Охранитель
  
  Пролог
  - Бей сильнее! Он же очухается сейчас! - звучит чей-то нервный голос.
  В животе разгорается боль, удары осыпают меня с ног до головы, во рту кровь, глаза открыть невозможно. О сопротивлении говорить не приходится, даже защититься и поставить блок не могу. Непонятно что происходит.
  - Да утопить его в луже и делу конец! - предлагает кто-то.
  Чувствую, что тащат прямо по глине и окунают в жижу с головой. Мозг начинает приходить в себя и сопоставлять необъяснимое. Точно помню, что пару часов назад находился в городе и на природу выезжать не планировал. Даже если мой босс и решился развлечься, то, где он смог отыскать зимой жару и грязь в лесу? Хрень полная! Но в легких начинает гореть, воздуха не хватает, пытаюсь вырваться и получаю пару ударов по почкам. Суки, знают куда бить! Тем не менее выворачиваюсь из захвата и перекатываюсь в бок6 держали меня не так профессионально. Резко вскакиваю на ноги Босые ступни разъезжаются в глине, подсказываюсь и падаю, но с удивлением обнаруживаю, что меня окружает пяток пацанов и тройка девок. Одеты странно. У парней длинные рубахи подпоясаны ремнями, шаровары, а на ногах лишь у одного сапожки, остальные босы. Девки все в сарафанах с косами и не накрашены. На вид компании лет по пятнадцать, в отдалении корзинки валяются, а рядом с ними вязанка хвороста рассыпана. Прокачиваю ситуацию и мысленно удивляюсь, как это меня могла эта шпана отмутузить? Хочу задать пару вопросов, но из горла вырывается мычание, перед глазами меркнет...
  - Разряд! - доносится голос.
  Электрический ток прошивает меня в районе груди. Тело выгибается дугой, глаза открыть не могу, вокруг негромко переговариваются, кто-то размеренно надавливает мне на грудь. Звучат короткие приказы, монотонный писк раздражает.
  - Разряд!
  Вновь подпрыгивает тело, адски печет и горят все органы. Особенно обращает на себя внимание рваная и пульсирующая боль в районе живота. А, туда же попало не менее трех пуль из Макарова. Воспоминания нахлынули разом. Своего боса провожаю к машине, на бешеной скорости вылетает старая иномарка, у которой опущены боковые стекла. Прыгаю на спину своего охраняемого и заваливаю того перед дверью машины, которую терзают из автомата пули. Звон стекла, запах бензина, шипят пробитые шины, но покушение не удалось. Водилу жаль, но с ним не приятельствовал, разные на жизнь взгляды. Мимоходом отмечаю, что угрозы нет, вздергиваю что-то блеющего боса и направляю в сторону ресторана, откуда мы минуту назад вышли. Представительская машина премиум-класса не загорелась, но теперь только на свалку, выпустили в нашу сторону не менее пары рожков с АК-47, не тачка - решето. А я же не разу и не выстрелил, хотя толку-то от моего травмата, он и шпану-то не всегда отпугнет.
  - Веня, что это? - заикаясь спрашивает босс.
  - Убить вас кто-то возжелал или напугать, - отвечаю, а сам его подталкиваю ко входу в кабак.
  Неужели вернулись лихие 90-е? Мой подопечный - заседает в думе, владеет парой заводов, через подставных, естественно, лиц, но в разборках не участвовал. Кому-то дорогу перешел? Хрен их знает, я-то заступил на службы всего пару недель и в круг близких доверенных не вхож. Командир к себе подтянул, сказал, что работка не пыльная, главное лицо делать тупое и мышцами не бравировать, сейчас такое не в тренде. Странно? Вот и мне так показалось. Но спорить не стал, деньги нужны, с женой разбежались, хвала богу, что детишками не обзавелись. А так-то мы с командиром не один сух паек в вылазках сделали. Служили в горах, пытаясь толи примерить, толи поссорить выходцев с гор.
  - Удачно ты ему попала! - рассмеялся пацан.
  Меня скрутила острая боль в паху, а сам вновь валяюсь в грязи и где-то чирикают птички, кукушка кукует.
  - Пацаны! Михус стадо гонит! Валим! - прокричал кто-то и мимо меня пробежали обидчики.
  Встать не могу, пошевелиться тоже. Даже глаза и те не открываются. Бред? Скорее всего. Ведь из дверей кабака вышел интеллигентного вида мужичок, чуть пошатываясь и не обращая на меня с боссом внимания, крикнул:
  - Такси! И по девкам!
  На секунду перевел взгляд в сторону дороги, а потом раздались пистолетные хлопки из глушителя. Киллер все правильно сделал, сперва пара пуль досталась моему охраняемому, потом мне. Упали мы рядом, а киллер спокойно подошел и произвел контрольный в голову босса и меня. Точно помню, что пуля обожгла висок и тогда-то решил, что все, отгулял на белом свете Иван Чурков, двадцати восьми лет отроду.
  - Прямой в сердце! - раздается голос и в мою грудь вонзается игла.
  Адреналин? Пытаются врачи вернуть к жизни? Если правильно оцениваю полученные раны, то это не лучший вариант. Повидал калек, после таких выстрелов. Влачить жалкое существование? Благодарю, но желания нет. Врачи же пытаются бороться, вновь разряд и пару писков вселяет в них надежду. Н-да, предсказания горца не сбылось, что достигну своим мечом и умом многого. Да и старик явно из ума выжил, за правнука переживал неделю, найти не мог, а пацан в ущелье сорвался, ногу сломал. Я его случайно отыскал, когда в боевом охранении стоял. Мы тогда впятером на вылазку отправились, командир же настоящим мужиком оказался, да и задание не хлопотным. Приказал пацана до дома доставить. Вот по горам я его на себе двое суток и волок. Толком не понимал ничего, язык-то их не знаю, а по-русски тот всего пару слов знал, но дорогу показывал. Оказался в горном кишлаке, старый аксакал меня долго благодарил. Хотел денег дать, а у самого сапоги в ремонт просятся.
  - Уважаемый, я же не за награду, - отрицательно покачал головой, глядя на мятые купюры в руках старика.
  - Мало? - поинтересовался тот, а у самого в глазах искринки и даже морщинки разгладились.
  - Пацана жалко, - усмехнулся, а потом попросил: - Мне бы водички, да пора в обратную дорогу, своих догонять.
  - Не переживай - догонишь, - погладил старик в задумчивости бороду. - Однако, отблагодарить тебя обязан. Пошли! - он развернулся и направился на выход из двора.
  Пожав плечами, последовал за ним. Нет, о награде в тот момент не помышлял. Молодой, романтика в душе, никакой меркантильности, да и что взять с бедных горцев? Хотя, у них могут имеется припрятанные ценности, но мне они без надобности, живым бы из передряг выбраться. Минут двадцать шли, старик оказался крепким и шустрым, я за ним еле успевал. И вот мы оказались на ровной площадке одной из многочисленных гор.
  - Странно! - удивленно покачал я головой, осматривая нанесенные рисунки и явные письмена на незнакомом языке.
  Есть чему удивиться, кругом горы, воздух разряжен, а тут дышится легко, жара не ощущается, да и сама площадка метров десять на десять идеально ровная и без единой выбоины!
  - В центр встань, - приказал дед.
  Да, он сказал это таким голосом, что ослушаться желания никакого. Желание немедленно подчиниться в себе поборол, по сторонам осмотрелся, ремень автомата поправил и спросил:
  - На хрена?
  - Все что могу - отблагодарю этой малостью, - непонятно ответил тот.
  Не чувствую угрозы, выполнил его требование. Старик речитативом что-то на своем гортанном языке произнес, а потом руку приложил на один из символов. Блин, вихрь в центре площадке меня обхватил, думал сейчас поднимет в воздух и швырнет в ближайшую пропасть. Но, нет, обошлось. А вот письмена замерцали различным светом, старик же, продолжает под нос себе бубнить и вторую руку к небу поднял. Такое ощущение, что он чего просит или требует. Минут пять это заняло, аксакал без сил на камнях прилег, я же, в недоумении, к нему подошел. Сам никаких изменений не ощущаю.
  - И что же это ты делал? - спрашиваю, склонившись над аксакалом.
