Пролог.
  
  Посвящается всем достойным продолжателям дела Штирлица, берегущим просторы нашей Родины.
  
  
  
   Наши дни.
  
   Виктор неторопливо собирался. Спешить ему было некуда, да и незачем. К тому же, торопить его было некому: подчиненные (уже бывшие) на такую глупость не отважатся, а начальники, все, как один, в курсе ситуации.
  
   Убрав рабочее место, Виктор принялся складывать документы в сейф. Заперев дверцу, он открыл шкаф и достал пальто, шарф и перчатки. Одевшись, мужчина оглядел себя в зеркале, щелчком пальцев сбросил с плеча приставшую пушинку и медленно, с чувством собственного достоинства, направился к выходу.
  
   Пора домой.
  
   Пожилой мужчина, лет пятидесяти на вид (хотя был старше), элегантно, строго одетый, неторопливо шел по коридору, стуча тростью. С ним вежливо прощались, он кивал в ответ и отвечал, а на душе было грустно. Сегодня был последний рабочий день в этом кабинете.
  
   Отставка...
  
   Виктор Маркович неторопливо прошел к лифту, нажал на кнопку, но сделал это машинально. Как ни крути, а он практически всю свою жизнь посвятил разведке, причем, задолго до того, как получил заветную корочку.
  
   Виктор родился в семье офицера госбезопасности, и это не могло не наложить на него свой отпечаток. Подписок на отце было больше, чем блох на бродячей собаке, он постоянно разъезжал, причем, чаще всего с семьей, это не так подозрительно.
  
   Детство маленького Вити прошло в бесконечных поездках за рубежом, а если учитывать железный занавес и советскую паранойю... мальчик мечтал, что когда он вырастет, он тоже пойдет служить на благо родины, вот только немного не сложилось.
  
   Слабое здоровье, которое лечили и поправляли везде, где только можно (и нельзя) не оставляло надежд на активную беготню за шпионами, и бравое размахивание оружием. Казалось, это поставит крест на его не успевшей начаться карьере, но не тут то было!
  
   Парнишка оказался великолепным аналитиком. Острый ум, наблюдательность, великолепная память и развитая интуиция с лихвой компенсировали телесную немощность. Что с того, что он не может ударом руки разбить кирпич, а боевое самбо остается несбыточной мечтой?
  
   У него есть разум, и Виктор быстро вошел в привилегированную касту УМНЫХ людей, даже не закончив школу. Разъезды продолжались, отец гордился, мать не могла нарадоваться... а в 1977 году произошло то, что полностью перевернуло мировоззрение тогда тринадцатилетнего школьника.
  
   Лукас выпустил первый фильм посвященный "Звездным войнам".
  
   Семья тогда как раз была в Америке, изображая итальянских туристов и, естественно, они не смогли пройти мимо кинотеатра.
  
   Виктор был в шоке. Логичный ум был потрясен нелогичностью вселенной и мощью Силы.
  
   Особенно Темной ее стороны.
  
   История просто потрясла Виктора. Он был очень умным мальчиком, с не по годам развитым умом, видел и знал он также гораздо больше того, что позволялось простым смертным. Работа отца, с которой быстро стерлась позолота красивых лозунгов, прекрасно показывала неприглядную изнанку жизни и лубочных картинок, изображающих советскую реальность.
  
   Мальчик прекрасно понял подоплеку разворачивающейся на экране истории, которую не мог скрыть даже фантастический антураж.
  
   Невзирая на обрывки информации, предоставленные в фильме, Виктор нутром чуял, что не все так просто. Джедаи, ситхи... знакомая до дрожи действительность в новой обертке. Наглое и неприкрытое манипулирование, откровенная наивность главного героя, странные намеки, отсылающие к туманному прошлому и непонятному будущему.
  
   Виктор нстолько впечатлился, что тут же принялся искать дополнительные материалы. Вышедшие на волне грандиозного успеха комиксы и книги только подлили масла в разгорающийся костер зародившегося интереса, раскрывая понемногу суть интриги и знакомя с персонажами, которых не было в фильме, но про которых упоминали, например, с императором.
  
   Также, давалась более развернутая история Ордена джедаев, и чем больше мальчик про них узнавал, тем больше они ему нравились. Джедаи, Рыцари... исполнительные пешки, которых используют настоящие игроки, аналогии с реальной жизнью прослеживались невооруженным взглядом. А вот ситхи... это был взрыв мозга и полное потрясение.
  
   Вертеть всеми, не вставая с кресла... Император молниеносно стал кумиром Виктора, обретя в его лице верного последователя и продолжателя дела ситхизма.
  
   Вот это ВЛАСТЬ! Это СИЛА! Вот к чему надо стремиться!
  
   Обдумав все увиденное и прочитанное, Виктор поставил себе цель: физическое развитие, умственное развитие и... изучение того, что он, как правоверный советский гражданин до этого совершенно не воспринимал - метафизика.
  
   Первые два пункта исполнить было легко: среди знакомых отца нашелся мастер Айкидо, которое прекрасно подходило для слабого мальчика, ум тренировался книгами, головоломками и прочим... а вот с третьим пунктом было сложнее. Но и его тоже можно было воплотить.
  
   Как оказалось, проблема экстрасенсорики давно и плотно была окучена Органами. Связи отца помогли прояснить положение дел, нашлись должники, предоставившие специалистов и информацию... и понеслась.
  
   Темный лорд Ситхов Виктор встал на путь своего самосовершенствования.
  
   Шли годы. Каждый выходящий на экраны фильм добавлял дров в костер жажды силы, карьера шла на ура, здоровье удалось немного поправить, а в руках Виктора теперь постоянно находилась одна интересная вещь.
  
   Политические потрясения обошли его стороной, ведь такие специалисты нужны всем, не хватало только одного.
  
   Семьи.
  
   Невозможность иметь детей поставила на нем клеймо холостяка, единственной отдушиной стали дети двоюродной сестры, обожающие своего дядю, который сходил с ума от "Звездных войн". С течением времени появился у детишек и новый кумир, впрочем, в этой истории ум Виктора обнаружил крайне много параллелей с милыми сердцу "Войнами".
  
   Повальное увлечение Поттером не обошло и его стороной: читал Виктор с выражением, а дети так просили... Сами книги заставили его рассмеяться: неприкрытое манипулирование, присыпанное облупившейся позолотой Общего блага, вызвали брезгливое хмыканье и восхищение всеобщим идиотизмом, взвалившим на ребенка то, что должны делать властные структуры.
  
   Дети подросли, научившись читать между строк, у них появились новые увлечения, а Виктор все так же шел по пути Ситха. Единственное, о чем он иногда жалел, это что у него нет своего сына и того, кого он мог бы с полным правом назвать Учеником.
  
   Были просто ученики, но того, единственного, в которого он смог бы вложить все свои знания и устремления, не было...
  
   Погруженный в размышления мужчина вышел из здания, сел в машину и поехал домой.
  
   ***
  
   Меропа тяжело дышала, держась за живот. Организм подавал недвусмысленные сигналы о том, что ее ребенок скоро появится на свет.
  
   Женщина тяжело вздохнула и с трудом встала. Она чувствовала, что не переживет родов, ребенок был слишком силен магически для ее организма, истощенного отсутствием мужа-мага и Источника.
  
   Меропа всхлипнула, но подавила неуместную сейчас истерику. Нельзя рыдать, ей немного осталось, поэтому время надо провести с пользой для ее не рожденного еще сына.
  
   Она осторожно достала из ящика замотанные в ткань сокровища, на которые ушли последние деньги: ритуальный нож и специальные свечи черного цвета. Ребенок опять толкнулся, и Меропа зашаталась, пережидая очередной всплеск схваток.
  
   Уже скоро... скоро схватки станут постоянными, начнутся роды, и она даст свободу и жизнь своему сыну, а после просто умрет. Это она знала точно. А сейчас она позаботится о своем малыше...
  
   ***
  
   Виктор медленно шел по пустому зимнему парку, наслаждаясь приятной погодой. Трость тихо постукивала по дорожке, медленно кружащиеся в безветренном воздухе снежинки падали на плечи.
  
   Парк был пустынен, все-таки, канун Нового года, все готовятся к празднику... Виктор также мог поехать в гости к своим племянникам, но ему хотелось побыть в одиночестве.
  
   Душа просила несбыточного. Виктор, внимание которого теперь не отвлекала работа на благо родины, полностью сосредоточился на изучении паранормальных явлений. За долгие годы практики ему даже удалось научиться некоторым вещам, но это все было не то.
  
   Хотелось СИЛЫ.
  
   Именно так, с большой буквы.
  
   Силы... и чего уж греха таить, хотелось того, что обязательно из нее следует.
  
   Власти.
  
  Хотелось подчинять, а не находиться в подчинении.
  
  Хотелось избавиться от немощного тела, стать сильным, быстрым, могучим, хотелось стать сильным не только физически, но и духовно. Те жалкие успехи, которыми он мог похвастаться, были просто детским лепетом по сравнению с тем, что вытворяли ситхи и джедаи из фильмов и книг. На фоне представлений о возможностях, которые дарует Сила, обычные способности пусть и тренированных людей не вызывали ничего, кроме жалости.
  
   Но это были только мечты. А реальность, увы, совершенно не радовала... Однако, было еще кое-что.
  
   С каждым днем шестое чувство Виктора все упорнее твердило, что скоро что-то произойдет.
  
   Мужчина не обольщался. В его возрасте, да и с его здоровьем, если что-то и произойдет, то посмертно. Смерти он не боялся, он боялся, что его личность потеряется, растворится во всеобщем ничто. Конечно, были обнадеживающие данные о переселении душ, реинкарнации и прочем, но Виктора это не устраивало.
  
   Он хотел определенности.
  
   Размышления над жизнью-после-смерти лордов Ситхов, таких, как Марка Рагнос, давали надежду на благополучный исход или хотя бы на его вероятность.
  
   Виктора не смущало, что мир Войн выдуман, он ВЕРИЛ, а как известно, вера двигает горами.
  
   А в последнее время вера ему очень понадобилась.
  
   Мужчина ощущал, что его время в этом мире подходит к концу. Это было настолько ясно, что Виктор стал готовиться: написал завещание, разобрался с делами, попрощался с родными... Теперь осталось только ждать.
  
   ***
  
   Меропа закончила подготовку к ритуалу и присела передохнуть. Скоро... уже совсем скоро... Женщина всхлипнула и утерла выступившие слезы, нежно поглаживая живот. Малышу не терпелось.
  
   - Потерпи, маленький... еще немного...
  
   Она встала и твердо шагнула внутрь малой пентаграммы.
  
   ***
  
   Виктор уже собрался возвращаться, когда под ложечкой неприятно засосало. За ним следили. Мужчина крепко сжал верную трость и ОСМОТРЕЛ окружающее пространство.
  
   Из-за кустов послышался смех и на дорожку вывалилась подвыпившая, громко гогочущая компания, целеустремленно направившаяся к нему.
  
   Виктор ясно видел, что трое - обычные гопники, а вот еще один... глаза у него были совершенно трезвые.
  
   Виктор перехватил трость двумя руками и приготовился.
  
   Очевидно, пора.
  
   ***
  
   Меропа пропела первый катрен и сделала первый поклон Великой Тьме, одной из ипостасей Магии.
  
   ***
  
   Гопники налетели на легкую, как им казалось, добычу, не подозревая, что их ждет.
  
   Первый удар тяжелой тростью пришелся самому шустрому четко по горлу.
  
   Смачный, какой-то хрустящий удар - и нападающий валится на заснеженную дорожку без движения. Трахея перебита.
  
   Минус один.
  
   ***
  
   Меропа пропела второй катрен и сделала второй поклон, после чего зажгла первую свечу.
  
   ***
  
   Второй удар пришелся по колену, ломая его. Следом - добивающий, в висок.
  
   Еще минус один.
  
   ***
  
   Меропа пропела третий катрен, сделала поклон и зажгла еще две свечи.
  
   ***
  
   Третий налетел с жуткой руганью, размахивая ножом.
  
   До предела взвинтивший все свои чувства и способности Виктор легко уклонился и ткнул концом трости в висок.
  
   Хруст.
  
   Еще минус один.
  
   ***
  
   Меропа встала на колени и запела последний, четвертый катрен.
  
   Оставшиеся свечи зажглись сами собой.
  
   ***
  
   Четвертый ждал. Он слегка улыбался, глаза довольно блестели. Его предупреждали, что возможны осложнения... это хорошо.
  
   Он любил трудности.
  
   Виктор замер, глядя, как в руке противника появился кукри.
  
   ***
  
   Большую пентаграмму заволокла тьма. Она медленно стягивалась в центр, закручиваясь по спирали.
  
   ***
  
   Одно нажатие на фиксатор, и ножны отлетают прочь, обнажая длинную, отточенную полосу стали.
  
   Трость Виктора недаром была овальной формы в сечении и тяжелой.
  
   Внутри было то, о чем знали только несколько человек.
  
   Шпага.
  
   Нападающий радостно оскалился и пошел в атаку.
  
   ***
  
   Тьма замерла, скрутившись в столб смерча.
  
   Разума Меропы коснулось совершенно нечеловеческое сознание.
  
   ***
  
   Возраст и общая слабость сыграли свою роль. Как бы умел он ни был, но против молодости не попрешь, тем более, если она подкреплена опытом. Виктор сумел отбить несколько атак и даже нанес весьма ощутимые раны, но это нападающего не остановило. Он совершенно озверел.
  
   Виктор только вскрикнул, когда в него вошел кривой клинок. Боль взорвала мозг, но тело действовало на автомате: рывком оттолкнув парня, Виктор нанес последний колющий удар и провалился в темноту.
  
   Он уже не видел, как нападавшего, шатающегося от ран, скрутили люди в строгих костюмах, как его бывший подчиненный, считавший себя его Учеником, но таковым для Виктора не являющийся, осторожно закрывает ему глаза.
  
   Его затягивала Тьма, шепчущая, предлагающая, искушающая... Шли годы и века, мгновения утекали, как вода... Он понял, что СОЗНАНИЕ - ВЕЧНО.
  
   У него есть шанс!
  
   Нужно только сделать кое-что, а награда будет феерической...
  
   Что ему оставалось?
  
   Только согласиться.
  
   ***
  
  /- Я чувствую тебя, ДИТЯ... твое желание понято, жертва принята. Это твой шанс.../
  
   Тьма схлынула, оставив в пентаграмме высокую фигуру, сотканную из мрака. Высокий мужчина в... мантии? балахоне? с накинутым капюшоном, со светящимися золотыми огнями вместо глаз.
  
  - Чего ты хочешь? - мысль напрямую вонзилась в ее мозг. Меропа сконцентрировалась.
  
   - Защиту для своего сына.
  
  - Что ж... давай договариваться...
  
  
  
  Глава 1.
  
  
  Виктор внимательно наблюдал за своим сыном. Малыш лежал в колыбельке, похожий в своих пеленках на крупную гусеницу, готовящуюся к окукливанию, и тихо сопел, изредка причмокивая. Призрак улыбался, глядя на свой якорь в этом мире.
  
   Теперь его никто не сможет изгнать, он находится в этой реальности на совершенно законных основаниях, доказательством которых является его сын.
  
   Марволо Марка Сит-ари*-Мракс.
  
   Призрак качнулся к колыбельке, ласково проведя кончиками пальцев по темному пушку на головке. Марволо Марка...
  
   Когда встал вопрос, каким именем ему представиться, он думал недолго, вспомнив свой ситхский псевдоним, под которым фигурировал в интернете. Он был составлен из его настоящего имени - Виктор, вторым стояло одновременно слегка измененное имя его отца, которого звали Марк, и имя его кумира, Марки Рагноса. В качестве фамилии выступало обозначение Владыки всех Ситхов, а что поделать, пафос - наше все!
  
   За долгие годы мужчина настолько с ним сроднился, что искренне считал своим истинным именем, а уж в ситуации, когда пришлось приносить магические клятвы, оно сработало на все "сто", закрепившись официально.
  
   Так что, теперь у него новое/старое имя и новая фамилия. И это хорошо...
  
   Призрак еще раз бесшумно обошел детскую, и застыл в углу, обдумывая все произошедшее.
  
   ***
  
   Меропа готовилась сражаться за будущее своего сына отчаянно. Она была готова ко всему, даже к тому, что придется расстаться с посмертием, чтобы защитить своего малыша, и совершенно не готова к варианту, предложенному непонятным темным существом.
  
   Когда Виктор понял, куда именно его занесло, он впал в кратковременный ступор. Что поделать, подсознательно мужчина мечтал оказаться в так нежно любимой им далекой, далекой галактике, и уж чего он не ожидал, так это того, что его занесет в мир шрамоголового придурка с палочкой наперевес.
  
   Однако, ступор продолжался недолго.
  
   Аналитический ум заработал во всю свою мощь, подсчитывая бонусы от попадания в этот мир, а также все те плюшки, что свалились и свалятся на него благодаря Контракту с Меропой Мракс.
  
   Тщательно расспросив женщину, Виктор знаком приказал ей молчать, обдумывая предложение. Насколько он знал оригинальную книгу, у него есть прекраснейший шанс легализоваться, причем тут же и сразу, что повлечет за собой целую лавину изменений.
  
   Никакого Волдеморта и кресстражей не будет.
  
   Это ситх решил твердо.
  
   ***
  
   Меропа с замиранием сердца следила за размышляющим призраком. Он был... странным. Во-первых, призрак был цветным, а не молочно-белым, как, например, обычные привидения. Виднеющиеся кончики пальцев имели телесный цвет, мантия, в которую он был одет, переливалась всеми оттенками тьмы, глаза сияли двумя миниатюрными Солнцами.
  
   Кроме того, он был каким-то... плотным.
  
   И, вдобавок, от него исходила странная мощь.
  
   Очень, очень странное существо.
  
   - Итак, - прервал свое молчание Виктор, - резюмируя, мы имеем следующее: твой сын будет очень могущественным магом, после его рождения ты умрешь, передать ему в наследство нечего, его отец на него претендовать не будет, заплатить тебе также нечем. - Призрак качнулся из стороны в сторону, словно ходя по пентаграмме.
  
   - Женщина!!! Почему ты не провела ритуал раньше, дура ты этакая?! Роды начнутся уже через пару часов, я просто не успею найти средства для твоего выживания! Идиотка!
  
   Меропа изумленно уставилась на Виктора, переваривая данное заявление. Но призрак решил не останавливаться на достигнутом.
  
   - Итак, проясни мне несколько моментов... - Виктор придавил женщину взглядом, - и... сядь, что ли! Разговор нам предстоит крайне долгий.
  
   Обалдевшая Меропа с трудом приволокла стул, на который с огромным облегчением села, а Виктор начал допрос.
  
   - Томас Риддл. Вы с ним женаты? Магически?
  
   - Нет. Мы даже в церкви, по их обрядам не соединились, - горько ответила Меропа.
  
   - Превосходно... - потер руки мужчина. - Дальше... Тебя изгоняли из семьи? Обряды, ритуалы?
  
   - Нет. Отец выгнал из дому, но не отторгал. Я этого не почувствовала.
  
   - Превосходно! Значит, ты являешься Наследницей Мракс? И имеешь все права на эту фамилию?
  
   - Да.
  
   - Прекрасно! Просто изумительно! Дальше... есть хоть кто-то вменяемый, кого ты можешь назначить опекуном сына?
  
   - К сожалению, нет. Никого нет.
  
   - Наследство?
  
   - Только это, - печально улыбнулась Меропа, качнув на руке тяжелый серебряный медальон с изображением змей на крышке. - Он принадлежал Салазару Слизерину.
  
   - Отлично. Ты можешь сделать так, чтобы никто не смог снять его с шеи твоего сына? Заклясть как-то?
  
   - Сейчас нет... это надо сделать, когда он родится, а я просто не доживу...
  
   - Плохо. Тогда - спрятать! Нельзя, чтобы такое досталось непонятно кому! Есть варианты?
  
   - Не знаю...
  
   - Что насчет Гринготса? У вас есть сейф?
  
   - Был, как сейчас, не знаю.
  
   - И... последнее... в банке можно заключить брак?
  
   - Можно... - изумленно пролепетала Меропа. - Но только по самым древним обрядам.
  
   - Это хорошо! Итак, вот мое предложение...
  
   ***
  
   Через полчаса одетая в свои лучшее платье и мантию Меропа стояла перед банком, пошатываясь и держась за живот. Виктор незримо присутствовал рядом, она ощущала его энергию, вливающуюся в нее, и дающую ей силы.
  
   Гоблины встрепенулись, глядя на позднюю клиентку... и ее спутника. Холл был пуст, ночь все-таки, никто не видел, как гоблины, ощетинившись мечами, настороженно встретили еле бредущую изможденную женщину.
  
   Правда, глядели они вовсе не на нее.
  
   - Помни, вежливость...
  
   Меропа поклонилась и тихо произнесла:
  
   - Пусть золото течет рекой в ваши закрома, доблестные Хранители Золота. Мне нужна ваша помощь.
  
   - Чего ты хочешь, Находящаяся-под-покровительством?
  
   - Мы хотим заключить брачную связь, а также обеспечить нашего Наследника... - проявился Виктор. Выглядело это достаточно жутко, словно кусок Тьмы налился силой, позволяя себя увидеть.
  
   Гоблины зашушукались, но оружие опустили.
  
   - Проходите. Вам нужен кто-то определенный?
  
   - Даже не знаю. Меня зовут Меропа Майра Мракс. У моего супруга нет в этом мире управляющего. Что вы посоветуете?
  
   - Вами займусь я... - неслышно подошедший богато одетый гоблин приглашающе махнул рукой. - Идите за мной.
  
   Через несколько минут Меропа с облегченным вздохом откинулась на спинку мягкого кресла, а Виктор застыл рядом. Гоблин настороженно сверлил взглядом темную фигуру, пытаясь понять, кого именно занесло в банк.
  
   - Меня зовут Златокошель, я являюсь Директором Банка Гринготс. Кто вы?
  
   - Позвольте представиться... Виктор Марка Сит-ари, Темный лорд Ситхов. Я хочу заключить брак с Меропой Майрой Мракс, а также, содействовать нашей общей прибыли и процветанию, уважаемый Златокошель.
  
   - Хм! Это мне нравится, особенно вторая часть! - оскалился гоблин. - Приступим?
  
   - Приступим! У нас мало времени.
  
   ***
  
   Через два часа Меропа с изумлением и неверием рассматривала сияющие на ее руках брачные браслеты: сделанные из странного черного металла, украшенные непонятными письменами, от взгляда на которые шевелились волосы на загривке, они проявились при проведении ритуала бракосочетания.
  
   Символ ее брака.
  
   И... практически рабства.
  
   Слухи действительно не врали. Коротышки могли помочь заключить брак, но только по самым древним обрядам, а они все, как один, подразумевали почти рабство одного из супругов: никаким равенством и не пахло, предки таких слов и не знали, у них все было просто: есть Глава Семьи, и есть его Супруга, находящаяся в его полном и безоговорочном владении. **
  
   Впрочем, Меропе было это на руку. Теперь НИКТО, абсолютно никто не сможет предъявить на ее ребенка хоть какие-то претензии, даже ее отец или брат.
  
   Она полностью перешла в Род мужа, правда, с оговоркой. Ее сын станет Наследником и его Рода, и Рода Мракс, если ее отец или брат не произведут на свет физически нормального ребенка, в чем она очень сомневалась: Марволо был безумен, а Морфин, к тому же, еще и бесплоден после перенесенной драконьей оспы и Азкабана.
  
   Так что... она нежно погладила живот, малыш имеет все шансы возродить захиревший Род Мракс. И судя по всему, ее супруг не упустит такую возможность...
  
   Виктор до предела напряг свою память, отчаянно торгуясь с ушлым зеленокожим коротышкой. Пришлось изворачиваться, чтобы обеспечить своего (да, теперь уже своего!) ребенка. К счастью, гоблины умели думать на перспективу, не довольствуясь только сиюминутной прибылью, что здорово облегчило процесс коммуникации, хотя драли эти крохоборы свои проценты нещадно!
  
   Хорошо еще, что Виктор сумел выудить из своей памяти данные о парочке крупных кладов, которые в свое время стали просто сенсационными находками. Деньги будут, а уж куда их вложить, Виктор прекрасно помнил из истории.
  
   Скоро начнется Вторая мировая, Великая Депрессия еще ожидает Америку, Советский Союз продает национальные сокровища за бесценок, а Дэ Бирс*** хоть и захапали практически полностью все месторождения алмазов, но еще не прибрали их до конца, они не смогут противостоять и помешать магам немного облегчить месторождения.
  
   Он знает, что, где и когда надо прибрать к рукам, его ребенок не будет расти в нищете, голодая в приюте и дрожать под бомбежками Лондона.
  
   Этого не будет.
  
   Единственное, Меропу уже не спасти. Слишком изношен ее организм, слишком истощено магическое ядро, ей уже ничто не поможет, правда, с его помощью она сможет увидеть своего ребенка и, возможно, даже побыть с ним хоть час.
  
   Уж это он ей обеспечит.
  
   Виктор прикоснулся к Меропе, передавая частичку своей энергии, сверкнув черно-золотым браслетом, и продолжил обсуждать с директором финансовые дела, пока женщина пыталась клевать прекрасный завтрак, принесенный прямо в кабинет, и сервированный на небольшом столике, покрытом белоснежной скатертью с изумительной вышивкой.
  
   ***
  
   Меропа, согревшаяся, дремала в кресле, укрытая мягким пледом, когда все ее тело пронзила боль.
  
   - Милорд... началось...
  
   Роды проходили тяжело, причем в предоставленном гоблинами помещении, и с помощью специально приглашенного колдомедика. Это обойдется в копеечку, но Виктора расходы не волновали. Он дал Слово, а его надо держать. Через несколько часов мучений раздался истошный вопль недовольного младенца.
  
   Малыша обтерли, закутали в пеленку, и положили на грудь еле живой Меропы. Женщина плакала, глядя на свое дитя, прижимая его к себе, пытаясь дать ему за отпущенное ей время всю свою любовь. Виктор улыбался, чувствуя, как напряглась связь между ним, Меропой и младенцем.
  
   Вовремя заключенный брак ощущался как прочные незримые цепи, сковавшие его с женщиной и сейчас передающие ей энергию, необходимую для поддержания жизни. Кроме того, он чувствовал, как его соединяет с новорожденным. Эти связи были другими, отличаясь по ощущениям от Брачных уз. Ребенок с каждым мгновением все больше ассоциировался с чем-то, что является частью Виктора.
  
   Странное ощущение... часть себя, находящаяся рядом.
  
   - Назовите его, милорд...
  
   - Нарекаю тебя Марволо Марка Сит-ари- Мракс.
  
   - Свидетельствуем! - хором произнесли колдомедик, Меропа и подошедший Златокошель, а ситх ощутил как к нитям, соединяющим его с ребенком, добавилась еще одна. А теперь надо закончить начатое.
  
   - Признаю тебя силой от силы моей, плотью от плоти моей, кровью от крови моей. Я сказал!
  
   Мир вздрогнул, и новорожденный ситх огласил комнату истошным воплем. Виктор рассмеялся, ощущая движение Силы вокруг себя и ребенка, в себе, в окружающем пространстве. Меропа слабо улыбнулась, в уставших глазах промелькнуло какое-то темное удовлетворение, как у самки, выбравшей для себя самого сильного самца.
  
   Гоблины переглянулись и засуетились. Теперь наступал их черед. Они сделают и зарегистрируют документы на малыша, одновременно легализуя его отца; предоставят дом и обслуживающий персонал, который присмотрит за ребенком, так как Виктор пока этого сделать не в состоянии, но это только пока. В течении года можно будет провести обряд, позволяющий обрести свое тело.
  
   Как ни странно, все упиралось в деньги. Процесс материализации требовал достаточно дорогостоящих ингредиентов и оплаты услуг нескольких Мастеров Ритуалов, Зельеварения, Артефакторики.
  
   Как говорится, деньги это зло, жаль что его иногда не хватает.
  
   Пока в сейфе не заблестит золото, летать ему аки вольная птица туманным сгустком. Впрочем, это не страшно, здесь тоже есть своя выгода. Это время можно посвятить своему развитию, ведь призраки Лордов материальны, могут воздействовать на окружающий мир, так что, как говорил дедушка Ленин: "Учиться, учиться, и еще раз учиться!".
  
   Кто не развивается, тот деградирует.
  
   А уж для него стремление к знаниям дело привычное.
  
   ***
  
   Виктор полюбовался на спящего Марволо и застыл, обдумывая планы на ближайший год.
  
   Дел предстояло сделать много. Нужно собрать информацию о мире магов, способствовать наполнению своего сейфа, узнать, что потребуется для того, чтобы войти в стройные ряды аристократов, он не собирается довольствоваться вторыми ролями, хватит с него быть исполнителем!
  
   Он Лорд.
  
   Этим все сказано.
  
  
  
  
  
   *- В ситхском языке термин "Сит"ари" дословно переводится, как "лорд" или "архилорд". Со временем это слово стало обозначением некоего совершенного существа, обладающего абсолютной властью и повелевающего орденом ситов. Не путать с джен'ари - тёмный лорд ситхов.
  
   ** - истинная правда. С изменением матриархальной системы (когда дети приписывались к матери, так как рождались от разных отцов) на патриархат (дети входят в род отца) брачные обязательства изменились. За жену стали платить выкуп, она была собственностью мужа, его имуществом, правда, везде по-разному. От равноценного партнерства, до полного рабства. Кому интересно, почитайте исторические данные. Таково положение по всему миру, за исключением пары мест, например Полинезии, где в ходу было многомужество.
  
   *** - De Beers (по-русски произносится Дэ Бирс) - международная корпорация, которая занимается добычей, обработкой и продажей природных алмазов, а также производством синтетических алмазов для промышленных целей. Основана в 1888 году на территории нынешней ЮАР. Рекламный слоган: "A Diamond Is Forever".
  
  Глава 2.
  
  
  С каждым днем Виктор находил все больше плюсов в своем теперешнем состоянии. Казалось бы: - призрак. Ну что в этом хорошего? Как выяснилось, много чего!
  
   Расстояния для него теперь не проблема, Виктор совершенно спокойно мог не аппарировать, нет, перенестись в мгновение куда угодно, нужно только держать в уме конечную цель своего путешествия, а память у мужчины была тренированная, профессиональная.
  
   Теперь его не видят, если он этого не хочет, взаимодействие с физическими объектами самое прекрасное, усталости он не чувствует, в общем, красота! Но самое прекрасное заключалось не в этом.
  
   Сила.
  
   Каждая молекула, или что там у него было, его тела были пропитаны Силой. Впервые ощутив текущие сквозь него потоки неизмеримой мощи, Виктор просто застыл в благоговении. Ему казалось, что он стал губкой, погруженной в океан, сквозь которую течет вода, ощущающей каждое движение рыб и морских гадов, живущих в глубине, каждое касание ветра к поверхности, движение течений, огибающих подводные пики.
  
   Это было настолько ошеломительно, что мужчина просто потерялся в мгновении, растянувшемся на целую вечность.
  
   Все, что он читал, слышал и мог представить меркло перед этой секундой, распахнувшей перед ним целую вселенную, наполненную жизнью и смертью.
  
   Выйдя из транса, Виктор пораженно покачал головой. Да уж! Самые смелые его мечты не шли с этим ни в какое сравнение!
  
   Однако слишком увлекаться тоже не стоило, кроме тренировок с Силой были и другие дела. Насущные...
  
   ***
  
   Как оказалось, канон каноном, но мир Магии достаточно сильно отличался от обычного. Узнавая его все больше, Виктор только качал головой. Чистокровные, полукровки, маглы...
  
   Все это было, вот только не совсем в том виде, в каком описывали в книге.
  
   Начать с того, что маги жили долго. Очень долго. Чистокровные запросто переступали рубеж в триста, а то и больше, полукровки спокойно могли дожить до двухсот-трехсот, а маглорожденные - до ста пятидесяти-двухсот.
  
   Так что, внуки-правнуки спокойно общались с пра-пра-дедушками и бабушками, и это было совершенно нормально, поэтому ситуация из канона, когда все представители старшего поколения внезапно вымерли, и из оставшихся были только Августа Лонгботтом и Дамблдор со своим братом, выглядела крайне странно и подозрительно.
  
   Мор, целенаправленно выкосивший сразу несколько поколений?
  
   Так не бывает.
  
   Или бывает, но это уже геноцид.
  
   Цепкий ум аналитика вылавливал факты, сопоставляя, анализируя, составляя полную картину окружающего.
  
   Как выяснилось, то, что Великобритания, причем магловская, является единым государством, совершенно не мешает магам не обращать на это внимания. Ирландия, или вернее Эрин, Уэльс и Шотландия являлись суверенными государствами, так же, как и Альбион, или Англия. Были между ними подписанные договора, касающиеся Хогвартса, но и только.
  
   Хогвартс являлся школой Магии, но далеко не единственной. Лучшей, но не единственной. В каждой стране таких было несколько, просто Хогвартс стоял особняком по крайне прозаической причине.
  
   Там училась элита.
  
   Сыновья и дочери аристократии, титулованной и богатой, но не только деньгами - магией. В школу принимали детей с изначально высоким уровнем магии, ну или тех, кто записан туда с рождения, как и их предки. Полукровки попадали опять-таки или при наличии Контракта, или при крайне высоких показателях, а вот маглорожденные... Только при крайне высоком уровне магии, а таких было крайне, крайне мало, из ста учеников - ну может человек пять, в особо урожайный год - десять. Все остальные шли в школы попроще, причем, даже сквибы.
  
   Ситуацию можно было сравнить с Итоном, Кембриджем и им подобными заведениями, где давали не только и не столько знания, сколько связи. В Хогвартс дети шли нарабатывать именно связи, ну и учиться немного, так как домашнее образование никто не отменял.
  
   Маги жили в Средневековье, причем раннем, и совершенно не собирались этого менять, да и как, при их долгожительстве? Теперь Виктор понимал, почему в каноне было такое противостояние чистокровных и маглорожденных. Попасть из современного мира в мир, где правит бал строгое подчинение и этикет... человеку конца двадцатого века, воспитанному в попустительстве и демократии, совершенно не понравится, что за собой и своим поведением надо следить каждую секунду, ведь от этого зависит не только твоя репутация, но и репутация Рода.
  
   Аристократия имела множество прав, но еще больше она имела обязанностей, которые опутывали магов с рождения и до смерти, а то и после нее.
  
   Общество было жестко структурировано, даже кастово. На самой вершине стояли Лорды Магии. Совершенно особая категория магов, крайне немногочисленная и невероятно могущественная и влиятельная. Виетору удалось узнать немногое: титул даровался не магами, а Магией (тут у него возникли прекрасные ассоциации с ситхами и Лордами Ситхов, а также с Темным лордом в особенности). Их воля была практически непререкаемой, но и спрос был огромен, ведь судила их не общественность, а Магия, или как ее называл Виктор - Сила. Чуть ниже стояли Лорды - титулованные аристократы, принадлежащие к древним родам. Следом шли не титулованные, часто являющиеся вассалами первых, затем просто чистокровные, и в самом низу маглорожденные. Последних было крайне мало, в большинстве своем они являлись потомками сквибов, ушедших в обычный мир (их, оказывается, никто никуда не выгонял!), бастардов или потерянных родов. Истинных маглорожденных было мало, и за ними шла натуральная охота.
  
   Ввести в свой Род чистую магическую кровь, без накопленных родовых проклятий и прочей вредной гадости, усилить потомков... что может быть лучше? Обретенные - истинная ценность, за которую часто разворачивались настоящие бои. К остальным отношение было попроще: такие маги были довольно слабыми, хотя и от них была польза.
  
   Вообще, на взгляд Виктора, мир магов отличался от его родного в лучшую сторону. Да, войти в аристократическое общество было тяжело, но возможно: знание традиций, правильное поведение и знакомства... нужно учиться, а не балду гонять, как это демонстрировал в каноне незабвенный Поттер, выезжающий только на попустительстве директора и квиддиче. Разве он учился? Что вы, это же так утомительно!
  
   И таких мелочей, меняющих картину в целом, было множество. Взять даже ту же Меропу. По книге она была оборванной дурнушкой с минимумом мозгов, а в реальности...
  
   Виктор вздохнул, вспоминая свой крайне недолгий брак и впечатления от него. Меропа предстала перед ним той, кем и являлась: аристократкой обедневшего Рода. Изящное, хрупкое телосложение, красивый овал лица, большие темные глаза, длинные пушистые волосы, уложенные в скромную прическу, неторопливость движений, хорошо поставленная речь, знание этикета, а также хорошее образование, что ясно было видно из проведенного ею ритуала.
  
   С бухты-барахты такое не проделаешь, а любая, даже мельчайшая ошибка может быть фатальной.
  
   Да, одежда была скромной, но чистой, вела себя девушка с огромным достоинством, демонстрируя при переговорах ясный, живой ум.
  
   Как оказалось, отношения с Риддлом были начаты не просто так, и даже не из желания поправить финансовое положение за счет глупого магла. Девушка просто выполняла свой долг перед Родом и Магией, производя на свет здорового, сильного ребенка. Как понял Виктор из кратких пояснений Меропы, Род Мракс выродился. Ее отец и брат были безумны, причем в самом прямом смысле этого слова: не самая приятная внешность, страшные, разрушительные приступы ярости, проблемы с магией, сбои в памяти...при этом, они все-таки смогли получить образование в Хогвартсе, хоть и с огромным трудом, благо записаны туда, как и все потомки рода Мракс, но вот подобрать достойную партию для Морфина и Меропы уже было невозможно, хорошо хоть ее, как женщины, безумие не коснулось.
  
   Аристократия крайне щепетильно относилась к вливаниям в свою кровь посторонних примесей, производя сложные расчеты на совместимость. Никто не хотел проблем с погибающим от груза родовых проклятий и нескольких неправильных браков родом, пусть и имеющим общие корни с прославленным магом древности.
  
   Меропа сама провела такие проверки, сделав ужасающее открытие: ребенок, рожденный от брака с чистокровным или полукровкой, гарантированно, с вероятностью в девяносто процентов, будет безумным. Брак с маглорожденным уменьшал эту вероятность на двадцать процентов, с Обретенным - на половину, и только брак с маглом понижал планку до десяти процентов, а при удаче полностью очищал кровь.
  
   Такую самоотверженность нельзя было не уважать, так что, Виктор каждое воскресенье появлялся на ее могиле, отчитываясь о своих успехах и жизни сына.
  
   Мужчина сожалел о ее смерти, ведь если бы Меропа осталась жива, это крайне облегчило бы вхождение в общество, но увы... оставалось только учиться, наблюдать за жизнью магов, тренироваться и обеспечивать свою жизнь и жизнь сына.
  
   Пусть он пока его только по Духу, а не по Крови, но это только пока.
  
   ***
  
   Дни шли один за другим, уверенно складываясь в недели и месяцы. Прошло уже полгода с тех пор, как Виктор осчастливил этот мир своим присутствием, срок, за который было сделано ой как немало.
  
   Первым делом ситх занялся обеспечением Марволо и себя материальными благами. Ему-то пока ничего, но малыша надо кормить, поить, тепло одевать, укладывать спать в кроватку, развлекать. Все это требует денежек, а где их взять? Клады дали небольшой стартовый капитал, который позволил провернуть маленькую авантюру.
  
   Африка богата месторождениями алмазов, но не только. Там где на поверхность выходят алмазные трубки, часто попадаются и изумруды. По долгу службы Виктор встречал упоминания о различных месторождениях, так что теперь осталось только напрячь память, столковаться с гоблинами, нанять через них молчаливых наемников, не страдающих излишним любопытством, составить контракт, обозначить задачи, перенестись с помощью порт-ключа (наемники) и скольжения сквозь пространство (сам Виктор) в нужное место, а после... грести алмазы лопатой.
  
   Буквально.
  
   Месторождения, захапанные Дэ Бирс. Открытый карьер, где алмазы выходили на поверхность. Вышки, часовые, всеобщая бдительность. К огромному сожалению, сам Виктор справиться не мог. Пока. Он не настолько владел Силой, чтобы натаскать пару центнеров алмазов под носом у охраны, а потом свалить с неправедно нажитым имуществом*, однако, у него было преимущество: он знал место.
  
   Карьер-карьером, охрана-охраной, но этот источник блестящих камушков был не единственным. Всего в паре километров от основного выхода породы был еще один, поменьше. Оцепление до него не добралось пока еще, так что...
  
   ***
  
   Пустыня, над которой светит огромная луна. Романтика... неожиданно в пейзаже появилась лишняя деталь: группа мужчин возникла буквально из ниоткуда, через мгновение из тьмы соткалась фигура мужчины в балахоне с капюшоном, из-под которого сверкнули золотые глаза, насмешливо осмотревшие постанывающих после перемещения магов. Тихий смешок напомнил движение песков.
  
   - Господа, мы прибыли! Вы готовы?
  
   - Да!
  
   - Тогда начинаем!
  
   Троица живых под взглядом призрака активировала амулеты и их силуэты, задрожав, растворились в воздухе.
  
   - Неплохо, - прокомментировал призрак. - А теперь прошу за мной.
  
   Темный силуэт сгустком первородной тьмы заскользил к нужному месту. Вдали виднелись вышки с часовыми, но подходить ближе нужды не было.
  
   - Здесь.
  
   На песок упал амулет, и начала твориться магия. Песок зашуршал, песчинки закрутились, образуя водоворот диаметром в пару десятков метров, в котором, как щепки в воде, стали всплывать мутноватые полупрозрачные камни самого различного размера.
  
   Алмазы.
  
   Под довольным взглядом Виктора невидимые маги стали заклинаниями вылавливать камни, собирая их в специальные мешки, с расширенным пространством внутри.
  
   Время летело незаметно, песок шуршал, камни ровным строем летели в мешки, маги, сопя и потея, контролировали процесс. Как только над горизонтом показались первые лучи солнца, все работы были прекращены, и участники операции, облегчившие закрома алмазодобывающей компании на крайне солидную сумму, вновь активировали межконтинентальный порт-ключ.
  
   Получив расчет, и расставшись с воспоминаниями, наемники ушли, а Виктор стал решать дальнейшую судьбу сырья.
  
   Мало получить алмазы, теперь их надо превратить в бриллианты. Задача сложная, но выполнимая. Заказы нескольким десяткам ювелиров, и через месяц стали поступать первые партии ограненных камней.
  
   На огранку Виктор отправил не все алмазы, так как к его огромному изумлению, ему попались несколько магических камней, а к ним требовался особый подход.
  
   ***
  
   Старый, практически серый гоблин задумчиво покатал по столу самый крупный камень, размером с гусиное яйцо, лежащий среди нескольких десятков собратьев поскромнее размерами. Камень под его пальцами тускло блеснул на мгновение, показывая запрятанный в нем потенциал.
  
   - Лорд Сит-ари...
  
   - Да, уважаемый Гриммх?
  
   - Что вы намереваетесь сделать с этим?
  
   - Хм... - призрак сверкнул глазами, - а есть варианты?
  
   - Вот этого красавца, - гоблин опять задумчиво катнул камень, - хватит, чтобы вы сей же момент расплатились с долгом.
  
   - С процентами? - невинно осведомился Виктор.
  
   - Кха! С ними...
  
   - Прекрасно! - под взглядом призрака камень откатился в сторону довольно прищурившегося управляющего, назначенного лично директором банка, и являющийся его родственником, причем, крайне близким.
  
   - А остальные?
  
   Камни закружились в воздухе, образовав веселую карусель. Неожиданно из общей массы стали отделяться камни, образовывая еще один хоровод. Один, еще один, два сразу, один...
  
   Когда их набралось с десяток, отделенные ровным рядком легли на стол перед Виктором, остальные - перед гоблином.
  
   - Найдите мастера, я оплачу работу.
  
   - А эти?
  
   - Эти? - Виктор задумчиво уставился на лежащее перед ним богатство. - Эти я буду гранить сам. И еще... один деликатный вопрос. Вы можете достать металлы?
  
   - Какие именно?
  
   - Самородное железо, метеоритное железо, самородное серебро, золото, платина...
  
   - Конечно! Вы имеете Дар Артефактора?
  
   - В некотором роде... - глаза призрака засияли, словно два миниатюрных солнца. Взгляд уперся в лежащий в центре желтый камень, закрутившийся вокруг своей оси. - В некотором роде...
  
   ***
  
   Виктор покачивал лежащего на его руках ребенка, сладко сопевшего в две дырки, одновременно сверля взглядом зависший над столом крупный алмаз.
  
   Желтоватый отблеск ясно показывал, что камень будет при огранке ясного солнечного цвета**. Но это оказалось не последним сюрпризом: все чувства мужчины просто кричали, что это - его камень. Именно его, и ничей больше. Вот уже неделя, как Виктор медитировал, глядя на него, пытался наполнять своей силой, и просто не мог заставить себя оторваться от него хоть на минуту.
  
   Камень маленьким спутником закружился вокруг своего хозяина, заставив его вздохнуть.
  
   - И что с тобой делать? Были бы мы в далекой, ну очень далекой галактике, я бы вставил тебя в меч. А тут... - мужчина задумался, а камень медленно приближался к сверхзвуковой скорости, - впрочем, почему бы и нет?
  
   Алмаз резко остановился напротив лица, позволяя разглядывать себя во всех подробностях.
  
   - Почему бы и нет...
  
   Виктор задумался, осторожно укачивая Марволо. Еще в той жизни он увлекался металлургией в общем, и кузнечным делом в частности. Оружие было его слабостью, поэтому он изучал его, тщательно и кропотливо, все процессы, начиная с выплавки руды, и заканчивая полировкой и украшением.
  
   Сейчас, когда его знания могут быть применены, причем, именно им самим, почему бы ему не исполнить свою мечту? Как делать булат он знает, Сила у него есть, деньги на материалы есть, так чего еще надо?
  
   Можно пойти легким путем, заказать меч у гоблинов, но! Этот меч будет принадлежать им, ведь гоблины считают все свои творения находящимися в аренде, а не проданными! И зачем ему такое?
  
   Незачем!
  
   Он сам сделает себе оружие, ведь читал же он о ситхах древности, которые пользовались именно металлическими мечами, выковывая их своей Силой! А чем он хуже? Да, он новичок на этом пути, но он знает! Знает, как это делать! Так что...
  
   Малыш заворочался, и Виктор осторожно покачал его, успокаивая.
  
   А ведь Марволо растет, кроме того, он назвался Лордом. Это не просто титул, это статус и образ жизни, значит у него должен быть свой дом, его крепость, его личное оружие, его наработанная репутация, его власть и его семья. Возможно, клан, с этим Виктор еще не определился, но такие мысли были... если ему повезет встретить тех, кто может стать ситхом... мммм... какие перспективы открываются!
  
   Решено, надо озадачить гоблинов поиском подходящих мест для постройки жилья, он выберет лучшее. Кроме того, пора задуматься о гербе, девизе, родовых цветах...
  
   Осторожно приоткрылась дверь, и в нее заглянула няня, нанятая гоблинами для Марволо. Виктор встал, и осторожно опустил малыша в колыбельку. Женщина, вздрогнув, покосилась в его сторону, но просочилась в дверь и села в кресло, готовясь принять на себя заботу о мальчике.
  
   Виктор слегка кивнул и вышел из помещения, направляясь в мастерскую. Камень, как Луна вокруг Земли, кружил вокруг него.
  
   ***
  
   - Итак, лорд, - откашлялся гоблин. - Есть несколько предложений. Первый, второй, третий варианты - просто участки земли, достаточно обособленные, есть пара ручьев, холмы, лес, где как... если пожелаете, можно осмотреть. Четвертый и пятый варианты - поместья, в прекрасном состоянии, все, что необходимо, хозяйственные постройки, конюшни, и так далее... Цена разная... Далее... - гоблин заглянул в свиток, освежая память. - Шестой вариант - руины.
  
   - То есть?
  
   - То и есть. Руины. Огромный кусок земли, остатки постройки, между прочим, очень старой, изумительная природа, есть ручьи и колодцы, места под пашни, если в этом возникнет необходимость, лес, небольшой, но достаточно густой...
  
   - И в чем подвох?
  
   Управляющий пожевал губами. Увы, но эту информацию не скрыть.
  
   - Подвох... он есть, это да. Взбесившийся Источник.
  
   - Поподробнее, пожалуйста!
  
   - Подробнее... что ж, как хотите. Место пустует уже практически тысячу лет. Насколько известно, с семьей, что там обитала, случилась неприятность - война. Казалось бы, ничего особенного, но нападавшие воспользовались черной магией. Не темной, а именно черной. Что именно они сделали, уже забылось, но известно другое: в попытке спасти свою семью Глава Рода не преуспел, его предали, и тогда, перед смертью, он принес себя в жертву, накладывая посмертное проклятие на нападавших. Все мгновенно умерли, а Источник, оставшийся без подпитки членами Рода впал в спячку, но крайне агрессивную. Как только кто-то пытается проникнуть в остатки замка, активируется защита. Трупов набралось за это время не меряно, так что, Министерство, в распоряжении которого и оказались в конце концов эти земли, назначило просто символическую сумму за него, лишь бы избавиться. Вот только таких дурней нет.
  
   - И сколько они хотят?
  
   - Тысячу галлеонов.
  
   - Сколько?!
  
   - Тысячу.
  
   - Беру!!!
  
   ***
  
   Раздраженные волны лупили в скалистый утес, неподалеку от которого возвышались остатки древней крепости. Полуобвалившиеся стены все еще гордо вздымались к небесам, стойко храня в своих недрах спящий Источник, который неожиданно встрепенулся: кто-то идет.
  
   ***
  
   Виктор, счастливо смеясь, кружил по развалинам, сияя солнечным пожаром глаз в ночной темноте. Бой с источником напоминал укрощение дикого скакуна, на которого впервые одели узду и седло. Немало времени прошло, прежде чем он смог его подчинить своей воле...
  
   Бешеный круговорот силы, сжимающей тиски, пытающейся сломить волю дерзкого. Виктор поставил на кон все, что мог: все свои резервы, все свои силы и упорство. Он мягко ускользал от ментальных атак, бил в открывшиеся бреши, ломал ловушки, медленно, но упорно давил на примитивное сознание Источника, наполненное болью и тоской.
  
   Источник походил на раненое животное, уставшее, измученное, но все еще огрызающееся. Сознание у него было примитивное, скопище инстинктов и остатки впаянных в структуру прежними хозяевами императив.
  
   Блеснувшая на мгновение искра в переплетении защитных коконов подсказала верный путь, и Виктор ударил, вкладывая в этот удар свою Волю и Власть, словно укрощая пса, бросившегося на него. Источник замер, борясь с подавляющей его силой, но постепенно в беспорядочном мельтешении образов наметился просвет, и зародилась робкая надежда.
  
   Мысль-образ, пришедшая в ответ, походила на тихий шепот умирающего:
  
   - Хозяин?..
  
   ***
  
   Призрак остановился, застыв темный сгустком.
  
   - Я назову тебя Коррибан...
  
  
  
   Есть старый мини-сериал, называется, кажется, "Мастер игры". Там герой именно так положил начало своему состоянию.
  
  
  Глава 3.
  
  
  Виктор напряженно смотрел на слиток металла, вытягивающийся под его взглядом в длинные тонкие прутья. Сизо-серебристая болванка сминалась, словно пластилин, послушно меняя форму. Одна за другой длинные тонкие спицы аккуратно отделялись от слитка, укладываясь на рабочем столе.
  
   Одна... вторая... десятая... закончив со слитком, Виктор прикрыл глаза, просто физически ощущая навалившуюся на него усталость. Моральную. Как ни крути, но это был уже третий за сегодняшнее утро. А до этого надо было эти слитки выплавить, причем на голой Силе, а для этого надо было очистить самородки, отделяя крупицы примесей, перемять их, словно тесто, улучшая структуру, опять-таки напитать их своей Силой, осторожно, по капле отдавая ее металлическим каплям, до тех пор, пока они не заполнятся до краев, и только после этого уже можно было тянуть проволоку.
  
   Создание меча было делом кропотливым, требующим внимания, знаний металлургии и Силы. Огромного количества Силы.
  
   Виктор чувствовал, как сквозь него протекает просто океан энергии. За прошедшие семь месяцев он стал гораздо сильнее, за что мог благодарить собственное упорство и знания, доставшиеся ему в прошлой жизни.
  
   За это время он сумел сделать многое. Очень многое.
  
   Первое, на что он обратил свое внимание - Коррибан. Источник, обретший, наконец, после долгих веков забвения, перемежающихся краткими вспышками пробуждения, Хозяина, вел себя словно собака. Умный, послушный, преданный, беспрекословно подчиняющийся своему Владыке, постепенно приходящий в норму, он все сильнее менял изливающейся из него магией стоящие на нем руины и своего владельца.
  
   Теперь Виктор понял, почему древние семьи так гордились собой. Укротить дикий Источник, привести его к послушанию, помочь развить псевдо-разум... это дорогого стоило. Но и результат в случае удачи был просто потрясающим: резкое прибавление личных и родовых сил, что вело за собой увеличение срока жизни, повышенную регенерацию, улучшение гено и фенотипа данного семейства, закрепление определенных предрасположенностей и способностей... перечислять можно долго.
  
   Конечно, были не только плюшки, но и подводные камни. Очень часто в роду закреплялись не только положительные тенденции... многие чистокровные могли похвастать переходящими от отца к сыну или от матери к дочери букетом каких-либо маний, или дурных наклонностей, также, предрасположенность к одним видам магии часто компенсировались полнейшим неприятием других.
  
   Все это вело к тому, что к вопросам брака подходили не просто ответственно, а крайне ответственно! Не дай Магия какая-нибудь вполне безобидная привычка перерастет в манию, или предрасположенность к чему-то перейдет в отторжение, или изменится родовая внешность, или... десятки, сотни возможных "или".
  
   Виктору было с одной стороны проще, а с другой, тяжелее.
  
   Проще было в том, что он сам по себе в этом мире - чистая доска, на которой можно записать все, что необходимо.
  
   Тяжелее, потому что написать уже успели - брак с Меропой даром не прошел. А ведь предстоит еще и обретение тела, а значит, для того, чтобы все прошло удачно, понадобится кровь маленького Марволо, что сразу же наложит на него свой отпечаток. Все эти размышления привели к тому, что Виктор в очередной раз вспомнил пресловутый канон и то, что напрягло его аналитическую чуйку еще тогда.
  
   Лорд умер, и уже на следующий день в газете выходит репортаж, где четко, недвусмысленно, черным по белому написано, как именно зовут Победителя. Что это? Прямое указание? Ведь фотография в газете не даст возможности ошибиться.
  
   Дамблдор долгие годы запихивал своего карманного героя к маглам, в дом, где не было никакой защиты, а иначе, почему ему пришло уведомление из Министерства о несанкционированном колдовстве, когда мелкий надул тетку? Если бы дом был ненаходим, то этого бы не случилось.
  
   Парня не трогали только потому, что он, как Неуловимый Джо*, был нафиг никому не нужен. Экстремисты сидели в Азкабане, а оставшимся на свободе Пожирателям он и даром не сдался, так же, как и противоположной стороне. Иначе, пацана попытались бы убить или усыновить, но этого не было.
  
   И его просто подсовывали сумасшедшему, недвусмысленно указывая, из кого именно нужно взять кровь для ритуала. Попахивает даже не ловушкой... Вообще, во всей этой истории было столько темных пятен, что только ребенок со всепоглощающим детским максимализмом мог счесть финал счастливым, Дамблдора - безобидным чудаком, а победу Сил Добра - безоговорочной.
  
   Виктор вздохнул, хотя в его состоянии в этом не было необходимости, но память... память... к тому же, он не собирался отвыкать, скоро у него будет тело, еще немножко подождать! Гоблины собрали все необходимое полностью уже давно, все необходимое для ритуала обошлось Виктору в кругленькую сумму, но цена не имела значения. Процесс шел неторопливо по крайне прозаической причине: Марволо. Основным ингредиентом станет его кровь, а взять ее безопасно для ребенка можно будет не раньше того, как ему исполнится год.
  
   Вторым по списку, но первым по важности, шел его сын. Марволо рос как на дрожжах, радуя отца своим здоровьем, активностью и любопытством. Ему все было интересно, всюду он пытался пролезть, все пощупать, попробовать на зуб.
  
   Призрачное состояние отца приводило малыша в дикий восторг. При виде темной фигуры с nbsp;
золотыми огнями глаз Марволо радостно смеялся, пытаясь ухватить Виктора за мантию, тянул ручки, стремясь устроиться у него на плечах, угукал, восхищенно улыбался и фонтанировал таким безграничным счастьем, что ситх просто замирал, впитывая этот искрящийся поток чувств.
  
   Уже скоро, через месяц, его малышу исполнится год. На его День рождения отец преподнесет сыну подарок - возьмет его на руки во плоти.
  
   ***
  
   Виктор неслышной тенью скользил по практически отстроенному замку. Коррибан изменился невероятно. Если раньше это были руины, пусть и показывающие, каким роскошным когда-то был замок, то теперь... Высокие шпили, толстые стены, ажурные витражи, тончайшие, прозрачные как слеза, стекла; изысканное кружево металлических деталей, темный камень крепкой кладки.
  
   Гоблины сотворили чудо. Приглашенные ими специалисты восстановили здание полностью, причем, как снаружи, так и внутри. Конечно, сейчас обстановка достаточно аскетична, но это поправимо. Самое главное, что основа готова, Источник пробужден, и законный владелец вот-вот обретет плоть и окончательно вступит в свои права.
  
   А вот после этого и начнется настоящая магия.
  
   ***
  
   Одетый в ритуальную рубашку из небеленого льняного полотна Марволо гордо восседал среди подушек на алтаре, показывая в улыбке все свои четыре зуба, и вертя головой в чепчике. На огромном камне, на котором мог запросто улечься кентавр, уже были расставлены ритуальные чаши, сделанные лично Виктором при помощи Силы.
  
   Самородное серебро и золото, а также обсидиан, послужили прекрасным материалом для полного ритуального набора: девять чаш различного диаметра, большой поднос, зеркало, двенадцать подсвечников, и атам - нож, предназначенный для жертвоприношений.
  
   Все сразу, естественно, это не было необходимо, однако, никогда не знаешь, когда может понадобиться зеркало или чаша, в которой не высыхает кровь. Виктору в прошлом случалось сталкиваться с тем, что официальная наука объяснить не в состоянии, кроме того, он часто консультировался с одним хорошим знакомым, занимающимся именно такими делами, на память он никогда не жаловался, а уж в этом мире ему сама Сила велела обживаться, так что, с волками жить...
  
   Но сегодня на алтаре лежал только поднос, со стоящей на нем большой, на два литра, чашей, рядом находился нож, и стояли три небольшие чаши с тем, за что Виктор отдал три здоровенных алмаза, ограненные лично им, а также гордо восседал крайне довольный Марволо.
  
   Виктор ласково провел кончиками пальцев по пухлой щечке сына и дал отмашку гоблину-ритуалисту.
  
   Зеленошкурые драли за свои услуги нещадно, но и качество гарантировали, кроме того, у Виктора, в общем, не было особого выбора. Ритуал проводить решили в ритуальном зале Коррибана, который нашли после расчистки завалов, это должно было принести несколько весьма заманчивых плюшек.
  
   Виктор, обретая плоть в месте, которое уже признало его хозяином, связывал себя и Источник нерасторжимыми узами, создавая плотную, неразрывную связь с создающимся родом. Также, процесс должен будет пройти гораздо легче, чем, например, в залах Гринготтса.
  
   Затем, когда он прольет свою кровь, начнется более тонкая настройка, начнут проявляться родовые дары, склонности, личные способности, в этот момент в своеобразном хранилище информации, которой является Родовой Камень, скрытый под алтарной плитой, начнет записываться все, что касается Рода Сит-ари. Абсолютно все.
  
   Начерченный специальным зельем контур огромной многолучевой звезды мягко пульсировал золотистым светом, в центре стоял, не шевелясь, Виктор, внимательно следя за ходом совершаемого действия, а также посылая волны спокойствия и любви Марволо, рядом неторопливо двигался гоблин, аккуратно смешивая драгоценные ингредиенты в большой чаше.
  
   Заложив все в нужной последовательности и под пение заклинаний, гоблин повернулся к Виктору и тот встал на колени, положив руки на лежащий перед ним труп. Создать тело с нуля невозможно. Вернее, невозможно создать с нуля полноценное тело мага. Когда гоблины уведомили своего нового и крайне перспективного клиента о том, какой именно ингредиент требуется для Ритуала Воскрешения, тот только хмыкнул.
  
   Его таким не испугаешь, и брезгливостью он не страдает. Кроме того, опять-таки вспомнился канон. Гомункул, вскормленный змеиным ядом, подозрительное зелье криворукого подручного и ужасающий по своим последствиям закономерно полученный результат. То, что в итоге получил Волдеморт, иначе, чем убожеством, назвать было нельзя. Его и убивать не надо было, еще пара лет, и гомункул сам бы развалился дурно пахнущей кучей.
  
   Ритуал Воскрешения потому так и назывался, что в мертвое тело вселялась новая душа, после чего производилась тонкая настройка энергетики. Но и здесь были свои нюансы, очевидные, и не очень. К примеру, для Виктора не годилось тело чистокровного мага, даже отреченного от Рода. В крови, в магии, содержится столько информации, что в этом случае он рискует стать членом чужого рода, и это в лучшем случае, про худший даже думать не хотелось: сразу и полностью активизировавшиеся родовые проклятия и порчи, отторжение магии, ставшая ядовитой кровь, расщепление сознания и прочие неприемлемые для праведного ситха вещи.
  
   Поэтому, требовался труп маглорожденного, в идеале - Новой крови, он послужит отличным жестким диском на который будет вписана вся необходимая информация, поэтому труп должен быть "чистым", то есть, смерть должна наступить или в результате несчастного случая, или быть насильственной, но не в результате какого-нибудь проклятия, а например, от холодного или огнестрельного оружия или побоев. Даже болезнь была нежелательной!
  
   Виктору несказанно повезло. За год, в течении которого искали подходящую тушку, было несколько трупов маглорожденных, однако все они были не того качества. Два трупа были женскими, еще трое умерли от темных проклятий, один был более-менее, но потом оказалось, что парень был шизофреником, покончившим жизнь самоубийством, а это неприемлемо в корне. Магия самоубийц не любит, в отличие от тех, кто приносит себя в жертву осознанно.
  
   Виктор уже даже подумывал, грешным делом, нанять пару не брезгливых ребят, как его обрадовали: есть свежачок высочайшего качества! Маглорожденный, Новая кровь, пятнадцать лет, погиб вместе с семьей во время туристической поездки по Новому Орлеану**, убит ножом какого-то пьяного гопника, как и его родители при попытке ограбления, однако, такое совершенство опять-таки стоит денег!
  
   На бесхозный трупик нацелился местный боккор***, и если уважаемый клиент хочет...
  
   Уважаемый клиент хотел, и даже очень. В очередной раз отсыпав золотых кругляшков, Виктор стал владельцем своего будущего вместилища. Паренек, привезенный в погруженном в стазис гробу, оказался владельцем ничем не примечательной внешности, светлых волос, и достаточно высокого роста. Юный возраст Виктора не смутил, скорее, это был плюс, огромный, жирный плюс. Магическое совершеннолетие не наступило, никакими контрактами парня связать не успели, половые контакты совершались им только мысленно, а значит, не будет неприятных неожиданностей.
  
   Тем временем ритуал шел полным ходом. Виктор, подхватив призрачной рукой атам, аккуратно уколол Марволо пальчик, предварительно заблокировав ему ощущения. Малыш даже не дернулся, когда в чашу начали падать рубиновые капли. Одна, другая... девятая... гоблин осторожно макнул пальчик ребенка в заживляющее зелье, после чего долил в чашу из хрустального флакона, речитативом читая заклинание. Над чашей поднялся пар, в воздухе разлился тяжелый, душный запах крови.
  
