Глава сорок седьмая.

  
   Споры о том, кто будет помогать Невиллу в проведении ритуала, завершились относительно быстро по двум важным причинам. Во-первых, Гарри был исключен из числа претендентов практически мгновенно. Ему мы это объяснили тем, что не желаем обижать Невилла, который вряд ли обрадуется, что его девушку увидит голой другой парень. Ну а на самом деле - ни у кого из нас троих не было желания, чтобы Гарри созерцал голышом кого-то еще. Нас троих ему вполне хватит, и лишние дамы тут совершенно лишние.
   Следом из числа претендентов на проведение обряда вылетела Геримона. Исключили ее подавляющим большинством в один голос, поскольку этот голос принадлежал самому Гарри. Аргумент же, что мы с Джинни ныне находимся с Гермионой в равных позициях, был отвергнут, поскольку рационального возражения на гаррино "И чё?" Гермиона подобрать так и не смогла.
   Выбор же между парочкой финалистов и вовсе не представлял сложности. Я изобразила взмах руки, как будто кидаю дротик для дартса, и Джиннерезада прекратила дозволенные речи.
   Невилл смотрел все это представление круглыми глазами. Судя по всему, он силился осознать, как распределяются властные полномочия в нашем узком кругу, но парящие вокруг него мыслепуты не давали ему разобраться. Эби же просто мелко дрожала. Судя по количеству витающих вокруг нее фиолетовых сплюшцев, она уже сейчас представляла себе тот кошмар, который ей придется пережить... хотя описание ритуала, найденное ребятами в запретной секции, было далеко не полным.
   Следующий этап подготовки обряда требовал присутствия человека, лучше нас всех разбирающегося в черной магии. Но вот выловить Снейпа, наслаждающегося одновременно позорным увольнением из Хогвартса "без мундира и пенсии" и медовым месяцем в обществе молодой жены - оказалось неожиданно сложно. Сквозное зеркало, судя по всему, лежало "лицом вниз" где-то в шкафу. Сова вернулась, принеся письмо без ответа. Кричер тоже вернулся, сообщив, что "домовики не могут проникнуть туда, где находится адресат послания". И попытался прижечь уши в камине, но был вовремя остановлен Гарри и усажен писать объяснительную, обосновывающую необходимость наказания. А вот когда он перепишет ее раз пять-шесть (уж при помощи Гермионы Гарри найдет к чему придраться), и сам уже будет не рад, что связался с этим делом, Гарри и накладет поперек бумаги резолюцию: "Отказать за необоснованностью". Следующей попыткой добраться до Снейпа была активация Козыря. Увы, но карта активироваться отказывалась, оставаясь плоской черно-белой картинкой.
   - И Козырь блокирует, - вздохнул Гарри.
   Мы молча смотрели на стол, пытаясь изобрести еще какой-нибудь способ достучаться до Снейпа. И тут серебряные лунопухи подсказали мне решение. Я попросила у Гарри его колоду, перетасовала ее, и выложила Гэльский крест. Как я и думала, на центр легла карта, заменившая в колоде Гарри Башню. Кризис. Опасность и возможность*...
   /*Прим. автора: китайское слово "кризис" записывается двумя иероглифами, дин из которых - "опасность". Трактовка второго как "возможность" широко распространена в англоязычных странах, но отнюдь не является общепринятой. Более того, многие филологи утверждают ее ошибочность... но мне она нравится*/
   Я провела рукой над картой, над девичьим лицом, что Гарри изобразил, поймав момент изменения, над летящей молнией, угрожающей всему, что встретится на ее пути, не исключая и того, кто вызвал ее...
   Привычный холод козырного контакта немедленно отозвался.
   - Привет, Тонкс! - бросила я в пространство, что вне пространства. - Или уже "Снейп"?
   - Миссис Северус Снейп, - улыбнулась мне вызываемая. - Но ты все равно можешь называть меня "Тонкс".
   Усилием воли я раздвинула окно контакта... и Гермиона, взвизгнув, закрыла ладошками глаза Гарри. Спустя буквально пару секунд, так же поступила и Эби с Невиллом. Тонкс, которая Снейп, приветствовала нас в полном неглиже... то есть - совсем без ничего.
   - Кто это там? - со стороны, которую не было видно в окне контакта прозвучал такой знакомый голос... - А, это клуб любителей черной магии прорезался! Вот ведь... Свой Козырь - блокировал, а твой - забыл... - Снейп вздохнул.
   - Не привык еще, что у тебя есть хоть какая-то жена? - весело поинтересовалась Нимфадора.
   - Не привык, - еще раз вздохнул бывший профессор Хогвартса.
   - Ах, значит, против "хоть какой-то" ты не возражаешь?! Ах так...
   Подушка, брошенная сильной рукой аврора, улетела куда-то мимо Козыря. Оттуда послушался негромкий взрыв, шипение чего-то, растворяющегося в кислоте, и грустный звон осыпающегося стекла.
   - Эванеско! Репаро!
   Вместо третьего заклятья в Тонкс прилетела подушка, от которой обнаженная молодая женщина легко увернулась, как будто и не она задевала и роняла все подряд.
   - Кто бы мог подумать, - произнесла Гермиона, не убирая рук с лица Гарри, - что наш вечно хмурый профессор зелий в процессе любовных игр будет кидаться со своей подругой подушками?
   - Не видели вы, что мы на собраниях Ордена творили, - буркнул все еще невидимый профессор. - А ну, скройтесь, быстро! Я свой Козырь разблокирую, когда можно будет.
   - Ордена? - выдохнул пораженный Гарри, не делая, однако, попытки убрать руки Гермионы от своих глаз.
   - Да уж не "Феникса", - донеслось из закрывающегося портала. - "Вальпургиевых рыцарей", разумеется.
   - Итак, - спросил Снейп, проявляясь в нашей гостиной, - что вам потребовалось от отставного профессора Хогвартса, да еще так срочно, что вы решились нарушить мое уединение с прекрасной девушкой?
   Уточнять степень "девичести" упомянутой девушки, разумеется, никто не стал. Зато Гарри придвинул к усевшемуся за столом (обеденным, а отнюдь не Джинни) Снейпу записи, как скопированные из книги, добытой в Запретной секции, так и результатов изысканий Гермионы в нашей библиотеке.
   - Вот этот ритуал мы хотели бы провести прежде, чем мисс Эбигайл Эндроус придет время возвращаться в Хогвартс. А то бывшие Ваши подопечные чересчур уж распоясались.