Глава 1. В которой герой, оказывается втянут в совершенно незапланированную поездку.

  
   Кличка "диггер" ко мне прилипла ещё в детстве, когда провалившись в подвал соседнего дома, предназначенного под снос, я почти сутки выдалбливал уступы в гладкой стене, что бы выбраться. Но тягу к приключениям это не отбило. Вначале был устаревший расселённый жилфонд и замороженные строительные объекты, потом городские бомбоубежища и туннели коммуникаций. Когда подрос, появились деньги, начали ездить по довоенным катакомбам и пещерам.
   Вообще, я по образованию недоучившийся врач. Но поступление в медицинский, по инициативе родителей, оказалось плохой идеей. Вылетев с четвёртого курса, загремел в армию, а отслужив, тихо устроился менеджером по продажам в крупную оптовую фирму.
   Только юношеское увлечение я не забросил. Оно привлекало какой-то иррациональной сопричастностью к великим тайнам. Плюс, какое никакое развлечение. Так что регулярно, упаковав старый армейский рюкзак, я с группой единомышленников устремлялся в очередное приключение.
  
   Таинственное и непонятное слово "диггер", прозвучав в компании, всегда вызывало не малый интерес к моей персоне. А рассказать, и показать всегда было что. На телефоне тридцать гигов фотографий, и каждая фотография - отдельная занимательная история. Хотя, я и без этого не страдал от недостатка внимания, особенно женского. Экстремальные виды спорта, а диггерство к ним относилось всегда, быстро превращает любого инфантильного юношу в зрелого уверенного в себе мужчину. Только с серьезными отношениями так и не сложилось. Женщины всегда обвиняли нас в отсутствии романтизма, превращая в унылых потребителей благ цивилизации. Только в их понимании, он какой-то односторонний выходил. Столкнувшись с настоящим, мужским проявлением этого чувства, они начинают выносить мозг, не понимая почему, вместо того, что бы выгуливать их в парке, даря цветы и шепча нежные слова, я натягиваю этот дурацкий комбез с горными ботинками, и, набив рюкзак, на неделю сбегаю из-под их пристальной опеки.
   К счастью, я был не одинок в своих "странностях". Буквально через дом обитал мой корефан Андрей, дружбу с которым мы водили еще со школьной скамьи. Не редко, собравшись за кружкой пива, мы договаривались о "командировке", чтобы загрузившись в его девятку, выехать в ближнее Подмосковье, на покорение очередного объекта.
  
   Около восьми вечера пришёл вызов со знакомого номера.
   - Завтра свободен?
   - Есть предложение? - хоть сегодня и была пятница, а впереди два выходных, планов на них не было совершенно. Третий день небо, затянутое свинцовыми тучами, поливало улицы и спешащих прохожих промозглой моросью.
   - Мы приглашены.
   - Опять твои ботаники-историки?
   Недавно Андрей начал увлекаться историческим реконструированием. Эти фанаты-кулибины регулярно устраивали свои сходки, присутствия на которых до этого момента я уверенно избегал.
   - Там как раз вопрос по нашей теме.
   Я задумался. Выходить из дома в такую погоду? Бр-р, мерзость. С другой стороны перспектива два дня втыкать в экран ноута или слушать зомбоящик привлекала еще меньше.
   Получив добро, Андрей скинул мне на Viber адрес и маршрут. Да тут и не далеко было, кварталов пять.
  
   Андрей ждал меня у одного из подъездов сталинской пятиэтажки. Пожав руку, он набрал код квартиры на домофоне и, спустя несколько секунд, дверь подъезда приветливо открылась. Пока поднимались, ввёл мня в курс дела. Квартира принадлежала Игорю Викторовичу - профессору истории и археологии. Это по его просьбе меня пригласили. У них возникли некоторые затруднения технического характера, которые потребовали помощи специалистов нашего профиля.
   На пятом этаже мы повернули к двери, оббитой стареньким дерматином. Хозяин с радушной улыбкой ждал нас на пороге.
   - О, несказанно рад вашему приходу, молодые люди, - меня зовут Игорь Викторович, - сказал он, протягивая мне руку и пропуская нас внутрь своего жилища.
   - Сняв водонепроницаемые бутсы, я натянул поношенные тапочки, и в сопровождении хозяина жилища был водворён в просторный зал сталинки.
   Там уже образовалось несколько групп по интересам, что-то оживлённо обсуждая.
   Стоящий рядом Игорь Викторович провёл беглое знакомство.
   Я равнодушно скользил взглядом по незнакомым лицам. Из всего этого сброда меня заинтересовали лишь две девушки, сидящие на стульях у старого немецкого пианино.
   Катя, которая училась на истфаке, была обычной серой мышкой. А вот Вероника - студентка инъяза, сразу притягивала к себе внимание.
   - Здравствуйте девушки, - начал я, приближаясь к ним. - Мне звонили из ада, сказали, от них сбежал демон. Но я вас не выдам. Упс, что-то попутал.
   Шутка была с приличной бородой, но оказалась встречена достаточно благосклонно.
   - Я Сергей. Меня ваш профессор позвал, но что-то мне тут не комильфо. Повернулся к вам и увидел свет в конце тоннеля.
   - Юморист, - благосклонно подвела черту Катя.
   - Не, хуже, диггер.
   - Это как? - это уже Ника заинтересовалась.
   - Исследую всякие злачные и тёмные места. Пещеры, катакомбы.
   - Романтичненько.
   - Я больше по пирамидам, - заявила мышка. - Специализируюсь на древнем Египте.
   - А вы, прекрасная незнакомка?
   - Вообще будущий переводчик, - внимательно посмотрела на мня девушка васильковыми глазами. - А хобби, древние языки.
   - Эсперанто? - решил блеснуть эрудицией.
   - Почему эсперанто? - удивилась Ника. - Это агглютинативный, искусственно созданный в конце 19 века язык. Лингвистический Бейсик. Я изучаю шумерско-аккадскую клинопись, которую часто находят на месте археологических раскопок.
   - Пошли, тебя археолог зовёт, - похлопал меня по плечу, подошедший к нам сзади Андрей.
  
   На кухне стояла початая бутылка коньяка, и три бокала.
   - Сергей, - начал профессор, - у меня к вам есть небольшая просьба. Андрей кое-что рассказывал о вас, надеюсь смогу заинтересовать.
   - Весь внимания.
   - Вы слышали о Саблинских пещерах под Питером?
   - Даже был. Ездил со школьной экскурсией в восьмом классе. Скучно. А что?
   - В начале весны в одной из пещер обнаружили глубокий провал. Существует мнение, что нижний ярус может иметь археологическую ценность.
   - Допустим. А ко мне какой вопрос.
   - Понимаете, доступ вниз весьма затруднён. Нужны обученные люди, снаряжение. На всё это требуется масса согласований, времени и фондов, которые на этот год уже исчерпаны.
   Часть пещер осенью затапливается грунтовыми водами, и затопление может смыть важные следы. Если бы у меня были, хотя бы, фотоматериалы, мог бы подтянуть резервы.
   - Хм, Питер не ближний свет.
   - Дорогу и командировочные мы оплатим, не волнуйтесь. А по возвращению возможно и премию выбью.
   Предложение звучало вполне заманчиво. Даже если ничего не найдём, по Питеру погуляем за казенный счёт.
   Вернувшись, я обнаружил, что Ника уже ушла, так что задерживаться дальше не имело смыслы.
  
   Погода прояснилась только к четвергу, но синоптики в один голос утверждали, что это всёрьёз и надолго. Так что отъезд наметили на пятницу. Вечерний Сапсан за четыре часа домчит нас до Питера, а там сорок кэмэ до Ульяновки. По московским меркам - соседний двор. Так что в полночь с пятницы на субботу мы уже выходили из поезда на перрон Питерского вокзала.
  
   Выглядела наша парочка весьма колоритно, особенно на фоне сонных приезжающе-отъезжающих курортников, снующих по перрону. Два крепких парня в камуфляжных костюмах с огромными рюкзаками за плечами. На первый взгляд нас можно было принять за срочников после дембеля, только на ногах у нас вместо простой "кирзы" были удобные фирменные кроссовки, а камуфляжка оказалась пошитой по спецзаказу.
   Стоило выйти на улицу из шикарного здания, тут же нарисовались доблестные стражи правопорядка, желающие проверить документы у подозрительных лиц. Увидев московскую прописку, уныло отвалили.
   Добравшись до автобусной остановки, мы замерли в растерянности. Оказалось, ближайший автобус до Ульяновки, где находились Саблинские пещеры, будет отправляться только шесть утра.
   - И что будем делать? - сгрузив тяжёлый рюкзак на асфальт, спросил Андрей, ни к кому конкретно не обращаясь. Да уж, терять целых шесть часов совсем не радует.
   По-над бордюром за остановкой стояло несколько иномарок с характерными светлячками на крыше. Но водилы-таксисты особой инициативы не проявляли, опасливо косясь на наши огромные потёртые рюкзаки. Они и понятно, у всех в багажниках газ-баллоны, так-то туда даже один рюкзак с трудом впихнётся. Засовывать второй в салон, рискуя поцарапать и запачкать обивку, никто не горел желанием. А брать две машины - сильно накладно, в бюджет не влезем.
   - Куда путь держим, внучки? - голос, возникший из-за спины, принадлежал мужичку в годах с приличных размеров бородой.
   - Нам бы до Саблинских пещер добраться, отец, - ответил я, - вот только поклажа уж больно габаритная, в багажник не влезет.
   - В мой - влезет, - успокоил дедок. - Домчу до самого входа в пещеры, если всё устроит, и в цене сойдёмся.
   Последовав за ним, мы обогнули здание вокзала, и вышли на боковую улицу.
   - Ничего себе! - вырвалось у меня. На обочине стоял ГАЗ-21В - старая волга универсал.
   - Она еще ездит? - поинтересовался я у пенсионера.
   - Не боись, прёт как танк, - ответил тот, щелкая ручкой заднего багажника.
   В открывшееся пространство не то, что наши рюкзаки влезали, туда еще и нас самих можно было с комфортом усадить.
   - Отец, за сколько повезёшь? - спохватился я.
   - Восемьсот рубликов. Устроит?
   - А чего дорого так? - в обе стороны было меньше сотни, а цены дед заломил, прямо, московские.
   - Так вам же до пещер. До Ульяновки на полторы сотни дешевле. Но токмо учти, три дня как ливень был, и до пещер сейчас не каждая легковушка проедет.
   Экономить полторы сотни, а потом четыре километра пешком с рюкзаками на своих двоих - глупость великая. Так что ударили по рукам.
   Дед оказался жучком еще тем. Признался нам, что сам родом из Ульяновки, а в Питер подтаксовывать ездит. Выходит, он не только на нас хороший барыш получил, но и дорогу домой мы ему оплатили.
   Но денег было не жаль. Таксист оказался ценным источником информации.
   - А вы с какой целью в пещеры, да еще и в ночное время?- поинтересовался он, не отрывая взгляда от ухабистой дороги, на которую мы съехали с трассы.
   - Какая разница, там внизу постоянно ночь.
   - Так-то оно так, только как луна всходит, болтают, странное эхо по пещерам гуляет. Словно зовёт кто. Иди... Иди...
   - Куда зовёт?
   - Да кто ж его знает. Только кто ночью туда заходит, уже не вертается.
   Байки пенсионер травит. Хотя, может чего и правда слышали.
   - Если что, обращайтесь. - Сказал мужик, высадив нас в сотне метров от входа в дыру. - Третий дом от начала улицы, с зелёной крышей. Меня Кузмич зовут.
  
   Глава 2. В которой герои проникают в таинственную пещеру.