   Гоблин сделал надрезы на трупе, облил их зельем из чаши, после чего аккуратно запрокинул ему голову и вылил в мертвое горло немного жидкости, следя, чтобы все попало внутрь, а не вылилось наружу, после чего Виктор лег рядом с трупом, крепко схватив его за руку. Ощущения были странные. Ему казалось, что его псевдоплоть развеивается, перетекая в новое место жительства.
  
   Марволо только зачарованно раскрыл рот, наблюдая, как его отец становится плотным черным туманом, перетекая в раскрытый рот мертвеца.
  
   Виктору казалось, что он влез в упругую, эластичную одежду меньшего, чем надо, размера, и теперь он пытался растянуть ее, изо всех сил пропихивая руки и ноги, ворочаясь в отчаянных попытках добиться своего и, наконец, произошел прорыв. Тело стало ощущаться, как родное, и Виктор сделал первый вдох.
  
   Гоблин проследил, как задергался труп, скребя пальцами каменный пол, магия кружилась, концентрируясь вокруг лежащего на полу тела, собираясь плотным, практически видимым коконом, в котором зрела куколка мага. Теперь главное не упустить момент.
  
   Парень всхлипнул, грудь дернулась, делая первый вдох, гоблин тут же вылил ему в горло остатки жидкости и проскрипел фразу-ключ.
  
   Эффект был потрясающим. Вокруг тела засверкали молнии, обвивая плоть шипастыми плетями, заставляя его мучительно выгибаться и конвульсивно дергаться. Сейчас происходило самое главное: процесс замены крови маглорожденного на кровь, текущую в венах Марволо и несущую в себе отпечаток магии двух родов.
  
   Сит-ари и Мракс.
  
   Виктор воспримет только свою собственную Силу, однако, вполне возможно, что и от Мраксов достанутся бонусы. Тем временем, внешность лежащего начала меняться. Волосы стали темнеть, завиваясь крупными локонами; кожа стала еще чуточку светлее; кости стали стремительно расти, добавляя роста; лицо начало приобретать черты, напоминающие прежнюю внешность Виктора, однако, с некоторыми поправками: более прямой нос, более высокие скулы, более упрямый подбородок. Это была его улучшенная версия и гораздо более молодая.
  
   Сейчас корчащемуся парню на вид было восемнадцать.
  
   Молнии медленно впитались, некоторое время скользя под кожей, и погасли.
  
   Виктор с трудом разлепил глаза, тяжело, натужно дыша. Что ни говори, а он успел подзабыть, что значит быть во плоти. Гоблин пробурчал что-то, помахивая когтистыми руками, после чего удовлетворенно кивнул и впустил в зал парочку помощников.
  
   Гоблины аккуратно сняли клюющего носом Марволо, подхватили его отца, и резво потащили обоих в спальню, после чего устроили на огромной кровати.
  
   Марволо тут же вольготно раскинулся на подушке, счастливо засопев, а Виктор только успел поправить слабой рукой одеяло, как отрубился. Теперь остается только ждать.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   *Анекдот. Ковбой приходит с салун, заказывает выпивку, пока бармен наливает, рассматривает объявления с наградами за поимку, висящие на стене. Смотрит в окно, и видит, что на земле валяется в дупель пьяный разыскиваемый. Спрашивает у бармена:
  
   - Кто это?
  
   - Это? Неуловимый Джо!
  
   - Но ведь за него награда назначена! Почему никто не ловит?
  
   - Да кому он, нафиг, нужен!
  
   ** - Новый Орлеан считался столицей Вуду.
  
  
  *** - боккор - колдун магии Вуду.
  
  
  Глава 4.
  
  
   Приходил в себя Виктор долго. Практически две недели. Все эти две недели он валялся в кровати, находясь в странном, зыбком состоянии полусна, полуяви. И все эти две недели Марволо провел рядом с ним, не отлипая от отца ни на минуту.
  
   Нанятые заранее молчаливые сосредоточенные маги следили за состоянием здоровья воскрешенного, кормили, поили, заботились о нем, и малыше. Марволо не отрывался от отца даже на мгновение. Он спал, прижимаясь к его боку или заползая на грудь, играл днем, ползая по бессознательному телу, счастливо что-то угукал, дергая за волосы.
  
   Няньки этому не препятствовали, даже поощряли. Сейчас, когда происходит тонкая настройка энергетических каналов, магического ядра и окончательно формируется тело, малыш служил своего рода эталонным образцом, с которого снимают копию. Не целиком конечно, только частично, но это крайне важный процесс.
  
   Сам Виктор все это время был занят.
  
   Именно сейчас он прекрасно понял, что именно дало ему время, проведенное в форме призрака.
  
   Этот опыт был за гранью понимания обычного человека, и Виктор был крайне благодарен Силе за то, что он его получил. Да, сейчас у него были определенные сложности, связанные с долгим нахождением в энергетической форме, но это того стоило.
  
   Это время дало ему понимание бесспорной истины: он не есть это тело.
  
   Казалось бы, нонсенс?
  
   Спроси любого человека, кто он, и каждый начнет описывать прежде всего свои физические качества. Физические параметры тела. А что насчет начинки?
  
   Души?
  
   Виктор прекрасно понял смысл преподанного ему урока. Он не есть тело. Тело - это только инструмент, оболочка, с помощью которой его душа совершает необходимые действия. И сейчас, пока тело валяется в беспамятстве, душа пахала, как раб на плантации.
  
   Виктор видел, как в его энергетической оболочке формируются тонкие жгуты, спаивающие её с физическим телом...
  
   Как разгорается в солнечном сплетении яркий шар, напоминая собой солнце: горячее, пылающее, выбрасывающее протуберанцы энергии - это заново разгоралось и преобразовывалось магическое ядро...
  
   Как от этого ядра выстреливают мириады тончайших нитей, пронизывающие энергетическое и физическое тела.
  
   Как это ядро становится все ярче, из тусклого, почти белого, как луна, становясь миниатюрным подобием солнца...
  
   Как тело постепенно пропитывается энергией, насыщаясь ею все больше и больше...
  
   Как, наконец, энергия и плоть становятся одним целым...
  
   Как формируются жгуты, связывающие его с Источником Коррибана и Камнем Рода...
  
   Как проявляются нити, ведущие к сопящей рядом маленькой звездочке...
  
   И, наконец, вскоре настал тот день, когда Лорд Ситхов открыл глаза.
  
   ***
  
   Виктор стоял перед зеркалом и внимательно, буквально по миллиметру, тщательно изучал свою новую внешность. Одежду он снял полностью, стесняться ему было некого, да и такое чувство, как стеснение, в нем уже давно атрофировалось, так что, осмотру ничего не мешало.
  
   Если бы он сам не видел, как выглядел труп, предоставленный гоблинами, то ни за что бы не поверил, что это именно он и есть. Ни одна пластическая операция не перекроит внешность так радикально. От того невзрачного подростка совершенно ничего не осталось. Сейчас, глядя на получившийся результат, Виктор признавал, что он ему очень нравится.
  
   В принципе, от бывшего владельца тела в нем остался только высокий рост. Впрочем, и это изменилось. Как ни крути, на тело повлияла не только энергия Виктора, но и магия и кровь Марволо, а значит, наследственность Мраксов. А последняя оказалась чудо, как хороша...
  
   Сейчас Виктор мог навскидку оценить свой рост в метр девяносто, может, на пару сантиметров меньше. Широкий разворот плеч, тонкая талия, длинные ровные ноги и мускулистые руки, крепкий, широкий костяк. Худоба, но это поправимо - отъестся. Волосы цвета черного шоколада упали немного ниже плеч крупными кудрями. Высокие скулы, прямой нос, красивый изгиб бровей, густые ресницы... Виктор сделал шаг к зеркалу и недоуменно прищурился.
  
   Что-то царапало глаз, раздражало... Он стал поворачиваться из стороны в сторону, пытаясь понять, что же в его внешности не так?
  
   Вроде ничего лишнего или отсутствующего, молодой парень лет восемнадцати, не больше, только-только переживший скачок роста и не успевший восстановить мышечную массу, только начинающий матереть. Красивый, это да, но не смазливый. Что же не так? Что?
  
   Виктор сделал шаг назад, еще раз окинул себя критическим взглядом, как объект, и понял.
  
   Глаза. И... все остальное.
  
   Сразу он не обратил внимание, но вот теперь... Теперь ситху стали понятны те странные, настороженные взгляды, которые на него кидали нанятые гоблинами маги. Они смотрели на него, как на... нечто чудесное и... опасное. Крайне чудесное, и крайне опасное, если он правильно понял исходящие от них эмоции.
  
   Никто из обычных людей не примет его, как человека. Да, вроде ничего такого нет, но общее впечатление... Нелюдь. Самый настоящий.
  
   И дело не в красивых чертах лица, не в пропорциях тела, которым позавидует любой профессиональный спортсмен... нет. Нечто неуловимое, странное общее впечатление, которое только усиливают сверкающие, как расплавленное золото, глаза.
  
   Никакие линзы не скроют пылание миниатюрных солнц.
  
   Виктор вздохнул, покачав головой и надевая халат. Проблема... без скрывающего амулета или грима в обычный мир не выйдешь. Впрочем, был и жирный плюс. Для магического мира, насколько он понял, его внешность самое оно. Или все же... нет?
  
   ***
  
   - Иииииии!
  
   Марволо взлетел под потолок и понесся вниз, но был с легкостью подхвачен отцовскими руками. Малыш радостно рассмеялся, крепко обняв отца, и застенчиво произнес:
  
   - Папа!
  
   - Солнышко моё! - растроганно произнес Виктор, прижимая к себе сына. - Ты у меня молодец! Просто молодец!
  
   Ситх гордо смотрел на застенчиво улыбающегося малыша, одновременно упражняясь в тонком манипулировании Силой. Повинуясь его воле на Камне Рода чинно выстраивались чаши с подношениями, загорались свечи, занимали свое положение поднос и атам.
  
   Вот уже два месяца, как Виктор очнулся и проводил ритуалы Благодарения, сведения о которых он почерпнул в "Большом гримуаре ритуалов". Эту книгу он приобрел через каталог в специализированном магазине и обошелся данный талмуд, весом в пару килограмм, недешево. Но это того стоило.
  
   Можно было бы обратиться к гоблинам... но... Виктор не привык быть должным, да и не доверял он этим коротышкам. Уж слишком жадными они были, и слишком демонстративно они не вмешивались в дела магов. Слишком.
  
   За предоставленные ими услуги Виктор расплатился, причем, крайне щедро, однако, как только он смог встать и сделать пару шагов, ситх тут же распустил обслуживающий персонал и перешел на самообслуживание. В глазах его управляющего еще тогда мелькнуло что-то непонятное... но он смолчал.
  
   Сразу после этого Виктор занялся делами: что ни говори, но за замком нужно смотреть, за малышом также требуется пригляд, да и вообще, не хватало еще ему с метелкой по этажам бегать, или носиться по кухне с кастрюлей, хотя он отлично все это умеет, да и Сила тоже прекрасно облегчает жизнь. Несколько дней, пока он наводил справки, ситх сам прекрасно справлялся с домашним хозяйством, а затем наступила очередь ритуалов.
  
   Будучи еще бестелесным, Виктор заинтересовался таким вопросом, как домовые эльфы. Слишком уж непонятно выглядел данный момент в каноне, да и вообще было просто интересно. Безотказные слуги, могущие проникнуть практически куда угодно и выполнить любое поручение, с одной стороны, с другой - сумасшедший Добби, пытающийся прибить ребенка, его предательство своих работодателей...
  
   Как выяснилось, домовые эльфы являются симбионтами. Полуразумная раса, своего рода одушевленные големы, выведенные из магических паразитов в незапамятные времена. Поэтому, без магов им не выжить, они питаются энергией, вырабатываемой Источником и Камнем Рода, подпитываясь от членов рода, к которому привязаны, их состояние напрямую зависит от состояния магов, являясь своего рода индикатором.
  
   Именно поэтому Кричер, эльф рода Блэк, был безумен, ведь все члены рода, находящиеся в живых и являющиеся Блэками, были в той или иной степени сошедшими с ума. Крайне показательный случай.
  
   И именно поэтому у Уизли, Предателей Крови, эльфы не держались, перерождаясь в упырей.
  
   И именно поэтому маглорожденные не могли иметь таких полезных помощников. Своей энергии мало, а родовой нет, и не предвидится.
  
   Как выяснилось, эльфов можно купить, можно получить в дар, можно призвать, они могут завестись сами, но для этого нужны время и другие домовики. Виктор, после долгого штудирования литературы склонялся к третьему варианту, и на это были причины. Продавали обычно тех домовиков, у которых неполадки с и так не стабильной психикой, поэтому, иметь при себе бомбу замедленного действия, которая может рвануть в любой момент... Этот вариант отпал сразу.
  
   Получить в дар? От кого? Тоже не вариант.
  
   А вот призвать...
  
   Источник Коррибана силен, он веками копил энергию, практически не тратя, сам Виктор имеет физическое тело, у него есть Наследник... можно попробовать. Сам ритуал был простеньким, и требовал немногого: энергия Источника, кровь Хозяина, и несколько кусков чистой небеленой ткани.
  
   Просто мелочи.
  
   Даже в своем пока еще ослабленном состоянии ситх мог запросто провести этот ритуал, что он и сделал. Несколько капель крови, длинное заклинание, утомление от потери части так необходимой сейчас энергии, выброс сгустка магии из источника...
  
   Виктор зачарованно наблюдал, как перед алтарем формируется худая, непропорциональная человекоподобная фигура. Несколько ударов сердца - и перед ним стоит небольшой, ростом с пятилетнего ребенка молоденький домовик, пуча огромные глаза, дрожа и прядая большими ушами странной формы, напоминающими слоновьи.
  
   Одним движением оторвав от куска ткани большой лоскут, Виктор бросил его домовику со словами:
  
   - Нарекаю тебя Живчик, слуга моего Рода!
  
   Домовик подхватил лоскут и повязал на манер тоги вокруг тощего тела, кланяясь.
  
   - Жжжж... жжив... жживчик... - с трудом повторило существо. - Жив-чик... Живчик!
  
   - Да, Живчик!
  
   Мало призвать домовика, теперь его надо обучить. Именно поэтому старые семьи не спешили навешивать на себя такую обузу, удовлетворяясь "естественным" приростом эльфячьего населения. В этом случае домовики сами всему обучали своих "детей". А вот в его случае...
  
   Полуразумное существо, интуитивно улавливающее желания хозяина и пытающееся их выполнить в меру своего скудного, пока, разумения... Скажем так, весело будет. Одна радость: домовики быстро учатся, при желании хозяина, естественно. И вот тут можно было немного сжульничать...
  
   Виктор присел перед эльфом на корточки и уставился прямо в выпученные глаза, сосредоточившись на тех задачах, выполнение которых для Живчика станет первоочередным делом: уборка (вытереть пыль, расставить предметы по местам, починить сломанное), присмотр за ребенком (не допускать падений, попыток залезть непонятно куда, информирование его в случае непредвиденных ситуаций), стирка.
  
   Самое главное, он вбивал в сознание эльфа абсолютную преданность. Его воля и жизнь и воля и жизнь его сына - приоритетны.
  
   Сила послушно текла сквозь своего адепта, впечатывая в чистое сознание домовика волю призвавшего, обучая необходимому и давая толчок к развитию.
  
   Закончив первичное программирование, Виктор устало поднялся, потирая переносицу. Тело, пока что, не готово к сильным нагрузкам. Но это ничего, привыкнет... усмехнувшись, ситх отдал приказ и домовик исчез, начиная выполнять свою работу - поддержание порядка. Сложных действий, наподобие готовки, пока что от него никто не ждал, вот напитается как следует энергией, прикормится, повзрослеет слегка... через пару месяцев начнет осваивать кухню, а там и до банкетов дойдет, и не только.
  
   А пока что... Виктор обдумал мелькнувшую мысль, и кивнул... да, пока что, он и сам сможет себя накормить, как и Марволо, не безрукий неумеха, как ни крути, всю жизнь практически, холостяком прожил. Ничего, запасы есть и очень неплохие, сам он не привередливый, потерпит. Надо окрепнуть и навестить гоблинов. Пора прояснять свой статус, свои права и обязанности.
  
   Почему-то промелькнули взгляды магов, которые ухаживали за ним и сыном. Уж очень странно они смотрели... с опаской, восхищением, и... надеждой?
  
   ***
  
   Два месяца спустя.
  
   Косая Аллея жила своей обычной жизнью: степенно шествовали маги и ведьмы, вежливо раскланиваясь со знакомыми, окидывая презрительными взглядами недругов, поучая своих детей. Малышня носилась от витрины к витрине, разглядывая редкости и интересности, бурно обсуждая увиденное и спеша поделиться переживаниями с друзьями.
  
   Вертели головами маглорожденные, попавшие в странный для них мир, цепко смотрели чистокровные, будучи всегда начеку, исчезали и появлялись спешащие по своим делам, мелькали домовые эльфы, отправленные за покупками, иногда появлялись авроры, выделяясь форменными алыми мантиями.
  
   Неожиданно в этом ровном потоке жизни возникло небольшое завихрение, уверенно передвигающееся в сторону белоснежного банка. Неизвестный возник примерно на середине Аллеи, словно выплеснувшись из темного закутка возле лавки, торгующей различными безделушками, осмотрелся, определил свое местоположение и уверенно направился в интересующую его сторону.
  
   Твердая поступь, гордо расправленные плечи и спокойное выражение лица, буйная кудрявая грива, необычная одежда, и то, что говорило лучше всяких знаков отличия и громких слов - ощущение спокойной, пока что, силы.
  
   Незнакомец неторопливо шагал к банку, не обращая внимания на ощупывающие, изучающие взгляды и шепотки, сопровождающие его путь, не отвлекаясь на яркие витрины, легко скользя сквозь пространство, словно рыба в океане.
  
   Виктор только усмехался, ощущая направленный на него поток внимания. Свой выход он спланировал как только почувствовал, что его тело окрепло, а энергия полностью взята под контроль.
  
   Свое появление он решил обставить не то, чтобы с помпой, но достаточно эффектно. Что поделать, некоторое стремление к театральности в нем присутствовало, к тому же, прежняя показательно невзрачная жизнь ушла в прошлое, да и надоело ему строить из себя этакого призрака. Хотелось... поджеймсобондить, если можно так выразиться. К тому же, он ведь в Англии?
  
   Именно поэтому Виктор связался с гоблинами, хмыкая при виде почтовой совы (это он изменит, и кардинально), заказав услуги хорошего, дорого модельера.
  
   Мода магического мира не то, чтобы ему не понравилась... так, местами, просто став, наконец тем, кем мечталось долгие годы, Виктор решил придерживаться стиля, который ему очень импонировал.
  
   Стиля... ситхов. И не просто Ситхов, а Лордов Ситхов.
  
   На фоне некоторых отрыжек средневековья, попадающихся при ознакомлении с прессой Магической Британии и её прекрасными колдографиями, его одеяние выглядело необычно, но не вызывающе.
  
   Сапоги по колено, начищенные так, что пускали зайчиков, свободные брюки, длинная, по колено, туника с разрезами по бокам и шнурованными до локтя рукавами, тяжелый пояс из кожи, украшенный золотым тиснением и чеканной золотой пряжкой, сверху - подобие плотного жилета из драконьей кожи и такие же наручи, опять-таки украшенные тонким золотым тиснением, поверх всего этого - что-то наподобие гибрида кимоно и мантии. Все это, естественно, радикально черного цвета.
  
   Виктор как-то увидел такое одеяние на одной из иллюстраций и потом долго представлял, как бы он сам в этом выглядел... что сказать... Реальность оказалась гораздо круче любых фантазий.
  
   Вид у парня получился роскошно-опасный, то, что доктор прописал. Увидев в зеркале результат собственного выворачивания мозга и долгих усилий модельера, ситх пришел в восторг, и заключил с довольным мастером контракт на эксклюзивное обслуживание. Что поделать, тяга к пафосу у ситхов, видимо, в крови. Или в Силе.
  
   ***
  
   Продефилировав по улице и получив свои пятнадцать минут славы, Виктор прошел в большой холл и направился к стойке. Занимающиеся делами маги смогли лицезреть необычное зрелище: не успел незнакомец пройти пару шагов, как перед ним возник гоблин в форменном кафтане и с поклоном проводил к коридору, ведущему к кабинетам управляющих.
  
   Некоторые маги подивились такому чуду, некоторые только пожали плечами, очень малая часть взяла данный факт на заметку.
  
   ***
  
   - Итак... - гоблин вопросительно уставился на крайне редкого клиента. Тот любезно подсказал:
  
   - Лорд. Пока что...
  
   - Итак, лорд Сит-ари, что вас привело к нам?
  
   - Несколько вещей, уважаемый Златокошель. Несколько. Первое. Я уже окреп, и теперь можно сделать полную проверку личности, вы так называете данный ритуал?
  
   Гоблин кивнул.
  
   - Дальше... после данного действия, я хочу легализовать себя, а для этого необходимы документы.
  
   - Банк предоставляет такие услуги, - довольно кивнул Златокошель.
  
   - Прекрасно. Ну и мелочи: отчет о действиях с моими средствами, получение чековой книжки и кошелька, привязанного к сейфу, а также еще кое-что. Начнем?
  
   - Конечно, лорд.
  
   Через полчаса Виктор с интересом вчитывался в четкие строки Кровавого пергамента.
  
   - Виктор Марка, лорд Сит-ари, Истинный. Ситх. Глава Дома Истинных, Род Сит-ари.
  
   - Мать - *******
  
   - Отец - ******
  
   - Связи первого порядка (кровные):
  
   - Сын - Марволо Марка Сит-ари-Мракс, Наследник рода Сит-ари, наследник второй линии рода Мракс. Жив.
  
   - Связи первого порядка (не кровные):
  
   - Жена - Меропа Майра Мракс, Наследница рода Мракс. Мертва.
  
   - Родовые дары:
  
   - ментальная магия (легилимент первого порядка, оклюмент первого порядка),
  
   - магия крови,
  
   - артефакторика,
  
   - боевая магия.
  
   - Наследие: Истинный. Темный.
  
  - Статус: Лорд Магии.
  
  
  
  Глава 5.
  
  
  
   Пробежав глазами текст, Виктор слегка приподнял бровь. Конечно, были пункты совершенно ясные и понятные, например, прочерки на местах имен матери и отца. Здесь все ясно, в этом мире его никто не рожал, а родители его тела... во-первых, мертвы, во-вторых, это были родители того парня, а не Виктора, а со смертью все связи обрываются.
  
   Дальше... Родовые дары.
  
   За время, проведенное в состоянии призрака силы, Виктор научился многому. Действительно, многому. При его создании, а тут ситх не обманывался, в том, что он сохранил свою память, а также обрел тело, пусть и непривычное, заслуга полностью не его, а Силы, Магии... так вот, при его создании Сила не мелочилась. Вся его память была в отличнейшем состоянии, просто идеальном, кроме того, он ощущал, как именно надо правильно выполнять все то, о чем он только читал.
  
   Да, он всю свою жизнь учился, как проклятый, по крупицам собирая информацию о паранормальных способностях и пытался все узнанное применять в меру своих, увы, маленьких, способностей... но вот после смерти физического тела... он не просто знал, он смог, и успешно, применять узнанное... телекинез, телепортация, телепатия... воздействие на предметы с помощью своей энергии (силовая ковка), один раз он даже попробовал проверить, есть ли у него пирокинез. Проверил... скажем так, если он захочет покурить - огонек у него будет.
  
   Мир стал многограннее и чудеснее, теперь он не только знал, что все состоит из энергии, он ощущал и даже иногда видел это!
  
   Пока он был призраком, манипулирование энергией шло на "ура!", а вот после обретения тела с этим стало немного сложнее. В чем-то тело давало больше возможностей, в чем-то немного ограничивало... он провел несколько экспериментов и понял, что своей оболочкой надо будет заняться. Виктору хотелось быть сильным по всем направлениям, он уже предвкушал, как займется фехтованием, да и не только им, будет нарабатывать рефлексы...
  
   У него, наконец-то, сильное и здоровое тело, грех не выжать из него все, что возможно, и еще немного сверху.
  
   Так что, перечень способностей, перешедших в разряд Даров его не сильно удивил.
  
   Ментал. Легилименция и оклюменция... проще говоря, телепатия: защита и нападение.
  
   Магия крови... если подумать, то первым делом он начал исследовать возможности тела, воздействуя на него своей волей. Кровь - это жидкость, а любая жидкость прекрасно поддается "программированию"*, это Виктор прекрасно знал еще там, и применял, причем, успешно. Будучи болезненным, хилым ребенком, он хотел стать сильнее, и методики "заговаривания" жидкости ему очень помогли. Молитвы, заговоры, заклинания, мантры... Виктор ничем не брезговал. Что-то получалось, что-то нет, но прогресс был. К двадцати годам он окреп настолько, что перестал применять различную химию, обходясь натур-продуктами и своей собственной волей. Полностью здоровым он, конечно, не стал, однако... так что, логично, что появилась Магия Крови. Логично...
  
   Дальше. Артефакторика... Силовой ковкой он владеет, это да, но пока что, все его успехи этим и ограничиваются. Так что, посмотрим.
  
   И последнее... Боевая магия. Ну, тут и так все ясно. Умение оторвать врагам все ненужное всегда пригодится.
  
   Однако, были и странности...
  
   Нет, некоторое тоже было понятно, например, то, что он стал представителем новой расы. Насколько Виктор успел узнать, древние рода в погоне за селекцией нужных качеств не брезговали скрещиваться с теми, кто людьми не является по определению. Разные эльфы (такие еще иногда встречались), вейлы (тут были оговорки), высшие вампиры и оборотни (очень редко). Вроде, некоторые не брезговали и обитателями других измерений, например, демонами, но это было под вопросом. Уж слишком много проблем приносило вливание такой крови. Слишком. И это не было голословным утверждением. Виктор прочел о двух известных примерах и ужаснулся. Скажем так, деяния различных маньяков просто детский лепет по сравнению с тем, что творили потомки призванных, сказать - кровавые оргии, это значит ничего не сказать, просто гибриды Калигулы и Мессалины, впрочем, последним было до потомков демонов, как до луны на карачках.
  
   Но теперь становились понятны некоторые странности его внешности: неестественный цвет глаз, невероятно твердые ногти (когда он их подрезал, пришлось помучиться), на фалангах пальцев с тыльной стороны под кожей прощупывались небольшие шипы. Стоило сжать руку в кулак, и образовывался своеобразный кастет. Невероятная гибкость суставов и позвоночника, очень эластичные связки: Виктор с легкостью вставал на "мостик", а так же садился на шпагат, причем, даже балетный - поперечный. КПД мышц явно было выше, и намного, чем у обычного человека: прыжок вверх на метр (и это не сильно напрягаясь), да и тяжелое он поднимал только так.
  
   И это только то, что было обнаружено при первом приближении, так сказать, а что еще он о себе пока не знает?
  
   Сила постаралась, переделывая его по только ей известному образцу, впрочем, Виктор в обиде не был. Пергамент только засвидетельствовал то, о чем и он сам начал подозревать, четко назвав его расу: ситх.
  
   Виктор хмыкнул. Раньше он себя таковым считал, а теперь стал. Приятно...
  
   Ну, то, что "Темный", это тоже понятно. Судя по всему, имеется в виду склонность к манипулированию определенной энергией, впрочем, это не значит, что он станет себя в чем-то ограничивать. Зачем? Он хочет и то, и другое, и можно без хлеба.
  
   А вот два понятия вызывали вопросы, которые Виктор не преминул озвучить:
   - Истинный... что это означает?
  
   Гоблин нервно сжал когтистые пальцы.
  
   - Вы, наверное, знаете, лорд, что большинство тех, кто называет себя чистокровными, состоят в родстве с волшебными расами?
  
   Виктор кивнул, спокойно глядя на гоблина. Тот продолжил.
  
   - Так вот, вливание крови волшебных рас имеет свои преимущества. Большинство таких родов быстро становятся Благородными, Разящими, Древними и Древнейшими... однако, никто из магов никогда не получит титул Истинного. Истинные - это не просто представители волшебных народов, нет. Так называют только тех, кто...
  
   - Создан Магией... - спокойно констатировал Виктор, и гоблин кивнул.
  
   - Да. Только так. Вы - основатель благородного Дома, и Рода. Это разные вещи, как вы понимаете...
  
   Виктор кивнул. Это действительно были разные вещи. В род входят кровно связанные существа с определенными признаками, а вот Дом... можно сказать, что это - Клан. В Дом могут входить несколько родов, связанных или нет кровными узами, в него можно принимать представителей других родов... в общем, были свои нюансы.
  
   - Прекрасно. И последнее... титул.
  
   - Лорд Магии. Величайшая честь и огромнейшая ответственность. За вами следит Магия, каждую минуту и секунду. Соответствовать тяжело, но и преимущества огромны. О вашем появлении уже известно.
  
   - Кому? - голос Виктора похолодел. Гоблин нервно заерзал.
  
   - "Скрижали Благородных", куда записываются все маги, имеющие благородное происхождение. Не дарованный магловскими правителями титул, а тот, что дарует Магия. Она решает, получит ли кто-то титул лорда, просто лорда или Лорда Магии, или нет. И ей же решать, как долго его будут носить потомки получившего.
  
   - Понятно... - протянул ситх, обдумывая свалившийся на него груз проблем. Ежу было ясно, что у получившего такую офигенную плюшку кроме весьма приятных привилегий будут и очень неприятные обязанности. Однако, было еще кое-что...
  
   Было у Виктора чувство, что есть у него еще один Дар, который не проявился на пергаменте. Это ощущение зудело в глубине черепа, хотя, вроде бы, для этого не было никаких оснований... может, он просто не попал в необходимые для проявления Дара условия? Пожав плечами, парень откинул отвлеченные рассуждения, и с головой погрузился в обсуждение финансовых вопросов.
  
   ***
   Меж тем, показ мод в исполнении ситха имел далеко идущие последствия. Что ни говори, но Британия - остров. Куцый остров, магов на нем ограниченное количество... Это не значит, что все всех в лицо знают, но аристократы учат такую увлекательную науку, как геральдика, так что, спокойно могут сказать, бросив взгляд на герб, кто это и откуда.
  
   Появление неизвестного задало всем загадку, которую принялись разгадывать.
  
   Богат, явно влиятелен, раз гоблины так вокруг него увивались, силен, не британец... Гадать можно было долго, чем сплетники с удовольствием и занимались, трепля языками в гостиных. А вот некоторые маги не гадали, так как имели точную информацию.
  
   - Господа, есть новости...
  
   Просторный кабинет, в котором собралось высокое собрание, поражал своей простотой. Никакой позолоты, лепки или росписей, никаких ваз и украшений, только полки с книгами, большой массивный стол и кресла ему под стать. Отдел Тайн не отвлекался на глупую роскошь, пыль в глаза им пускать было некому и незачем.
  
   Работающие здесь маги предпочитали поражать своим умом и магией, а не дешевыми внешними эффектами.
  
   Глава Отдела Тайн окинул взором собирающихся невыразимцев: все, как один, чистокровные, большинство в годах, все сильные и опытные маги.
  
   - Что стряслось, Густав?
  
   Карл, заместитель Главы, не стал утруждать себя лишним официозом. Рабочее совещание это рабочее совещание, а не торжественный прием, на котором язык бантиком завязывается.
  
   - "Скрижали благородных".
  
   - Что с ними?
  
   - Появился новый лорд. Лорд Магии.
  
   Сидящие заинтересованно зашевелились. Такие новости всегда интересны и тянут за собой кучу разных последствий: передел влияния, склоки и борьба...
  
   - Да? - удивился Корвин, глава отдела, занимающегося связями с общественностью. - И кому же это так повезло? Дарквуды? Мертель? Нортоны?
  
   - Ни то, ни другое, ни третье... - хмыкнул Густав, предвкушая реакцию подчиненных. - Род Сит-ари.
  
   Маги озадаченно переглянулись.
  
   - В первый раз слышу...
  
   - Странное имя...
  
   - Еще информация есть?
  
   Густав кивнул.
  
   - Есть. Это - Истинный.
  
   Маги замерли, переваривая свалившееся на их головы.
  
   - Истинный? - выдавила Мораг, нервно поправляя манжет. - Этого еще не хватало! Кто он? Эльф? Дроу? Сидхе? Демон? Кто?
  
   - Ситх.
  
   - Сидхе?
  
   - Нет. Ситх.
  
   - Эээээ?..
  
   ***
   Земля.
  
   Дмитрий бездумно перебирал стоящие на столе фигурки джедаев и ситхов. Маленькие фигурки были выполнены очень тщательно, старательно раскрашены вручную, и стоили приличные суммы денег. Денег жалко не было, наоборот, мужчина с радостью отвалил неплохой кусочек своего дохода за, казалось бы, детские игрушки.
  
   Вот только в нем эти фигурки будили ностальгические воспоминания... Учитель не скрывал от него своего увлечения, Дмитрий этим пользовался и всегда знал, что подарить на праздник или День рождения. Игрушки, книги, особо удачные и красивые плакаты... тема "Звездных войн" старику никогда не надоедала и всегда радовала.
  
   Дмитрий иногда в шутку называл себя аппрентисом, и ловил в такие моменты направленные на него странные взгляды своего начальника. Уже полгода прошло с того момента, как он кинул на гроб учителя первый ком земли. Печальная дата, но и радостная одновременно. Расследование было закончено, установив причину, из-за которой погиб Виктор.
  
   Как ни странно, но подсказка была под носом, хотя и казалась нелепой на первый взгляд, сам способ убийства наводил на размышления. К тому же, странным было и поведение нападавшего: несмотря на тяжелые раны он стремился добить свою жертву, что ему, впрочем, удалось, невзирая на оказанное сопротивление, хотя в век технологий гораздо проще застрелить из винтовки, чем натравить на человека мастера ножевого боя. Убийцу все-таки смогли расколоть, хотя это и казалось на первый взгляд непосильной задачей: полуживой парень хохотал, брызгал слюной, или молчал, изображая статую, и чем дальше, тем больше он уходил в себя.
  
   Потребовались некоторые связи, оставшиеся от учителя, чтобы вытрясти из него имя заказчика, впрочем, и это удалось благодаря случайности: Дмитрий вертел в пальцах фигурку Маула, подаренную как-то Виктором, которую он таскал в кармане. При взгляде на неё убийца рассмеялся, заявив, что двум Лордам Ситхов на одной Земле тесно, после чего просто отрубился.
  
   Понадобилось много времени и усилий, чтобы из этого обрывка потянулись нити, ведущие к заказчику, но Дмитрий справился, правда, заказчик к этому моменту уже был мертв. Старость и рак кого угодно доконают. Причина оказалась банальной: профессиональная вражда. Много лет Виктор и Дуэйн портили друг другу кровь и трепали нервы, много лет то один, то другой одерживали победы и проигрывали... но пока оба были на службе, они друг друга не трогали. Профессиональная этика? Каприз? Просто нежелание? Теперь не узнать.
  
   Однако отставка развязала им руки. Виктор пакостить по какой-то причине не стал, а вот его верный боевой враг не в силах был пережить мысль о том, что он умрет, а его противник - продолжить жить. Рак стал приговором для обоих. Ну а остальное решили связи и финансы: замаранного криминалом спеца найти было несложно, накачать его психотропной бурдой - тем более.
  
   Дуэйн хотел, чтобы его враг погиб в бою, своеобразная дань уважения и намек на нежно любимые Войны. Вот так и кончилась многолетняя война тех, кто когда-то сидел рядом в кинотеатре на самом первом показе самого первого фильма фантастической саги.
  
   Дмитрий покатал в пальцах фигурку Маула, стоящего с включенным алым клинком в руках, и осторожно поставил его перед собой.
  
   - Да станете Вы Силой, Учитель.
  
   ***
   Виктор медитировал, сидя перед алтарем в позе лотоса. Поход в банк прояснил некоторые моменты, проданная ему информация открыла остальное. Перед ритуалом создания Регалий и Кодекса следовало успокоиться и как следует сконцентрироваться. Все необходимое для этого важнейшего действа уже было готово: небольшой самородок золота, желтый алмаз, который ощущался как "свой" камень, чистая, собранная из специально обработанных листов пергамента книга.
  
   Как оказалось, с написанием Кодекса не все так просто, как выглядело на первый взгляд. Его основа прописывалась прямо в Камне рода, на бумагу переносил уже Основатель, совершая особый ритуал. Регалии рода также создавались Основателем, получавшим знание о гербе после медитаций и ритуалов.
  
   Сидящий на каменном полу парень не шевельнул даже пальцем, но сиявший в свете свечей алмаз взлетел в воздух, неожиданно расколовшись на две половины. Одна опустилась на алтарь, вторая осталась висеть в воздухе, вращаясь вокруг своей оси, словно касаясь собой камня для огранки. Постепенно камень замедлился и застыл, сверкая гранями. Алмаз стал бриллиантом. Камень вновь опустился на алтарь, теперь настал черед золотого самородка. Металл медленно напитывался Силой, начиная менять свою структуру: золотой слиток уменьшился, уплотняясь, потом потек, послушно принимая форму: массивный, но не грубый перстень. Алмаз взлетел и плотно угнездился на своем месте, крепко удерживаемый ажурной оправой. Неожиданно словно невидимый гравировщик провел своим инструментом по камню. Медленно, но уверенно стали проявляться контуры герба нового рода.
  
  
  
  
  
  * - истинная правда. Есть даже несколько фильмов, из цикла "Вода", там прекрасно показано, как меняется структура при чтении молитв (четкие упорядоченные структуры) и проклятий (хаос и мешанина). Есть в инете, если кому интересно - поищите. Это того стоит.
  
  
  Глава 6.
  
   Виктор дополз до кресла и со стоном рухнул в него, шевелясь из последних сил. Было тяжело, но другого выхода не было. Он обрел тело, это хорошо и просто замечательно, однако, это самое тело необходимо тренировать. Каждый день, целый день. Хочешь, не хочешь... нужно шевелить задницей, если не хочешь, чтобы тебе ее оторвали.
  
   Сила могла помочь во многом, но вот наработать рефлексы и мышечную память... это, увы, своими усилиями.
  
   Было тяжело. Очень тяжело. Ситх тренировался практически целый день, за исключением приема пищи, кратких минут отдыха, и игр с сыном. Тренировки с оружием сменялись акробатикой и силовыми упражнениями, развитием выносливости, определением пределов для своего тела.
  
   Виктор поражался могуществу Силы, сотворившей из совершенно обычного мага... такое. С каждым днем он узнавал о своих возможностях все больше, и с каждым днем ему узнанное все больше нравилось. Тело ему сотворили потрясающее.
  
   Выносливое. Посадив себе на плечи счастливо лопочущего сына, ситх оббежал вокруг всего замка пять раз, и только тогда почувствовал усталость.
  
   Сильное. На одном мышечном усилии он поднял полтора центнера, и мышцы после этого не орали от боли. Да, было тяжело, но не чрезмерно, чувствовалось, что если он поднатужится, то еще немного сверху может накинуть, но... он же не тренировался, как тяжелоатлет! И пауэрлифтингом* не занимался!
  
   Быстрое. Ловкое. Гибкое.
  
   Эпитеты в превосходной форме можно было употреблять долго, и это было хорошо. Даже очень. Однако... почивать на лаврах нельзя, лень аукнется в самый неподходящий момент, это истина, от которой никуда не деться. Физика - физикой, но и о духе забывать было нельзя. Это его главное, основное оружие, которое всегда с собой и всегда может помочь. Виктор использовал каждую секунду своего существования для оттачивания навыков, полученных в период бестелесности, совмещая их с обычными тренировками.
  
   Телекинез. Эмпатия. Пирокинез. Телепортация... он вспоминал все, что хоть как-то получалось, и тренировался до изнеможения. Странное предчувствие грядущих неприятностей не давало отдыхать, гнало в зал и заставляло тренироваться до полного изнеможения. Если бы не эльф, Виктор уже давно бы ноги протянул, а так, странное лупоглазое создание убирало, стирало, чинило по мере возможности одежду, присматривало за сыном, у которого начался период активного исследования окружающего мира, и даже, иногда готовило. Простейшие блюда, но и это был просто подарок судьбы.
  
   На себя Виктор не слишком обращал внимание, он был всеядным и не вредным, но вот сын получал внимание и заботу всегда. Ситх совершенно не хотел, чтобы из-за недостатка общения из Марволо выросла личность с кучей комплексов, да и вообще ребенок полностью зависит от взрослых, а значит, никакие отговорки не прокатывают.
  
   Общение с малышом обычно проходило во время занятий с Силой, что приводило Марволо в невероятный восторг. Все летает, кружится, меняется... да и сам он частенько летал по помещению, от чего только заливался смехом. Сам Виктор только радовался такому восторгу: дети очень впечатлительны, что часто аукается различными маниями и комплексами у взрослых. А этого он допускать был не намерен.
  
   Особенно упорно Виктор налегал на телепортацию. Испытав в первый раз порт-ключ со специальными чарами, имитирующими проход по теням, как у вампиров, ситх зарекся их использовать. Желудок ему еще нужен, и желательно внутри, а не снаружи.
  
   Пока он был в бестелесном состоянии, то отлично мог ходить сквозь пространство, главное знать, как выглядит точка выхода. В теле с этим умением был затык. Виктор перемещался, но на очень короткое расстояние и постоянно сбоила точка выхода. Не хотелось застрять в стене или еще где.
  
   Поэтому тренировки, тренировки, тренировки...
  
   Через две недели после первой вылазки в магический Лондон, Виктор повторил поход, только на этот раз скромно, можно сказать, анонимно. Он закупился продуктами, оставив заказы в лавках, навестил еще раз несколько разных магазинов, взяв каталоги, а также приценился в оружейной лавке. Увиденное ему понравилось, и он даже приобрел несколько заинтересовавших экспонатов, включая тяжелые тренировочные мечи. Но, самое главное, он с удовольствием нагрузился детскими вещами, игрушками, книжками... последних, к искреннему изумлению ситха оказалось не слишком много. Были различные буквари, пособия типа "юный зельевар" при взгляде на который в памяти всплыли ностальгические воспоминания о школьных уроках химии и физики, но вот со сказками было туговато.
  
   Пролистав "Сказки барда Бидля", Виктор поморщился. Было чувство, что его в чем-то накололи... причем, откровенно. Начав расспрашивать продавца, ситх понял, что ошибся с адресом и пошел в книжный. Увиденное на полках заставило хмыкнуть и понимающе покивать. Теперь было ясно, почему в магазине "Детское счастье" был такой скудный ассортимент. Туда часто заходили маглорожденные, поражаясь и восхищаясь, им хотелось экзотики. И сказки. А здесь на полках стояла суровая реальность.
  
   "Принц-лебедь" - перевод норвежского оригинала. Оригинальные немецкие сказки братьев Гримм, не прошедшие еще дальнейшую цензуру. "Книга сказок " Джамбаттиста Базиле. Томик Шарля Перро. Настоящие, не отредактированные поборниками нравственности и морали, жуткие и кровавые истории.** Пролистав пару изданий и полюбовавшись на прекрасные иллюстрации, демонстрирующие наиболее впечатляющие моменты историй, Виктор подозвал продавца и попросил упаковать. Их очередь придет позже. А пока Марволо с удовольствием послушает русские народные, в конце концов, они человеколюбием тоже не отличаются.
  
   Кроме того, Виктор прихватил то, что поможет ему правильно ориентироваться в обществе: "Магический этикет", "Справочник благородных родов", а также то, что его интересовало в первую очередь. "Алая книга Истинных" - толстенный фолиант с иллюстрациями, повествующий о всех разумных и полуразумных магических расах. Мужчина надеялся, что найдет там ответы на некоторые вопросы, возникающие у него каждый раз, как он гляделся в зеркало.
  
   ***
  
   ... Когда прошла первая эйфория от обретения тела, Виктор обратил внимание на свое лицо. Изменения вызывали двоякие чувства: с одной стороны, кому не хочется быть красавчиком? Аполлон Бельведерский, Ален Делон и все такое... С другой стороны, годы службы в органах приучили его к тому, что броская и яркая внешность очень часто служит маскировкой или несет опасность. В первом случае достаточно убрать эффектный грим или косметику, и вот на улице смешивается с толпой обычный обыватель. А во втором... "медовые ловушки", "мальчики по-вызову" с ядом в поднесенном с улыбкой бокале с шампанским или ножом в рукаве... Прям даже не знаешь, что выбрать!
  
   С оценкой насчет своей физиономии Виктор не спешил. Были пару моментов, которые заставляли усомниться в том, что это просто плюшка от магии... Как он понял из некоторых попавшихся в книгах намеков, у волшебных созданий все было совсем не так просто, как у людей. И сегодня есть шанс это проверить...
  
   ***
  
   Накормив и уложив спать Марволо, Виктор прошел в тренировочный зал и уставился в зеркало.
  
   - Ну, что ж, начнем... испытания...
  
   Прикрыв глаза, мужчина вспоминал самые негативные, отвратительные и мерзкие моменты своей жизни, поддаваясь вызванным под их влиянием ярости и бешенству. В помещении словно сгустился воздух, лежащие и стоящие предметы задергались, пытаясь взлететь, пол начал подрагивать... Виктор, тяжело дыша, внимательно смотрел на свое отражение, фиксируя в памяти малейшие изменения и накручивая себя все сильнее.
  
   ... Глаза засияли расплавленным металлом... по краю радужки начала формироваться красная окантовка... сначала тонкая, как волос, она стала расширяться, окружив золото глаз темно-красным, как кровь, широким кольцом. Белки сильно порозовели. Черты лица заострились, приобретая жуткие, хищные формы, чем-то напоминая черты вампиров из фильмов. Кожа посветлела, приобретя неестественно-белый цвет. Темные круги под глазами, белые губы, как у зимнего "подснежника"***, скрывающие слишком острые для человека зубы. Клыки заострились еще больше и удлинились. Заострились в небольшие когти ногтевые пластины. Волосы скрутились кольцами, словно проволока, которую они напоминали на ощупь. Шипы под кожей проявились сильнее, руки стали напоминать лапы каких-то динозавров. Острые позвонки практически прорывали кожу, как хребет ящера. И, самое главное, легкий темный... дымок, окутывающий тело.
  
   Резко выдохнув, Виктор закрыл глаза, начиная успокаиваться. Зеркало бесстрастно отражало непонятное существо, принимающее вид человека.
  
   ***
  
   Изучение книг только добавило вопросов и раздумий по этим самым вопросам. Даже этикет, или, вернее, особенно этикет. Виктор неучем не был. Он прекрасно знал, что, как и чем надо есть, как сидеть и что говорить. Но эти знания были применимы для обычного общества. А в магическом была прорва маленьких и на первый взгляд трудноопределимых нюансов, незнание которых молниеносно показывало статус и происхождение.
  
   Любые напитки всегда разливают заклинанием. Ловкие руки запросто могут что-то подлить, подсыпать, подложить. Никто из чистокровных и правильно воспитанных полукровок никогда не возьмет в руки чашку, не проверив ее заклинанием. Хочешь что-то отрезать - для этого есть заклинание. Отравитель легко может смазать ядом половину лезвия ножа и отдать отравленный кусок врагу, откусывая на глазах свидетелей от чистой половины. Никто не чокается бокалами. Никто не передает руками блюда. Нельзя отодвигать стулья руками, ведь можно наложить заклинание. Нельзя, нельзя, нельзя...
  
   Маги и маглы отличались друг от друга, как кошка с собакой. Оба животные и на четырех ногах, но язык тела разный. Совершенно.
  
   Приходилось зубрить, тренироваться, устраивая импровизированный обед и обхаживая смотрящего на него круглыми глазами сына. Загодя приобретенные совы сновали в Косую Аллею, как к себе домой. Одно тянуло другое, третье, десятое... Пришлось намертво заучить гербы, девизы, цвета и прочее всех активных и вымерших родов Туманного Альбиона. Его обязательно проверят, и ошибиться нельзя. Второго шанса не будет.
  
   "Алая книга" также подбавила вопросов. То, что здесь описывалось, выглядело в каноне совершенно по-другому. Прочитанная информация заставляла задуматься, ведь не может один человек настолько искорежить общество. Нужна система.
  
   Великаны. Добрый Хагрид, отращивающий вредному кузену хвост. Недалекий, но верный лесник... да ну? Великаны, или как их еще называли - огры, были людоедами. И дети от них появлялись в двух случаях: когда пресытившийся великан решал побаловать себя "сладеньким" (выживала одна жертва из сотни) или если на не сформировавшуюся до конца великаншу положил глаз маг-извращенец. Потомки в обоих случаях не считались разумными существами, приравниваясь к ограм. Интеллектом они не блистали, оставаясь на уровне детей, многие понятия ими игнорировались, а вкусы и ценности... вспомним о драконе в очаге или милых зверушек - акромантулов, пауков-людоедов. Поэтому появление Хагрида в Хогвартсе вызывало даже не недоумение. А полноценный ступор.
  
   Вейлы. Прекрасные женщины-птицы, ген передается только по женской линии. Сильные, жестокие, коварные, превосходно владеющие "Зовом крови" или как его называют в народе - "очарованием", а также стихией огня.
  
   Эльфы. Что темные, что светлые... одна фигня. Невообразимо высокомерные, считающие себя высшей расой, а на других смотрящие как на животных, прекрасные и холодные, как айсберги. Крайне редко смешиваются с другими расами, полукровок не любят.
  
   Сидхе. То же самое, только возведенное в квадрат. Обожают охотиться на разумных, убивая для развлечения и угоняя в рабство.
  
   Демоны. Ну, тут и сказать то нечего. И так ясно. Мрак и ужас.
  
   Вампиры. Никаких гламурных столетних инфантильных субчиков, мечтающих влюбиться в школьницу. Жестокие хищники, питающиеся кровью.
  
   Продолжать можно было долго. У всех чистокровных в роду были магические создания, и зачастую не всегда добровольно. Маги не гнушались приворотами, чарами и ритуалами, волшебные расы тоже не оставались в долгу. Например, так называемое "партнерство". Никакой любви до гроба, розовых соплей и тому подобной чуши. Голый инстинкт существа, нашедшего самую лучшую пару для размножения. Все. И хорошо, если данное существо не вызывает отвращения или неприятия. А ведь бывает всякое... И семейная жизнь могла превратиться в полноценное рабство.
  
   ***
  
   Отдел тайн.
  
   - Ну-с, господа. Чем порадуете?
  
   - В "Скрижалях" проявился герб и девиз.
  
   - Ну?
  
   - Герб. Солнечное затмение на алом фоне. Девиз Дома Сит-ари: "Бесконечность - не предел". Девиз Рода Сит-ари: "Невозможного нет". Цвета: алый, черный, золотой.
  
   - Гхм... интересный девиз. Что Дома, что Рода.
  
   - Навевает размышления...
  
   - Точно.
  
   - Что еще?
  
   - Этого... эээ... ситха видели еще раз. Был в Косой аллее, прошелся по магазинам, делал покупки.
  
   - Что именно?
  
   - Продукты, оружие и...
  
   - И?
  
   - Детские вещи. Ребенок возрастом год-два. Не больше.
  
   - Ребенок? И уже подросший немного? От кого? Альфард?
  
   - В обществе никаких слухов. Все свадьбы кто-то да посещал, помолвки были, но, опять-таки, с магами. С магиками**** за последний год никто дел не имел.
  
   - Проверьте за три. Всех! Включая отшельников.
  
   - Гектор.
  
   - Да, Глава?
  
   - Попробуй проверить Большой Гобелен. Может будет зацепка.
  
   - Хорошо.
  
   - Не нравится мне это... неизвестная раса, уже закрепившаяся. А мы ничего про него не знаем!
  
   - Ээээ...
  
   - Локис?
  
   - Я просто вспомнил... был продан участок из Мертвого перечня.
  
   - Какой?
  
   - Бург Остер.
  
   - Тот, что отошел министерству?
  
   - Он.
  
   - Крайне интересно. Проверить. Но осторожно. С Истинными не шутят.
  
   ***
  
   Чем дальше, тем больше Виктор убеждался, что ему нужна прислуга. Можно эльфы, но можно и маги. При мысли о магах опять вспомнились те, что ухаживали за ним и Марволо после ритуала. При расчете от них явно фонило безнадегой. Интересно, почему? Впрочем, Виктор догадывался. Судя по всему, они явно не наемные. Тогда чувства были бы другими. Долговое рабство?
  
   Виктору они понравились: умелые, ловкие, не склонные болтать. Если у них действительно проблемы, можно выкупить и привязать к себе. Верные и преданные слуги нужны всем. Тем более, скоро он выйдет в свет. А Марволо он таскать с собой не намерен - опасно. Да и вообще, в замке должен быть порядок. Эльф - это хорошо, но они достойны лучшего.
  
   ***
  
   Гриммх только задумчиво пожевал губы, когда Виктор сделал предложение. Гоблинам - деньги, ему - магов. Можно утром, можно вечером. Но оплата после предъявления товара.
  
   Гоблин был в раздумьях. С одной стороны - с Истинными, тем более неизвестной породы, лучше поддерживать хорошие отношения. Этот... ситх... и так относится к ним подозрительно. И это - подозрительно. Недовольный клиент нажаловался? Личный опыт? Непонятно.
  
   С другой стороны - закабаленные должники это ну очень выгодная статья доходов. Отдать их можно... да и глупцы всегда есть. Но жалко ведь!
  
   Виктор наблюдал, как гоблин побарабанил когтистыми пальцами в золотых перстнях по крышке стола.
  
   - Мммм... понимаете...
  
   - Сколько?
  
   Через полчаса интенсивного торга договаривающиеся стороны ударили по рукам. Гоблинам достались еще два алмаза, лично ограненных Виктором, а ситху - шесть магов разного пола. Хорошая сделка. Выгодная.
  
   ***
  
   Манфред осторожно смотрел на сидящего перед ними нелюдя. Непонятный магик неизвестного вида прожигал их взглядом сияющих, как расплавленное золото, глаз. От этого становилось жутко и страшно. Впрочем, хуже, чем сейчас уже не будет. А надежда на лучшее всегда остается...
  
   Виктор полюбовался на свое приобретение, получил на руки порт-ключ на всю группу, раскланялся с довольным гоблином и, махнув рукой магам, направился на специальную площадку для аппараций, предназначенную для особо привередливых клиентов. Выходить наружу почему-то не хотелось.
  
   ***
  
   Джонатан вздохнул, наблюдая за входом в банк. Проклятый ситх как зашел, так и не выходил. Явно свалил с черного выхода.
  
   - Вот же ж... ситх! - выругался невыразимец, аппарируя.
  
   ***
  
   Громада замка произвела на магов впечатление. На кованых воротах сиял герб, сделанный лично Виктором в приступе творческого вдохновения, само здание казалось мощным и неприступным, под стать окружающей природе.
  
   Заведя людей в огромную гостиную, Виктор стал знакомиться.
  
   Истории стоящих перед ним магов и ведьм были просты и незатейливы. Долги, невнимательность при подписании договоров, отстутствие протекции и хороших перспектив на будущее... все, как везде. Виктора это устраивало. Маги были в безвыходном положении, для отдачи долгов им всем пахать и пахать... ситх собирался предложить им шанс. Взамен ему нужна была верность с большой буквы, а это обеспечат клятвы. Альтруизмом мужчина не страдал. Совершенно.
  
   Предложенный контракт произвел шоковое впечатление. В принципе, это был практически вассалитет. Для нищих полукровок, парочки маглорожденных и одного чистокровного это был просто предел мечтаний. Внимательно изучив образец контракта, четверо мужчин и две женщины согласились не раздумывая.
  
   И уже через два часа Марволо визжал от восторга, играя с нянями, а кухню обживал повар, горящий энтузиазмом.
  
   Раздав ценные указания, ситх направился в кабинет. Уже скоро он выйдет в свет.
  
  
  
  
  
  
  
   *Пауэрли́фтинг (англ. powerlifting; power - "сила" + lift - "поднимать") или силовое троеборье - силовой вид спорта, суть которого заключается в преодолении сопротивления максимально тяжелого для спортсмена веса. Пауэрлифтинг - система, направленная не на увеличение размера мышц, как бодибилдинг, а на развитие силы. Возникла достаточно давно под именем атлетики (не путать с легкой атлетикой). То, что демонстрировали в цирке в начале века, сейчас можно воспринять как фантастику. Пример. Дама-артистка (к огромному сожалению, не помню ее имя) поднимала на плечо маленькую пушку без лафета, и спокойно делала из нее выстрел, как из ружья. При этом, она совершенно не шаталась от отдачи, и могла похвастать великолепными женственными формами, в отличие от современных спортсменок. Также, вот сноска с краткой статьей, где описывается, что творили тогдашние спортсмены.http://www.rus-team.info/en/russkij-sport-2/silachi/43-russkie-silachi-nachala-20-veka. Почитайте и восхититесь возможностям человеческого тела.
  
   ** самая настоящая правда. Вот ссылка с небольшим примером.http://www.spletnik.ru/blogs/chto_chitaem/50857_nastoyashhie_skazki_bratev_grimm
  
   ***"Подснежник" - жаргонное название замерзшего до смерти человека, случайно найденного.
  
   **** Магик - магическое существо (разумное).
  
  
  Итак: обещанная плюшка! Герб предложен читателем Блэквайтер! Девиз Дома - читатель Ермилов Евгений! Ну и девиз Рода - мое скромное творчество.
   ***
  
  
  Глава 7.
  
  
  - Итак, чем порадуете, господа? - Густав обвел сидящих требовательным взглядом. Рутинное, в общем-то собрание в очередной раз плавно перетекло в обсуждение животрепещущей темы: кто такой ситх?
  
   За прошедшие полгода было сделано несколько открытий, вот только ситуацию они запутывали еще больше, вместо того, чтобы прояснить.
  
   Слежка и рытье данных дали свои результаты. Начать стоило с того, что невыразимцы нашли бывший Бург Остер. Руины и громадный кусок земли, бывший Мэнор, находящийся в Мертвом списке, место славящееся невероятным количеством погибших идиотов, возомнивших себя Мерлинами, как минимум, было не узнать.
  
   Мало кто знал, что Невыразимцы умели находить родовые владения, даже защищенные чарами ненаходимости и прочими изысками защитной магии. Все-таки, они не языком чесали, а работали, причем, работали на благо государства, а не отдельных личностей, изображающих перед обывателями непонятно что.
  
   Отдел тайн недаром был вещью в себе. Хоть он и не подчинялся Министру магии, вот только это не значило, что контроля над магами нет. Все невыразимцы при поступлении на работу приносили присягу, клянясь Магии в выполнении определенных обязанностей, чье игнорирование было чревато различными неприятными последствиями, из которых смерть была далеко не на первом месте.
  
   Магам приходилось следить за жизнью общества крайне пристально, так что, давным-давно были разработаны необходимые средства для того, чтобы хорошо исполнять свои задачи.
  
   В этом случае было несколько легче: координаты Бурга были известны, так что ищейкам нужно было только аппарировать по ним, и провести разведку. Простая задача, сказал бы обыватель... вот только обывателей в Отдел не брали.
  
   ***
  
   Маги недовольно смотрели на расстилающийся перед ними пейзаж. С левой стороны - каменистый, неприветливый берег, с крутыми скалами, вздымающимися к небу, бъющими в их основания волнами холодного моря и вздымающимся практически на краю замком. По правую руку - небольшой лес, равнина, прихотливо извивающаяся речка.
  
   Обменявшись кислыми взглядами, невыразимцы повертели головами, определяясь, и молча аппарировали. Пора было нанести хозяину тайный визит.
  
   ***
  
   Сидящий на толстом ковре в позе для медитаций Виктор раскрыл запылавшие золотым светом глаза. Губы слегка тронула усмешка. К нему пожаловали незваные гости...
  
   - Игра началась...
  
   ***
  
   Чем ближе маги подходили к замку, тем сильнее одолевали их нехорошие предчувствия. И дело было даже не в том, что им надо было шпионить за магиком, причем, Истинным. Уж с этим проблем не было... Нет, дело было в том, что им предстояло следить за магиком неизвестной расы.
  
   Как ни крути, но представители известных рас неплохо изучены, при встрече надо просто придерживаться определенных правил, и тогда все будет нормально. У каждого вида есть определенные нормы и правила, зная которые, можно избежать конфронтаций или, по крацней мере, свести ущерб к минимуму. Но что делать, если эти правила неизвестны?
  
   Что с того, что неизвестный выглядит как человек?
  
   Все расы маскируются таким образом! Ведь люди - самый распространенный вид в данном мире. Поэтому, невыразимцы не обманывались иллюзией. То, что магик выглядит человеком, еще не значит, что он им является. Мало ли какие тараканы у него в голове... вариантов много, и девять десятых из них крайне неприятны, уж в этом невыразимцы знали толк.
  
   Поэтому, осторожно продвигаясь к вырастающему на фоне серого неба замку маги активировали уйму артефактов, позволяющих остаться необнаружимыми, и банальной невидимостью дело не ограничивалось. Этого мало, надо ведь и об остальном подумать: спрятать звуки, запах, тепло, магию... и еще много пунктов. Никто не хотел быть обнаруженным.
  
   Вот только они не учли, что Виктор ощущает не так, как другие маги и магики.
  
   ***
  
   ... Виктор парил в Силе, чувствуя себя, словно акула, барражирующая океан. Он скользил сквозь плотное поле энергии, считывая и ощущая собственным естеством весь принадлежащий ему громадный участок земли. С момента покупки ситху пришлос потрудиться, распространяя свою чувствительность на принадлежащие ему владения.
  
   Получилось это не сразу, но Виктор не оставлял попыток, и его упорство дало результат. Теперь, входя в транс, он словно растекался по всей площади, ощущая малейшее изменение. И сейчас он ощущал то, что было лишним. Два сгустка пустого пространства, целеустремленно продвигающиеся по его земле.
  
   ***
  
   Вместо полурассыпавшихся остатков стен перед потрясенными магами предстал величественный замок, с гербом на кованных воротах. Живых перед зданием маги не видели, но это и было понятно: не будут же их ждать с предложением экскурсии? Так что, оставалось только выбрать место для пункта наблюдения, а затем потихонечку пытаться влезть за ограду. Очччень осторожно.
  
   ***
  
   - Итак?
  
   - Что сказать... - протянул Гевин, раскрывая папку с отчетом. Присутствующие повторили его действия. - Итак, что у нас есть. Ситх. Молод, не больше девятнадцати- двадцати лет. Прекраснейшая физическая форма. Параметры выше обычного, но не намного, в одной линейке с сидхе. Дальше... явно заинтересован во вливании в общество.
  
   - Мммм?
  
   - Наняты наставники по магическому этикету, геральдике, фехтованию, и еще некоторым дисциплинам. Осуществлена подписка на прессу Альбиона, причем, всю. Заключены контракты на поставки продуктов. Выкуплены у Гринготтса "бессрочники"...
  
   - Хм? Даже так?
  
   - Даже так. Наняты специалисты: восстанавливаются пашни, сады, теплицы и прочее, идут переговоры с целью восстановления поселений и ферм, расположенных в майорате.
  
   - Интересно... у ситха явно есть опыт управленца... и мозги в голове. Что еще?
  
   - Еще... - Гевин задумчиво пролистнул несколько страниц. - Из дома практически не выходит, ребенка прячет. Мы его ни разу не видели, впрочем, в замке есть огромный внутренний двор. Одевается немного необычно, одежда шьется на заказ. Вроде, ничего такого необычного... кроме одного.
  
