение, плавно переходящие в опаску, с которой смотрели на безмолвные фигуры. Император поднял руку, и все стихло.
   — Предвосхищая ваши вопросы, могу сразу сказать — да, это дети моего соратника и одного из ближайших помощников, лорда Вейдера. В те страшные дни, когда после провозглашения Империи джедаи попытались осуществить переворот, семья лорда Вейдера попала под удар, и до недавнего времени мы были уверены, что никто не выжил. Но, к счастью, дети выжили, хотя и оставались в неведении о своих корнях. Теперь же все в прошлом, семья воссоединилась, а дети лорда Вейдера выразили желание стать достойными его наследниками и продолжателями его дела на ниве служения Империи. И это поистине прекрасно — стремление в столь юные годы служить государству и обществу.
   Снова сев на трон, Император с усмешкой смотрел на заволновавшуюся толпу придворных, которые пытались переварить новость. Близнецы снова встали за троном. Наконец одна из аристократок не смогла сдержать любопытства — присев в реверансе перед тронным возвышением, она спросила:
   — Ваше императорское величество, а почему молодые люди в масках? Они стесняются или?..
   — Что вы, какое стеснение? У детей нет никаких шрамов или чего-нибудь подобного, как вы могли заподозрить, уж поверьте мне. Просто… они не любят публичности, скажем так.
   — Но как же тогда они будут выполнять свои обязанности, если никто не знает их в лицо?
   Тут Люк слегка коснулся плеча Императора, тот чуть повернул голову, взглянул на юношу и медленно кивнул. Одно это действие сказало очень многое придворным — такого панибратства Император еще никому не позволял, по крайней мере, на людях.
   — Моего отца тоже никто не знает в лицо, но я как-то не заметил, чтобы это мешало ему выполнять свои обязанности или кто-то его не узнает, — однотонный синтетический голос явно генерировался вокабулятором в маске, лишая надежды в будущем опознать Вейдера-младшего по голосу. Помимо этого, крепление маски в виде шапочки полностью скрывало голову юноши, не давая рассмотреть цвет волос. У его сестры хоть коса была видна, темной змеей выделяясь на ее белом плаще. — К тому же нам с сестрой не хочется, чтобы наша личная жизнь была доступна всяким… любителям сенсаций.
   — Ваш отец весьма… известная личность, — не задержалась с ответом аристократка. — К тому же он одаренный, что он неизменно демонстрирует.
   — Спасибо, что затронули эту тему, — сказал Император. — Я как раз хотел ее коснуться. Дети лорда Вейдера тоже являются одаренными. Вижу, я вас не убедил? Не будем подтверждать это заявление любимым способом лорда Вейдера, мы поступим иначе.
   Повинуясь взмаху императорской руки, распахнулись боковые двери, и гвардейцы в необычной черной форме ввели двух человек с надетыми на головы плотными мешками. Подведя их к трону, они принудили их встать на колени, замерев неподвижно, пока суетящиеся техники монтировали излучатели энергетических щитов перед троном, на площадке, освобожденной алыми гвардейцами, оттеснившими придворных в сторону. Наконец все было закончено и подготовленную площадку редкой цепочкой окружили черные гвардейцы. Подошедший к краю тронного возвышения Император поднял руку, призывая к вниманию.
   — Как вы знаете, Орден джедаев пытался совершить переворот, и потому пришлось принять жесткие меры. Но против отдельных людей я ничего не имею, поэтому если бывшие джедаи отошли от дел этой преступной организации и спокойно живут, то им нечего опасаться. Но некоторые никак не могут понять, что времена переменились и их вседозволенности пришел конец. С такими борются соответствующие организации.
   Указав на две коленопреклоненные фигуры, Император продолжил:
   — Эти два джедая примкнули к отребью из так называемых повстанцев, занимаясь, помимо преступлений против имперских военных и чиновников, грабежом и террором в отношении мирного населения. Поэтому они будут казнены. Здесь и сейчас, — повернувшись к детям Вейдера, Император приглашающе повел рукой. — Лея…
   Девушка одним движением сбросила плащ на руки брата, не глядя, будучи уверенной, что он подхватит. Легко, словно капля воды, стекла по ступеням и вышла на площадку, обозначенную щитом и гвардейцами.