  
   У входа в пещеры горел одинокий фонарь, освещая проход в пещеры, который заряжался днём солнечными батареями. Внутри царила непроглядная тьма. Достав из боковых карманов массивные армейские фонари, мы вошли внутрь. Перед поездкой я распечатал карту местной достопримечательности, так что маршрут был заранее проложен и обговорен.
   Пройдя с Андреем несколько больших каверн в скальной породе, стены которых были изрядно изрисованы детворой. Трижды повернув налево, упёрлись в перевязанные крест-накрест широкие жёлтые светоотражающие ленты. На стене, на вбитом в породу клине, висел плакат, гласивший, что путь вперёд категорически запрещён.
   Я подкрался к напарнику со спины, и зловеще зашептал:
   - Иди... Иди ко мне...
   От неожиданности Андрюха дёрнулся всем телом, едва не приложившись головой о выступ.
   - Дурак ты, Шарапов, - он выругался, сплёвывая на пол, - Реально стрёмно тут.
   - Не сцы. Стрёмно было, когда нас три года назад в ливнёвке технологическим выбросом накрыло. А тут так, экскурсия для третьего класса под луной.
   Поднырнув под перекрестье ленты, буквально через две сотни шагов мы вышли к провалу, о котором говорил профессор.
   Провалом щель, которую мы обнаружили, можно назвать с трудом. От левой стены примерно на две трети прохода пол провалился, образуя извилистую трещину, мера полтора в самой широкой части. Я посветил вниз фонариком - глубоко, метров пять будет.
   Свалив рюкзаки на пол, покрывшийся за месяцы, пока сюда не ходили туристы, слоем каменной пыли, мы начали раскладывать вещи.
   Вбив клин с карабином, к которому цеплялся трос, в пол, я скинул его в провал, предварительно подложив на край кусок брезента, чтобы острая кромка не перетирала волокна.
   Первым вниз соскользнул Андрей. Веревка задергалась, сигнализируя, что всё в порядке. Следом нырнул и я.
   -Вот это да! - спустившись, я замер, в изумлении раскрыв рот. Похоже, не зря приехали.
  
   Дырка в полу привела нас в огромный каменный зал. Причём пещерой это место назвать язык не поворачивался. Подземное помещение имело форму относительно правильного прямоугольника. Но, самое главное, внутри были следы пребывания людей. По периметру в стенах высечены ниши, потолки которых оказались закопчены, а значит, в них когда-то стояли факелы.
   Андрей, стоял у одной из ниш, внимательно изучая палец.
   - Серёг, копоть, похоже, свежая.
   - Ну да, конечно. Вчера пришли альпинисты, пожгли спички и ушли. И главное, следов не оставили.
   Я поводил лучом фонаря равномерному слою пыли, покрывавшему пол.В центре зала лежал огромный камень, похоже, высеченный прямо из пола.
   - План альфа-прима-один.
   - Чего? - не сообразил напарник.
   - Осматриваемся, делаем профу фотки и валим. Сам видишь, ловить тут нечего.
  
   Через пятнадцать минут обшаривания стен мы обнаружили следы прохода. Издалека он сливался с окружающей поверхностью, но вблизи угадывался контур арки, наглухо засыпанный окаменевшей породой. Когда-то это могло быть проходом наружу.
   - И что это за место? - спросил Андрей, очередной раз скользнув лучом фонаря по стенам.
   - А хрен его знает. - Это может быть что угодно. От круглого стола короля Артура, до зала вождей племени имени Патриса Лумумбы. Но Игорь Викторович от этой находки будет точно в восторге.
   Спустя несколько часов мы решили сворачиваться. Повторное обследование стен ничего нового не принесло. Хотя, под слоем пыли и паутины, могли, что-то упустить.
   Отщелкав на телефон следы арки и алтарь со всех сторон, мы вернулись к пролому.
   Подъем вверх, из-за узости прохода будет затруднён. Сверху посыпалась каменная крошка, и Андрей начал медленно подниматься, стараясь не распороть комбинезон о торчащие камни.
   Я отошёл от провала, спасаясь от летящего мусора и камней.
   Сейчас, когда зал оказался погружён в полную темноту, у основания камня я разглядел едва заметное голубоватое свечение. Луч фонаря, направленный в ту сторону тут же его заглушил, но стоило погасить фонарь, голубой свет опять появлялся.
   Лишь припав к полу, мне удалось рассмотреть узкую щель у основания, высотой не толще пальца.
   Порывшись в кармане, я извлёк мультитул и, отщёлкнув самое длинное лезвие, поскрябал по стенкам ниши. В глубину она уходила от силы на ладонь. Из-под камня показался конец тонкой плетеной нити. Осторожно ухватив его двумя пальцами, медленно потянул, опасаясь, что нить сейчас лопнет. Как ни странно, годы или сотни лет никак не отразились на моей находке. В руках оказался потускневший металлический диск, около трёх сантиметров в диаметре, нитью амулета оказался тонкий, но прочный жгут, сплетённый из каких-то волокон. Судя по длине нити - амулет предназначался для ношения на шее. Сам диск представлял собой обычный расплющенный кусок металла с грубо обработанными краями. А вот каким чудом в него вплавили прозрачный камень? Именно от него и исходило свечение.
  
   Я встал на ноги и упёрся взглядом в гладкую поверхность камня. Сейчас на ней проступили странные светящиеся значки. Это не были обычные буквы и слова. Скорее, палочек и треугольников. Кажется, такое письмо называли клинописью.
   Быстро достав смартфон из нагрудного кармана, я натянул медальон на шею, что бы не мешал в руках, и заснял значки. На экране зафиксировалась лишь серая гладкая поверхность, освещённая вспышкой. Хорошо догадался проверить. Порывшись в настройках, удалось лишь отключить автовспышку. Что такое экспозиция, китайские разработчики телефонов, похоже, не слышали. То ли матрица у телефона оказалась недостаточно чувствительна, то ли программный фильтр чудил, но теперь вместо изображения был лишь чёрный экран.
   - Вот гадство, - выругался я.
   - Что там? - раздалось сверху.
   - Да, значки какие-то на камне, не могу сфоткать.
   - Ну, зарисуй...
   - Умный? У тебя блокнот есть с ручкой?
   - Откуда?
   Я начал рыться по софту. Блокнот отпадал. Был бы ноут, там хоть в ворде спецсимволы. А тут только латиница и кириллица. Наконец, был обнаружен гугловский аналог краски (имеется в виду Paint. Прим.).
   Минут через десять я закончил рисование, и убрал телефон в карман. Висюльку тоже долой, зацепится за камень, уши поотрывать может.
   А не тут-то было, словно что-то почувствовав, нить, заскользив по коже, начала укорачиваться, превратившись в тугой ошейник, плотно охвативший шею.
   - Разрезать ножом, - мелькнула мысль. - А если задушит? - подал голос здравый смысл.
   Я постоял в нерешительности и медленно убрал руку от шеи. Натяжение ослабло.
   Дурдом какой-то.
   - Сёрёг, идёшь? Давай вытравлю, - раздалось сверху.
   - Идёшь!
   Хрень какая-то...
  
   Оказалось, в пещерах мы провели не так уж и мало времени. Выбрались наружу ближе к обеду. У входа, к нашему изумлению, стояла знакомая волга. Пенсионер спокойно посапывал, развалившись на водительском сиденье.
   - Кузмич, не нас ждёшь часом? - поинтересовался я, растолкав мужика.
   - Не, не вас. - Сладко потянувшись, ответил тот. - Туристов привёз.
   - А нам бы в Питер. - Закинул я удочку.
   - Не могу, людей жду. - Он кивнул в сторону входа в пещеры. - Скоро вернуться должны. Если хотите, - он бросил взгляд на часы, - Через сорок минут маршрутка до Питера, могу подбросить до остановки...
  
   Глава 3. В которой герой пытается решить проблему с амулетом.

  
   В свою квартиру попал лишь глубокой ночью. Обратная дорога, с учётом ожидания поезда заняла больше семи часов. Я несколько раз пытался снять "украшение", но амулет каждый раз мягко, но настойчиво пресекал попытки. В итоге просто смирился.
   Сбросив рюкзак в коридоре, первым делом отправился в ванну. После ползания по пещере до сих пор пыль скрипела на зубах.
   Первой мыслью после душа было набрать профессора. Два часа ночи? Да насрать. У меня тут персональная удавка на шее. Но потянувшись к телефону, почувствовал давление на горло.
   - Ты против? - я отложил телефон, и натяжение нити ослабло.
   - А если Андрюхе?
   Я вновь взял телефон и нашёл номер приятеля. Амулет не протестовал.
   И что ему сказать? Приезжай скорее, меня душит цепочка от медальона? Даже не смешно.
   Отложив телефон на стол, я откинулся на спинку кресла. Амулет, висящий на груди, тускло светился в полумраке приглушенного света, пульсируя в такт моего сердцебиния.
   Окончательно успокоившись, я вновь взял телефон и принялся тщательно перерисовывать закорючки с экрана, в блокнот, лежащий до этого на письменном столе.
   Знаков оказалось не так уж и много, около трёх десятков. Включив ноутбук, я наудачу ввел запрос - клинописный алфавит. И подвис...
   Оказалось, клинописью, в свое время, пользовалась чуть ли не половина человечества. Тут были персы, угариты, шумеры, аккады. От однотипных значков у меня быстро начало рябить в глазах. Как их расшифровывать, вообще не понятно.
   Дождавшись утра, так и не сомкнув глаз, я отправил сообщение Андрею, с просьбой узнать номер телефона Вероники.
   Через полчаса пришёл ответ, с пожеланием удачи.
   Кто о чём...
   Сфотографировав свои рисунки, я отослал их девушке с просьбой попытаться расшифровать.
   Через пятнадцать минут тренькнул телефон. Я с опаской просунул палец под нить и принял вызов.
   - Алло, а кто это? - Звонила Ника.
   Упс, сообщение скинул, а не представился.
   - Ника, это Сергей-диггер. Мы у профессора познакомились несколько дней назад.
   - А... Понятно. - Потянула она.- Ну, и что за каракули ты прислал?
   - Вообще, думал это клинопись. Ты вроде увлекаешься её изучением?
   - Да уж, судя по всему, ты старался, но до исходника твоей копии далеко. Попробую, жди.
   Из трубки раздались короткие гудки отбоя. Я выключил телефон и поплёлся на кухню. Организм, утомлённый поездкой и бессонной ночью требовал изрядную порцию кофеина.
   Похоже, я заснул прямо за кухонным столом. Из забытья вывел разрывающийся телефон. В недоумении уставился на полную чашку кофе, который давно остыл, и потянулся за трубкой.
  
   - Знаешь, - раздался из трубки весёлый голос, - а ты, оказывается, большой оригинал. Это самое странное приглашение на свидание, которое мне делали.
   - Непонял?!
   - Да ладно, я согласна. Хоть ты не совсем в моём вкусе, я оценила старание.
   - Вот сейчас опять не понял! Ника, ты вообще о чём?
   - Сергей, не тупи, я о твоих каракулях.
   - А что там написано?
   В трубке возникла неловкая тишина.
   - То есть, ты не знаешь как расшифровываются твои надписи?
   - Я в шоке с твоей проницательности, - съязвил я.
   - Да-а? Хм. Ладно, поверю на слово. - Немного разочаровано ответила девушка. - Сейчас, слушай.
   Послышался шелест бумаги.
   - "Я укажу тебе путь, где соединятся осколки души". Или как-то так. Понимаешь, в клинописи для верной расшифровки важны длинна линий и промежутки...
   - Ника, ты сейчас свободна?
   - На фитнес собиралась, а что?
   - У меня есть еще один вариант надписи, который я переписывал с исходника. Если ты скажешь, какие значки вызывают сомнения, я попытаюсь вспомнить. Это очень важно... Пожалуйста.
   Да? - в голосе девушки звучало сомнение. Окей, пиши адрес.
  
   - Ну?
   Ника встретила меня на пороге квартиры в потёртых джинсах и застиранной футболке. Но при полном марафете. Губки накрашены, глазки подведены.
   Я выложил блокнот и телефон с рисунком на стол. Девушка принесла несколько тетрадей, и мы начали сравнивать.
   - Да нет, вроде всё верно, - оторвавшись от записей, вынесла она вердикт. - А чего такая срочность?
   - Это звучит невероятно, но он живой, - сказал я, расстёгивая верхние пуговицы, обнажая амулет, висящий на груди. Сейчас нить была обычной длины. - Вот, попробуй его снять с шеи.
   Ника пожала плечами и сняла амулет, держа на вытянутой руке, любуясь игрой света в камне.
   Я осторожно снял амулет с руки и, порыскав взглядом по квартире, двинулся на негнущихся ногах в сторону ванной. Если он еще и не светится, придётся признать, что у меня были очень реалистичные галлюцинации.
   Девушка с интересом проследовала за мной.
   Едва за нами закрылась дверь, комнату наполнил пульсирующий свет.
   - Ух-ты. Красиво.
   Пальцы Ники легли на амулет, соприкоснувшись с моими.
   Едва она прикоснулась к металлу, яркость свечения начала резко возрастать. От последовавшей вспышки яркого чистого голубого света пришлось зажмуриться.
  
   Глава 4. Ардия.