  - Благодарность, - хрипло ответил тот. - Тебе в этом мире отмерено немного времени, потом уйдешь в другой, но душу не потеряешь.
  Объяснение не понял, на уточняющие вопросы дед отвечать отказался. Решил, что он верит в потусторонние силы и проводил один из ритуалов. Конечно, странно это все, но делиться ни с кем этим происшествием не стал, реакцию предвидел и в лучшем бы случае на смех подняли. Из аула ушел и вскоре со своими встретился.
  Вернувшись к мирной жизни, попытался учиться, заниматься бизнесом, таксовать, делать ремонты... легче сказать, чего не делал. В итоге стал телохранителем, неудачным, карьера не задалась. После происшествия у ресторана меня уже никто себя охранять не поставит.
  - Бесполезно, - доносится голос. - Нам его не откачать.
  - Последняя попытка, - устало отвечает кто-то. - Разряд!
  До меня доносится равномерный писк медицинского аппарата, предназначенный следить за сердцебиением, моим...
  По лицу бьют крупные капли дождя, все тело избито и двинуть ни рукой, ни ногой не в состоянии. По щекам скатились капли и попали на губы. Соленый дождь или слезы? Да ну на фиг! Уже и не помню, когда это я плакал! Радует одно - зубы целы, а то сейчас вставить новые слишком дорого, а денег нет.
  - Эх, паря ты не от мира сего, - пробубнил чей-то голос и меня взяли за шкирку подняли из грязи. - Н-да, знатно тебя отмутузили. И чего не убег? Ты хоть живой?
  Вопросы кто-то задает, а глаза открыть не могу, как и язык повернуть. Что-то странное, речь незнакомца плавная и гортанная, его прекрасно понимаю, но говорит он на незнакомом мне языке! Как такое может случиться? Нет, похоже действо в бреду на операционном столе происходит, это все выверт мозга!
  Меня, тем временем, положили на травку, в ухо чирикает кузнечик, а мужик начинает ощупывать на предмет переломов. Хм, действует сноровисто и грамотно, даже в штаны заглянул и пробубнил, что не так и страшно все. Мой спаситель лицо мне отер моей же рубахой и глаза я смог открыть. Бородатый, со старым шрамом на щеке и когда-то сломанным носом, склонился надо мной.
  - Ты кто? - спросил я его.
  - Ба! Да ты никак заговорил! Эк тебя отдубасили, что даже язык стал слушаться! - удивленно покачал тот головой.
  - Где я? - задаю второй вопрос, а у мужика зрачки расширились, а рука на рукоять тесака на поясе легла.
  - Так все там же, - криво усмехнулся он в ответ.
  Приподнимаюсь и осматриваюсь. Опушка перед лесом, дорога разбитая, стадо коров, на небе тучи, птички поют. Но в данное место мне незнакомо. С чего это мозг такую картинку выдает? Взгляд цепляется за босую ногу... Она моя и мне же не принадлежит. Мой сорок шестой и большой выпирающий палец никак не может измениться на, максимум, тридцать восьмой и без родинки. Сглотнул и поднял к глазам ладонь - пальцы тонкие, кожа не грубая. На лицо упали волосы, длинные, а не мой короткий ежик. Что черт возьми происходит?! Попытался встать, голову закружило и сознание померкло.
  
  Глава 1. Благодарность аксакала
  
  Очнулся, как ни странно, от боли в паху. Нет, ребра и лицо болит, но не так сильно. Глаза явно заплыли, сквозь приоткрытые веки рассматриваю траву и муравья, который что-то ищет. Последние события вспомнились и озадачили. Попытался пошевелиться, но не тут-то было, слишком больно, что довольно странно, так как болевой порог у меня достаточно высокий. И все же, что за хрень? Киллер промахнулся? Вполне возможно, что рука дрогнула или я сумел головой дернуть, а пуль вскользь прошла. А с другой стороны, до этого он в меня не один раз стрелял и ранения все были серьезные, с таки выжить сложно, уж в чем-чем, а этом отлично разбираюсь.
  Над ухом кто-то шумно задышал, а потом меня лизнули. Повернул со стоном голову и увидел широкую улыбку волкодава с высунутым языком.
  - Бус! Делом займись, коровы разбредаются! - прозвучал голос.
  Пес вздохнул и исчез из поля зрения, а мгновение спустя раздал грозный лай и расстроенное мычание коров. Почему расстроенное? Ну, так показалось, словно коровы замыслили побег, а он не удался. Вот же дурные мысли! Тут впору задуматься о своей голове, явно крыша прохудилась! Скорее всего пуля мозг задела, но врачи с того света вытащили. Зато последствия плачевны, в овощ я превратился, валяюсь где-то головешкой и брежу. Но терять-то нечего, если это бред или сон, то и действовать можно как угодно. Кстати, когда снятся сны, но разум работает, то можно видения подкорректировать. Мысленно представил, что организм цел и не болит, после чего попытался встать. Хрена с двух! Голову на пару сантиметров поднял, да рукой о землю оперся, так в мозг боль шибанула, что из глаз слезы брызнули, перед глазами все поплыло, из горла стон с полувсхлипом вырвался.
  - Ваня, ты лежи, не дергайся, - кто-то похлопал меня по плечу. - Скоро бабы приедут, коров доить, с ними тебя домой и отправлю.
  Перевернулся на спину, пара ребер явно сломано, специфически знакомая боль. Хотел вновь вопрос задать, но сдержался, решив пока осмотреться и понять, что происходит. Бородатый мужик, смотрит на меня с интересом и в какой-то степени озадаченно. Сам он кряжист и побывал не в одной заварушке. Как же его ребята назвали? Михей? Нет, не так. Михус. Да, точно! Странное имя, скорее кличка. Глаза зацепились за пса, который носится по опушке и собирает стадо. Хм, столько коров в одном месте мне видеть давно не приходилось, тут их под сотню, не меньше. Это что же за фермерское хозяйство? Сейчас не принято пасти скот, стоят в коровниках, и их автоматика "кормит". Опять-таки, бабы доить приедут... Упс, телеги показались, на них восседают женщины и громко о чем-то разговаривают и смеются. Михус пошел навстречу приезжим оставив меня одного, он о чем-то перекинулся парой слов с доярками и отошел в сторону. А женщины, в том числе и подростки приступили к дойке. Ручками! Вновь взгляд зацепился за одеяния, они просты и сейчас так никто не одевается. Опять-таки ни у кого не раздалась мелодия звонка сотового. Да быть такого не может! Дернул головой от осознания неправильности, а потом вспомнил, что и сам-то странно выгляжу. Через минуту пришел к выводу, что мозг подкидывает странную картинку. Я нахожусь в теле подростка и вокруг неизвестная местность.
  - Ваня, ты меня понимаешь? - склонила голову на бок дородная тетка.
  - Угу, - кивнул ей и поморщился от прострела в ребрах.
  - Скажи чего-нибудь, - попросила тетка, к которой подошли еще пара женщин и пялятся на меня как на диковинку.
  - Ребра поломали, а удой у вас знатный, - осторожно ответил.
  Бабы всплеснули руками и принялись громко обсуждать какого-то дурачка местного. Из их монолога, друг дружку они не слушали, пришел к выводу, что местный божий человек это я. Обижать такого грех, но местные парни всячески над убогим издевались и отводили душу. В таком состоянии видеть им меня не впервой, но кроме как мычания ничего от меня не ждали.
  - Чего раскудахтались? - прикрикнул на баб Михус. - Радость у Макара и Лидии - младшенький в себя пришел. Давайте его на телегу и до дому везите, сам-то он не дойдет.
  Мне помогли загрузиться на телегу, где в окружении кувшинов с молоком и повезли в сторону села. К этому времени уже начинаю подозревать, что приключилась какая-то хрень с моим сознанием и по всей видимости, каким-то невиданным путем произошел перенос сознания. Неужели это старый аксакал так меня отблагодарил? Холодный пот прошиб, слишком все реально. Тем не менее, ущипнул свою ногу - больно. Идущие доярки рядом с телегой наперебой обмениваются мнениями по данному "чуду". Семнадцать годков парень ходил неприкаянный, вроде что-то понимал, но блаженному поручали набрать воды, да хворост из лесу притащить. Пока никак не могу определиться какой год, но явно не современный, радует одно, где-то в центральной России нахожусь, но пока еще до конца не могу поверить в реальность происходящего. Время от времени кошусь на дорогу, стараясь разглядеть следы протекторов от автомобилей, но нету их. На розыгрыш это никак не похоже, да и все время забываю, что тело-то не родное. Кстати, мышц почти нет, одни сухожилья да кости. От тряски (и как только молоко не сбивается?) голова стала кружиться, сознание меркнет. Расчет, что опять услышу голос врачей и окажусь на операционном столе или в палате больницы не оправдался. Сознание терял, но новых видений не происходило.