   - Что именно?
  
   - Магию не применяет. А если и применяет, то мы этого не видели.
  
   - Узнали, от кого ребенок?
  
   - Да. Меропа Мракс.
  
   - Мракс?
  
   Удивлению Главы не было предела. Остальные тоже недоуменно переглянулись. Мраксы - полностью захиревший род, от которого остались только три представителя, причем два из них - безумны. А теперь выяснилось, что только они и остались живы.
  
   - Странная история... - продолжил докладчик. - Как мы выяснили, ситуация на первый взгляд крайне банальна. Не имея возможности выбрать брачного партнера среди магов, девушка пошла другим путем. Напоив Аммортенцией Томаса Риддла, богатого сквайра проживающего в той же деревушке, что и Мраксы, она вынудила его вступить в брак. Связь эта осуждалась со всех сторон: Марволо был не в восторге от зятя-маггла, пусть и богатого, семья Риддлов, в свою очередь, были недовольны невесткой без приданного. Пара уехала в Лондон, откуда примерно через пять месяцев вернулся Томас. Парень отверг все домыслы, что они поженились, утверждая, что венчания не было, а также заявляя, что чертова ведьма дала маху со своим приворотным. Меропа осталась в городе, вела себя крайне тихо, практически никуда не выходя. Интересный факт: примерно за часов двенадцать-сутки, не больше, она провела какой-то ритуал. Всплеск магии зафиксирован не был, следов практически не осталось, все очень тщательно зачищено. Сразу после этого она ночью идет в банк, где ее - заметьте! - встречают вооруженные гоблины. Однако... свидетель говорит, что их агрессия была направлена не на нее, а на того, кто находился рядом!
  
   - Мордред!
  
   - После в министерство поступили документы, свидетельствующие о заключении брака по обряду Хершеба.
  
   - Однако...
  
   - А через пару часов был зарегистрирован факт рождения Наследника, а еще через пару часов - смерть матери.
  
   Маги переглянулись. Карл забарабанил пальцами по полированной столешнице.
  
   - Звучит, как слезливая история для сплетников, служащая прикрытием для чего-то другого. Амортенция - и перестала действовать? На маггла? У которого она вызвала бы полное перемыкание мозга? Очень смешно. И брак не был заключен.
  
   - Скорее всего, Томас послужил прикрытием для ситха, пока тот обживался.
  
   - Или воплощался... - мрачно констатировал Густав. - Он - Истинный. Запросто мог прийти в наш мир в виде призрака.
  
   - А маггл послужил куклой...
  
   - Дерьмо... он что, в родстве с демонами?
  
   - Угу... и поэтому он ничего не может сказать, так как не помнит, а "брак" с Меропой вызывает в нем ярость. Проверяли. И никто не сможет убедить его, что ребенок, зачатый под воздействием зелья, которое вот так вдруг прекратило свое действие, его. Он никогда не признает его своим, будет все отрицать. С этой стороны все прикрыто.
  
   - Со стороны Мраксов - тоже. Марволо выгнал свою непутевую дочь, вот только почему-то не изгнал из рода, не выжег, не отрекся. Хотя все его характеризуют как безумного фанатика чистой крови. А Морфин - бесплоден.
  
   - Откуда известно?
  
   - Драконья оспа, Азкабан, наблюдатель провел тайком сканирование.
  
   - То есть, у нас есть Наследник двух родов.
  
   - Хорошо подстраховался! - восхитился Карл. - Такая комбинация и за такое короткое время!
  
   - Что с наблюдением?
  
   Ответить на вопрос уже не успели. На столе перед Главой появилось послание, прочитав которое, маг потемнел лицом.
  
   - Господа, у меня новость. Ситх желает пообщаться.
  
   ***
  
   Виктор, конечно, следил за теми, кто следил за ним, но зацикливаться на этом не стал. У него и так забот хватало. Учебники - учебниками, но никакие книги не заменят живого общения. Так что, были наняты маги, занимающиеся тем, что обучали аристократов искусству быть аристократами.
  
   Обучение шло интенсивно. Ему в голову вбивали не просто знания, а образ жизни.
  
   Кроме того, очень много внимания отбирал Марволо. Малыш как раз научился ходить, и теперь от него просто спасу не было. Он везде влезал, все исследовал, всюду совал свой хорошенький носик. Няньки приобрели неплохую физическую форму, пытаясь поспеть за сорванцом. Кроме того, Живчик стал более адекватным. Он уже умел не только выполнять простейшие команды и действия, нет, теперь домовик осваивал более трудоемкие задания.
  
   Виктор уже стал подумывать о призыве еще одного эльфа. Кроме того, приходилось следить за нанятыми специалистами, постепенно поднимающими из руин хозяйство. Как обнаружил Виктор, когда-то на территории, принадлежащей погибшему роду, были несколько поселений, где жили маги, пашни, сады, пасека, несколько ферм... с гибелью хозяев все это пришло в упадок, жители бежали, не желая оставаться рядом с мертвыми руинами, так что, работы было много.
  
   И, естественно, все это требовало денег. Виктор несколько раз посетил неразведанные до сих пор месторождения, поживившись необработанными камнями: изумрудами, рубинами, нашел несколько гнезд сапфиров.
  
   Оказалось, что Сила крайне облегчает поиск спрятанного под землей, медитации, настраивающие чувства на обнаружение металла, камней, и прочего были просто даром свыше. Естественно ситх позаботился, чтобы источники благосостояния так и принадлежали ему, выправив документы и приобретя участки с землей в личное пользование, через подставную фирму, естественно.
  
   Маленький бизнес обещал перерасти в крупный со временем, что Виктора совершенно устраивало. Жить он собирался долго и хорошо, а значит, постоянно капающая денежка ему пригодится.
  
   Кроме того, ситх пришел к выводу, что нужно будет еще раз жениться. И дети... Марволо - первый, он его Наследник, но кто сказал, что одного ребенка достаточно? Дети - сокровище и надежда на то, что твой род выживет, не затеряется в веках, став строчкой в справочнике. Значит... женитьба его не минует.
  
   А ведь ему надо развивать не только Род, кровную линию, но и Дом. И здесь отлично сработает практика усыновления и удочерения. Талантливые ребятишки, возможно, что и взрослые... ситх не собирался ставить какие-то временные рамки. Главное, чтобы были склонности и таланты, а уж развиться им он поможет.
  
   А еще надо потихоньку вливаться в общество. И Отдел тайн ему прекрасно в этом поможет. Особенно, после того, как он поймал их работников "на горячем".
  
   ***
  
   Встречу назначили на нейтральной территории: ни один здравомыслящий маг не попрется в дом потенциального неприятеля без каких-то гарантий.
  
   Так что, Виктор выбрал кафе, а невыразимцы назначили время, и теперь Виктор изучал меню под шепот любопытствующих ведьмочек-официанток: заведение было респектабельным и дорогим, как раз то, что надо.
  
   Густав вальяжно направился к столику, стоящему в углу - никто не хотел рисковать, заказывая кабинет. Карл изображал из себя помощника-призрака, тем не менее, сканируя помещение на предмет разных неожиданностей. Мало ли... постоянная бдительность!
  
   Виктор с интересом следил за приближающимися магами. Одеты скромно, но очень дорого. Как он успел разузнать у портного, такие мантии могут позволить себе не все, совсем даже не все. Особая ткань, чары, заклинания, зелья, очень долгая и кропотливая работа. Так что - невыразимцы, причем только высший состав, Аврорат, опять же, руководство, ну и те, кто может себе это позволить, при желании.
  
   И огромная очередь, расписанная на годы вперед.
  
   Ситх видел, как переливается впаянными в структуру ткани сетка защитных заклинаний, обеспечивающих спасение жизни владельца чудо-одежки практически в любых условиях. Сразу видно, к нему пожаловали птицы высокого полета.
  
   Некоторое время присутствующие молча смотрели друг на друга, оценивая, после чего Густав представился:
  
   - Приветствую вас, Истинный. можете называть меня... Смит.
  
   Виктор ностальгически прикрыл глаза, и слегка улыбнулся.
  
   - Виктор Марка Сит-ари. Лорд Магии.
  
   Игра началась.
  
   ***
  
   Время летело незаметно.
  
   За сытным завтраком высокие договаривающиеся стороны неторопливо ощупывали почву, налаживая мосты. Намеки, осторожные предложения, завуалированные угрозы... под чай с изумительной выпечкой пошло великолепно.
  
   - Скажите, лорд Сит-ари... - Густав сделал глоток, просвечивая сидящего перед ним юношу в непривычного покроя одеждах глазами, - как долго вы уже на территории Альбиона?
  
   - Несколько лет, - обтекаемо ответил Виктор.
  
   - И что же вызвало Ваш интерес?
  
   - Зов... это был просто зов души...
  
   - Тяга к прекрасному?
  
   - И не только. Я предпочитаю, чтобы начинка соответствовала оболочке.
  
   - Красота и ум... - Густав ностальгически вздохнул. - Как это знакомо...
  
   - О, да! Увы, мое счастье было недолгим...
  
   - Но оно принесло свои плоды? - проницательно заметил Густав. Виктор улыбнулся, блеснув на мгновение клыками.
  
   - Да. И я неимоверно горд, что Меропа согласилась на мое предложение. И наша связь принесла такой прекрасный результат.
  
   - Но вы же не собираетесь на этом останавливаться?
  
   - Конечно же нет. Но этот вопрос требует долгого и всестороннего рассмотрения...
  
   - Естественно... - согласился Густав. - Судя по всему, вы решили осесть?
  
   - Ребенку требуется дом. Комфортный. Так что...
  
   - Дети... они требуют столь многое...
  
   - Но и отдача велика.
  
   - Разумеется.
  
   - Малышей надо обеспечивать...
  
   - Я уже предпринял определенные шаги в этом направлении.
  
   - Это похвально. Но вы, наверное, скучаете?
  
   - По Меропе? Да.
  
   - Примите мои соболезнования...
  
   - Благодарю.
  
   - Также, позвольте поблагодарить Вас за... милосердие.
  
   - О, что вы... я просто воспользовался шансом.
  
   ***
  
   Вынырнувшие из думосброса маги расползлись по своим местам.
  
   - Какие соображения?
  
   - Откуда Меропа его только выкопала? - озадаченно потерла подбородок Мессалина. - В первый раз вижу такой типаж.
  
   - Он явно старше, чем выглядит. Гораздо.
  
   - Да это и так понятно... - расстроенно махнул рукой Карл. - Проблема в другом: продолжение слежки он не потерпит.
  
   - Удивил! Кстати, заметили? У него есть опыт владения оружием.
  
   - Есть. Но он не чистый боец. Скорее... его охраняли.
  
   - Такой слабый?
  
   - Скорее, такой ценный. Мозги у него есть. И очень хорошие...
  
   - Будут у нас проблемы...
  
   - Если поведем себя неправильно - будут. Первым он не полезет.
  
   ***
  
   Подкидывая сына к потолку, Виктор довольно улыбался. Первый контакт был удачным.
  
  
  Теперь главное - вхождение в общество.
  
  
  Глава 8.
  
  
  Он был прекрасен. Великолепен. Совершенен.
  
  Виктор смотрел на практически готовый меч, чувствуя законную гордость творца, создающего шедевр, который войдет в легенды.
  
   Для того, чтобы воплотить его в жизнь, Виктору понадобился год. Год напряженного труда, умственного и физического. Вначале он долго думал, какой вид меча взять за основу для воплощения своих замыслов в жизнь. Выбор был очень велик, но при критическом рассмотрении ситх отвергал один вариант за другим.
  
  Сразу же отпали сабли, катаны и прочие изогнутые клинки. Это оружие конницы в большей степени, да и вообще они Виктору не нравились. Здесь предполагалась рубка, а он привык фехтовать. Так же были отметены и рапиры, как ни странно: здесь ему наоборот не нравилось, что все удары будут колющими. Что поделать, ему хотелось универсальности.
  
  Отпали спата и эсток, об эспадонах и бастардах и речи не шло, клейморы и палаши даже не вспомнились. Про фентезийные извращения, мелькающие в его прошлом мире в фильмах, аниме и просто на картинках авторов, обладающих слишком буйной фантазией Виктор вспоминал со смехом и изумлением. Все эти шипы, кровостоки, дырки и выемки... очень смешно и совершенно не годится для реальной жизни. Конечно, теперь физические возможности ему позволяют запросто махать одной рукой эспадоном, но он же не герой аниме, чтобы фехтовать рельсой, игнорируя законы физики.
  
  Перетряхивая свои знания, ситх в конце концов остановился на двух вариантах, наиболее ему подходящих: цуруги и цзянь. После тщательного обдумывания цуруги так же был отвергнут, и Виктор остановился на цзяне - китайском прямом мече. Естественно не на том, которым пользовались в фильмах или в тренировочных залах, а настоящем, боевом, который с течением времени превратился в церемониальный.
  
  Этот тип меча подходил идеально: он был не слишком длинным, достаточно легким, им можно было как колоть, так и рубить, фехтуя, а не просто размахивая полосой металла из стороны в сторону, кроме того, его можно было сделать как с обычной рукоятью, так и с рассчитанной на хват двумя руками.
  
  То, что нужно.
  
  Полгода упорной работы - и Виктор получил слитки металла, из которого можно было сделать меч. Метеоритное и самородное железо, редкие добавки, долгий и упорный труд, насыщение металла Силой. Последнее просто творило чудеса. Виктор и не подозревал, что с металлом можно работать так. Подчиняясь воле ситха, металл менял свою структуру, уплотняясь,приобретая просто невероятные свойства. В конце концов, мужчина получил слитки металла, за который любой металлург продал бы душу: невероятно плотная структура, небольшой вес, глубокого черного цвета с серебристо-ртутными прожилками, играющими на свету, словно узор на муаре.
  
  Однако, металл был только половиной основы, не менее важен был и кристалл, который он вставит в рукоять. Половина желтого алмаза сияла в перстне у него на пальце, а вторая предназначена для меча. Виктор уделял ему не меньшее внимание, насыщая Силой, пропитывая энергией, пока не получил практически частичку себя, ведь ситх задумал создать не просто оружие, а настоящий артефакт, который будет слушаться только его, обладать почти разумом и служить долгие, долгие годы - в перспективе вечность. А почему бы и нет? Зачем размениваться на мелочи?
  
  Еще через полгода Виктор держал в руках меч в черновом варианте, так сказать: просто лезвие, цельнокованое с маленькой гардой и рукоятью, которую еще предстоит довести до ума.
  
  Шлифовка и полировка показали всю красоту переплетения металлических нитей, свивающихся в невероятные узоры, словно от мороза. Металл цвета ртути переплетался с более темным, лезвие получилось твердым, но достаточно гибким, как и положено булату, на который Виктор ориентировался. При своих размерах меч весил очень мало, хотя клинок был достаточной толщины. По всей длине лезвия были нанесены символы из языка ситхов, образовывающие две надписи. На одной стороне - девиз Дома Сит-ари: "Бесконечность - не предел". На другой - девиз Рода Сит-ари: "Невозможного нет". Как это звучало...
  
  Вообще, Виктор был очень удивлен, когда понял, какой подарок ему преподнесли, и неважно, кто - Сила или Магия, или они обе вместе. Язык ситхов. Все догадки, придумки и фантазии земных авторов сложились в единую систему, потрясающую разум.
  
  Язык оказался очень богатым, слова имели множество значений в зависимости от своего расположения и способа написания. Символы ситт-хена были похожи на иероглифы или пиктограммы, каждый имел какое-то значение, в отличие от букв, но самое интересное, по своему воздействию на реальность они были похожи на руны. И, что самое приятное, прочесть их не мог никто, кроме Виктора.
  
   Девизы сияли золотом, выделяясь на черном фоне, в центре маленькой гарды был отчеканен герб и глубоко утоплен алмаз, надежно закрепленный со всех сторон так, что его практически не было видно. Он был не для красоты (над этим Виктор еще поработает), а для того, что концентрировать Силу.
  
  Виктор рассчитывал получить аналог светового меча, превосходящий его на порядок. Ситх он или нет? А там, глядишь, дело дойдет и до исполнения его мечты.
  
  Виктор улыбнулся, тщательно прощупывая пальцами и Силой каждый миллиметр лезвия, и посмотрел в огромное окно. Миллиарды звезд сверкали в черном бархате неба, маня к себе. Ситх встал, подойдя ближе и мечтательно вздыхая. Звезды. Далекие, загадочные, желанные.
  
  - Когда-нибудь, я обязательно туда попаду. Обязательно. Я сделаю для этого все, что смогу... - задумчиво прошептал мужчина, глядя куда-то вдаль. - Если уж в моем мире на первый выход в космос понадобилось только несколько десятилетий, то и здесь смогут. А уж с помощью магии...
  
  Ситх вздохнул, коснувшись пальцами чистейшего стекла. Магия-магией, но он мечтает о звездах. И далекой-далекой галактике... и кто знает, может совсем скоро его мечта исполнится. Не пройдет и ста лет...
  
   ***
  
  Еще через полгода меч был готов окончательно. Длинная рифленая рукоять украсилась спиралевидным узором, маленькое навершие в виде языков пламени сверкало золотом и черной эмалью, были изготовлены ножны и несколько видов перевязей. Дело осталось за малым - провести натурные испытания.
  
  Как ни странно, за этим не заржавело.
  
  ****
  
  Третий День рождения Марволо Виктор решил отметить с размахом. Малыш достаточно подрос для того, чтобы можно было взять его с собой куда-нибудь, естественно, с охраной и постоянным присмотром. Вообще, сын у ситха получился на загляденье. Умный, здоровый, шебутной, малыш всюду пытался пролезть, все осмотреть, потрогать, провести испытания на прочность. Отца он любил безмерно, слушался и восхищался.
  
  Сам ситх на сына тоже нарадоваться не мог, проявляя все свое внимание, даря любовь и ласку, но не забывая и о воспитании. Ему не хотелось, чтобы из ребенка вырос избалованный капризуля, только и умеющий, что кичиться нажитыми не его трудами богатством и положением.
  
  Кроме того, был еще один интересный нюанс - магия. Ребенок рос именно магом, какие у него будут отношения с Силой, еще предстояло понять, ведь сам Виктор, когда до него дошло наконец, чем именно он оперирует, был крайне удивлен.
  
  Сила была, судя по всему, одной из граней того великого энергетического поля, что пронизывает вселенную, но при этом, какой-то... интересной. Маги, например, ощущали его мощь, энергию, но вот магией в полном смысле слова это не было, хотя и человеком его никто не воспринимал.
  
  Насколько сам ситх для себя разобрался, это было похоже на алгебру и высшие разделы математики и физики, которые уже отошли от прямолинейности, требуя развитого абстрактного мышления и хитровывернутой логики.
  
  Читая специальную литературу, особенно жизнеописания магов, тех, кого по праву, а не из лести, называли великими, мужчина отмечал, насколько сильно их мышление отличалось от человеческого, включая тех же магов-обывателей.
  
  Совершенно другие цели, мораль, желания и, зачастую потребности. Совершенно.
  
  Ситху и самому проблем хватало, с Силой разобраться, с собой, да и об окружающих не стоило забывать, поэтому после долгих поисков, для Марволо был нанят гувернер, средних лет маг с военной выправкой, являвшийся младшим сыном в многочисленной семье чистокровных магов. Лайонелу не досталось каких-то особых талантов, так, крепенький середнячок, маг пошел по военной стезе, однако, вышел в отставку по состоянию здоровья и вот тут-то и вылезло во всей красе его призвание - у Барнса обнаружились прекрасные педагогические способности, отточенные общением с многочисленными племянниками и племянницами.
  
  Мужчина себя прекрасно зарекомендовал, так что, Виктор нанял ценного специалиста, очень польщенного оказанным ему вниманием. Кроме него, в замке появились еще семь новых жильцов - охрана Марволо и самого Виктора.
  
  Ситх совершенно не обольщался собственной крутизной - он в другом мире, здесь есть совершенно ему неизвестные способы убийства ближнего своего, да и не стоило отбрасывать варианты с банальным отвлечением внимания. Кроме того, были моменты, когда мага по этикету обязаны сопровождать охранники. Их нет? Твои проблемы, и не думай, что тебе простят пренебрежение традициями.
  
  Репутация складывается из мелочей, а таралы* достались ситху просто по велению Силы - Виктор наткнулся на группу отчаянно отбивающихся мужчин и подростков во время одного из своих деловых визитов.
  
  Посмотрев на небольшое, но эпичное сражение, происходящее прямо на внезапно ставшей пустынной улице города, ситх отметил прекрасную выучку оборонявшихся и то, что те не брезговали ничем при своей защите.
  
  Пока ситх решал, досмотреть представление и пойти дальше, или все-таки вмешаться, проблему выбора решили за него - один из обороняющихся увидел неожиданного зрителя, оценил и... рухнув на колени (при этом удачно избегнув луча заклинания, пронесшегося над головой) выкрикнул:
  
  - Милости!
  
  Нападавшие обернулись, осмотрели возможную помощь и что-то гортанно выкрикнули с явным пренебрежением. Самый наглый посмотрел прямо в лицо Виктору и показал крайне неприличный жест, легко понимаемый без переводчика, после чего сплюнул на булыжную мостовую, демонстрируя свое мнение по этому поводу.
  
  Вспышка ярости зажгла глаза солнечным пожаром, Виктор оскалился, демонстрируя впечатляющие клыки, после чего с невероятным удовольствием вытянул руку, сжимая Силой сердце наглеца.
  
  Все замерло, когда мужчина, захрипев, схватился за грудь, выплевывая кровавые сгустки. Его ноги подломились, он упал на мостовую, и из полуоткрытого рта потекли алые струйки. Ситх рассмеялся, сияя пожаром глаз.
  
  - Дааа... Вейдер определенно знал в этом толк... - одобрительно покачал головой Виктор. Нападавшие, очнувшись от ступора, заорали от ярости, один из них вскинул короткий жезл, из навершия которого в сторону ситха понесся луч заклинания.
  
  Восприятие молниеносно изменилось, все стало тягучим, как сироп, Виктор прыгнул вперед, одновременно доставая меч, и уворачиваясь от фиолетового луча. Резкое движение - и по брусчатке заскакала голова, а тело не успело осесть, как рядом рухнуло другое.
  
  Увидев такой поворот, оборонявшиеся ударили нападавшим в спину. Пара минут, и все было закончено - оружие, заклинания и Сила сделали свое дело. Маги переглянулись, кратко посовещались, и один из них, среднего возраста мужчина с военной выправкой, вышел вперед.
  
  - Благодарю Вас, господин. На нас долг, - на чистом английском, с резким немецким акцентом проговорил маг. - Как мы можем его отдать?
  
  Виктор окинул взглядом меч. Клинок счастливо завибрировал, надписи сыто запульсировали алым, сменившимся золотом. Одним движением резко стряхнув с меча кровь, ситх достал платок и протер матовую поверхность, после чего спрятал его в ножны.
  
  Судя по всему, поездка в Бирмингем, к ювелирам, оказалась крайне прибыльной.
  
  ***
  
  История магов оказалась проста и незатейлива и умещалась в два слова - родовая вражда. Чистокровное немецкое семейство перешло дорогу гораздо более титулованному, могущественному и богатому, за что и поплатилось. От пары десятков человек осталось только семь мужчин разного возраста, всех остальных выбили в один черный для семьи Вульф день и им пришлось бежать.
  
  Они уже распрощались с жизнью, появление магика было воспринято, как манна небесная, так что Виктор с удовольствием принял у них клятвы и обозначил фронт работ: охрана малыша и его самого, сопровождение и охрана замка, на что маги согласились с радостью, обретая сильного покровителя и крышу над головой.
  
  ***
  На Косую аллею Виктор не пошел, там, на его взгляд, не было ничего интересного, тем более, Новый год англичане практически не отмечают, в отличие от шотландцев*, а вот ситху, по старой памяти, хотелось праздника. Тем более, у Марволо день рождения...
  
  Скользя сквозь толпу и носящихся детей, отрывающихся на каникулах, Виктор неторопливо шел по Алому проспекту, прилегающему к Лютному переулку, держа за руку вертящего во все стороны сразу головой Марволо. Малыш в полном восторге смотрел на переливающиеся и сияющие огнями и искусно наложенными иллюзиями витрины, ахал при виде возникающих и исчезающих магов.
  
  Огромный магазин, битком набитый товарами для детей всех возрастов, привел малыша в дикое потрясение, он замер, словно верующий, увидевший спустившееся в храм божество. Неимоверное количество игрушек, двигающихся, разговаривающих, летающих, прыгающих, бегающих... толпы носящихся между полками детей, запах карамели и печенья, а также хвои...
  
  Виктор присел за столик, поставленный специально для родителей, после чего подтолкнул ребенка к огромному плюшевому медведю, подмигивающему и манящему Марволо мягкой лапой.
  
  - Иди, не бойся.
  
  Охранники профессионально рассредоточились в пространстве, сам ситх следил за сыном с помощью Силы, улыбаясь от яркости детских эмоций. Кофе был просто превосходен, круассаны выше всяческих похвал, молоденькая ведьмочка, подавшая заказ, кокетливо стреляла глазками в его сторону.
  
  Праздничная атмосфера царила вокруг, принося спокойствие. Ситх смотрел по сторонам, разглядывая лица. Сразу было видно, кто есть кто. Вот среднего достатка семья, решившая побаловать своего малыша. Вот более богатые чистокровные маги. Вот, словно ледокол сквозь замерзшее море, величаво прошел аристократ, причем, из самой верхушки - магия, как бушующий ураган и прекрасное лицо. Слишком красивый для человека.
  
  Взгляд ледяных, словно у хаски, глаз лениво скользнул по непринужденно развалившемуся на стуле Виктору, аристократ вежливо кивнул, получив такой же кивок в ответ.
  
  Марволо, пыхтя, приволок огромного плюшевого дракона, дергащего хвостом, обнимая его, как родного. Игрушка хлопала маленькими крылышками и трепетала языком, нависая над ребенком, которого превосходила по размеру раза в два.
  
  - Вот! - гордо заявил малыш, - Я выбрал!
  
  - Замечательно! Хочешь, можешь пойти еще поиграть...
  
  Марволо кивнул, и помчался к другим детям, возбужденно что-то обсуждающим. Виктор довольно улыбнулся: у сына нет и не будет проблем с социализацией, теперь он не станет психопатом, одержимым кучей маний, он приложит для этого все усилия.
  
  ***
  Обратный путь пролег через Косую аллею - Виктор вспомнил про заказ, оставленный в одной из лавок, поэтому решил зайти, все равно по пути. Таралы скользили рядом, следя за окружающими, из Вульфов получились прекрасные телохранители, вся семья очень уважала военную стезю. Марволо гордо нес маленький пакет с лежащей в нем игрушкой, заботливо уменьшенной продавцом.
  
  Праздничное убранство улицы радовало глаз, неожиданно Виктор прищурился, почувствовав приближение чего-то странного. Мелькнул яркий всполох и на ветвь дерева неподалеку сел Феникс.
  
  Ситх, совершенно неожиданно для себя, с трудом подавил желание зарычать, глубоко в груди взметнулось темное пламя ярости и... презрения?
  
  Прислушавшись к себе, ситх с удивлением понял, что щепотка брезгливого презрения действительно есть. Темная Сила недовольно вспыхнула, словно праведник при виде ханжи, во всяком случае мужчина чувствовал именно это, как ни удивительно.
  
  Задавив вспышку усилием воли, Виктор бросил косой взгляд на окутанную едва заметным огненным покровом золотую птицу и крепче взял Марволо за руку, таралы, словно почувствовав недовольство своего господина, подошли ближе.
  
  Двери в книжную лавку распахнулись, из них на улицу вышел высокий рыжеволосый мужчина лет сорока на вид, с аккуратной бородкой, весело сверкая голубыми глазами за стеклами очков. Маг поправил теплую зимнюю мантию яркого лилового цвета и с интересом уставился на проходящую мимо процессию. Феникс слетел с ветки на плечо мужчины, мелодично курлыкнув.
  
  Виктор скользнул по ним равнодушным взглядом, не выказывая ни грамма интереса. Он и так знал, кто это. Альбус Дамблдор, профессор трансфигурации. Светлый маг, как он начинает себя потихоньку позиционировать... и стопроцентный человек.
  
  Ситх прошел мимо, провожаемый внимательным взглядом, направляясь к ярко освещенному магазину, сверкающему украшениями, выставленными в витрине.
  
  Виктор забрал свой заказ, взял Марволо на руки и шагнул сквозь пространство прямо из лавки, попросив разрешения у владельца, в чем ему не отказали, следом за ним аппарировали Вульфы.
  
  ***
  Дома ситх долго раздумывал, сидя в тепло натопленной комнате, после чего пошел в мастерскую, задумчиво смотря на лежащий на столе комплект из измененного силой железа и золота: тонкое колечко, серьга, браслет в виде цепочки. Черный металл основы, золотые надписи на языке ситхов, несколько мелких черных и желтых бриллиантов. Комплект, который защитит Марволо от всего, включая Аваду.
  
  Ситху понадобилось три года, чтобы сделать его, и частично именно поэтому Марволо не выходил из замка, а если и выходил - то только в компании отца. Сейчас на ребенке был комплект попроще, тоже очень хороший, но не настолько. Мальчик растет, значит... Пришла пора его надеть.
  
  ***
  Альбус задумчиво барабанил пальцами по столу, обдумывая случайную встречу. Чудовищно сильный маг, скорее даже, магик, ведущий за руку малыша. Интересно, кто он? Необычный внешний вид, эти золотые глаза... даже Фоукс вел себя странно - птица съежилась, словно пытаясь казаться меньше, впрочем, рекция молодого парня также казалась странной. Обычно, при виде феникса все расцветают улыбками, восхищаются, а тут... презрение и брезгливость.
  
  Почему?
  
  Надо разузнать побольше...
  
  ***
  
  Аббадон Аштарот Малфой, лорд Малфой, с интересом смотрел на зашедшего в помещение молодого мужчину. Высокий, широкоплечий, плавные скупые движения воина, богатая одежда. Странная, могучая сила, исходящая от него, заставляющая оглядываться сильных, а слабых - вздрагивать и пугливо опускать глаза.
  
  Необычного фасона одежды в черно-ало-золотой гамме, меч на поясе, перстень с неразличимым пока гербом на пальце... Молодой мужчина повернул голову и в свете магических огней ярко сверкнули золотые глаза.
  
  Интересно.
  
  Не желтые, как у оборотней, а именно золотые. И строение челюстей слегка отличается от человеческих, они явно мощнее... Мелочи, на которые не обратят внимания, но он - не все. Он - Малфой, и у него есть специфические таланты.
  
  Вошедший маг отпустил малыша, которого держал за руку и тот резво унесся к играющим под бдительным присмотром детям, среди которых резвился и отпрыск Малфоя. Вошедшие с незнакомцем маги, явно охранники, тут же присоединились к наблюдающим за детьми, один незаметно пристроился неподалеку от своего господина, заинтересовав Абаддона еще больше.
  
  Холеный блондин, невообразимо прекрасный по человеческим меркам, нюхом чуял, что незнакомец, сидящий за столиком напротив и пьющий кофе, крайне важен, а своему нюху лорд привык доверять. Он посмотрел на мага в упор и тот сразу же вопросительно посмотрел на мужчину.
  
  Абаддон слегка приподнял бровь и указал глазами на столик, испрашивая разрешения присоединиться. Маг прикрыл глаза и Малфой тут же встал, поправляя светло-серую мантию.
  
  - Вы позволите?
  
  - Прошу.
  
  Наблюдающая за перспективными клиентами молоденькая ведьмочка мечтательно и грустно вздохнула, глядя на эту роскошную парочку. Увы, ей, полукровке, ничего не светит в данном случае, ни с одним, ни с другим.
  
  Холеный блондин женат, об этом свидетельствует кольцо на пальце, кроме того, он лорд, а такие не опускаются до интрижек с обслугой.
  
  Брюнет... увы, тоже ничего не светит. Да и есть в нем что-то опасное... одни золотые глаза чего стоят. Хотя красив, этого не отнять! Впрочем, какая разница! Этот тоже лорд, увы... а иначе бы...
  
  Ситх слегка усмехнулся, поймав отзвук мыслей мечтательно уставившейся на него и его неожиданного гостя девушки. Приятно, ничего не скажешь! Мужское самолюбие воспряло, завертело головой и что-то одобрительно каркнуло. Раз такое дело, оставит ей чаевые побольше.
  
  ***
  Обсудив погоду, два английских джентельмена постепенно перешли к более интересным темам. Малфой поинтересовался, очень ненавязчиво, откуда его собеседник. Виктор так же ненавязчиво ответил, что раньше жил в совершенно других местах, а сюда переехал, поддавшись зову сердца, на что блондин понимающе хмыкнул.
  
  Беседа неспешно шла, пока подбежавший к отцу ребенок не зашипел что-то, протягивая Виктору небольшую металлическую змейку, извивающуюся в его руках. Мужчина хмыкнул, коротко что-то прошипел, заставив игрушку скрутится колечком и, чмокнув сына в щечку, подтолкнул его к остальным.
  
  Малфой прикрыл глаза, пряча вспыхнувший в них интерес. Парселтанг... ну надо же, как интересно. Виктор очаровательно улыбнулся, сверкнув слишком острыми и крупными для человека клыками и непринужденно продолжил разговор.
  
  ***
  
  Альбус внимательно следил за разговаривающим с лордом Малфоем магом. Разузнать удалось немногое: иностранец, поселился в Англии, купил поместье, имеет сына. Вдовец. Имя умершей жены разузнать не удалось, но было ясно, что род очень старый.
  
  Сидящий на плече мага феникс курлыкнул под рукой мага, сверля брюнета круглыми глазками. Неожиданно глаза поймали отблеск и Альбус с изумлением увидел свисающий с шейки малыша серебряный медальон, на котором были ясно видны две вставшие на дыбы змеи.
  
  - Слизерин? - потрясенно пробормотал мужчина. Запыхавшийся малыш, удиравший от с визгом гоняющихся за ним детей поправил медальон, запихивая его под одежду и потопал к отцу, явно устав.
  
  - Фоукс... поможешь? Пожалуйста!
  
  В глазах птицы мелькнуло что-то непонятное, но с почти человеческим вздохом феникс подчинился. Расправив крылья, он спрыгнул с колен мага и плавно подлетел к столику. А затем... все окружающие впали в шок.
  
  ***
  
  Виктор посадил сына за стол, вытирая вспотевший лоб платком. Малфой одобрительно улыбнулся, прося представить юного господина, как неожиданно над головами что-то мелькнуло. В следующее мгновение силуэт Виктора просто расплылся, а когда через секунду он застыл, в руках ситха пучил глаза и раскрывал клюв схваченный за глотку и лапы феникс.
  
  
  
  
  *тарал - тот, кто защищает (Ситхское)
  
  ** в Шотландии отмечают Новый год и Рождество наравне, как у нас.
  
  
  
  
  Глава 9.
  
  
  
  
  Феникс что-то хрипло каркнул, закатывая глаза и вяло трепыхаясь в стальной хватке Виктора.
  
  Ситх скривился, его верхняя губа дернулась, как у разъяренного волка, показав очень впечатляющие клыки. В груди жгло от бешенства и дикой ярости. Мужчина крепче сжал пальцы, вызвав у птицы еще один полузадушенный хрип, с трудом удерживаясь от рычания и желания свернуть наглой курице-переростку шею.
  
  Марволо, сосредоточенно до этого тискающий змейку, сжался, рядом с ним тут же выросли таралы, прикрывая ребенка от возможной опасности. Охрана, наблюдающая за детьми, играющими в этом маленьком раю, напряглась, ожидающие отпрысков родители нахмурились.
  
  Сидящий за столиком Малфой с интересом отметил вспыхнувшие маленькими солнцами глаза, появившиеся на миг алые росчерки на белках, странно заострившиеся черты лица... а так же тяжелую силу, исходящую от его собеседника.
  
  Впрочем, через секунду все исчезло, словно и не было, так что, когда к ним подбежал рыжеволосый мужчина в лиловой мантии, Виктор уже был относительно спокоен.
  
  - Ваше животное? - с отвращением процедил ситх, бросая на мага такой взгляд, что тот споткнулся от неожиданности. - За нападение на ребенка я могу шею свернуть и ему и вам.
  
  - Что?! - опешил Дамблдор, совершенно не ожидавший такого приема. - Шею? Но за что? Это феникс! Он не опасен!
  
  - Говорите это кому-то другому, - прошипел Виктор, поднимая пискнувшего феникса за лапы и демонстрируя внимательно наблюдающим окружающим острые когти. - Феникс - родня саламандр, обладает способностями к трансгрессии. И вы говорите, что он - не опасен?
  
  - Простите, но это мой фамилиар...
  
  - Все еще хуже, чем я думал, - мрачно констатировал Виктор, и не думая выпускать из рук закатывающую глазки птицу. - Значит, он действовал по вашему приказу. И напал на моего сына.
  
  Атмосфера в магазине накалилась молниеносно. Играющих детей стали окружать возникающие словно из небытия охранники, начали подтягиваться родители, засуетился персонал.
  
  Дамблдор замер, бешено соображая, как выпутаться из крайне щекотливой ситуации. Все сразу же, с первого момента пошло не так. Фоукс должен был сесть на стол, запеть, успокаивая магов и настраивая их на благодушный лад, позволяя подобраться поближе. Особая песня феникса, подталкивающая магов проникнуться к птице и ее хозяину теплыми чувствами, облегчающая вхождение в доверие.
  
  Самое главное - первое впечатление.
  
  Тем более, феникс - создание Света, да и красив сам по себе, плюс его песни поистине услада для ушей. Самое оно. А там уже можно начать беседу, ведь есть прекрасная тема, общая для всех магов - Хогвартс, и на этой основе можно прекрасно построить разговор.
  
  Но в этот раз многократно проверенный сценарий не задался с самого первого момента: магик схватил феникса прежде, чем он успел приземлиться и, раскрыв клюв, издать первую трель.
  
  После чего поднял на уши всех, обвинив феникса и его хозяина в нападении на ребенка.
  
  - Прошу прощения за это недоразумение, - рассыпался в извинениях Альбус, буквально источая всеми порами раскаяние и осознание вины. Прямо так и ожидался вопль "Mea culpa!" и биение себя пятками в грудь. Брезгливость, мелькнувшая на мгновение в золотых глазах вызвала понимающую усмешку у Малфоя, едва заметно скользнувшую по губам.
  
  - Искренне прошу прощения. Чем я могу загладить это недопонимание? Мне очень жаль, что так получилось, Фоукс лишь хотел спеть...
  
  - Спасибо, не надо, - скривил губы Виктор. - Если я захочу песен, схожу в оперу. Пусть это и платно, зато безопаснее для психики. А теперь убирайтесь, и забирайте своего петуха.
  
  Ситх брезгливо швырнул скукожившуюся от ужаса птицу, боязливо моргающую черными глазками.
  
  - А в качестве компенсации я требую слезы.
  
  - Чьи? - опешил от такого напора маг. Виктор фыркнул.
  
  - Феникса, естественно! Не ваши, это точно!
  
  По магазину пронеслась волна тихих смешков, маги расслабились, расходясь по своим местам. Ситх слегка наклонился, между растянутых в злобной ухмылке губ мелькнули кончики клыков.
  
  - Ты ведь дашь мне слез?
  
  Фоукс, все так же лежащий поджав лапы на столе, мелко закивал, вызвав у сидящего рядом Марволо восхищенный вздох. Один из таралов поставил перед птицей флакон с широким горлом, в которое сразу же закапала влага, под довольным взглядом Виктора и недовольным Альбуса.
  
  Флакон наполнился, Дамблдор тут же подхватил своего фамильяра и заспешил прочь, Виктор присел, подзывая ведьмочку.
  
  - Еще кофе, круассан с клубникой, творожную запеканку моему сыну.
  
  - Мне то же самое, кроме запеканки, - лениво повернулся к девушке Малфой. Та кивнула и умчалась прочь.
  
  - Молодец, Марволо! - потрепал по кудрявым волосам сына Виктор. - Я смотрю, ты совсем не испугался!
  
  - Нет! - гордо задрал нос ребенок, попытавшись напыжиться. Виктор усмехнулся, сейчас сын напоминал ему крошечного котенка, который пытается пушить шерстку, угрожающе шипеть и скалить клыки, а сам трясется от ужаса и только и мечтает удрать в какую-то щель.
  
  Вообще, ребенок был немного напуган резким появлением птицы, а затем и реакцией отца, но лишь немного. И это хорошо. Дети крайне впечатлительны, нельзя допустить, чтобы у Марволо появились какие-то страхи. Ситх осторожно коснулся разума сына и прикрыл глаза: мальчик не успел осознать опасность, но отлично понял, что отец его от чего-то защитил. Замечательно. Одновременно прослеживалась настороженность и зарождающаяся неприязнь к фениксу и его хозяину, которого ребенок плохо запомнил, только как какое-то яркое пятно.
  
  Что ж, тоже неплохо.
  
  - Я смотрю, феникс вам не понравился, - непринужденно заметил Абаддон, пригубив чашку с кофе. Виктор брезгливо передернул плечами, отмечая, как внимательно прислушивается к беседе сидящий неподалеку неприметный маг. Невыразимец?
  
  - Не люблю... - ситх задумался, пытаясь подобрать сравнение попонятнее и попристойнее, - ханжей-нахлебников.
  
  - То есть? - изумился блондин. Виктор брезгливо скривился.
  
  - Они считаются созданиями Света, но это не значит, что эти твари такие уж хорошие, как им приписывает молва. Фениксы - эгоисты, хуже кукушек. Тем более... эта птица умеет трансгрессировать с грузом, очень быстро и очень далеко. Унести ребенка ему раз плюнуть. Вы над таким задумывались?
  
  Судя по внезапно побледневшему лицу Малфоя - нет.
  
  - Кроме того, он является Огненным, в родстве, правда дальнем, с саламандрами. Может выжечь огнем все, в радиусе десяти ярдов. По эффекту - Адское пламя. Так, кажется, называют у вас это заклинание?
  
  Блондин немного заторможенно кивнул, замерев с чашкой в руках. Ситх усмехнулся, посмотрел на сосредоточенно доедающего запеканку сына, после чего нанес добивающий удар.
  
  - Впрочем, каков хозяин - таков и питомец. Неудивительно, что у такого... человека... такой фамильяр. С его-то происхождением и моральным обликом...
  
  - Что вы имеете в виду? - прищурился пришедший в себя лорд. Ситх дернул бровью и подал знак ведьмочке.
  
  - Счет, пожалуйста! Да, так... ходят слухи...
  
  Малфой понятливо прикрыл веки, Виктор отлично понял, что вскоре жизнь Дамблдора рассмотрят со всех сторон и крайне тщательно. Что ему и нужно. Судя по тому, что разузнал он, не такой уж Альбус и Светлый, как заявляет на каждом углу. Вот пусть с ним и его компанией маги и разбираются, у него других дел полно.
  
  В конце концов, он их проблемы решать не нанимался, у него своих хватает.
  
  ***
  
  - Ну что опять? - глава невыразимцев подпер голову рукой, тоскливо уставясь на подсунутую ему прямо под нос папку с очередным отчетом. Его заместитель хмыкнул и услужливо распахнул папку, открывая несколько аккуратно подколотых листов. Густав вздохнул, но все-таки подтянул ее к себе поближе, вчитываясь в бисерный почерк.
  
  Пробежав пару строк глазами маг напрягся, и стал читать куда более внимательно, чем до этого. Закончив, Густав побарабанил пальцами и уставился на подчиненного.
  
  - Это все?
  
  - Пока что, - понимающе поджал губы Карл.
  
  - Ясно... очень познавательно. Очень... особенно вот эта пара моментов...
  
  - Про песню?
  
  - Да. Пусть Жиль покопается как следует в архиве, а Аманда пройдется по тем, для кого эта пташка кукарекала. Не думаю, что ситх сказал это просто так.
  
  - Это точно, намек более чем прозрачный.
  
  - Дальше. Пусть прошерстят всю подноготную этого Альбуса. Что-то здесь не стыкуется... - Густав постучал пальцем по папке с отчетом. - Очень не стыкуется.
  
  ***
  
  Альбус недовольно мерил шагами комнату, изредка поглядывая на скукожившегося на своей жердочке феникса. Птица дрожала во сне, засунув голову под крыло, словно пытаясь укрыться от жестокого внешнего мира. Фоукс мелко подрагивал, время от времени осматривая комнату мутными глазами и снова засыпал, пытаясь отойти от недолгого общения с неизвестным магическим существом.
  
  Так неудачно завершившаяся попытка познакомиться принесла сплошные проблемы, хотя должно было быть все совсем наоборот. Но, увы! Он не смог удержаться, увидев на груди малыша реликвию, оставшуюся от одного из Основателей. Нельзя было упустить такой удачный момент для знакомства!
  
  И на тебе! Все пошло книзлу под хвост! Сволочной магик едва не свернул шею фениксу, причем для мага оставалось загадкой, как же он смог удержать птицу, способную молниеносно трансгрессировать. Фоукс только и мог, что трястись от ужаса, Альбус первый раз видел такую реакцию. Почему? Ответа не было.
  
  Попытавшись спросить феникса, маг получил в ответ полный страха взгляд, набор сумбурных и невнятных картинок, после просмотра которых он понял, что ничего не понял, и жалобные писки. Все.
  
  Зато неприятности и реакция на сцену в кафе уже успела последовать. Диппет прислал ему письмо с требованием зайти в Хогвартс завтра утром, совы успели доставить пару вопиллеров с гневными сентенциями... Про подмоченную репутацию и говорить не стоило.
  
  Побегав по комнате, Альбус выдохнул, попытавшись успокоиться, и застыл, глядя в окно. Мысли продолжали раздирать мозг. Вопросы множились, а вот ответов на них не было.
  
  Смущало многое. Начать стоило с того, что Альбус так и не смог понять, кто же перед ним. Эльф? Отпадает. У всех видов эльфов есть характерные черты во внешности: удлиненное лицо, высокие скулы, длинные, изящные кисти рук с хорошо развитыми предплечьями.
  
  Орки и так далее, тоже отпадали, они рослые, мощные, ширококостные. Сидхе? Тоже нет! Их выдает кожа, слишком гладкая, слишком ровная, слегка золотистая или молочно-белая. Легкое сияние, исходящее от сидхе скрыть тяжело. Да и трехцветные глаза.
  
  Вейлы, сильфиды и прочие дриады? Можно даже не рассматривать. Только по женской линии, исключений нет. Иномирцы? В частности демоны? Вот эту версию можно рассмотреть, было в этом магике нечто... близкое к выходцам Инферно... но, опять-таки, не совсем!
  
  Ладно, хрен с ним, с происхождением этой высокородной сволочи, есть еще интересные моменты. Ребенок. Малыш, носящий на шее медальон Слизерина. Альбус прекрасно рассмотрел блеск лунного серебра и сияние изумрудов. Две змеи, стоящие в угрожающей стойке - личный знак древнего темного мага. Получить такое можно только по наследству, а раз медальон не таскает взрослый, значит, ребенку он достался от матери.
  
  И кто может быть матерью? Род Слизерин не существует уже достаточно давно, четыре века. У них был только один родственный дом - Мраксы. Насколько он знал, вроде еще даже живые. Или нет? Неважно, главное, что мальчик, скорее всего - Мракс...
  
  Так, надо будет навести справки. А пока - отдыхать. Завтра с утра его ждет Хогвартс и недовольный директор. Впрочем, посмотрим.
  
  ***
  
  Сидящий за столом из темного дерева среднего роста осанистый мужчина недовольно смотрел на посетителя, скромно притулившегося на стуле напротив. Хозяин огромного кабинета был уже стар, а по меркам маглов - так вообще древен. Три сотни лет, очень неплохой возраст для чистокровного мага, хотя ни один магл не сказал бы, что сидящий за столом смог столько прожить.
  
  Выглядел он лет на шестьдесят-семьдесят, бодрый, подтянутый, с хорошо сохранившейся фигурой, все еще густой шевелюрой, пусть и совершенно седой, и ясными карими глазами. Морщинистое лицо с резкими чертами украшала залихватская эспаньолка и лихо закрученные усы. Строгая черная мантия с синими вставками, блестящие сапоги и несколько скромных серебряных украшений, маг прекрасно вписывался в обстановку кабинета - все строго, лаконично, функционально.
  
  Посетитель в яркой лиловой мантии выглядел здесь неуместно.
  
  - Мистер Дамблдор, - Армандо Диппет недовольно осмотрел мужчину, бросив косой взгляд на стопку писем, лежащих на столе. - Вчера мне пришло несколько посланий, в которых маги, родители учащихся в данном учебном заведении студентов выражали недоумение и опасение по поводу морального облика некоторых профессоров. В частности вас, мистер Дамблдор.
  
  Альбус попытался было раскрыть рот, но Диппет сделал резкий жест, обрывая еще не начавшуюся речь.
  
  - Хогвартс - элитная школа. Сюда принимают на работу тех, кто сможет учить, передавать юным магам накопленные знания, кто развивает магические дисциплины. Это тяжелый, но почетный труд, который окупается сторицей.
  
  Диппет помолчал, нагнетая обстановку, после чего продолжил.
  
  - Вы прекрасно знаете, мистер Дамблдор, что все желающие преподавать проходят суровый отбор. Учитывается многое. И знание предмета, и умение его преподнести учащимся так, чтобы оные заинтересовались изучаемым предметом, а не просто отбывали повинность. Характер преподавателя, воспитание, магическая сила. И, естественно, моральный облик. Мы не можем себе позволить, чтобы преподаватель, лицо Хогвартса, позорил его какими-либо словами или поступками. Вы проработали у нас пол года. Срок, за который вы сумели произвести на меня хорошее впечатление. Вы аккуратны, умеете работать с детьми, хорошо знаете свой предмет. Однако... недавнее происшествие заставляет задать вопрос...
  
  Маг сложил пальцы домиком, разглядывая сидящего прямо, словно палку проглотил, Дамблдора.
  
  - Вы, вообще, понимаете, что натворили?
  
  - Господин Директор, - Дамблдор собрался, всем своим видом демонстрируя глубокое раскаяние, - то, что произошло - трагическая цепь случайностей, приведшая к недопониманию. Вам прекрасно известно, что Фоукс абсолютно безвреден. Он истинное дитя Света, несущее в себе только благо для окружающих! Феникс очень любит радовать окружающих своими песнями, он любит детей, и не смог удержаться, чтобы не... утешить загрустившего малыша. Мне больно от того, что желание помочь было встречено столь негативно, однако, увы, не в моих силах повлиять на чье-либо мнение. Жаль, что все было понято так превратно...
  
  Маг сокрушенно покачал головой, всплескивая руками. Диппет молча смотрел на него, о чем думал директор, понять было совершенно невозможно, лицо мага выражало только внимание, и ничего больше.
  
  Кабинет заполнился тишиной, мужчины молчали, даже портреты на стенах притихли, практически не шевелясь.
  
  - Что ж, - неожиданно отмер Диппет. - Мистер Дамблдор, вы находитесь на испытательном сроке. Срок этот продлится до окончания учебного года, и только от вас зависит, будете ли вы преподавать дальше или нет. Что же касается вчерашнего происшествия... я пригласил лорда Сит-Ари на встречу, так как хотелось бы получить сведения не только от одной стороны. Вы свободны, мистер Дамблдор.
  
  Маг встал, поклонился и вышел из кабинета, внутренне кипя от возмущения, но сохраняя на лице грустное выражение несправедливо оболганного человека. Альбус неторопливо шел по пустому Хогвартсу (все разъехались на каникулы, да и профессора оправились по домам навестить родных и близких), размышляя о том, к чему привели его поспешность и любопытство.
  
  ***
  
  Виктор сделал шаг, выходя из подпространства. Его способ путешествовать был похож на аппарацию магов только слегка. Если волшебники словно прорывались сквозь пространство, то он именно скользил по потокам, находя обходные пути. Не было такой потери сил и усталости, не грозило расщепление и прочие ужасы, все было легко, быстро и экономно.
  
  И что больше всего нравилось ситху, это невозможно было блокировать, как порт-ключи или аппарацию.
  
  Хогвартс впечатлял даже издали. Сама школа находилась в крепости, самой настоящей. Назвать ее замком - значило польстить: толстенные и высоченные стены, острые шпили и крутые скаты крыш (очень удобно против драконов), узкие окна-бойницы, и толстый слой защитных плетений, похожих на положенные одна на другую мелкоячеистые сети, вдобавок сшитые прихотливым узором.
  
  Замок стоял на Источнике - это Виктор ощущал так же ясно, как и то, что этот самый источник был силен и за ним тщательно следили. Впрочем, это было видно даже так, обычным взглядом: крепкая кладка стен, никаких трещин, неухоженности или признаков обветшания. Явно директор и деканы исполняют свои обязанности, как полагается, а не замкнули на себя систему, как свидетельствовал канон: иначе откуда в волшебном строении возьмется грязь, появятся пустые, непригодные для жизни и использования помещения и прочие непотребства? Вроде низкой температуры в классах или общежитии?
  
  Зато директор козликом поскакивает и поглядывает...
  
  Ситх осмотрелся, с наслаждением вдыхая чистый морозный воздух, постоял немного на вершине холма и неторопливо зашагал к воротам - погода была самое оно для того, чтобы пройтись в свое удовольствие. Тем более, что спешить не требовалось, он пришел заранее, так что, почему бы и не поддаться на души прекрасные порывы?
  
  Тонкий слой снега похрустывал под сапогами, Сила надежно защищала от низкой температуры и пронзительно-холодного ветра, трепавшего кудрявую гриву. Виктор слегка улыбался, рассматривая окрестности и Хогвартс, готовясь к предстоящему разговору. Письмо Диппета его приятно удивило. Директор школы отреагировал на происшествие с одним из его подчиненных практически мгновенно, прося о встрече с целью прояснить ситуацию.
  
  Это не могло не радовать, и ситх решил согласиться, ведь наладить контакт с директором - очень выгодно. Так что, он привел себя в порядок, выбрав дорогую, но скромную на первый взгляд одежду... а на второй - знающий поймет, что на нем надето маленькое состояние. Ведь встречают по одежке, а провожают... по-всякому.
  
  ***
  
  Армандо Диппет за свою жизнь навидался всякого. И Дикую охоту сидхе видел, и от слуа отбивался, и на свидания с эльфийками бегал, и даже помогал как-то закрыть прокол в Инферно. Однако, сегодняшний гость поставил его в тупик. Чистокровный маг в энном поколении, Диппет получил прекрасное образование, кроме того, он всю жизнь учил и учился сам, получил мастерство в нескольких дисциплинах, воспитал уйму талантлливых магов, как чужих, так и родных... Однако такого... магика... он встретил впервые.
  
  Это было интересно, неизвестность будоражила разум, призывая попытаться разгадать загадку.
  
  Все-таки этикет - великая вещь. Набор штампов, определяющих поведение в той или иной ситуации чрезвычайно удобен, в том числе и при встрече по такому не слишком приятному поводу. Виктор и Армандо раскланялись, присели, обменялись вежливыми фразами, показывая, что не воспринимают все слишком лично.
  
  - Лорд Сит-ари... - Диппет слегка поджал на мгновение губы, собираясь с мыслями. - Когда меня известили о произошедшем... инцинденте, - маг поморщился, пусть и на мгновение, но Виктор это отметил, - я был... удивлен. Да, именно так. Вначале я был удивлен, что кто-то вообще мог решить, что феникс способен напасть, это было даже забавно. Однако, затем я вспомнил полную характеристику этого представителя волшебной фауны, о которой грешным делом стал забывать, и мне стало совсем не смешно.
  
  Виктор слегка пожал плечами, показывая, что тоже не находит в данной ситуации ничего смешного, украдкой рассматривая кабинет. Большой, очень светлый, благодаря большим окнам, расположенным по периметру помещения, украшенный портретами самых знаменитых директоров Хогвартса, с книжными шкафами, дорогой мебелью из темного дерева, и паркетным полом.
  
  Сейчас обитатели кабинета следили за разговором, шушукаясь и переходя из картины в картину. Для Виктора это было в новинку, но отторжения как такового не вызывало. Порывшись в памяти, он сразу же подобрал аналог - Призраки Силы. Могут помочь, а могут так навредить... причем, исключительно с помощью длинных языков, что просто мрак. С ними надо держать ухо востро.
  
  - Я понимаю, что эту ситуацию можно повернуть по-всякому, но сейчас меня интересует ваше мнение, как непосредственного участника. Надеюсь, вы прольете свет на произошедшее. Скажите, почему вы восприняли феникса как угрозу?
  
  - С удовольствием, - слегка наклонил голову Виктор. - Феникс... - Мужчина брезгливо скривился. - Может, маги и видят в этом создании дитя Света и, соответственно, Добра, я же воспринимаю его как... извращение.
  
  - Почему вы так считаете? - прищурился директор. Мужчина хмыкнул.
  
  - Все очень просто. Фениксы - это ханжи и нахлебники. Пусть они и являются волшебными созданиями, детьми Огненной стихии, как и саламандры, например, но! Они не образуют пару, не приносят приплод, они живут только для себя. Крайняя форма эгоизма. И то, что данное... ммм... создание позволяет считать себя фамилиаром... скажем так, я в такое не верю. Узы фамилиара подразумевают верность до гроба, верно? - золотые глаза лукаво сверкнули. Диппет кивнул, с интересом слушая сидящее перед ним магическое создание. - Так вот... Скажите, какая может быть верность у существа, которое бессмертно по своей сути? Которое рождается и умирает по своему желанию?
  
  Глаза Армандо потемнели, когда он осознал сказанное.
  
  Действительно, в любом источнике, повествующем о фамильярах и узах, связывающих их с избранным хозяином, всегда четко и внятно говорилось, что узы накладываются только один раз! И разорвать их можно или по обоюдному желанию сторон, в случае, если фамильяр разумен, или... они разрываются сами при гибели кого-то одного.
  
  А теперь представим ситуацию: бессмертное существо, связавшее себя со смертным магом, умерло, в результате чего связь была разорвана, после чего ожило, возродившись в новом теле. И что? Опять Узы накладывать? И опять? И... опять?
  
  Очень смешно, обхохочешься.
  
  Самое смешное было в том, что маг и сам это прекрасно знал, только почему-то пропустил мимо внимания. А ведь этот... гордый птиц... был у него перед глазами полгода. Так почему же он не поправил Дамблдора, когда тот назвал Фоукса фамильяром? Ведь феникс фамильяром быть не может по определению, он может быть только Спутником - то есть тем, кто добровольно и без принуждения находится рядом с избранным магом, не заключая Узы.
  
  Разница на первый взгляд небольшая, но очень принципиальная.
  
  Узы можно наложить, не спрашивая согласия, если налагающий в этот самый момент сильнее, чем тот, кого связывают. А вот Спутник... только добровольно. Это можно сравнить с браком, официальным и гражданским. Иная любовница находится в гораздо более лучшем положении, чем окольцованная жена, невзирая на насквозь неофициальный статус.
  
  - Гхм!
  
  - Я, как любой отец, озабочен безопасностью своего сына. Он мал и не может ни защитить себя, ни адекватно оценить опасности, поджидающие его в этом мире. Феникс летел прямо на него, видимо рассчитывая сесть на спинку стула. Мне плевать, будь он даже самым добрым существом во всей вселенной, когда нечто не спрашивая моего согласия появляется в опасной близости от моего ребенка, я буду это нечто уничтожать и пресекать угрозу. Если этому... существу... - ситха на мгновение перекосило от ненависти, - так уж сильно хотелось облагодетельствовать нас, смертных, - в золотых глазах мелькнуло что-то непонятное, странная ирония, - то он мог дать знать об этом желании своему хозяину, а тот мог подойти и спросить разрешения. Так что, в данной ситуации виной всему стало не недопонимание, как сокрушался мистер Дамблдор, а банальное хамство и вопиющая невоспитанность.
  
  Диппет задумчиво покивал, портреты зашушукались еще активнее. Виктор отметил, что прибавился еще один зритель - высокий мужчина, с длинными гладкими темными волосами, падающими на плечи, одетый очень старомодно, в одежды минимум тысячелетней давности, узколицый, белокожий, с необыкновенно живыми и умными черными глазами.
  
  Он стоял в стороне от остальных жителей портретов, прячась в тени какого-то цветущего куста, изображенного в качестве фона, машинально теребя иногда пальцами серебряный медальон, свисавший на достаточно толстой цепочке. Сверкнули несколько мелких изумрудов, и Виктор понял, кто это. Слизерин, собственной персоной.
  
  Ну надо же, как интересно!
  
  - Что ж, - очнулся от размышлений Армандо, - теперь мне все стало гораздо более понятным. Со своей стороны приношу Вам свои извинения, ведь мистер Дамблдор является одним из моих подчиненных. Могу вас уверить, я проведу разъяснительную беседу. Надеюсь данный инциндент не создал у вас превратное мнение о Хогвартсе.
  
  Виктор признательно наклонил голову.
  
  - Ну что вы... Я о детище Основателей слышал только превосходное. Это радует, ведь мой сын пойдет учиться именно сюда.
  
  - Вы хотите составить контракт?
  
  - В этом нет нужды, он уже давно составлен, - пожал плечами ситх. - Как и положено потомку Основателей, Марволо станет учеником, скорее всего, Слизерина.
  
  - Вы уверены? - улыбнулся Армандо. - Иногда на распределении бывают казусы.
  
  Виктор тихо рассмеялся, отмечая краем глаза, что Слизерин с интересом подался вперед, прислушиваясь.
  
  - Более, чем. С его характером... кроме того, где еще должен учиться потомок Мраксов?
  
  Армандо вскинул голову, молниеносно прокручивая в голове информацию, связанную с Мраксами. Младший дом рода Слизерин, родовые таланты... упадок, вырождение... Однако! С чего бы это магику (а Диппет видел это ясно и четко) связываться с практически отверженными? Значит, что-то осталось в их крови, что привлекло представителя неведомой волшебной расы? А вот кто именно привлек его внимание, и так ясно. Меропа. Девушка в Хогвартс не ходила, в отличие от ее брата и отца, Армандо ее не видел, сказать ничего определенного о ней не мог.
  
  Но, судя по всему, мозги у нее были, раз она сумела каким-то образом женить на себе магика.
  
  - Мраксы... судя по всему, ваша супруга - Меропа Мракс?
  
  Слизерин на картине подался вперед, крепко сжав в волнении медальон, остальные едва не вываливались из рам, с таким вниманием портреты вслушивались в каждое произнесенное слово.
  
  - Да. Наш брак был, к моему глубочайшему сожалению, очень коротким. Всего-лишь год, но это время я буду вспоминать как необыкновенно счастливое...
  
  Диппет бросил взгляд на черный браслет, выглядывающий из-под рукава, и слегка наклонил голову:
  
  - Примите мои соболезнования.
  
  - Благодарю.
  
  - Что ж... раз Контракт заключен, буду рад видеть вашего сына в сих стенах. Думаю, малыш еще потрясет магический мир...
  
  - Несомненно, - слегка улыбнулся Виктор. - Марволо - просто сгусток достоинств, достойный наследник знаменитых предков. Думаю, факультет Слизерин будет им гордиться.
  
  - Замечательно.
  
  Потратив еще пару минут на вежливые расшаркивания, мужчины встали, и раскланялись. Слизерин, не выдержав, подошел ближе, что-то обдумывая. Дождавшись ухода гостя, нарисованный маг метнулся куда-то в сторону, исчезнув с картины.
  
  Виктор прошел уже половину пути, как его остановил тихий голос и мелькнувшее на еще секунду назад неподвижном пейзаже движение.
  
  - Лорд Сит-ари?
  