  
   Амулет, за который мы всё еще держались, перестал испускать свет. Так что вкруг опустилась кромешная тьма.
   Мы стояли в центре пещеры, у камня, на котором догорали светящиеся письмена.
   - Где мы, - испуганно прошептала Ника.
   Я ощутил легкое дуновение ветра, принёсшего запах дыма.
   В темноте нащупал руку девушки, крепко ухватил её. Второй рукой достал из кармана телефон и включил фонарик.
   - Твою ж... , это как???
   - Мы где? - пискнула Ника.
   - Т-сс. Это провал в Саблинских пещерах, если тебе это что-то скажет. Быстро в угол, сюда кто-то идёт, - со стороны заваленной арки поползли тени, послышали звуки шагов и голоса.
   Проход осветился, и в комнату друг за другом вошли четыре человека в одинаковых серых балахонах. Двое держали древка, на концах которых горело сильно чадящее пламя, отбрасывающее от окружающих предметов и людей причудливые тени. Воздух наполнился запахом кипящей смолы.
   Тем временем процессия приблизилась к алтарю. В тусклом свете факелов с трудом удавалось разглядеть лица. Двое пришлых опустились по обе стороны камня на колени, поставили на него миски, появившиеся в руках, и затянули монотонный речитатив. Смысл их слов был мне недоступен. Но Ника, видимо, что-то поняла, поскольку я почувствовал, как её ногти впиваются в мою ладонь. Пение внезапно оборвалось, и, оставив посуду на камне, серые балахоны покинули пещеру.
  
   Я с шипением выпустил воздух из груди и начал отдирать от себя руку Ники.
   - Ой, прости. Я не специально. - Я почувствовал, как моя ладонь освобождается от захвата.
   - Ты поняла, о чем они пели? - спросил я девушку.
   - Это не песня, а молитва, по типу псалмов. Я не всё разобрала, но суть уловила. Они обращались к богине Аштар, с просьбой прислать своих воинов, которые защитят их народ от тьмы.
  
   Серёж, а как мы здесь оказались? И что это за место?
   - Хороший вопрос, и ответ на него ты знаешь. Меня больше волнует в когда нас занесло? Когда там жили шумеры?
   Я снова включил фонарь на телефоне, осматривая пещеру.
   - Шесть или семь тысяч лет назад. - прошептала девушка. -Ты хочешь сказать...
   Нику начала бить мелкая дрожь.
   - Как ты там говорила? Я укажу тебе путь...
   Приблизившись к алтарю, я посветил в пиалы. Какая-то густая тёмная жидкость. Ткнув пальцем в содержимое, поднёс к губам.
   - Хм, похоже, кровь.
   Над плечом послышалось прерывистое дыхание.
   - Они что, кого-то убили? - спросила Ника, с ужасом рассматривая содержимое мисок.
   - Нет, блин, купили кровь на станции переливания, - усмехнулся я.
   - Дурак. - Я почувствовал, как острый кулачок впился мне в бок. Но, похоже, глупая шутка немного разрядила обстановку, и женской истерики удалось избежать.
  
   Спустя полчаса мы вновь стояли у алтаря, и я вполне уверенно мог сказать, что занесло нас в глубокую задницу. Вывод напрашивался из достаточно очевидных фактов: трещины в потолке, через которую мы с Андреем проникли в пещеру, не было и в помине. Зато был функционирующий проход, который в прошлый раз оказался наглухо замурован. Кроме того еще несколько мелочей в виде свежей копоти, застывших капель смолы и кровавых подношений говорили сами за себя.
   - Пошли, надо выбираться.
   Пока я осматривал зал, успел выложить Нике всю историю, начиная со злосчастного разговора с профессором на кухне. Поверила или не, не знаю, но сложно не повить в то, что видел собственными глазами.
   По лестнице, которая закручивалась широкой спиралью вверх, мы выбрались почти на самую верхушку высокого холма.
   Перед нами во всей своей красе раскинулась дикая природа. Гору со всех сторон окружали участки ровной земли, пару километров в каждую сторону, заросшей густой травой. Дальше луг обрывался, переходя в древний лес. Даже не смотря на приличную высоту, на которой мы сейчас находились, верхушки исполинских деревьев закрывали линию горизонта. Интересно, мелькнула мысль, мы вообще на земле? А вдруг этот мир - перевалочная база, посещаемая, похитившими нас пришельцами, лишь изредка.
   Вниз по наружному склону, от того места, где мы вышли наружу, вела узкая тропинка, делая несколько оборотов вокруг, прежде чем спуститься к основанию. Оно и логично. Склоны довольно крутые, и срезать путь я бы не рискнул.
   Придерживая девушку за руку, я начал спуск. Преодолев четверть оборота, заметил вдали удаляющихся всадников. Они приближались к краю луга. Прошло пару минут, и всадники скрылись из вида, углубившись в лес. По крайне мере теперь понятно, куда идти.
   Оказавшись у подножия, мы обнаружили небольшую утрамбованную площадку со свежими следами подков. Тропинка, по которой проехали люди в серых балахонах, прямой ниткой вела от горы к подножию леса.
   Сверху расстояние казалось не большим, но теперь, при взгляде с земли, пропорции несколько изменились. Я склонен думать, что до ближайших деревьев первоначальный путь можно смело удвоить, а то и утроить.
   Солнце пекло немилосердно. Тут, как и дома, был разгар лета. Очень хотелось пить, но вокруг не было и намёков на источник живительной влаги.
   - Вот какого ты ко мне поперся? - спросила Ника, когда спустя несколько часов мы обессиленные рухнули на землю, устроив привал в тени первых деревьев.
   - Это гипотетический вопрос, или тебя интересуют мои мотивы?
   - Скорее гипотетический, но всё же.
   - Во-первых, ты красивая, - начал я.
   - Прогиб засчитан, - вяло улыбнулась девушка, - но отмазка так себе, на троечку.
   - Согласен. Кроме этого ты единственная из знакомых, кто изучает клинопись.
   Ника открыла рот, собираясь сказать очередную колкость, но, видимо, умных мыслей не нашлось, и она лишь махнула рукой.
   - Сама дура, - тихо пробурчала она.
  
   Путь мы возобновили лишь через пару часов, когда палящая жара начала понемногу спадать.
   - Далеко еще идти? - спросила Ника.
   - Не думаю. Не похоже, что те, кто приезжал в пещеру, везли с собой запасы провианта. Поэтому как минимум до перевалочной базы не должно быть особо далеко.
   Я оказался прав. Когда начало темнеть, лес закончился и между стволов показался луг. А за ним обычная лесопосадка. Там виднелись признаки присутствия людей. Горели костры, от которых струйки дыма поднимались над горизонтом. И на этих кострах, возможно, готовят сейчас пищу. При мысли о еде рот наполнился слюной.
   По мере приближения всплывали детали. На деревню это не было похоже. Скорее - палаточный городок. Несколько десятков купольных палаток по типу монгольских юрт разнообразных размеров и расцветок стояли в хаотичном порядке. В центре лагеря были видны отблески огня, на фоне которого различались суетящиеся фигуры людей.
   Внезапно густая трава вокруг нас зашевелилась, и в одно мгновение мы оказались окружены оголёнными по пояс воинами, вооружёнными короткими топорами и ножами. Я поднял руки в универсальном жесте, готовясь к переговорам, когда мой затылок обожгло болью, и меня накрыло темнотой.
  
   Придя в себя, потянулся рукой к затылку и, морщась от боли, нащупал там огромную шишку. Интересно, чем меня так приласкали. Спасибо, хоть голову не пробили. Я осмотрелся. Юрта довольно вместительная, из обстановки лишь шкуры животных, разбросанные по полу и стойка с оружием, сейчас почти пустая. Свет исходит от парящего под куполом шара. Только никаких проводов, ведущих к нему из потолка, рассмотреть не удалось. Но это совершенно не мешало ему светить как трёхсот ваттный прожектор.
   С улицы слышались звуки размеренной лагерной жизни. Не в смысле зоны, а обычного скаутского или военного городка. Уж я-то их наслушался за время службы в армии. Кто-то перекрикивался, был слышен звон металлической посуды. Совсем недалеко от палатки вёли беседу. Смысл уловить не мог, долетали лишь отдельные слова.
   Подобравшись к краю, я выглянул за полог.
   В десятке метров от выхода, на тщательно расчищенном участке земли, догорал костёр.
   Вокруг него сидели мужчины, потягивая что-то из кожаных фляг. Языков пламени уже не было, но угли тлели достаточно ярко, что бы можно было рассмотреть лица.
   Будем мыслить рационально:
   Судя по антуражу, нас занесло в глубокое средневековье. Всадники, передвигающиеся на лошадях, полуобнажённые воины с примитивным оружием, шкуры эти. Хотя, стоп! Я взял в руки свободный край полога и впился в неё взглядом. Ткань, прихваченная по свободному краю оборкой, напоминала брезент. Отошёл в центр, где на высоте пары метров висела "лампочка". Для успокоения совести даже поводил вокруг руками. Электропроводки не обнаружилось. Шар, игнорируя все известные законы физики, просто парил в воздухе. Прикасаться к нему не рискнул. Похоже, со средневековьем я поторопился.
   Ладно, мыслим дальше. Я жив, относительно цел, и даже не связан. Значит, убивать меня тут пока никто не собирается. Зачем вырубили? Да может у них традиция такая. Часовой тоже по инструкции вначале стреляет, потом фамилию спрашивает.
  
   Ткань платки раздвинулась, и внутрь вошёл мужчина.
   Я с уважением оглядел мощную фигуру. На загорелом мускулистом теле в глаза сразу бросались белые полоски старых шрамов. На широком поясе брюк, которые оказались единственным предметом одежды посетителя, висел чехол с большим охотничьим ножом. Не для работы, скорее дело привычки.
   Мужчина окину взглядом пространство палатки и с интересом уставился на меня оценивающим взглядом.
   Чего пялится? Я не девушка на выданье.
   - Голова не болит?
   Я пожал плечами.
   - Никак нет. - Что-то мне подсказывало, что человек напротив явно не штатский. Может колючий пронзительный взгляд, может поджарая походка. У нас так ходят некоторые силовики-профи. Идёт, а сам как пружина, готовая сработать по первому знаку.
   - Служил? - явно заинтересовался тот.
   - Было дело.
   Вначале замели в пехоту, и копать бы мне окопы от восхода до самого дембеля. Да только кто-то в руководстве роты обратил внимание при составлении отчёта на выпадающие из общей массы цифры нормативов.
   А я что. Их полоса препятствий - только задники от тапочек смешить. Попрыгали бы они с моё по развалинам. При нормативе в два двадцать, я её делал за минуту пятьдесят. Общефизическая подготовка: подтягивания, приседания, кросс - тоже с отрывом. Да и конкуренты кто?. Взвод целиком сформировали из отчисленцев, решивших сменить ручку с конспектами, на сапёрную лопату. Вызвал меня комбат и говорит - "В воздушно-десантные пойдёшь?". Почему бы и нет. Там и кормят посытнее. А что "махаться" особо не умел - так там быстро научили.
   - А вы кто, и где мы? - задал я давно наболевший вопрос.
   - Это Аранский лес. Меня зовут Искер. Я командир отряда, который по распоряжению совета Академии, направили наблюдать за храмом. Говорят, несколько месяцев назад ритуал провели, весь совет выезжал, и теперь опасаются, как бы оттуда всякая дрянь не полезла.
   - Что за ритуал? - заинтересовался я. Храмы и ритуалисты - это уже серьёзно. Сектанты - люди непредсказуемые, и зачастую, весьма опасные. И не стал ли этот таинственный ритуал причиной нашего появления.
   Понятно, что между комнатой под пещерами, амулетом, и местным храмом, который оказался полной копией нашей находки, не может не быть связи. Тем более и хронология совпадает. Провал тоже обнаружили несколько месяцев назад.
   В голове начала выстраиваться логическая цепочка, которая объясняла многие странности.
   Если честно, ни хрена она не объясняла. Хоть убейте, не могу понять, как из ванной в квартире девушки, мы оказались внутри горы. А главное - почему.
   - Подробностей не знаю. Ожидают приход Посланника, которого мы должны сопроводить в Академию. Каждый день туда выезжает группа посвящённых, к обеду возвращаются. А мы следить должны, можно подумать, других дел нет.
   - Я вот только в толк не возьму, - продолжил он. - Откуда вы взялись. Вы же со стороны леса пришли, а с той стороны пути нет. Только храм, а дальше, за деревьями, топи. Да и одеты вы странно. - Он подозрительно прищурился.
   Против фактов не попрёшь. Придётся колоться, в смысле, признаваться.
  