  Привезли меня к плетеному забору, через прутья видны деревья, в окружении которых стоит дом с соломенной крышей. По двору прогуливаются куры и утки, хрюкает поросенок, лениво брехает собака, рядом с ним развалился кот и ни на что не реагирует.
  - Лидка! Твово малахольного привезли! Опять его пацаны отметелили! - крикнула одна из баб во все горло.
  От такого крика на миг оглох, а ее товаркам не привыкать, даже разговоры не смолкли.
  Из калитки вышла женщина и отряхивая руки от земли направилась к телеге.
  - Жив? - с непонятной интонацией спросила она.
  - И даже говорит! - ответили ей бабы хором.
  Женщина споткнулась и недоуменно на меня посмотрела, а потом робко и с надеждой спросила:
  - Иван?
  - Да, - ответил ей и поморщился.
  - Макар! Иди сюда! - заорала Лидия, не уступив по громкости той бабе, которая ее вызывала.
  Мужик, вероятно являющийся моим отцом, явился на крик. Картуз на голове, красная рубаха навыпуск, шаровары заправлены в сапоги. Н-да, на улице жара, а он в кирзачах. Макар пару вопросов бабам задал, скользнул взглядом по моему избитому лицу, а потом помог встать и чуть ли не волоком оттащил в дом. Досталось мне сильно, пока шли сознание пару раз терял, по сторонам не смотрел, только под ноги, анализировать и то не пытался, не до того. На кровать меня положил Макар и что-то спрашивать стал, но ответить не смог, глаза закрылись и провалился в сон, сил нет совсем.
  Очнулся от криков петухов, в маленькое окошко пробивается свет и можно осмотреться. Комнатка имеет стул, кровать и пару вбитых гвоздей, на которых висит одежда. Тело болит, ребра нужно перебинтовать. Этим и занялся в первую очередь. Странно, но меня врачевать никто не пытался, как не озаботились и о еде. Перетянул грудину, всю в гематомах, простыней и потер висок. Пора прийти к каким-то определенным выводам, а делать их очень не хочется. Особенно то, что увидел в окошко. Так реконструировать деревенский быт невозможно, если не ввалить пару миллионов в подобное развлечение. Оделся и осторожно направился на улицу. Прошел по участку, отыскал кадку с водой из которой умылся и полюбовался на собственное отражение. Хм, лицо опухло так, что мое ли оно сказать невозможно, но волосы явно принадлежат другому. Мало того, что мои сантиметров на двадцать были короче, так еще тут и ни одной седой волосинки.
  - Ваня, ты как? За хворостом пойдешь? - прозвучал голос Макара.
  - Так дров-то достаточно, - кивнул на сложенные поленницы и лежащие рядом с ними горы хвороста. - Это все я натаскал?
  - И вправду говорит, - удивился ответил Макар и поцокал языком.
  Хм, а он ведь играет, неискушенно, глаза-то отвел и губы поджал. Макар снял картуз, пригладил волосы, хмыкнул и кивнул в сторону лавки:
  - Посидим, покурим.
  - Давай, - согласился я.
  В свое время покуривал, имелась такая дурная привычка, но бросил.
  Сели мы с Макаром, тот достал кисет и неспешно свернул самокрутку, прикурил и глубоко затянулся. Я же пытаюсь рассмотреть, что на спичечном коробке написано, который Макар в руке подбрасывает.
  - А ты ведь всю ночь бредил, - придя к каким-то выводам, сказал мой собеседник.
  Молчу, говорить нечего, а Макар продолжил:
  - Двигаешься не так как раньше, неожиданно заговорил и соображать стал. Ты кто, паря? - он остро впился взглядом в мое лицо.
  - Иван я, - чуть пожал плечами, а потом добавил: - Так меня назвал Михус, когда в грязи избитым нашел.
  Макар кивнул, затянулся и тяжело вздохнул.
  - А в бреду чего я говорил? - спросил его, уже понимая, что выдать себя за его сына никак не получится.
  Можно прикинуться, что потерял память, а если учитывать, что блаженным недавно по селу ходил, то вроде бы все легко и просто. Но как провести человека, который знал своего сына с пеленок? Да и стоит ли? Каждое мое действие "близкие" станут внимательно рассматривать. Вот не так стал есть, ложку с вилкой по-другому держит, слова неизвестные говорит. Нет, скрываться смысла нет. Но как Макар себя поведет? Объявит сторонником темных сил и предаст анафеме?
  - Много чего, - уклончиво ответил тот. - Я всю ночь не спал, думал, как с тобой разговор составить. Не ожидал, что признаешься. Сын-то мой где?
  - Скорее всего один из ударов смертельным оказался, - медленно ответил, подбирая слова. - В меня, если ты понял, стреляли. Последнее, что помню - врачи спасти пытались.
  - Благородных кровей? - уточнил Макар.
  - На этот вопрос сложно ответ дать, - покачал я головой. - Лучше скажи который сейчас год и где нахожусь.
  Макар крякнул, с удивлением на меня покосился, но промолчал. Он не понимает, как себя со мной вести, да и я тоже не составил никакого плана, плыву по течению. Врать не хочу, но и правды говорить нельзя. Мой собеседник вновь стал крутить самокрутку, а потом и мне предложил. В такой ситуации не только закуришь, поэтому с благодарностью принял кисет. Увы, нормально скрутить сигаретку не сумел, практика, по понятным причинам, отсутствует. А мой собеседник за каждым моим жестом наблюдает. Молча у меня обрывок газетный отобрал, пару движений сделал и протянул мне самокрутку. Чиркнул спичкой и дал прикурить. Табак оказался не крепким, горло драть и не подумал. Глубоко затянувшись, я выпустил струю дыма подняв голову к небу.
  - Н-да, Иван-то курить не пробовал, - вздохнул Макар.
  Он начал рассказывать и чем дальше, тем больше я хмурюсь. Нахожусь в Тверской губернии, год тысяча девятьсот третий, государство Российское. Село большое, сто домов, до города пятьдесят верст. Это в двух словах, а после уточняющих вопросов, стал сам припоминать, что из того времени известно. Увы, но отсчет знаний у меня датируется с пятого года, а потом с семнадцатого и после, истории не много внимания уделял. Смутное скоро время настанет и что делать непонятно.
  - Государыня у нас справная и мудрая, за каждого подданного горой, говорят есть смутьяны недовольные ее правлением и молодостью, но это от недалекого ума, - выдал Макар, повергнув меня в изумление.
  - Подожди, а на троне не царь разве? - озадаченно уточнил у него.
  - Господь с тобой! Уже три года как княжна Ольга на престол поставлена и перед Богом помазана! Вначале советники правили, законы хрен пойми какие городили, но потом государыня подросла и все в свои руки взяла. Пришлось ей мятеж из дворян подавить, кого казнить, а кого на каторгу, но зато теперь нет таких наглых поборов.
  Сижу, словно мешком по голове ударенный. И так-то историю своей родины знал не слишком хорошо. Но уж спутать царя с царицей никак не могу! Россией правила Екатерина, но в тысяча девятьсот третьем не престоле находился Николай второй из семьи Романовых! Это отлично помню, как и то, что потом произошло. Да и из ключевых событий того времени помню, что через год начнется русско-японская война, да большевики с меньшевиками будут "воду мутить" и в головы народа различные мысли вкладывать. Как сам отношусь к тому времени? Хм, а ведь нет у меня ответа. Не задумывался, а склонять прошлое не любитель, людей только жалко, тех, что погибли, да влачили жалкое существование. Однако попал-то я в мир, где история пошла не по тому сценарию и что дальше последует - неизвестно. Взлохматил волосы и погрузился в раздумья. Бежать и орать, что к вам пришел гость из будущего и знает... А чего собственно? Сконструировать двигатель или изобрести что-либо не в состоянии, да и о событиях ничего рассказать не могу. С вероятностью под сто процентов их в этом мире не случится, все не так пойдет. Возможно, сценарий повторится, но явно с другими вариациями.