  Виктор бросил быстрый взгляд по сторонам, убеждаясь, что никого поблизости нет, после чего поставил щиты и обратил внимание на неожиданного собеседника.
  
  - Лорд Слизерин, не так ли?
  
  - Именно, - слегка усмехнулся нарисованный маг. - Не хочу показаться навязчивым...
  
  - Сегодня в гостиной повесят картину. Пейзаж или натюрморт?
  
  - Натюрморт.
  
  - Хорошо. Бывший бург Остер, знаете такой?
  
  Глаза Салазара на секунду приобрели круглую форму.
  
  - О!
  
  - Именно. Я открою вам проход.
  
  Кивнув, Виктор снял щиты и невозмутимо пошел дальше, провожаемый задумчивым взглядом нарисованного мага. Выйдя за пределы защиты, ситх осмотрелся, постоял немного, любуясь зимним пейзажем, и скользнул свозь пространство на Косую аллею.
  
  Надо выбрать натюрморт поаппетитнее.
  
  ***
  
  Здоровенная картина (самая большая, что нашлась) диссонировала с обстановкой, но ситху было плевать. Слизерину - тем более. Появившийся ближе к вечеру маг неторопливо огляделся, потыкал пальцем какой-то экзотический фрукт и вежливо раскланялся с хозяином, пожирая взглядом играющего на полу, покрытом толстым ковром и пушистыми шкурами маленького темноволосого мальчика.
  
  Марволо, поглощенный процессом игры с металлической змейкой, не обращал ни на что внимания. Он позал по шкурам, азартно шипел, и таскал игрушку за хвост.
  
  На узком лице мага, наблюдающего с картины, все сильнее расплывалась довольная улыбка.
  
  - Милый малыш...
  
  - И не говорите, - ухмыльнулся зашипевший Виктор. Салазар повернул к нему горящий радостью взгляд.
  
  - У вас тоже имеется этот дар?
  
  - Да.
  
  Слизерин прошелся по картине, машинально цапнув краснобокое яблоко. Ситх, развалившийся в кресле, наблюдал за о чем-то напряженно размышляющим магом.
  
  - Кто вы? - Слизерин отложил яблоко, напряженно вглядываясь в золотые глаза. - Вы ведь Истинный, не так ли?
  
  Виктор улыбнулся, сверкнув слишком длинными для человека клыками.
  
  - Вы не вампир, у тех два, а не четыре клыка, не оборотень, не...
  
  - Я первый представитель моего вида на этой планете, - прервал размышления мага Виктор. И, пока что, единственный.
  
  - Дитя?
  
  - Он пошел в мать.
  
  - Ясно... а...
  
  - Марволо - настоящее чудо Магии. Благодаря жертве Меропы в нем полностью обновлена кровь рода, проснулись все дары, есть личные способности. Он будет Великим магом, в этом я уверен.
  
  Салазар на мгновение закрыл глаза, сжав кулаки.
  
  - Отрадно это слышать. Я уж было решил, что все мои потомки вымерли...
  
  - Нет.
  
  - Почему вы ополчились на этого... Дамблдора? - испытующе прищурился Слизерин. - Я же вижу, дело не только в фениксе.
  
  - Не люблю, - золотые глаза на миг окутались алой паутиной, - когда на моих родных строят планы всякие... отбросы.
  
  - Вот как... - понимающе протянул Салазар. - Что вы предпримете?
  
  Ситх ухмыльнулся, проведя пальцами по горлу, и нарисованный маг довольно оскалился, сверкнув изогнутыми, как у гадюки, тонкими клыками.
  
  - Удачной охоты и приятного аппетита.
  
  ***
  
  Сидящий в массивном, покрытом вычурной резьбой кресле средних лет мужчина небрежно откинул за спину прядь золотых волос, с любопытством уставившись на простое, запечатанное прекрасно известным ему знаком, письмо.
  
  Привычно проверив послание на различного рода неприятные сюрпризы, маг распечатал конверт и погрузился в чтение. По мере чтения брови все больше сходились на переносице, а голубые, ясные, как безоблачное небо, глаза стали сереть - признак надвигающегося бешенства.
  
  Недовольно выдохнув, маг посидел пару минут, успокаивая нервы, после чего принялся внимательно перечитывать письмо, отмечая интересные моменты.
  
  - Вот как! - выдохнул маг, встряхивая головой. - Как забавно! Проверим...
  
  Холеная рука отбросила послание на стол, сверкнул перстень с гербом. Мужчина выпрямился, демонстрируя армейскую выправку, запахнул роскошный халат, и направился в портретную галлерею. Такие новости следовало обсудить, и немедленно.
  
  
  
  
   *"Mea culpa (рус. моя вина), mea maxima culpa" (рус. моя величайшая вина) - формула покаяния и исповеди в религиозном обряде католиков с XI века.
  
  
  
  Интерлюдия. Иллюзия реальности.
  
  
  25 мая 1977 год.
  
  Голливуд. Кинотеатр "Санрайз".
  
  
  Публика гомонила, фланируя по холлу и рассматривая афиши, висящие на стенах. Шум заполнял помещения кинотеатра, разбавляя торжественную атмосферу: высоченные потолки, лепка и паркет, красные ковровые дорожки и тяжелые бархатные шторы и заградительные шнуры с золотыми кистями. Кинотеатр выглядел дорого, торжественно и очень пафосно.
  
  Из атмосферы всеобщего веселья и ожидания чуда выбивались слегка бледноватые лица режиссера и съемочной группы в полном составе: никто не знал, как публика отреагирует на представленный их вниманию фильм. Актеры и операторы нервно и немного плоско шутили, скалясь в камеры журналистов, представители кинокомпании сверлили их нечитаемыми взглядами.
  
  И только один человек в толпе мечтательно улыбался, наблюдая это броуновское движение сквозь черные солнцезащитные очки, тихо мурлыкая под нос какую-то торжественную мелодию. Высокий шатен лет тридцати, не больше, на вид, одетый в дорогой, индивидуального кроя костюм, опирающийся на трость, он выглядел несколько неуместно в этой толпе, жаждущей зрелища, но люди не слишком обращали на него внимание, просто проходя мимо.
  
  Стоящий рядом молодой мужчина не старше двадцати пяти, одетый в такой же костюм, который можно было выставлять в витрину с пометкой "Образец английского кроя", вздохнул, несколько раздраженно оглянувшись по сторонам.
  
  - И что я тут делаю... - процедил он, с неудовольствием сморщив нос. Мужчина постарше хмыкнул.
  
  - Я тебя на привязи не тянул, если не хочешь, то запросто можешь уйти.
  
  - И так и не узнать, из-за чего ты в последние полтора года сам не свой? Нет уж! Я не смогу пропустить это зрелище! - сверкнул темными глазами брюнет, тряхнув кудрявой гривой. Его спутник тихо рассмеялся.
  
  - Ах, Марволо... ты все так же нетерпелив и любопытен, как в шесть лет!
  
  - Отец! - простонал брюнет,укоризненно глядя в черные стекла очков. Шатен рассмеялся, откинув с лица прядь цвета шоколада.
  
  - Идем, сын. Пора.
  
  На лице мужчины застыло предвкушение от встречи с давно ожидаемым событием.
  
  ***
  
  - Странно...
  
  Отец и сын, хотя никто из людей их так бы не назвал, максимум - братьями, неторопливо шли по бульвару Сансет, наслаждаясь вечерней прохладой и разглядывая вывески и людей.
  
  - Что именно?
  
  - Отец... ведь Вейдер назван Лордом Ситхов не просто так? - Марволо испытующе посмотрел в глаза отца, скрытые стеклами. - Джедаи эти... Сила... Все это имеет смысл. Не так ли?
  
  Мужчина рассмеялся и снял очки. В закатных лучах солнца запылали расплавленным золотом нечеловеческие глаза.
  
  - Ты же умный, Марволо... - прошептал шатен. - И должен знать - в любой сказке есть рациональное зерно. Та страшная в своей обыденности основа, на которую нарастили красивую маскировку.
  
  Марволо фыркнул, надменно вскинув голову.
  
  - Значит, ты потратил на это деньги потому, что...
  
  - Все мы мечтаем, сын, - Виктор смотрел на небо, легко улыбаясь. - Все мы мечтаем... и я радуюсь, что могу исполнить свою мечту хоть так, на экране. Но... кто знает, может однажды...
  
  Виктор рассмеялся, раскидывая руки в стороны, и неожиданно подхватив сына под руку, шагнул сквозь пространство.
  
  ***
  
  Август, 1983 год.
  
  Голливуд, бульвар Сансет. Кафе.
  
  Маркус раздраженно отбросил стопку скрепленных пружиной листов, покрытых машинописным текстом. Предоставленный ему агентом сценарий ему совершенно не нравился. Все то же самое, ничего нового. Роль Спасителя оказалась для него роковой: она принесла ему богатство, бешеную славу и... огромную проблему.
  
  - Тяжело быть актером одной роли... - мягкий баритон, наполненный сочувствием, заставил оторвать голову от рук.
  
  - Простите? - ярко синие глаза вопросительно уставились на незнакомца, непонятно откуда и неизвестно когда приземлившегося за соседний столик.
  
  - Я говорю, что если вы согласитесь на... - рука незнакомца брезгливо указала на сценарий, шелестящий страницами на ветру, - это... то результат будет такой же, как и в прошлый раз. То есть...
  
  - Никакой, - жестко высказался Маркус. Незнакомец встал и, не спрашивая разрешения, пересел за столик мужчины.
  
  - Вы сами это сказали, - пожал плечами высокий шатен, поправив черные солнцезащитные очки. Маркус вздохнул, блуждая взглядом по окрестностям, и неожиданно напрягся. Что-то происходило странное. Кафе было безлюдным - и это в разгар жаркого дня! Люди проходили мимо, не обращая внимания ни на аппетитные ароматы превосходного кофе, ни на стоящие в тени столики... официанты вымерли, в кафе воцарилась тишина.
  
  - Какого... - Маркус нахмурился, синие глаза потемнели, грива пшеничных волос растрепалась налетевшим порывом ветра. Сидящий напротив дорого одетый мужчина снял очки и реальность для актера разлетелась осколками - глаза незнакомца оказались цвета расплавленного золота.
  
  - Вы никогда не размышляли над тем, почему именно вас выбрали на ту самую роль? - мягкий голос разбил наваждение и Маркус подался вперед - рассматривая сидящее напротив него существо. В то, что перед ним не человек, мужчина поверил сразу - зрачки в глазах слегка меняли форму, становясь то уже, то шире - значит, не линзы. Опытный взгляд актера отметил, что скулы немного... мощнее, чем у людей. Слишком гладкая, ровная, чистая кожа - и никаких следов щетины, пусть и тщательно выбритой. Ухоженные руки... и широкие, как у занимающегося с пеленок мечника, запястья - вспомнились руки инструктора по фехтованию. Плавные, скупые движения... Мужчина улыбнулся и Маркус с холодком в груди заметил блеснувшие клыки - гораздо более длинные и острые, чем у представителей Хомо Сапиенс.
  
  - Кто вы?
  
  - Дам наводку... Носит черное, желтые глаза, владеет Силой... - шатен шевельнул пальцами, и стоящие на столике чашка и молочник плавно взмыли в воздух, зависнув, словно на веревке. Маркус провел рукой на и под посудой, констатируя отсутствие вспомогательных средств, после чего перевел повеселевший взгляд на своего собеседника.
  
  - Ну, раз так... Ситх, не так ли? - улыбнулся актер. Шатен вежливо наклонил голову.
  
  - Виктор Марка, лорд Сит-ари. Ситх. Приятно познакомиться... аппрентис.
  
  Посуда плавно спланировала обратно на столик. Маркус моргнул. Он прекрасно знал, что означает это слово, как-никак читать умеет, но вот в таком контексте...
  
  - Вы уверены? - осторожно, как душевнобольного, спросил он. Виктор кивнул.
  
  - На все "сто". Именно поэтому я вас рекомендовал при подборе актеров на роли.
  
  Ситх внимательно смотрел на сидящего перед ним человека, отмечая различия между тем Марком и этим Маркусом: более высокий рост и крепкая мускулатура, синие глаза, волосы цвета спелой пшеницы... и ощущение спящей в нем Силы. Самый натуральный Скайуокер. Как по заказу.
  
  - Скажу сразу - вы не первый, кому я делаю такое предложение.
  
  - Стать учеником?
  
  - Не только. Я предлагаю вам войти в мой Дом. Дом Сит-Ари.
  
  - Что это означает? - Маркус подался вперед, удивляясь самому себе. Страха не было, так же, как и недоумения, желания отмахнуться и забыть этот бред, или намерения позвать санитаров или представителей спецслужб. Что-то в глубине души шептало, что это - шанс, тот самый, которого он ждал с момента рождения, тот, который нельзя упускать! Второго раза не будет.
  
  - Рассказывать можно долго... - Виктор расчетливо прищурился, - лучше я вам покажу. Кроме того, я предоставлю вам некоторые материалы, для лучшего понимания ситуации.
  
  - Зачем вам это? - Маркус наклонил голову к плечу, рассматривая ситха. - Не думаю, что я вот такое вот прекрасное приобретение. Я не в детском возрасте...
  
  - А мне и нужен взрослый. Так интереснее, - ухмыльнулся ситх. - Кроме того, вы принижаете собственные достоинства, но об этом позже. А для чего... скажите, вам понравилось летать? Пусть и только на экране?
  
  Маркус вздрогнул. Полет был его мечтой... неосуществимой.
  
  - У вас есть звездолет? - плоско пошутил он. Виктор понимающе хмыкнул.
  
  - Пока - нет. Но будет. Обязательно. Кроме того, путешествовать можно не только с помощью техники.
  
  - Сила?
  
  - Магия. Итак... хотите ознакомиться с ожидающими вас перспективами?
  
  ***
  
  Ноябрь, 1983 год.
  
  Голливуд, бульвар Сансет. Кафе.
  
  - Итак, что скажете? - Виктор светски закинул ногу на ногу, удобнее устраиваясь в плетеном кресле, и сжимая рукой в перчатке чашку с ароматным кофе. Маркус задумчиво смотрел по сторонам.
  
  - Пути назад ведь не будет?
  
  - Вы и сами не захотите, - пожал плечами ситх. - Вы можете жить здесь, работать, если захотите, но частью их мира, - мужчина указал взглядом на спешащих людей, - вы уже не будете. Слишком велики будут различия. И даже не в физиологии... менталитет.
  
  - Скажите, милорд, - синие глаза впились взглядом в золотые, - вы действительно хотите найти проход туда?
  
  - Туда, здесь... кто знает, где расположена далекая-далекая галактика? - усмехнулся Виктор. - Это неважно. Главное, что я знаю, какое место займу в ней. Ваше решение...
  
  Маркус поднялся и встал на колени перед сидящим ситхом.
  
  - Лорд Сит-ари, прошу принять меня в Дом свой.
  
  На макушку легла горячая ладонь.
  
  - Принимаю.
  
  Мужчины исчезли, и очнувшийся официант принялся убирать со стола.
  
  ***
  
  Через неделю все газеты украсились траурными рамками, сообщая о безвременной кончине одного из самых известных актеров, воплотившего на экране бессмертный образ истинного героя... а в одной из комнат мрачного замка, возвышающегося над скалами, в бреду метался молодой мужчина, переживающий полную перестройку организма - процесс длительный и болезненный, но крайне необходимый и гарантирующий изумительные перспективы, а Виктор довольно улыбался, рассматривая появившуюся на гобелене еще одну надпись.
  
  Ситх был доволен - ведь таких, как он, было очень и очень мало. И сегодня его семья пополнилась еще одним членом.
  
  ***
  
  19 мая 2005 года.
  
  Голливуд. Кинотеатр "Санрайз".
  
  - М-да... интересно получилось, - с юмором отметил светловолосый молодой мужчина, смахивая с рукава пиджака видимую только ему пылинку. Стоящий рядом шатен поправил гриву вьющихся волос.
  
  - Согласен. Особенно мне понравилось посвящение в титрах...
  
  - Да, было очень смешно! Так и тянет повторить слова Марка Твена...*
  
  - Кто знает? Может еще и скажешь!
  
  Мужчины, шатен и блондин, направились по бульвару, поправляя черные солнцезащитные очки, надетые, невзирая на вечернее время. Проходящий мимо оператор, снимавший еще вышедший самым первым четвертый эпизод саги вздрогнув, замер на месте. Повернувшись вслед, он потрясенно уставился в спину блондина, шепча имя.
  
  - Нет... не может быть! - мужчина встряхнул головой, протерев глаза. - Или... может?
  
  
  
  
  
  * "Слухи о моей смерти сильно преувеличены". Марк Твен. Телеграмма в ответ на напечатанный в газете ошибочный некролог, повествующий о его смерти.
  
  
  
  
  
  
  
  Моя муза нализалась непонятно чего и явно нажралась мухоморов, расширяющих сознание. Сюжет поворачивает в такие дали, что я просто в шоке, а концовка уже вводит меня в транс.
  
  
  
  Глава 10.
  
  
  
  
  
  - Тварь! - тяжелый кулак с грохотом обрушился на массивную столешницу из отполированного красного дерева, от чего предмет мебели, простоявший пару веков едва не развалился на части. - Какая же все-таки тварь!
  
  Высокий, рослый мужчина в простой черной мантии метался по кабинету, медленно, но верно разнося его на куски. Золотистые волосы встали дыбом, голубые глаза, сейчас прозрачные от гнева, наливались сиянием, зрачок то расползался практически на всю радужку, то резко сужался в точку.
  
  Воздух вокруг мужчины словно сгустился, начиная закручиваться все сильнее набирающим силу смерчем: тяжелая, массивная мебель подрагивала, окна тихонько дребезжали, пара бокалов и бутылка, стоящие на полке открытого бара уже успели лопнуть, заливая его шнапсом.
  
  Воздух сотрясался от сочных немецких ругательств, а изысканность оборотов посрамила бы любого заслуженного любителя крепкого словца. Маг пометался еще немного, пнул сапогом стул так, что он отлетел к стене, развалившись, после чего замер, тяжело дыша и обводя помещение безумным взглядом.
  
  Постояв без движения, блондин закрыл лицо руками и застонал. Постепенно напрягшиеся, закаменевшие мышцы расслабились, мужчина вздохнул, отнял руки и, сделав пару шагов, сел на второй, целый стул.
  
  - Вот как, Альбус, да? - прошептал маг, смотря на стол, где лежал свиток, украшенный странными черными печатями. - Вот так... подло. Я твой друг, у нас нет тайн... - горько рассмеявшись, прошептал мужчина. - А потом постоянно с этим своим фениксом приходил. Постоянно. И пел он обязательно перед принятием важных решений... это я помню. Прекрасно помню. Каждый раз...
  
  Геллерт Гриндевальд, тот, кому прочили титул Великого мага, саркастично умехнулся, кривя красиво очерченые губы.
  
  - Хорошо, что в последнее время мы с тобой не виделись, Альбус... Все как-то не получалось - дела, дела... То ты у Фламеля пропадаешь, то ты в Хогвартс устраиваешься, хотя раньше брезгливо губу оттопыривал, то еще что-то... и хорошо, что я не успел тебе сообщить, что нашел-таки себе невесту... Сейчас, вспоминая наше с тобой общение, я припоминаю, как жадно ты слушал о моих предках... и как менялся твой взгляд, когда я размышлял о том, что род надо продолжить. Не мальчик все-таки, пора бы уже остепениться, а не размышлять о разных глупостях типа власти над миром или общем благе. А оно вон как обернулось... Интересно! - маг вскочил и принялся прохаживаться по кабинету, топча сапогами обломки вещей и мебели.
  
  - Интересно... сколько мыслей на эту тему были полностью моими? А, Альбус? Ты ведь просто дрожал, когда ораторствовал передо мною на тему добра и справедливости для всех. Ну-ну... надо сказать спасибо своему информатору... и навести справки. Очень интересно, что стало отправной точкой для всей этой бурной деятельности... и надо еще раз наведаться в Гильдию менталистов. Герр Шварц очень советовал. Я разберусь, Альбус, и вырву с корнем все то, что ты впихивал мне в голову, представляя моими идеями, мыслями и устремлениями. Я разберусь, Альбус...
  
  В голубых глазах застыло жестокое обещание грядущей мести, маг жутко улыбнулся и решительно сжал кулак.
  
  - Я разберусь. Обещаю.
  
  ***
  Самый громкий тихий скандал за прошедший год тихой сапой набирал обороты. Виктор и так находился под пристальным вниманием невыразмцев: отдел Министерства Магии, совмещающий в себе функции исследовательского отдела с разведкой и взваливший на себя уйму обязанностей, отнесся к словам магика крайне серьезно. Разговор был тщательно проанализирован, буквально каждое слово, после чего начались шевеления.
  
  Первым делом невыразимцы подняли архивы, потрясли знатоков волшебной фауны, опросили специалистов и энтузиастов-любителей. То, что феникс может аппарировать с грузом было известно всем. Также, как и факт родства с саламандрами, позволяющий птице оперировать огнем в достаточно широких пределах.
  
  Однако, в процессе опросов выяснился один маленький нюанс: феникс может аппарировать практически сквозь любые щиты. Во всяком случае стандартные, рассчитанные на магов, птице были на один чих. Сложные, основанные на крови или сродстве магий, фениксу практически не поддавались, однако, если птице поможет кто-то снаружи, то она запросто проникнет внутрь. Были, конечно, заклинания, созданные исключительно против этих огненных созданий, но их мало кто знал, а учитывали еще меньше.
  
  Когда Густав прочитал отчет, у него волосы дыбом встали. Представив себе, что может натворить маг, у которого в подручных есть феникс, Глава выхлебал бокал коньяка, после чего осел в кресле, обдумывая происходящее. Чем дальше, тем больше вся эта ситуация магу не нравилась. Даже если взять только эти качества, феникс получался очень неудобным противником...
  
  И, что самое противное, они о таком не задумывались. Совершенно. А вот мордредов ситх подумал. Очень хорошо подумал. Однако, словно этого мало, он подумал еще кое о чем... и предупредил. Хотя совершенно не обязан был этого делать! Фраза о песнях не выходила из головы Густава, назойливо долбя череп. В мире магии проблема защиты сознания от влияния извне стояла гораздо острее, чем в немагическом, хотя и там были... нюансы. Но тут... Зелья, заклятия, артефакты, врожденные способности... перечислять можно долго и нудно. Мало им сирен и тех, в ком течет их кровь! Так теперь еще оказалось, что можно влиять на магов с помощью птицы, про которую такое никогда и не предполагали! Хотя, может и знал кто, но знаниями не делился.
  
  А зачем? Такой простой, эффективный и безопасный со всех сторон способ - да это же просто неимоверные выгоды! Невыразимцы рыли, как бешеные, отыскивая хоть какие-то факты, намеки или слухи. Неудачи шли за неудачами, никто ничего не знал и не говорил, но вот через два месяца им впервые удалось найти зацепку.
  
  Один маг вспомнил, как стал свидетелем беседы двух мужчин, у одного из которых на плече сидел феникс. Изначально настроенный крайне агрессивно, пришедший на встречу маг, после песни птицы внезапно успокоился, потом постепенно начал проникаться к собеседнику симпатией... закончился разговор тем, что маги расстались практически друзьями.
  
  Такая резкая смена настроения очень настораживала. Получив пусть и косвенное, но хоть какое-то доказательство правоты ситха спешно созванные невыразимцы только переглянулись на очередном собрании.
  
  - Вы знаете, - Марготта Элжберета Батори, дальняя родня печально известной Эржебет Батори, задумчиво поправила блестящий локон, кокетливо выпущенный из прически на волю, - меня настораживает еще один интересный момент.
  
  - Какой? - Густав повернулся к ослепительной красавице, являющейся одним из самых лучших аналитиков его отдела. Женщина задумчиво откинулась на спинку стула, машинально расправив плечи и выставляя впечатляющие прелести в тесном корсете в наилучшем для любования ракурсе.
  
  - Феникс. Он испугался ситха. Вы заметили? Сначала он не хотел лететь к столу Виктора, затем он даже не пробовал как-то сопротивляться! И еще... как этот магик смог удержать феникса в руках? А? Этих красавцев голыми руками не взять! Все равно, что саламандру ловить! А ситх удержал...
  
  Маги переглянулись, Густав достал палочку и активировал заклинание. Над стоящим посреди стола старым думосбросом появилось изображение - помещенные внутрь воспоминания очевидцев. Вот короткий кусочек - Дамблдор что-то шепчет понурой и недовольной птице, пока та, укоризненно на него посмотрев, не расправляет крылья. Вот ситх молниеносно ловит феникса - и тот обвисает в крепкой хватке дохлой тушкой. Птица явно в ужасе, это видно совершенно ясно и четко. Мужчина держит ее, не напрягаясь.
  
  - Магия? - с сомнением почесал нос Карл.
  
  - Если и магия, то явно отличающаяся от нашей... - Густав побарабанил пальцами по столу, задумчиво рассматривая замершее изображение. - Мы о его виде или расе совершенно ничего не знаем. А значит...
  
  - Не можем хоть как-то спрогнозировать... - вздохнула Марготта.
  
  - Ладно... - Густав пододвинул к себе очередной отчет. - Марготта. Что у нас по Альбусу Дамблдору?
  
  - Ничего хорошего, - брезгливо скривила пухлые губы Батори. - Итак... есть несколько крайне настораживающих моментов. Родня. Младший брат - ненавидит Альбуса лютой ненавистью, винит в смерти их сестры. Дело спустили на тормозах, сочли несчастным случаем... вот только меня заинтересовало кое-что. Судя по отзывам знакомых, в юности оба брата были примерно одинакового уровня. Крепенькие середнячки, не более. Однако, сейчас Аберфорт является практически сквибом. Дальше. В настоящий момент уровень магии Альбуса резко, скачкообразно вырос, он стал сильнее, хотя до уровня главы старого рода не дотягивает. Но для представителя молодой (шесть поколений) семьи - очень неплохо. Даже слишком неплохо, если знать, что его отец женился на маглорожденной... и он стопроцентный человек.
  
  - Ритуалы? - подалась вперед Мессалина. Марготта пожала плечами.
  
  - Скорее всего. На это намекает то, что уровень Альбуса вырос после смерти его сестры. Это был первый скачок. Дальше. Имеет контакты с Фламелем.
  
  Маги встревоженно переглянулись, глава нахмурился.
  
  - Это точная информация?
  
  - Да. Фламель почему-то заинтересовался амбициозным магом. Кстати... судя по всему, феникс появился вскоре после знакомства Альбуса с Николя.
  
  - Однако... что еще?
  
  - Дружит с Гриндевальдом.
  
  Маги изумленно переглянулись.
  
  - В последние пару лет эта дружба вроде-бы исчерпала себя... и есть интересный слух. Гриндевальд наводил справки у Гильдии менталистов.
  
  - Причина?
  
  - Причина неизвестна, но было несколько визитов... - Марготта обвела присутствующих торжествующим взглядом, - вскоре после скандала в магазине.
  
  - Вот как... - Густав подобрался, почуяв запах жареного. - Клаус. Попытайся установить контакт с Гриндевальдом. Намекни, что это - официальное расследование... и есть интересные новости.
  
  ***
  
  - Тааак... - протянул Геллерт, разглядывая письмо, украшенное официального вида печатью с хорошо знакомым ему гербом. - Это еще что такое?
  
  Маг быстро просканировал письмо, неопределенно хмыкнул, ничего не обнаружив, после чего распечатал и погрузился в чтение. Закончив, он откинулся в кресле и задумчиво уставился в окно.
  
  - Ну надо же... просьба о встрече. И намеки какие интересные! Натворил ты дел, Альбус, раз Отдел Тайн так всполошился. Вон, даже письмо прислали с нижайшей просьбой о встрече... и намекают, что есть интересная информация... Что ж... Посмотрим, что там лаймы раскопали.
  
  **
  
  Лаймы раскопали много чего. Геллерт внимательнейшим образом ознакомился с предоставленными ему сухопарым светловолосым магом материалами, после чего с трудом подавил злорадную ухмылку. Вляпался Альбус, ничего не сказать, вляпался по самое "не могу"! И как же это его угораздило?
  
  - Скажите, герр Клаус, - маг откинулся на спинку стула и прищурился, рассматривая невозмутимого невыразимца. - Что послужило причиной расследования? Да еще и Отдела Тайн? Да еще и так... оперативно?
  
  Клаус сложил бумаги в папку, завязал ее и, положив на стол, подвинул к Гриндевальду. Посмотрел на мага. Подумал. Пожевал губами. Геллерт с интересом наблюдал за демонстрируемой ему пантомимой.
  
  - Дело в том, что мистер Дамблдор развязал конфликт с Истинным. С Лордом Магии.
  
  - И он еще жив? - изумился маг. Клаус невозмутимо пожал плечами.
  
  - Пока что... да.
  
  - Пока что, - понятливо протянул Гриндевальд. Клаус согласно смежил веки.
  
  - Да. Судя по всему... пока что.
  
  Маги замолчали, рассматривая картины, висящие на стенах кабинета роскошного ресторана, где проходила встреча. Магловского. Поэтому Гриндевальд блистал в костюме цвета асфальта, а от одежды Клауса за милю перло английским кроем.
  
  Вошедшие официанты подали десерты, коньяк и кофе, после чего исчезли, словно привидения. Геллерт осмотрел штрудель с ванильным мороженым и, довольно кивнув, ковырнул его вилочкой. Клаус решительно атаковал баварский сливовый пирог.
  
  - К какой расе принадлежит Истинный? - невозмутимо поинтересовался Гриндевальд, наслаждаясь вкусом нежной начинки. Вишня и миндаль. Клаус слегка улыбнулся.
  
  - Ситх.
  
  - Сидхе? - поднял бровь Гриндевальд, не понимая, с чего такое косноязычие. Англичанин отрицательно покачал головой.
  
  - Нет. Ситх. Новый вид... или раса. Мы еще точно не знаем.
  
  - Новый магик... - задумался Геллерт. - Совершенно неизвестный вид... Как его зовут?
  
  - Виктор Марка Сит-ари. Лорд Сит-ари.
  
  - Сит-ари... Ситх... - очень интересно. А теперь... - маг побарабанил пальцами, уставившись на невыразимца, - расскажите, что именно произошло в тот день. Подробно.
  
  Голубые глаза похолодели.
  
  ***
  
  Салазар умиленно наблюдал за играющим малышом, гоняющим здоровенную анаконду. Магическую разновидность. Рептилия была устрашающе огромной: пятнадцать ярдов в длину, в самом толстом месте - больше фута в диаметре. Жуткий монстр, способный задушить в своих объятиях любого... Красавец Сесва трепетал при виде Виктора, и довольно шипел, играя с Марволо.
  
  Ситха змей боялся. Это было видно, это чувствовалось. Виктор вызывал в нем какие-то глубинные страхи, заставляя инстинкт самосохранения пищать и визжать. А вот ребенка Сесва обожал, готов был играть (в понимании змея - учить охоте) часами, и вообще с Марволо они стали лучшими друзьями. Малыш своего нового компаньона полюбил сразу, лично наливал ему молоко, они часами могли плавать в теплом бассейне или греться у камина, хотя на нормальное отопление ситх не поскупился... но вот очарование живого огня, мягкие, теплые шкуры, горы подушек... Они даже спали вместе, благо было где разместить здоровенного и жутко тяжелого змея.
  
  Нарисованный маг нарадоваться не мог, наблюдая за жизнью своего потомка. Марволо ему очень понравился, было видно, что малыш далеко пойдет. А еще между Салазаром и Виктором состоялся крайне интересный разговор.
  
  **
  - Что думаете делать, Виктор? - маги давно перешли на "ты" и теперь этикетом не заморачивались.
  
  - По поводу? - Виктор устроился в кресле поудобнее, дегустируя дорогущий коньяк многолетней выдержки.
  
  - Продолжение рода. Насколько я понимаю, Марволо, хоть и является вашим сыном, пошел в мать.
  
  Ситх согласно вздохнул и отпил еще глоток ароматного напитка.
  
  - Вы правы, Салазар. Марволо - маг. В нем есть моя кровь, но нет моей Силы. В понятии моего вида мальчик Одаренным не является. Забавно, не так ли? Особенно учитывая тот факт, что когда-нибудь он станет Великим магом.
  
  Виктор покачал бокал, любуясь янтарным цветом напитка, плещущегося внутри.
  
  - Марволо - практически весь в мать. Но я не в обиде. Меропа дорого заплатила за то, чтобы вернуть своему роду величие. И я не могу так просто отмахнуться от ее жертвы. Так что, когда Марволо подрастет, он станет лордом Мракс.
  
  - Что вы собираетесь делать? - сверкнул глазами Слизерин, отщипывая от виноградной кисти ягоды. Виктор усмехнулся.
  
  - Есть несколько путей. Первый. Как у всех... жениться и совместить приятное с полезным. Однако, тут есть сложности. Я хочу много детей... а у вас многоженство является незаконным. А плодить бастардов - неприемлемо. Магия... - Виктор поморщился.
  
  - Можно заключить контракт на вынашивание... - предложил Слизерин. Виктор кивнул.
  
  - Можно. Мне уже начали подбор кандидаток. Однако, хотелось бы и семью иметь... также, есть еще один способ, гарантирующий, что я получу стопроцентного, натурального ситха.
  
  - Кровный ритуал принятия? - нахмурился Салазар. Виктор жестко усмехнулся.
  
  - Наподобие, но не совсем. Кто угодно не пойдет. Маги не подходят. Совершенно. Это должен быть Одаренный. Пол мне не важен, также, как и возраст. Лишь бы кандидат подходил... Я сделаю его или ее ситхом. Таким же, как я.
  
  - Вы собираетесь возродить свой вид? - подался вперед Слизерин. Ситх кивнул.
  
  - Да. Именно так. Поэтому, столько проблем в подборе кандидаток.
  
  - Как вы узнаете, что это именно тот, кто вам нужен? Что это... Одаренный? Так вы называете магов своего вида?
  
  - Я почувствую, - золотые глаза смотрели жестко и серьезно. - Я почувствую... и сделаю все, чтобы этот человек вошел в мой Дом. Или Род. А там посмотрим...
  
  ***
  Гриндевальд неторопливо прогуливался по аллеям парка, окружавшего его имение. Подумать было над чем. Рассказ невыразимца произвел впечатление на мага, отрицать это было бы глупо. Поймать феникса голыми руками, и не просто поймать... Удержать!
  
  Это заявка с претензией.
  
  Магик явно не прост. Новый вид. А значит... новая магия, новые возможности, новые знания. Все то, что ценит Геллерт. Поэтому, надо наладить контакт с этим существом... Но только после того, как он посетит Гильдию Менталистов. Это - в приоритете.
  
  ***
  То, что его беззаботная, тихая жизнь закончилась, причем резко и сразу, Виктор понял, когда в кафе случайно едва не столкнулся с молодой на вид красавицей, обдавшей его жарким взглядом. Виктор, будучи опытным холостяком, тут же оценил выпирающие из декольте очень дорогого платья прелести, тонкую талию и буйную гриву волос, в данный момент собранных в великолепную прическу.
  
  Прекрасная птица высокого полета... очень высокого.
  
  За время, прожитое в магическом мире, ситх прекрасно усвоил, что внешность магов напрямую связана с их происхождением. Увы, в отличие от канона, здесь можно было сходу определить, кто есть кто, достаточно просто посмотреть на представителя магического сообщества внимательно.
  
  Что ни говори, но остров есть остров. И как бы ни пыжились англичане, внешность у них... однотипная и красотой не поражающая. Средненькая. Для человека, привыкшего к многообразию типажей, особенно в больших городах, было грустно каждый день сталкиваться с довольно похожими друг на друга людьми.
  
  Маги же, различные по происхождению, отличались как небо от земли. Маглорожденные были самыми что ни есть обычными. Как по силе, так и по внешности. Симпатичные, но не более... красавцы и красавицы среди них попадались с той же частотой, что и у обычных людей. Чистокровные маги-люди уже были немного другими. Магия потихоньку выправляла генофонд в лучшую сторону, но не слишком. А вот древние рода... это был совершенно другой разговор.
  
  Как-то Виктор видел представителей старых родов, стопроцентных людей (среди магов тоже были ксенофобы). Очень красивые... что мужчины, что женщины... но именно человеческой красотой. Правильные черты лица, прекрасные фигуры, здоровье... было, на что посмотреть. Алены Делоны, Мишель Мерсье, Софи Лорен... и прочие признанные идолы человечества.
  
  А вот старая аристократия, имеющая нечеловеческих предков... это был совершенно особый разговор. Часто неестественные для людей цвета волос и глаз, черты лица, показывающие, что перед вами - нелюдь, отличия в телосложении (у каждой расы были свои особенности)... прочие мелочи. Про психику и говорить не приходится, там такие тараканы водились, что просто кошмар.
  
  Зачастую, у тех, кто мог похвастать длинным хвостом предков имелись необычные потребности, как физические или психические, к тому же, накладывало свой отпечаток воспитание. Маги жили в раннем средневековье, когда лорд или глава семьи - царь и бог, высшая инстанция. Его воля - закон. Только так, и никак иначе.
  
  И, к сожалению, никак иначе было нельзя. Что поделать, инстинкты, способности, потребности. Очень часто они были... другими. Совершенно.
  
  Поэтому, опознать мага можно было достаточно легко, и Виктор сразу понял, кто перед ним. Высшая аристократия. Причем, не совсем английская. Уж слишком яркий типаж.
  
  - Ах, простите... - грудным голосом выдохнула красавица, поправляя локон смоляных волос. - Я такая неловкая...
  
  Леди глубоко вздохнула, за чем Виктор проследил с искренним интересом - вид с высоты его роста открывался просто потрясающий.
  
  - Ну, что вы, леди...
  
  - Батори. Марготта Элжберета Батори, - сверкнула темными глазами женщина. Ситх дернул бровью.
  
  - Батори... Не являетесь ли вы родственницей венгерским Батори?
  
  - Именно, - довольно улыбнулась леди. Виктор галантно подал руку.
  
  - Что-то я невежлив... позвольте угостить вас чашечкой кофе и десертом. Здесь они просто изумительны.
  
  - С удовольствием! - красавица легко оперлась на руку ситха, проходясь по подтянутой фигуре мужчины оценивающим взглядом. В черных глазах мелькнули алые искры.
  
  ***
  - Сегодня у меня была крайне занимательная встреча...
  
  Ситх развалился в кресле, поглядывая на спящего на кольцах Сесва Марволо. Змей причудливо свернул петлями длинное тело, и на нем, как на матрасе, раскинулся ребенок, вымотавшийся в процессе игр. Виктор не стал его перекладывать в кровать, только накрыл одеялом, от чего Сесва благодарно зашипел. Салазар, меланхолично отщипывающий ягоды с огромной виноградной кисти, задумчиво жевал, с комфортом устроившись на диване, специально добавленном недавно художником. На взгляд ситха получилось очень неплохо, а на взгляд Слизерина - еще и удобно.
  
  - С кем?
  
  - Марготта Элжберета Батори.
  
  - Батори? Те самые? - прокашлялся портрет. - Наслышан...
  
  - Я - тоже, - кивнул Виктор. - Крайне интересная особа... чистокровная, красивая, очень сильная... работает, скорее всего, на Отдел Тайн.
  
  - Откуда известно? - подобрался нарисованный маг. Ситх жестко усмехнулся.
  
  - Опыт. Я сам работал в таком вот... Отделе, так что, коллег за милю чую. Кроме того, ее одежда... уж очень знакомые заклинания на ее верхней мантии были. Я такие видел, когда договаривался о намерениях.
  
  - И? - Слизерин с интересом подался вперед, бросив общипанную кисть на блюдо. Виктор шевельнул пальцами, и стоящая на полке бутылка прилетела к нему в руку.
  
  - И... вот думаю, что моему сыну мачеха с наследием высших вампиров и даром не нужна. Тем более, в их роду настораживающе часто встречаются поехавшие крышей маги. Меня такое не устраивает. Не люблю... любителей.
  
  - То есть?
  
  - Они слишком повернуты на крови... и при этом, им даже не хватает мозгов прибрать за собой, - брезгливо скривился Виктор. - Пусть они и дальняя родня Дракулам, и имеют связи с королевскими домами... это того не стоит. Совершенно.
  
  - Невзирая на то, что она - невыразимец? - поднял бровь Салазар.
  
  - Особенно невзирая на это. Я понимаю, связи и прочее... но! Я не собираюсь поправлять чужой генофонд за свой счет.
  
  - С чего такие мысли? - сузил глаза Слизерин. Виктор хмыкнул.
  
  - Я - менталист. И уловить чужие намерения... для меня легко. Даже напрягаться сильно не надо.
  
  - А если это просто "маска"?
  
  - Значит... сама дура, - пожал плечами Виктор.
  
  ***
  
  - Итак, герр Гриндевальд, - скрипучим голосом произнес сидящий перед магом маленький сухонький старичок. - Вот мое заключение... - костлявая рука положила на столик лист пергамента, украшенный пятью разноцветными печатями и пятью подписями. - И не только мое.
  
  - Продолжайте, герр Штрауб, - почтительно посмотрел на мага Гриндевальд. Старик кивнул, клюнув воздух крючковатым носом.
  
  - Задачу перед нами вы, герр Гриндевальд, поставили сложную, - продребезжал древний маг, - но тем интереснее было её решить. Итак, что нами было обнаружено... учтите, все выводы мы зафиксировали, и официально заявляем - все так и есть, печати мы поставили... м-да... Так вот! О чем я? А! Мы проверили не только сознание, но и подсознознание, а также, сверхсознание... Обнаружены крайне интересные следы...
  
  - Чужое вмешательство? - нахмурился мужчина. Старичок захихикал.
  
  - Именно! Однако, нельзя назвать это прямым приказом или принуждением, нет!
  
  Старый маг едва не запрыгал в приступе энтузиазма.
  
  - Видите ли, герр Гриндевальд, мы нашли эти следы только по косвенным признакам: мнение до, и мнение после. Песня феникса действует на физическом уровне. Она повышает, как мы теперь знаем, доверие... а так как беседы проходили тет-а-тет... сами понимаете, к кому это доверие повышалось.
  
  - Догадываюсь, - процедил сквозь зубы Гриндевальд. Штрауб заулыбался, демонстрируя невероятно белые и ровные зубы.
  
  - Вот и хорошо, что догадываетесь... - ласково произнес маг. - Это даже очень хорошо... Итак. Вот заключение, ознакомьтесь...
  
  Геллерт цапнул пергамент и начал читать, продираясь сквозь дебри специальных терминов. С каждой строчкой его лицо все больше и больше белело от бешенства, в конце концов сравнявшись по цвету с мелом. Только сияющие прозрачные голубые глаза выдавали, что именно в данный момент маг чувствует. Выдохнув, Гриндевальд прикрыл глаза, посидел молча, успокаиваясь под сочувствующим взглядом старого менталиста, после чего встал и поклонился.
  
  - Благодарю вас, герр Штрауб. Ваша помощь просто неоценима...
  
  - Ну почему же, - довольно сверкнул глазами маг, - очень даже оценима. Сумму вы знаете...
  
  - Я распоряжусь увеличить ее впятеро, - твердо произнес Гриндевальд. - Это того стоит. Еще раз благодарю.
  
  - Замечательно, - тонко улыбнулся старик. - Искренне надеюсь, что больше по таким печальным поводам мы встречаться не будем.
  
  - Я за этим прослежу, - оскалился маг, поклонился и вышел из комнаты, забрав заключение. Герр Штрауб вздохнул.
  
  - Надеюсь, Геллерт, надеюсь...
  
  ***
  - Что скажете, Марготта? - Густав и собравшиеся полным составом невыразимцы с интересом уставились на красавицу, ожидая пикантных подробностей. Женщина самодовольно сверкнула глазами.
  
  - Пообщались... - улыбнулась Батори, сверкнув на мгновение клыками, после чего приняла деловой вид. - Итак, вот мои впечатления. Чудовищно силен. Это первое, на что обращаешь внимание. Силу свою не скрывает. И...
  
  - И? - прищурилась Мессалина.
  
  - И... он не маг в нашем понимании.
  
  Невыразимцы недоуменно переглянулись. Карл моргнул.
  
  - То есть, как это? Не маг?
  
  Марготта побарабанила пальцами, пытаясь подобрать слова для того, чтобы правильно описать свои ощущения, то, что пришло к ней на уровне подсознания и интуитивного понимания.
  
  - Разница между ним и привычными нам магиками такая же, как разница между магом-обывателем и Великим магом, - медленно произнесла женщина. - Я не знаю, как это точно описать, но попытаюсь. Начну по порядку. Он очень силен, я об этом уже говорила. Однако... привкус его энергии... Айсберг. Словно я вижу и ощущаю какую-то небольшую часть, которую могу воспринимать привычными нам способами. Понимаете? Словно я не вижу и не слышу то, что не воспринимают мои органы чувств.
  
  - Можешь привести пример? - нахмурился Густав. Марготта кивнула, в черных глазах вспыхнули и погасли алые искры.
  
  - Он не пользуется палочкой. Совершенно. Также, как и каким-либо другим концентратором: кольца, татуировки, жезлы и прочее. Я помаю, что многие магики владеют беспалочковой магией, ведь они не люди. Но это... это по-другому. Я толкнула чашку... и он просто посмотрел на нее. Чашка не долетела до пола, плавно, без рывков приземлилась на стол. При этом поверхность находящегося внутри кофе застыла, словно ее накрыли невидимой пленкой. Она даже не колыхалась! Я не чувствовала магию, но чувствовала сгустившуюся на мгновение энергию. Словно его окружает плотное поле, постоянно настороженное, постоянно находящееся в полной боевой готовности. Затем. он может быть эмпатом.
  
  - Основание?
  
  - Каюсь, поддалась на миг некоторым желаниям... - Марготта стыдливо потупилась, но этому никто не поверил. - Внешне он ничего не показал, но я ощутила некоторое... некоторую... заминку? Словно он прикинул перспективы и они его не устроили. Вот так. И еще... к попыткам соблазнения отнесся с интересом... ученого. Против интрижек ничего не имеет, но мою игру раскусил. Значит, или сталкивался с попытками влиять через... гхм... или сам такое устраивал.
  
  - Интересно... Крайне интересно. Что-то еще?
  
  - Знает историю. Сразу спросил, не являюсь ли я родней венгерским Батори. Причем, произнес мою фамилию и имя так, как произносят там.
  
  - Еще интереснее... - вздохнул Густав. - И как это понимать? Мордред... Не ситх, а сплошные проблемы.
  
  - И на закуску. Я не смогла прочитать символы на его брачном браслете. Неизвестный язык. Совершенно.
  
  - Счастье-то какое! - саркастично пробурчал Карл. - Что-то еще?
  
  - Пока все, - пожала великолепными плечами Марготта. - Пока все.
  
  - Ладно, - вздохнул Густав. - Продолжаем собирать сведения, но аккуратно. Что там по Гриндевальду?
  
  ***
  Альбус, нахмурясь, читал послание, принесенное Фоуксом. Письмо было длинным и достаточно неприятным, критика и сарказм больно кололи чувствительное эго мага. Однако, они были заслуженными, как это ни печально.
  
  Поморщившись, Альбус дочитал нотации, и перешел к кратким практическим советам, написанным в самом конце. Вздохнув, почесал длинный, немного свернутый набок нос (последствия встречи с кулаками брата), встал, походил по комнате. Подсыпал проголодавшемуся фениксу зерна, на которое тот с энтузиазмом набросился.
  
  Подумал. Что ж... сам напортачил, значит, сам и будет исправлять содеянное. Конечно, от такого все внутри переворачивалось, но что поделать... Впрочем, не важно. Потом он это припомнит. Потом.
  
  ***
  Геллерт Гриндевальд, кандидат в Великие маги, задумчиво поглаживал кончиками пальцев выданное ему в Гильдии менталистов заключение. Кусок пергамента, перевернувший его знания об окружающем мире.
  
  Маг и сам по себе был достаточно умным, чтобы разобраться в переполненной терминами писанине, ну а после консультации с герром Шварцев вообще схватился за пострадавшую голову. Как выяснилось, воздействие на него осуществлялось, но не прямое. Косвенное. Очень аккуратное, очень деликатное, оно осуществлялось крайне интересным способом, заставляющим восхищаться такой... хитростью.
  
  Песня феникса действовала практически на физическом уровне. Звуковые волны расслабляли, погружая мага в своеобразный легчайший транс, как например особо низкие звуки, не слышимые ухом, нагоняют безотчетный страх. Здесь все было наоборот. Телу становилось хорошо, на уровне подсознания, и затем включалась простейшая цепочка. В присутствии этого мага мне хорошо. Спокойно, легко. Значит, ему можно доверять, в его компании можно расслабиться... и вот тут и находилась ловушка.
  
  Успокоенный разум, слегка приспустивший уровень паранойи, становился податливым и уязвимым для вторжения. И дело было не в воздействии легилимента, все было гораздо хуже. Дамблдор действовал умнее... его кто-то очень хорошо обучил. Тщательно подобранные фразы, правильно расставленные ударения... программирование с помощью слов, на что расслабившийся не обращал внимание... а вот довольное и расслабленное подсознание впитывало, как губка.
  
  И вот тут таланты легилимента проявляли себя во всей красе. Дамблдор видел, что именно цепляет сидящего перед ним мага, а что нет, и усиливал давление в нужном направлении. Ведь у всех есть какие-то темы, которые люди считают для себя важными и нужными. Зацепи такую - и внимание обеспечено, а там... немного подправить тут, перенести акцент сюда... и вот уже человек воспринимает чужие слова, как свою собственную идею.
  
  А разговоры... их к делу не пришьешь. Ведь это слова! А не магическое воздействие. Не зелья. Не... много чего не. Это просто слова. Просто.
  
  Блондин сидел в сгущающейся темноте, трогая пергамент, словно пытаясь убедиться, что ему не мерещится. Сейчас, вспоминая свою жизнь и долгие годы общения с тем, кого он когда-то считал другом, маг по новому переосмысливал многие и его и свои поступки. Особенно напрягала разница между тем, каким был Альбус до того, как заполучил феникса, и после.
  
  Он и раньше был амбициозен, жаждал славы, признания, благ и почестей, но вот после... Теперь он не зарабатывал свои умения и знания трудом, а действовал хитростью, медленно втираясь в доверие, дергая за ниточки образующихся связей.
  
  Альбус становился манипулятором, чем дальше, тем больше.
  
  Геллерта спасло то, что в последние лет пять он очень мало виделся со своим другом. Промежутки между встречами были большие, а дел на него навалилось много, причем таких, что о всеобщем благе он не задумывался, его волновало исключительно личное. Он занимался делами своего рода, накопившимися за долгое время, подыскивал себе супругу, а это дело не пяти минут, воевал с врагами семьи, тряс должников, расплачивался с кредиторами.
  
  Он был занят, и не думал на темы, которые любил обсуждать Альбус.
  
  - М-да... никогда не думал, что скажу предкам спасибо за лень и запущенное хозяйство, - пробормотал маг, щелчком пальцев зажигая светильники.
  
  - Что ж... надо пообщаться с этим ситхом. Надо. Теперь уже можно...
  
  Маг встал, положил пергамент в специальную шкатулку для бумаг и убрал в сейф. Оно ему еще пригодится.
  
  - Да. Надо.
  
  
  
  
  Интерлюдия 2. Реальность иллюзии.
  
  
  
  
  
  Во избежание ненужных вопросов, заданных по невнимательности, напоминаю читателям: действие происходит не на нашей Земле, а в параллельном мире. Там "Звездные войны" были созданы с подачи ностальгирующего Виктора, снимал не Джордж Лукас, а Лукас Джордж, исполнителя роли Люка Скайуокера звали не Марк Ричард Хемилл, а Маркус Хемилтон, и выглядел оный Маркус как настоящий Скайуокер: настоящий блондин, голубоглазый, немного выше ростом. И стал этот Маркус ситхом с подачи Виктора, принявшего его в Дом Сит-Ари.
  
  
  
  
  - Милорд, я вам поражаюсь... - с нечитаемым выражением лица прокомментировал изложенный план действий высокий блондин с золотыми глазами. Сидящий напротив шатен с точно такими же золотыми глазами рассмеялся.
  
  - А что, Маркус, не хочешь тряхнуть стариной? Это будет весело, я гарантирую!
  
  - Да я и не сомневаюсь, - озадаченно почесал левую щеку блондин, - просто странно как-то...
  
  - Привыкай. Тридцать пять лет прошло. Достаточный срок. А это... - шатен кивнул на лежащую на столе толстую пачку отпечатанных на принтере листов, скрепленных пружиной, - войдет в историю. Вдумайся, Маркус! В историю!
  
  - Да я уже как бы в нее вошел, - тоскливо протянул блондин, ерзая на комфортабельном стуле. - Еще как вошел! И не вышел...
  
  - Ничего... еще раз войдешь! Или... - голос брюнета стал вкрадчивым, - ты отказываешься?..
  
  - Что?! - встрепенулся блондин, подтягивая к себе листы и погружаясь в чтение. - Еще чего! И упустить такой шанс... Как же можно... отказаться войти... в историю!
  
  Сидящие в большом, уютном кабинете молодые мужчины, похожие друг на друга телосложением, ростом, глазами и каким-то странным ощущением, исходящим от них, весело рассмеялись, демонстрируя острые, нечеловеческие клыки.
  
  ****
  Бульвар Сансет. Голливуд.
  
  - Великая Сила... - присвистнул блондин, оглядываясь по сторонам. - Как все изменилось...
  
  - Да, а кафе все то же... - хмыкнул его спутник, выглядящий как образцовый английский денди. Костюм, пальто, перчатки... Даже трость в руке присутствовала.
  
  Блондин, одетый в подобном же стиле, только опытный глаз сразу определил бы - вещи произведены в Италии, только хмыкнул, и указал на сидящего в кафе мужчину. Средний рост, серебряная грива волос, короткая бородка... и его любимые клетчатая рубашка и джинсы.
  
  - Начинаем?
  
  - После вас, Мастер... - склонил голову блондин.
  
  - Поехали, аппрентис...
  
  ***
  Мужчина вздохнул, в раздумьях потирая подбородок. Поступившие на днях предложение было крайне выгодным... и крайне невыгодным. Вот так, одновременно.
  
  Выгодное - потому что денег и прочего ему отвалят неслабо. Да и избавиться от немного поднадоевшей темы хотелось... С другой... невыгодно в плане будущей репутации. Что с ним сделают фанаты... промолчим. Только в памяти почему-то всплывают "Молот ведьм" и прочие ужасы инквизиции.
  
  Как на грех настроение портила висящая напротив кафе реклама последней части саги, идущей в маленьком кинотеатрике по просьбам фанатов. Смотрящие с плаката лица героев были суровыми, и смотрели на него они крайне осуждающе, словно предчувствуя, какое решение будет принято.
  
  Вздохнув, Лукас допил кофе, подал знак поглядывающему на него официанту, дождался новой чашки с ароматным напитком и пары пирожных на блюдце, сделал глоток... и едва не подавился, выпучившись на севших за соседний столик двух молодых, не старше тридцати, мужчин, дорого и хорошо одетых.
  
  Схватившись за сердце, седой мужчина залпом выхлебал кофе, не чувствуя вкуса и температуры, бросил чашку на блюдце, едва не расколотив, и попытался отдышаться. Потерев лицо ладонями, Лукас посопел, вернул снятые очки на место и снова уставился на соседей, не обращающих на него никакого внимания.
  
  Чем дольше мужчина разглядывал сидящего напротив золотоволосого блондина, тем сильнее он белел.
  
  - Да нет, бред какой-то... - пробормотал седовласый, закрыл глаза, посчитал до двадцати, потом до сорока, для верности... и, открыв глаза, снова вперился в блондина. Наконец, после долгих разглядываний, мужчина облегченно выдохнув, тихо произнес:
  
  - Не он.
  
  Действительно, хотя на лицо блондин и тот, о ком вспомнил Лукас, были похожи, как две капли воды, отличия также присутствовали. Этот был более высоким, дюймов на пять, минимум, более крепким и мускулистым.
  
  - Но как же похож! Черт! Ну один в один!
  
  - Простите? - повернулся к нему блондин и мужчина замер под прицелом невероятно ярких голубых глаз.
  
  - Маркус? - робко произнес мужчина, ожидая чего угодно. Включая и визит к психиатру после утвердительного ответа. - Хемилтон?
  
   Блондин душераздирающе застонал, закатывая глаза.
  
  - Нет.
  
  Седовласый мужчина облегченно выдохнул.
  
  - Ричард. Ричард Маркус Хемилтон. Маркус Хемилтон - мой отец.
  
  - Что?!
  
  Через полчаса расспросов и уточнений у пересевших за его столик мужчин Лукас повеселел. Еще через полчаса он обнаружил себя читающим толстый сценарий, извлеченный, как оказалось, сыном его давнего партнера, из портфеля, на ходу исправляющим некоторые режущие взгляд неточности и строчащим дополнения на широких полях.
  
  - Прямо семейный подряд! - хмыкнул режиссер, подчеркивая особо интересный момент карандашом. - Ваш отец помогал мне финансово еще с самым первым фильмом...
  
  - Я знаю, - кивнул шатен. - Он о вас крайне положительно отзывался. Я думаю, он будет счастлив узнать, что скоро увидит продолжение... "Звездные войны" - его любимый сериал!
  
  - Какое продолжение? - поднял голову Лукас. Шатен, оказавшийся тоже Виктором Марка, только с приставкой "младший", указал на сценарий.
  
  - Вот это.
  
  - А когда я согласился?!
  
  Виктор взглянул на часы.
  
  - Да уже минут двадцать как.
  
  - Да?
  
  - Да.
  
  - Гхм!
  
  Лукас задумался, сверля взглядом сценарий. Обдумал поступившее ему предложение... и пожал плечами.
  
  - А почему бы и нет?!
  
  ***
  
  Через неделю после судьбоносной встречи в кафе мир поразила сенсация, вызвавшая истерику у всех фанатов великой саги и просто сочувствующих.
  
  Автор шедевра всех времен и народов готовился поразить вселенную в очередной раз.
  
  Щелкали фотоаппараты, словно затворы, вспышки слепили глаза, представители прессы штурмовали здание, словно десант, идущий на прорыв. За длинным столом расположился инициатор всего этого безобразия, рядом его помощники и некто, одетый в джедайскую мантию с капюшоном, сейчас затенявшим лицо.
  
  Пресс-конференция шла своим ходом, Лукас отбивался от вопросов вцепившихся в него с энтузиазмом бойцовых собак журналистов, Виктор, стоящий в углу, невидимый и неощутимый никем, счастливо улыбался, ожидая главного момента.
  
  - А теперь, - Лукас обвел резко замолчавшую братию взглядом, полным непонятного предвкушения, - я хочу представить вам... концепт... да, можно и так сказать, данного фильма. Первого в трилогии... Мисс Чемберс, прошу...
  
  По знаку помощницы со стены сняли закрывавшую ее ткань и в зале воцарилась тишина. Люди потрясенно смотрели на изображенного на плакате человека, молодого мужчину, в джедайской мантии, с длинными, по плечи, волосами цвета золота, с яркими голубыми глазами, с ямочкой на подбородке, держащего в руке зажженный сейбер зеленого цвета.
  
  - Позвольте представить исполнителя главной роли...
  
  Неизвестный, сидящий за столом встал, и скинул с головы капюшон. Кто-то потрясенно выругался, даже не понижая голос. Все собравшиеся смотрели на наблюдающего за ними с искренним весельем в глазах мужчину, как на привидение. Или выходца с того света.
  
  - Ричард Маркус Хемилтон. Сын Маркуса Хемилтона.
  
  От воплей журналистов здание едва не рухнуло на землю. У наблюдавших все это в прямом эфире зрителей началась массовая истерия.
  
  ***
  - И вот зачем?
  
  Сидящий в кресле брюнет недовольно смотрел на расположившегося напротив отца.
  
  - Зачем - что, Марволо? - поднял бровь Виктор, вертя в пальцах очередную редкую фигурку, изображающую Палпатина-сенатора.
  
  - Зачем это всё? Я понимаю, в первый раз это была ностальгия. Так ты тогда выразился? Во второй раз... ммм... ты захотел продолжения банкета. Я правильно цитирую? А сейчас?
  
  - А сейчас я хочу достойно завершить эту шутку. Первая трилогия была сказкой, рассказанной детям, - сверкнул золотом глаз Виктор. - Вторая - обнажила корни этой сказки...
  
  - А третья?
  
  - А третья покажет, что происходит после того, как герой убивает дракона.
  
  ***
  
  На экране разворачивалась драма. Горело на костре тело Люка Скайуокера, погибшего непонятно каким образом, рыдала Лея, ее утешал Хан, нечитаемыми взглядами смотрели остальные шишки из руководства Республики. Корвин Скайуокер, сын Люка и Мары Скайуокер стоял, сгорбившись, погруженный в свое горе, не замечая направленного ему в спину странного взгляда синих глаз.
  
  Молодой мастер-джедай переживал потерю, уже вторую - его мать погибла за полгода до этого. Он не видел никого и ничего, смотря на сгорающее в бешеном пламени тело... а в отдалении стоял некто светящийся в темной мантии, сжимающий в кулак затянутую в перчатку правую руку... а его за плечо удерживала высокая фигура в черных доспехах.
  
  - Еще не время...
  
  События неслись вскачь. Корвин рыл, как одержимый, пытаясь прояснить тайну произошедшего, вокруг творилось черт знает что, извлекаемые на свет божий секреты воняли, как недельной давности труп.
  
  Орден лихорадило, Джейсен мутил воду, Джейна действовала всем на нервы... пропал Энакин. На Республику надвигалась буря - границы подверглись атакам неизвестных. Нашли пропавшего Соло - мертвым. Семья, потрясенная произошедшим, сплотилась перед ликом неизвестной опасности.
  
  Бои с чужаками, горе и потери, победы и празднования... Корвин становился сильнее и мудрее, в Ордене на него начали коситься, а вскоре происходит нечто, перевернувшее его мировоззрение...
  
  Парня навестил Призрак Силы. Люк Скайуокер.
  
  О чем они беседуют, на экране не показывают, но вот последствия этого видны очень хорошо - глаза Корвина из синих на мгновение становятся желтыми.
  
  - Клянусь... - горячечный шепот стоящего на коленях парня разносится в напряженной тишине. - Клянусь... я отомщу, отец. Отомщу!
  
  Радужка его глаз пылает золотом.
  
  Первая часть взорвала мозги фанатам, принеся невиданные кассовые сборы и глубокое моральное удовлетворение Виктору, а также головную боль Маркусу, вспомнившему, что такое бремя славы.
  
  Разработка сценариев шла полным ходом, спецэффекты жрали финансы, как не в себя, фанаты штурмовали магазины с фирменной продукцией, в ассортименте которой появились желтые линзы для глаз. Мир замер, ожидая очередного потрясения, которое не замедлило наступить.
  
  ****
  
  Война продолжается, но кажется, успех на стороне Республики. Джедаи выкладываются по полной, их бросают на самые опасные участки, а в верхушке руководства кто-то проворачивает невиданные интриги. Нет единства, начинается грызня за власть, смещают Лею. Хан только грустно качает головой.
  
  - Я тебя предупреждал.
  
  Кто-то настойчиво выбивает Скайуокеров. Терпеливо. По одному. На семейном кладбище прибавляется памятных надписей.
  
  Лея Скайуокер-Соло и Хан Соло, ее супруг. Оставшиеся сиротами Джейна и Джейсен никуда не выходят по одному, а Корвин постигает тайны Силы... под руководством своего отца. Призрак учит его жестко и даже жестоко... а за этим наблюдает высокая темная фигура, одобрительно кивающая. Глаза парня все чаще меняют цвет.
  