   - Мы у алтаря появились. Потом по склону спустились. Когда спускались, вижу, всадники вдалеке в лес въезжают. Мы за ними двинулись. Так сюда и вышли.
   - Погоди, если я правильно понимаю, вы появились внутри того храма? И... Выходит, это из-за вас мы уже третий месяц тут торчим?
   - Не знаю, что у вас выходит, - проворчал я, - а мне послезавтра на работу.
   - Мне нужно срочно отослать сообщение в академию. Как же не вовремя они уехали.
   "Они", я так подозреваю - четвёрка в балахонах.
   - Э-э, - окликнул я мужика, который почти вышел из палатки. - А у вас тут вообще кормят? - У меня сутра крошки во рту не было, кишки еще с обеда марш играют. Скоро сам себя переваривать начну. - И где девушка, которая пришла со мной.
   Он на секунду обернулся, потом махнул рукой, мол, не до тебя сейчас, и исчез.
   Не, ну нормально?
   Я вылез из палатки и приблизился к сидящим у костра.
   - Мужики, есть что пожрать?
   - В котле глянь, - ответил один из них, даже не повернувшись в мою сторону, махнув рукой в сторону одной из палаток, над которой вился дымок.
   Упрашивать дважды не пришлось. Подгоняемый болезненными спазмами в животе, я буквально ворвался внутрь.
   - Вот тебе-на! Картина Репина "Приплыли".
   На циновке, у огромного котла, держа на коленях внушительных размеров тарелку, сидела Ника и усердно работала ложкой.
   -Здрасьте. - Она помахала мне ложкой, и вернулась к прерванному занятию.
   Я забегал глазами.
   - В углу, под полотенцем, - подсказала девушка, догадавшись о моих затруднениях.
   Вооружившись миской с ложкой, я наложил оставшейся в котелке каши, и пристроился рядом.
   Щедро сдобренная маслом крупа, напоминавшая по вкусу пшеничную, с нежным разваренным мясом, буквально таяла во рту, так что какое-то время тишину нарушал лишь стук ложек по дну быстро пустеющей посуды.
   - Тебя не обижали? - спросил я, заметив, что миска у Ники опустела.
   - Нет. Привели в лагерь, затолкали в палатку, и забыли.
   Я пересказал ей свою версию событий.
   - Считаешь, по вине тех, в балахонах, мы оказались тут?
   - Я, конечно, не аналитический отдел, но, посуди сама. Несколько месяцев назад местные "посвящённые", как назвал их Искер, замутили ритуал в пещере под горой. Примерно в то же время в Саблинских пещерах, которые под Питером обнаруживается возникший на ровном месте провал в полу. Мы с Андреем обнаружили там точную копию храма, в котором появились с тобой под землёй. Только, как бы это сказать, он уже был сильно б/у.
   Тот амулет я вытащил из ниши под алтарём.
   Снаружи послышались крики и беготня. Отставив опустевшую миску, я выглянул из палатки.
   Посреди поляны мерцал большой светящийся круг, сплюснутый по бокам. Догадаться, что это портал - большого ума не надо. Возле него спокойно стояло несколько человек в мантиях, а жители лагеря носились как наскипидаренные.
   - Вот же он!
   Все взгляды устремились в сторону походной кухни.
   - Ника, подъём. Похоже, это за нами, - крикнул я внутрь палатки, и оттуда показалась голова девушки.
   Нас буквально втолкнули в арку, следом прошли люди в балахонах.
  
   Смена окружающей обстановки оказалась настолько неожиданной, что я на мгновение замер, отчаянно вращая головой. В спину врезалась Ника, выпрыгнувшая из портала, заставив сделать меня шаг вперёд. Из-за спины раздался восхищенный вздох.
   Мы находились в просторной светлой зале, отделанной белым мрамором. Он был везде - на стенах, на полу, на потолке. В комнате не обнаружилось ни одного окна, лишь арка выхода, ведущая в коридор, возле которой стоял самый обычный письменный стол. За ним, откинувшись на спинку кресла, сидел пожилой мужчина, исполняющий, по всей видимости, функцию вахтёра, и увлечённо листал пухлую потрёпанную книгу.
   При нашем появлении тот лишь на мгновение оторвался от страниц, окинув нашу процессию равнодушным взглядом.
  
   - Следуйте за мной, - приказал один из сопровождающих.
   Выйдя в коридор, мы проследовали через анфиладу комнат, с многочисленными дверями. Подойдя к очередной, человек в балахоне распахнул её, пропуская нас внутрь.
   Помещение уступало по размерам зале, в которой мы появились, но маленьким я бы его не назвал. В центре комнаты стоял длинный массивный стол, покрытый витиеватой резьбой. По его обе стороны выстроились в ряд не менее массивные стулья. Еще один стул, чуть более массивный, стоял во главе стола. Как и в предыдущем помещении, окон здесь не было, хотя вся комната была равномерно освещена. Я покрутил головой, в поисках источников света, но так и не обнаружил их. Казалось, свет струится прямо из стен и потолка. Поскольку изучать тут было особо нечего, мы устроились на неожиданно мягких стульях, оказавшихся поближе к нам.
  
   Откинувшись на спинку стула, попытался хоть как-то разложить случившееся по полочкам, но мозг старательно буксовал. Слишком много впечатлений. Еще утром я пил кофе в собственной кухне, а сейчас сижу тут, и пытаюсь угадать, что нас ждёт впереди. Ника, судя по отсутствующему взгляду, вообще находилась в состоянии прострации.
   Дверь приоткрылась, и в комнату вошёл энергичным шагом очередной мужчина в мантии.
  
   И это Посланники, изумился Иллар, обнаружив в зале для аудиенций парня и совсем юную девушку. Неужели ради этого он собрал целый круг магов, потратил кучу бесценных ингредиентов. Маг недавно занял место главы Академии, и далеко не всем его назначение пришлось по нраву. Сейчас дай только повод, и недоброжелатели слетятся как вороньё на запах падали. Академия уже давно начала сдавать свои позиции, и решившись на такой рискованный шаг, активировав древнее заклинание призыва божественного Посланника, Иллар надеялся доказать, что маги всё ещё грозная сила, без которой люди не в состоянии сами решать свои проблемы.
   Он еще раз окинул сидящих у стола пришлых пристальным взглядом. Девушка - обычный белый маг. Причём достаточно слабый. Аура парня была куда насыщеннее. Хороший потенциал, возможно, со временем, дорастёт и до уровня мастера. Только странная она какая-то, пульсирующая.
  
   - Я не буду вдаваться в подробности, как вы сюда попали, - наконец начал человек, до этого несколько минут сверливший нас взглядом. - Скажу лишь, что это стало результатом одного могущественного заклинания. Вернуть вас назад невозможно. Что касается вашей дельнейшей судьбы. - Он ненадолго задумался, - у вас у обоих есть магические задатки, так что рекомендую остаться в стенах академии.
   - Не поняла, он сказал, что мы маги? - шепнула Ника мне на ухо.
   - Сам в шоке.
   - Я понимаю, что вы устали, и сейчас не способны принять взвешенное решение. Так что я сейчас распоряжусь, что бы вас разместили в наших стенах, а завтра вернёмся к этому разговору.
  
   Не знаю как девушка, а я уже вторые сутки бодрствую и настолько вымотался, что готов хоть на коврике устроиться. Держался из чистого упрямства.
   Нас провели по веренице лестниц и анфилад. Оказавшись в комнате, углядев кровать, даже не раздеваясь и не раскладывая постель, я нырнул в сладкие объятия Морфея.
  
   Мне снился странный сон. Я плыл в голубом тумане. Он был везде, куда ни падал мой взгляд. То накатывал ласковыми волнами, то закручивался вокруг яростным потоком. Потом появились голоса. Они шептали, но слов разобрать не получалось. Впереди, сквозь мерцающую дымку проступил овал лица. Вначале размытые черты превратились в образ прекрасной девушки. Она ласково улыбалась, а в глазах играли смешинки. Пытался догнать, но она внезапно растаяла, рассыпавшись мерцающими огнями. Образ проступил вновь, но теперь у девушки, почему-то, было лицо мамы.
   - Ты так похож на своего отца, - шептали её губы.
   Странно. Я никогда не знал, кто был моим отцом, а мама на мои вопросы лишь отмалчивалась и грустно улыбалась.
   Мама исчезла, а меня подхватило течением, и понесло вверх. Всё быстрее и быстрее, туда, где сквозь призрачную дымку мерцали звёзды.
  
   Проснувшись, я какое-то время лежал с закрытыми глазами, пытаясь удержать остатки сна. Потом встал с кровати и сладко потянулся. От вчерашней усталости не осталось и следа. Возле входной двери обнаружилась еще одна, ведущая в ванну. Вдоволь наплескавшись под тугими струями, я, фыркая, вывалился в комнату.
   На кровати, в белом махровом халате сидела Ника, подобрав ноги под себя. Судя по влажным волосам, она тоже недавно из душа.
  
   Вскоре нам принесли в комнату еду, а после лёгкого завтрака вновь сопроводили в зал, где уже дожидался вчерашний маг.
   -Ну, что решили?
   За завтраком мы с Никой уже обсудили ситуацию. Вариантов было не много. Да и стать магом возможность выпадает не каждый день.
   - Мы согласны с вашим щедрым предложением, но у меня один вопрос. Кто будет оплачивать угощение?
   - Хороший вопрос и правильный, - улыбнулся мужчина. - Обучение стоит дорого и не все его могут позволить. Те, у кого есть возможность его оплатить, после выпуска вольны заниматься, чем им вздумается, отдавая десятую часть своей прибыли. Но, не всем обучение по карману, и таких в этих стенах достаточно много. Их пребывание оплачивается из фондов. Есть даже стипендия. Но после выпуска, в течение пятидесяти лет они обязуются возвращать до половины своих доходов. Хотя, есть возможность этот долг уменьшить. Чем лучше результаты учёбы и выше достижения, тем потом сумма налога меньше. Раз вы будите обучаться в наших стенах, придётся пройти аттестационную комиссию, которую назначу в ближайшие дни. А пока, вас немного введут в курс дел.
   Маг покинул комнату, а вместо него появился наш лектор.
   Тот со скучающим видом начал излагать основы магии, видимо являющиеся прописными истинами. Но мы с Никой слушали с открытыми ртами.
  
   Первое. Магия здесь не являлась каким-то сверхъестественным даром. Скорее, это был просто талант. Врождённая способность манипулировать силой. Как музыкальный слух. Он либо есть, либо его нет. Способность к магии не передавалась по наследству, хотя в семье магов шанс появления магического таланта, считалось, был выше. А так, даже в семье деревенского рыбака мог родиться достаточно сильный маг.
   Второе. Потенциал мага закладывался при рождении. Его нельзя раскачать, как мышцы в тренажёрном зале. Он мог немного возрастать, но очень медленно, с годами усердных тренировок и медитаций. Но потенциал в магии - далеко не самое главное. Куда больше решало мастерство - способность контролировать потоки, рассчитывать связки плетений.
   Третье. Вся магия имела чёткое деление на школы. Здесь оказалось всё не просто. Работа с каждой стихией требовала от мага особой энергетической настройки. Ближайшая аналогия - бегуны. Есть спринтеры, есть марафонцы. Но никогда спортсмен не сможет одинаково хорошо бегать и на длинные, и на короткие дистанции. Хочешь достичь мастерства - будь добр, сосредоточься на чём-то одном. Только сильнейшие маги могли работать с двумя-тремя стихиями.
   В конце мы научились базовому контролю и создали по простейшему бытовому плетению - светлячку. У Ники над макушкой завис весёлый огонёк, величиной со спелый абрикос. Мои успех оказались поскромнее. После нескольких неудачных попыток шарик появился, но оказался едва больше ногтя большого пальца. Потрепыхавшись пару минут, переливаясь всеми цветами радуги, он с печальным хлопком исчез.
  