  - А? Повтори пожалуйста, - попросил Макара, который что-то спросил и теперь ответа дожидается.
  - Что делать-то умеешь? И какие планы? - задал он два вопроса.
  - Планы? - переспросил я. - Знаешь, для самого это все неожиданно, да и какие планы в таком-то теле, - ткнул себя в грудь и поморщился от боли в ребре.
  - В твоем возрасте у меня уже сын имелся, избу поставил, хозяйством обзавелся, - хмыкнул Макар.
  От перспективы повесить на шею семейное ярмо и пасти скот (на большее в деревне мне рассчитывать не приходится) - отрицательно качнул головой, но вслух этого говорить не стал.
  - Да и умения мои, по сути, тут никому не нужны, - сокрушенно посмотрел на ладони. - Знаний мало, подобной ситуации не предвидел.
  - Так скоко тебе годков было, когда к лекарю попал? - уточнил Макар.
  - Двадцать восемь.
  - Угу, и до этого времени ты прохлаждался и ничем не занимался?
  - Телохранителем работал, ну, охранял знатные персоны.
  - Гм, охранитель? - он смерил меня взглядом, а потом сплюнул под ноги: - Прости, забываю с кем говорю и что тело-то сына маво.
  Помолчали, а потом Макар хлопнул себя по колену и сказал:
  - Всем будет спокойнее, если ты никому об этом разговоре не расскажешь. Говори, что ничего не помнишь и все для тебя в диковинку. Жить можешь у нас, захочешь уйти - удерживать не стану. К делу пристрою, не осерчай, но задарма кормить не буду.
  - Спасибо, - ответил ему.
  Макар давно ушел, а я продолжаю сидеть на лавке и размышлять о своем положении. Никак не могу отказаться от мысли, что в любой момент окажусь в собственном теле и родном мире. Но и со счетов нельзя сбрасывать то, что аксакал из горного аула провел ритуал и после смерти мое сознание перенеслось в другого человека. Парень-то, вероятно, и в самом деле умер, били его на совесть, уж в чем-чем, а в этом понимаю. За что и почему? Да, скорее всего из-за странности своей. Многие любят унижать слабого, в особенности того, кто дать сдачи не в состоянии. Хм, а ведь необходимы тренировки, если собираюсь выжить в этом мире. Но первостепенное дело - осмотреться и не выделяться, а потом решать, как действовать. Путей-то у меня не так много, но податься в армию и служить рядовым не хочу. Не знаю как в этой реальности, но вскоре могут начаться войны, где за жизнь рядового из деревни и медного гроша никто не даст.
  Через час меня позвали на завтрак, семейство Макара питается за одним столом. Разносолов нет, на столе тарелка с ватрушками и у каждого стакан чая. У меня оказалось двое братьев и трое сестер. Все погодки, братьям, по моим вычислениям уже двадцать четыре и двадцать три. Хм, а по деревенским меркам сестры-то в девках засиделись! А не причина ли в их младшем, из-за которого опасались замуж звать? Если родился один не от мира сего, то такое семейство стараются стороной обходить.
  - Ваня, выпей-ка водички, - протянула мне стакан Лидия.
  Удивленно на нее посмотрел, но заметил, что на меня все с напряжением смотрят, а в углу, не так далеко от главы дома ружье у стены стоит. Взял я стакан, решив, что это такая проверка. На всякий случай понюхал - обычная вода. Выпил и посмотрел на Макара. Глава семейства встал, улыбнулся и широко перекрестился, повернувшись к иконе, за ним все домашние повторили. Неуверенно и я перст ко лбу поднес и перекрестился.
  - Мать, крест нательный Ивану отдай, - распорядился Макар. - Святая вода от всего очищает.
  Лидия на мужа посмотрела, губы поджала - не понравилось ей, но перечить не осмелилась. Ушла в горницу и вернулась с тряпицей, развязала и крестик мне на веревочке протянула. Одел его и чуть помявшись вновь перекрестился.
  - Можем и позавтракать, теперича, - скомандовал Макар и взял в руки ватрушку.
  Все повторили его действия, я опять чуток запоздал. Ели в полной тишине, разговоры никто не заводил, но на себе ловлю внимательные и недоуменные взгляды, явно что-то не так делаю.
  - Мы с Иваном на охоту, - выпив чай и поставив пустой стакан на стол, объявил Макар, а потом не слишком понятно добавил: - Младшой должен приучаться.
  И вновь никто ему не стал перечить, чувствуется твердая рука.
  - Гриша, ружье свое и патронташ брату одолжи, - мимоходом сказал Макар, направляясь к двери.
  Старший из братьев кивнул и поднялся следом за отцом. Когда они вышли, Лидия и сестры синхронно выдохнули и расслабились, а вот оставшийся мужчина брови нахмурил. Хм, Макар в строгости семейство держит, парни ему пытаются подражать.
  - Вань, а тебе петушка на палочке не хочется? - склонила на бок голову одна из девушек и озорно на меня посмотрела.
  - Нет, - буркнул я и поспешил выйти в дверь.
  Плохо представляю, как себя вести с этими людьми.
  - На тетеревов пойдем, давно жареной птицы на столе не видели, - объявил на улице Макар, а Григорий молча протянул мне ружье и патронташ.
   Отправились мы с Макаром через все село, демонстративно и посередине дороги. Шли долго, с каждым встречным мой, так называемый отец, останавливался и рассказывал, что сынок-то с мозгами подружился. Обязательно задавался тот или иной вопрос мне, чтобы услышать мой голос. Вначале терялся в догадках, но потом сообразил, что Макар преследует несколько целей одновременно. Показывает, что мне доверяет и оружие тому подтверждение, и в свою очередь знакомит с селом. Или слишком многого хочу? Нет, Макар тот еще жук. Хозяйство у него справное, три коровы, две лошади, про свиней и птиц не говорю, не считал. А с учетом того, что дом его крайний, то тащиться через село глупо, не поверю, будто тетерева водятся только в той стороне. Да и какая охота на птицу днем? Когда вышли за околицу, прямо об этом и заявил. Макар довольно крякнул и кивнул каким-то своим мыслям.
  - Иван, ты правильный вывод сделал, да и сельчане не дураки, поняли мою демонстрацию. Но без трофеев нам возвращаться не следует, поэтому переночуем в сторожке, до нее пару часов идти. Кстати, с оружием-то знаком? - кивнул он в сторону моего плеча.
  - Разберусь, - усмехнулся. - Но есть проблемка, с такими синяками, - провел ладонью по глазам, - боюсь точно прицелиться не смогу.
  - Так дробь сама жертву найдет, - хмыкнул Макар и зашагал по дороге.
  Ну, спорить с ним не стал, да и есть о чем поразмыслить. Мне представлялись забитые и нищие крестьяне, еле-еле сводящие концы с концами. Однако, увиденное в селе заставило пересмотреть свое отношение к истории. Да, одежды тут не от кутюрье, но попрошаек и голодающих не заметил, хозяйства справные и большие. Стал Макара расспрашивать и тот поведал много интересного. Нищих, в моем понимание слова тут нет, никто не голодает, но и роскошь себе не каждый может позволить. На всю деревню имеется один граммофон и тот у старосты. По торжественным событиям аппарат выносят на улицу и заводят. Тот, кто не желает с землей возиться, в город едут и на заводы или фабрики устраиваются. Что интересно, мой напарник ни одного вопроса не задал, как и не пытается чему-либо научить. Думаю, присматривается и проверяет. До сторожки добрались к вечеру, перекусив по дороге все теми же лепешками, да запив их водой из ключа. Переночевали и отправились на токовище. Макар стрелять не стал, а вот я подстрелил двух куриц, после чего мы отправились в обратный путь. Странная вылазка, Макар задумчив и на вопросы отвечает неохотно, отделывает короткими фразами. Мне же, честно говоря, начинает в этом мире нравиться. Чистый воздух, леса полные зверья, ни тебе мусора под деревьями, ни вони от автомобилей!