   Рука Императора указала на одного из джедаев:
   — Кай Джастисс, рыцарь-джедай.
   Гвардейцы вздернули джедая на ноги, сорвали с головы мешок, сняли наручники и втолкнули на площадку.
   Разминая запястья, джедай, моргая и щурясь, осмотрелся. Едко усмехнулся:
   — Ситхи пошли такие храбрые, что даже не боятся сражаться с безоружным противником?
   В ответ Лея подала знак гвардейцам, и один из них бросил сейбер джедая ему под ноги.
   — Что ж, сыграем, — зажигая меч и становясь в стойку Шии-Чо, сказал джедай.
   Одним плавным движением Лея сняла свой меч с держателя. Меч был с немного удлиненной относительно стандартной рукояткой, чуть меньше трети метра. Небольшой противовес размером с орех переходил в овальную в сечении рукоятку белого цвета, которую на равном расстоянии пересекали залитые алой краской канавки. На конце рукоятки стоял эмиттер с необычным ограждением.
   Держа руку чуть на отлете, девушка спокойно стояла напротив своего противника. Тот начал обходить ее в одну сторону, потом в другую. Лея плавно поворачивалась за ним. Джедай снова начал движение по кругу в одну сторону, но потом, резко сломав движение, рванул к противнице, нанося мощный удар сверху удерживаемым двумя руками мечом.
   Зажигая меч в движении, Лея хлестким ударом снизу-сбоку сбила меч джедая в сторону и, подхватив второй рукой рукоятку меча за яблоко-противовес, крутанула меч, описывая клинком дугу и атакуя бедро джедая сбоку.
   Резким движением джедай убрал атакованную ногу назад и успел выставить свой меч в защите. Удар Леи даже не смог пошатнуть его руки, но, не снижая темпа, она, совершив мечом своеобразное спиралевидное движение, атаковала руки джедая, а при удаче это преобразовалось бы в укол в корпус.
   Джедай, поймав клинок Леи на свой, начал отжимать ее меч, чтобы потом, разорвав контакт, нанести удар в открытый корпус или голову. Но совершенно неожиданно девушка выключила меч и скользнула вплотную к джедаю. Тот, не собираясь упускать такой момент, перехватил меч в левую руку, пытаясь достать находящуюся возле его правого бока девушку.
   Но внезапно вынырнувший меч девушки зажег клинок, а мгновением позже зажглись два малых клинка, направленных вперед, к кончику клинка. И именно между одним из них и основным клинком попал клинок джедая. Резкий поворот — и слипшийся с двумя энергетическими лезвиями клинок джедая оказался в ловушке.
   Джедай потерял буквально миг, попытавшись сначала рывком на себя освободить меч. Это ему не удалось, а в следующее мгновение он догадался выключить сейбер и попробовать разорвать дистанцию.
   Вот только потерянным мгновением сполна воспользовалась Лея, в руку которой прыгнул слетевший со своего крепления шото, после чего девушка нанесла колющий удар в середину левой лопатки джедая. Не желая предоставлять ни единого шанса противнику, она потянула шото на себя, оставляя страшную резаную рану, перечеркнувшую позвоночник, верхушки легких и все остальное. Когда шото вышел из тела, стало ясно что повреждения еще значительнее — возле основного клинка шото горели два малых клинка.
   Продолжая поворот, Лея вырвала из ослабевшей руки джедая зажатый меч, откинув его в сторону. Закончив движение, девушка замерла лицом к упавшему без движения противнику, выставив шото вперед, а рукоять меча удерживая возле виска, кончики оружия были направлены в сторону убитого джедая.
   Выждав несколько мгновений в этой эффектной позе, Лея выключила оружие и, повесив рукоятки на пояс, скользящей походкой направилась к тронному возвышению. Когда она подошла к ступеням, меч джедая взвился в воздух и опустился в ее ладонь. Поднявшись по ступеням, Лея опустилась на правое колено, подавая Императору оружие поверженного врага.
   — Молодец, дитя, но оставь свой первый трофей себе. Я надеюсь, у тебя впереди еще немало славных побед. А сейчас встань.