   ///
  

   Аттестацию назначили на следующий день.
   Нас привели в небольшую комнату, где за столом сидело несколько человек - деканы факультетов. Возглавлял комиссию глава академии, мастер Иллар, тот самый маг, с которым мы беседовали по прибытию в Академию.
   Задания были по местным меркам простейшими: зажечь несколько светлячков - это на уровень контроля, зажечь свечу на расстоянии - контроль стихии огня, потушить свечу - дружба с воздухом.
   Ника, решившая идти первой, справилась со вступительным экзаменом замечательно. Зажгла два огонька, заставила вспыхнуть свечку, а когда гасила, не рассчитала, и свеча не только погасла, а кувыркаясь, улетела с постамента. Недолго посовещавшись, комиссия порекомендовала девушке отдать предпочтение воздушной стихии. Ника была на седьмом небе от счастья. Настал мой черёд.
   У меня с самого начала не заладилось.
   Светляк, как и вчера, получился один, мелкий и разноцветный. С такими способностями не огни над городом зажигать, а на детских утренниках фейерверки пускать. На втором испытании реабилитировался, воспламенив фитиль всего со второй попытки. А вот погасил почти сразу. Ключевое слово почти. Свеча вроде погасла, но едва я облегчённо перевёл дыхание, язычок пламени весело взметнулся вверх.
  
   - Серёж, не расстраивайся, - утешала Ника, - бывает, переволновался.
   Перпендикулярно, если честно. Не понимаю, из-за чего весь сыр-бор. Ну, оказались у меня способности к стихиям весьма посредственными, так их несколько дней назад вообще не было. Напрягло только, что по решению комиссии, придётся пыхтеть на факультете лечебной магии. В молодости сбежал из медицины, так тут вляпался.
  
   После экзамена послали оформляться в общежития, всучив листочки с ордерами на поселение. Они оказались разными для каждого факультета: у Ники голубой, у меня - белый, по цвету, символизирующему стихию. Здание, где жили воздушники обнаружилось разу, по характерной раскраске стен. Обитель местных эскулапов пришлось поискать, он обнаружилось в противоположном конце огромной территории Академии, за библиотекой. Коменданта я застал в коморке на первом этаже, отдав ордер, взамен получил ключ от комнаты.
   По стечению обстоятельств, номер на бирке ключа оказался такой же, как номер на двери моей квартиры - "646". Не смотря на стенания коменданта о жутком перенаселении в его вотчине, коридоры встретили меня гробовой тишиной и пустотой.
   - На лекциях все, - подумал я.
   Дойдя до заветной комнаты, сунул ключ в замочную скважину, но дверь оказалась не заперта.
   Я вошёл внутрь. Вполне уютно. Комната напомнила мне общежитие в университете. Две кровати по-над стенами, по центру письменный стол, прикроватные тумбы. Только в отличие от университетской общаги места тут побольше, кровати получше, на полу не зашарпанный линолеум, а мягкий ковер, и удобства в номере, а не в конце коридора.
   На одной из кроватей лежал тощий субъект со всколоченной шевелюрой и листал книгу.
   - Добро пожаловать на борт команды неудачников, - заявил он, заметив белый листок ордера в руках.
   Я молча прошёл к свободному койко-месту, скинув ботинки, растянулся на мягкой кровати, уставившись в потолок. Вещей у меня с гулькин нос, только то, что было на мне в момент перехода. Так что, считай, обустроился.
   - Я Финнервальд, - вещал сосед, - можно просто Финн.
   - Серж.
   Мой сосед что-то бубнил, но его словесный поток пролетал мимо моего внимания.
  
   А чего я собственно развалился и трещины на потолке рассматриваю, удивился я собственной не любопытности. Считай, вокруг Terra Incognita, а я булки расслабил.
   Финн, наконец, обнаружив в моём лице благодарного слушателя, заливался соловьём.
  
   Ника

   Общежитие казалось вымершим, но как пояснил комендант, сейчас каникулы, так что студенты начнут съезжаться через неделю-полторы. В комнате обнаружился вполне цивилизованный санузел, так что полчаса я нежилась под горячими струями, смывая усталость.
   Вся эта история с перемещением - как обухом по голове. До сих пор в мозгах не укладывается. После того, как едва не ослепнув, я перенеслась в затхлую пещеру, события закрутились сплошным калейдоскопом. Суета последних дней воспринималась, словно в тумане. Только сейчас, сидя на кровати, рассматривая вычурный рисунок на ковре, удалось хоть немного собраться с мыслями.
   Встряла в дикую историю. Чужой мир, чужие люди, смутное будущее. Но меня почему-то это не пугало.
  
   Сергей

   Оказалось, вступительные экзамены прошли еще в начале лета. Почти все разъехались по домам. Кто отдыхать, кто искать недостающие на учёбу деньги.
   Пока комнаты пустуют, но через неделю здесь будет не протолкнуться. Это год оказался необычайно щедрым на поступающих, но очень многие, как и я, показали посредственные результаты, так что на нашем факультете ожидался демографический взрыв.
   - Нет повести печальнее на свете, чем быть на медицинском факультете, - выдал сосед.
   Что-то подобное я уже слышал, хотя, немного в другой интерпретации.
   В чём-то он прав. Я уже уяснил, что лекарское дело - не самое перспективное занятие. Дело не в том, что умение лечить наложением рук никому не нужно. Еще как нужно. Особенно в дальних приграничных гарнизонах, где получить арбалетный болт в пузо так же легко, как нагоняй от начальства. И люди здесь болеют как везде. Да только лекарей последнее время развелось больше, чем желающих полечиться. И дипломированным эскулапам всё чаще приходилось искать подработку в мастерских и на мануфактурах, целыми днями сгорбившись за столом, за копейки подзаряжать бытовые амулеты.
  
   С Никой за неделю пересёкся лишь несколько раз, да и то в столовой. Хотел сходить в гости, но так и не нашёл повода. Так и не успев сблизиться, мы разбежались по разным уголкам Академии.
   За неделю вынужденного безделья излазил всю территорию вдоль и поперёк. Заглянул даже в библиотеку, получив небольшую стопку книг, тут же забросив их в дальний угол комнаты. У меня и в институте особой тяги к знаниям не было, а тут и подавно.
   От того же безделья тряхнул стариной и решил вспомнить давно заброшенные занятия по медитации. Погружение в транс - хороший способ расслабиться и снять стресс, которого последнее время хватало. Сидя на полу, слушая тишину, Финн куда то убежал и не отвлекал болтовнёй, я медленно погружался в состояние контролируемого сна. Меня окружал молочный туман, пульсирующий в такт сердцебиению.
   Внезапно передо мной появилась девушка из недавнего сновидения. Приблизившись, она положила ладонь мне на грудь, и наши глаза встретились. Я словно нырнул в бездонный омут, смутно ощущая нарастающую тяжесть в теле.
  
   Открыв глаза, обнаружил себя лежащим на полу. Почему-то пекло в груди и болело правое ухо. Рванув ворот рубах, обнаружил на том месте, где раньше болтался амулет, ожог характерной формы. Сам амулет словно растворился. Мистика. Ухом это я уже сам об кровать приложился, похоже.
   Потирая опухшую часть тела, поискал взглядом, из чего бы сделать холодный компресс. Серёг, не тупи, ты доктор или погулять вышел. В углу стояла стопка книг из библиотеки. Пролистав несколько, обнаружил заклинание малого лечения.
   Малое лечение: Используется для лечения поверхностных ран, ушибов, ссадин, ожогов и прочих мелких травм. Контактное заклинание. Требуется наложение рук.

   Дальше шёл текст с самим заклинанием. Никаких пасов не требовалось. Прикладываешь руку к нужному месту, говоришь нужные слова и пациент здоров.
   Когда вернулся Финн, я как раз долечивал ожог. Хорошо, разглядел, что при лечении себя любимого контакт не нужен, только представляешь, куда направлять воздействие. А то б картинка вышла занятная. Стоит посреди комнаты полуголый мужик, и гладит себя во всех местах.
  
   Утром я проснулся от постороннего шума. Выглянув в дверь, обнаружил, что общежитие превратилось в растревоженный муравейник. В коридоре суетились вернувшиеся студенты, создавая такой трам-тарарам, что о продолжении сна можно и не мечтать. Натянув кроссовки, вышел в оживший коридор. Оу, да тут гарем какой-то. Вокруг суетилась куча местных красоток. Интересно, тут все девушки такие, или страшненьких отсекаю при приёме. Немного припухнув от обилия фотомоделей, я спустился в парк для привычной пробежки. Когда вернулся, суета уже улеглась.
  
   В столовой оказалось неожиданно людно. В глазах зарябило от разноцветных нарядов. Ношение студенческой мантии было обязательным в стенах академии. По ней можно легко понять, на каком факультете учится будущий маг. Белая накидка - лечебная магия, алая - факультет огненной магии, голубая - воздушники. В чёрных мантиях ходили преподаватели. У тех цвет стихии определяли по цвету капюшона.
   Я с трудом пробился к стойке, что бы урвать свою порцию.
   За одним из столов заметил Нику с компанией, с которой обменялся приветственными кивками. Подходить не стал, свободных мест всё равно не было. Заметив освободившийся столик, протиснулся к нему.
  
   - Тут занято, вали!
   Напротив меня три пустующих стула оказались заняты парнями в красных накидках. Судя по возрасту - последние курсы.
   - Риз, похоже, нас плохо слышат, - заржал один. - Или ноги отнялись от страха. Слышь, лекарь. Вали, пока не поджарили.
   Окружающие уткнулись в тарелки, старательно делая вид, что ничего не происходит. Н-да, отзывчивые тут люди я смотрю.
   Приподняв тарелку со стаканом над столом под ехидные ухмылки огневиков, я резко ударил коленом по столешнице снизу. Подносы, стоящие на краю, с грохотом и звоном бьющейся посуды посыпались со стола, щедро разбрасывая вокруг свое содержимое.
   - Какой я не ловкий, - изображая сожаление, я поставил тарелку со стаканом на стол и вернулся к еде. - Ребят, похоже, вы уже наелись. А если нет, очередь вон там.
   - Ты чо!- быканул один, сорвавшись со стула и нависнув надо мной.
   Теперь уже взгляды большинства присутствующих были направлены в нашу сторону. У человека есть много точек, где нервные окончания располагаются весьма поверхностно. На мне, конечно, не армейские бутсы с дубовой подошвой, но всё же.
   Со стороны это, наверное, выглядело странно. Стоящий рядом огневик охнув, резко присел. Это я ткнул его кроссовком по надкостнице. И совершенно случайно наткнулся лицом на подставленное колено. При этом я продолжал невозмутимо ковыряться в тарелке.
   Самым логичным в этой ситуации было разойтись миром. Конкретные пацаны наехали на баклана, но баклан на измену не выпал и дал оборотку. Может так оно и произошло, если бы не несколько десятков свидетелей. Тут уже включить заднюю передачу западло. Ладно бы перед более сильным противником. А я кто, обычный "снежок". Так тут за цвет мантии называли лекарей.
   - Именем совета, приказываю прекратить! - раздался голос, мигом осадив моих оппонентов. - Что здесь происходит, - спросил человек в чёрной преподавательской мантии.
   - Ничего. Молодой человек поскользнулся и зацепил стол, - ответил я.
   - Господин Риз? - он посмотрел на парня, сидящего напротив меня.
   - Всё верно, мастер Медиус, Рафи просто неудачно упал.
   - Тогда приберите за собой...
   Маг отвернулся, направившись к выходу из столовой.
   - Живи пока, - прошипел сквозь зубы Риз.
   Я пожал плечами, допивая компот.
  
   - Финн, кто такой Риз с огненного факультета? - спросил я у соседа, оказавшись в комнате.
   - Местный заводила. Капитан факультетской команды. У его отца мануфактуры, что-то связанно с военными заказами. А что?
   - Да, возникли у меня с ним разногласия по одному вопросу.
   Финн неодобрительно покачал головой.
   Нормально, еще не началась учёба, а я уже обзавёлся очень неприятным врагом. Зато жить уже будет не так скучно.
  
   Ника:

   Я не понимаю, что происходит. Почему Сергей совершенно забыл о моём существовании. Тогда, в квартире профессора, он оказался таким милым и забавным. От его проницательного взгляда стальных глаз у меня аж мурашки пробежали по спине. Обрадовалась, когда он позвонил... Дура. А сейчас ведёт себя так, словно меня вообще не существует. Сегодня лишь кивнул головой, даже не подошёл...
  