  - Крюк сделаем, к знахарке заглянуть хочу, часто спина болеть стала, может чего посоветует, - неожиданно произнес Макар и изменил направление движения.
  Угу, так я ему и поверил! По лесу идет словно лось, еле угнаться могу. Да и незаметно, чтобы дорога его хоть немного напрягла. Опять меня показать хочет и выслушать мнение со стороны. Ну, в принципе, ничего против не имею. Крюк оказался небольшим, в лесу расположилась избушка, к которой дорога наезжена. Интересно, а как знахарка тут зимует? Неужели не боится лихих людей или зверья? Данный вопрос вслух задал, отчего Макар долго смеялся и из глаз слезы вытирал.
  - Ну ты меня и насмешил! Кто же в здравом уме на нее руку поднимет? Да и звери свою благодетельницу охраняют, - отсмеявшись ответил мой напарник.
  Мало что понял, но решил посмотреть, как и что - любопытно.
  Хм, забор у знахарки не в пример лучше, чем у моего главы семейства. Да и дом не уступает, куры пасутся, кот на лавочке перед домом сидит и жмурится, а вот Макар оробел. Осторожно постучал в калитку, хотя та открыта.
  - Иду уже! - крикнула какая-то женщина и через пару минут подошла к нам.
  На вид ей лет сорок-сорок пять. Одета просто, ни тебе перстней на пальцах, ни метлы в руках (колдунья-то с ней у меня ассоциируется, про себя так пошутил).
  - Мне бы настойку от спины, по весне так прихватило - криком кричал! - поздоровавшись, заискивающе попросил Макар.
  Женщина, склонив голову на него взглянула, перевела взгляд на меня, прищурилась, нахмурилась и кивнула:
  - Проходите, у яблони располагайтесь, сейчас приду.
  Макар выдохнул и вошел в калитку, поманив меня пальцем. Знахарка ушла в дом, а мы сели за стол, стоящий у яблони. Хозяйка не заставила себя долго ждать, вернулась с пузырьком и протянула Макару:
  - Прихватит спину - пять капель на стакан воды.
  - Чем... - начал было он, но знахарка перебила:
  - В расчете, ты же сына своего привел, которого я врачевала и на ноги не поставила, а он-то излечился.
  Ответить Макар ничего не успел, послышался топот копыт, мы синхронно повернули головы и увидели, как тройка лошадей запряженная в экипаж остановилась у ворот.
  Кучер, не слезая с козел, крикнул:
  - Знахарка! Барыне плохо, помощь нужна, местные лекари помочь не могут!
  - Ворота отопри и въезжай! - скомандовала хозяйка.
  Кучер споро отворил створки и через минуту, чуть ли не к яблоне подъехал. Из экипажа выпрыгнул слуга в ливрее, обвел нас взглядом, а потом помог выйти даме в шикарном платье. У женщины нездоровый румянец на щеках, она прижимает ко рту платок и явно держится из последних сил. На вид ей лет двадцать, красива, но глаза больные и беспомощны.
  - Кашель с кровью, - произносит слуга и в подтверждении его слов дама закашлялась и поспешно вытерла губы платком, на котором красное пятно крови мы все увидели.
  - Чахотка... - убитым голосом произнесла знахарка.
  Макар стал неистово креститься, кучер вытер со лба пот, а слуга с надеждой сказал:
  - До графини дошли слухи, что вы можете многое. Помогите моей госпоже, и она достойно отблагодарит.
  Одно то, что он обратился на "вы" к какой-то знахарке из глуши, говорит о их последней надежде. Наша хозяйка отрицательно покачала головой:
  - Мне не под силу, а давать пустые обещания не хочу.
  - Можно с дороги передохнуть? - спросила графиня и сделал шаг в сторону лавки.
  Мы с Макаром синхронно встали и попятились.
  - Можете сидеть, если не боитесь, - грустно улыбнулась приехавшая. - Перед смертью все равны.
  Жалко девушку, красивая и молодая, но помочь-то ей не смогу. В моем мире десяток уколов, свежий воздух и... Стоп, а с чего это я решил, что так уж беспомощен. Всем известен первый антибиотик, получить который относительно просто, а он, когда появился, чуть ли не лекарством ото всех болезней стал! Это потом вирусы и бактерии к нему привыкли, дозы потребовались другие, да в итоге и действие его практически прекратилось. Закусил губу и решаю сложный вопрос: как поступить? Промолчать или попытаться девушке помочь? Если не послушает, то хотя бы совесть чиста окажется.
  Глава 2. Больная
  Стою и закусив губу смотрю, как девушка села на лавку и тяжело дышит. У нее явно температура подскочила. Блин, жалко графиню, но себя еще жальче. Выдавать свои знания? Хм, а они разве есть? Ну, кое-что мне известно, но получить лекарство вряд ли смогу, прекрасно себе в этом отчет отдаю. С химией мало общего, формулы воды и спирта могу назвать, но не больше, а уж чтобы синтезировать лекарство... Путь тут один: народная медицина и удача. Так как девушка плоха, то можно попытаться вырастить плесень зеленого, вроде, цвета. Стал вспоминать и убедился, что про цвет помню хорошо. Применить же ее придется внутрь, но толку оно не принесет, если не попадет в кровь. А вот настойка прополиса на спирту, у меня так знакомый излечился, от легкой формы туберкулеза, может и помочь. Однако, тут случай другой, слишком болезнь запущена и прогрессирует. Блин! Размышляю о том, как графиню излечить! А собственная судьба? Мне вспомнилось, как тащил в горный аул пацана. Н-да, и чего сам себя обманываю? Уже все решил, только не факт, что помочь смогу.
  - Иван, - дернул меня Макар за руку и кивнул в сторону, - пойдем.
  - Подожди, - отрицательно качнул я головой и сделал пару шагов к знахарке.
  Та мое движение заметила и удивленно голову вверх дернула, как бы спрашивая: чего это ты парень?
  - Пару слов, - указал ей рукой в сторону.
  Мы отошли к распахнутому окну дома, куда черный кот на подоконник переместился и лапы вытянув за мухой одним глазом наблюдает и ухом дергает.
  - Зачем звал? - прищурилась знахарка, глядя мне в глаза.
  - Графине можно помочь, - не отводя взгляда, ответил я, но потом поправился: - Попытаться.
  - Чахотка в такой стадии не лечится, - припечатала та.
  - Несколько способов знаю, если их вместе попробовать, то шансы есть, - не отступил я.
  Понимаю, если не смогу знахарку убедить, то к графине и слова не скажу. Она ни за что не поверит деревенскому парню, да еще с опухшей от синяков рожей.
  - Говори, - приказала знахарка.
  - Можно вырастить специальную плесень и давать больной, шанс на выздоровление есть, а если совместить и применить настойку на пчелином клее, то процентов десять, что девушка поправится.
  - А чего не сто? - задумчиво хмыкнула знахарка, с удивлением смотря на меня.
  - Тяжелая форма болезни, - ответил ей.
  - Ваня, а тебе откуда это известно? Про плесень и прополис, что они помогут?
  - Дней десять потребуется, прежде чем лечение начать, - уклончиво ответил ей, и на Макара посмотрел, который хмурится.
  А вот графиня и ее слуга почему-то напряглись. Особенно лакей нервничает, дядька уже седой почти, лет шестидесяти на вид, но могу ошибаться, в этом мире непонятно как года идут. Знахарка задумчиво перевела взгляд на девушку, та как раз закашлялась и приложила платок к губам.
  - Ей длительные поездки и тряски в экипаже противопоказаны, может... - начал было я, но знахарка меня перебила:
  - Это и так понятно, - она поманила пальцем Макара: - Иди сюда!
  - Что случилось? - сделала мой "отец" пару быстрых шагов к нам.
  - Ваня твой случился, - пробубнила знахарка. - Парню доверять можно? У него мозги и в самом деле на место встали?
  Ха, интересный вопрос! И как на него Макар ответит?
  - А я, собственно, по этому поводу к тебе и пришел, - не стал тот брать на себя ответственность.
  - Да? - удивилась знахарка, а потом мне сказала: - Дай ладонь!
  Погадать решила? Да без проблем, протянул ей руку, и женщина стала изучать что-то видимое только ей. Что-то под нос себе бормочет и явно недовольна результатом. Шагнула вперед и приложила руки к моим вискам. Кожу обожгло холодом, руки у женщины ледяные.