   Склонив голову, Лея поднялась и отошла к брату, который накинул на нее ее плащ.
   Выдержав паузу, чтобы придворные смогли переварить увиденное, Император снова призвал всех к тишине, а потом указал на оставшегося джедая:
   — Эчуу Шен-Джон. Мастер-джедай.
   — Нет, у меня нет права носить это звание, я пал на Темную сторону, — прервал Императора джедай. — Но я с удовольствием послужу Свету, забрав с собой хотя бы одного ситха.
   — Что ж, сейчас увидим, — усмехнулся Император и приглашающе повел рукой. — Люк…
   Сделав шаг вперед и оказавшись перед сестрой, юноша не глядя сбросил плащ на руки сестры, уверенный что она его подхватит. После чего плавно спустился по ступеням. Уже в одном этом действии можно было увидеть его отличия от сестры. Если та стекла по ступеням, подобно воде, то Люк спускался так же плавно, но была в его движениях какая-то тяжеловесная грация, ощущение, что, однажды заняв место, он уйдет только сам, а все сторонние усилия будут бесполезны. Так движутся пустынные барханы — медленно, плавно, неотвратимо. Любые препятствия бесполезны — песок просочится подобно воде и бархан просто перетечет препятствие, созданное глупыми муравьишками.
   Видя это, разминающий руки джедай стал очень серьезен и сосредоточен. Он не отрываясь смотрел, как Люк вышел на площадку и встал напротив него.
   Тем временем Люк взялся за то, что придворные приняли за какой-то экстравагантный декоративный пояс, концы которого перекрещивались на левом боку и покачивались возле бедра. Юноша взялся за этот «пояс», концы разъединились, легкое встряхивание — и у него в руках оказалась рукоятка, длиной чуть больше метра, на одном конце которой был противовес, размером с мандарин, а на другом — уже знакомое по мечу сестры ограждение эмиттера. В остальном, помимо размеров, оружие Люка отличалось только одним: цветом, основной тон был черным, с неизменной алой заливкой канавок.
   Джедаю бросили меч, в сторону, но оружие плавно развернулось в воздухе и легло в подставленную ладонь. Выполнив традиционное для Макаши приветствие, Шен-Джон замер в ожидающей стойке.
   Плавно встав в стойку, Люк зажег длинный, чуть менее метра, клинок и замер, отдавая инициативу противнику.
   Джедай не заставил себя ждать. Ускорившись так, что для придворных он размазался в размытую полосу, он начал атаковать Люка связками ударов из нескольких форм, при этом энергично перемещаясь прыжками Атару и, казалось, атакуя Люка со всех сторон. Вот только скорость и умение, так часто приносившие джедаю победу, а также способность атаковать из, вроде бы, самых неудобных позиций, сочетая немыслимые, на первый взгляд, связки ударов, разбились о молодого одаренного. Совершая минимальные перемещения, Люк работал практически одними руками, просто покачивая корпусом. От этого казалось, что все удары разбиваются о зачарованную сферу, внутри которой находится юноша.
   Но вот якобы неуклюжее оружие Люка змеей скользнуло в сторону джедая, которому пришлось поспешно ломать движение, уходя от внезапного и крайне сильного укола. За первой атакой последовали другие, и тут джедаю пришлось туго — Люк сочетал несочетаемое. Основой, несомненно, был Шиен, но с огромными добавлениями Макаши, а длина рукоятки необычного меча наделяла всегда слабые и изящные связки и удары второй формы чудовищной силой первой.
   Еще несколько секунд — и бойцы замерли друг против друга. Джедай тяжело дышал, на его одежде была пара мелких подпалин. Глядя на Люка, казалось, что он даже не начинал бой.
   — Ну, сукин ты сын, иди сюда, — прошипел джедай.
   — Это ты зря сказал, — впервые за бой нарушил молчание Люк.
   В следующее мгновение клинок Люка метнулся в уколе, целясь в голову Эчуу. Тот защитился, отведя зажатым в правой руке мечом вражеский клинок. Тут же, описав дугу, клинок Люка попытался разрубить ногу джедая, но тот успел поставить жесткий заслон, перехватив меч двумя руками.