  Заподозрившие неладное двойняшки подкарауливают своего брата и вынуждают открыться. Разговор на повышенных тонах переходит в драку. Они сражаются друг с другом отчаянно, двойняшки загоняют Корвина в угол, неожиданно побоище останавливают Призраки Силы. Люк Скайуокер... и Энакин Скайуокер, Дарт Вейдер. Замок Баст дрогнул, но устоял.
  
  Двери захлопываются: пора им узнать, кто убил Великого магистра Ордена Джедаев. И каким образом.
  
  Узнавшие правду Джейсен и Джейна посовещавшись, меняют фамилию. Теперь они не Соло, а Скайуокеры... и все трое носят черное, оправдываясь трауром. А еще они приносят клятвы верности друг другу.
  
  Им доставляют послание. Некто в форме высшего военного чина Империи предлагает им сотрудничество... но не за просто так. На резонный вопрос - "почему", получен простой ответ. Потому что, иначе не выжить.
  
  Они долго совещаются, и призраки и живые.
  
  - Мы согласны.
  
  Высокий экзот в белоснежной форме склоняет голову.
  
  Орден трещит по швам. Война сильно сократила число обученных одаренных. Их и так было немного, а теперь и вовсе - мизерное количество. И не все погибшие - жертвы агрессоров, пришедших с дальних рубежей. Кто-то выбивает джедаев, подлавливая в удобный момент.
  
  Скайуокеры собирают остатки Ордена и разъясняют ситуацию. Это геноцид. Одобренный руководством Республики, возмутившимся, что Люк Скайуокер решил вывести свое выстраданное детище из-под влияния Сената. Сделать его неподконтрольным бюрократам. Вновь заполучившие власть, сенаторы не желают ее терять. Именно поэтому погиб Люк. А еще стало известно, кто мутит воду в Республике.
  
  - Наш враг... Дарт Сидиус.
  
  - Но он же мертв!
  
  - Нет. Его почерк.
  
  - А Сенат?
  
  - Большинству наплевать. Меньшинство его поддержит открыто. На этот раз он поступил хитрее. Он уже среди них.
  
  - Что будем делать?
  
  - Восстанавливать Империю, раз Республика нас в очередной раз списала со счетов.
  
  Они уходят, и остатки Ордена следуют за ними.
  
  ***
  
  - М-да, милорд... наворотили вы дел... - уважительно констатировал Маркус, листая сценарий последней части. В последнее время он практически не выходил из замка Виктора, а если выходил - то только под иллюзией. Во избежание встреч с фанатами.
  
  - Суровая правда жизни... - отсалютовал бокалом с легким вином ситх. - А что?
  
  - Да ничего... вот, думаю... Бедные фанаты! Какой сюрприз их ждет!
  
  Сидящие вокруг пять молодых мужчин, неуловимо похожих друг на друга, сверкающих золотом глаз, рассмеялись. Шушукающиеся в уголке две невысокие девушки захихикали.
  
  - Боишься попасть им в лапы? - медовым голосом протянула брюнетка.
  
  - Резонно опасаюсь! - сверкнул глазами Маркус. - Фанаты, они такие... страшнее ядерной войны.
  
  - Это да... впрочем, это уже неважно. Позвольте сделать объявление...
  
  Все замерли, внимательно уставившись на Виктора.
  
  - Испытания начались.
  
  Все переглянулись... и под сводами зала забился счастливый хоровой вопль:
  
  - Даааа!
  
  ***
  
  
  Объединение с Трауном, выжившим после предательства его же телохранителей, приносит свои плоды. Эскадра обрастает кораблями, к ним присоединяются те, кто держал нейтралитет или не мог выстоять под ударами конкурентов. Корвина провозглашают Великим магистром.
  
  Они борются за свое существование, растут в мастерстве, за чем, гордо улыбаясь, наблюдают призраки. Республика трещит по швам, но им нет больше до нее дела. У них - своя дорога.
  
  В Сенате появляется новый сенатор - молодой рыжеволосый мужчина. Скайуокеров это не сильно беспокоит - они ищут уязвимые места своего врага, собирают сведения, помогают Трауну. Их союз выгоден всем.
  
  Орден в очередной раз меняется. В этой галактике нет места джедаям... но и ситхами в чистом виде быть они не хотят. Значит... Да здравствует Орден Равновесия, соединяющий в себе три пути. Джейна и Джейсен становятся магистрами, образуя вместе со своим братом триумвират. Они верны друг другу, не допуская раскола в семье. Раскол - верный путь к гибели... поэтому Джейсен принимает имя Дарта Кейдуса, а Джейна - магистр-джедай. Отныне будет так. Корвин - Великий магистр Дже`дайи.
  
  Все направления. Ситхи, джедаи, дже`дайи. Больше никаких расколов и религиозных войн.
  
  Чужаки уничтожены, ведь они были прикрытием для интриг вернувшегося Палпатина, он идет к вершине власти, плетя свою паутину. Когда Республика обнаруживает, что у нее под боком крепкое государство, начинается паника.
  
  Тем временем, Скайуокеры находят информацию о Сидиусе и его потайное убежище. Они немного ошиблись. Не сам Сидиус... его сын. Им от этого не легче - у ситха вырос достойный потомок. Посовещавшись, Скайуокеры связываются с Косом Палпатином - сыном приснопамятного Шива Палпатина. Нейтралитет. Они не трогают его, он не трогает их. Хочет республику - пусть забирает. Это достойная кара сенаторам за их преступления. Достойная месть за погибшего Люка, Лею и Хана.
  
  А им и своей Империи хватит.
  
  Кос смеется и дает согласие.
  
  И пусть все очень неопределенно, теперь они идут своим путем. Только своим.
  
  ***
  
  Ричард Хемилтон больше не снимался, отказываясь от поступающих его агентам предложений. Он исполнил свою мечту и мечту Виктора, и больше экранная жизнь его не интересует.
  
  У ситхов есть дела поважнее... начались испытания портала с проектируемыми свойствами. Пусть это займет годы - но практически бессмертным существам спешить некуда. Их ждут другие миры... и далекая, далекая галактика. Их ждут звезды.
  
  
  
  Глава 11.
  
  
  Виктор с интересом осмотрел поданное на серебряном подносе письмо, запечатанное печатью с оттиском герба. Ситх поднял конверт Силой, поднося ближе. Раскинувший крылья ворон в короне. Ясно. Гриндевальд. Маг решил пообщаться... Что ж. Будем посмотреть.*
  
  Виктор распечатал конверт, все также не прикасаясь к нему руками, хотя сканирование Силой и показало, что ничего постороннего не обнаружено, но поупражняться в тонких манипуляциях никогда не вредно. Вежливые фразы, изысканные обороты... Маг учтиво осведомлялся, не будет ли так любезен уважаемый... Ситх чуть не добавил: Джинн.
  
  - Будет, будет, - проворчал мужчина, откладывая письмо на столик. - Такие знакомства никогда не помешают. Особенно теперь. Что, Геллерт? Обнаружил, что твоя черепушка как-бы не очень то и твоя? А немного и чужая? Представляю, как ты взбесился, когда это узнал. Бедняга... Подгадил тебе Альбус, ой, как подгадил. Впрочем, он многим бяку сделал. Теперь это заметили. А раньше куда смотрели? Значит, кому-то выгодно? А? Господа маги? В одиночку такое хрен провернешь. Всегда есть кто-то, кому выгодно. Всегда!
  
  ***
  Геллерт Гриндевальд с интересом рассматривал идущего навстречу магика. То, что это не человек, было ясно видно с первого взгляда. Другая моторика движений, внешность... Ощущение окружающей его силы. Это не магия, хоть и немного похоже. Маг не знал, как это назвать. Действительно новый вид. Не эльф, не орк, не вампир... Идущий навстречу молодой мужчина был совершенно не похож на привычных представителей волшебных рас. Как минимум это интриговало.
  
  Встречу решили провести в нейтральном месте, уже достаточно давно используемом для этих целей. Владельцы данной гостиницы, окруженной парком, предоставляли все необходимое, начиная с изысканной пищи, на любой вкус, заканчивая комфортабельными номерами. Сейчас к услугам желающих провести встречу был предоставлен целый зал. В центре поставили столик на двоих, возле стены застыли в ожидании заказов вышколенные официанты, сопровождающие ситха таралы выстроились за спиной лорда, сверля взглядом телохранителей Гриндевальда.
  
  Виктор окинул взглядом всю эту картину маслом и слегка дернул бровью. Прямо ностальгия пробила! Старые добрые времена и встречи в верхах... Ситх раскланялся с величественно застывшим магом, они присели и одновременно потянулись к меню. Подлетели официанты, началась привычная суета. Начало было положено, теперь главное - не испортить.
  
  О чем можно разговаривать за обедом? Естественно, о еде. О погоде. О политике. О политике пока не говорили, чтобы аппетит не испортить, но вот первые два пункта не забыли. Обсудили блюда, вино, мастерство шеф-повара, выпавший на прошлой неделе снег...
  
  Одновременно беседующие приглядывались друг к другу. Геллерт внимательно отслеживал поведение магика. Как ведет себя за столом? Знает этикет или как? Насколько хорошо знает? Привычно или так, только прочитал? Может человеческий для него непривычен? Что заказал? Как ест? Мимика и жесты? Нет мелочей. Важно абсолютно всё.
  
  Виктор, отслеживающий через Силу азарт исследователя, одолевающий Гриндевальда, только усмехался про себя. Великий (практически) маг производил впечатление. Рослый, широкоплечий, демонстрирующий изумительную выправку, голубоглазый и золотоволосый, Геллерт выглядел идеалом арийца. От мужчины исходили мощь и невероятная по силе харизма, в глазах светился недюжинный ум. Настоящий прирожденный лидер. Сильный и целеустремленный, знающий, чего хочет от жизни. Понятно, почему Альбус так его старательно обхаживал, набиваясь в друзья и не гнушаясь никакими средствами в этом деле.
  
  Гриндевальд был великолепно образован, имел все задатки гения, которые успешно реализовывал, у него были крепкие связи в среде аристократов, прекрасная репутация и огромное богатство, полученное не в дар от предков, а нажитое своими усилиями. Естественно, Дамблдор присосался к нему, как клещ. Так, что не отцепишь, а если и вырвешь - то только с кожей... а ведь если паразита вовремя не удалить, возникнет заражение... что и произошло в каноне. Хоть там и было все мутно описано, но понять можно: пока это было выгодно, Альбус искусно направлял своего друга по нужному ему пути, а как только выгода пропала, участь Гриндевальда была решена. Хотя... там было много непонятного.
  
  Впрочем, теперь это неважно.
  
  Обед закончился и ситх сверкнул золотыми глазами.
  
  - Как вы относитесь к пению, герр Гриндевальд?
  
  ***
  Геллерт развалился в кресле, вытянув ноги и неторопливо потягивая коньяк неимоверной выдержки. В камине напротив горел огонь, распространяя приятное тепло, в покоях царила тишина... самое оно для того, чтобы обдумать сегодняшнюю встречу.
  
  Ситх произвел на мага впечатление. Молодое лицо, поражающее красотой, отличной от человеческой. Вроде, ничего такого уж слишком необычного, но общее впечатление... нелюдь. Опасный нелюдь. Плавные движения, нечеловеческая грация и пластика... его можно принять за воина, но Геллерт видел: магик привык работать мозгами, а не давить врагов голой физической силой. И это делало его опаснее втройне.
  
  А еще он почему-то невзлюбил Альбуса. Маг это отлично ощущал... неприязнь и подспудная брезгливость. И ненавидел фениксов. Вспышка ярости была ясно ощутима, хоть и кратковременна. Почему? Здесь явно присутствовало что-то личное. И он был Темным... Маг видел это ясно и четко, эту окружающую ситха Тьму, она была вовне и внутри магика, он словно был создан из нее... Хотя, если он Истинный, то это вполне вероятный вариант.
  
  И он был другим. Сила, как назвал это магик... это была не магия. Или не только магия. Или... не совсем магия. Гриндевальд не знал, как это описать, но понимал, ощущал всем своим естеством эту пропитывающую каждую клетку тела ситха мощь.
  
  А еще он подкинул несколько интересных мыслей, которые следует обдумать. О том, что кому-то все это было выгодно. О том, что войны - один из самых прибыльных видов деятельности рода человеческого. О том, что загребать жар чужими руками - безопасно и интересно. И о том, что некоторые очень любят играть в куклы... а умирать за чужие идеи - глупо. При этом ситх посмотрел на левый рукав мага, где в ножнах находилась очень необычного вида палочка и странно усмехнулся.
  
  - Скажите, герр Гриндевальд, вы любите сказки?
  
  - В детстве очень любил.
  
  - А сейчас?
  
  - А сейчас я понимаю, что многие сказки - это всего-лишь... сказки.
  
  - А немногие? - слегка улыбнулся ситх. Маг дернул бровью.
  
  - А немногие - это облагороженные неприглядные факты.
  
  - Рад, что вы это понимаете... Вот только некоторые личности воспринимают сказки слишком серьезно. Отыскивают в них рациональное зерно... заражают своим энтузиазмом других... Мотивируют их на подвиги... А потом пользуются плодами чужих усилий. Скажите, а вы бы хотели рассказывать эти самые сказки своим детям?
  
  Гриндевальд подобрался, голубые глаза посветлели до неимоверной прозрачности.
  
  - Конечно.
  
  - Замечательно, - благожелательно прикрыл глаза Виктор. - Тогда советую позабыть о некоторых сказках и их материальных свидетельствах. Или избавиться от них... демонстративно. Говорят, родовые артефакты крайне капризны и очень не любят тех, кто не имеет в своих жилах определенного сорта крови. И карают слишком жадных, глупых или любопытных, тянущих к ним руки. Впрочем, это не мои проблемы...
  
  - Зато, - вздохнул маг, - это, похоже, мои.
  
  ***
  После встречи с Гриндевальдом хотелось развеяться. Виктор отпустил таралов и шагнул сквозь пространство в Лондон, решив просто побродить по улицам. Специальный артефакт превратил его внешность из примечательной в среднюю, ничем не выделяющуюся, также, как и одежду. Виктор неторопливо шагал по улицам, разглядывая витрины, прохожих, редкие автомобили... настроение было спокойным. Неожиданно мимо пронеслась стайка гомонящих чумазых мальчишек, один из них случайно его толкнул, опасливо вжав голову в плечи, на бегу забормотал извинения и умчался с товарищами дальше.
  
  Ситх хмыкнул... и неожиданно весело оскалился: портмоне, лежащее в кармане пальто, в которое превратилась мантия, исчезло, словно по волшебству. Виктор рассмеялся, ища через Силу принадлежащую ему вещь... и замер, раздувая ноздри.
  
  Рядом находился латентный Одаренный.
  
  Ситх повел налитыми золотом глазами, вглядываясь в прохожих, одновременно накидывая на себя Отвод глаз - крайне полезное умение, своеобразный щит, который он научился ставить недавно. Мужчина пошел на слышимый только им зов, словно мотылек, который летит на свет пламени свечи. Поворот. Еще. Поворот. Грязная улочка... Вот он. Прямо перед ним.
  
  Стоящий в углу, возле баков с мусором парнишка, потрошащий его кошелек, испуганно вскинул голову, роняя честно украденную добычу, когда тень перед ним сгустилась в непроглядный мрак, из которого выступило сказочное существо.
  
  Высокий молодой мужчина, одетый с такой роскошью, какую мальчишка не видел никогда, светящий пожаром глаз, предвкушающе оскалился, демонстрируя острые, нечеловеческие клыки.
  
  - Ну, здравствуй... апрентис.
  
  ***
  Марвин вздрогнул, выронив портмоне, которое неожиданно само влетело прямо в руку странного существа. Подросток с отчаянием огляделся, но бежать было некуда: он сам залез в этот тупичок, надеясь, что ему повезет и в украденном кошельке будет хорошая сумма денег. Однако, с самого начала все пошло не так. В портмоне лежали деньги. Много... он их видел, эту толстую пачку фунтов, мог даже пролистать ее сверху, но вот достать... Купюры выскальзывали из пальцев, словно вода, издевательски шурша.
  
  А тут еще и это... этот. Стоит, смотрит как на трофей, скалит клыки, самые натуральные... и... господи-ж-ты-боже-мой! Глаза золотые, как соверен, который он один-единственный раз держал в руках! Бежать! Марвин вырос на улице, и прекрасно знал, что здесь умереть - раз плюнуть. Богатые извращенцы, голод и холод, случайности и просто жестокие шутки развлекающейся мрази всех возрастов и сословий. Ходили слухи о таком, что подвиги Джека Потрошителя казались невинными шалостями. Он и сам видел как-то аккуратно разделанный, разрезанный на части труп, выглядящий так, словно им занимался очень опытный мясник. Хоть бирки с ценой цепляй. Ужас заморозил тело, сердце бешено застучало, он рванул в сторону...
  
  Подросток дернулся и Виктор демонстративно пошевелил пальцами. Парнишка замер, чувствуя себя так, словно его сдавило со всех сторон нечто невидимое, упругое и неимоверно прочное. Стоящее в вальяжной позе чудовище довольно оскалилось.
  
  - Прыткий. Это хорошо. Итак... - мужчина прищурился, - Марвин. Причинять тебе вред я не собираюсь. Мне это не нужно. И развлекаться, потроша твою тощую тушку я тоже не собираюсь...
  
  Марвин дернулся, едва не плача от отчаяния и уставился на подошедшего ближе нелюдя. Теперь он это видел совершенно ясно.
  
  - Пустите, сэр... умоляю... - пролепетал подросток, понимая, что кричать - бессмысленно. Мимо тупичка уже прошли несколько человек, но они совершенно не обращали на происходящее в нем внимания. Словно здесь было пусто.
  
  - Я тебя отпущу... - хмыкнул Виктор, - но только при одном условии.
  
  - Каком, сэр? - Марвин с отчаянием подумал, что видно и ему попался извращенец. Прочитавший мысли мальчишки Виктор гадливо поморщился.
  
  - Нет, Марвин, - с ясно видимым отвращением произнес ситх. - Фу, мерзость какая... Да успокойся ты! - прикрикнул мужчина, направляя на подростка волну Силы. - Ну? Успокоился?
  
  Марвин неуверенно кивнул и Виктор демонстративно закатил на миг глаза.
  
  - Ну, наконец-то! Итак, начнем заново. Меня зовут Виктор Марка Сит-Ари. Лорд Сит-Ари.
  
  - Марвин... Марвин Смит, - выдохнул подросток.
  
  - Отлично. Итак, Марвин. Ты привлек мое внимание не тем, что спер мой кошелек, - мужчина весело хмыкнул, - а тем, что являешься Одаренным.
  
  - Что? - выпучил глаза ничего не понимающий Марвин. Виктор вздохнул. И вот как этому зашуганному созданию что-то объяснить?
  
  - Ладно. Если коротко. Ты сказки слышал о подменышах, народе холмов и прочем?
  
  - Да, сэр, - настороженно уставился на него мальчишка.
  
  - Это хорошо. Тогда ты должен знать, что волшебные создания чтят свою кровь.
  
  - Да, сэр... - нахмурился Марвин, вороша свою память. - Что-то такое я слышал...
  
  - Отлично. Скажу коротко. В тебе есть капля моей крови. Надеюсь, так тебе станет понятнее?
  
  - Вашей, сэр?! - потрясенно выпучился беспризорник. Виктор хмыкнул.
  
  - Моей расы. Это - неимоверная редкость, Марвин. Поэтому, раз я тебя встретил, то... я не отпущу тебя.
  
  - Что вы от меня хотите, сэр? - тут же насторожился Марвин. Виктор подошел ближе, довольно сияя золотыми глазами.
  
  - Я хочу принять тебя в свой род.
  
  Марвин замер, чувствуя себя так, словно его хорошо отоварили чем-то тяжелым по голове. Он заморгал, решив, что ему послышалось или все это просто галлюцинации от голода, терзавшего его тело.
  
  - Простите, сэр? - пискнул парень и лорд понимающе хмыкнул.
  
  - Тебе не послышалось. Впрочем... - взгляд золотых глаз стал на мгновение острым и пронизывающим, - такие вещи лучше обговаривать на сытый желудок.
  
  Марвин покраснел, но Виктор только покачал головой, убрал невидимые путы с парня и, подойдя к нему, приобнял за плечи.
  
  - Не бойся.
  
  А потом лорд шагнул сквозь пространство и осторожно придержал едва не упавшего в обморок от избытка впечатлений будущего ситха. В этом Виктор был совершенно уверен.
  
  Марвин смотрел на выросшую перед ним громаду замка во все глаза. День, начавшийся так обыденно, превратился во что-то тревожно-загадочное, как те сказки и истории, что рассказывала им Ненни, женщина, изредка навещающая их ночлежку и приносящая хлеб, молоко и кое-какую одежонку. Единственный взрослый человек, которого они не боялись, беспризорники, оккупировавшие, как крысы, сырой и темный подвал. Но там было безопасно. Относительно, конечно, но по сравнению с другими местами - оазис благополучия. Подросток дернулся, когда руки мужчины разжались и едва не упал. Голова кружилась, желудок делал вялые попытки выбраться наружу, его трясло от холода и избытка впечатлений. Лорд пошел вперед, ни капли не сомневаясь в том, что Марвин пойдет за ним. Мальчишка вздохнул, понимая, что выбора, как такового, у него нет и не было, впрочем, его об этом предупредили сразу. Не соврали, что уже в плюс... Он зло сцепил губы и решительно поковылял вслед за нелюдем. Впрочем, сказки ведь не врут... люди для нелюдей - только игрушки. Но если этот лорд не соврал, у него есть шанс на другое отношение. Родне они делают послабления... иногда.
  
  Дальнейшее слилось в сознании в одно сплошное потрясение. Странное ушастое создание помогло ему вымыться. Горячей водой! В огромной ванне! Это было просто нереально! И пена... пушистая. Пахнущая чем-то странно-освежающим, очень приятным. И полотенца... теплые. Белоснежные. Он таких никогда не видел. Его высушили, причесали. Выдали новую одежду. Действительно новую. И его размера. Это было совершенно непривычно. Белая рубашка. Костюм. И белье. И ботинки четко по размеру. И носки. Он смотрел на себя в зеркало и едва не плакал, вспоминая подвал, обноски и таких же как он чумазых детей. А потом его перенесли в столовую и Марвин едва не упал, почуяв аппетитные запахи.
  
  Он жадно хлебал бульон, умирая от восторга: ничего вкуснее он не ел, под понимающим взглядом золотоглазого мужчины. И свежий белый хлеб. И тонко нарезанный сыр... А потом был чай, после которого сознание на пару с телом провалилось в сытую дрему... Проснулся Марвин резко, не понимая, где находится. Сухо. Тепло. Мягко. Чисто. Ушастое нечто вновь помогло ему привести себя в порядок, после чего провело в столовую. Завтракать.
  
  - Так это не сон?
  
  - Нет.
  
  Нелюдь отставил чашку с чем-то сильно и приятно пахнущим, внимательно смотря на находящегося в полном раздрае подростка.
  
  - Не сон, Марвин... Ты даже не понимаешь, насколько исчезающе мала вероятность нашей встречи. Я живу здесь уже несколько лет... и до этого момента не встретил никого, в ком была бы хоть капля наследия моего вида. В лучшем случае маги... и никаких Одаренных. Совершенно. И наша встреча... шанс даже не на миллион. Милость Великой Силы.
  
  - А... - парень замялся, ковыряя пальцем штанину, - я...
  
  - Ты - Одаренный, - со стальной уверенностью в голосе ответил Виктор. - Я ощущаю это всем своим естеством. Это как запах... Звук... Свет во тьме. Я не могу это описать... но ты поймешь. Как только я начну твое обучение. Что ты чувствуешь в моем присутствии?
  
  Марвин заморгал, пытаясь подобрать слова.
  
  - Опасность. И защита.
  
  - И что перевешивает? - с интересом спросил Виктор, слегка наклонив голову. Марвин совершенно серьезно взглянул ему в лицо.
  
  - Ничего. Одинаково...
  
  Ситх усмехнулся, отбросил салфетку и встал.
  
  - Идем. Нам многое предстоит обсудить.
  
  Неделю спустя небольшая групка чумазых беспризорников обоих полов, в возрасте от пяти до двенадцати стояла в чистеньком дворике, рассматривая во все глаза дом. Их дом. Стоящая рядом с ними пожилая женщина, бедно одетая, с совершенно седой головой и глубокими морщинами неверяще потрогала дверь, словно убеждая себя, что это ей не мерещится. Жизнь круто изменилась буквально в одночасье. Началось с того, что Марвин сначала пропал больше, чем на сутки, а потом вернулся. Живой. Здоровый. Сытый. Одетый. И совершенно счастливый. Фортуна бросила кости и ему выпали три шестерки, не меньше. Захлебываясь словами от счастья, мальчишка протараторил, что нашел родственника. Очень и очень дальнего, но он принял парня и готов помочь и его товарищам, с которыми он выживал на улицах все эти годы. И этот родственник самый настоящий лорд. И этот самый лорд купил им жилье, открыл счета, куда положил деньги... не очень много, но для них и соверен - целое состояние! Он купил им одежду, продукты, оплатил услуги воспитателей и учителей, давая возможность выучиться и найти достойную работу и приличную партию. Он даже пригласил мисс Хемиш, ведь детям нужен пригляд взрослого. И это не шутка, а реальность. А самого Марвина он примет к себе.
  
  Но он все равно будет их навещать, проверять, как у его друзей идут дела... ему никто не запрещает с ними видеться. И сейчас они будут заселяться в их дом, и у каждого будет своя комната. И им не надо будет больше жить на улице, воровать, рискуя жизнью, голодать и болеть... их ждет совершенно новая жизнь, в которой старым страхам нет места.
  
  - Доволен? - Виктор внимательно посмотрел в глаза своего первого ученика. И не только ученика. Все проверки и расчеты говорили о том, что мальчишка сможет пережить принятие в Дом Сит-Ари. Это будет медленно, болезненно и тяжело, но возможно. Полное кровное принятие. Прямое переливание крови. Ситхская алхимия, знания о которой появляются в медитациях. Воля Виктора. И желание самого Марвина. Все это сойдется, чтобы привести в этот мир еще одного ситха. Он сменит имя и фамилию, внешность и сознание... полная перестройка личности. Вот, что ждет бывшего беспризорника.
  
  - Да, милорд, - улыбнулся Марвин, прижимая руки к груди, где бешено билось сердце.
  
  - Тогда... идем. Тебя ждет новая жизнь.
  
  Шаг сквозь пространство, и они снова стоят у ворот замка.
  
  - Сегодня очень удачный день... Митос.
  
  - Милорд? - удивленно посмотрел на него Марвин. Виктор усмехнулся.
  
  - Так тебя будут звать... Хорошее имя. Сильное. Тебе подходит. Ты ведь первый, кого я нашел... и тоже будешь бессмертным. Митос... Всадник по имени Смерть. Хорошее имя. Очень.
  
  ***
  Виктор зачарованно наблюдал невероятнейшее зрелище: рождение ситха. Ритуал, разработанный после долгих медитаций, расчетов и обдумываний прошел успешно, мальчишка пережил прямое переливание крови и теперь лежал на кровати, погруженный в глубокий искусственный сон. Перестройка организма - вещь весьма болезненная, да и долгая, так зачем мучить ребенка? Пусть спит, тогда все пройдет легче и быстрее.
  
  Пока еще Марвин тихо сопел, изредка подергивая пальцами правой руки. Тощий, несуразный... кожа да кости. Жизнь на улице никому не прибавляет здоровья... Сейчас начинаются изменения в энергетике. Спящий Дар потихоньку просыпается. Самый первый этап. Потом начнет меняться тело. Постепенно, клетка за клеткой. Изменится все, включая ДНК. Ну а психика... это уже самое последнее.
  
  Марвин застонал, вздрогнув, и Виктор потрясенно увидел, как в груди мальчика словно вспыхнул крошечный огонек. Не Светлый... но и не Темный. Нейтральный, пока еще, просто чистая Сила без разделения. Однако, это только на начальном этапе. Как только энергетика мальчика придет в порядок, сравнявшись с эталонным образцом, в качестве которого выступает Виктор, энергия сменит окраску, и Марвин начнет развиваться как Темное существо. Ощущение присутствия другого Одаренного стало сильнее, заставив ситха довольно улыбнуться. Наконец-то!
  
  Скоро он перестанет быть единственным.
  
  ***
  Марвин пролежал в искусственном сне две недели, пока закончился первый этап. Две недели, за которые его энергетика изменилась полностью. Теперь Виктору не надо было сосредотачиваться, чтобы почувствовать тусклый отблеск присутствия мальчишки в Силе. Теперь он ощущал его ясно и четко. Марвин стал маяком, чей путеводный свет видно издалека. Все это время мальчишку кормили внутривенно, накачивали витаминами, ситх постоянно проверял его состояние, контролируя процесс. Он не хотел, чтобы из-за какой-нибудь мелочи все пошло наперекосяк, ведь от успеха в этот раз зависят и все остальные. Виктор не сомневался, что будут еще встречи с потенциальными ситхами, не могут не быть.
  
  Он хочет возродить расу... поэтому будет смотреть в оба. Ведь его дети... кто знает, какими они будут? Марволо, например, пошел в мать. Он больше Мракс, чем Сит-Ари... Он маг, а не ситх. А ему нужны именно ситхи. Он хочет в космос... туда, на просторы, к далеким звездам, манящим его своим холодным светом. И он обязательно осуществит свою мечту.
  
  Через две недели начало меняться тело. Пока что это было незаметно, но Виктор, сканируя мальчика Силой, отмечал эти изменения. Он практически видел, как обновляются клетки, делясь с бешеной скоростью, как Марвин выздоравливает от травм и болячек, которых у бывшего беспризорника было полно. А еще через неделю с удовольствием отметил, что Марвин вырос на два сантиметра. После этого все понеслось со скоростью сходящей с горы снежной лавины. Мальчишка менялся на глазах. Он вытянулся, кожа очистилась, волосы упали смоляными кудрями, Виктор отметил проступающие на кистях рук шипы... Он оставался тощим, но теперь это была здоровая худоба, а не истощение. Тем более, это поправимо. Отъестся.
  
  Через пять недель с проведения ритуала в полутьме комнаты открыл золотые глаза еще один ситх.
  
  - Здравствуй, Митос. Добро пожаловать в этот мир, мое дитя.
  
  Следующие три месяца Виктор крутился, как белка в колесе. А что поделать? Был один ребенок, стало два. И плевать, что изначально Митос был не родным. Марволо тоже не был, но стал. И Митос стал... а самое главное, что Виктор чувствовал его, как своего родного ребенка, впрочем, не удивительно, учитывая, сколько крови было перелито в вены мальчика, да и сам процесс здорово напоминал инициацию вампиров, но модифицированную: пока в Марвина переливалась кровь Виктора, его собственная с той же скоростью стекала через специальный катетер.
  
  А дальше в дело уже вступала алхимия, которая помогла ребенку пережить все это, и изменила его до неузнаваемости, сделав бывшего человека стопроцентным ситхом.
  
  ***
  Марвин потерянно смотрел в зеркало, силясь понять, кого же он видит в отражении. Там был кто угодно, но только не он, не тот беспризорник, что выживал из последних сил на улицах, воровал, голодал, питался объедками, и воспринимал свою жизнь как непрекращающийся кошмар. С непривычно золотистой поверхности на него смотрело странное существо, слишком красивое и необычное для человека, особенно для такого замухрышки, каким был мальчик до этого. Ранее бледная, нездорового оттенка кожа стала чистой и гладкой, золотистой, исчезли шрамы и следы от болячек, исправился прикус, теперь его зубам кто угодно позавидует! Мальчик осторожно огляделся, хотя в комнате никого не было, и приподнял пальцами верхнюю губу. Вот, как он и думал. Клыки стали гораздо острее, пусть и были пока самого обычного размера. Не то, что у лорда: длинные, любой хищник позавидует.
  
  Марвин встал, и распахнув халат, критически осмотрел свое тело. Хвастаться было нечем, кожа и кости. Он ест как не в себя, но видно, не в коня корм. Ребра торчат, руки и ноги длинные и тощие, остальное - обнять и плакать. Он грустно вздохнул, оделся, и вновь сел на стул, пялясь на отражение. Вроде два месяца прошло, а он все привыкнуть не может. Да и имя сменилось, теперь он Митос. Митос Сит-Ари. Вот так вот...
  
  - Любуешься? - мягкий голос, наполненный теплой насмешкой, заставил подпрыгнуть. Мальчик вскочил, испуганно вытягиваясь, бормоча что-то извиняющее.
  
  - Успокойся, - Виктор потрепал Митоса по кудрявой шевелюре и окатил его теплой волной Силы. - Все в порядке. Идем завтракать, сын.
  
  Бывший Марвин вздрогнул, и замер. Внешность - внешностью, но было кое-что еще, что просто приводило в шок каждый раз, как он слышал это обращение. Сын. Нелюдь сдержал свое слово, да еще как... он не просто принял Марвина в род, он сделал его своим прямым потомком, хотя как именно это получилось, для мальчика было тайной за семью печатями. Впрочем, ему все объяснят.
  
  Митос робко улыбнулся.
  
  - Да, милорд.
  
  ***
  Прежде, чем выпустить Митоса в люди, следовало подготовиться. Виктор начал учить так неожиданно появившегося еще одного сына, не забывая уделять внимание и Марволо. Как он и думал, бывший беспризорник жаждал поделиться новостью с друзьями. Ситх не препятствовал, единственное - надел на него скрывающий амулет, такой же, как и у него, и приставил пару таралов, ведь не следует оставлять ребенка без присмотра.
  
  Митос был счастлив. Он не уставал петь восхищенные дифирамбы Виктору, бегал к своим приятелям чуть ли не каждый день, делясь с ними своей радостью и проверяя, как обстоят у них дела. Виктор смотрел на это сквозь пальцы. Мужчина отлично понимал, что эта беготня долго не продлится. Чем дальше, тем больше Митос будет меняться, а также будут меняться бывшие беспризорники. В конце концов различия между ними: социальные и культурные, станут просто непреодолимыми, и вся эта дружба сойдет на нет. Возможно, они совсем перестанут общаться, возможно сохранят хорошие отношения, но так, как сейчас, не будет. И делать ему ничего не надо, просто подождать год, максимум - два. А пока... пусть наслаждается.
  
  Пока Митос привыкал к своему положению, Виктор продолжал свое вхождение в общество, так успешно начавшееся. Изредка он контактировал с невыразимцами, обалдевшими от того, что у него появился еще один ребенок. А еще ситх следил за Дамблдором.
  
  Маг явно что-то задумал, и судя по всему, получил направляющего пинка от своего покровителя. Для Виктора наличие патроната Фламеля над Альбусом секретом не было. И это ему очень не нравилось. Наведя справки, ситх разузнал, что бессмертного мага уже давным-давно никто не видел, но вот следы его деятельности очень хорошо прослеживались в истории.
  
  Еще в том мире Виктор встречал мнения, что философский камень - продукт вытягивания жизненной энергии из людей. В принципе, на его взгляд эта теория выглядела логично: ничего из ниоткуда не берется, такие трансформации это прерогатива богов, а не жалких смертных, возжаждавших продлить свою жизнь.
  
  Решив проверить это утверждение, ситх погрузился в глубокую медитацию, которая дала вполне однозначный ответ: да, именно так все и обстоит. Это заставляло задуматься... Так же, как и предоставленная специально нанятыми людьми и магиками информация, обошедшаяся в круглую сумму. В принципе, ничего удивительного в этом не было. Люди всегда хотели жить долго, в идеале вечно, при этом совершенно не представляя, что же они с этой самой вечностью будут делать. И неважно, кто этот мечтатель, желания всегда просты и незатейливы: пожрать, поспать, переспать с кем-то, иметь много денег и роскошный дом. И никто не задумывается, что такое скотское существование надоест максимум через сто лет, и тогда так называемый бессмертный начнет пускаться во все тяжкие: грабить, убивать, насиловать, предаваться извращениям в поисках хоть чего-то, могущего развеять скуку.
  
  Но это еще ладно, это еще понятно... Гораздо хуже, когда такой обыватель вдруг решает, что он - высшая инстанция и имеет право решать за других. И что он может стать серым кардиналом всего мира, ну или хотя-бы отдельно взятой страны. Тогда в ход идут интриги, подкуп, шантаж, яды и заботливо организованные несчастные случаи. Вот только цель все так же проста и незатейлива - стать самой крупной жабой в болоте.
  
  И почему-то никто не хочет жить, чтобы учиться, чтобы видеть все больше нового и интересного, совершать открытия, создавать произведения искусства, которыми будут восхищаться поколениями, ведь самое невероятное, что дарит жизнь - это возможность творить.
  
  И не надо стремиться облагодетельствовать всех и сразу - человечеству и без того весело, сделай счастливыми хотя бы своих друзей и близких. Этого достаточно.
  
  Николя Фламеля ситх относил именно к обывателям, причем в худшем смысле этого слова. Ничего странного в этом не было - достаточно вспомнить, где он родился и когда. Средневековая Франция... прекрасная только на бумаге и в стихах поэтов, живших в комфортабельных дворцах. Реальность была кошмарна. Голод, холод, болезни, улицы городов напоминают чуточку благоустроенное болото, а деревни - то же болото, только не благоустроенное, непосильный труд и полная беззащитность перед любым дворянином или священником. Крестьян даже за людей не считали, причем в самом прямом смысле этого слова, они были скотом, только двуногим. Выражалось такое пренебрежение к тем, кто буквально собственным потом и кровью обеспечивал всех остальных едой и прочим иногда очень интересными способами. К примеру, регламентацией дозволенного к ношению низшим сословием одежд определенного цвета.
  
  Голубые одежды носили только дворяне, ведь это цвет людей, а крестьяне к таковым не относились никаким боком. И вот именно в таких условиях и появился на свет Николя, сын торговца, мечтающего заполучить все те блага, которыми обладали проносящиеся в разукрашенных каретах по глубокой грязи, полной нечистот, дворяне.
  
  Они могли делать все, что хотели, с некоторой оглядкой на короля и духовенство, в отличие от Николя, жаждавшего благ и славы. А еще долгой жизни. Он стал алхимиком - модное поветрие и прибыльная, хоть и опасная профессия тех времен. В отличие от множества других, дела у него шли успешно, более-менее, однако желаемое не спешило сыпаться ему в карманы. Титула как не было, так и не предвиделось, а дружба и знакомства с дворянами... увы, это не то, что сохраняет стабильность и незыблемость. Сегодня ты интересен, и тебя приглашают в белокаменные дворцы, а затра сгноят в ублиете, решив, что поклонился хозяину недостаточно низко.
  
  Естественно, ни о какой ценности жизни в таких условиях и речи не шло, поэтому неудивительно, что упорный исследователь, обнаружив, что до уровня богов, даровавших бессмертие мановением руки, ему как до Луны на карачках, решил прибегнуть к более приземленным способам. Самое простое - чтобы что-то получить, это что-то надо у кого-то отнять.
  
  Вот он и отнял, и даже сильно напрягаться не надо было, особенно во Франции, в Париже, где люди жили на кладбищах, среди могил и разлагающихся покойников.** Эпидемии чумы, постоянные войны и голод дали ему возможность собрать нужное количество "материала". Николя осуществил свою мечту... оказавшись в ловушке. Сколько веревочке не виться, а конец рано или поздно будет видно. Так случилось и с алхимиком. Дармовая энергия подошла к концу, пришлось собирать новую. Однако, чем дальше, тем хуже все становилось. С каждым разом смертей требовалось все больше, а энергия заканчивалась все быстрее и быстрее. И вот тут Фламель обнаружил, что человечество, не желающее подыхать, успешно борется с болячками, а также повышает общий уровень жизни. Эпидемии стали редкостью, а ехать туда, где они обыденное явление, к примеру в Африку и Азию? Так там своих любителей халявы хватает, и им конкурент, пасущийся на тучных полях смерти, совершенно не нужен.
  
  Попытавшегося качать права вторженца едва не отправили к праотцам, и Николя тут же вернулся в безопасную Европу, подальше от боккоров, шаманов и прочих ни в грош не ставящих его монстров. Жить хотелось. А хорошо и долго жить хотелось еще больше. И Николя решил, что раз люди не спешат самоубиваться, надо им помочь. Как? Очень просто. Развязать военный конфликт.
  
  Войны шли одна за другой, чем дальше - теем больше. Двадцатый век вообще был одной нескончаемой войной, ведь если она где-то заканчивалась, то тут же где-то начиналась. И сейчас все шло к тому, что в Европе вновь вспыхнет кровавое зарево, раздуваемое для одной цели - обеспечить алхимику еще сколько-то лет жизни.
  
  Виктор с таким состоянием дел был совершенно не согласен, а еще ему не нравилась странная возня, которая постепенно начала возникать вокруг магических рас. За последний год кто-то очень заботливо начал запускать слухи, которые, если им не помешать, в корне изменят отношения к волшебным созданиям и тем, в ком течет их кровь. Виктор отлично понимал, что их источником является не Альбус, который сидел в Хогвартсе тише воды, ниже травы, прятал феникса, перестав хвастать чудо-птичкой на каждом шагу, и вел себя просто образцово. Агентов влияния у Фламеля было много, однако ситх чуял, что дело не только в магах. С ними кооперировался еще кто-то.
  
  Мысли о том, кто бы это мог быть, у Виктора были. И если выяснится, что это именно так - пощады тварям не будет. А пока что, следует заняться Альбусом.
  
  
  
  *Будем посмотреть. Не ошибка, распространенное одесское выражение.
  
  ** Это не преувеличение. Для справки:
  
  http://gruzdoff.ru/wiki/Кладбище_Невинных
  
  http://parisweb.ru/raznoe/kladbishhe-per-lashez.html Кладбище Пер-Лашез
  
  
  
  
  Глава 12.
  
  
  
  
  Виктор отложил колдофото и вердикт колдомедиков и ритуалистов, и недовольно поджал губы. Не то. Опять и снова не то. Судя по всему, его мечты заиметь потомка традиционным для всех рас способом в очередной раз накрылись медным тазом.
  
  Это было бы смешно, если б не было так грустно. Все магические расы могли иметь потомков от магов. Все. Все это знали и вовсю пользовались для собственных нужд, так сказать, а вот Виктор столкнулся со сложностями. Поначалу обнадежившие его специалисты, проведя все необходимые исследования, выявили огромную проблему: дети у ситха от подобранных кандидаток в матери будут, но будут они исключительно магами. Очень сильными, основателями новых родов или достойными продолжателями старых, но только магами. И никакой гарантии, что в них или в их потомках проснется одаренность и они станут ситхами в сколько-нибудь обозримом будущем.
  
  И в чем причина такого, никто понять не мог. То ли в том, что Виктор был представителем абсолютно нового, созданного непонятно по какому образцу вида, то ли в том, что магом он не был, хотя пользоваться магией мог, причем достаточно спокойно, то ли в том, что он был слишком силен и Магия или Сила противились закреплению его расы в этом мире, кто знает. Но факт оставался фактом.
  
  Даже Марволо, хоть и был практически его потомком, рос именно магом, полностью унаследовав дары своей матери, и практически ничего не взяв от ситха. Хорошо хоть Митос радовал!
  
  - Хочу домой... - с тоской прошептал Виктор на ситхене, глядя куда-то в потолок. - В далекую, далекую галактику, где нет таких проблем. Интересно, кстати, почему?
  
  Сидящий напротив маг незаметно поежился при звуках рычащего, гортанного языка. Не надо было быть гением, чтобы понять - сидящий напротив нелюдь очень недоволен. Воздух в кабинете сгустился, достаточно ощутимо сдавливая мага, кожу кололо разрядами, а стол и предметы на нем слегка подрагивали.
  
  - Гхм! - прокашлялся мужчина, пытаясь отвлечь магическое создание от неприятных размышлений. - Мы будем искать, милорд. Конечно подобрать кандидатку будет тяжело, но...
  
  - Никаких "но", - покачал головой Виктор и маг с облегчением почувствовал, как утихает напряжение, разлитое в воздухе. - Я это отчетливо вижу.
  
  - Не надо сдаваться, милорд, - попытался возразить ритуалист. - Мы проверим все еще раз, просчитаем все варианты. Может мы изначально подошли к проблеме не с той стороны? И что-то делаем не так? Неправильно? Мы...
  
  - Не так... - задумался ситх, чувствуя, как отзывается Сила, намекая ему на возможное решение этой задачи. - Именно. Я с самого начала поступил не так. Надо было по-другому... - мужчина резко оборвал размышления, уставившись на мага тяжелым взглядом.
  
  - Благодарю за труды, но больше мне ваши услуги не понадобятся. Я нашел причину и решение.
  
  - Милорд? - осторожно поинтересовался мастер. Виктор слегка ухмыльнулся.
  
  - Все по воле Силы. Я понял.
  
  Ситх произвел расчет, небрежно кивнул и распрощался с магом. Виктору было смешно. Он с самого начала поставил этот вопрос неправильно, а потом удивлялся, почему ответ на него отрицательный. Он ведь не маг, он создание Силы... так почему же не обратился за помощью к ней? Надо просто раскрыть свой разум, и тогда цепь случайностей сложится самым благоприятным для него способом. Ведь именно так он нашел Митоса. Случайность.
  
  Так и здесь. Пора бы уже уяснить: для него нет случайностей, есть только закономерности. Ситх рассмеялся и шагнул сквозь пространство.
  
  ***
  - Итак, что у нас нового, господа? - Глава невыразимцев обвел вопросительным взглядом своих подчиненных. Карл слегка усмехнулся и раскрыл папку.
  
  - Что нового... пара свадеб, несколько похорон... Один скандал... Лорд Сит-Ари встретился с Гриндевальдом, это раз, и заимел еще одного ребенка. Это два.
  
  - Гхм! - Густав удивленно дернул бровью. - Интересно. Подробности, пожалуйста.
  
  - Подробности... Итак, встреча прошла крайне успешно. Между ситхом и Гриндевальдом состоялся долгий разговор. Сразу после него первый ушел, причем это была не аппарация, что-то другое, а вот немец вернулся к себе и развел бурную деятельность. Вот отчет.
  
  Густав внимательно прочитал сухие строчки, перечисляющие все, что сделал после встречи с магиком Геллерт: запросил пару консультаций у ритуалистов, появился в обществе, где обронил несколько интересных фраз о влиянии сказок на неокрепшие умы... Мужчина отложил отчет, решив обдумать его позже, вместе с аналитиками. Иногда даже одно слово может нести в себе разгадку множества тайн или наоборот, все запутать.
  
  - Что еще?
  
  - Нам стало известно, что лорд обратился к колдомедикам для подборки кандидаток в суррогатные матери. Предупреждая вопрос, - Карл обвел присутствующих странным взглядом, - ни одна кандидатура не подошла.
  
  - Даже так... - задумалась Мессалина.
  
  - Однако, это не все меры, что он предпринял. Некоторое время назад ситх заперся в своем замке, активировав защиту. Что он там делал, мы, естественно, не знаем, однако... Вчера вечером в Книге рядом с его именем появилось еще одно, ранее скрытое. Митос Сит-Ари.
  
  - Еще один наследник... - возбужденно выдохнула Марготта, напряженно о чем-то думая. - От кого?!
  
  - Имя матери не указано, - покачал головой Карл.
  
  Невыразимцы переглянулись. И как это понимать?
  
  - Ритуалы? - предположила Марготта, и присутствующие задумались.
  
  - Хм... Вполне вероятно, - протянула Мессалина, постукивая идеально наманикюренным ноготком по пухлым губам. - Вопрос. Если этот ребенок - последствие какого-либо ритуала, то в чем причина? Проще подобрать суррогатную мать.
  
  - Очевидно, не проще, - пожал плечами Юстиан, Мастер Ритуальной магии. - А это уже показатель. Значит, его кровь слишком... специфична. Колдомедики?
  
  - Бессмысленно, - покачала головой Марготта. - Там такие Обеты, что ничего не выйдет.
  
  Все вздохнули, причем, понимающе. Любители выведать чужие тайны есть всегда и везде, что уж о них говорить.
  
  - Какого хоть возраста ребенок?
  
  - Пока неизвестно.
  
  - Ладно, со временем это прояснится. Что у нас дальше по Гриндевальду?
  
  ***
  Виктор осмотрелся, нахмурившись. Куда это его занесло? Судя по всему, окраина какого-то города... Мужчина окутался Силой, чтобы не привлекать внимания, и двинулся по улице, сам не зная, куда она его приведет. Он шел, отмечая, что домики достаточно ухоженные, но нельзя сказать, что они принадлежат среднему классу, скорее тем, кто имеет не такой уж приличный доход. Бедноватый район, но не откровенная нищета.
  
  Сила указывала путь, Виктор пару раз свернул, потом остановился... Из крайнего дома тянуло отчаянием и горем, а также застарелой ненавистью и злобной радостью. Неожиданно дверь открылась, и тощая пожилая женщина в траурном платье выпихнула на порог девушку, тоже одетую в черное.
  
  - Убирайся, - прошипела женщина, пнув ногой ободранный чемодан. - Теперь я не обязана тебя терпеть.
  
  - Но, миссис Фирби, - взмолилась девушка, шмыгая носом, - куда же я пойду? Я же...
  
  - Меня не волнует, - злорадно фыркнула хозяйка дома, - Пошла прочь.
  
  Она закрыла дверь, и девушка потерянно замерла на пороге. Виктор подошел ближе, рассматривая ту, на которую недвусмысленно указывала Сила. Невысокая, ситху по плечо. Симпатичная фигурка, лицо милое, но красавицей не назвать. Светлые волосы, уложенные в строгую прическу. Одежка чистая, но видно, что уже потертая, как и обувка. Тем временем девушка вытерла слезы, решительно подхватила чемодан, причем явно не слишком напрягаясь, и направилась по улице, гордо вскинув голову.
  
  Ситх одобрительно кивнул - молодая, но с характером. Это хорошо. От изгнанницы тянуло тоской, болью и зарождающейся решимостью. Она твердо ступала по дороге, шмыгая носом, но все равно пытаясь удержаться от неуместных слез. Виктор осторожно сканировал ее Силой, размышляя о том, что его догадки - правильные. Он с самого начала пошел не тем путем, надо было просто правильно выразить свое намерение и волю, а уж Сила ему поможет. Не может не помочь! И доказательство сейчас шагало впереди него, стуча каблучками и иногда пиная носками ботинок мелкие камушки.
  
  Девушка была Одаренной. Слабенькой, удел таких - редкие мелкие счастливые совпадения и проблески интуиции. Она не сможет поднять Силой валун, смять машину в комок или задушить своего обидчика, но это Виктора не волновало. Для всего вышеперечисленного у нее будет он. Ситх чем дальше, тем больше проникался случайно мелькнувшей мыслью. Брак. По всем правилам. Только так, и никак иначе. Девушка того стоила. Сила шептала, что это первый и последний на ближайшие сто лет шанс. Единственный. Он не может его упустить... Значит, надо сделать все, чтобы его будущая супруга прониклась идеей жить с существом непонятного вида на постоянной основе. А ведь есть еще и Митос с Марволо... про них тоже нельзя забывать. А еще...
  
  Ситх наблюдал, как Мари-Анн Смитсон прибыла в Лондон. Как нашла себе жилье, скооперировавшись с еще одной такой потеряшкой, как и она сама. Как ищет работу, считая оставшиеся у нее монетки. Как иногда плачет, но потом гордо вскидывает светловолосую головку и решительно сжимает кулачки. Как не отчаивается, встречая отказы или похабные предложения. Через несколько месяцев наблюдений Виктор окончательно убедился, что будущая супруга идеально впишется в его маленькую семью, и наметил несколько вариантов завязать знакомство, но Сила вновь проявила свое специфическое чувство юмора и все планы ситха полетели к черту. Впрочем, он об этом не пожалел, хотя все произошедшее потом оценивал как воплощение выражения "С корабля на бал".
  
  ***
  Герман Гейне внимательно наблюдал за рослым, крепкого телосложения молодым мужчиной, задумчиво рассматривающим витрину пекарни. Дорого и добротно одетый, знающий себе цену. Сразу видно - птица высокого полета, вот только снующие вокруг магглы и не догадываются, насколько именно высокого. Иллюзия была великолепной, однако маг видел, что она скрывает. Вернее, кого. Нелюдь.
  
  Нелюдь выбирал булочки, переводя взгляд с одного образчика пекарского искусства на другой, тщательно принюхиваясь в попытках определиться. Наконец он принял решение, и взглянул на подошедшую продавщицу, источавшую запах выпечки.
  
  - Три с корицей, пять с лимоном, вот эти с марципаном... тоже три, с цукатами пять, ну и... - мужчина снова бросил взгляд на витрину и уверенно кивнул, - да, и вот эти, с кремом. Десяток.
  
  - Конечно, сэр, - белозубо улыбнулась девушка, собирая заказ в плетеную из соломы корзинку - фирменный стиль очень дорогой пекарни, продукция которой была по карману далеко не всем слоям населения. Герман одобрительно прикрыл глаза, и сосредоточился на изумительно красивом свадебном торте, который двое молодых парней осторожно выставляли на оконную витрину для привлечения покупателей. Магик посмотрел туда же и принял очень задумчивый вид. Парни закончили выставлять произведение кондитерского искусства и ушли, девушка поставила корзинку и назвала цену. Мужчина, кивнув, рассчитался, забрал корзинку и вышел из магазина, заставив Германа последовать его примеру.
  
  Осмотревшись, маг выругался: нелюдь исчез, а следа аппарации, по которому можно было пройти, не было. Походив по тротуару, Герман досадливо скривил губы и, бросив по сторонам внимательные взгляды, зашагал в проулок между домами, откуда через пару секунд послышался хлопок. Стена возле булочной потекла, показывая стоящего в тени Виктора, задумчиво жующего булочку. Ситх прищурился, снимая с себя Иллюзию Силы, не дающую его увидеть и обнаружить, после чего шагнул сквозь пространство, направляясь домой. Слежку он почуял сразу же, как на нем сконцентрировалось чужое внимание, и это мужчине очень не нравилось.
  
  Уж слишком странным было ощущение в Силе от мага. Какое-то... неприятное. И пробуждающие не самые лучшие намерения: Виктор поймал себя на мысли, что неплохо было бы отловить этого любопытствующего, а потом очень вдумчиво расспросить. Однако, пороть горячку не следовало, кроме того, если он сумел выявить факт наличия слежки один раз, то сможет и во второй. А опыт и чутье подсказывали, что данная встреча повторится.
  
  Булочки были оценены детьми по достоинству. Уложив сыновей спать, ситх захватил с собой коньяк и отправился обсудить эту проблему с Салазаром, а заодно и еще кое о чем посоветоваться. Портрет, выслушав Виктора, впал в раздумья, пытаясь сообразить, у кого может быть магия, описанная мужчиной.
  
  Ситх терпеливо ждал, портрет морщил лоб, прохаживаясь, и время от времени что-то мыча под нос.
  
  - Демон, - неожиданно тяжело посмотрел на Виктора Слизерин. Мужчина подался вперед, отставляя бокал.
  
  - Вы уверены, Салазар?
  
  - Да, Виктор, - кивнул маг. - Я был бы рад ошибиться, но под ваше описание подходит только одно: маскирующийся, чтобы не перепугать все живое в округе, потомок демонов. Скорее всего, дальний, но это ничего не значит. Пока остается хоть капля крови... возможно пробуждение.
  
  - Так, - цыкнул мужчина. - Теперь мне все это не нравится еще больше.
  
  - Мне тоже, - блеснул клыками портрет. - Очень неудобные противники. Я как-то сталкивался с таким... Отдаленным потомком. Что творила эта... Тварь... Другого слова и не подберешь! И еще, - глаза портрета налились зеленью, зрачки вытянулись в щели. - Когда вы его поймаете, не вздумайте приносить в жертву на алтаре. Ни в коем случае не тащите его в дом!
  
  - Почему? - заинтересовался ситх. Салазар прошипел что-то под нос, нервно расхаживая по картине.
  
  - Потому что в момент пыток или смерти потомки демонов могут дозваться до родителя. А алтарь или место силы отлично послужит вратами, которые можно взломать изнутри.
  
  - Как интересно, - прищурился ситх. - А как же все эти байки про то, что демонов можно убить с гарантией на алтаре...
  
  - На алтаре, специально предназначенном для этой цели. На алтаре Бога, неважно как его зовут. А алтари мэноров таковыми не являются. Вот только находятся глупцы, которые не думают над такими вещами, позабыв о том, что демоны никогда не лгут, зато замечательно играют словами, подменяя понятия, и тогда... Я видел, как открывались ворота в Инферно. Клан идиота, решившего усилить себя за чужой счет, был сожран в момент. Все сто двадцать пять человек. Все. Понадобился полный Круг друидов, чтобы изгнать практически выбравшееся порождение бездны.
  
  - Учту, - благодарно кивнул Виктор. На тонких губах Салазара мелькнула слабая улыбка.
  
  - Всегда рад помочь. Как Марволо?
  
  - Прекрасно, - улыбнулся Виктор. - Просто прекрасно. Сегодня опять перекрасил волосы няне.
  
  - Сорванец, - умильно покачал головой портрет. - Ах, Виктор... Если бы вы только знали, как я рад, что Меропа сумела провести ритуал! И как мне жаль, что эта достойная леди столь рано нас покинула, - вздохнул Слизерин, но тут же встряхнул головой. - Кстати, как обстоят ваши дела? Как продвигаются поиски?
  
  - Плодотворно.
  
  - Прекрасно. Я рад это слышать. А теперь перейдем к более неприятным темам. Как там поживает Альбус?
  
  - Хорошо поживает, - брезгливо дернул губой Виктор. - Сидит тише воды, ниже травы, а это явно неспроста.
  
  - Фламеля так и не нашли?
  
  - Пока нет, - мрачно посмотрел ситх. - Пока нет. Однако, есть пара намеков, пусть и очень туманных. Я и сам ищу, но пока что безрезультатно.
  
  - Плохо, - вздохнул портрет. - Очень плохо. Фламель... Не поверю, что он просто так сидит в тени, и ни во что не вмешивается. И никто не поверит.
  
  ***
  Мари-Анн вздохнула, украдкой поправляя чепчик - часть формы, выданной ей хозяевами пекарни. Настроение у девушки было отвратительным. Уже с неделю ее мучила тревога, причем совершенно непонятная. Не было у девушки родни, с которой могло случиться что-то неприятное, так же, как и близких друзей. Значит, ее дурные предчувствия могли касаться только ее.
  
  Девушка еще раз вздохнула, и улыбнулась постоянному клиенту - бодрому старичку, покупавшему каждый день миндальные пирожные. Пожилой джентльмен дребезжащим голосом попросил завернуть привычный заказ, рассчитался и медленно уковылял прочь, постукивая тростью.
  
  Мари-Анн посмотрела в окно, за которым наступила темнота и, дождавшись распоряжения управляющего, принялась убирать витрину. Спина побаливала, ноги гудели - работа была тяжелой, девушка делала все тщательно, не желая получать замечаний о лени или непростительной торопливости. Наконец, все было убрано, прилавки вытерты и вымыты, мусор выкинут, девушка сняла с себя чепчик и фартук, аккуратно сложила их, готовясь идти домой. Путь предстоял неблизкий, а нанять кеб - она не настолько богата. Неожиданно раздались шаги, Мари вздрогнула, непроизвольно сжимаясь. Пожаловал молодой наследник хозяев пекарни.
  
  Мисс Смитсон он совершенно не нравился. Молодой мужчина был красив, но было в его красоте что-то отталкивающее, на ее взгляд. Да и то, как он посматривал на молоденьких продавщиц и помощниц пекаря... Презрительно, как на низших, и при этом - неприкрытая похоть. Уж эти взгляды девушка научилась видеть в первую очередь, стать жертвой желающего развлечься богача ей не хотелось. Ее честь - это то немногое, что у нее есть, потерять ее - значит скатиться на дно, а оттуда возврата нет, уж это Мари было отлично известно. Насмотрелась за свою жизнь.
  
  Кумушки-сплетницы так ославят - вовек не отмыться, и перемывать кости будут годами. Сироту не пощадят, только потопчутся с еще большим удовольствием по ее репутации. А репутация... потерять легко, восстановить - невозможно.
  
  Мари вежливо поклонилась, и попыталась прошмыгнуть мимо нагло рассматривающего ее мужчины. Сердце заколотилось, она нервно стиснула кулачки, проходя, но ее схватили за плечо, разворачивая к себе.
  
  - Куда это ты так спешишь, красотка? - ее буквально раздели взглядом, и у девушки волосы зашевелились от ужаса - судя по витающим в воздухе ароматам и лихорадочному блеску глаз мистер Корбин выпил, и стал совершенно неуправляемым.
  
  - Домой, мистер Корбин, - пролепетала Мари, пытаясь вырвать руку из захвата, но это было бесполезно. - Мой рабочий день закончен.
  
  - День, может и закончен, - пренебрежительно фыркнул мужчина, сильнее сжимая пальцы, - а вот ночь только начинается.
  
  - Пустите, мистер Корбин, - девушка была в полном отчаянии. В лавке уже почти никого не осталось, только сторож, а он на помощь не придет. А если и попытается... Что он сделает? - Это незаконно.
  
  - Незаконно? - мужчина неожиданно рассмеялся. - Налог на бедра никто не отменял, милочка. Я в своем праве.
  
  Девушка в ужасе дернулась, а в следующий момент что-то оторвало от нее наглеца, неожиданно схватившегося руками за горло и взлетевшего под потолок. Послышалось тихое угрожающее рычание.
  
  Это выглядело так, словно упало покрывало, прячущее в своих складках невидимку. Девушка потрясенно уставилась на стоящего посреди помещения высоченного мужчину, выглядящего, словно сказочный принц, одетого в необычного вида одежду, напоминающую старинную. Ярость и бешенство незнакомца чувствовались физически, Мари непроизвольно отступила назад, остановившись только тогда, когда уперлась спиной в стену.
  
  Мужчина слегка пошевелил пальцами, и Корбин захрипел, багровея на глазах. От него просто воняло ужасом, девушка сама не понимала, с чего это она взяла, но в данном факте была уверена.
  
  - Налог, значит? - гортанно прорычал незнакомец, и у висящего под потолком наглеца волосы встали дыбом. - Любишь развлекаться?
  
  Виктор сосредоточился, ловя мысли покусившегося на того, кто принадлежит ему, и скривился в омерзении. Единственный сынок владельца преуспевающей пекарни, добившегося всего каторжным трудом, вырос избалованной тварью, невзирая на всю строгость викторианского воспитания. Ни порка, ни другие наказания не пошли ему впрок, только научили маскироваться перед другими.
  
  Молодой наглец нашел еще нескольких, таких же как он, только принадлежащих к более высокому слою населения, и пустился во все тяжкие, стараясь выслужиться перед титулованными знакомцами. Мари-Анн стала бы не первой жертвой. Ее просто использовали бы для удовлетворения сиюминутных прихотей, бросив за пазуху пару монет, и попробуй докажи, что она не сама согласилась. После чего ее бы просто и незатейливо убили. В последнее время веселая компания перестала продавать своих жертв в бордель, опасаясь скандала - произошла у них какая-то накладка. Сирота, полностью одинокая - даже полиция на таких внимания не обращает. Абсолютно. **
  
  - Вот как? - воздух в помещении резко похолодел, Мари с потрясением увидела облачко пара от своего дыхания. - Раз ты так любишь наслаждения... Я тебе их обеспечу. По полной программе.
  
  Корбин обмяк, рухнув на пол без движения. Виктор презрительно скривил на мгновение губы, резко выдохнул, успокаиваясь, и повернулся к несостоявшейся жертве насилия.
  