  - Ничего не поняла, - огорченно качнула знахарка головой, отнимая ладони. - Пойдем к графине, предложишь ей сам лечение, как она решит - так и будет!
  - Я предложу? - поразился такому повороту.
  - Ну не я же, - усмехнулась та. - Ваня, давать надежду в то, чему не веришь - не в моих привычках. Если испугался, то, - она кивнула в сторону калитки и фразы не закончила.
  - Пошли, - буркнул я, пытаясь придумать какой-то более-менее правдоподобный план.
  В свое время язык у меня работал отменно, мог любого заболтать и из неприятной ситуации выход найти. Правда, не всегда слова доходили до противников и приходилось кулаками махать. Ну, это понятно, как на дискотеке можно подвыпившим парням объяснить, что девушка ангажирована на все танцы со мной? Да еще когда та с одним из них пришла!
  - Графиня, мы можем переговорить втроем? - спросила знахарка.
  Девушка удивленно посмотрела нее, а потом кивнула в мою сторону:
  - С ним?
  - Да, Ваня хочет кое-что сказать, - подтвердила та.
  - Лаврентий, подожди меня у экипажа, - бросила девушка слуге.
  Тот, кивнул и отошел, но с знахарки взгляда не сводит.
  - Ну, слушаю тебя Ваня, - улыбнулась мне графиня.
  - Как-то неудобно к вам обращаться, не зная имени отчества, - медленно произношу.
  На самом деле, имя ее мне не так важно, оттягиваю время, пытаясь прокрутить в голове разговор.
  - Ой, прости великодушно, забыла представиться, - усмехнулась графиня: - Смеева Мария Александровна, к твоим услугам!
  Настроение у графини скакнуло, она даже засмеялась, но сразу же закашлялась и судорожно платок ко рту поднесла. Крови на этот раз не оказалось, и девушка облегченно вздохнула.
  - Иван меня зовут, до недавнего времени жил и ходил божьим человеком, - медленно говорю.
  - Божий человек? - нахмурилась Мария, а потом перевела взгляд на знахарку.
  - Истину говорит, несколько раз пыталась лечить, но ничего не вышло, так его отцу, - она кивнула в сторону стоящего у стены дома Макара, - так и заявила пару лет назад. А сегодня, перед вашим визитом они пришли и парень совершенно здоров. А говорит, так, словно и ничем никогда не болел.
  - Иван, это правда? - уточнила у меня девушка.
  - Ну, вероятно, - пожал я плечами. - Как жил до недавнего времени в деревне и что делал - не помню. Но дело не в этом. Ночью сегодня мне приснилась эта встреча и увидел, как и чем можно болезнь побороть. Однако, сон оказался странен, у него имелись несколько окончаний и не все они вели к положительному результату.
  - Не поняла, - оторопело проговорила графиня.
  - Верю, что видение являлось пророческим, хворь вашу можно исцелить, но при определенных условиях, - пытаюсь витиевато объяснить, пройти по грани между правдой и ложью.
  - И что же для этого нужно? - серьезно спросила Мария, а у самой вырвался печальный вздох.
  - Догадываюсь, что обещали вам много и часто, - говорю, но понимаю, что совершенно не то, чего от меня ждут. - Шанс есть, он маленький, даже мизерный, но справиться можно.
  - Так что требуется? Денег? - перебила меня графиня. - Сколько? Ты скажи, не стесняйся.
  Честно говоря, ее вопрос меня в тупик загнал. Сколько в этом мире стоит буханка или, как, наверное, тут принято, краюха хлеба мне неизвестно.
  - Я не про деньги, - отрицательно качнул головой. - Необходим покой, строгая диета и безукоризненное выполнение моих требований.
  - Мальчик, а ты не слишком о себе возомнил?! - поднялась с лавки Мария и в ее глазах появился лед.
  Девушка окатила меня таким взглядом, словно ледяной водой окатила.
  - Воля ваша, - развел руки в стороны, - хотел как лучше, а получилось, как всегда.
  - Лаврентий! Мы уезжаем! - развернулась графиня и чуть не столкнулась нос к носу со слугой, который незаметно подошел и явно слышал наш разговор.
  - Матушка, повремени, отдохни немного еще, - елейно улыбнулся он ей. - Я сам с молодым человеком поговорю. Хорошо?
  Сил у девушки явно нет, резко сдулась и от праведного гнева следа не осталось, словно стержень кто-то вытащил. Мария вновь села на лавку и тяжело задышала, на лбу проступили бисеринки пота. Н-да, температура прыгает. Течение болезни в точности как у моего одного приятеля. Мы с ним учились в одном классе, после окончания школы пути-дорожки разошлись, вернувшись из армии увидел опустившегося и старого человека. Роман успел пару лет отсидеть за хранение наркоты, он начинал с легкого дурмана, а заканчивал жизненный путь иглой в истерзанные вены. Тогда-то и изучил эту болезнь, пытаясь бывшему однокласснику и приятелю по детским играм во дворе помочь. Но тот не желал отправляться на лечение, верил в народную медицину и то, что с иглы может слезть в любой момент, как захочет, но почему-то такого желания не испытывал. Возможно, он не хотел жить, но у меня, да и ни у кого не вышло его вытащить.
  - Графине бы морса клюквенного, - посмотрел на знахарку.
  - Принесу, - коротко ответила та.
  - Как тебя зовут-то? - неожиданно спросила Мария, обращаясь к знахарке.
  - Пелагея, - ответила та и пошла в сторону дома.
  Лакей графини кивнул мне в сторону экипажа, мол отойдем, чуть кивнул ему, соглашаясь. Но Лаврентий вышел за изгородь и поглядывая на меня, следую ли за ним, углубился в лес. Хм, он меня решил вдали ото всех расспросить? Скорее всего и кулаками захочет помахать. По походке не скажешь, что старик, в отличной форме, да и справиться с деревенским подростком, который в ответ и сдачи дать не подумает, легко. Ха, но я-то не тот и отвечу без раздумий. Одно жалею, что мышц маловато, тело физической нагрузке не слишком подвергалось. Иду настороже, готовый в любой момент дать отпор. Ну, так и предполагал, Лаврентий с улыбкой на лице ко мне развернулся и правой в живот решил ударить. Увернуться смог, от удара левой ушел и даже в стойку встал. Слуга графини склонил голову, оценивающе меня рассматривая, а потом сделал нырок в ноги. Подобное ожидал, даже среагировать успел, но тело слушается плохо, опрокинул он меня на спину и локоть на горло наложил.
  - Говори! - яростно прошипел.
  - Чего? - спросил я, оценивая собственные шансы.
  Вывернуться не могу, сил не хватит, достать его ногами возможно, но пока решил подождать. Да еще простреливает пах, а про сломанные ребра и вообще молчу - дикая боль!
  - Как и кто узнал, что мы тут окажемся? Чьи это происки?! - прошипел он мне в лицо и на горло надавил.
  Интриги? Млять, больно! Да пошел бы он! Оттолкнулся ногами от земли, кулаками ударил под ребра своего противника и попытался сделать кувырок назад. Цель - захват ногами шеи противника. Не рассчитал реакции Лаврентия, слуга, получив удары по ребрам ослабил давление на шею и приподнялся. Ногами ему в голову попал и сразу же вбок откатился. Хотел вскочить, но получил по больным ребрам удар носком сапога.
  - Сука! - вырвалось у меня с хрипом, а потом пара фраз, которых никак деревенский парень знать не может.
  Лаврентий опешил, а потом попросил:
  - Повтори что сказал и поясни значение!
  Гм-м, да и слуге пара выражений неизвестна, это же армейский жаргон, связанный с оружием, которое кое-кому за такие деяния засовывают. Первый прокол? За языком следить необходимо. А как это сделать, если тебя по сломанным ребрам бьют?!
  - Какого хрена тебе от меня нужно? - лежа спрашиваю, наблюдая, как слуга в задумчивости отходит от меня на пару шагов и револьвер вытаскивает.
  - Хм, этот вопрос тебе предназначен, - сказал тот и взвел курок.