   Сергей:

   После слов Финна я призадумался, и было о чём. Риз тут вроде в авторитете, а я его, можно сказать, мордой об стол. Не лично его, конечно, но суть вопроса это особо не меняет. Как-то мелькала информация, что любые разборки на территории Академии строго караются. А желающие выяснить отношения могут устроить поединок на арене. Только это не наш вариант. Даже если огневик вызовет меня на бой, не зависимо от исхода он выставит себя в не очень выгодном свете. Немного чести победить "снежка", да еще первокурсника. Я уже краем глаза просмотрел учебники. Боевыми заклинаниями там и не пахло.
   Остаётся месть. Подлый удар из-за угла и я отправляюсь в местную больничку. А Риз и самолюбие потешил, и как бы, не при делах. Придётся теперь почаще оглядываться по сторонам.
   Я оказался прямо провидцем. Начали мне мстить очень быстро. Вечером, пробегая по дорожке мимо красного здания, я заметил багровые тени, появившиеся вокруг меня, и чисто на рефлексах кувыркнулся вбок. В то место, где только что бежал, врезался огненный шар, заставив вокруг скрутиться траву и оставив тёмное выжженное пятно. Случись атака днём - имела бы все шансы на успех.
  
   Лёжа на кровати, я очередной раз просматривал оглавление учебника. Прилетевший в спину подарок ясно давал понять, что я не забыт. Кто запустил в меня огненный шар, Риз, или столкнувшийся с моим коленом Рафи не имело значения. Пока подарок не достигнет адресата, они уже не успокоятся.
  
  
   Ж-ж-Бум-буум-буу-у-ум! В голове словно гудел огромный колокол. Я сидел на кровати, имея весьма пришибленный вид.
   - Это что? - осипшим голосом спросил я.
   - А. Не обращай внимания, - махнул рукой Финн. - Будильник.
   Нихрена себе. Такой и мёртвого поднимет. У меня слегка гудело в голове, а сердце ухало в груди. Садисты.
   Быстро заскочив в душ, засобирался на занятия. Как-то быстро я свыкся с возвращением в студенческую жизнь.
  
   Учебный корпус подавлял своей монументальностью. Огромное белое, искрящееся в лучах восходящего солнца, здание величественно стояло на небольшом возвышении. Широкие мраморные ступени упирались в анфиладу колонн. Сейчас по ним бурлящим потоком втекала в распахнутые двери цветастая толпа.
  
   Первая лекция по основам магии. Немного побродив по коридорам с высокими арочными потолками, я, наконец наткнулся на нужную аудиторию. Почти все места были заняты, особенно на задних рядах, та что я устроился прямо напротив кафедры.
   В аудиторию вошла довольно молодая девушка. Даже на фоне местных фотомоделей она выглядела потрясающе.
   - Я мистресса Алексис, - представилась она, - буду обучать вас теоретической магии. Сегодняшняя тема - магические по...
   В этот момент мы встретились с ней взглядами и её брови скакнули вверх.
   - Магические потоки и способы контроля.
   Название темы мне пока ни о чём не говорило, и я принялся внимательно изучать магичку. Выглядела она от силы лет на двадцать пять-двадцать семь. Яркие запоминающиеся глаза обрамляли роскошные спадающие чёрные как смоль локоны. И ещё, она невероятно похожа на девушку из моих видений. Я невольно залюбовался картинкой
   Тема оказалась весьма интересна. Как раз контроль у меня хромал на обе ноги, и я слушал, не сводя глаз с девушки. Каждый раз, когда наши взгляды пересекались, она невольно вздрагивала.
   Едва закончилась лекция, декан, спустившись с кафедры, подошла к нашему ряду. Она впилась взглядом в моё лицо.
   - Пошли. - Резко развернувшись, она вышла из залы. Нагнал я её уже в коридоре, ломая голову, что её от меня надо. Мы поднялись на второй этаж и остановились у массивной двери из светлого дерева. "Декан факультета лечебной магии. Мистресса Алексис", прочитал я надпись на табличке возле двери.
   Внутри обстановка выглядела легкомысленно-воздушной. Помещение было отделано в светлых тонах и сразу навевало некий домашний уют. Даже на подоконнике стояли горшочки с цветами. Алексис сбросила мантию, оставшись в облегающем платье, не менее воздушно-прозрачном, чем окружающая обстановка.
   Я невольно поёжился. Вид этой женщины вызывал у меня внутри странные ощущения - смесь обожания и желания. Она была прекрасна, и по многим показателям могла дать Нике фору.
   Неожиданно магичка, сделав порывистый шаг вперёд, тесно прижалась ко мне, и впилась страстным поцелуем. На губах я почувствовал привкус земляники со сливками.
   Я не железный. Руки сами обхватили девушку за талию, и пальцы потянулись к застёжкам.
   - Айв, я так тебя ждала. Даже не представляешь, сколько пришлось сделать, что бы провести этот ритуал, - прошептала она на ухо.
   Но в этот момент я совершенно не обратил внимания на странные слова.
  
   Мы сидели в просторном кресле. Алексис, устроившись у меня на коленях, гладила пальцами лицо и грудь.
   - Ты изменился. Прошло столько лет... Даже помолодел. И, знаешь, серый цвет глаз тебе подходит больше.
   - Чем что? - рассеянно пробормотал я. Мысли сейчас плыли медленно и величественно. - Они всегда серыми были. Мне мама с детства твердила, что в них утонет много девушек.
   - Мама? - она удивлённо уставилась на меня. - Помнится, последний раз ты называл её грязной портовой шлюхой, могилу которой будешь всегда обходить за версту.
  
   Что-то прочитав на моём лице, она мигом оказалась стоящей на полу, превратившись из ласковой кошки в дикую пантеру.
   - Кто ты? - выдохнула она. - Ты не Айвен. Но...
   На её лице проступило недоумение и растерянность.
   - Ведь ритуал сработал... Я сама ездила к алтарю...
  
   Вот тут стоп! В голове защёлкали шестерёнки.
   Похоже, меня приняли за кого-то, на кого я очень похож. И этот кто-то должен был оказаться на моём месте, активировав странное заклинание.
   В голове всплыл забытый сон. "Ты так похож на своего отца", - сказала тогда мама в моём сне. Или это был не совсем сон?
   Думай Серёга, думай. Решать надо быстро. Либо прикинутся шлангом, и подыграть девушке, постаравшись вытащить подробности, либо сказать правду.
  
   Алексис:

   О боги, я едва сдержалась, увидев его перед собой. Сколько времени прошло? Тридцать, нет тридцать двагода почти, как Айв пропал. Где только не искала. Пентаграмма возврата с ритуалом крови была последней надеждой. Даже не сразу его узнала, хотя, с его-то силой сменить внешность совсем не проблема. Но эта улыбка, взгляд... Как же он смотрел на меня там. Но всё равно что-то не так. Я смотрю на него, и вижу Айвена, но он стал совсем чужим. Смотрит так, словно первый раз видит. Неужели пройдя через изнанку, он утратил часть себя.
  
   /// Кривовато, надо обыграть///

   - Прости. Нужно было сразу сказать, но, я не мог остановиться, ты была так...
   - Так ты всё-таки не Айвен, - Алексис опустилась в кресло, сразу поникнув.
   - Похоже, нет. Я случайно нашёл амулет, который перенёс нас около недели назад к алтарю.
   Так получилось, что я выложил девушке почти всю нашу историю, начиная с проникновения в разлом.
  
   То, что я услышал за следующие несколько минут, заставило впасть в состояние глубокой прострации. Если бы мне заявили, что я наследный принц Саудовской Арвии, это было бы не так круто. Вот так в один миг узнаёшь, что мы во вселенной вовсе не одиноки. Буквально рядом, разделённые лишь буферной зоной в виде изнанки, существуют десятки или сотни миров. А вспышка, ослепившая нас в квартире девушки - лишь проход сквозь червоточину. Но это так, разминка.
   Главной новостью сезона стало предположение - раз я не Айвен, то минимум его наследник.
   - Поисковый амулет никогда не ошибается, - уверенно заявила Алексис.
   И не поспоришь, вроде.
  
   В принципе, то, что мой родной отец, которого я никогда не видел, гипотетически мог быть пропавшим магистром Айвеном, ничего в моей жизни не меняло. Немного неловко вышло с девушкой, получается, я как бы воспользовался ситуацией, но никто сильно этим фактом расстроен не был.
  
   ////
  
   Когда я "попал" на факультет лечебной магии, ожидал, опираясь на опыт прошлой жизни, что первые год-два придётся умирать со скуки, отсиживая лекции и занятия по базовым дисциплинам. Вместо этого пришлось зубрить законы, регламентирующие работу лекарей на территории Империи.
   Оказалось, услуги магов стоили не так уж и дёшево. Из-за чего простой народ вынужден был обращаться ко всяким травницам и шарлатанам. Цены на услуги устанавливала магическая Академия, и нарушение правил строго каралось. Даже видя умирающего человека, лекарь не имел права проводить лечение, не получив предварительно оплату.
   Сказать, что меня шокировала такая постановка вопроса, ни сказать ничего.
   А как же гуманизм и сострадание. После этого маги сильно сдали позиции в моих глазах.
   За неделю нам вбили в головы основные принципы магического лечения. На этом теория и закончилась. Оказалось, в этом мире не существовали Авицеена и Парацельс, не было Пирогова и Сеченова. Вся теоретическая база строилась на эмпирическом фундаменте.
  
   После окончания лекционного курса нас вполне ожидаемо разбили на группы по шесть человек. Алексис больше не проявляла ко мне интереса, что меня не особо и расстраивало. Вокруг столько привлекательных и абсолютно свободных девушек. В нашу группу кроме меня попали мой сосед Финн и Криштиан, напоминавший внешне мне Дольфа Лундгрена в молодости, только в более инфантильном исполнении. При распределении девушек возник небольшой ажиотаж. С парнями на нашем факультете и так было не очень, а тут сразу два красавца в одной обойме. В итоге разгоревшихся баталий, к нам присоединились весьма довольные Фиола, Айя и Мирида. В процессе более тесного знакомства оказалось, что Мира - стройная красавица с каштановыми волосами и глазами необычного цвета морской волны - потомственная лекарка, что было весьма редким явлением в этом мире. И её мать и бабушка занимались лекарским искусством. Так что в лечебной магии она была достаточно подкована.
   Дальше мы переместились в закреплённый за нами зал для практики, где нас уже ожидал куратор.
  
   Первые проблемы возникли сразу же, как мы приступили к практической части.
   На первом занятии нам предложили научиться банальной медитации. Любое заклинание требовало расхода внутренних запасов энергии, которая в обычном состоянии восстанавливалась слишком медленно. Для ускорения этого процесса маги погружались в транс, открывая свои "чакры".
  
   - Сейчас вы закроете глаза, и представите на своём месте огромный резервуар, который медленно заполняется энергией, - сказал мастер Вульфрик.
   Погружаться в транс я умел. Смежив веки, я представил "резервуар". По факту, это была обычная релаксация, которую я использовал раньше после походов в спортзал или тяжёлого дня. Буйной фантазией я никогда не страдал, но представить пустую бочку вполне себе мог. Перед глазами возникла ёмкость, уровень светящейся туманной субстанции в которой доходил до половины. Всё просто как два пальца об асфальт. Я большая батарейка, я энерджайзер. Уровень медленно полз вверх. Думаю, со временем, процесс наполнения будет ускоряться. Похоже, я немного увлёкся и задремал - сосуд наполнялся слишком уж медленно. Когда очнулся, ёмкость заполнилась почти до краёв, только содержимое опалесцировало странным багрянцем.
   - Это вообще как?
   Не предав особого значения метаморфозе, я вывалился из транса.
   Остальные участники медитации уже давно закончили и ждали лишь меня.
   - Вам бы над концентрацией поработать не мешало, - проворчал маг. - Следующее задание - заклинание "Тонус". Для этого мы представляем, как энергия из резервуара растекается по всему телу...
   Хорошее заклинание, позволяло очень быстро избавиться от усталости или быстро проснуться. Я прикрыл глаза.
   - Ох ты, что ж так больно. По венам, словно кислоту пустили, - кажется, я заорал.
   Очнулся уже в медблоке. Интересно, где накосячил?
   Когда уже совсем заскучал, в палату вошла Алексис собственной персоной.
   - Айв, ой, прости, Серж, что случилось?
   - Стреляли...
   - В смысле?
   Я описал свои ощущения предшествующие попаданию в лечебницу как смог.
   - Хм, это похоже... - она задумалась, - я думаю, это было заклинание "Саламандра". Боевое заклинание школы огня четвёртого круга, которое превращает кровь в кипящий огонь. Удивительно, что ты почти не пострадал.
  