  Мари застыла, распахнув глаза. Стоящее перед ней существо назвать человеком язык не поворачивался. Вроде и похож, но отдаленно. Неожиданно девушка нервно хихикнула, поймав себя на забавной мысли. Она, конечно, мечтала встретить принца, но не в такой же ситуации!
  
  Виктор улыбнулся, осторожно успокаивая мелко дрожащую от всего пережитого Мари Силой. Вот она как-то облегченно выдохнула, плечи расслабились, дыхание стало ровнее...
  
  - Лучше? - осведомился Виктор. Мари кивнула.
  
  - Прекрасно. Тогда давайте познакомимся, юная леди. Виктор Марка, лорд Сит-Ари.
  
  - Мари-Анн Смитсон, - девушка сделала книксен, порозовев.
  
  - Думаю, нам не помешало бы сменить обстановку. Прошу вас, - девушка кивнула, выходя на улицу. Виктор щелкнул пальцами, вызывая домовика, преданно вылупившего на него глаза.
  
  - В подвал. Дверь запечатать. - Эльф кивнул и исчез, забирая с собой несостоявшегося насильника. Виктор мрачно ухмыльнулся - планы на этот отброс у него были грандиозные. Но им он займется позже, а пока что надо успокоить будущую супругу. Хорошо, что он вовремя появился. Мужчину с утра беспокоило невнятное чувство грядущих неприятностей, и он решил проследить за девушкой, обдумывая, как завязать знакомство. Ну а в результате все случилось даже лучше, чем он думал.
  
  Ситх вышел, не обращая внимания на запершего за ним дверь сторожа, смотрящего сквозь мужчину. Старик его просто не видел, обратив внимание только на поправляющую шляпку девушку, готовящуюся идти домой. Теперь никто не будет думать, что пять минут назад здесь разыгралась трагедия. Свидетелей прихода сынка владельца не было, улик не осталось... Мужчина будет не первым, и отнюдь не последним, пропавшим в Лондоне.
  
  - Вы дрожите, мисс Смитсон. Позвольте я проведу вас домой, прекрасная леди, - Виктор осторожно взял девушку за руку, и шагнул сквозь пространство. Девушка ахнула, потрясенно уставившись на дом, в котором снимала комнату.
  
  - Как? - Мари ахнула, повернувшись к Виктору. Ситх улыбнулся. - Это... Это как? Вы - фейри?
  
  - Нет, - мягко рассмеялся мужчина, слегка покачав головой. - К фейри я не имею никакого отношения. Хотя... С точки зрения людей меня можно так назвать. Отдыхайте, мисс Смитсон. А завтра я отвечу на все ваши вопросы. У вас ведь завтра выходной?
  
  - Да, милорд.
  
  - Хорошо. Тогда... Приглашаю вас на обед. За вами прибудут в полдень. Спокойной ночи, мисс Смитсон.
  
  Мужчина слегка наклонил голову и исчез. Девушка пару минут постояла, осматривая место, где только что стояло волшебное существо, после чего подошла и осторожно провела рукой в воздухе. Никого невидимого не ощущалось. Она постояла еще с минуту, и направилась к себе. Сейчас она уснет, а с проблемами будет разбираться завтра.
  
  ***
  Ситх презрительно смотрел на валяющегося на полу наглеца, посмевшего покуситься на принадлежащее ему. Наглец все еще был без сознания, жалкое ничтожество. Ничего... Подвал холодный, просто каменный мешок. Никаких удобств не предусмотрено. Посидит пару дней без воды и еды, поспит на голом каменном полу, живо поймет свои ошибки. А потом... Потом этого любителя экстремальных развлечений ждет сюрприз.
  
  Виктор нашел в воспоминаниях этого сластолюбца адрес борделя для избранных. Для элиты. Работники там не задерживались больше, чем на неделю, переселяясь из комнат прямо на кладбище. И хорошо, если в целом виде. Этот урод слышал о данном заведении и мечтал попасть. Туда их веселая компания пару раз продавала своих жертв. Туда принимали всех, независимо от пола и возраста, и здорового крепкого мужчину, да еще и симпатичного и достаточно ухоженного примут без вопросов, как родного. Дольше протянет, больше выдержит.
  
  Так что, если мистер Корбин так любит плотские утехи - он их получит в неограниченном количестве.
  
  ***
  Молодой симпатичный мужчина, добротно одетый и причесанный по моде, заворочался на полу. Тело ныло и болело - спать на каменном полу он не привык, к тому же царящий в помещении холод заставлял трястись, хорошо хоть сырости не было. Джером Корбин проморгался, потер лицо ладонями, и с трудом встал, оглядываясь. Больше всего это походило на каменный мешок. Голые стены и пол. На потолке высоко над головой - тусклый светильник. В углу дыра, понятно, какого предназначения. Он осмотрелся, все больше недоумевая - двери не было. Как и люка в полу или потолке.
  
  Следующие два дня тянулись мучительно. Джером трясся от холода, тело ныло и болело, неимоверно хотелось пить и есть. Он пытался кричать, стучать - все было бесполезно. Примерно на третий день, как решил для себя Корбин, неожиданно его выдернуло из камеры неизвестной силой, и бросило на пол.
  
  Корбин хрипло дышал, хлюпая носом, неверяще ощупывая пальцами ворс неимоверно пушистого ковра. Плотно набитый, упругий, великолепная шерсть. Мужчина заворочался, с трудом привстав, встречая брезгливый взгляд золотых глаз.
  
  Джером замер, трясясь от иррационального ужаса. От сидящего в кресле потрясающе красивого мужчины в непривычного вида одежде исходила такая жуткая злоба, что на некоторое время Корбин забыл, как дышать. Незнакомец встал, и Джером, заскулив, пополз назад. Мужчина недовольно скривился, и все исчезло.
  
  Джером рухнул на пол, трясясь и понемногу собирая себя в кучу.
  
  - Мистер Джеррром Корбин... - странно растягивая "р" произнес незнакомец, так и не соблаговоливший представиться, - прежде, чем вы начнете впустую сотрясать воздух, я поясню, в какой ситуации вы оказались. В данный момент вы находитесь в моем замке, искренне надеюсь, гостеприимство пришлось вам по вкусу.
  
  Мужчина улыбнулся, и у Джерома волосы встали дыбом при виде нечеловечески длинных клыков.
  
  - Также, - тон из угрожающего стал вкрадчивым, - я искренне надеюсь, что вам понравится мой подарок. Вы ведь очень любите женщин? Я уверен, что вы одобрите мой вам дар. Бессрочный абонемент в "Золотую лилию". Правда, мне не удалось достать тот, который положен клиентам, пусть и постоянным... - глаза незнакомца превратились в ало-золотые озера, - но, думаю вам подойдет и контракт работника данного элитного заведения.
  
  Джером, сумевший-таки встать на ноги, с ужасом уставился на мужчину. Виктор слегка шевельнул пальцами, и попытавшийся было что-то сказать Корбин захрипел, хватая ртом воздух. Невидимая удавка сдавила шею, не давая возможности нормально дышать.
  
  - Я позаботился о том, чтобы ваш интерес к прекрасной половине человечества удовлетворили по полной программе. Открою секрет: сегодня ваш дебют, и владелец заведения приготовил для вас волнующую встречу с настоящей леди, назовем ее Леди М, ведь как настоящие джентльмены мы не будем раскрывать ее инкогнито. Леди М, конечно, не так юна, как вы привыкли, но ее почтенный возраст вполне компенсирует ее опытность. Видите ли, Леди М всю свою жизнь провела в колониях. Никаких развлечений, кроме рукоделия, сплетен, охоты на дикарей и наказания нерадивых слуг. Конечно, сейчас, когда она вернулась на свою родину, к правнучкам, она может и передохнуть от забот, но многие привычки изжить трудновато, да и зачем? Правда, теперь приходится платить, но чего не сделаешь для себя, любимой? Пусть вас не смущает возраст почтенной Леди: рука ее все так же тверда, как и в молодости, и кнутом она владеет в совершенстве. А заодно и плеткой-семихвосткой. Настоящая мастерица, так говорят все, кто видел ее работу. Очень, очень бодрая Леди с прекрасным... аппетитом.
  
  Виктор помолчал, оглядывая багрового от нехватки воздуха Корбина, и задумчиво добавил.
  
  - А если она вас не удовлетворит, то вас ждет незабываемая встреча с двумя ее правнучками. Говорят, они полностью пошли в свою прабабушку, унаследовав ее талант и жажду развлечений. Леди ими очень гордится, особенно младшей - милая шалунья прекрасно владеет ножами и испытывает страсть к сложному искусству таксидермии.
  
   Удавка сжалась еще туже, и Джером провалился в темноту, из которой вынырнул в странного вида комнате - большой, с голыми стенами и полом, облицованными керамической плиткой. Руки и ноги были прикованы кандалами к массивной металлической раме, кожу холодил воздух. Мужчина потряс головой и вздрогнул, увидев прямо перед собой владельца заведения, рассматривающего его масляным взглядом.
  
  - Ах, красавчик, - сожалеюще вздохнул жеманного вида мужчина, ощупывая дергающегося и мычащего в кляп Джерома, - какая жалость, что тебя уже заказали. А то я занялся тобой особо...
  
  Застучали каблуки, в помещение вошла высокая, затянутая в платье с корсетом дама, опустившая вуаль на шляпке, опирающаяся на трость. Следом за ней вошли еще две девушки, также под вуалями и в масках.
  
  - Прекрасные дамы... - галантно поклонился владелец, - прошу. Ваш заказ. Молодой крепкий самец, то, что надо. Не буду мешать. Сейчас подадут закуски и прохладительные напитки, когда захотите сладостей - позвоните в колокольчик. Особые пожелания?
  
  - К чаю подайте персиковую мельбу, а также сендвичи.
  
  - Конечно, дамы.
  
  Вошедшие неприметные слуги принесли несколько кресел, столик и сервировали его. Дверь захлопнулась, дамы скинули верхнюю одежду, и присели. Джером тоскливыми глазами наблюдал, как дамы выпили по чашечке чая, съели несколько десертов... Потом старшая леди встала.
  
  - Эмили, - голосом строгой учительницы обратилась она к одной из своих спутниц, раскрывающей небольшой саквояж. - Подай мне мой любимый кнут.
  
  Рука в перчатке опытно ухватила рукоять из эбеневого дерева, взмах... Джером закричал.
  
  Виктор, стоящий под Иллюзией Силы, довольно оскалился и кивнул. Судя по всему, боевая старушка сильно соскучилась по привычному развлечению. Как считал из ее разума ситх, она гордилась своим умением содрать кнутом кожу с человека, отточенном на многочисленных жертвах. А ее правнучки горели желанием разузнать все тонкости процесса и как следует отработать их на подходящем объекте. Умирать Джером будет долго: леди решила растянуть удовольствие подольше, и беднягу ждет крайне насыщенная неделя.
  
  Ситх еще раз одобрительно покивал, наблюдая, как пожилая дама орудует кнутом, оставляя на теле мужчины вспухшие багровые рубцы, приводя к покорности свою игрушку на предстоящую неделю, предвкушая будущие развлечения, и шагнул сквозь пространство к себе в замок. Его ждала мисс Смитсон и ее решение.
  
  ***
  
  Мари-Анн задумчиво помешивала ложечкой давно остывший чай, бездумно глядя в окно. Мысли в голове просто роились, заставляя вздыхать.
  
  Прошедший визит в гости к спасшему ее фейри принес уйму вопросов и прорву ответов. Тогда, придя в себя, Мари легла спать, а выспавшись, впала в панику. Начать стоило с того, что ей просто нечего надеть, все ее два платья совершенно не подходят для визита в дом того, кто гораздо выше ее по положению. Девушка уж было совсем отчаялась, но потом сумела взять себя в руки и решила, что не будет ничего менять. Если уж это волшебное существо знало, где она живет, то и об уровне жизни явно должно быть осведомлено.
  
  Она почистила шляпку и перчатки, привела в порядок второе платье, которое использовалось, как выходное, начистила ботинки. Может она и бедна, но никто не упрекнет ее в неряшливости.
  
  Ровно в полдень в гостиной словно сгустился воздух, а затем пространство всколыхнулось, и на пол ступил ее вчерашний спаситель. Мужчина был одет в черные одежды непривычного кроя, напоминающие средневековые, украшенные только черной же вышивкой по воротнику и манжетам. Он вежливо поприветствовал потрясенно распахнувшую глаза девушку и протянул руку, которой очень осторожно коснулись, а уже через пару мгновений девушка восхищенно рассматривала суровый пейзаж и огромный замок, украшенный странного вида гербом.
  
  Хозяин провел ее по вымощенной плитами дороге, лично открыл двери и помог снять пальто. Мужчина вообще никак не показал своего отношения к ее не слишком богатому виду, судя по всему это его волновало в самую последнюю очередь, а затем ее ожидало потрясение. За столом присутствовали двое детей, мальчики, оба темноволосые и кудрявые, явно в отца, один старше, другой младше.
  
  Виктор представил своих детей, затем представил Мари им, все сели за стол, а затем начали подавать блюда. Если и до этого было видно, что мужчина "не местный", так сказать, то теперь девушка убедилась в этом окончательно. Никаких привычных английских блюд, типа йоркширского пудинга или говяжьей вырезки, зажаренной до состояния дерева, никаких рыбьих голов в соусе, желе или пудинга. ***
  
  Мясо присутствовало, но сочное и нежное, так же, как и отварная рыба, много овощей, салатов, отсутствовало привычное вино, вместо него были соки, потом подали чай со сладостями.
  
  Все это время Мари с удовольствием общалась с хозяином дома, преодолев стеснительность и неуверенность. Как ни странно, общие темы нашлись, даже дети пытались по мере сил принимать участие в беседе и никто их не одергивал, наоборот, Виктор с удовольствием отвечал на вопросы сыновей или дополнял их рассказы.
  
  После чая дети умчались по своим делам, а Мари с хозяином дома перешли в гостиную.
  
  - Милорд, - собравшись с духом, начала девушка, сама изумляясь собственной наглости. - Скажите, чего именно вы от меня хотите?
  
  Мужчина слегка усмехнулся, золотые глаза засияли.
  
  - Откровенно?
  
  - Откровенно, - вздохнула Мари, готовясь к тому, что сейчас ей в самом лучшем случае предложат пойти няней работать. А так, скорее всего - стать служанкой-содержанкой. Что поделать, хоть девушка и мечтала о романтике, суровая жизнь этой самой романтике не слишком способствовала. Да и какой еще вывод можно сделать? Она не настолько красива, чтобы стать дамой полусвета со связями и доходом, любовницей, с которой не стыдно в люди выйти.
  
  - Откровенно... - ситх неожиданно улыбнулся и одобрительно посмотрел на напряженную, как натянутая струна, девушку. - Что ж... вы сами напросились. Я хочу... чтобы вы стали моей женой.
  
  Ответом стало потрясенное молчание. Мари моргнула... раз, другой.
  
  - Простите? - выдавила из себя мисс Смитсон, решив, что ослышалась.
  
  - Женой. Супругой. Леди Сит-Ари. Сразу предупреждаю - это будет самый настоящий брак. Вы получите как права, так и обязанности. Но прежде, чем вы дадите свой ответ, я расскажу, чем вам это грозит.
  
  Девушка молча смотрела некоторое время, после чего с надеждой спросила:
  
  - Это... розыгрыш?
  
  - Нет, - покачал головой мужчина, и Мари осела в кресле.
  
  - Но... почему?!
  
  Шок девушки был понятен. Институт брака - это не та вещь, от которой можно с легкостью отмахнуться, тем более в консервативной Англии. Невзирая на всю свободу, принесенную двадцатыми годами, влияние Америки и прочие факторы, выгодное замужество считалось целью всей жизни.
  
  И когда его вот так вот предлагают... Явно чувствовался подвох.
  
  - Почему... - Виктор проникновенно посмотрел на потрясенную собеседницу и выпустил Силу. - Вы - идеальны для меня. Вы просто... идеальны.
  
  Мари смотрела на сидящего перед ней нелюдя квадратными глазами, чувствуя себя так, словно вокруг сгустился воздух, став теплым, ласковым, обещающим защиту, приносящим нежность и заботу. Это было просто невероятно, не надо было никаких глупых слов, зачастую лживых, можно было сидеть так вечно, понимая, что в тебе нуждаются, и понимая, в чем ты нуждаешься. Полное взаимопонимание.
  
  - Что это? - прошептала Мари, слабо улыбаясь и прижимая руки к груди, где билось, как сумасшедшее, сердце.
  
  - Это я. Это вы. Это мы вместе.
  
  - Расскажите о себе, пожалуйста... - неожиданно покраснела девушка и Виктор кивнул.
  
  - Конечно.
  
  ***
  День пролетел незаметно. Ситх рассказал девушке все. И о том, что не человек, и чем это грозит, о ее правах и обязанностях в браке, о ритуалах, о... Он отвечал на любой вопрос, давая исчерпывающий ответ. Мари слушала крайне внимательно, невзирая на играющий на щеках румянец. Почувствовав каким-то странным образом отношение к себе этого... фейри, она была просто шокирована. Пусть это не какая-то бешеная страсть до звезд в глазах, о которой все говорят, вот только эта самая страсть почему-то быстро проходит, а вот такая нежность... об этом можно только мечтать.
  
  Виктор доставил девушку домой и ушел, а Мари всю ночь ворочалась, переваривая свалившиеся на нее откровения. И сейчас она сидела, помешивая давно остывший чай, а в груди ныло от воспоминаний о том, как приятно было чувствовать магию этого так нежданно-негаданно выбравшего ее сказочного принца.
  
  - Золушка... - хихикнула девушка, мечтательно вздыхая. На самом деле решение она приняла, и...
  
  - Я согласна, - твердо кивнула Мари, и Виктор галантно подал ей руку.
  
  - Тогда... приглашаю вас на свидание.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  *"Налог на бедра". Как, надеюсь, вам известно, в Британии и многих других странах - прецедентное право. Это значит, что если что-то когда-то было признано прецедентом, по этому поводу было принято судебное решение - оно входит в перечень правовых норм.
  "Налог на бедра" - реально существующая вещь. Существует с 13-14 века, сейчас, может и отменено, а может и нет, мне это неизвестно. Около десяти лет назад был небольшой скандал в Англии, связанный с этим "налогом". Согласно ему, владелец чего-либо, у которого есть наемные работники, может запросто принудить их к сексу. И они не могут отказать! Все законно. Выплыл этот курьез в иске, поданном в суд молодым парнем, работником фирмы, к которому нагло приставала владелица. Ушлый адвокат откопал этот закон, указывая, что женщина была в своем праве, и запросто могла оприходовать бедолагу. Какое решение вынесли - мне, к сожалению, неизвестно. Но иск прошел по разряду курьеза. Вот такая вот старая добрая Англия.
  
  ** К сожалению такое - не плод моего воображения. Такие ситуации были сплошь и рядом, да и сейчас ситуации не лучше. Напоминаю, - Джек Потрошитель - всего-лишь самый известный "шутник". Про которого стало известно широкой общественности только из-за того, что он сам захотел прославиться.
   *** - английская кухня просто кошмарна, на мой взгляд. Очень жирная, тяжелая пища, странный набор продуктов (типа рыбьих голов, потроха - использовалось все, начиная с пятачка), дикие сочетания и огромное количество алкоголя. Пищу запивали вином в диких количествах, начиная с завтрака, обычно пили кларет или портвейн, потом шампанское. Пять-шесть бокалов за трапезу - норма. Они весь день были под мухой. Только с 50 годов питание стало более-менее похоже на что-то здоровое.
  
  
  
  
  
  Глава 13.
  
  
  - Что у нас еще нового? - очередное собрание сотрудников Отдела тайн, рутинное и совершенно привычное, шло своим чередом. Главы отделов докладывали, подводя итоги, хвастаясь своими успехами за прошедший год, или грустно вздыхали, разводя руками. Привычное, в общем-то, действо было нарушено странным выражением лица Карла. Густав слегка приподнял бровь, рассматривая своего заместителя, которого явно распирала какая-то новость. - Карл?
  
  - Лорд Сит-ари женился.
  
  Все замерли. Марготта уронила роскошное перо, оправленное в золото.
  
  - Когда? - в голосе красавицы звучало искреннее изумление.
  
  - Полчаса назад.
  
  - А на ком?
  
  - Ну уж точно не на тебе, - язвительно отозвался Карл. Окружающие дружно захихикали. Марготта царственно поправила прическу.
  
  - Это я знаю, - лениво взглянула в сторону мужчины Батори. - И получше тебя. Так на ком женился ситх?
  
  - Маги? Магики? - Густав слегка подался вперед, не в силах сдержать любопытство.
  
  - Неизвестно.
  
  - То есть?
  
  - То есть неизвестно. Имя супруги скрыто.
  
  Дамиан побарабанил пальцами по столешнице, напряженно раздумывая.
  
  - Скрытое имя. Такое возможно в том случае, если это сделано специально. Особый ритуал, прячущий имя супруга или супруги. Но для чего? Слишком известная фамилия? Условия брачного контракта? Что именно стало причиной?
  
  Густав напряженно открыл подсунутую Карлом папку с одним-единственным листком в ней и подпер руками подбородок. Да уж, подведение итогов принесло тот еще сюрприз. Год был тихим и спокойным, на удивление, никто не объявлял родовую вражду, не шел войной на врагов, не было скандалов и потрясений. Мир и благолепие. Дамблдор, находящийся под плотным наблюдением, сидел тихо-тихо, ведя себя просто образцово, Гриндевальд полностью занялся семейными делами, потихоньку отходя от внешней политики, Фламель закопался в какую-то нору и носа из нее не высовывал, алхимика так и не нашли.
  
  Лорд Сит-ари, так неожиданно обзаведшийся вторым ребенком, и вновь непонятно от кого, практически не выходил из замка, все свое время посвящая решению каких-то личных проблем. И вот, на тебе. Ситх женился. Неужели нашел ту, что подходит под его требования?
  
  Ведь до этого все попытки лорда найти себе не то что спутницу жизни, а просто суррогатную мать для рождения ребенка были провальными. И уже это настораживало. Несовместимость... Это по меньшей мере странно, а так - просто пугает. Значит, его вид слишком чужд магам? Но это опровергает наличие двух детей...
  
  И еще сокрытие имени. Почему? Любая ведьма была бы счастлива стать супругой Лорда Магии! Ведь это означает рождение детей с огромным потенциалом! Второй Мерлин! Или Моргана... Неожиданно мужчина вздрогнул, поймав за кончик промелькнувшую мысль.
  
  Мерлин. Все знают, что он был магом невообразимой мощи. Многие знают, что он был полукровкой. И все предпочитают забыть, что он был наполовину магглом. Его мать была благородного рода, принцесса, без капли магического дара. И только она смогла привлечь благосклонное внимание отца будущего гения...
  
  Имя может быть скрыто и по крайне прозаической причине. Супруга лорда не является не то что ведьмой, а даже и сквибкой. Самая обыкновенная маггла.
  
  Почему?
  
  Глава Отдела тайн откинулся на жесткую спинку стула, погрузившись в размышления, не обращая внимания на увлеченно обсуждающих потрясающую новость подчиненных. Маги бурно выражали свое мнение, строили теории на основании скудных фактов и тут же их опровергали и выдавали новые. Густав сидел, отстукивая похоронный марш, мысленно взвешивая все "за" и "против" своего предположения.
  
  В этом было рациональное зерно. Ведь если подумать, то почему маги время от времени контактировали с волшебными созданиями? Ответ крайне прост: усиление каких-то наследуемых способностей, нивелирование проклятий, которых зачастую на чистокровных как блох на бродячей собаке, улучшение фенотипа... Причин много, но цель одна - изменить своих потомков в лучшую сторону.
  
  Магики в этом плане ничем от магов не отличаются, цели у них те же самые. Густав поджал губы, чувствуя, что находится на правильном пути. Ведь что они знали о ситхе? Да ничего, если говорить откровенно. Только то, что могли дать редкие наблюдения. В принципе, анализируя его поступки и создавая общую картину, маги поступали по аналогии, сравнивая Виктора с известными им магиками. Они отталкивались от мысли, что возможно, он такой же. Пусть не целиком, но хоть частично... И в этом и крылась ошибка.
  
  - Что будет делать волшебное создание, если захочет не усилить чей-то род своей кровью, - Густав обвел испытующим взглядом тут же замолчавших подчиненных, - а основать новый? Который унаследует все его способности и прочее? Совершенно новый род?
  
  Присутствующие замолчали, переглядываясь. Густав повернулся к Дамиану Торну, одним из увлечений которого была химерология.
  
  - Дамиан? Что ты будешь делать, выводя новый вид?
  
  - Отберу особей с необходимыми мне признаками и буду скрещивать, проводя селекцию, пока не добьюсь результата.
  
  - И будет это долго и муторно, - остро взглянул на кивнувшего мага Глава. - А если ты хочешь создать что-то новое, в корне отличающееся от существующего?
  
  - Буду создавать с нуля, - медленно произнес Торн, мысленно прикидывая, как это сделать. - Но это существо надо будет или выращивать в колбе, или искать кого-то подходящего, мало ли, вдруг найду, или...
  
  - Или это существо выносит и родит чистый в данном плане экземпляр.
  
  Марготта прищурилась.
  
  - Подавляющее большинство магов с кровью волшебных существ об этом или молчат, или предпочитают забыть. Но очень многие прославленные семьи, обладающие уникальными навыками, имеют в основателях...
  
  - Маггла, - жестко закончил предложение Дамиан. - Их признаки не наследуются. Чистая основа, на которую можно нарастить все, что угодно.
  
  - Тогда почему сейчас так не делают? - ехидно процедил Дирбон, и тут же ответил на свой вопрос, - Может потому, что и первый попавшийся маггл или маггла тоже не подходят? Может потому, что критерии отбора там еще жестче, чем при отборе магов? Иначе будет просто полукровка, у которого неизвестно что унаследуется? И еще вопрос, унаследует ли потомок хоть что-то полезное? Или одни только проклятия и недостатки?
  
  В кабинете повисла тяжелая тишина. Неожиданно Густав хлопнул ладонью по столу.
  
  - Нам надо из кожи вон вылезти, но увидеть супругу лорда. Думайте, как это можно провернуть.
  
  - А что тут думать, - пожала великолепными плечами Марготта. - Подарок в руки - и идем поздравлять с женитьбой.
  
  - Да? Какая ты умная! - восхитился Густав. - В таком случае, идея о том, что именно подарить - на тебе.
  
  Красавица метнула на начальника недружелюбный взгляд и нахмурилась. Легко сказать - подарок на тебе. Тут не обойдешься сервизом из фарфора или столовым серебром. Или вообще пятью кусками мыла, которые как-то подарили одной королеве. Нет, понятно, что тогда это самое мыло было редкостью, стоило бешеные деньги и вообще считалось диковинкой, вот только одариваемой это не понравилось, она восприняла подарок как намек на то, что она грязная и благоухающая отнюдь не розами, что и привело дарителя к опале.*
  
  И что с того, что вообще-то так оно и было? Нечего намекать!
  
  Они, конечно, не магглы, но и тут не королева. Лорд Магии, это не простой обыватель, просто так не подойдешь с коробкой в руках. Подарок должен быть символический, но не дешевый, по принципу "отвяжись", и не слишком дорогой, ведь поздравлять будут от всего Отдела Тайн, а не лично от себя.
  
  Густав покосился на выпавшую из реальности женщину, погрузившуюся в размышления, и продолжил собрание.
  
  ***
  Этот момент Виктор ждал долго. Пусть Мари-Анн дала свое согласие уже давно, заключению брака мешало множество препятствий, которые были успешно преодолены.
  
  Начать стоило с самого простого. Мисс Смитсон оказалась особой не только романтичной, способной шагнуть в неизвестность и согласиться на предложение руки и сердца нелюдя, но и прагматичной, что мужчина очень даже одобрял. На голой романтике далеко не уедешь.
  
  Выслушав пространные пояснения Виктора, а также уточнив множество деталей, девушка выдвинула условие. Она тоже хотела стать если не бессмертной, то хотя бы долгоживущей. Ее не радовала перспектива тихо угасать, продолжая смотреть на молодого мужа. Сколько длиться молодость и зрелость обычного человека? Вот именно... А уж по сравнению с магами, так вообще. Виктор ничего против не имел, только "за".
  
  Превратить Мари в свое подобие он не мог, все расчеты показали, что родить ситха она может, а вот стать таковой - нет. После многократных проверок Виктор убедился, что этот путь ведет в никуда, девушка ритуал просто не переживет, а значит, надо выбрать что-то другое.
  
  Все возможные варианты решения данной проблемы, предлагаемые магами, также были признаны неподходящими, ведь они рассчитаны на магов, в крайнем случае - сквибов, а магглы имеют совершенно другую энергетику и не только, физиология тоже отличается. Однако, если подумать, выход можно найти всегда, вот и Виктор сподобился. Решением стала ситхская алхимия.
  
  Эта наука могла если не все, то многое. Создать могучее оружие? Пожалуйста. Техники Силы, такие, что все окружающее дохнет от восхищения? Без проблем. Продлить жизнь? Запросто.
  
  Вариантов было много, от самых кровожадных и попросту чудовищных, до безобидных. Можно было пойти путем приснопамятного Вишейта, выжрав жизнь из планеты. Можно поступить в духе Оби-Вана, став призраком Силы. Можно последовать примеру Императора Палпатина, переселяясь из тела в тело. И это самые напрашивающиеся и сразу приходящие в голову способы. Однако, у всех этих вариантов, и не только, были недостатки, начиная с многолетних медитаций и прочего, и заканчивая наличием бесхозной планеты, населенной клонами.
  
  Виктор воспринял идею подарить будущей супруге долголетие, как вызов. В конце-концов, он Лорд Магии, Лорд ситхов, а титул мало иметь, его надо подтверждать. Для пока еще мисс Смитсон были наняты учителя, которые должны были познакомить девушку с реалиями магического и маггловского миров, отшлифовать манеры и прочее, кроме того, Мари активно знакомилась с Марволо и Митосом, понемногу налаживая контакт, а сам Виктор погрузился в поиск способа выполнить желание невесты.
  
  Длительные сессии медитаций, расчеты и составление ритуалов. Ознакомление с тем, как решали проблему долгожительства различные народы. Сила щедро делилась со своим Владыкой знаниями, приходящими к нему в трансе и снах, дни сливались в недели, а они в месяцы... Через полгода ситх нашел решение, подходящее его невесте.
  
  Оно было настолько оригинальным, что Виктор долго смеялся, представляя, как будет реализовывать данный вариант, представлявший собой сплав кельтских и полинезийских обычаев и магических практик, ситхской алхимии и зельеварения. После чего поспешил обрадовать Мари.
  
  Девушка, после того, как Виктор доложил ей о результатах, впала в кратковременный ступор. Такого она при всем буйстве своей фантазии не ожидала. Способ, которым ситх собрался даровать ей возможность прожить долгую жизнь, оказался... крайне непривычным для мировоззрения добропорядочной английской девушки. Виктор решил сделать татуировку.
  
  Толчком к этой идее стало воспоминание о некоторых описанных энтузиастами, развивающими историю мира Звездных войн ситских, а затем и ситхских обычаях. Виктор тут же вспомнил кельтские нательные рисунки, посвященные различным богам, которые защищали не хуже доспехов, полинезийские, имеющие сакральное значение, а также многие другие. Медитации и расчеты помогли оформить идею в действенный ритуал, дело осталось за малым. Создать чернила, которыми будет нанесен рисунок, а так же уговорить Мари на роспись тела.
  
  Мисс Смитсон думала неделю. За это время она успела заинтриговать Митоса до потери пульса, ведь мальчик послужил свободными ушами, в которые девушка изливала свои сомнения и размышления на данную тему, кончилось тем, что наследник Сит-ари и сам захотел обзавестись чем-то подобным, на что Виктор тут же наложил запрет до совершеннолетия.
  
  Однако желание жить не только долго, но и молодо выглядеть, а так же иметь железное здоровье перевесило, и мисс Смитсон сама не поняла, как согласилась на эту авантюру. Виктор, решив не подвергать психику Мари сильным потрясениям, погрузил ее в сон, после чего за неделю нанес на тело будущей супруги замысловатые узоры.
  
  На плечах раскинулось ожерелье, предплечья украсили широкие браслеты, талию обхватил узорчатый пояс, щиколотки обвили спирали. Черные с золотом узоры, которые мог видеть только тот, кто их нанес, а также владелица, по желанию. Как только зажили микроскопические ранки, узоры начали блекнуть и впитываться в кожу, пока не пропали. Они стали проводниками Силы, и теперь ситх сможет с помощью Силовой ковки, которая тоже является частью Алхимии, потихоньку изменять тело Мари, пока не достигнет необходимого результата.
  
  Это будет медленно, но в некоторых делах лучше не спешить. Вернее будет. А пока шились наряды и вообще шли приготовления к церемонии, Виктор составлял брачный ритуал. Это только кажется, что надел невесте кольцо на палец, дал согласие, и все, брак заключен, все прекрасно. В обычном мире, может и да, но не здесь. Мир магии предъявлял свои требования.
  
  Ведь именно правильно заключенный брак позволил ему закрепиться в этой реальности и получить исключительные права на Марволо, которого в противном случае ждала незавидная судьба, а так, никто не посмеет даже косо взглянуть в его сторону, и канонный Томас Марволо Реддл, являющийся по всем законам страны незаконнорожденным, полукровкой и вообще отбросом общества, так и не появился на свет.
  
  Можно было не изобретать велосипед и поступить, как в прошлый раз, но этот вариант был с сожалением отброшен. Если в той ситуации брак-рабство подходил идеально, то сейчас он был немного неуместен, хотя Виктор очень тщательно обдумывал эту идею.
  
  Однако принцип ему понравился, и был составлен похожий вариант, с полной супружеской верностью, правда, с небольшим нюансом. Себя Виктор от такого груза ответственности после долгих размышлений и обсуждения с Салазаром частично освободил, но не по причине ветренности и желания иметь внебрачные связи. Он хотел иметь возможность, если что, заключить еще один брак. Если Сила подарит ему возможность встретить еще одну женщину, способную родить ему ребенка, то он сделает все, что угодно, чтобы она стала его супругой. Только так, и никак иначе.
  
  Никаких свободных связей, только брак с жесткими определенными условиями. Любовниц у него и в прошлой жизни хватало, надоело, да и не был он неисправимым потаскуном, как некоторые его знакомые, что поделать, если он несколько брезглив и очень разборчив. А теперь так вообще.
  
  ***
  Мари казалось, что она попала в горный поток, что ее несет, и нет никаких сил, да и желания, впрочем, попытаться выбраться на берег. К старой жизни возврата нет. И куда возвращаться? Она сирота, нищая, без поддержки, без... У нее ничего нет. Только она сама.
  
  А тут... Тут у нее будет если не все, то многое. Конечно, магический мир это не сказка для самых маленьких, ее жених позаботился о том, чтобы она прекрасно знала, как на самом деле обстоят дела. Он нанял репетиторов, учителей и наставников, которые муштровали ее так, как не каждого наследника правящего монарха муштруют. Девушку это не пугало. Она понимала, что ждет ее отнюдь не усыпанная розами дорога, Виктор это только подтвердил, заранее показав ей брачный контракт и ознакомив с условиями и последствиями.
  
  Нельзя сказать, что она восприняла вероятную возможность обзавестись подругой спокойно и легко, но ситх не стал врать. Он подробно, даже слишком, разъяснил, почему вынужден так поступить, и Мари, после обдумываний, согласилась. Когда на кону стоит возможность возродить не просто род, а вид, не до моральных принципов. Достаточно вспомнить узаконенное церковью многоженство после эпидемий чумы**. Было? Было, и плевать, что католицизм да и протестанство на этот счет относятся сугубо отрицательно. Когда вопрос стоит ребром, будет ли население восстановлено, или страна просто вымрет, все идет побоку.
  
  Так и здесь. Кроме того, утешал тот факт, что по крайней мере в ближайшие сто лет ей такое потрясение не светит, а дальше... Дальше девушка мудро не заглядывала в будущее. Будет или нет, неважно, надо жить настоящим... Что она и делала.
  
  За время, прожитое в замке, Мари успела полюбить детей Виктора, найти с ними общий язык, и не имела ничего против идеи стать им матерью. Причем Митосу она станет действительно матерью! В голове не укладывалось, как это, но Виктор заверил, что все пройдет, как надо. Иначе будет подозрительно...
  
  На робкий вопрос о том, что Митос ей в сыновья по возрасту не слишком подходит, мужчина только пожал плечами. Ее метрику или паспорт он никому не покажет, а внешность... Маги практически до смерти выглядят очень молодо. Не подкопаешься.
  
  Мари развела руками и смирилась. А что ей еще оставалось делать? Да и глупо лезть со своим уставом в чужой монастырь. Тем более, какой мужчина в качестве свадебного подарка (одного из) может подарить невесте долголетие, а в перспективе и бессмертие?
  
  Церемония прошла скромно, как говорится, для своих, но тем не менее, пышно. Мир магии, в конце концов, или что? Присутствовали слуги и телохранители, детей разодели, словно маленьких принцев, невеста не могла налюбоваться собой. Красавицей она не была, это Мари самокритично признавала, но она была молодой и симпатичной, а после почти года постоянного ухода за собой, так и вовсе стала хорошенькой.
  
  Виктор сиял золотом глаз, сверкая клыками в счастливой улыбке, Мари практически перестала обращать на эту особенность анатомии будущего супруга внимание и пугаться. Тем более, у Митоса тоже такое есть, у ее детей проявится, так что, надо привыкать.
  
  А потом начался ритуал, и все лишние мысли вылетели из головы. Девушка чувствовала, как сгущается вокруг них воздух, повинуясь словам Виктора, как что-то невидимое пронизывает ее насквозь, словно ветер паутину, она ощущала, как что-то в ней меняется, и это было странно, пугающе и просто непередаваемо словами.
  
  Поцелуй стал замком, соединившим их в одно целое, она почти видела, как бушует вокруг невидимая энергия, потрясенно глядя на мужа. Теперь она ощущала, какая мощь заключена в нем, вокруг него, и неожиданно ее пронзил укол сожаления. На вопросительный взгляд Виктора девушка пояснила свои грустные мысли.
  
  - Я вот только что подумала, что вышла замуж бесприданницей...
  
  Виктор расхохотался, с нежностью посмотрев на супругу.
  
  - Ты принесла мне будущее. Самый драгоценный дар из возможных.
  
  Празднество закончилось молниеносно, на взгляд Мари, а потом наступила первая брачная ночь и ей стало не до размышлений.
  
  ***
  Виктор выполнил намеченное уже на третий день после свадьбы. Ритуал прошел просто великолепно, и Митос, сияющий, словно свежеотчеканенный галеон, обрел мать. Это привело бывшего беспризорника в дикий восторг, на что Виктор отреагировал понимающей улыбкой.
  
  Викторианские времена, так сказать, хотя они и прошли... Вроде бы. Все должно быть чинно и благопристойно, семья присутствовать в полном составе, а что там творится за запертыми дверями... Кто знает. На сирот смотрят как на убогих. Мальчик и так выживал на улице, что сказалось на психике, так неожиданно обретенного отца он просто боготворил, а уж теперь, когда у него появилась и мать, когда он чувствует, что это его мать, так вообще впал в состояние эйфории.
  
  Виктор такому был только рад, что не мешало ему поддерживать дисциплину. Впрочем, делал он это не розгой, как привыкли на островах, а объяснениями. Впрочем, учитывая то, что Митос - ситх, не факт, что до розог дело не дойдет. А пока Виктор решил сделать семье приятно: повел их на Косую аллею и Рубиновую площадь.
  
  Виктор понимал, что в книге была описана крошечная часть реалий магического мира, и к своему удовлетворению давно обнаружил, что это именно так. Косая аллея, пресловутый Лютный переулок... Что, больше ничего? Естественно, нет. Просто это были улицы для всех, если можно так выразиться. Здесь располагался банк, конторы средней руки, магазины с демократичными ценами, ателье для школьников... Ширпотреб.
  
  Подавляющее большинство маглорожденных всю жизнь проводили в убеждении, что больше в Лондоне ничего магического нет, а местные жители не спешили их разубеждать, и таким способом подчеркивая свою исключительность. Мол, знайте свое место, грязнокровки.
  
  Что поделать, о толерантности англичане всегда имели крайне смутное представление.
  
  К Косой аллее примыкало несколько улиц, площадь и множество улочек. Здесь были гостиницы, конторы нотариусов и поверенных, работающих с самой разной публикой, представительства крупных компаний, магазины, рестораны и кафе, рассчитанные на самых взыскательных клиентов с экзотическими вкусами, публичный дом, способный удовлетворить любое желание, только кошелек открывай, и многое другое.
  
  Маглорожденные сюда если и попадали, то только в качестве спутников чистокровных. Ведь проходы открывались без помощи палочки, невербально, а это сразу же отсеивало слабосилков и тех, кто привык идти легкими путями.
  
  Рубиновая площадь вообще являлась аналогом Елисейских полей. Цены - космические, ассортимент - широчайший, публика - изысканная и богатейшая. Мало иметь длинный хвост предков, надо еще и располагать необходимым капиталом, чтобы делать здесь покупки.
  
  Виктор имел все вышеперечисленное, кроме хвоста предков. Он сам себе благородный предок, кого не устраивает - не его проблемы. Впрочем, внешность и аура силы, окружавшие ситха, говорили сами за себя, а палочку мужчина покупать не собирался, даже для маскировки. Ему костыли не нужны. У него есть кое-что получше - меч, на который Виктор в последнее время стал смотреть очень задумчиво.
  
  Цзянь перестал устраивать мужчину, хотя первоначально был просто идеальным, как ему казалось. Однако, с течением времени ситх обнаружил, что ему требуется что-то более весомое в руке. Вначале он даже хотел просто переделать его, добавив массы, но теперь все больше склонялся к выводу, что этого будет мало. Конечно, эспадон он в качестве образца брать не будет, форма тоже останется прежней, скорее всего, вот только размер и масса изменятся.
  
  Тело требовало чего-то посущественней и это требовало вдумчивого подхода. Кроме того, его навыки в Силовой ковке улучшились, также удалось достать несколько слитков крайне экзотических металлов, и мужчине не терпелось с ними поработать. Тем более, что перековывать цзянь он будет Силой, как положено. Но об этом он будет размышлять потом, а пока что можно пройтись по Кровавой улице и Мрачному проспекту, посетить Рубиновую площадь, ведь там уйма интересного... Себя и семью показать, на других посмотреть. Заодно пообщаться с невыразимцем, увязавшимся следом. Виктор засек крайне специфические плетения на одежде - это явно кто-то высокопоставленный. Значит, можно зайти в кафе или ресторанчик и присесть, тем более, что супруга с детьми проголодались. А запахи доносятся очень аппетитные.
  
  ***
  Карл проводил заходящее в небольшой ресторанчик семейство внимательным взглядом. Супруга ситха явно магом не являлась... Но и магглой она тоже не была. Чувствовались исходящие от молодой женщины отголоски той же силы, энергии, что и от ее супруга. Дети тоже были разными: малыш явный маг, а вот тот, что постарше - весь в отца. Даже глаза такие же.
  
  Невыразимец поджал губы, решая, что делать. Нанести визит сейчас? Невежливо... Перехватить на улице? Уже вариант. Значит, надо подождать.
  ***
  Герман не верил своим глазам. Тот самый магик, которого он когда-то упустил, беззаботно прогуливался по площади под руку с молодой женщиной, рассказывая что-то идущим рядом мальчишкам. Мужчина едва удержался, чтобы не потереть довольно руки: это явно счастливая судьба, не иначе.
  
  Неважно, что магика сопровождает охрана, ему главное проследить за тем, куда семья вернется. Не один, а сразу четыре, шанс даже не на миллион.
  
  Гейне сжал кулак, зрачки на мгновение вытянулись, полыхнув багрянцем. Какая удача! Мужчина поправил амулет, и принялся ждать. Семья гуляла, заходила в магазины, потом в ресторан... Потом их перехватил какой-то маг, и вся компания прошла в кафе выпить кофе и чай. Встреча была краткой, не больше двадцати минут. Затем все раскланялись, маг аппарировал, семья продолжила гулять.
  
  Герман продолжал терпеливо следить, пока не дождался: вся группа воспользовалась порт-ключом, перемещаясь. Гейне тут же подхватил энергию перемещения, аппарировав четко по следу, и оказался перед сурового вида замком. Маг постоял, запоминая место, сосредоточился и вновь аппарировал. Надо собщить работодателю, за просто так он корячиться не нанимался.
  
  Тем более охрана... Здесь нужна группа. Связавшись с нанимателем, маг обрисовал ситуацию и предложил пути решения. Предсказуемо было выбрано самое дорогое и самое надежное. Группа прибудет через неделю, а пока что надо все разведать. Мужчина довольно усмехнулся и исчез, покидая негостеприимный берег.
  
  ***
  Виктор нахмурился, выходя из транса. Не показалось. За ними действительно следили, тот самый потомок демонов, что и в прошлый раз. С чего вдруг такое внимание? Сила колебалась, сигнализируя об угрозе. Незнакомец задумал что-то недоброе. Значит, надо быть во всеоружии.
  
  Ситх перевел взгляд на клинок, подхватил его и направился в мастерскую. Время летит быстро.
  
  Мужчина забыл про еду и сон, находясь в трансе. Меч распался на части: гарда, лезвие, кристалл Силы. Алмаз отлетел в сторону, гарда заняла место на одной из полок, лезвие легло в горн, где вспыхнули синим огнем угли. Полоса металла раскалилась добела, взлетела в воздух, скручиваясь вдоль своей оси, постепенно вытягиваясь в длинный прут. В горн легли слитки металлов, тоже начиная нагреваться.
  
  Виктор застыл в одной позе, глаза пылали миниатюрными солнцами. Под его взглядом слитки вытягивались в пруты, скручивались и вновь нагревались, снова скручивались вместе с остальными. Они переплетались между собой, скатывались в рулон, завязывались узлами, снова вытягивались... От горна несло жаром, который ситх совершенно не чувствовал. Сила бушевала, создавая шедевр. Постепенно сформировалось лезвие меча, вытянулась крестовина гарды, в которой образовалась полость, спрятавшая в себе алмаз, тут же затянувшаяся металлом.
  
  Молот и Сила обрабатывали лезвие, летели искры, оружие постепенно принимало ту форму, какую запланировал ситх. Хищно изогнулась когтями небольшая гарда, на лезвии выдавились символы ситхена - его девизы. Виктор взял меч в руки, взмахнул... Остро заточенная полоса черного металла заметалась вокруг тела, загудел пластаемый воздух. Погас горн, инструменты легли на полки, мужчина в последний раз провел тканью по лезвию, подхватил меч и направился к себе. Сил хватило вымыться, положить клинок на подставку, кивнуть супруге и детям и отправиться в постель.
  
  Сон навалился, погребая под собой, Виктор закрыл глаза. Сила ясно подсказывала, что надо выспаться и отдохнуть впрок: скоро это станет роскошью.
  
  Предчувствия оказались верными. Уже через неделю ситх отметил чье-то напряженное внимание. Сначала из одной точки, потом из другой... Чужаки маскировались просто великолепно, они даже учли "слепые пятна", однако Виктор, пусть и с трудом, смог их обнаружить. То самое внимание...
  
  Мари и дети со слугами отправились в защищенное убежище в обществе таралов, а сам ситх вооружился и приготовился ждать гостей. Пришла пора испытать себя в бою.
  
  Взлом начали ночью, около трех часов. Ситх размеренно дышал, находясь в трансе, готовом в любой момент перейти в боевой. Сила наполняла здание, растекалась далеко за его пределы, сканируя все, что попадалось на ее пути.
  
  Группа наемников. Они методично проделывали брешь в защитных плетениях, очень осторожно. Очень опытно. Явно не в первый раз такое проделывают. Своеобразный подкоп обходил самые опасные участки, постепенно чужаки проникли на территорию замка. Что самое печальное, на них даже эльфы не отреагировали, а они первыми чуют, если на их территорию лезет кто-то посторонний. Не всегда, но почти.
  
  Виктор встал, распахивая глаза. Ситх надел удобную мягкую одежду: штаны, рубаха с длинными рукавами. Талию обхватил пояс с множеством кармашков, на ногах - высокие шнурованные ботинки на толстой подошве и перчатки. Волосы ситх стянул в хвост, чтобы не мешали.
  
  Он бесшумно прошел пару шагов, прячась в нишу в холле. Именно сюда нацелились незваные гости. Тихо отворилась дверь, внутрь плавным движением скользнул разведчик. Осмотрелся... На пол легла какая-то непонятная штуковина. Двери открылись гораздо смелее, в холл проникли еще девять человек. Один остался снаружи, это ситх почувствовал.
  
  Группа, забравшаяся в дом, была очень опытной. И крайне интересно экипированной. В принципе, они достаточно сильно походили на коммандос: брюки и рубахи военного образца, высокие шнурованные ботинки-берцы, на головах - банданы. Опытный взгляд Виктора отметил, что экипировка отличается от той, что распространена в армиях этого времени, не слишком, но различия присутствуют. Кроме того, выучка и вооружение... Коммандос были созданы с нуля, полностью, в 1940 году, это мужчина отлично помнил, ведь считать таковыми отряды буров, проводящих рейды в тылу во время войны с Великобританией - нельзя. Да и дело происходило в Африке.
  
  Виктор отметил ножны с кинжалами, артефакты и огнестрел, несколько мужчин имели небольшие арбалеты, от которых фонило опасностью, то, как плавно двигаются вторженцы, смесь магловского и магического - у каждого в ухе поблескивала серьга, явно не для украшения. Аналог рации? Еще что-то?
  
  Чем больше он наблюдал, тем сильнее все это ему не нравилось. То ли в этой реальности некоторые события произошли раньше, то ли вообще все обстоит совсем не так, как в его родном мире. С этим тоже предстоит разобраться.
  
  Виктор плотнее окутался Силой, превращаясь в невидимку: сейчас он был неощутим и невидим, разве что кто-то подойдет вплотную и прикоснется. Наемники явно переговаривались, хотя их губы не шевелились. Группа разделилась на три тройки. Одна рассыпалась по холлу, вторая двинулась по главному коридору, причем один боец держал в руках какую-то табличку, последняя тройка двинулась за первой. Страховка. Виктор вдохнул, переходя в боевой режим, мир стал тягучим, замедлившись, Сила загудела.
  
  Шаг сквозь пространство - часовой у двери снаружи успевает повернуться, почуяв опасность! Однако невидимые руки обхватывают голову, резко поворачивая в сторону. Хруст позвонков, тело падает, скребя пальцами землю. И только после удара мечом, оставившим запекшийся срез, в Силе полыхнуло смертью.
  
  Шаг назад, тройка в холле насторожилась, один уже направился к двери. Виктор взял меч двумя руками, делая широкий взмах. Вспыхнули алым надписи, ситх нанес три удара, разрубая нападавших, последний явно успел подать сигнал опасности, Сила сообщила, что вторая тройка, страхующая, возвращается.
  
  Кровь осыпалась с черного лезвия пеплом, девизы пылали, Виктор почувствовал, как начинает поддаваться азарту. Одернув себя, мужчина бросился навстречу выворачивающим из-за угла в основной коридор наемникам. Бегущий первым упал сразу же, лишившись головы, второй плавно отскочил в сторону, уходя от невидимой опасности, что-то шипяще выкрикнув, бегущий последним полыхнул яростью, оскалившись. Он явно увидел Виктора. Как? Сейчас ситху было плевать.
  
  Он молниеносно снял маскировку, отпрыгивая с пути просвистевших в считанных сантиметрах от бока арбалетных болтов, ушедших в стену до оперения. Места, где они застряли, потекли... Камень стен плавился.
  
  Наемник распахнул глаза, шарахнувшись от неожиданно возникшего прямо перед ним разъяренного магика с длинным мечом, вскинул арбалет, судя по всему, стреляющий очередями. Как? Неизвестно, ситх об этом не думал, просто отметил. Меч подрубил правую ногу нападавшего, метнулся, перерубая арбалет и руки. Следующее движение разрубило тело на две половинки.
  
  Вспышка опасности отбросила в сторону, последний наемник достал револьвер. Ситх оттолкнулся, прыгая, пробежал два шага по стене, уходя с траектории выстрелов, клинок упал, натолкнувшись на подставленную руку. Раздался хруст, что-то треснуло, боец оскалился, встряхивая повисшей рукой, секунда злобного рычания - наемник вновь действует двумя руками, выхватив длинные кинжалы, неприятно светящиеся гнилостно-зеленым светом.
  
  Виктор резко выставил ладонь, наемника снесло, впечатав в стену, он на пару мгновений потерял ориентацию в пространстве, и ситху этого хватило. Простой колющий удар пришпилил вскрикнувшего мужчину к стене. Следующий взмах отсек голову и подставленную в надежде спастись руку.
  
  Виктор вновь накинул маскировку, плотнее подбирая Силу и отходя к стене. Вовремя. В коридор вбежала первая тройка чужаков. Главарь успел что-то прошипеть, бросив взгляд на табличку в руке, но и только. Удерживаемые телекинезом иглы-артефакты вонзились наемникам в плечи, заставив рухнуть на пол. Виктор сжал кулак, Сила окутала лежащих, ломая ноги и руки, буквально дробя кости в пыль.
  
  Ситх извлек из кармашка еще три иглы и вогнал каждому в шею. И только тогда нападавшие утихомирились.
  
  Виктор осмотрелся, отпуская Силу... Чисто. Никого постороннего. И выдохнул, медленно выходя из боевого транса.
  
  Бросил на нападавших, лежащих в отключке, холодный взгляд. Пора вспомнить, как проводят допрос.
  
  Начал Виктор с того, что раздел нападавших догола и тщательно осмотрел тела в поисках неприятных сюрпризов. Уже только это принесло много неприятных открытий.
  
  Одежда представляла собой сплав магического и магловского. Ткань явно промышленного производства, но потом ее обработали зельями и укрепили чарами. Не супер-изделия, предназначенные для невыразимцев, но очень хорошее качество. Такая одежда будет очень износостойкой, будет сохранять комфортную температуру тела, поможет замаскировать запахи. Не идеально, но очень, очень хорошо. И достаточно дорого, чтобы не быть ширпотребом. Крой тоже навевал нехорошие мысли. Сейчас - начало двадцатого века. Только отгремела Первая Мировая, армии находятся в процессе перехода к тому состоянию, к которому привык Виктор. Унификация, специализация... Многих подразделений просто еще не существует, многие находятся в зачаточном состоянии.
  
  Война еще сохраняет местами дух рыцарства и своеобразную романтику, достаточно вспомнить Красного барона и его Летающий цирк, еще есть всплески индивидуализма и культа героя, еще сохраняются пережитки прошлых веков, с их разделением на "благородных офицеров" и "чернь". Но эта форма...
  
  Она словно пришла из конца двадцатого века, удобный крой, укрепленные колени и локти, многочисленные карманы, в том числе и потайные, берцы со шнуровкой и толстой гибкой подошвой, причем достаточно мягкие, чтобы не травмировать ногу грубым материалом. Она слишком продуманна и удобна, и выбивается из привычной для этого мира картины.
  
  Дальше - больше.
  
  Виктор осмотрел коматозных пленников, злобно скрипнув зубами. Прошло не больше часа с момента их поимки, а раздробленные в труху кости рук и ног уже начали срастаться. Мужчина глазам своим не верил: отеки постепенно уменьшались, синяки рассасывались, он видел, как осколки неторопливо дрейфуют друг к другу, занимая положенное природой место. На всякий случай он вогнал пленным в шеи дополнительные иглы-артефакты, полностью активировал защитный периметр и приковал каждого отдельно.
  
  Осмотр показал, что Хомо Сапиенс нападавшие не являются. Массивные челюсти со слишком острыми, не сточенными зубами, пальцы имели по дополнительному суставу, кончики ушей - заостренные, слишком плотная смуглая кожа без волос, очень твердые ногти.
  
  Кто угодно, но не люди... Или люди, но модифицированные. А еще у них были вертикальные зрачки и глазные яблоки без белков. И щиты, защищающие разум от вторжения.
  
  С учетом рефлексов и прочего... Эти существа были созданы для боя.
  
  Виктор задумчиво пожевал губами, мрачно рассматривая прикованные туши, морально готовясь к неизбежному - первому в своей жизни допросу, проведенному в полевых условиях. Что поделать, он был аналитиком, "белой костью", он не работал в"поле", не марал руки кровью. Виктор царил в кабинете и не сталкивался с прозой жизни напрямую. Нет, кровь и кишки его не пугали: документы и фотографии зачастую изобиловали тошнотворными подробностями, он бывал в морге, но вот так... Вживую... И с боем никакого сравнения.
  
  - Что ж... Все бывает в первый раз.
  
  Мужчина почесал нос, пожал плечами, и принялся за работу.
  
  Первым делом он приковал пленника, скорее всего являющегося командиром, к каменному столу, выдернул иглы-артефакты, приводя мужчину в чувство. Виктору хватило одного взгляда в бешеные глаза пленника. Ситх слегка кивнул, словно признавая право наемника молчать... А потом он просто принялся отрезать ножом фаланги пальцев.
  
  Наемник хрипел и сипел, Виктор методично резал, потом поменял нож на маленькую пилу и принялся пилить. Неторопливо и аккуратно. Ломтиками. И только когда от рук мужчины почти ничего не осталось, щиты на разуме пленника дрогнули, пусть и на мгновение, и этого хватило. Тонкие усики Силы проникли в трещину, скользнули внутрь, закрепляясь, ситх сосредоточился, продолжая пытку. Мужчина попытался сопротивляться, но все его усилия оказались тщетными.
  
  Информация пошла сначала небольшими кусочками, а потом - потоком. Пленник взвыл, его глаза остекленели, Виктор почувствовал странный всплеск, разум пытаемого начал стремительно разрушаться, но было поздно. Самое необходимое ситх уже узнал.
  
  У него было имя непосредственного руководителя этой небольшой частной армии и... Посредника, от которого пришел заказ.
  
  Мужчина постоял, обдумывая сведения и неторопливо вытирая руки чистым полотенцем, бросил вниз взгляд... И ударом Силы разорвал тело на куски, равнодушно отряхнув запачканную одежду и лицо. Гнев гудел под кожей, переползая, словно живая молния. Виктор зарычал, стремительно проносясь по подземельям, пока не достиг своей цели - специально экранированной в Силе залы. Дверь плавно встала на место, запечатывая помещение, мужчина запрокинул лицо к потолку и закричал, выплескивая неистовый гнев.
  
  Ярость тысяч солнц и сверхновых запылала под кожей, гнев молниеносно раскалил воздух, камень, покрытый сигилами, затрещал. Виктор упал на колени, судорожно вдыхая и выдыхая, чувствуя, как горят глаза золотом Темной стороны. Тело дергалось и дрожало от избытка адреналина, оно требовало действия, резни, крови и страха, но разум привычно набросил узду на бушующие инстинкты, и через пару минут мужчина встал собранным и спокойным, невозмутимо поправляя манжеты.
  
  Информацию следовало обдумать и проверить. А еще ее требовалось дополнить. По губам ситха пробежала жестокая ухмылка, верхняя губа поднялась, обнажая клыки. Под белеющей кожей проступили черные вены. У него есть еще два пленника с крайне высокой регенерацией. И несколько крайне интересных техник и ритуалов, пришедших во снах, которые требуют практики.
  
  ***
  
  Среднего роста представительный, осанистый мужчина, одетый консервативно, но не старомодно, мрачно смотрел в окно, не замечая ничего вокруг. Там, за стеклом, цвели розы и гортензии, там извивался прихотливыми узорами тщательно подстриженный самшит, там блестели вымощенные гранитными плитами дорожки, показывая всю красоту французского парка. Садовники обходились в целое состояние, но эти расходы были оправданы до последнего ливра: изысканности этого места могли позавидовать Лувр и Фонтебло.
  
  Когда мужчина смотрел на великолепие, окружающее его, он чувствовал себя королем, небрежно посматривающим на свои владения, и именно поэтому он никогда не жалел о тратах.
  
  Они были оправданы. Полностью.
  
  За спиной зашуршало, мужчина повернулся, легкая улыбка тронула губы.
  
  - Доброе утро, моя дорогая. Как спалось?
  
  - Превосходно, любимый, - красивая женщина, хрупкая и изящная, элегантно присела на стул, обтянутый вытканной на заказ гобеленовой тканью, сияющей прихотливыми золотыми узорами. - Как обстоят наши дела?
  
  Мужчина поморщился.
  
  - Есть... Препятствия. И это мне не нравится. Вскрыта часть нашей сети, конечно это не критично, но... Ущерб нанесен.
  
  - Ох, Николя... - сочувственно вздохнула красавица, поблескивая голубыми глазами. Золотые волосы, уложенные в изысканную прическу, блеснули в свете солнечных лучей. - Кто в этом виноват?
  
  - Лаймы, - презрительно скривил губы мужчина.
  
  - Причина? - холеное личико застыло маской, голубые прозрачные глаза блеснули розовым на миг.
  
  - "Насекомое".
  
   - Неужели твой холуй позволил себе что-то... лишнее? - процедила женщина.
  
  - Именно, - прорычал Николя. - Я не знаю, о чем этот идиот думал... Возможно решил что-то по своему скудоумию, но результат! Гриндевальд занялся делами рода и окружающим, а особенно политикой, не интересуется. Но это не самое неприятное.
  
  - Что еще сотворил этот убогий? - напряглась миниатюрная красавица, изящным жестом поправляя тяжелые юбки.
  
  - Он начал конфронтацию с магиком. С Лордом, как мне доложили.
  
  Женщина бросила на супруга недоверчивый взгляд.
  
  - Прямую конфронтацию?
  
  - Представьте себе... Да! - развел руками мужчина, отворачиваясь к окну. - При свидетелях. Такой скандал... - он покачал головой, словно не веря этой информации.
  
  - И что вы чувствуете по этому поводу, дорогой?
  
  - О, - хмыкнул Николя. - Я так... разочарован.
  
  - Но вы дадите этому инфант-террибль еще один шанс? - лукаво улыбнулась Пернелла. Ответом ей стал жестокий смех.
  
  - Разумеется... Нет. Альбус исчерпал свою полезность, это пятно не оттереть с его репутации. Впрочем, он еще послужит моим целям и уроком для тех, кто мнит себя умнее прочих. Слишком большой ущерб. Слишком.
  
  - Что ж... - женщина встала, расправляя юбки. - Тогда... Время завтракать. Мысли лучше приходят на полный желудок.
  
  
  *Реальная история.
  ** Реальный факт.
  
  
  
  

Глава 14


  
  
  
  То, что не все так просто, как кажется на первый взгляд, Виктор понял не сразу.
  
  Обдумывая и систематизируя сведения, полученные при допросе наемников, ситх отметил один интересный момент. Имя Посредника. Виктору пришлось задействовать все свои умения, чтобы крайне осторожно навести справки. "Посредник" действительно был посредником. Через этого благообразного седого джентльмена проходила вся информация о группах и одиночках, готовых к найму, он запросто мог связаться с нужными специалистами и предоставить самых лучших для решения проблемы, озвученной заказчиком.
  
  Посредник работал не только с элитой, но и с самой разнообразной мелочью - кого-то иногда надо пускать на убой. Посредник был крайне осторожен и имел статус неприкасаемого. Он слишком много знал, чтобы его можно было безболезненно убрать, и компромат служил гарантией долгой и сытой жизни мага.
  
  Виктор удивлен не был. Он сталкивался с такими индивидуумами еще в прошлой жизни, пользовался их услугами, водил знакомства... Почему бы таким не присутствовать в этом мире?
  