  До Лаврентия метров пять, даже в лучшей своей форме ничего бы не сделал, а уж тут и говорить нечего. Странно то, что я предложил графине лечение, та не поверила, так чего ее слуга ко мне прицепился? Отправлялись бы домой и дело с концом. Именно это и озвучил, но слугу не убедил.
  - Тебе известно кто родня у Марии Александровны?
  - Да на хрен мне, - не договорил и сделав "круглые" глаза, посмотрел за спину Лаврентия и воскликнул: - Это еще что такое?!
  Как и ожидалось, слуга непроизвольно голову повернул, я же, вскочив не за деревом спрятался, а "качая маятник" в два прыжка к нему приблизился и от души пнул ногой в пах. Лаврентий согнулся, сухо щелкнул выстрел из револьвера, пуля у моих ног в землю ушла. Два коротких удара в голову, без жалости и сожаления, слуга графине в глубоком нокаут отдыхает руки раскинув, а я револьвером завладел и сел, оперившись о ствол ели. Руки не дрожат, но курить хочется - спасу нет. Это все Макар со своими самокрутками, бросил же года три как! Нет, стоило один раз сорваться и все! Кстати, тело не родное, к табаку непривычное, а зависимость имеется, а это подтверждает, что зависимость психологическая. Побороть-то ее можно, но...
  - Курить есть? - спросил застонавшего Лаврентия.
  - Оружие отдай, - держа руку в паху, ответил мне тот.
  - У меня побудет, - хмыкнул я. - Мало ли, еще отстрелишь себе чего-нибудь.
  Слуга медленно сел и покачиваясь зашарил в кармане. Ну, не верю, что у него еще один ствол найдется. Ага, портсигар вытащил и в мою сторону кинул. Блин, между нами, метра три, а Лаврентий умудрился не докинуть. А может снова драться изволит? Не, его покачивает от нокаута еще не очухался.
  - Спички, - напомнил ему, вытаскивая папиросу.
  Лаврентий кинул мне коробок, я закурил, обдумывая свое положение. А оно мне кажется не слишком завидным. Деревенский парень нападает на слугу графини, да за это мне место на каторге, если делу дадут ход. Ноги делать? Без документов, денег? Глупо, ох как глупо!
  - Ваня, а ты и взаправду можешь Марии Александровне помочь? - тря скулу, спросил слуга.
  - Шансов немного, но они есть, - задумчиво ответил и поднялся на ноги. - Так кого ты во мне подозревал?
  - Подосланного, и, знаешь, - он ухмыльнулся, - пока подозрения подтверждаются. А с другой стороны, если девочке поможешь, то мне без разницы, кем ты являешься и от кого!
  Ха, а вот это другой разговор. Протянул Лаврентию руку, помогая встать, а потом попытался без прикрас нарисовать картину болезни девушки, если срочно не принять мер. Утаивать не стал, что шансов мало, состояние-то тяжелое, а непосредственно приступить к лечению незамедлительно не получится.
  - И, да, я сын Макара, деревенский парень, на которого прозрение сошло, и он неожиданно разум обрел, - подытожил и вопросительно на Лаврентия посмотрел.
  - Опровергать этого не собираюсь, - понятливо кивнул тот. - Уверен, что бумаги у тебя имеются.
  - Это у Макара нужно спросить, - пожал я плечами и кивнул в сторону, откуда пришли: - Идем?
  - Да, графиню уговорим и станем за ней приглядывать, вариантов, если честно нет, все врачи от нее отказались и руками развели, кто-то дает месяц, кто-то полгода, но это максимум, - печально сказал он.
  Ушли мы не так далеко, а выстрел из револьвера все слышали и встретили нас облегченным вздохом. Один Макар остался невозмутим и продолжает стоять у стены дома, смоля самокруткой.
  - Лаврентий, папиросу мне, - протянула графиня руку своему слуге.
  Тот полез в карман, позабыв, что портсигар ко мне перекочевал.
  - Курить нельзя, остаешься у Пелагии и выполняешь мои требования, если поправиться хочешь, - коротко сказал и направился к Макару.
  - Да по какому праву?! - возмутилась графиня.
  - Мария Александровна, успокойтесь, мы поговорили, и я настоятельно советую попытаться излечиться, - взял за плечо девушку слуга.
  Боковым зрением наблюдаю, как графиня просто кипит от негодования и что-то горячо шепчет Лаврентию, а тот ей ласково улыбается и кивает. Эх, не спросил я, кем он девушке приходится. Может дальним родственником? Отношения выходят из-под определения: "госпожа и слуга". Впрочем, если будет лечиться, то разговоров всяких не избежать.
  - Макар, мне необходим пчелиный клей и самый что ни наесть чистейший самогон, - обратился я к "отцу".
  - Так мед еще никто не качал, лето только началось, пчелы ульи не натаскали, - пожал тот плечами.
  - Ваня, а прошлогодний не подойдет? - спросила Пелагея.
  - А пес его знает! Лучше свежий, так надежнее, - ответил, на самом деле не представляя как лучше.
  - На пасеку нужно или искать диких пчел в лесу, - пожал плечами Макар.
  - Так тебе и даст пасечник улей грабить, - усмехнулась Пелагея. - Знаю пару мест в лесу, где пчелиные семьи обосновались. Объясню, Ваня и принесет, что нужно.
  - Тоды я за первачом, у тебя-то нет поди? - посмотрел на знахарку Макар.
  - Найду, - махнула та рукой, задумалась, а потом решила: - Ты харчей принеси, у меня-то разносолов нету, а кормить придется графиню и ее людей.
  На этом и порешили, Макар ушел, я дал рассказал, как действовать Пелагее если у графини поднимется температура и что той можно, а что нет. Марию и Лаврентия при этом разговоре специально позвал, чтобы девушка со слугой слышали. Впрочем, там ничего особенного, стандартная диета, прогулки в лесу и сон. Девушка таким положением вещей осталась недовольна, в частности, что курить ей запретил. Но внимания на ее бурчание обращать не стал. Хочет вылечиться - пусть слушается. Следующим моим шагом стало создание плесени. Пелагея дала пару ржаных лепешек, и я их поместил хлеб в ее подвале. По прикидкам, дней пять-десять потребуется, до нужного цвета плесени, за это время, как раз настоится настойка на прополисе.
  - Осталось добыть пчелиный клей и спирт, - объявил я, вылезая из подвала.
  - Тиши ты, графиня уснула! - шикнула на меня знахарка.
  - Ты за клеем-то когда пойдешь? - шепотом спросил я.
  - Не собираюсь, - отрицательно мотнула та головой. - Как до них добраться - расскажу, но по деревьям, прости, лазать не умею.
  Ну, согласен, придется мне, больше некому. Да и чего там такого? Подумаешь! Добыть запечатанные соты у диких пчел, пару раз ужалят - не беда. К тому же мне Пелагея надавала шмотья ворох, хрен прокусят. Да и стоит одному пройтись, подумать о сложившейся обстановке.
  Пчелиную семью отыскал и в самом деле быстро, пару километров прошел и увидел здоровенный дуб, расположившийся у небольшой речушки. По приметам все сошлось, дупло с пчелами находится на высоте метров трех от земли, но забраться по кроне дуба не сложно. Однако, сразу не полез, сел под деревом и стал размышлять о том, как дальше поступать. Никак не могу понять, что встреча с графиней сулит. Случайность это или божий промысел? И как для меня повернется, если ее излечить не смогу. Рискую? Ну, уже поздно об этом размышлять, да и не мог поступить по-иному. Ладно, попытаюсь графиню на ноги поставить, а там видно будет. Эх, мне бы знаний больше, как синтезировать антибиотик - понятия не имею, надеюсь, малые дозы пенициллина смогут совместно с настойкой прополиса помочь. Рецепт последнего знаю, приготовить не сложно, главное, чтобы спирт нашелся. Ну, чего оттягиваю? Нужно к пчелам лезть.