   Это было ловушкой — на оружии Люка вспыхнули два малых клинка, поворот — меч джедая надежно зажат. Люк делает подшаг, пытаясь нанести удар противовесом оружия в голову джедая. Тот успевает закрыться правой рукой, оставив меч в левой, но рукоять светового копья Люка гнется, и шар, с хорошо слышным на весь зал треском, врезается в голову джедая.
   Одаренные весьма живучие создания и крайне крепкие на рану, но они тоже живые. Поэтому джедай от такого удара на миг поплыл, этого оказалось достаточно.
   В следующий миг древко копья вернуло себе жесткость и прямолинейность, Люк, пользуясь инерцией противовеса, делая шаг назад, на мгновение отключил клинок. В следующее мгновение клинок включился, нанося страшный удар снизу вверх. Войдя в ногу джедая посередине внутренней стороны голени, гудящее энергетическое лезвие вышло из нее возле тазобедренного сустава, в следующий миг перерубая неубранную правую руку джедая в локте.
   Люк замер, смотря на упавшего джедая. Тот, несмотря на тяжелые раны, все еще оставался в сознании.
   — Твоя взяла, добей — сказал джедай.
   Пожав плечами, Люк подошел к нему — и в следующее мгновение ему пришлось уклонятся от брошенного меча. Взмах копья — и рука джедая перерублена в запястье, следом противовес выключенного копья крушит колено целой ноги.
   — Решил достать напоследок? — неуловимым движением Люк впечатывает каблук сапога в раздробленное колено джедая и не глядя ловит меч джедая, летевший ему в спину. — Неприятно? Это только начало.
   Обведя зал взглядом, Люк громко произносит:
   — Любому, кто даже намеком попробует оскорбить мою мать, судьба это придурка покажется просто райской. — После чего, резко присев, казалось бы просто хлопает того по груди.
   Вот только от этого хлопка джедая выгибает дугой и он только сипит, не в силах даже кричать.
   Равнодушно повернувшись спиной к корчащемуся джедаю, Люк поднимается к Императору.
   — Ты тоже отлично показал себя, дитя, но разве это приемлемо — оставлять в живых врагов? — улыбается Император.
   — Он уже труп, — раздается равнодушный ответ, и действительно — присмотревшись, можно понять, что тело джедая только подергивается в агонии.
   — Что ж, я доволен — вы хорошо себя показали, — Император повернулся к придворным. — Думаю, теперь вы убедились, что у лорда Вейдера достойные потомки. На этом я прощаюсь с вами, к сожалению, дела не терпят отлагательств.
   Император удалился из зала в том же сопровождении, вот только теперь его провожали не заинтересованные шепотки, а гробовое молчание.
   Обычно придворные очень неохотно покидают дворец, задерживаясь там до последнего, но в этот день придворные покинули его очень быстро. А на следующий день Империя всколыхнулась от новости — у Императора теперь три цепных пса!!! И как бы молодые не оказались похлеще своего отца.
   Все это вылилось в череду странных смертей и перестановок во многих аристократических домах, некоторые имперские военные в немалых чинах либо подали рапорты об отчислении в запас, либо погибли при крайне нелепых обстоятельствах.
   После чего Империя настороженно замерла, внимательно отслеживая, где же всплывут эти новые фавориты Императора.
  Примечание к части
   Примерно вот так выглядит гарда мечей Люка и Леи - http://i0.kym-cdn.com/photos/images/original/000/872/681/7b3.png
   Что же касается гибкой рукояти меча Люка, то она выполнена в виде антенны-куликовки (http://ru.wikipedia.org/wiki/Штырь_Куликова) плюс материалы с интересными свойствами, активируемые импульсом Силы.
Оценка: 5.18*65  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) В.Лесневская "Жена Командира. Непокорная"(Постапокалипсис) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) Т.Май "Светлая для тёмного 2"(Любовное фэнтези) В.Кретов "Легенда 4, Вторжение"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "99 мир — 2. Север"(Боевая фантастика) М.Атаманов "Альянс Неудачников-2. На службе Фараона"(ЛитРПГ) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"
Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"