  Ситху потребовался месяц, чтобы найти способ быть представленным важному и полезному человеку. Посредник жил среди маглов, совершенно не собираясь ограничивать свои доходы магическим миром.
  
  Виктор неторопливо просеивал информацию, идя от одного наемника к другому, без зазрения совести влезая в их мозги: Сила может многое, и через несколько утомительных недель, благодаря полученным от узников сведениям, ситх сидел на веранде дома, любуясь прекрасным видом на Альпы, и с удовольствием дегустировал отличный французский коньяк.
  
  Посредник попыхивал сигарой, которую обрезал золотой гильотинкой, отдавая должное чудесному напитку, томившемуся в дубовой бочке дольше, чем мужчина жил на этом свете. Неторопливая беседа, полная намеков, продолжалась около часа, пока ценный специалист прикидывал, стоит ли риск вознаграждения.
  
  Но что Виктор и вынес из богатой практики, так это то, что Филипп Македонский был абсолютно прав, сказав, что любую крепость возьмет осел, груженый золотом.
  
  Выложенные рядком золотые слитки, каждый весом в килограмм, с клеймами и надписями, маслянисто поблескивали в бледных лучах зимнего солнца, заставляя щуриться. Посредник докурил, допил коньяк, отставил снифтер... И задумчиво взвесил один из слитков в руке. Виктор тут же добавил еще три, и Посредник принял решение.
  
  - Хорошо, мессир. Что вы желаете узнать?
  
  - Две вещи. Вторая будет оплачена отдельно, - слегка прищурился ситх, и глаза его собеседника алчно блеснули.
  
  - В таком же объеме?
  
  - Разумеется, - невозмутимо кивнул Виктор.
  
  - Спрашивайте.
  
  - Кто нанял этот отряд?
  
  Мужчина бросил взгляд на крайне точные рисунки, изображающие лица бойцов, напавших на дом ситха, наклонился чуть ниже... Посредник взял карандаш, написал на рисунке одно слово и подвинул бумагу к своему посетителю. Виктор молча достал из безразмерного саквояжа еще десять слитков.
  
  - Второй вопрос. Вы когда-нибудь работали с этим человеком?
  
  На стол лег еще один портрет, изображающий голубоглазого рыжеволосого мужчину. Взгляд Посредника на мгновение дрогнул.
  
  - Да.
  
  - Благодарю, - ситх встал, забирая бумаги. Хозяин дома вежливо поклонился, провел дорогого в буквальном смысле гостя к выходу, дождался аппарации и вновь вернулся к столу, нежно погладив слитки.
  
  Виктор шагнул сквозь пространство, переносясь домой. Ему было над чем подумать.
  
  Все факты упорно твердили, что во всем происходящем торчат длинные уши Альбуса, а через него и его покровителя - Фламеля. Поначалу ситх даже поверил в то, что главным злодеем является средневековый алхимик, вот только после долгих размышлений и медитаций мужчина позволил себе в этом усомниться. Когда он поделился своими мыслями с Салазаром, портрет попросил его пояснить, что же кажется таким подозрительным.
  
  И ситх пояснил.
  
  - Понимаете, Салазар, - мужчина сидел в мягком кресле, наслаждаясь теплом камина, - поначалу я был даже уверен, что это Фламель. Слишком уж все совпадало. В конце концов, у него есть все предпосылки: длинная жизнь, богатство, знания, накопленное влияние... Ведь так?
  
  - Вроде, так, - пожал плечами Слизерин.
  
  - Именно, - покивал ситх. - А потом я понял, что же меня смущает...
  
  - И? - змеиные глаза Слизерина блеснули.
  
  - Пусть Фламель и прожил шесть столетий, - неторопливо произнес Виктор, - пусть у него есть опыт и влияние, накопленные за время жизни, нельзя упускать из виду тот факт, что Николя родился в среде людей среднего достатка. Он - не аристократ. Никогда не был... И никогда не будет, невзирая на влияние и богатство.
  
  - Что вы имеете в виду? - нахмурился Слизерин, пытаясь проследить за мыслью.
  
  - Может, Фламель и накопил опыт плетения интриг, - пояснил Виктор, - у него нет утонченности. Может, он и является гениальным алхимиком, это не значит, что он - прекрасный интриган. Не было у него времени заниматься подсиживанием, он создавал Камень. Да, в отличие от подавляющего большинства алхимиков, показывающих фокусы на потеху богатой публике, он был успешным. У него было признание, ему оказывали покровительство... Но и только. Он не рос при дворе, с молоком матери впитывая коварство и понимание невидимых связей. Он рос среди лавочников и мастеровых.
  
  - Но... Он прожил шесть столетий, - возразил Слизерин. - За такое время даже самый тупой сможет чему-то научиться.
  
  - Именно. Он и научился... И я не сомневаюсь, теперь он запросто может составить схему, рассчитанную на годы... Но, - жестко отрезал ситх, - это не отменяет главного: Фламель родился в то время, когда повиновение аристократии было у черни в крови. И пусть теперь он имеет богатство и власть...
  
  - Это не значит, что он вытравил из себя детство, проведенное в грязи, - дополнил Салазар, тонко улыбаясь.
  
  - Да. То, что происходит сейчас... Это слишком утонченная схема для бывшего лавочника. Эта схема нацелена на верхушку общества... На уничтожение. Фламель предпочел бы вливание в эту самую верхушку. Признание его, как одного из тех, кто стоит на вершине... Он ведь так и не получил титул?
  
  - Нет, насколько мне известно, - задумчиво посмотрел в потолок Слизерин.
  
  - Вот видите... Для него все это... Слишком. Эта схема слишком жестока. Геноцид. Это уровень того, кто рожден повелевать.
  
  - И у вас есть на примете подозреваемый? - подался вперед Салазар.
  
  - Только предположение, - честно признался ситх. - Если учесть продолжительность жизни, происхождение, глубину интриги, тонкость этой схемы, цели... Способ действия... Мне приходят на ум только две кандидатуры. И это не Фламель.
  
  - Кто? - подобрался Слизерин.
  
  - Граф Сен-Жермен.
  
  - Я... слышал о нем, - потер гладко выбритый подбородок Салазар. - Ничего определенного, слухи... Странные слухи.
  
  - Граф Сен-Жермен, - лекторским голосом начал ситх. - Весьма таинственная личность. Известен, в первую очередь, в мире магглов. Точное происхождение неизвестно, более-менее доказанное - третий сын трансильванского принца Ференца II Ракоци и его супруги Текели. В младенчестве отдан на попечение последнего герцога Медичи, который его обожал и дал превосходное образование. Причины передачи в другой Дом неизвестны: но это был не обмен заложниками, не какие-то брачные договоры или наследование другого имени. Полиглот, знает все европейские языки, арабский и древнееврейский. Алхимик. Проводил трансмутацию металлов в золото с помощью неизвестного черного вещества, что неоднократно зафиксировано в мемуарах как его поклонников, так и откровенных врагов. Утверждал, что умеет работать с бриллиантами: плавить их, получая из нескольких мелких один крупный. Занимался дамской косметикой, оказывающей удивительно положительный эффект на тех, кто ею пользовался. Однако не обещал омоложения... Писал музыку, достаточно неплохую, постоянно предлагал необычные проекты: пароход, паровоз, пушка... Но все это так, для развлечения и дымовой завесы. Главное в другом. Дипломат. Выполнял поручения короля Людовика XV, был другом мадам Помпадур, разведчиком и личным порученцем главы государства. Имел когорту влиятельных знакомых, приятелей и друзей. Политик. Являлся ли магом или магическим созданием - неизвестно. Тамплиер.
  
  - Однако... - задумчиво вздохнул Слизерин. - Еще и церковник.
  
  - Не церковник. Тамплиер, - отрезал Виктор. - Орден Тамплиеров был уничтожен королем Филиппом Красивым, и его не возрождали.
  
  - Это да, вот только победители не смогли насладиться плодами победы, - сверкнул глазами Салазар.
  
  - Проклятые короли, - вздохнул ситх. - До двенадцатого колена.
  
  - Да уж, чтоб наверняка, - согласился портрет, нервно отщипывая от виноградной грозди.
  
  - Еще ему приписывают масонство, но этому я не очень верю, невзирая на записи. Приписывали всех, в ложах не состоял только ленивый, а участники не столько золотым мастерком махали и книжки почитывали, как развратничали. Просто престижно, никакого смысла.
  
  В кабинете наступила тишина, Слизерин меланхолично общипывал гроздь, Виктор дегустировал арманьяк.
  
  - А второй? - неожиданно встрепенулся портрет.
  
  - Второй... - буркнул Виктор. - Не уверен... Но, возможно... Только возможно! Жиль де Рец.
  
  - А он тут при чем? - поперхнулся Слизерин.
  
  - Вам известно, по какому обвинению его арестовали? - остро взглянул ситх. Слизерин нахмурился.
  
  - Э... Что-то слышал... - неуверенно протянул портрет.
  
  - Я вам помогу, - неприятно ухмыльнулся Виктор. - Чернокнижие. В подвале замка было обнаружено более двухсот детских черепов. Полно следов крови. Алтарь, посвященный дьяволу. В округе вымерли села. А маршал был молод и имел власть и богатство. Ничего не напоминает?
  
  Портрет побелел.
  
  - Потомок демонов?! - сдавленно просипел змееуст.
  
  Виктор покачал головой.
  
  - Потомок демонов не стал бы помогать той, кого провозгласили святой при жизни. Жанна д'Арк, а Жиль был ее товарищем, подчиненным и другом, тоже очень не проста. Народ ее обожал и считал своей... Дворяне эту версию поддерживали, называя деревенской девкой, но! Те же самые дворяне стекались под ее знамена, а чтобы снобы-французы, которые считали всех не-дворян быдлом и грязью, позволили собой командовать кому-то, кроме особ королевской крови... Нереально. Будь она хоть трижды святой. По отзывам современников, у девушки была правильная речь. Она управляла боевым конем - и это при том, что женщин такому не обучали принципиально! Она носила доспехи - уверенно. Она разрабатывала военные кампании. Она водила в бой. Она успешно "брала на копье" города. Именно благодаря ее харизме и знаниям король вернул свое королевство: пока сам ничего не делал, а дворяне успешно лизали пятки врагам или грызлись между собой. Нет, Жанна не была сиволапой простушкой... С ее происхождением очень все запутанно. Даже слишком. И вот тут мы отходим от фактов и переходим в область предположений.
  
  - То есть? - заинтересованно пошевелился портрет.
  
  - Как вы, наверное, знаете, Жанну сожгли на костре. По легенде, ее сердце сохранилось, бьющееся и живое, не обгоревшее, в углях. Его судьба неизвестна, и неизвестно, насколько это правдиво, - задумчиво прищурился ситх, делая глоток из бокала. - Но если сделать допущение, что это - случившийся факт, то тогда я могу обосновать возможное участие Жиля.
  
  Салазар моргнул.
  
  - Поясните, Виктор.
  
  - Разумеется, - кивнул ситх. - Итак... Что нам известно? Есть святая, выполняющая благое дело: возврат законной власти королю и изгнание захватчиков. Есть молодой - двадцать пять лет! - маршал и пэр Франции, который этой самой святой помогает. Она свою миссию выполнила, причем настолько хорошо, что впечатленный король отблагодарил ее по-королевски: когда девушка попала в плен, он даже не почесался помочь. Ее предали суду, причем и церковному, и светскому, и казнили как еретичку. Король опечален не был. Еще бы!
  
  - Ведь эта особа на троне смотрелась бы гораздо более изящно и органичнее, чем он, были такие намеки. Проходит пару лет - и маршал, у которого есть все и даже больше, сходит с ума: он терроризирует население своих владений, славясь жестокостью, и кончает очень плохо: опять суд, светский и церковный, пытки, дознания, казнь, ставшая итогом длительных торгов его родни с судьями. Маршала задушили гарротой, бросили тело на поленницу, развели огонь, но, по договоренности, сдернули с костра и отдали родне, которая не пожелала осквернять останками нечестивца родовые склепы, и передала труп для захоронения в монастырь кармелиток. В принципе, Жилю повезло: сгореть заживо... Его смерть была более милосердной, чем смерть Жанны, которую он так и не успел предотвратить. А ведь маршал боролся за нее и после смерти Орлеанской девы...
  
  Ситх вздохнул, сделал глоток, допивая арманьяк.
  
  - Дальше. К чему я веду... Вы мало сталкивались с этим, а у меня были встречи со знатоками. Жестокость, кровожадность, - все это свойственно демонам. Вы в этом правы абсолютно. Однако в случае с Жилем все не так просто. Если бы он был потомком потусторонних тварей, то не смог бы находиться в присутствии той, что творила настоящие чудеса. Он не смог бы ходить в церковь, слушать молебны... Это... Мучительно для них. А барон все это спокойно делал, как и положено порядочному человеку. И сорвался он только после смерти Жанны, спустя десять лет. И, на мой взгляд, - пояснил ситх внимательно слушающему Салазару, - есть простое и логичное пояснение этой маленькой странности. Барон был потомком, но не демонов...
  
  - А кого?
  
  - Падших.
  
  Слизерин озадаченно моргнул.
  
  - Вы имеете в виду... Ангелов?
  
  - Именно их, - хмыкнул Виктор. - Ангелы не отказывали себе в чувственных удовольствиях, потомков у них было пруд пруди. И они славились чудовищной жестокостью... Которую пресекли с помощью Потопа: радикально, все равно что лечить головную боль топором. Можно сделать допущение, что Жиль был потомком именно такого вот нифелима.
  
  Слизерин что-то неразборчиво крякнул, неуверенно махнув рукой.
  
  - К стыду своему, вынужден признать, что мало об этом знаю, - вздохнул портрет. - В нашем мире мы больше знаем о демонах...
  
  - Именно, - поджал губы Виктор. - Магия, магические существа... Демоны прекрасно вписываются, а вот ангелы и их производные... Не очень. Тут необходимо уточнить принципиальный момент: демоны и Падшие - это совершенно разные сущности. Абсолютно. Даже упав, ангелы остаются ангелами. Демоны - это обитатели других миров, соответствующих планов, и люди, которые переродились в... это, благодаря личным усилиям.
  
  - Тогда тем более не понимаю, - сморщил нос Слизерин. - Я могу понять ненависть Жиля к Англии: война, завоевания... Даже казнь Жанны! Но ведь Англия и Франция воевали и до, и после Столетней войны!
  
  - Допущение... - постучал когтистым пальцем ситх. - Если барон действительно потомок Падших, то весь его пиетет перед Жанной предстает в другом свете: законная королевская власть. Вам известно, что законному королю приписывали чудеса? Исцеление золотухи и некоторых других болезней наложением рук. Повышение урожаев и благосостояния страны. Милость божественная, нисходящая на земли после коронации. И многое другое. И ключевое слово здесь: законная королевская власть. Понимаете?
  
  - Вы хотите сказать... - прошептал портрет, лихорадочно блестя змеиными глазами. Виктор сверкнул клыками.
  
  - Именно. Жанна была законной наследницей престола. Неважно, по каким причинам и потомком какой именно династии она являлась. Бастардом девушка просто не могла быть. Законность. Со всех сторон.
  
  - Или Карл был... - Слизерин насмешливо хмыкнул, - не совсем сын своего отца.
  
  - Вариант, - согласился Виктор. - И если это так, если Жанна д'Арк была принцессой, законной наследницей престола, пусть и во Франции, где по меткому выражению одного из дворян "негоже лилиям прясть", ее благополучие было для него приоритетом. И казнь просто сорвала стопор.
  
  - И его просто задушили, - нахмурился портрет.
  
  - Задушили... Недодушили... Неважно. Важно, что у него есть повод. А нефилим - это вам не демон. Его экзорцизмом или магией не проймешь. Не той категории зверь. Клиническая смерть, потом реанимация... Жиль учился у некроманта.
  
  - Тогда почему терпел пытки?
  
  - Потому что страдания и тяжелые испытания - верный способ расти над собой. И ему отказали в ордалиях... А он потребовал Божьего суда, испытания водой и огнем.
  
  - Интересно, каков был бы результат?
  
  - Уж явно не в пользу пристрастного суда!
  
  Слизерин утомленно потер виски.
  
  - Вот ведь напасть... Еще и тварь церковная...
  
  - Салазар, - покачал головой ситх. - Да что вы так вцепились в церковь! При чем здесь она?
  
  - Но ведь ангелы...
  
  - И что? - укоризненно взглянул Виктор. - Забудьте вы о церкви! И о религии! К данному делу они не имеют никакого отношения! Ну, практически никакого! Если мои предположения верны, и Жиль действительно потомок нефилима, то плевать он хотел на религию и прочее. Я же говорил: он учился у некроманта. Падших это не интересует... Внешние приличия, и прочее. Они мыслят по-другому. Они - не люди. Никогда не были, никогда не будут. Здесь прослеживается четкий личный мотив. И связан он именно с Орлеанской девой. Почему? Кто знает. Ходили слухи, что многие вельможи не прочь посадить ее на трон... И управлять через нее. Политический брак, сами понимаете. К сожалению, мало что известно. Однако, опять-таки можно предположить... Жиль был потомком двух древнейших и весьма могущественных родов. Он был воспитан в убеждении, что Франция - это практически его личная собственность. И его долг - эту собственность защищать. Любыми путями! Столетняя война разорила страну. На троне - тряпка. И тут... Просто подарок судьбы. Законный наследник. Тот, кто поднимет Францию из руин и сделает процветающей и могучей державой. Я не знаю, что он чувствовал или видел... Жиль утверждал, что у него были видения насчет Жанны. Возможно. Недаром он стал ее ближайшим сторонником. Она была шансом. В том числе и на укрепление личного благосостояния: часть земель, принадлежавших барону, была заложена. И тут этот самый шанс спустили в ров с нечистотами. Как вы думаете, он был доволен? Сомневаюсь. Непонятно, чего он хотел достичь, связавшись с некромантом, которого, как ни странно, казнить не спешили, однако это наводит на размышления.
  
  - Да уж... Действительно, - согласился Слизерин. - И что теперь?
  
  - Теперь... - остро взглянул ситх. - С одной стороны - я, вроде как, не обязан кому-то помогать или наоборот препятствовать. С другой... Мои потомки будут здесь жить. Не просто в этой стране, а на этой планете.
  
  - Глобально, - хмыкнул Слизерин.
  
  - Да, - холодно посмотрел Виктор. - Страны рождаются и умирают. Планета остается.
  
  ****
  Пальцы выстукивали давно забытую людьми простенькую народную мелодию, мужчина тихо напевал, пропуская слова и целые предложения.
  
  Фламель смотрел в окно, не замечая, как темнеет небосвод, напевая, размышляя... Пора подвести итоги.
  
  Итоги были... Скажем так, неоднозначными.
  
  Итак... Плюсы.
  
  Удалось закрепить положительный образ маг-фамильяр. Дамблдор и Фоукс. Медленно и постепенно были заложены основы прекрасно запоминающейся концепции: феникс - дитя Света, и в качестве фамильяра он сигнализирует о том, что его хозяин - истинный Светлый маг. Да. Именно так. С большой буквы.
  
  Получилось внедрить Дамблдора в Хогвартс. Профессор трансфигурации - пока что только преподаватель, а там и продвижение не за горами...
  
  Поправлены некоторые огрехи тщательно разработанного образа мага: строгий, но справедливый, добрый, прощающий, всегда дающий второй шанс. Готовый выслушать и помочь. Когда советом, когда и действием. Сочувствующий. Мудрый.
  
  Отличный образ, который с годами должен только дополняться и укрепляться, ведь сначала ты работаешь на свою репутацию, а потом репутация работает на тебя.
  
  Заложены основы дружбы и сотрудничества с некоторыми очень перспективными магами.
  
  Внедрены некоторые идеи, которые должны облегчить начало запланированного противостояния между определенными группами магов.
  
  Начинают внедрятся агенты влияния в мире магглов.
  
  Заложены основы для роста напряженности в мире магглов и в мире магов.
  
  Идет первоначальное накопление капитала, который понадобится для финансирования запланированных действий.
  
  Создаются хранилища продовольствия, драгоценных и черных металлов, книг, а также некоторых других вещей.
  
  Наведены мосты к некоторым очень специфичным семьям и родам.
  
  Составлены планы, определены будущие герои.
  
  Проделана длительная работа по подготовке соответствующих ловушек на пути Гриндевальда.
  
  Сделано...
  
  Да много чего сделано положительного.
  
  Теперь перейдем к минусам.
  
  План с выдвижением Геллерта Гриндевальда потерпел неожиданный крах. Маг прошел обследование в Гильдии Менталистов, и после получения вердикта специалистов был очень возмущен вторжением в свою психику. Тот, кто должен был стать флагманом борьбы чистокровных с теми, кто ниже их по положению, выпал из большой политики и превратился в домоседа, полностью уйдя в семейные дела. Теперь герра Гриндевальда не интересуют права чистокровных и какие-то эфемерные идеи, витающие в воздухе, он не чувствует в себе желания сражаться и лезть на местный Олимп. Геллерт посвятил себя борьбе с должниками, гоняет управляющих, разрабатывает планы по дальнейшему увеличению прибыли семейных предприятий и даже подумывает жениться.
  
  И герра Гриндевальда совершенно не тянет искать подозрительные артефакты непонятного происхождения, чье существование подтверждается только скверно написанной сказкой.
  
  Да. Так и сказал. Скверно.
  
  Дружба с Дамблдором разорвана. Геллерт не хочет иметь с другом никаких общих дел и вообще поклялся повыдергивать Альбусу руки и ноги, и глаза натянуть на одно место, если тот хоть посмотрит в его сторону.
  
  Репутации Альбуса нанесен невосполнимый в ближайшие пару лет урон. Естественно, рикошетом досталось и фениксу, которого чистокровные маги теперь готовы расчленить сразу же, как он появится в поле их зрения, а не слушать его щебетание, развесив уши.
  
   Дамблдор пока что остается в Хогвартсе... Но это только пока. Испытательный срок с жестким надзором. Естественно, о свободе действий и продвижении карьеры можно забыть.
  
  Конечно, по отдельности все эти минусы не критичны, но вместе они связываются в тугой узел, который невозможно развязать, придется рубить.
  
  Есть замены, есть дополнительные планы, и все это можно ввести в действие, но не так же сразу! Слишком подозрительно, а невыразимцы что Альбиона, что Германии, настороже. Следят... Наблюдают. Делают выводы.
  
  И, самое страшное, предпринимают меры.
  
  И все эти изменения - результат появления магика непонятного происхождения. Откуда он только вылез, тварь такая! Хорошо, что покровители решили кое-что сделать.
  
  Посмотрим, что из этого выйдет.
  
  Мужчина опрокинул в рот содержимое небольшой хрустальной рюмки, пожевав губами. Послевкусие было странным... Вроде, сколько веков прошло, а привыкнуть невозможно.
  
  Фламель вздохнул, и вернулся к бумагам. Пора переходить к запасным планам.
  
  ****
  Среднего роста черноволосый мужчина медленно сложил лист пергамента. Лицо слегка улыбалось, словно брюнет вспомнил какую-то приятную мелочь, но резкие движения пальцев выдавали недовольство и раздражение.
  
  Мужчина бросил на пергамент взгляд, и глаза, светло-серые, словно начинающее темнеть небо, блеснули на миг расплавленным серебром.
  
  Брюнет резко выдохнул, замирая в кресле.
  
  Он сидел совершенно неподвижно, даже грудь не двигалась, словно дыхание отсутствовало. Радужки все сильнее заливало серебром, растекающимся по белкам, пока глаза не превратились в отполированные металлические полусферы без признаков зрачков. Кожа начала мягко светиться, ногти заиграли ограненными алмазами в свете свечей, симпатичное решительное лицо еле уловимо менялось, превращаясь в идеальное совершенство. Абсолютная симметрия, как на картинах, совершенно жуткая и абсолютно неестественная для обычных людей.
  
  Мужчина встал, с хрустом размяв плечи, плавно шагнув к стоящему возле стены шкафчику. Паркет заскрипел, словно идущий весил несколько центнеров. Под взглядом мужчины шкафчик распахнулся сам собой, открывая серебряный реликварий в форме сердца, украшенный невероятной красоты и размера жемчугом.
  
  Поднятая крышка открыла дикое зрелище: в реликварии, в лужице свежей крови, лежало человеческое сердце. Живое, оно билось, мерно и ровно, из остатков оборванных артерий медленно просачивались капли.
  
  Мужчина вынул сердце, бережно и ласково касаясь самыми кончиками пальцев, благоговейно коснулся пульсирующей поверхности губами.
  
  - Здравствуйте, моя прекрасная госпожа, - тихий голос отдавал металлом. - Позвольте рассказать вам о моих успехах. Вчера была искоренена последняя представительница ветви узурпаторов. Пусть она и сама не знала о своем происхождении, это не может служить смягчающим обстоятельством. Так что, вы можете спать спокойно, моя прекрасная принцесса. У продавшего вас более не осталось потомков. Ни законных, ни незаконных. Никаких. Его семя выкорчевано и не даст всходов.
  
  Мужчина нежно улыбнулся, в глазах плясало отразившееся от свечей пламя.
  
  - Пусть на это потребовались годы, но я смог воздать по заслугам. Однако... - он осторожно положил все так же ровно бьющееся сердце обратно в реликварий, - это только мелкая и незначительная часть. Время работает на меня... - металлические обертоны в голосе усиливались с каждым мгновением. - Мало кто помнит имя мое, и власть мою. Тем лучше. Все готово. Истинные виновники вашей гибели не узнают, что их поразило.
  
  Мужчина рассмеялся, а тень за его спиной колыхалась, принимая форму гигантских крыльев.
  
  ****
  Замок высился неприступной громадой. Герман прищурил багрово блеснувшие глаза с ромбовидными зрачками, достал из кармана золотой портсигар, и прикурил от огонька, вспыхнувшего на указательном пальце.
  
  Ароматный дым сигариллы уносило соленым морским ветром, грохотали волны, сильно пахло йодом и разлагающимися водорослями - недавний шторм выкинул на скалы немалое их количество.
  
  Герман стоял, неторопливо, наслаждаясь каждой затяжкой, курил, разглядывая замок, и ждал. Неожиданно карман пальто завибрировал, мужчина выбросил мгновенно сгоревший в пламени окурок в сторону, достал из кармана футляр плотной кожи, вытаскивая из него небольшое зеркало. Металлическое, с рунами на тонкой рамке.
  
  - Слушаю.
  
  - Герр Гейне... - тихо прозвучал мужской голос с явным французским грассированием. - Что скажете?
  
  - Берусь, - лаконично ответил Герман. - Но цена вырастает вдвое.
  
  - А не слишком ли?..
  
  - За возражения, - мило улыбнулся наемник, сверкнув заострившимися и вновь принявшими нормальную форму зубами, - цена вырастает еще на единицу.
  
  Его собеседник скрипнул зубами, но промолчал, хотя ярость можно было почувствовать физически.
  
  - Вас что-то не устраивает? - сочувственно покачал головой Герман. - Можете обратиться к моим собратьям по ремеслу.
  
  - Уже, - кисло скривился француз.
  
  - И результат вам не понравился, не так ли? Как печально! - тяжко вздохнул Герман. - А вас ведь предупреждали. Скупой платит дважды. Трижды. И вообще постоянно.
  
  - Довольно! - процедил француз. Багровые глаза наемника угрожающе сощурились.
  
  - Я не ваша собачка, чтобы на задних лапках бегать.
  
  На минуту собеседники замолчали, сверля друг друга негодующими взглядами.
  
  - Хорошо, - брюзгливо буркнул француз. - Я увеличу цену в четверо, но результат должен быть гарантирован.
  
  - Сделка, - лязгнул голос наемника.
  
  - Сделка. Ждите письмо из банка.
  
  Связь резко оборвалась. Гейне спрятал зеркало в карман, и достал еще одну сигариллу. Он спешить не будет... Но и медлить - тоже.
  
  Мужчина аппарировал, оставив после себя выжженные в пожухлой траве отпечатки подошв модных ботинок.
  
  ****
  Альбус тяжело осел в кресле, бездумно пялясь в пылающий в камине огонь. Комната медленно прогревалась, трещали поленья, отдавая тепло, изгоняя вечную сырость из толстых каменных стен - ненадолго, но все-таки. Мужчина закутался в плед, погрузившись в мрачные размышления о будущем. На своем насесте спал Фоукс, засунув голову под крыло, изредка что-то тихо воркуя.
  
  Магу не спалось.
  
  Чем дальше, тем отчетливее Альбус понимал, что нивелировать последствия своей дурости будет еще долго. То, что карьерный ход застопорился, являлось наименьшей из его проблем, в конце-концов, он прекрасный специалист, всегда может устроиться в другое учебное заведение, даже если его никуда не возьмут, и то есть выход - частные услуги.
  
  В таком положении тоже есть свои плюсы - можно влиять на ученика, на его родителей... Главное - получить положительные отзывы, мир тесен, а магический - и того теснее.
  
  Хотя легко не будет.
  
  Скандал поставил ему на лоб клеймо, и придется приложить множество усилий, чтобы поначалу люди хотя бы стали не слишком акцентироваться на этом позорном моменте. Потом - чтобы им стало все равно. Потом - чтобы окружающие забыли об этом факте. И только после этого можно будет свести все к наветам врагов и очернительству, банальной зависти злопыхателей.
  
  А это время и ресурсы.
  
  План, давно составленный, тщательно корректируемый по мере исполнения, резко споткнулся о непредвиденное препятствие. Альбус потерял не только время и репутацию, он потерял связи и фактор неожиданности. Фоукс, ранее являвшийся настоящим карманным чудом, теперь является особой приметой и предметом, на котором фокусируется внимание.
  
  Еще один камень преткновения...
  
  Ученики в школе относятся настороженно, учителя - с подозрением и особым вниманием. Директор и вовсе цепко отслеживает каждое движение и любой звук.
  
  Можно забыть о свободе перемещения и влиянии на неокрепшие умы - теперь никто не желает находиться в его обществе в одиночестве, а уж в обществе феникса тем более.
  
  А тут еще и Фламель подозрительно помалкивает...
  
  Конечно разнос от Наставника был знатным, но Альбус его пережил, пусть и не без урона для своей гордости. Ничего, он утерся и промолчал, но запомнил. Что делать, Фламелю он не чета. Их в этом плане и сравнивать смешно! Он только-только начал свой разгон по направлению к цели, и тут его резко остановили. Рывком. И придется снова набирать ход, внимательнее следить за дорогой, опасаясь наступить на новое препятствие. Задержки... Задержки...
  
  Впрочем, самой печальной была потеря налаженных отношений с Геллертом. Друг юности, такой прекрасный объект для оттачивания навыков манипулирования, Гриндевальд имел то, что отсутствовало у самого Альбуса: хорошее происхождение, средства, связи с высшими кругами, репутацию... Магическую мощь.
  
  Родовую библиотеку.
  
  Альбус был готов заново продать душу за возможность заполучить эту сокровищницу знаний в единоличное пользование, но теперь о том, чтобы порыться на заветных полочках, и речи не шло - к угрозам и предупреждениям Геллерта маг отнесся крайне серьезно - к исполнению обещанного Гриндевальд всегда относился с поистине немецкой основательностью и педантичностью.
  
  Если бы не эти старые хрычи из Гильдии Менталистов!
  
  Альбус скрипнул зубами, с ненавистью сжав край пледа, представляя, как сдавливает тощую куриную шею мерзкого старика, обнаружившего влияние на разум Геллерта. Как давит, давит, пока в глазах не погаснет всякое осмысленное выражение, пока не треснут кости, пока голова не оторвется к Мордредовой бабушке.
  
  Сладкие мечты...
  
  Заворочавшись, маг раздраженно подтянул плед, пристраивая голову на высокую спинку, прикрыл глаза, и постарался расслабиться. И хоть как-то очистить голову от заполонивших ее мыслей. Надо было думать на перспективу, проанализировать выданные ему инструкции, прикинуть, как лучше подойти к их исполнению...
  
  Пламя плясало в камине, маг погрузился в зыбкий транс, балансируя между явью и сном, тихо курлыкал феникс... За спиной мужчины медленно наливались тьмой тени, обретая глубину и плотность.
  
  По капле, неуклонно, они собирались в единую массу, затапливая дальний угол комнаты, пока он не стал походить на лишенный стенок аквариум, в котором колыхалась вода, только и ждущая толчка, чтобы хлынуть неостановимым потоком.
  
  Альбус нахмурился, заворочавшись, Фоукс зашевелился, и тени замерли, словно обладая разумом. Маг некоторое время беспокойно ворочался в кресле, но камин грел, мужчина размяк от тепла, и вскоре засопел, все сильнее проваливаясь в сон.
  
  Фоукс тоже затих, даже перестал ворковать, замерев на насесте.
  
  Тени, замершие монолитом, вновь зашевелились.
  
  Время шло, маг окончательно заснул. Появился домовой эльф, подбросил в камин пару толстых поленьев, поправил свисающий плед, и вновь исчез.
  
  Тени подождали еще немного, а затем плавно потекли к креслу и насесту птицы. Черная масса разделилась на два потока, синхронно двигающиеся к целям, пока не достигли кресла и обиталища Фоукса.
  
  Тени медленно потекли вверх, словно уровень жидкости поднимался в колодце, тихо и абсолютно неотвратимо, достигая спящего феникса.
  
  Нападение произошло резко и одновременно. Одним движением ловушки схлопнулись, поглощая жертв с головой. Феникс забился, пару перьев и клюв прорвали плотную завесу, маг пробил душащие его путы рукой, но на этом все их успехи и кончились.
  
  В жуткой, неестественной тишине они боролись за свои жизни... Безрезультатно. Тени словно высосали их жизни, держа в себе, пока и человек, и птица не затихли.
  
  Наконец тени опали, истаивая на глазах, оставляя расслабленно лежащее в кресле тело с удивительно мирным выражением лица, и пепел на поддоне под насестом.
  
  Некоторое время тьма еще наблюдала за еле видным жалким шевелением пепла в поддоне прорезавшимися десятками багровых глаз с ромбовидными зрачками, но сложиться в яйцо он так и не смог, оставшись остывать неровными кучками.
  
  Убедившись, что Фоукс не возродится, тьма слизнула пепел, закрыла глаза и отпрянула назад в угол, где и развеялась окончательно.
  
  Через пару часов следящий за порядком эльф подбросил дрова, даже не удостоив словно спящего в кресле мага и взглядом, и снова исчез, продолжая исполнять обязанности, так что отсутствие Альбуса обнаружили только к утру, когда он не явился на завтрак.
  
  Недовольный задержкой подчиненного Диппет отдал распоряжение проверить, где находится Альбус, и только тогда выяснилось, что маг умер от остановки сердца. А вместе с ним этот бренный мир покинул и феникс.
  
  ***
  Виктор недоверчиво наклонил голову, слушая захлебывающегося от желания поделиться новостью Слизерина. Смерть Альбуса не вышла дальше директорского кабинета, учащимся и остальным лицам сообщили, что мистер Дамблдор не прошел испытательный срок и отбыл в другие, более дружелюбные края.
  
  Естественно, заявление Диппета все поняли так, как и планировалось: Альбуса поймали на каком-то просчете и выперли пинком под зад с волчьим билетом куда-то прочь. А тот и удрал, не желая позориться еще больше, и теперь плачется где-то в помойке бродячим кошкам и бомжам.
  
  Ученики похмыкали и пожали плечами, взрослые тоже похмыкали, сотрудники Отдела Тайн поскребли затылки, забрали тело и все личные вещи покойника, отодрали насест и исследовали каждую щель в поисках подсказок.
  
  Вердикт был неутешителен и прост: слабое сердце, нервы, вот и ранняя и такая неожиданная смерть. Абсолютно естественная. А феникс, потерявший хозяина, просто улетел в поисках другого идиота, готового свалить себе на плечи эту проблему.
  
  Или просто решил пожить в одиночестве.
  
  Однако данная версия даже не рассматривалась, так что Невыразимцы отбыли восвояси, а Салазар, вдоволь наподглядывавшись и тщательно погрев уши, вернулся к Виктору делиться новостями.
  
  Известие действительно произвело впечатление на ситха. Альбус не производил впечатления человека со слабым сердцем, к тому же, имея феникса и не пить для прокачки иммунитета его слезы? Это из области фантастики.
  
  Поэтому теперь ситху только и оставалось гадать, кто же поспособствовал переходу Дамблдора в мир иной: враги, работодатель, или вовсе третья, четвертая, а то и пятая сторона.
  
  И отсутствие информации совершенно не собиралось помочь в этих изысканиях.
  
  ***
  - Кто посмел?! - Николас раздраженно протаптывал дорожку в дорогом персидском ковре. - Кто? Проклятье! Как не вовремя!
  
  ***
  - Ваш гонорар.
  
  Худая белая рука трепетно обхватила мешочек с лежащими в нем жемчужинами: каждая с голубиное яйцо, идеально круглая, совершенная, изумительного черного цвета.
  
  - Двадцать одна, как и договаривались.
  
  - Благодарю. Если понадобятся мои услуги...
  
  - Не сомневайтесь. Обращусь сразу же. Ваши... таланты... вызывают восхищение.
  
  - Прощайте.
  
  - Прощайте.
  
  Мужчина усмехнулся, закуривая толстую сигару.
  
  - Земля тебе гвоздями, Альбус. Я же говорил, что достану...
  
  Ветер Венеции унес тихий довольный смех.
  
  
  
  
  Глава 15
  
  
  Сесва поднял голову, демонстрируя, что бдит и вообще на страже. Свернувшийся клубком змей затрепетал языком, убедился, что пахнет хозяином, и тихо лег на место.
  
   Спящий под охраной любимца ребенок даже не пошевелился, погруженный в глубокий сон. Виктор тихо закрыл дверь и подошел к следующей. Митос зарылся в одеяла так, что наружу торчал только нос. Ситх усмехнулся и пошел к себе, успокоенный.
  
   В последнее время его донимало плохое предчувствие. Такая неожиданная смерть Дамблдора, до сих пор неразгаданная, казалась затишьем перед бурей. Даже невыразимцы на связь не выходили.
  
   В Хогвартсе тоже царили тишина и покой, смерть мага пообсуждали-пообсуждали, да и перестали чесать языками, найдя новые темы для сплетен. Салазар откровенно разводил руками: ничего нового он не видел и не слышал, ничего подозрительного и вообще хоть как-то привлекающего внимание.
  
   Зато Виктор чувствовал себя как на иголках.
  
   Все инстинкты говорили, что это затишье не к добру, профессиональная паранойя только кивала, полностью согласная с этими утверждениями. Что самое мерзкое, хоть как-то определиться, откуда грянет гром, Виктор не мог. Сразу несколько направлений, но откуда ждать удара? Непонятно.
  
   Он практически перевел замок на осадное положение, телохранители несли круглосуточную вахту, разбившись на смены, сам ситх ударными темпами переводил теорию в практику, все больше осваиваясь со знаниями, приходящими в медитациях.
  
   Мужчина готовился к войне, которая, как он предчувствовал, скоро грянет. Большая или маленькая - неважно. Главное, что будет.
  
   Виктор ощущал несущуюся на него конфронтацию всем нутром, и только выпестованный долгой жизнью контроль над собой не давал ему сорваться в кровавый угар. Изменившийся характер не прибавлял спокойствия.
  
   Виктор всегда был довольно спокойным и уравновешенным, на рожон никогда не лез, хотя и был азартным, с готовностью идя на оправданный риск. Поэтому с желанием уничтожить все живое, оказавшееся на свою беду в поле его зрения, накатывающее девятым валом, боролся как мог. Выматывал себя тренировками, терроризировал таралов, играл с детьми до полного изнеможения, не давая себе сорваться ни делом, ни словом. Ему до изжоги была противна мысль о превращении в потерявшего берега маньяка, плюющего на окружающих и исполняющего только свои хотелки, не замечая, как над головой срывается с нитки Дамоклов меч возмездия.
  
   Постепенно такая тактика стала приносить плоды.
  
   Виктор продолжил рыть, ища выходы на так заинтересовавших его наемников, но с этой стороны все было глухо. Вполне понятно почему: у него не было связей, должников или знакомых в этом мире, только финансы, а это далеко не всегда панацея и ключ ко всем дверям, как ни странно.
  
   Ситх не отчаивался и медленно, но верно, тихой сапой, исправлял это отвратительное положение вещей. В ход шло все: и связи его телохранителей, и хорошее отношение Гриндевальда, с которым завязалась активная переписка, и даже слуги, боготворящие его за выкуп из рабства.
  
   Единственные, к кому Виктор не подходил и на пушечный выстрел - гоблины. Для Виктора вся эта ситуация, когда представители побежденного народа держат в своем кулаке всю финансовую систему, была совершенно дикой. И непонятной.
  
   Гоблины были ксеносами, другой расой, абсолютно, пусть и могли скрещиваться с людьми, и победителей ненавидели и презирали, делая все, чтобы тонко подчеркнуть это отношение, а также гадили при возможности на полную катушку.
  
   И пусть отношение к другим магическим расам было у гоблинов положительное - более-менее - каннибалов и людоедов не любили. С ними сотрудничали, так как другого выхода для живущих в магическом мире не было, но и общаться не рвались.
  
   Виктор этой проблемой тоже озаботился. Он завел активы в магловских банках - выбор, естественно, пал на Швейцарию, для которой деньги абсолютно не пахнут, а также на неожиданно отысканный в той же Швейцарии дварфовский банк, не допустивший на территорию своей страны конкурентов.
  
   Как удалось разузнать, была настоящая война, но дварфы остановили посягательства зеленокожих коротышек на свои доходы и свободы. Гоблины в этих краях так и не смогли закрепиться, потерпев сокрушительное поражение, и теперь мстили, замалчивая сведения о конкурентах и позиционируя себя как монополистов.
  
   Виктор только похмыкал, когда узнал, а потом посвятил пару вечеров обдумыванию и медитациям. Да, поначалу он связался с гоблинами только потому, что выбора как такового и не было. Не в его положении привередничать. Однако за услуги он расплатился, весьма щедро и с процентами, и тут же ограничил общение с жадными финансистами. Максимально.
  
   Как ни удивительно, гоблинам это не понравилось. Уже несколько раз управляющий заводил речи о том, что банк всегда поможет и вообще осыплет благами, что можно заказать услуги - те или другие, что...
  
   В общем, прямо сетевая реклама.
  
   Виктор слушал, кивал и продолжал искать хоть какую-то информацию, которая удручала своей скудостью. Однако главный вывод ситх сделал. Гоблины только назывались банкирами, на самом деле это были ростовщики, и занимались они ростовщичеством. Под бешеные проценты. Управляющие не следили за ростом вкладов, не искали, куда вложить деньги для получения прибыли, маги хранили деньги в сейфах за плату. Просто хранение. Хочешь, чтобы денежки водились? Сам. Все сам.
  
   При этом управляющие, которые таковыми только назывались, делали все, чтобы лежащее в сейфах перекочевывало в их карманы, разоряя и загоняя в долги клиентов.
  
   Конечно, в отношении магиков дела обстояли получше, но тоже не слишком радужно.
  
   Ситха это совершенно не устраивало.
  
   Как только Виктор понял, насколько отвратительно на самом деле обстоят дела, то тут же начал принимать меры.
  
   Документы у него имелись - надежные, способные пройти самые суровые проверки, сделанные настоящими профессионалами своего дела за крайне нескромные суммы. Думал Виктор недолго: Швейцария имелась и здесь, она так же не обращала внимания на личность клиентов, готовых разместить в их банках свои богатства, и деньги здесь абсолютно ничем не пахли. Веспасиан был бы доволен.
  
   Ситх тщательно выбрал банк, еще тщательнее прочитал текст договора на обслуживание, а потом не менее тщательно сохранял лицо нейтральным, когда банкир - человек, ни капли магии внутри Виктор не чувствовал - вежливо поинтересовался, не хочет ли уважаемый клиент - вклад в драгоценных камнях другого обращения и не предполагает - получить дополнительные услуги.
  
   Виктор вопросительно поднял бровь, и ему тут же предложили к ознакомлению документы в папке из натуральной кожи.
  
   За свою жизнь Виктор видел всякое, но швейцарский банкир его удивил. Сразу же вспомнилась та, другая Швейцария... И банкиры, которых почему-то называли гномами. Причем только очень высокопоставленных, и только в этой стране.
  
   Но если в том мире, той реальности, такое обращение было или насмешкой, или кодом для своих, то тут оно являлось чертовой реальностью.
  
   Швейцария, эта страна наемников, сыра и банков, оказалась оплотом дварфов или, как их еще называли, гномов. Выглядящие как люди, только пониже ростом - до метра шестидесяти максимум у самых могучих представителей, а так до полутора метров. Пропорционально сложенные, крепкокостные, мощные, никакой карликовости, они были непревзойденными кузнецами и ушлыми финансистами. Для нищей еще пару столетий назад страны Статут Секретности стал просто даром небес. Дварфы спрятались на виду, им не приходилось бояться за несовпадение облика с внешностью людей, ведь банкиры - народ серьезный, это тебе не на сцене задницей трясти. Тут смотрят в первую очередь на мозги, а уж костюм-тройка, золотые часы и кожаный портфель любому придадут солидности.
  
   Страна победившего капитала принялась стремительно богатеть, швейцарские наемники стали элитным товаром, доступным немногим - Папа Римский подтверждает - а всеобщая воинская повинность превратила Швейцарию в весьма крепкий орешек, об который многие обломали зубы.
  
   Как, к примеру, гоблины.
  
   Виктор читал новый договор и прайс-лист с ценами на самые разнообразные услуги и спешно пересматривал все свои выводы, сделанные на основе достаточно скудных знаний. Его опознали как магическое существо, это не вызвало ни удивления, ни брезгливости, договор был, судя по всему, стандартным... Явно о Статуте здесь имели собственное ценное мнение, а слияние капитала шло по всем направлениям.
  
   Ситха это только порадовало.
  
   Швейцария славилась тайной вкладов и нейтралитетом, таким, который никому не нарушить, значит...
  
   - Ваше предложение меня заинтересовало, - глаза ситха на миг налились золотом, - можно ознакомиться подробнее?
  
   Банкир встал.
  
   - Позвольте вас проводить. Столь крупные капиталы мы обслуживаем по особому протоколу.
  
   Дварфы ситху понравились. Ну, низкорослые. Ну, повышенной волосатости - невероятной густоты шевелюры и бороды, однако ухоженные, подстриженные, волосок к волоску. На вид - люди. Да и по ощущениям тоже. Не было в них налета чуждости, которым просто разило от гоблинов, смотрящих на людей, как на куски мяса. Маги явно с головами не дружили, и были слепыми, как летучие мыши, раз принимали этот голодный блеск за жадность. Да и вообще, вся эта ситуация выглядела откровенным фарсом. Может гоблины и проиграли битву, вот только войну они выиграли, и крепко сжимали магический мир за финансовое вымя.
  
   Виктору на этих идиотов было откровенно плевать с Крыши Мира. Их проблемы, не его. Он свои проблемы решает. Уже решил. Живые воплощения швейцарской финансовой стабильности тоже умело рвали подметки на лету, но зато и выполняли взятые на себя обязательства на сто процентов, и даже больше.
  
   Дварфы работали с любыми валютами, принимали любые вклады и на любой срок, за века сотрудничества с обоими мирами ни разу не нарушили свое слово, и к их работе никто и никогда не мог высказать никаких претензий. Для того, кто рассчитывает на крайне долгое и плодотворное сотрудничество - лучше не бывает. Есть только одна альтернатива - Ватиканский банк, но он, по вполне понятным причинам, отпадает.
  
   Платиновое перо ручки фирмы Montblanc (серебро Виктора не устроило - бюджетный вариант)* вывело витиеватую роспись угловатыми символами ситхена. Темные, как полированные агаты, глаза дварфа блеснули, банкир расписался - ручка Caran d'Ache, только золотая - и высокие договаривающиеся стороны слегка улыбнулись друг другу, понимающе, как члены одного клуба для избранных.
  
   Ситх про себя только хмыкнул: ситуация была полна иронии. Два магических существа, притворяющиеся людьми, соблюдающие строжайший дресс-код и условности - костюмы, аксессуары, манеры. На дварфе тоже было подобие личины - очень качественное и мощное, Виктор даже не видел сквозь нее, только ощущал нечто смутное. Глаза. Кисти рук. Точечно. Впрочем, не ему пальцем тыкать.
  
   - Банк готов способствовать вашему процветанию, и процветанию вашей семьи, лорд Сит-Ари, - густой бас дварфа наполнил кабинет.
  
   - Я выведу средства из Гринготтса на днях, - по губам ситха пробежала жестокая усмешка. Зеленокожим это не понравится... Впрочем, когда это ситхов заботило мнение каких-то ксеносов?
  
   Дварфы нелюдями не воспринимались. Еще один плюс в их копилку.
  
   ****
   Златокошель задумчиво барабанил когтями по столешнице, оставляя на полированном дереве царапины и вмятинки.
  
   Четыре часа назад лорд Сит-Ари вывез из своего хранилища все, что туда до этого положил. Полностью. Сейф сверкал практически первозданной чистотой и пустотой. Сейф рода Мракс остался... Но там лежали сущие гроши, разный хлам, никому не нужный, и по сравнению с утерянным сокровищем все это казалось коробкой с мусором.
  
   Лорд Сит-Ари ничего не пояснил, ничего не захотел слушать, он просто забрал свои активы и перенес их в другое место. Куда? У Златокошеля были подозрения, учитывая данные разведчиков.
  
   Гоблин недовольно скрежетнул когтями, оставляя параллельные борозды, встал, едва не опрокинув тяжеленный стул, и нервно зашагал по кабинету. Формально лорд был в своем праве, и банк не мог предъявить никаких претензий. Не формально... Такие поползновения обычно пресекались жестко и даже жестоко.
  
   Гринготтс не терпит конкурентов и очень не любит, когда средства изымают... Не в его пользу. И пусть лорд не является магом, сути дела данное происшествие не меняет.
  
   - Герр Гейне? - сквозное зеркало в тяжелой золотой раме показало багрово блеснувшие глаза. - Вы свободны?
  
   - На этой неделе - да, - чеканный акцент придавал английским словам грубость и немецкую основательность.
  
   - Хорошо, - тяжело выдохнул гоблин. - Для вас есть заказ.
  
   - Слушаю.
  
   ***
   Наемник закрыл крышку футляра, пряча средство связи в ящик стола, и поскреб проступившую на подбородке щетину. Ногтевые пластины вытянулись короткими крючковатыми когтями, мужчина довольно засопел, вскидывая подбородок, наслаждаясь каждым движением. Развалившись в кресле, Гейне подтянул к себе бутылку и пузатенькую рюмку.
  
   Выпив, он отодвинул все подальше, закинул ноги на упругий пуф и уставился в потолок, обдумывая весьма щедрое предложение гоблина. В первый раз такое... Сразу несколько заказов, и все на одну персону.
  
   Очень, очень щедрые суммы...
  
   Конечно, будут трудности, но настоящие мужчины их преодолевают, а не скулят, замирая перед препятствиями. Так что, надо хватать, пока предлагают, а то еще предложат подзаработать кому-то другому.
  
   Нет уж.
  
   С другой стороны... Было в чужаке что-то настораживающее, опасное, заставляющее рычать, скаля клыки и выпуская когти. А Гейне жил долго, охотился на крайне опасную и непредсказуемую добычу и привык обращать внимание на свои предчувствия - в отличие от многих соратников по профессии он не впадал в грех гордыни, ведущий к закономерному падению в могилу.
  
   Да, деньги предложили немалые, а еще и возможность обналичить в будущем услугу, что ценится гораздо больше пошлых золотых монет.
  
   Герман задумчиво хмыкнул, прикидывая и так и этак. Заказ был крайне выгодным, даже слишком: сразу три вознаграждения от трех клиентов. Причем независимо друг от друга, что только добавляло пикантности.
  
   Если его выполнить, то можно плюнуть на все, уехать в какое-нибудь мелкое островное государство, купив гражданство, и остаток весьма долгой жизни беззаботно валяться на солнышке, грея бока, облизываемые целым стадом наложниц, а под настроение устраивать расчлененку.
  
   Приятные перспективы, и он бы даже бросился в этот омут с головой, однако чужак был опасен своей неизвестностью. Он походил на сидхе, однако таковым не являлся, он вообще не являлся представителем одной из известных магических рас, и это сбивало с толку.
  
   А еще инстинкты реагировали на него как на конкурента: сильного и свирепого, и вот это совсем не нравилось потомку не самого слабого демона. Да, отдаленного, но в их случае дальность родства не имеет значения. В нем кровь пробудилась, и это все, что важно.
  
   С другой стороны, только в бою можно расти как личность.
  
   Приняв решение, мужчина вскочил и занялся бурной деятельностью: давить таких персон требовалось крайне аккуратно, но совершенно неотвратимо.
  
   Подготовка заняла всего лишь неделю: Герман всегда был перестраховщиком и подготовил плацдарм заранее. Осталось только отшлифовать мелкие детали и вызвать массовку - на этот раз мужчина решил подойти к исполнению контракта так, словно убить предстояло настоящего демона. Лучше перестраховаться, чем закончить свою жизнь из-за глупой недооценки жертвы.
  
   Загнанные в угол сопротивляются отчаянно, даже магглы могут крайне неприятно удивить, что уж говорить про магическое существо, тем более неизвестного вида.
  
   На такой случай - когда от противника не знаешь, чего ожидать - были давно разработаны определенные планы, и сейчас Гейне готовился воплотить в жизнь предназначенный для особо тяжелых случаев. Один раз он даже претворял такой шаблон в жизнь и сумел выполнить контракт без особых потерь.
  
   Так что и в этот раз должно было сработать.
  
   ****
   Настроение с самого утра было паршивым. Виктор нервничал, но старался этого не показывать - окружающие, тем более семья, не должны страдать от его дурного настроения, скачущего, словно обдолбавшаяся тяжелой химией газель.
  
   День тянулся медленно неимоверно. В попытке хоть как-то развеяться и взять себя в руки ситх переделал кучу дел, позанимался с детьми, решил пару бытовых вопросов с супругой и побеседовал с телохранителями, которые и сами в последние дни были на взводе.
  
   В конце концов, когда огромное здание затихло, обитатели дружно переместились в кровати, и только таралы бдили, Виктор заперся в кабинете, вновь, в который уже раз размышляя над своими записями.
  
   Мужчина смотрел на выкладки своих размышлений и предчувствий, вертя в руках баснословно дорогую ручку, и пытался понять, что же он не учел.
  
   Граф Сен Жермен с Жилем де Ре, или Рецем, как еще говорили, были опасными и плохо предсказуемыми противниками, от которых неизвестно чего ждать можно. А еще есть Фламель - вот не мог этот маг не быть причастным - это Виктор чуял нутром, понимая, что загадочная смерть Дамблдора тоже как-то связана со всем происходящим.
  
   А ведь есть еще кто-то. Кто-то, кто тоже причастен к нападению на замок и семью Виктора. Наемники странного вида и их слишком современная форма не шли из головы, и ситх верил предчувствиям. Его мучила мысль, что он чего-то не знает, упускает, какую-то важную и существенную деталь.
  
   Был кто-то еще. Но кто?
  
   И союзник это его врагов, или он сам по себе, или вообще враг всех?
  
   Сработавшая сигналка выдернула ситха из размышлений, заставив зарычать. Глаза стремительно заволакивала алая пелена гнева.
  
   Виктор выдохнул, хлопнув в ладоши - только стеллаж с разными мелочами разлетелся щепками от ударившей прямо по нему волны Силы - но гнев и не думал утихать.
  
   В груди клокотало, ситх зарычал, сжимая кулаки, раня ладони когтями, а бешенство все нарастало и нарастало, захлестывая девятым валом. Не выдержав, Виктор вцепился когтями в стену, оставляя в камне глубокие борозды, ударил кулаком, выбив вмятину, от которой паутиной разбежались трещины.
  
   Боль в руке немного отрезвила, ситх длинно выдохнул, судорожно ловя остатки контроля. Понимание, что враги вот прямо сейчас, пока он мечется как истеричный гормональный малолетка, лезут на его территорию, помогло стряхнуть пелену безумия. Виктор вытер уже поджившие ладони и направился к месту проникновения диверсантов, подхватив со стены меч. Сила загудела, стягиваясь к ситху, словно смерч.
  
   Мужчина вылетел в коридор, понесся к месту взлома... И остановился.
  
   Виктора рвало на части. Артефакт в виде кольца, завязанный на охранную систему, исправно сообщал, что периметр прорван в пяти местах, и защита трещит еще в трех, а в семи положение просто критично. Сила сходила с ума - гудела от накатывающих со всех сторон волн магии, давящих купол щита, словно руки - воздушный шарик. Вокруг мельтешили жизненные формы, разумные и не очень: агрессивные, горячие, идущие напролом. Они ломились сквозь защиту, кружили вокруг, подкапывались под основание замка. От ощущения опасности кишки просто в узел завязывались, сердце зачастило, гоняя кровь как сумасшедшее.
  
   Выброс адреналина сделал все вокруг четким и резким, длинный выдох осел инеем на стенах.
  
   Виктор зарычал, скаля клыки. По телу прошла волна изменения, выпуская наружу прячущееся за глянцевой обложкой чудовищное содержимое. Кожа резко побелела, на руках вылезли шипы. Ситх прокрутил в руке меч, кромка которого засияла белым светом, и сделал шаг, переносясь в пространстве, мысленно отдав команду по еще одному артефакту.
  
   ***
  
   Клаус Вульф стер пот со лба рукавом, настороженно оглядывая периметр. Удалось отбить уже вторую волну нападавших, проламывающих защиту замка со всех сторон.
  
   Мужчина пнул валяющееся посреди коридора тело, с отвращением выхватывая взглядом детали: грубая, толстая кожа, покрытая бородавками и наростами, потрескавшиеся ногти толщиной с четверть дюйма, не меньше, на кончиках коротких узловатых пальцев, отливающая зеленым кровь. И весь облик - словно кто-то скрестил водяного черта и человека.
  
   И таких уродов, процарапывающих камень, набралось немалое количество.
  
   А еще были животные, бросающиеся на людей, словно одержимые или больные бешенством; похожие на инферналов бойцы, идущие в атаку молча, с пустыми глазами, дерущиеся даже когда их рубили на куски; крысы, пищащие и несущиеся сплошным потоком.
  
   Вульф, с остальными членами своей семьи, ставшими после принятия на службу костяком личной маленькой армии лорда, смогли отбиться лишь потому, что когда-то пережили штурм своего замка, а еще потому что магик обвешал их амулетами и артефактами для защиты от практически всего, плюс вооружение, плюс броня, плюс постоянные тренировки...
  
   Остальные бойцы сейчас обходили коридоры и помещения, добивая подранков и выискивая спрятавшихся, часть охраняла запертых в самом надежном укрытии членов семьи лорда - уйти с помощью порт-ключа не удалось, хотя предусмотрели и такой вариант, но антиаппарационный купол не давал возможности спастись бегством. А уйти прорытыми тоннелями не рискнули: их затопило странным фиолетовым туманом, разъедающим все живое.
  
   Неизвестный враг, проводящий массированную атаку со всех сторон, оказался чрезвычайно хитрым и опытным. Наступление шло по всем направлениям: в воздухе кружили странные твари, сбрасывающие на пока еще держащийся купол защиты сосуды с зельями, ядра, начиненные острыми гвоздями и металлической стружкой; камни. Пол подрагивал: удалось обрушить уже четыре подкопа. Стены в некоторых местах начали плавиться - Вульфу докладывали про саламандр.
  
   А еще видели мантикор и несколько ледяных элементалей.
  
   Неожиданно замок сотрясло, словно игрушку в руке ребенка: подскочившему Вульфу на миг показалось, что сейчас рухнет крыша и похоронит их всех живьем. На миг в уши вонзился тонкий истеричный крик, но тут же оборвался, заставив решить, что это просто галлюцинация от усталости.
  
   Стены мелко задрожали, в ритме бьющегося сердца, и маги, с замиранием переглянувшись, сообразили, что происходит: лорд вышел против врагов лично. Вульф, торопливо отдав распоряжения, осторожно пробормотал заклинание, позволяющее сделать участок стены прозрачной, бросил торопливый взгляд, и обомлел. Волосы просто встали дыбом, по спине потек ледяной пот.
  
   Огромная мантикора взлетела в воздух, вереща, плюясь ядом, хлеща хвостом и крыльями. Лорд резко сжал кулак - животное лопнуло, разлетаясь кровавыми ошметками. Бросившиеся со всех сторон нападающие - разумные и не очень - закричали, когда в них с невероятной скоростью врубился черно-алый вихрь. Вульф даже не смог отследить движения, настолько быстро магик двигался.
  
   За спиной заорал подчиненный, Вульф, оторвавшись от жуткого зрелища, бросился на крик: нападавшие решили прорваться внутрь, пока лорд давил вторженцев снаружи.
  
   ****
   Виктор резко упал в странный транс, сделавший все вокруг четче и резче. Звуки доносились как сквозь толщу воды, грохот собственного сердца оглушил, а потом наступила блаженная тишина: он ничего не слышал, передвигаясь стремительной тенью, уничтожая несущихся на него тварей, разделившихся на примерно две равные части. Одна с еще большей энергией принялась атаковать замок, вторая бросилась на него.
  
   Сила текла сквозь него, в него, наружу. Кости похрустывали, тут же срастаясь, кожу пекло, мышцы то каменели, то выли от боли. Вырвавшиеся из кончиков пальцев молнии опутали летающих гадов плотной сетью, испепеляя, разрывая на части. Все, что валялось вокруг, поднялось в воздух: камни, части тел, оружие, какие-то ошметки и обломки, завертелось смерчем, понесшимся на тупо бросающихся в атаку, словно бессмертных, нападающих.
  
   Глаза залило алым, Виктор, машинально вытерев рукавом лицо, отстраненно отметил, что это кровь. Неожиданно резко похолодало, сзади опалило жаром. Ситх, чувствуя, как обугливается сапог, отпрыгнул, подхватывая Силой саламандр и бросая их прямо на пытающихся окружить его ледяных элементалей. Словно очень издалека донесся тихий вой и шипение, золотые, как из расплавленного металла ящерицы, разевая пасти, покрылись черными пятнами и трещинами, из которых хлынул огонь, обжигая огромных ледяных драконов без крыльев. Они сцепились, уничтожая друг друга, а Виктор замер, уставившись на мужчину, стоящего в отдалении, спокойно, как будто он любовался пейзажем, отставив в сторону руку с тростью.
  
   Взгляд выхватил детали, силуэт стал четким, приблизившись рывком: среднего роста, стройный, одет в магловскую одежду - костюм-тройка, пальто, шляпа. Ничем не примечательное лицо.
  
   Мужчина, почувствовав наблюдение, исчез. Без спецэффектов. Вот он был, вот его нет. Виктор моргнул, а в следующий миг плечо взорвалось болью, заставляя стряхнуть странное оцепенение, буквально снимая себя с едва не пробившего насквозь плечо клинка.
  
   Взмах когтистой руки почти располосовал горло, оставив глубокие царапины на горжете. Виктор коротко ткнул мечом, отгоняя агрессора - глава нападавших лично пошел в атаку. Ситх узнал его с трудом: исказившиеся от ярости черты лица стали просто чудовищной маской. Светящиеся полностью алые глаза с тонкими горизонтальными зрачками. Покрывшаяся мелкой чешуей кожа. Рога и когти. И черная дымка, окутавшая фигуру.
  
   Потомок демонов был так же быстр, как и Виктор, вот только он был свежим и не уставшим, а ситха уже трясло от напряжения. Мечи с визгом столкнулись, Виктор заставлял себя двигаться, отмахиваясь от все больше и больше пульсирующей болью раны.
  