   К вечеру меня отпустили домой.
   В комнату туже стайкой прилетели девушки, и стало довольно тесно. Ничего нового они не рассказали. Я просто сидел с закрытыми глазами, потом выгнулся дугой, закричал, и рухнул на пол без сознания. Пока не разберусь, надо воздержаться от любых лишних телодвижений. Мне такого "бодрячка" больше не надо.
   Дождавшись, пока закончились "охи" и "ахи", и девушки разбрелись по комнатам, я обложился книгами. Первым делом перерыл всё в поисках описания заклинания "Тонус". Там собственно и заклинания не было, просто перекачка виртуальной жидкости из одной тары в другую. Описания загадочной "Саламандры" по понятным причинам на страницах фолиантов не оказалось - не наш профиль.
  
   Финн спал, уткнувшись в подушку, выводя носом совсем не мелодичные рулады. А я гипнотизировал раскрытый учебник, пока сгустившаяся за окном темнота не погрузила комнату в сумрак.
   Лампы в комнате по понятным причинам не оказалось. Здесь их не было в принципе, для освещения использовали амулеты с начертанными рунами. Но и те нам были не положены. А зачем, если любой мог повесить светлячка, маги мы или погулять вышли?
   Помня своё фиаско на экзаменационной комиссии, я с того памятного дня ни разу не пытался "наколдовать" фонарик, который в моём исполнении оказался сплошным недоразумением. Я вздохнул, откинувшись на подушку, но сон не шёл. И так большую часть дня провалялся в отключке.
  
   Неожиданно накатила злость. Серёга, чего лапки сложил? Обломался первый раз и в кусты? Раньше я за собой такого не замечал. Жизнь у меня никогда не была сладкой. Рос без отца, потом мама умерла от острой саркомы, так и не дождавшись дембеля. Потом... Много чего было потом. Но ведь не сдался, не опустился. А тут расслабился, плыву как кусок "Г" по течению. Гайдар, между прочим, в 18 уже полком командовал.
   Бурлящая злость неожиданно придала решимости.
   Я прикрыл веки, вспоминая самую первую лекцию в зале, куда нас привели после перемещения в Академию.
   - Просто включите воображение, - говорил тогда маг, - зажечь светляк может даже ребёнок. Представьте, как над головой появляется шар, наполненный энергией, от которого идёт теплый свет.
   Я открыл глаза. Нормально задумался... до утра. По комнате медленно ползли багровые тени от первых лучей восходящего над горизонтом солнечного диска. Надо же, первый раз до будильника проснулся. Я собрал разбросанный по кровати книги, и сгрузил стопку на стол. В оконном проёме за стеклом, на чёрном ночном небе, сверкающем мириадами звёзд, светила луна. А над землёй, между общежитием и внешней стеной, которая огораживала территорию Академии, чуть выше уровня нашего окна, парило маленькое солнце. Шар перегретой плазмы, окружённый крошечными протуберанцами, окрашивал траву и деревья багрянцем, рисуя на земле причудливые колеблющиеся тени.
   - Это как? - застыв перед окном, я изумлённо рассматривая два светила.
   П-шшш. Огненный шар с тихим шипением рассыпался быстро гаснущими в темноте искрами, а на меня неожиданно накатила дикая слабость.
   Ухватившись за спинку стула, тяжело опустился на кровать. Ноги предательски дрожали. Опёршись спиной на стену, закрыл глаза. Передо мной висел сосуд, на самом дне которого плескался багровый туман.
   Вот сейчас не понял!
   Мне потребовалось несколько минут, что бы связать маленькое солнце, острый приступ накатившей слабости и внезапно опустевший внутренний резерв. Это называлась магический откат. Получается, это моих рук дело? Но как???
  
   Проснувшийся, отчаянно зевающий сосед по комнате непонимающе уставился на меня, сидящего на кровати, внимательно рассматривающего точку на противоположной стене.
   - Серж, ты в порядке, - в голосе слышалась неприкрытая тревога.
   Я едва не выложил ему всё, как на духу, но в последний момент тихий звоночек отголосков разума подавил порыв.
   "Погоди, сначала разберись, откуда у колобка ноги растут"
   Собирались мы молча, наконец, не выдержав, задал мучавший меня большую часть ночи вопрос.
   В моей дырявой голове вертелась одна мысль. Но в уравнении пока было известно лишь пара неизвестных.
   - Финн, ты, когда медитируешь, как свой резервуар видишь?
   - Белый шарик, размером с кулак, а что?
   Шарик? Мой шарик больше напоминал бочку для транспортировки ГСМ.
   - Да так, для общего развития, - закрыл я тему.
   - Слишком просто, - думал я, стоя под струями воды в душе. - И необъяснимо.
   Еще две недели назад я показал более чем посредственные способности к управлению неожиданно появившегося у меня магического дара, из-за чего был отправлен на факультет "снежков", которых остальные считали просто неудачниками. Мне доступно объяснили, что выше потолка сильно не попрыгаешь.
   Была гипотеза, и проверить её можно лишь практическим путём. Не смотря на горячие струи воды, омывающие тело, по спине пробежал холодок. Вспомнил незабываемые ощущения перед отправкой в медблок.
   То, что я "туплю", сообразил, выйдя из душа. Что делает современный человек, столкнувшись с непонятным вопросом? Открывает компьютер, и гуглит. А мимо местного филиала Google я проходил каждый день по пути в столовую. Сославшись на плохое самочувствие, я отправил Финна на занятия. Тем более повторять вчерашний подвиг я готовности не испытывал.
   Студенческая библиотека, стоявшая в паре сотне метров от общежития, представляла собой мрачное трёхэтажное здание, внутри которого сейчас раздавались лишь шаги бродящего по залам местного архивариуса.
   Озадачив хранителя знаний своим запросом, я обложился всем доступным материалом для первокурсников. Более продвинутые источники выдать мне категорически отказались. Мордой не вышел.
  
   Это была эпическая подстава! Чего и следовало ожидать, "цвет" субстанции, заполнявшей резервуар во время медитации, для каждого типа магии был свой. Багровая - огневики, сине-голубая - воздушники-водники, оказалось, это смежные стихии. Бытовая, природная и лечебная - тоже из одной бочки. Коварство мироздания оказалось в другом. Маги одной школы категорически не могли использовать заклинания другой. Рождённый ползать - летать не может.
   Непонятно с какого перепуга сменивший раскраску источник подложил мне огромную свинью.
   То, что лечебные плетения идут лесом - и ежу понятно. Теперь предстоит объяснить смену ориентации. Единственным человеком, которому я мог обратиться, не особо опасаясь ненужных вопросов, была Алексис, с которой после единственной встречи мы больше не виделись.
  
   Декана факультета лечебной магии, к своей радости, я застал в её кабинете.
   Заметив меня на пороге, она с кошачьей грацией выплыла из-за стола, подошла к двери, и закрыла замок.
  

   - Я соскучилась. - Её глаза смотрели в мои, а руки оплели шею.
  

   - Алексис, надо поговорить, - я аккуратно высвободился из объятий и шагнул к креслу.
  
   Девушка, задумчиво постояв у двери, наконец, вернулась за стол.
  

   - Скажи, маг может поменять свою стихию?
  

   Она задумалась.
  

   - Сложный вопрос. Кузнец, всю жизнь простоявший с молотом у наковальни, может захотеть стать музыкантом. Только играть он нормально начнёт тогда, когда с рук сойдут мозоли, а в пальцах появится лёгкость. Но вернуться к наковальне сразу не получится. Рукоятка молота будет быстро натирать размякшую кожу.
   Аналогия оказалась достаточно наглядной. Получается, что бы сменить стихию, организм мага должен был перестроиться.
  

   - Значит, маг может работать только с одной стихией.
  

   - Не обязательно, - противореча самой себе, прервала меня Алексис. - Музыкант может играть на нескольких инструментах. Но для овладения ими могут потребоваться сотни лет. Когда-то, почти восемь веков назад, главой Академии был мастер Триадал. Он не даром считался одним из самых могущественных магов Империи. Являясь магистром огня, он использовал защитные плетения воздушной стихии, умел создавать порталы и даже, при необходимости, пользовался лечебной магией. Айвен мечтал обрести такое же могущество. Собственно, из-за глупой мечты и случилось, то, что случилось.
  

   - А что случилось? - осторожно поинтересовался я.
  

   - Он никогда не открывался мне до конца, - взгляд девушки затуманился, погружаясь в воспоминания.
  

   - Внутренний резервуар - открытый сосуд. Но наполнить его одновременно молоком и вином, не смешивая - невыполнимая задача. Айв несколько раз вскользь упоминал о странном артефакте разделения сущности. Потом отправился на поиски древней библиотеки, которая по легендам, хранила наследие ушедших богов и пропал.
  

   Оставив витающую в воспоминаниях девушку, я выскользнул в коридор, тихо прикрыв за собой дверь.
  
   А кто сказал, что будет всё просто. Очевидные решения - явно не мой вариант. Лёжа на кровати, я рассматривал потолок, не находя объяснений.
   Почему молоко превратилось в вино? Пытался представить стеклянный бутыль, в котором бурлила белая жидкость, наливаясь багрянцем.
  

   - Стоп. Я вскочил с кровати, осенённый внезапным озарением. Всё время пытался найти логические объяснения тому, где логики нет совсем.
  

   Глубоко вздохнув, прогоняя сомнения, зажмурил глаза. Маг - это не обычный человек. В чём наша "фишка"? Почему из десятка тысяч человек лишь один обладает магическими способностями.
   "Магагия это не дар, это талант", - вспомнил я слова мага.
   Когда-то, ещё будучи студентом, я решил научиться играть на гитаре. Почти полгода мучил инструмент, выучив несколько десятков аккордов. Тогда один знакомый мне сказал - "Серёга, ноты это для лузеров, у которых вообще нет воображения. Закрой глаза и включи фантазию".
   Вначале ничего не происходило. Перед взглядом висел всё тот же сосуд, на дне которого плескался туман. Внезапно сосуд начал расти в размерах, стремительно приближаясь ко мне, пока я не оказался внутри.
   Багровый туман превратился в жидкий огонь, уровень которого стремительно прибывал. Выйти из транса не удавалось. Краем сознания я понимал, что это лишь игра воображения, но кипящая жидкость, подбирающаяся к ногам, выглядела слишком реалистично. Жар стал едва терпимым. К вони от сгоревших волос добавилась обжигающая боль. Я не мог кричать, потому что огонь выжег воздух, не позволяя вдохнуть. Внезапно по невидимым стенкам заструилась вода, гася пламя и жар, а когда пар осел, я оказался стоящим по пояс погружённый в плотный белесый туман.
   Сюрприз, однако... Когда я вывалился из транса, жадно глотая воздух, как рыба, выброшенная на берег, оказывается, всё это время я даже не дышал, перед взглядом висел затухающий образ трёх парящих в абсолютно темноте разноцветных сфер.
  
   Что Серёга, скучно было в новом мире? Ожидал нечто большее? Ну, вот получи и распишись. Только подарочек-то с двойным дном.
  
   Признаться, что у начинающего мага появилась непонятная возможность доступа ко всем стихиям... Я похож на наивного чукотского юношу?
   Первый вопрос, который мне зададут - "Как?"
   А я знаю? Только, сильно сомневаюсь, что мне поверят. А такая способность дорого стоит. Любой маг, способный оперировать всеми стихиями становится, практически не победим. Э такому выводу я пришёл, полистав совсем древнее руководство по магическим дуэлям с рекомендациями.
  
   С "подарком" я разобрался далеко не сразу. Когда у тебя одна ёмкость, из которой можешь черпать энергию - тут вопросов нет. А если их три?
   Тренироваться решил на кошечках. Что у меня есть в арсенале, что в принципе можно использовать с любой стихией, не отправив себя в очередной раз в медблок? Мой любимый светлячок.
   Свалив из комнаты, подальше от ненужных свидетелей, уединился в небольшом парке с прудом, на берегу которого в тени деревьев стояла беседка. Не смотря на живописность места, уголок был глухой и популярностью у местных не пользовался, но идеально вписывался в мои планы.
   Горящий шарик... Горящий шарик... О, нормальный светлячок
  

   - Ай, да чтоб вас!
  

   При очередной попытке вызвать "фонарик" на меня обрушился поток ледяной воды.
  
   Возвращаться в общежитие пришлось через всю территорию студенческого городка. Мокрый, продрогший, но довольный, я шёл по дорожке, ловя на себе удивлённые взгляды припозднившихся студентов.
   Стреляли...
  
   Ребус с тремя напёрстками я разгадал с... В общем, после очередной попытки, окатившей холодной водой, я решил что с этим извращением пора заканчивать. Раз есть три сосуда, то и возможность выбора должна быть. На умную мысль меня натолкнул тот факт, что светлячками пользовался кто не попадя. То есть любой, не зависимо от принадлежности к стихии, мог использовать это заклинание. Значит... Проблема решилась, стоило правильно поставить вопрос. Что делать для вызова "фонарика" - это понятно, главное как. После этого процесс сразу сдвинулся с мёртвой точки.
   Хочу светлячок! Пожалуйста! Хочу "солнышко". Нет проблем! Хочу ... Нет, пожалуй с водными процедурами пора заканчивать.
  
   ///
   В кабинете главы Академии, за массивным деревянным столом, оббитом дорогой тканью, восседал раздражённый мастер Иллар. Напротив, в кресле для визитёров, устроилась Алексис, декан факультета лечебной магии. Вся атмосфера кабинета была буквально наэлектролизована от царящего в нём напряжения.
   - Два месяца! Два месяца прошло, а вы так и не можете мне уверенно сказать, кто наш кандидат?
   - Девушка обычный середнячок, - начал мастер Свизер - декан воздушного факультета, до этого скрывавшийся в тени массивных книжных стеллажей. - У меня таких - только пальцем ткни. Есть некоторый прогресс, но выше головы не прыгнет.
   У тебя хоть так, - вздохнула магичка, когда взгляды мужчин скрестились на кресле.- Вульфрик вообще не видит смысла возиться с парнем.
   Она, встала, подойдя к окну, отодвинула тяжёлую гардину. Там на тренировочной площадке будущие адепты огня отрабатывали практическую часть.
   - Хочешь сказать, всё зря? Триадал был последним...
   - Об этом мог бы рассказать Айвен, если бы ВАМ удалось его вытащить. - Сделанный акцент на "вам" заставил мужчин поморщиться. С возвратом они действительно затянули.
   - Я всегда говорил, что это чушь! - Свизер уселся в освободившееся кресло. - Не может аватар быть пришлым.
   - Айв считал иначе...
  
   Я тяжело вздохнул, отшвырнув в сердцах книгу, которая хлопнувшись на пол, подняла приличное облако пыли.
   Сейчас я лежал на старом матрасе, на покрытом толстым слоем пыли чердаке общежития, который незаметно превратился в мой персональный читальный зал. Это было единственное место, которое позволяло укрыться от нездорового интереса женского контингента. Поначалу было даже забавно постоянно ловить на себе заинтересованные взгляды, но всё же должно иметь свои границы.
   Все попытки овладеть стихийной магией натыкались на непробиваемую стену. Я не планировал тянуть всю программу курса, но хотя бы разобраться с параллельными дисциплинами стоило попытаться.
   Любые попытки сотворить заклинание "чужой" стихии заканчивались пшиком, плетения, словно отсыревшие спички, категорически не хотели оживать, затухая через пару мгновений.
   Я мог в порыве злости заставить полыхнуть рисунок, но тогда концентрация слетала к чёрту, результат усилий вырывался из-под контроля, а дальше наступал откат, на какое-то время делая окружающий мир серым и унылым.
   Кто-же тогда создал огненную сферу, исходящую тёмными протуберанцами?
  
   Я затаился в зарослях, стараясь лишний раз не дышать. Последнее время навалилось столько всего, что об инциденте в столовой совсем забыл, за что и поплатился. Очередной вечерний забег неожиданно оказался прерван.
   Били с близко расстояния. В прошлый раз, когда выпустили фаербол из окна общежития, успел уйти с траектории. Сейчас между вспышкой и толчком в спину прошло не больше секунды. От неожиданного удара и обжигающей боли я, потеряв равновесие, улетел в густые зелёные насаждения, которые в изобилии росли вдоль протоптанных дорожек.
  
   - Он в кустах, проверь живой? - послышалось рядом.
  
   Шаз, недождётесь! Ожог я залечил почти мгновенно, так что пострадала пока только моя гордость и рубашка. Между стволами кустов на дорожке появились чьи-то ноги.
   Свет от фонаря сюда почти не доставал, перекрываемый углом здания. Но я всё равно перекатился ближе к стене, где темнота была почти абсолютной.
   В трёх метрах от меня послышался шелест листвы и хруст раздвигаемых насильно веток.
  
   - Может сбежал? - лезть в кусты Раффи, которого я узнал по голосу, явно не горел желанием.
   - Риз, я в него попал, зуб даю.
   - Значит, плохо попал.
   - Может на нём щит был?
   - Придурок, откуда у него щит, он же первый курс.
   - Эй, вылазь, поговорим!
  
   Разбежался... Если бы хотели поговорить, подпалить не пытались. Я почти достиг стены, и теперь собирался отползать вглубь, удаляясь от дорожки.
   Кусты затрещали, пропуская массивную фигуру. Раффи, подслеповато щурясь после освещённой дорожки, вертел головой. Вот настырный.
   Возникший буквально на расстоянии миллиметра от земли воздушный щит, выбил опору из-под ног огневика. Тот растерянно взмахнул руками, изумлённо наблюдая, как ботинки взлетают выше головы. Мой удар отправил его в гарантированный нокаут. Минус один.
   Шума мы наделали порядочно, так что когда я слез с бессознательного тела, на дорожке напротив нас уже было две пары ног.
  
   - Много чести за тобой по кустам лазить, - крикнул Риз. - Зик, давай осадки.
  
   Я сразу не понял, о чём он. Но когда сверху начали падать капли огня, стало не до смеха.
   Залечить ожоги от капель - не проблема, но каждое попадание простреливало, словно гвоздь в тело вбивали. Спёкся после третьего попадания, тут же получив в спину пару шаров. Ушёл на чистом везении.
  
   Воздушный щит, которым я выбил опору из-под ног одного из нападающих, оказался для меня настоящим открытием.
   Сквер с прудом и беседкой, находящийся в самом дальнем уголке огромной территории Академии как то незаметно превратился в мой тренировочный полигон. Вечерами я часто там устраивал разминки, чтобы не терять форму. Однажды, неудачно прыгнув, оступился на скользком берегу. Рефлекторно зажмурившись и сжавшись, ожидая погружения в холодную воду, через мгновение, открыв глаза, обнаружил себя всё ещё сухим и относительно чистым. Я слово висел над гладью воды на невидимой воздушной подушке.
  
  
   - Кто тебя так? - удивился Финн, когда я вошёл в комнату в несколько растрёпанном состоянии.
  
   - Риз с шестёрками подстерегли, - буркнул я, рассматривая испорченную рубаху. Три попадания превратили заднюю часть в одну большую дыру с обугленными краями.
  
   - Совсем оборзели!
  
   Правила Академии запрещали любые драки и поединки на территории. Исключение делалось только для официальных дуэлей на арене. Но некоторые считали, что правила на них не распространяются. Не думаю, что сегодняшняя попытка отправить меня в больничку была последней. Надо с этим шапито заканчивать.
  
   Я буду мстить, и мстя моя страшна, гордость - штука нужная, но эфемерная, а вот рубашку жалко. Только недавно купил на первую стипендию.
   На самом деле, вариантов ответной мести было много, от банального мордобоя, со всей широтой русской души, до эпической подставы. Но, ни один вариант не мог обеспечить нужного эффекта. В первом случае из Академии попрут меня, за нарушение свода правил, во втором - по той же статье моих оппонентов.
   Оставался единственный вариант выяснить отношения - старая добрая магическая дуэль. Причём, желательно с максимально широкой оглаской. И если я, убогий и ущербный, выиграю у Риза, он будет в такой Ж..., что месть просто потеряет смысл с любой точки зрения.
   Вот только как бойцы лекари сильно не очень. Лекарь против огневика - как гимнаст против боксёра тяжеловеса. Будет прыгать до первого попадания. Хотя, в этом что-то было.
   Зуб не орган, стоматолог не врач, ходила у нас шутка в медицинском. Примерно так говорили и о факультете лечебной магии. НО! Пусть даже слабый маг всё равно остаётся магом.
  
   Таки да, оказалось, и у местного профсоюза работников здравоохранения за пазухой нашлась пара камней. Вся программа обучения в Академии была разбита на три этапа. На первом отсеивались откровенно слабые студенты, которые покидали стены Академии и шли отрабатывать своё незавершившееся обучение в многочисленные мастерские и мануфактуры. Необходимость подзарядки амулетов никто не отменял.
   Выживших после первого отбора уже обучали основным техникам школы. В конце чётвёртого года очередной отбор. Лучшие ученики факультета, прошедшие многочисленные испытания, допускались к изучению защитных техник. Их после окончания обучения распределят в приграничные гарнизоны.
   Как по мне, уж лучше тарелки мыть.
  
   Сегодня я решил изменить правила, и уединился в беседке на берегу озера.
   Дайте два! Мой хомяк, жадно вчитываясь в страницы учебника для последнего курса, который я самым наглым образом экспроприировал из библиотеки, подёргивал лапками.
   Кто сказал, что эскулап белый и пушистый? Это он вам просто свечку в одно место зажженную не вставлял.
   Никаких тайных боевых техник у служителей Асклепия не оказалось. Их фишка была в другой плоскости.
   Энергетический щит... воздушный... хрустальный, боевое ускорение, боевое усиление, боевое ...
   Со щитами разобрался быстро. Энергетический щит - окутывает мага прозрачным коконом, который поглощает стихийные удары. Поверим на слово, проверить пока негде. Воздушный - та же шняга, но от физического урона. Почему воздушный-то? Хотя, пришлось мне как-то прыгать в воду метров с тридцати. Думаете вода жидкая? Болт-на, думал, позвоночник в плавки высыплется. Хрустальный щит - универсальная защита от любой атаки
   - Этеро сферо барок рано стати крибра... , - ну его в баню, пока выговоришь, десять раз коньки отбросить можно. Тут практика надо.
   Если со щитами более менее понятно, что делают всякие боевые ля-ля-фа - загадка.
   Не попробуешь, не узнаешь. С богом....
  
   Боевое усиление... Ноль эффекта. Боевое ускорение... В те же степи. Боевое благословение я дочитать уже не успел. Внезапно возникшая дикая жажда деятельности сорвала меня с места.
   Сколько набегал кругов вокруг озера, даже не представляю. Когда открыл глаза, на небе, вместо багрянца заходящего солнца, сияли звёзды. Господи, что ж мне так хреново. Магические откаты я уже пару раз на себе прочувствовал. Но по сравнению с тем, что было сейчас, те откаты - так, лёгкое недомогание.
   Дурак ты, Шарапов. И это не лечится. Сам же навешал на себя кучу всего. Ощущения были такими, словно пробежал десяток километров, неся на плечах пару мешков песка. Домой, не, не хочу.
   С этой мыслью я растянулся на траве и сладко заснул.
  
   Студенческий городок давно уже погрузился в ночную тишину. Лишь луна и многочисленные фонари освещали давно опустевшие дорожки. По одной из них в сторону красного пятиэтажного здания двигалась крупная фигура, слегка раскачиваясь в стороны при каждом шаге.
   Риз возвращался в комнату, пытаясь насвистывать популярную мелодию, дико при этом фальшивя. Очередная вечеринка, устроенная втайне от преподавательского состава, позволила хоть немного скрасить однообразие. Ну и что, что нельзя. Десяток монет, сменивших владельца, быстро решили такую мелочь.
   Неплохо погуляли. Особенно с той брюнеточкой с воздушного.
   Он так и не осознал, что произошло, когда мощный удар смял его, словно муху, попавшую между молотом и наковальней, выбив остатки затуманенного алкоголем сознания.
   От стены отделилась едва заметная в темноте фигура.
   - Минус три. - Я аккуратно спрыгнул с узкого карниза на землю, с сожалением разглядывая испачканную побелкой левую брючину. Два один в мою пользу, если считать первую нашу встречу победой.
  
  
   Неожиданный вызов к декану застал меня врасплох.
   Алексис сидела за столом, вертя в руках какой-то лист бумаги.
   - Читай, - протянула она мне документ, едва я опустился в кресло.
   - Ого! Да ну! Даже так? - пока дочитал до конца, вынужден был выдать целый набор междометий.
   Оказывается, я, слушатель первого курса факультета лечебной магии... И как только догадались? Коварно подстерёг трёх выпускников огненного факультета, надругавшись над ними в извращённой форме.
   Вот не надо. Надругался только над тем козлиной, который на меня огненный дождь спустил.