   Мужчина понимал, что сможет отбиваться недолго, поэтому вложил все силы в стремительный натиск, взвинчивая восприятие еще больше. Он пошел вперед, беспрерывно атакуя, отмечая, как меч демона оставляет на лезвии клинка глубокие оплывшие зарубки, и верное оружие словно кричит от ярости и боли. По рукам из многочисленных ран текла кровь, мышцы начало сводить судорогами. Демон, торжествующе захохотав, пробил плечо клинком - в том же самом месте - и Виктор, взвыв от затопившей боли, сделал шаг, резко выпрямляя руку, сложенную "копьем".
  
   Увенчанные когтями пальцы пробили доспех, мышцы, кости, уверенно обхватив пульсирующий комок плоти. Демон замер, на его лице отразился дикий шок. Ситх вырвал сердце, отбрасывая его в сторону, и тут же ударил в правую сторону грудины, вырывая второе.
  
   Он медленно вытащил насквозь пробивший его черный клинок, перехватил рукоять и одним ударом снес голову демона, глупо разевающего рот.
  
   Виктор смог сделать несколько шагов, не забыв разрубить валяющиеся на земле сердца, отмечая, как разбегаются твари, лишившиеся управления, как их добивают маги, вырвавшиеся из замка, а потом все закружилось, и он упал на окровавленную землю, проваливаясь в темноту.
  
   ***
   Победа дорого далась обитателям замка. Треть магов полегла, остальные страдали от ран разной степени тяжести, так что специально нанятые целители с ног валились, ставя пациентов на ноги. С семьей было проще, кроме разве что ночных кошмаров у детей - сидение в бункере даром не прошло.
  
   Сам Виктор смог открыть глаза через несколько суток, а шевелиться - еще через неделю. Меч демона был то ли отравленным, то ли проклятым, то ли и то, и другое сразу: руку и левую половину туловища ситх практически не чувствовал, зато рана горела огнем, отказываясь заживать.
  
   Виктор воспринял это ровно: он жив, а здоровье можно восстановить. Что его больше волновало, так это несколько фактов: наличие наблюдателя, которого он засек во время боя, а также то, что никто не прибежал на растекающуюся во время побоища магию. Невыразимцы прибыли лишь спустя сутки, когда маги под предводительством Вульфа успели прочесать окрестности и собрать трофеи: части тел элементалей стоят состояние, а тут еще и разнообразие было, а также оружие, артефакты, да и вообще таралы от души помародерствовали.
  
   Невыразимцам предъявили трупы нападавших, разрешили сделать обыск окрестностей, а также предоставили останки демона. И вот тут отличилась Мари-Анн. Девушка, сопровождаемая Клаусом и телохранителями, вела себя просто безупречно, блестяще отыграв роль хозяйки. Она свела общение с настырными Невыразимцами к минимуму, озвучила рассказанную ей таралами версию нападения, и мягко, но очень решительно, отмела все поползновения войти в замок и вообще чем-то помочь, особенно Виктору.
  
   Мари вела себя безупречно - идеальная хозяйка замка и супруга владетельного лорда. Богатое строгое платье, украшения-артефакты, хорошо поставленная речь и чувствующееся в каждом движении право отдавать распоряжения.
  
   Магам ничего не оставалось сделать, как покивать и, бросая наполненные тоской взгляды, аппарировать прочь, унося выделенную им Клаусом крохотную часть трофеев.
  
   Виктор, выслушав отчеты, такое развитие событий только одобрил, удовлетворенно отметив про себя, что правильно сделал, послушав Силу - жену он выбрал себе, что надо.
  
   В последующий месяц ситх лечился, помогал детям и жене оправиться от пережитого, сортировал трофеи и пытался вспомнить, где же он видел наблюдателя.
  
   А в том, что видел - Виктор был уверен.
  
   Этот ничем особо не примечательный мужчина был ситху знаком. Не лично, но он чувствовал, знал, что где-то видел его лицо. Только никак не мог вспомнить, где.
  
   Единственное, в чем был твердо уверен Виктор - это было связано с его работой и лишь частично с хобби.
  
   ****
   Звук шагов разносился по коридору, но идущего это не смущало. Тишина давила со всех сторон, заполняя древний замок, давно заброшенный и покинутый. Величественные развалины поросли плющом, травой и деревьями, чьи мощные корни методично взламывали скрепленные смесью творога и яиц стены: при постройке хозяева не поскупились, отвергнув банальный раствор глины с песком и клеем из вываренных жил крупного рогатого скота, получив в итоге почти монолитную кладку.
  
   Дикие расходы, которые могли позволить себе единицы.
  
   Хозяева этого замка, давно сгнившие в земле, могли, оставив после себя воплощенную в гранит, базальт и мрамор память.
  
   Правда, с течением времени вся эта напыщенность ушла, но нынешний самовольный хозяин руин не жаловался. Его все устраивало. И пусть наверху зияют прорехами стены, пусть донжоны наполовину оплавлены, словно свечи, драконьим огнем, пусть в Северной башне выросли тополи, царапающие верхушками низкие тучи, а узенькая дорога, ведущая в замок, стала непроходимой, это не страшно.
  
   Зато подвалы, тянущиеся под замком, крепкие, сухие и просторные.
  
   А еще здесь нет любопытных глаз и слишком чутких ушей.
  
   Мужчина прошел в огромное помещение с высокими потолками, закрыв за собой тяжёлую дверь. Аккуратно повесил пиджак, положил на полку шляпу и трость. Переобулся. Надел белоснежный лабораторный халат, и только тогда перешагнул через вмурованную в базальтовый пол серебряную полосу, украшенную потемневшей от времени чеканкой, над которой дрожал воздух.
  
   Огромная лаборатория осветилась автоматически вспыхнувшими круглыми светильниками. Уши наполнились шумом: булькали перегонные аппараты, кипело и шипело содержимое котлов, потрескивали уголья в жаровнях.
  
   Мужчина прошел вдоль длинных металлических и каменных лабораторных столов, хозяйственно проверяя ход процессов. Пару раз сделал отметки в журналах, загасил одну жаровню, взамен переставив тигель в печь. Под конец прошел к отдельному столу, на котором лежала одинокая фарфоровая пластина, в середине которой гордо чернела крошечная - буквально щепотка - кучка черного порошка, накрытая стеклянным колпаком.
  
   В темно-карих глаза мелькнула щедро разбавленная ненавистью зависть.
  
   Эта щепотка, обошедшаяся в бриллиант размером с упитанного таракана, казалась издевательством. Черный, тонко истертый порошок был наглядным примером того, что всех его знаний недостаточно: каким образом это вещество активирует процессы холодного ядерного синтеза, превращая свинец в золото?
  
   А ведь превращает. Он сам проводил такой опыт.
  
   Но Сен-Жермен не делится секретом изготовления этого чуда, а бредни средневековых алхимиков, описывающие союз красной королевы и белого короля, осененных зубьями совы, лишь запутывал дело. Только щеки надували, шарлатаны!
  
   Единственное исключение - Фламель, этот смог, создал пресловутый Философский камень, но, опять-таки, секретом не делится. Даже с единственным известным учеником, который недавно так таинственно умер, не пожелал откровенничать.
  
   То ли секрет слишком грязный, то ли банально жаба задавила конкурентов плодить.
  
   Уже и не спросишь - француз опять забился в самую глубокую нору, не выковырять.
  
   Мужчина тяжело вздохнул, отошёл от стола, уставившись на масляно поблескивающую ртуть, булькающую в запаянной намертво стеклянной колбе - хоть здесь удалось повторить секрет индийских йогов - безопасная для организма ртуть, которую ещё предстоит смешать с серебром, отлить бусины, сделать розарий, и подарить его настоятелю одного интересного монастыря. А потом наблюдать, действительно ли этот сплав безопасен, или врут йоги, есть ещё что-то, какой-то секретик, без выполнения которого можно загнуться в кратчайшие сроки, облысев, ослепнув и потеряв все зубы.
  
   Впрочем, его устроит даже самый худший вариант - этот якобы святой отец выпестовал целую армию фанатиков, так что, если его дети осиротеют, всем станет только лучше: пока найдут нового пастыря, способного удержать в руках слишком зубастое стадо, пройдет время.
  
   То, что надо.
  
   К тому же настоятель связан с одной очень неприятной и непредсказуемой личностью, и его смерть косвенно ослабит союзника. Пусть на пару процентов, но и это прекрасно.
  
   Мужчина перевел взгляд на стоящую на стеллаже тяжёлую шкатулку, и неприятно улыбнулся.
  
   Ничего.
  
   В этом мире он займет подобающее ему место.
  
   И никто, никто не сможет навязывать ему свои правила и мнение. Хватит. Наелся. По самое не могу наелся.
  
   Мужчина скрипнул зубами, но быстро успокоился, вновь принявшись ходить вдоль столов, попутно размышляя над тем, что еще немного, и считающих, что взяли его за жабры индивидуумов ждет огромный сюрприз.
   ***
   Такое наглое нападение на магика поставило невыразимцев в тупик. Особенно личность руководителя нападения. От одной мысли о том, как могли бы развиваться события, если б потомка демона поволокли на алтарь резать во славу рода - самый напрашивающийся и очевидный для большинства магов вариант - им становилось дурно.
  
   Естественно, все понимали, что озвучена была только "официальная версия". Что отданное им является лишь подачкой, чтоб не слишком возмущались. Что не все так просто с нападением.
  
   Но вмешаться? Нельзя. Выживает сильнейший, а уж в данном случае так и вовсе буквально. Многие законы к магикам не применимы, к аристократии - тем более. Однако и спускать такую наглость с рук неизвестного заказчика нападения тоже нельзя.
  
   Просто замкнутый круг какой-то!
  
   ***
   Выздоровление шло медленно и мучительно.
  
   Виктор знал теорию исцеления Силой, но вот с практикой были проблемы. Впрочем, жить захочешь - не так раскорячишься, как гласит народная мудрость, и ситх медленно, по капле, вливал энергию в полупарализованное от боли тело.
  
   Рана от меча гнила и кровила, отказываясь зарастать. Зашить было нельзя, приходилось постоянно чистить отмирающие ткани, промывать, лить исцеляющие составы, которые практически не действовали, даже концентрированные, и медитировать до позеленения.
  
   А еще Виктор, мучаясь бессонными ночами и заполненными полудремой днями старался вспомнить, напрягая память, имя неведомого визитера.
  
   И этот процесс тоже шел крайне медленно и мучительно.
  
   Почему-то в памяти всплывал Тесла и массоны, хотя, и ситх был абсолютно в этом уверен, к личности наблюдателя что первый, что вторые не имели никакого отношения. Скорее всего, так срабатывала ассоциация, но к чему? Еще вспоминалась Америка. Газетные листы, "Вашингтон Пост", костюмы-тройки и котелки со шляпами... Пятидесятые годы.
  
   Ещё в голову упорно лезло ФБР во главе с Гувером, а также ЦРУ. Причем здесь эти организации, Виктор никак не мог сообразить - постоянная выматывающая боль не способствовала мыслительному процессу. Одно потянуло другое: и так претерпевший изменения к худшему характер испортился ещё больше - поймав себя на мысли за обедом, что неплохо было бы содрать кожу живьём с немного пересолившего суп повара, ситх от греха подальше тут же переехал в отдельное крыло, поближе к лабораториям и мастерской. Не хотел сорваться и сотворить что-то отвратительное в приступе садизма.
  
   В попытках отвлечься ситх занялся очередной перековкой пострадавшего в бою меча - клинок стал похож на оплавленную пилу, так его изувечил демон. В этот раз полная перековка лезвия прошла изумительно, даже невзирая на то, что действовать нормально Виктор мог лишь правой рукой, левая почти не слушалась. Так что? Сила ему для чего?
  
   Тьма буквально изливалась во все стороны, впитываясь в почерневший металл, и приобретший насыщенный оранжевый, с красноватыми отливом цвет алмаз. Перековка завершилась в рекордные сроки, а ситх, свалившись с истощением, увидел во сне один крайне занимательный ритуал, а также пару техник Силового вампиризма.
  
   Второе ему понравилось, а вот первое не очень. Но выхода не было: рана отказывалась заживать, кожа вокруг почернела, а по руке поползли зеленоватые прожилки. Запах разложения тоже не добавлял оптимизма.
  
   В тот день Виктор заперся в мастерской, обдумывая принятое, вообще-то решение. После такого не отмоешься.
  
   Но и выхода другого он не видел: исцеление не давалось, невзирая на все усилия, магические средства не действовали, а положиться на волю случая не для него.
  
   И ситх отправился в тюрьму, решив, что если уж приносить в жертву, то тех, кого не жалко.
  
   Ритуал прошел великолепно. Ситх просто чувствовал, как дрожит от нетерпения Сила, ее жадное внимание. Насильники, убийцы и маньяки умирали долго: Виктор предусмотрительно запер везде двери, запретив даже подходить к его помещениям, не то что беспокоить.
  
   Через сутки Виктор вылез из провонявшей кровью, нечистотами и смертью пыточной, свалился в ванную и долго отрывался, бездумно скребя покрасневшую кожу мочалкой. Рана заживала медленно, но уверенно - ситх видел, как вытекает гной, как отваливаются отмершие куски тканей, промывая до тех пор, пока не пошла чистая, не заражённая кровь. После этого осталось только стянуть края шелковыми нитями, и наложить повязку.
  
   Через месяц Виктор с удовольствием тренировался, чувствуя как легко и послушно действует полностью здоровое тело и удовлетворённо мурлычет ластящаяся Тьма.
  
   Жизнь вошла в привычное русло, Виктор пережил ещё два визита невыразимцев, так и не нашедших заказчика нападения, что совершенно не мешало ему сделать свои выводы: не увидеть связь между выводом денег из Гринготтса и появлением убийцы не смог бы только ленивый.
  
   Виктор таким не был. Он снова зарылся в свои записи, пересматривая и обдумывая, но память как всегда сработала неожиданно. С интересом просматривая очередную льстиво-хвалебную статью, посвященную какому-то там очередному съезду артефакторов, ситх неожиданно застыл, потрясённо уставившись на иллюстрацию с изображением колб, реторт и перегонных кубов - навязчивую рекламу лавки.
  
   Перед глазами, как живой, появился мужчина, запечатлённый на черно-белой пленке: съёмка следящими за объектом агентами.
  
   Средний рост, стройный, трость и шляпа-котелок, модные усы.
  
   Он видел эти фотографии и редкие кадры съёмок очень давно. И забыл - лично они никогда не сталкивались, ведь эта таинственная личность жила в Америке и, наездами, Италии. Понятно, почему в голову упорно лезла алхимия - этот человек стал легендой и загадкой при жизни.
  
   Единственный настоящий алхимик двадцатого века - Тесла не считается, тот был изобретателем и гением.
  
   Но... Двойник? Или настоящий? Исчез он очень странно, следов не нашли. Хотя ФБР все буквально просеяло через частое сито.
  
   - Фулканелли...
  
  
  
  
  
   * https://jewellerymag.ru/p/montblanc-solitaire-serpent-limited-edition-1906/
  
  
  
  Глава 16
  
  
  
  Прояснение личности таинственного наблюдателя только добавило загадок в и так запутанный клубок проблем, одновременно проясняя некоторые моменты.
  
  Откуда здесь, в этом мире, взялся самый таинственный алхимик двадцатого века? Тесла тоже занимался всем подряд, он был гораздо известнее, но все-таки назвать серба последователем науки о трансмутациях было нельзя. Он шел, как и все гении типа Да Винчи, совершенно отдельной категорией, он был изобретателем, хватающимся за все подряд и выдающим на-гора потрясающие результаты, опережая своими изобретениями и время, и науку.
  
  Вспомнив о великом сербе, Виктор выругался, радуясь, что никто не слышит, и тут же записал себе памятку - надо было из кожи вывернуться, но привлечь Теслу к работе на себя. Виктор помнил, что Никола умер во время Второй Мировой, а до нее оставалось не так много времени, как хотелось бы. И трудности с финансированием он испытывал почти постоянно, хотя такого гения спецслужбы должны были бы хватать в охапку, обеспечивать удобства, холить и лелеять, сдувая с него пылинки и отстреливая мух и комаров на подлете.
  
  Но Теслу ставить на довольствие не спешили - уж слишком непонятными и революционными были его исследования и изобретения, и Виктор твердо решил, что если государство так хамски относится к своему гражданину, то тем хуже для государства.
  
  А ему физик, способный творить с передачей энергии на расстояние подлинные чудеса, ой как пригодится. Ему еще космос исследовать и корабль строить.
  
  Решив не откладывать дело в долгий ящик, Виктор тут же связался с посредником и поставил перед ним задачу, подкрепляя рвение золотыми слитками. Ситх знал, что теперь Теслу найдут, ненавязчиво возьмут под наблюдение, выясняя все нюансы, и подготавливая почву для делового разговора. Как любой изобретатель, Тесла нуждался в инвестициях, причем долгосрочных и постоянных. Виктор готов был обеспечить финансовую базу, а также идейную - а это в деле изобретательства не менее важно. Пусть он не знал, как, но он знал, что может получиться в итоге - а Тесле было достаточно дать зацепку, и он разворачивал ее в полноценное исследование, дающее результат.
  
  А уж за возможность исполнить все свои идеи Никола запросто согласится переехать. Особенно когда узнает, что есть возможность не просто поправить пошатнувшееся здоровье, а увеличить срок жизни. Ведь Тесле сейчас за семьдесят. И он не может не ощущать ледяное дыхание Смерти в затылок и как быстротечна жизнь.
  
  Поэтому будущее Николы определено, и повеселевший Виктор сосредоточился на Фулканелли.
  
  Про последнего было известно удручающе мало. Если верить словам его единственного ученика, Фулканелли родился в первой половине девятнадцатого века. В двадцать шестом году двадцатого века исчез таинственным образом, хотя Эжен Кансилье говорил, что видел его живым в пятидесятых годах, и было тогда Фулканелли сто четырнадцать лет.
  
  И для более чем столетнего старца алхимик выглядел на удивление бодро и весело. Впрочем, учитывая, что два его труда были о Великом Делании, ничего удивительного. Каждый первый алхимик мечтал создать Философский камень, каждый второй - изводил своей мечтой окружающих. И все они требовали денег на свои исследования, абсолютно не желая отчитываться спонсорам о том, куда потратили гигантские суммы. В этом плане Фулканелли не слишком отличался от своих собратьев, просто наглел не слишком - Средние века, когда содержать домашнего алхимика считалось хорошим тоном, ну, как породистых собак, прошли, да и этот мир отличался наличием магии и тех, кто мог ее использовать, поэтому откровенное вешание лапши на уши было чревато проверками, а потом и карами - магловская аристократия, да и вообще власти почти все были тесно связаны с магами.
  
  А сейчас, после Первой Мировой, так вообще.
  
  Маги и магики могли считать себя пупами земли и раздуваться от гордыни - Виктор знал истину: в гонке на выживание маглы начали стремительно вырываться вперед. Да, маги более живучи, они могут пережить то, что убьет простого человека гарантированно, и частности это подтверждают, вот только общее неумолимо - человечество принялось шагать в будущее все быстрее и быстрее.
  
  Избранный технологический путь был чреват множеством ошибок, однако и открывал прорву возможностей. А уж учитывая знания Виктора о том, что в будущем к технике подключат и биологию... Маги рисковали стать отстающими.
  
  Маги, благодаря своей биологии и образу жизни, вообще были консерваторами. Тут и долгая жизнь влияла, и мышление, и прочие нюансы.
  
  Виктор становиться просветителем не собирался. Муторное дело и неблагодарное... Потомки если и оценят, то очень не скоро - пример Желтого Дракона* намекает. Да и лишние телодвижения ситх не любил. Тем более он не собирался метать бисер перед чванливыми свиньями: по степени самовлюбленности и гордыни маги могли переплюнуть любого. Так что смысла в хоть каком-то распространении знаний и предупреждении он не видел. Он и так Невыразимцам помог больше, чем хотел. Пусть сами задницами шевелят, особенно в свете последних странных событий, к которым Фулканелли явно был причастен. И возможно, не только он один.
  
  А в том, что алхимик явно не из этого мира, Виктор был уверен больше чем на пятьдесят процентов. Вооружение наемников, способ действий, подготовка... Все это кричало о влиянии извне. А ведь есть еще и гоблины, спускать которым нападение Виктор не собирался. Эти твари, обнаглевшие до предела, решившие в наказание за потерю прибыли уничтожить его семью, просто подлежали искоренению.
  
  Виктор уже продумывал адекватный ответ и был очень доволен все больше вырисовывающимся планом. Конечно, после такого он шагнет за грань окончательно, словно мало ему было ритуала, и так уже Тьмой начал пропитываться, но после этого... Плевать.
  
  Спустить такое оскорбление нельзя.
  
  Впрочем, гоблины предвещали гораздо меньше проблем, чем Фулканелли. Слишком мало про него известно, а то, что Виктор помнил, внушало тревогу. Во-первых, Фулканелли был признанным алхимиком. Не шарлатаном, надувающим щеки, а компетентным специалистом. Учитывая, что алхимия как наука представляла собой сплав десятков дисциплин, Виктору это уже не нравилось. Во-вторых, Фулканелли жил в крайне интересный период времени, тогда, когда мир совершал один гигантский скачок в развитии за другим, сразу рванув из остатков Средневековья в космическую эру. Он видел технологии. Он видел, как и из чего они вырастали, и этого уже было достаточно для выводов и предположений. И в-третьих, он видел две Мировые войны. Он видел, как люди прогрессировали в искусстве истребления себе подобных.
  
  Если, не дай Сила, Фулканелли объединится еще с кем-то, хоть с тем же Фламелем, пусть и не напрямую... Это будет кошмар.
  
  И самое паскудное, ситх не мог понять, какого черта алхимик на него полез. Где они пересеклись, когда Виктор плюнул ему в суп... Да и были ли какие-то пересечения вообще? Предполагать можно было что угодно, вплоть до желания провести какой-то опыт.
  
  А еще были Сен-Жермен и Жиль де Ре.
  
  Сплошная нервотрепка.
  
  Но расти можно, только преодолевая себя, и дохлый демон это подтверждал, поэтому пора было применять более тонкие средства и искать обходные пути. В конце концов, он магом не родился и привык к другим методам.
  
  ****
  Фулканелли довольно сощурился, разглядывая осунувшегося настоятеля одного тихого и мирного монастыря, расположенного на севере Италии. Еще несколько месяцев назад бодрый и живой мужчина выглядел утомленным и постаревшим: морщины углубились, кожа посерела, под глазами набрякли мешки. Да и волос на голове стало поменьше, еще немного, и тонзуру не будет нужды брить - сама образуется. Естественным путем.
  
  Алхимик полюбовался изысканным серебряным розарием, выделяющимся на черной рясе, и мысленно принялся отмечать то, что потом запишет в журнале. Индийские йоги явно имели какой-то секрет. Сплав серебра с ртутью оказался токсичным, хотя и не настолько, как чистая ртуть. Но на настоятеля этого эффекта хватит... Интересно, что же он не учел? Ходили слухи, что ртуть прогоняли сквозь свое собственное тело, но алхимик не мог себе даже представить этот процесс. Явно что-то... неестественное!
  
  Фулканелли содрогнулся и выбросил эти размышления из головы, признав эксперимент провальным. Его больше заинтересовал подошедший к настоятелю под благословение молодой подтянутый мужчина, на руке которого сверкнуло обручальное кольцо. Доминиканец пробормотал молитву на латыни, мужчина почтительно коснулся губами креста и выпрямился, продемонстрировав отменную военную выправку.
  
  Алхимик жадно разглядывал тихо беседующего с настоятелем военного, пусть и одетого в гражданский костюм, не замечая, что в его глазах светится неприкрытая зависть. И ненависть.
  
  Перед ним стояла живая легенда, только начинающая идти по тернистому пути славы, омытому кровью и усыпанному телами врагов и просто попавших под тяжелую походку случайных жертв.
  
  Черный князь. Он уже поступил на службу во флот, стал командиром подводной лодки. Уже начал создавать то, что впоследствии станет самым успешным диверсионным подразделением флота Италии. Уже начал формировать личный штурмовой отряд, из-за которого итальянцы потом будут презрительно называть его князем лягушек, скрывая насмешками страх перед этим кадровым террористом.
  
  Он был умным, сильным, здоровым, довольным жизнью, богатым и влюбленным в свою супругу - праправнучку императора Александра I. Он был влиятелен и известен - пока что только в узких кругах, но это пока. Скоро его слава разлетится не только по Италии...
  
  На пальце князя сверкнуло кольцо-печатка с гербом, и Фулканелли скрипнул зубами. Его сжигала зависть.
  
  Он тихо отступил в толпу и вышел из церкви.
  
  Первый маленький укол он уже нанес. Теперь очередь второго.
  
  ***
  Венеция.
  
  - Вы уверены, мессир?
  
  - Да. Отродье вновь зашевелилось. Эта ошибка Господа...
  
  - Молчать! Не смей возводить хулу на Всевышнего!
  
  - Простите, мессир... Но...
  
  - Никаких 'но'! Не дай Господь, услышит! И так непонятно, чего он зашевелился. Сейчас! Столько лет прошло... Давно уже всех врагов, настоящих и мнимых, извел. И вот, опять.
  
  - Да, мессир. Опять.
  
  - Что еще есть нового? - успокоившись, благообразный господин пригладил окладистую бороду, шевельнул пальцами, подзывая официанта сменить блюда и подать следующую перемену.
  
  - У лаймов едва не случился прорыв Инферно.
  
  Только зачерпнувший ложечкой десерт мужчина изумленно уставился на собеседника.
  
  - Прорыв. Инферно. Это каким образом?
  
  - Удалось узнать с огромным трудом, - признался неуловимо странный человек. - Все подчищено, ничего не было, всем мерещится. Вот только на рынке появились на продажу части саламандр и ледяных элементалей...
  
  Бородатый господин вскинулся, его собеседник успокаивающе поднял руку.
  
  - Я приобрел все, что смог. Качество отличное. Так вот... Да. Уже доставлено. Так вот. Помните, я говорил о магике, которому умудрился напакостить ученичок Фламеля?
  
  - Конечно.
  
  - За очень неприличную сумму мне сообщили, что магик упокоил потомка демона. Пробужденного.
  
  - Матерь Божья! - экспрессивно произнес господин. - А это еще откуда?!
  
  - Оттуда, - пожал плечами докладчик. - Оттуда. Главное, что магик явно знал, что делать, и самое главное - не делать.
  
  - Хм... Собери мне все о нем, - после размышлений решил господин, нервно огладив бороду, демонстрируя при этом перстень со странным гербом: саламандра в окружении песочных часов. - Что еще?
  
  - Сейчас... Еще случилось следующее...
  *****
  Виктор долго думал, как именно ответить зеленошкурым на попытку убить его семью. Перебирал варианты, даже не собираясь ограничиваться точечным уколом. Составил множество планов, от самых щадящих до откровенно кровожадных. Рассмотрел их со всех сторон, тщательно обдумал, не менее тщательно проанализировал... И отбросил в сторону.
  
  Все это было чушью на постном масле.
  
  Вся закавыка была в том, что покушение на себя Виктор чем-то экстраординарным не считал. Подумаешь, убить решили! Не первый и не последний раз, что ему, каждый раз кидаться и истерить по этому поводу?
  
  А вот то, что покусились на его семью и, самое главное, на детей - вот это просто выводило за грань. От одной мысли о том, что мальчишки могли пострадать, Виктор за секунду превращался в жаждущее крови чудовище, и просто убить виновных в покушении гоблинов было мало.
  
  Тьма требовала мучений.
  
  В такие моменты Виктор совершенно отчетливо ощущал, как на его плечи опускается вся тяжесть Темной Стороны Силы и давит, требуя возмездия - такого, чтобы все причастные и непричастные прониклись и никогда, даже через миллион лет, не подумали хоть как-то навредить.
  
  Поэтому планы по более-менее аккуратному, точечному воздействию Виктор отбросил без сожаления, а сам сосредоточился на том, что простые люди посчитали бы просто чудовищным и отвратительным.
  
  Геноцид.
  
  И осуществить его было легко и просто.
  
  Зеленошкурых он за разумных не считал. Вернее, не так. С самого начала гоблины были для него нелюдями. Ксеносами, то есть чужими. А раз они чужие - то и любые нормы морали и прочее к ним неприменимы. Виктор не знал, это у него такой выверт психики, или это общечеловеческое, инстинкт, все-таки, что бы там всякие гуманисты-утописты-правозащитники не мычали, люди изначально, по своей природе очень ксенофобны. Если в одной стране аристократы могли не считать тех же крестьян за людей, то что уж говорить о тех, кто и на человеков не походил совсем, скажем, жители какого-нибудь островка спокойно жрали своих соседей, потому что вот они - люди, а другие - совсем нет. Да ему просто брезгливо было даже думать о том, что вот эти уродцы - разумная раса.
  
  И все это усугублялось еще и тем, что на родной планете Виктора таких тварей не водилось, разве что в сказках и влажных мечтах некоторых извращенцев. Да и одно дело видеть такое в кино, а вот когда доходит до реальной жизни... Люди с представителями другой расы ужиться не могут, что уж тут о другом виде говорить...
  
  А уж организовав нападение на его семью, гоблины перешли из категории ксеносов в категорию тварей, пусть и разумных, а с тварями не церемонятся. Так что моральная проблема решилась быстро, и ситх приступил к планированию операции, результат которой будет иметь такие далеко идущие последствия, что весь остров зацепит.
  
  Виктор даже попытался себя немного окоротить, но Тьма просто взревела, и ситх, пожав плечами, отбросил сомнения.
  
  Теперь оставалось только воплотить в жизнь его задумку.
  
  Способов было несколько. Яд. Вирус. Ритуал.
  
  У всего были свои плюсы, а также свои минусы.
  
  Яд, к примеру, сделать несложно. Начиная с простого мышьяка, и заканчивая ядами Темной Стороны Силы, благодаря которым жертва гарантированно слетит с катушек, превращаясь в одержимого маньяка, готового резать всех, кто попадется на пути. Виктору в медитациях все чаще приходили просто изуверские вещи, после осмысления которых ситх долго пялился в пространство, переваривая свалившиеся на него откровения. Однако, пусть с помощью яда и можно отравить энное количество жертв, многих он просто не зацепит. Гоблины - крайне жестокая раса, они с легкостью устроят карантин, убив часть, чтобы спасти большинство, впрочем, если припрет, даже мямли могут действовать решительно, но волновало Виктора не это, а банальный вопрос: каким образом потравить максимальное количество гоблинов?
  
  Хитрые и битые жизнью ксеносы наружу почти не выходили. Их можно было увидеть живьем или в банке, или в подземельях под банком. И больше нигде. Ладно, можно распылить отраву в банке, но это не гарантировало широкого распространения. Кроме того, самого Виктора не подпустят к зданию на пушечный выстрел. Использовать третье лицо - нет гарантий успеха. В общем - неудовлетворительно.
  
  Вирус? Слишком долго и муторно. И слишком опасно: никогда нельзя исключать вариант, в котором зараза мутирует. Пострадать от внезапно зажившего собственной жизнью вируса в планы ситха не входило: он не настолько ушибленный на голову.
  
  Ритуал? Вот это уже было из разряда 'Надежно и с гарантией'. Единственное, требовалось что-то, что послужит вольтом, как в вуду - что-то, что станет олицетворением его врагов. Или... Кто-то.
  
  Высшие ритуалы Виктор пока потянуть не мог, не дорос еще, а вот на крепкие середнячки уже спокойно замахивался. В принципе, ритуал изведения врагов был простейшим, и бил по площадям - то, что надо, древние на мелочи не разменивались. Можно было обойтись чистой визуализацией, но с использованием образца дело шло успешнее, и это стало решающим фактором.
  
  Осталось лишь отловить гоблина, и можно будет насладиться всеобщим хаосом.
  
  Виктор отлично понимал - последствия у его мести будут катастрофическими и сравнимыми с апокалипсисом, а то и с армагеддоном, но совесть абсолютно равнодушно молчала, расчетливо изображая из себя труп. Нет, она, конечно, когда-то может и восстанет, а может продолжит вести бытие умертвия.
  
  Единственное, что он себе позволил - прогулялся по Косой аллее и, заметив Малфоя, выпил с ним чашечку кофе в маленьком уютном кафе, сетуя на то, что гоблины совсем обнаглели после того, как он перевел свои средства в гномий банк. И теперь дел с гоблинами Виктор вести не будет. И другим не советует.
  
  Взгляд у блондина стал пронизывающий, Малфой кивнул, давая понять, что принял сообщение к сведению. Сидящий неподалеку наблюдатель Отдела Тайн тоже куда-то заторопился, и эмоциями он фонтанировал самыми разными, среди которых преобладали злорадство, предвкушение и удовлетворение.
  
  И не зря.
  
  Виктору подробности были неизвестны, но он знал, что наглое узурпаторство гоблинов в сфере банковских услуг не вызывает у верхушки общества никаких положительных эмоций. Что-то было откровенно нечисто с Гринготтсом, но по каким-то причинам разрулить эту медленно идущую к очень неприятному концу ситуацию британские маги никак не могли.
  
  Самому ситху было плевать на будущий кризис, он даже не имел гражданства. И собирался воспользоваться данным фактом по полной программе.
  
  **********
  Отдел Тайн.
  
  - Господа. Расконсервируем хранилище 'Ур'.
  
  - Но... Это же...
  
  - Да. Вот так сразу. Гоблинам объявлена война на истребление.
  
  - Кто?
  
  - Ситх.
  
  - Х-м-м... Юридически - он может. Не подпадает под клятвы. Ребенок - нет. Он - может. Мать-Магия! Неужели дождались?!
  
  - Оповестите всех, кого необходимо. Даже если у ситха сорвется задуманное, у нас появится шанс. Конечно, общество ждут потрясения... Ничего. Зато сможем избавиться от этого ярма.
  
  ****
  Главным препятствием для осуществления задуманного, являлось отсутствие гоблина. Живого. Дохлого. Любого гоблина. И тут в дело вступали твердые иллюзии.
  
  Разумеется, сам Виктор в банк не полез. Зачем? Он в прошлой жизни таким не заморачивался, да и в этой предпочитал зря не напрягаться. Особенно сейчас, когда есть средства и связи. Операция прошла без сучка, без задоринки. Наемники, пришедшие в Гринготтс под видом клиентов, всласть покатались в вагонетках, навещая свои сейфы, на обратном пути ловко подменив гоблина-служку специальной иллюзией.
  
  К сейфам магов обычно провожали гоблины, находящиеся в самом низу карьерной лестницы, и пропажа такого не насторожит. Гоблина упаковали в специальный сундук с расширенным пространством, размером со спичечный коробок, и к выходу магов уже провожала иллюзия, после мелькания перед кассирами технично исчезнувшая в глубинах переходов.
  
  Теперь, если даже служку и хватятся, то нескоро: такой мелочи 'принеси-подай' в банке было валом, конкуренция достигала чудовищных размеров, и никто особо тревожится не будет. Золото пострадало? Нет. Тайны и прочее? Нет. Значит, конкурент укокошил, или начальник съел. Или дракон закусил - здоровенного ящера в подземельях кормили именно неудачниками.
  
  Виктору был необходим гоблин. Любой представитель вида. Ритуалы ситхов были ужасающе эффективны и чудовищно просты, не требуя каких-то сложных действий, только Силу, волю и намерение. И точку приложения всего вышеперечисленного.
  
  Поэтому ситх отсыпал золота, и вскоре уже прибивал верещащего и скалящего зубы ксеноса железными костылями к каменному полу, чтобы не сбежал. Конечно, в идеале ритуал не требовал присутствия гоблина в качестве вольта, но Виктор только начал погружаться в пучины ритуалистики, напортачить не хотел, поэтому предпочел использовать подпорку для осуществления мести. Надо же с чего-то начинать? Первые шаги, ведущие по пути развития, и геноцид отлично подойдет.
  
  Даже при самом пессимистичном варианте прохождения ритуала гоблины потеряют свое могущество, их численность будет сокращена, а монополия серьезно подорвана. Уже хорошо!
  
  Резанувшая восприятие радость, хлынувшая от невыразимца, ясно свидетельствовала, что его эскападу одобряют и горячо поддерживают: Виктор не просто так сообщил о предстоящем истреблении в голос. Он давал возможность союзникам - пусть они таковыми и не являлись в его восприятии - воспользоваться плодами его трудов. Хороший задел на будущее, которое будет благосклонным к нему. И его потомкам.
  
  Гоблин злобно рычал, с ненавистью буравя ситха взглядом. Виктору на это, да и на угрозы, было плевать. Он просто упер острие меча в горло гоблина, и сосредоточился. Постепенно отошли на задний план рычание и оскорбления, Виктор словно замер посреди океана, чувствуя себя пористой губкой, сквозь которую протекает мощное течение, которое постепенно стало словно упираться ему в спину, как в дамбу. Он размеренно дышал, упираясь всеми конечностями, всем собой, ощущая, как начинает трястись тело, и гудеть кости, пока не наступил тот момент, когда все повисло буквально на волоске.
  
  Меч пробил плотную зеленую кожу, мышцы, хрящи и позвоночник, плавно вонзаясь в пол. Гоблин обмяк, и в этот самый момент Виктор метафорически отошел в сторону, направляя понесшийся поток в нужную ему сторону, словно натравливая собаку на животное.
  
  Труп развалился на части, медленно истлевая на глазах внимательно наблюдающего за процессом ситха, вцепившегося в меч, как в спасительную соломинку. Он стоял на подгибающихся ногах, глотая пошедшую горлом кровь, не давая упасть на пол даже капле, пока поток, ревущий в сознании, не стих.
  
  Виктор отошел на подгибающихся ногах, рухнул в заблаговременно поставленное кресло, и вытер рукавом кровавый пот. После чего стянул перчатку с руки. Кисть медленно приобретала человеческий вид, шипы и когти втягивались, и только красная, словно ошпаренная кожа никак не хотела приходить в норму. Ситх на такое странное изменение никак не отреагировал. Только встал и медленно, как старик, пошел к себе. Спать.
  
  ****
  - Великая Моргана... - пробормотал Густав, зачарованно пялясь на закрытые - хотя уже почти полдень, двери, - получилось?
  
  Он уставился на сосредоточенно вперившегося в зачарованное зеркало заместителя.
  
  - Карл?!
  
  - Не хочу быть голословным... - медленно протянул Карл, не отрывая взгляд от клубящейся туманом поверхности, - но...
  
  - Но?
  
  - Но... Прибор показывает зашкаливающий уровень некротической энергии.
  
  - Поясни.
  
  - Могильник, - веско уронил Карл, закрывая зеркальце крышкой. - Ничего живого.
  
  Высокая створка медленно поползла в сторону, из нее показалась тощая когтистая рука, скребанувшая по полотну. Густав недоуменно поднял бровь. Карл пожал плечами - рука упала на пол, усыхая на глазах.
  
  - Я ж говорил. Ничего живого, - невозмутимо отправил зеркальце в карман маг. Густав мерным шагом направился к входу в святая святых, куда уже заходили обвешанные артефактами невыразимцы, несущие в руках различные приборы. Даже если кто-то и остался, то их добьют. В любом случае, эта клоака будет вычищена, а финансы наконец вернутся в руки магов. Того, что гоблины вздумают мстить, невыразимец не боялся. Гоблины жили только на территории Альбиона, и только под Гринготтсом. Хоть это смогли отстоять предки, одерживая победу в поистине Пирровой войне.
  
  Тогда удалось остановить вторжение из другого мира, ценой неимоверных усилий и большими жертвами. Вот только алчность не знает границ и подписанный договор о капитуляции оказался с подвохом. Сколько раз потом маги пытались вернуть утраченную монополию! Безрезультатно. Оставалось только ждать, и приносить жертвы покровителям, надеясь на чудо. И вот оно, свершилось. Рожденный не под этим солнцем, не в этом мире, и еще прорва условий, которые вдруг сошлись в разящий клинок.
  
  Теперь маги Туманного Альбиона смогут пользоваться услугами других банкиров, а не только гоблинов. Теперь они смогут сами быть банкирами и чеканить монету. Да, будет кризис - придется переплавлять гоблинские металлы, очищать, чеканить монеты... Да, многие разорятся. Но зато они будут свободными от кабального ярма. Теперь не придется возвращать купленное у зеленокожих, ведь все свои изделия зубастые сволочи считали не проданными, а сданными в аренду.
  
  - Надо поблагодарить ситха...
  
  - Послать ему поздравительную открытку?
  
  ****
  Сразу, как оклемался, Виктор нанес визит невыразимцам. Просто пошел в любимое кафе, заказал кофе с пирожными, и через пять минут уже вежливо кивал неприметному гостю. Новости на него вывалили радостные: все гоблины вымерли. Все. Виктор поймал довольную мысль-ощущение, что найденные ясли зеленокожих просто вырезали, и скупо улыбнулся. Он свое дело сделал, остальное - не его забота. Молоденькая ведьмочка на кассе смотрела на редких в эти смутные дни посетителей полными надежды глазами: финансовый кризис все еще бушевал, но невыразимцы свое дело знали, и волнения шли на спад. Через неделю грозились вновь открыть банк: Гринготтс сменил название на пафосное 'Первый Английский'.
  
  Ситху было все равно. Может, потом он и организует для Марволо сейф, но пока что его и дварфы устраивают целиком и полностью. Отсыпав очень щедрые чаевые, Виктор откланялся, и вернулся домой.
  
  Густав, проследив взглядом ушедшего собеседника, достал платок, утирая обильный пот. От ситха веяло такой кошмарной Тьмой, что тряслись поджилки. И взгляд желто-золотых глаз был совсем не добрым. Кроме того, невыразимец отметил какую-то немного неестественную плавность, но решил выкинуть все размышления из головы. Им спасать экономику надо, а не думать о разных странностях. Впрочем, о них тоже стоит подумать. К примеру о том, что в Хогвартсе умерли сразу одиннадцать учеников. И если о двух было известно, что они - полукровки-гоблины, то остальные девять ничем от людей не отличались. Совершенно.
  
  Сколько еще таких... замаскированных?! А они потом удивляются, что ничего поделать не могут с кабальным договором! Разумеется! И не смогут!
  
  Но как у ситха получилось извести всех, в ком есть кровь гоблинов? Надо напрячь отдел статистики, пусть дадут данные о количестве погибших, начиная с той самой ночи. И по сегодняшний день.
  
  Густаву было жутко от осознания масштабов катастрофы, но винить в этом можно было только самих себя.
  
  ***
  Осознал содеянное Виктор только через несколько недель. Сознание было в ступоре от масштабов. Проводя ритуал, благодаря которому должны были умереть все, в ком есть хоть капля крови гоблинов, он даже не думал, что все будет так буквально. Гоблины считали всех своих потомков, неважно от кого, неважно, на какую часть, гоблинами. Именно это осознание себя как вида, и помогло истребить всех. Сейчас ситх бы не удивился, если б ему сказали, что и за пределами Англии разразилась невидимая эпидемия. Хотя... За пределы острова гоблины вроде не могли соваться по договору. Поэтому англичане почти не выезжали куда-то... Слишком много проблем с деньгами. Требовались сквозные кошели... Еще что-то...
  
  Сам он таких ограничений не испытывал - побоялись сразу наседать. А теперь и некому. Теперь можно заняться Фулканелли и прочими, требующими внимания, проблемами. Насчет невыразимцев ситх тоже решил не волноваться раньше времени. Да, от их эмиссара тянуло страхом, но этот страх будет держать невыразимцев в рамках. Об этом Виктор еще позаботится, а пока - Фулканелли. И его возможные союзники. И еще Жиль де Рец - нефилим.
  
  Поиски Виктор поручил Посреднику. Ушлый маг, весьма знающий и полезный. Посредник живо организовал сбор информации, запросив неприличную сумму в качестве вознаграждения, и уже через пару месяцев Виктор схватился за голову. Он думал, его проблемы исчерпываются Фламелем, Фулканелли и Ре?
  
  Наивный! Просеивающие землю частым ситом аналитики и детективы, добывшие просто горы информации, протоколировали даже самые незначительные мелочи, которые теперь лишь усиливали мигрень. Фулканелли видели в самых разных местах, но чаще всего он крутился на севере Италии, а также рядом с Римом.
  
  Рим - это было понятно. Почти все алхимики были религиозны, а то и истинно верующие. Настоящих отщепенцев, так сказать, среди них было крайне мало, практически все истинные адепты этой почти науки являлись или монахами, или воспитанниками монастырей, или просто были на содержании высшего руководства церкви. Конечно, Фулканелли родился отнюдь не в средневековье, когда такая приверженность вере была жизненно необходимой, но и исключать вариант с кормлением алхимика со строго определенных рук тоже нельзя. И это даже не вспоминая про пресловутую Инквизицию, иезуитов, бенедектинцев и прочие ордена.
  
  А вот с севером было еще интереснее. На севере присутствовал весьма тихий и респектабельный монастырь, в котором, тем не менее, тренировались защитники веры. Мирная пастораль служила давно и прочно обжитой базой для монахов, которые исполняли тайные поручения Святого Престола, причем, это были не инквизиторы, которые, как прекрасно знали все умные люди, являлись детективами и дознавателями, а самые настоящие боевые отряды, которые запросто выкашивали не только слишком упорствующих неверных, еретиков, а также не слишком благонадежных подданных, но и под настроение могли устроить переворот-другой, а также с легкостью ходили в рейды в магические области.
  
  Специалисты широкого профиля, штучный товар, крайне дорогой и трепетно воспитываемый.
  
  А в довершение всего, рядом с монастырем обнаружилось родовое поместье Боргезе.
  
  Увидев самого настоящего и живого Черного князя Виктор слегка обалдел. Этот террорист всея Италии был совсем не похож на того могучего, не сломленного старика, которого он видел на обложках книг, а также один раз по телевидению. Конечно, пока что подрывной деятельностью Юнио еще не успел заняться, но какие его годы? Да и Вторая мировая еще только дышала в затылок... Князь еще формировал свой отряд и основную ударную силу, не успев замазаться в крови по уши. И он знать не знал ни о каком Фулканелли... А вот Фулканелли о нем знал. И крайне интересовался жизнью князя.
  
  Это сразу не понравилось ситху. Не той личностью был Боргезе, чтобы отбрасывать его в сторону, как мелочь, не влияющую ни на что. Род Боргезе имел глубокие корни, сильные связи с Ватиканом - один из пап носил их имя, а также титулы князей и принцев. Уже это возносило их высоко. А ведь Боргезе еще и являлись 'черной знатью', со всеми вытекающими из этого титула привилегиями, вроде двойного гражданства.
  
  Какого черта алхимик из другой реальности крутится вокруг князя?
  
  И, словно этого мало, ищейки Посредника, расследуя деятельность Фулканелли и Фламеля, обнаружили еще нескольких алхимиков, которые по всем данным должны лежать в земле и не шевелиться. Смогли опознать Александра Сетона, а также нашли упоминания о Козимо Руджиери. Личный алхимик, астролог и зельевар Екатерины Медичи был жив и здоров, процветая в Венеции, хотя давно официально умер и был похоронен.
  
  И это только то, что смогли найти невероятно компетентные и чудовищно дорогие специалисты в первом приближении.
  
  Следующее денежное вливание знатно опустошило кубышку, прибавив странностей. Разыскивая барона де Ре, ищейки напали на какой-то очень мутный и давным-давно остывший след, ведущий почему-то к внучке Наполеона. Наполеон и его потомки оказались ни при чем, зато обнаружилась, ни много, ни мало, Ла-Вуазен.
  
  Когда Виктор получил первые данные, то никак не мог понять, каким боком здесь эта отравительница, сожженная на костре за слишком близкое знакомство с тайнами высшего общества Франции и королевской семьи. Поиски придали ясности: мадам Ла-Вуазен прославилась не только тем, что приторговывала ядами, способными быстро, незаметно и с гарантией отправить на тот свет врагов любого, кто готов был заплатить нескромные суммы за Аква Тофану, но тем, что занималась абортами.
  
  А это уже был совсем другой коленкор.
  
  Магловский мир, это вам не магический, в то время о противозачаточных ходили только мифы и сказки, а не нормальные данные. А позажигать в койке с самыми разными целями хотелось всем. Вот только не всем удавалось избежать последствий.
  
  И вот тут всем неверным женам, девицам на выданье, просто любительницам разврата, приходила на помощь мадам Катрин. Она с легкостью избавляла высокопоставленных пациенток от плодов любви и насилия, не причиняя вреда здоровью, что было особенно ценно, а также хоронила эти самые плоды, скрывая улики.
  
  В конце-концов, слишком знающая простолюдинка поплатилась за то, что влезла с сапогами в грязное белье аристократии, и закончила жизнь на костре, как ведьма. А обычный костер - это вам не магический, он сжигает не до конца. И вот эти обугленные останки мало того, что нашли, так еще и подняли. И допросили, судя по всему.
  
  После чего упокоили так, что теперь Ла-Вуазен даже труба Страшного суда не поднимет.
  
  Дуреющие от размаха поисков ищейки ринулись рыть с удвоенным энтузиазмом, а Виктор, почитав собранные материалы, понял, что ничего не понимает. Но скоро поймет.
  
  После чего, решив некоторые насущные проблемы, погрузился в аналитику.
  
  Схемы вырисовывались запутанные, но ситх уже видел связи. Фулканелли кружил рядом с Боргезе и Римом, за ним самим следили алхимики, которые тоже имели связи с Римом. Во Франции подняли Ла-Вуазен, и волны от этого действия докатились до Лондона, где вызвали из небытия Джека-потрошителя. А еще был Дамблдор, связанный с Фламелем, убитый неизвестной силой, Сен-Жермен, Жиль де Ре, наемники-мутанты, и еще целая толпа знакомых и не очень персонажей.
  
  А не за горами - война. Пусть Гриндевальд в этой реальности от участия в ней отстранился, благодаря чему резко сошло на нет забурлившее было на почве чистокровности магическое общество, обычный мир готовился к кровопролитию. Слишком уж сложились подходящие обстоятельства.
  
  Нищета Германии. Имперские амбиции Великобритании. Разброд и шатание Италии. И прочая, прочая, прочая... Мир отряхнулся от спячки, готовясь к скачку вперед. А самым лучшим стимулом развития всегда была война.
  
  И в магическом мире тоже все было не слава богам. Активировались демоны. Зашевелились слуа. Начали наращивать свою численность ковены вампиров и ликанские стаи.
  
  А если принять за аксиому необходимость многочисленных смертей для создания Философского камня... То дело вообще приобретало совершенно определенный поворот.
  
  Виктору все не давали покоя замаскированные гоблины. Совесть его не ела, а вот любопытство грызло со страшной силой. Поэтому он навел справки и обалдел: в мире бушевала эпидемия гриппа. Точнее того, что маглы приняли за грипп. Накатившая истерия по поводу повторения пандемии испанского гриппа, затопившая страны, быстро схлынула, но люди, напуганные смертями, нервничали и тряслись от ужаса. Почти одномоментную гибель самых разных представителей всех слоев населения всех возрастов, которую невозможно было пояснить, приписали вспышке гриппа, и успокоились. Виктор почитал сводки и статистику, и схватился за голову. Как он и думал, гоблины нашли лазейку и способ просочиться за пределы Туманного Альбиона. Во всех европейских странах таинственная эпидемия выкосила от пары сотен до тысячи гибридов. Размах тайной экспансии просто поражал.
  
  И размышления по этому поводу были самые пессимистичные.
  
  Виктор был реалистом, прекрасно понимая, что такие масштабы ему аукнутся. Никто не хочет жить с самоходной ядерной бомбой под боком, а если эта бомба разумна - тем более. Пока что невыразимцы его не трогали, переваривая мысль о том, что есть способ устроить геноцид, и пользуясь плодами его трудов. Но это пока. Банк уже открылся, общество побурлило-побурлило, обсуждая новость, и успокоилось. Ну изменились немного условия вкладов и прочее, ну монеты теперь выглядят по-другому. И что? Зато цены выросли, а потом снизились.
  
  Значит, скоро работники Отдела тайн разгребут завал, придут в себя, и обязательно попробуют его устранить. Не с их самомнением терпеть такое превосходство. Тем более, что он - чужак. И управы, если что, маловато. Денежно не прижмешь, политически - тоже. Сплетни или шантаж? Опять мимо. Можно уехать в другую страну, но где гарантия, что там его не встретят с вилами и факелами, образно говоря? Английские маги не постесняются нагадить. Да и бросать замок с источником не было никакого желания.
  
  Поэтому пришлось немного оторваться от аналитики, и готовиться к неизбежному визиту вежливости, который, ситх это чуял всеми фибрами и жабрами, должен был состояться буквально на днях.
  
  Магов Виктор встречал в полной боевой готовности. Глава невыразимцев приперся лично, в компании с замом, видимо. Никаких трясущих шестым размером бюста красавиц, никаких томных воздыхательниц, жаждущих, чтобы ситх размножался в их компании, много и с удовольствием. Все строго, официально, и серьезно до зубовного скрежета.
  
  И скучно настолько, насколько могут быть скучны такие визиты.
  
  Происходящее напоминало театр абсурда: маги пригубили чай, вдоволь пообсуждали погоду за последние полгода, раскланялись, понамекали на сотрудничество и мир до гроба, и свалили. Виктор проследил за тем, как визитеры убрались к себе, и молча закрыл глаза, стоя под пасмурным небом.
  
  - Значит, война.
  
  Напрасно он рассчитывал на некоторую отсрочку нападения. Страх и зависть оказались слишком хорошими мотиваторами для превентивного уничтожения того, кто мог бы оказаться отличным союзником. Ведь Виктор был не против не то, что сохранять нейтралитет, а поддерживать магов, но... Он оказался слишком силен для самолюбия людей, а следовательно - слишком опасен.
  
  Конечно, ситх не рассчитывал, что его просто оставят в покое - ведь у англичан нет союзников, есть только общие интересы, но предполагал, что время у него есть, хоть немного - разгребание последствий истребления гоблинов все продолжалось. Но маги мысленно уже делили его на части, как курицу, прикидывая, куда какую часть лучше употребить, прибирали к рукам имущество, а детей воспитывали в нужном ключе.
  
  И нападение должно было произойти вот-вот, поэтому Виктор тут же скомандовал завершающий этап эвакуации: он не настолько самоуверен, чтобы оставлять хоть какую-то возможность на себя давить.
  
  С Виктором остались лишь пару человек, остальные: семья, слуги, охрана, даже домовые эльфы - все переправились в надежное место, и находилось оное совсем не на островах. Дорого обошлось, но на таком не экономят, а в замке теперь имитировали наличие живых специальные обманки - ситху пришлось срочно осваивать тонкое искусство плотных иллюзий. Конечно, творил их он не на голой воле, как Нага Садоу, а благодаря подпоркам в виде серии ритуалов, но главное - с чего-то начать, а там само пойдет. И оно пошло.
  
  Невыразимцы не рассусоливали: приперлись в гости в ту же ночь, буквально через несколько часов после визита вежливости. У Виктора аж глаз задергался от такой незамутненной наглости, впрочем, себя в руках он держал, и терпеливо ждал подходящего момента. Маги были не то, что умнее или наглее наемника-демона, просто у них было гораздо больше ресурсов: организация всегда мощнее одиночки. Не было элементалей, толпы непонятно кого, просто боевые отряды, действующие слаженно, точно и эффективно.
  
  Замок окружили редкой цепью, накрыв его антиаппарационными куполами, барьерами, препятствующими попыткам удрать каким-либо образом, и еще непонятно чем. От сосредоточенной неторопливости и основательности, с которой невыразимцы подошли к исполнению задачи, становилось жутко. Это тебе не демон, прущий напролом, от которого ситх еле отмахался, тут - организация.
  
  Впрочем, и противодействовать Виктор решил так, чтобы маги потом и подумать не могли о нападении на него или его потомков. Именно поэтому он сейчас стоял в подвале, прорытом глубоко под скальным основанием замка, там, где пробивался из недр источник магии.
  
  Совсем недавно неукротимый, а теперь полностью послушный воле ситха Коррибан сейчас напоминал вулкан, готовящийся к извержению. Энергия накапливалась медленно, но верно, и Виктор, размеренно читающий литанию Силы, готовился в нужный момент выбить метафорическую пробку - финт ушами, доступный только тому, кто смог укротить дикий источник, аналог ядерной бомбы, действующей исключительно на тех или то, на что указывает владелец.
  
  Тем временем маги проникли в замок, буквально просочившись сквозь стены, словно привидения, и медленно смыкали кольцо, готовясь зачистить все, встреченное по пути. Ситх только хмыкнул: вставленная в ухо бусинка - аналог наушника, только что дважды сухо щёлкнула - один из телохранителей, замаскированных и отслеживающих визитёров, подал сигнал, и спрятался в специальной нише, созданной именно для таких случаев. Через пять минут снова дважды щёлкнуло, и Виктор проговорил последнюю строчку литании.
  
  Пол под ногами мелко, еле ощутимо завибрировал.
  
  А затем сквозь замок пронеслась невидимая волна энергии, буквально выжигающая все инородное.
  ****
  Густав, наблюдающий все происходящее в большом обсидиановом зеркале, выронил свиток, с записями в котором сверялся, контролируя процесс. Прыткопишущее перо застыло, балансируя на кончике. На глазах мага коридор, ведущий к спальням хозяев, в котором как раз стоял его подручный, залило светом. Вспышка едва не сожгла глаза Густава, и он даже не представлял, каково сейчас его подчинённым. Вот только маги не успели издать ни звука: следующая волна оглушила и заморозила мышцы тела, заставив их застыть на месте.
  
  Густав только успел схватить аварийный порт-ключ, как третья невидимая волна буквально сорвала плоть с костей нападавших. Магу казалось, что он слышит, как кричат от нестерпимой боли его подчинённые, все ещё живые, судя по показаниям приборов. Кровавые ошмётки впитались в стены и пол, оставляя идеально чистые поверхности.
  
  Густав сломал порт-ключ, что должно было тут же выдернуть магов в безопасность убежища, но ничего не произошло. Скелеты так и продолжили стоять, беззвучно вопя, все видя, все слыша, и все ощущая.
  
  А затем на глазах потрясённого невыразимца, они начали медленно погружаться в камень, пока не исчезли.
  
  Поверхность зеркала потемнела и превратилась в отполированный до неимоверной гладкости камень, в который Густав продолжил тупо смотреть, погрузившись в ступор. Приборы, отслеживающие жизненные сигнатуры магов все так же показывали, что они живы.
  
  Маг смотрел в никуда, а в голове все сильнее раскручивалась бешеная карусель мыслей. Только что на его глазах погибли боевики, полностью весь отдел - в атаке на замок ситха участвовали все, выбравшие стезю воинов. Кроме того, погибло еще тридцать пять магов из отдела, занимающегося применением артефактов и разработкой боевой магии. Лучшие, самые сильные, умелые, и самое главное - знающие специалисты. Они должны были на ходу отслеживать любые проявления магии ситха, или того, что он выдавал за магию - и находить противодействие. Отдел опустел на треть, и отправиться от этой потери, восстановить численность, возобновить эксперименты и изыскания будет тяжело. Их разом отбросило минимум лет на пять, а в некоторых моментах - на десять.
  
  Про боевиков и вовсе думать страшно было. Никого не осталось: новый набор не успели еще провести, и все стажеры шли группой поддержки. Катастрофический провал! Густав медленно подошел к маленькому бару, налил трясущимися руками в низкий стакан огневиски - бутылку пришлось держать двумя руками, иначе лилось Мордред знает куда - и выпил, не чувствуя ни вкуса, ни градуса. Что делать, маг даже не представлял - на такой результат карательной экспедиции ни он, ни другие не рассчитывали.
  
  И сожалеть о данной попытке Густав тоже не сожалел: ситх был неизвестной величиной, следовательно - угрозой. Ведь кто он? Пришелец без роду-племени, пусть и закрепившийся в этом мире благодаря браку с представительницей одной из древнейших фамилий. И что? Ситх был опасен не тем, что мог стереть в порошок целый вид - маги тоже не куличики лепили, и человеколюбием не страдали - а тем, что его нельзя было прижать. Они не могли подвесить над ним Дамоклов меч, не могли контролировать в случае нужды, как контролировали практически всех магов на островах, да и за их пределами тоже пытались, ситх не становился частью системы из сдержек и противовесов, поэтому подлежал истреблению. Превентивная мера, но Густав не мог надеяться на то, что ситх станет их союзником или будет держать нейтралитет, он просто не мог поверить пришлому до конца, да он вообще не мог ему поверить! Именно поэтому планы уничтожения неведомой твари начали разрабатываться сразу же, как только начали поступать первые сведения от наблюдателей.
  
  Выдохнув, Густав налил еще стакан, выхлебал его, как воду, и начал раздавать приказы. Первая попытка получилась неудачной - это тоже опыт, пусть и отрицательный. Вывод напрашивается сам собой - не могут они, смогут другие. Союзников найти можно... Густав поморщился от мелькнувшей в голове мысли, но не отбросил ее. Этих... союзников... тоже надо вынести на обсуждение.
  
  *****
  На следующий день Виктор, как ни в чем не бывало, появился в любимом кафе, откушал круассанов с кофе, прогулялся в компании с двумя телохранителями, раскланялся с цепко оглядевшим его Малфоем, и вернулся в замок. Правило номер один: не знаешь, что делать - не делай ничего. Самый лучший способ действия в его ситуации.
  
  Пока невыразимцы суетятся, дергаются, нервничают, они неминуемо делают ошибки. Просто потому, что они действуют, а он - нет. Первый звоночек уже прозвенел - Малфой. Блондин знал, что гибель гоблинов его рук дело, но доказать, что это сделал Виктор, не мог. В принципе, как и невыразимцы. Мало ли на что Виктор намекнул? Он же не заявил, что идет войной на зеленошкурых прямо, а не пойман - не вор. Возможно, некоторые аристократы даже ощутили произошедшее ночью. Возможно, некоторые даже знают - все-таки, народу пропало прилично, мало ли кто там в стройных рядах затерялся... Так вот, Малфой о гоблинах знал, бойню, скорее всего, почуял или как-то разузнал о ней, и то, что Виктор дефилирует по улицам и ест в кафе, отметил. Теперь можно только догадываться, какие он сделал выводы.
  
  Поэтому Виктор вернулся к себе, и первым делом занялся медитацией. Ему требовалось осмыслить все, запихнутое Силой ему прямо в мозг, обдумать, попытаться перевести теорию в практику, в общем - переварить. Вообще Виктор чувствовал себя ребенком-вундеркиндом: из детского сада в высшее учебное заведение, читает с трудом, но высшую математику понимает! Сейчас он как раз занимался 'высшей математикой', минуя простейшую арифметику. Это, конечно, круто, и вообще великолепно, но ему надо не только уметь летать, но и взлетать и тем более садиться.
  
  ****
  Шок от известий прошел быстро. Маги поскрипели зубами, и перешли к идеям и предложениям. Конечно, не вовремя им нанесли такой чувствительный удар, очень не вовремя, тем более, что и происходящее в Германии тоже требовало корректировки, и тоже благодаря вмешательству ситха. Что поделать, сейчас был слишком удобный момент для ослабления позиций немецких магов и их союзников, глупо упускать возможность.
  
  Предложение, вынесенное Густавом на обсуждение, маги встретили поначалу гробовым молчанием, а затем раздраженным гулом. Но... Оно было самым выгодным, и его приняли.
  
  - Что ж... - Густав обвел сидящих тяжелым взглядом. - Работаем.
  
  *Желтый Дракон, он же Цинь Шихуанди - первый император объединенного Китая.