  Н-да, через полчаса добыл немного запечатанных сот, да наковырял приличный комок прополиса. Как с дуба не рухнул? Это в прямом смысле слова! Дикие лесные пчелы очень на мое вторжение обиделись, сражались со мной на смерть. Если прикинуть, то победу не я одержал, пришлось ретироваться и в речке отсиживаться. Бросил котелок у дуба и бегом в воду, а она там ледяная, не так жарко еще, но, блин, через двадцать минут, проплыв в одежде под водой метров сто я вылез на берег и в зеркальной глади увидел этакого Винни-пуха! Рожа опухла, руки, а больно - жуть. Пожалуй, такого никогда не испытывал. Сел и стал из себя жала вытаскивать. Тридцать штук отыскал. А если вспомнить, что укусы ядовиты, то... Повезло, кроме опухоли, никакой реакции не произошло. А если бы у данного тела имелась аллергия? Осталось котелок с сотами забрать, да в обратную дорогу двигать. Однако, у подножия дуба меня "полосатые" дожидаются, летают и жужжат. Пришлось ждать вечера, когда те в дупло заберутся.
  К дому знахарке добрался ночью, малость плутанул, но это простительно, местность плохо знаю, хорошо хоть добрался.
  - Тебе кого? - встретила меня вопросом Пелагея, отворив дверь и щурясь держа лучину в руке.
  - Иван я, - ответил, а потом добавил: - За медом ходил!
  - Эк тебя разукрасили, - усмехнулась знахарка. - Проходи, лепешка на столе, молоко в крынке, спать на сене в сарае.
  Она широко зевнула и махнув рукой отправилась в комнату.
  - Графиня-то как? - поинтересовался я, радуясь, что Пелагея оставила лучину на столе.
  - Пока жива, - не оборачиваясь ответила та и ушла.
  Ну, хорошо хоть лепешку на ужин оставили. С утра ничего не ел, если не считать горсть земляники еще не совсем созревшей, когда дуб искал. Нет, у меня имелось желание медом побаловаться, пахнет он очень уж ароматно, да и на вкус отличный (пальцы успел облизать, пока до реки добежал). Понимая, что приступить к изготовлению настойки сейчас невозможно, перекусил, запил молоком и отправился спать.
  Уже укладываясь, вспомнил о Лаврентии и кучере.
Интересно, а они где заночевали? Может уехали? Хорошо бы, а то ведь под руку смотреть станут.
  - Это что? - спросил знахарку, которая мне указала на нужный "ингредиент".
  Приличных размеров бутыль, где налита мутная жидкость. Догадываюсь - самогон, но до спирта ему...
  - Тебе требовался спиртус, это самое лучшее что есть, - спокойно ответила та и сложила руки на груди.
  - Его необходимо еще несколько раз перегнать, - мрачно ответил.
  - Много пропадет, - укоризненно покачала та головой. - Испарится же!
  - Зато оставшееся окажется совершенно другого качества. Пелагея, пойми, это не прихоть, в этом пойле еще примесей полно, от них необходимо избавиться.
  - Ладно, сделаю. Чего еще надо?
  - За графиней следи, курить не давай, температуру сбивай, - пожал я плечами.
  Прополис наскреб с сот, мед решил оставить графине, он тоже полезен. После недолгой заморозки в леднике (второй, отдельно вырытый погреб), стеклянную вазу (самый подходящий сосуд!) раскрошил пчелиный клей и залил водой, и всплывшие ошметки собрал и выбросил. Осталось дождаться Пелагею, та управилась к обеду и выдала мне примерно пару литров приличного спирта. Горит отменно, на языке градусов много, хотя и делаю скидку на рецепторы парня, который не привык к крепким напиткам (подозреваю, что и не пробовал он их никогда). Залив прополис, вернее опустил его в спирт, оставил в погребе. Потребуется его каждый день встряхивать пару раз, а через неделю можно и процедить, лекарство будет готово. К этому времени, рассчитываю и плесень подоспеет, правда, как заставить графиню ее съесть, ума не приложу. Ну, если хочет поправиться, то и не на такие жертвы пойдет.
  - Пелагея, лекарство готовится, его требуется утром и вечером взбалтывать, а когда окажется готово - приду, - сказал знахарке, собираясь вернуться в деревню к Макару.
  - Не пойдет, - отрицательно покачал головой, подошедший Лаврентий. - Взялся лечить - лечи! С батей твоим вопрос решил уже, золотой червонец освободил тебя от домашних дел на месяц. А если чего требуется - говори, не стесняйся. И, да, револьвер мне отдай.
  С оружием расставаться не хочу, но и оставить его не могу. С сожалением вытащил и вперед рукоятью протянул. Слуга графини, кивнув каким-то своим мыслям, револьвер взял и развернувшись направился к дому.
  - Ой, Ваня, зря ты графине надежду дал. Девка слаба и кровь у нее часто выходит, - покачала головой Пелагея.
  - Лихорадило? - задал я вопрос.
  - Да, приходилось три раза жар сбивать.
  - Хреново, - потер я опухшее лицо. - Необходимо еще пару литров спирта. Есть самогон?
  - Брага имеется, а как перегонять до нужного тебе состояния уже поняла, - улыбнулась та.
  - И сколько у себя оставила? - прищурившись, посмотрел на нее.
  Хм, насчет "прищурился" - загнул, глаза и так как щелочки!
  - Литр, очень уж понравилось, но если нужно...
  - Пол-литра давай, - прикинул я, что нам с кучером и Лаврентием этого достаточно будет.
  Подружиться с людьми графини необходимо. Нет, не на тот случай, если лечение окажется неудачным (думать не хочу о таком), понимаю, что у знахарки мы "застряли" надолго и если друг друга подозревать, то неизвестно к чему придем. Пока Пелагея ходила за "заныканным" алкоголем, ко мне подошел Лаврентий.
  - Иван, графиня тебя просит зайти и пояснить, как и когда ты ее лечить станешь.
  - Лекарство готовится, сейчас же ей необходимо сил набираться, дышать свежим воздухом, - ответил ему.
  - И что, кровь не станешь дурную выгонять?
  - Ты о чем? - сперва не понял его, но потом отрицательно покачал головой, сообразив: - Ни в коем случае! Силы ей необходимы, если можешь - проследи, чтобы кушала как следует.
  - С этим беда, и так-то ела мало, а как заболела и вовсе, - он недоговорил, махнув рукой.
  - Понятно, пошли, поговорю с ней.
  Лаврентий остановил меня у дверей в комнату, отведенную Марии Александровне:
  - Доложить надобно.
  Ничего ему сказать не успел, тот перед носом створку двери закрыл. Нет, каково?! Доктора пускать с разрешения? Хм, надо бы мне Марию внимательно осмотреть и ощупать, желательно без одежды. Так, это куда меня повело? Нет, находись в своем родном теле (это тоже ничего, меня все устраивает!), то шансы бы мог иметь, но сейчас-то, блин, подросток я, пусть и не простой!
  - Прошу, - отворил передо мной дверь Лаврентий.
  Млять! В комнате какие-то благовония, дышать нечем! Она что сама решила на себя руки наложить?! Быстрым шагом подошел к окну и не слушая возмущенного возгласа графини распахнул окно, а потом стал выбрасывать на улицу тлеющие и чадящие травы в горшках. Вот что мне ночью покоя не давало, когда на кухне питался, какой-то запах присутствовал. Это все скотские пчелы, нос опух и запахов почти не различал. Нет, ну как так можно себя гробить-то, сказал же, что ей чистый воздух необходим!
  
  Глава 3. Обустройство
  
  Настроение отвратное, а еще на тумбочке пепельница и пара окурков папирос имеется. И папироски эти - дамские! Гильза тонкая!
  - Курил кто? - произношу, сквозь сжатые зубы.
  - Что ты себе позволяешь?! - резко встала из плетенного кресла графиня.
  Она порывисто ко мне подошла и глаза прищурила.
  - Лечиться не желаешь - скажи, - сложил руки на груди, - время терять не станем.
  - Иван! Немедленно извинись, верни благовония и...
  - Гроб иди мастерить! - перебил я девушку, а потом взял ее за плечи и тряхнул: - Ты понимаешь, что по краю ходишь?! Хрен его знает, успею или нет тебе лекарство сделать и сумеет ли оно процесс остановить! Дура! Сказал же слушаться! Не нравится - умываю руки! - трясу графиню и ору на нее, вмиг забыв, как выгляжу и не думаю про какие-то там статусы.
  Девушка открывает и закрывает рот, ответить ничего не может, а меня "несет":
  - Взять бы, да ремнем по мягкому месту выпороть!
  - Кого? - испуганно округлив глаза, прошептала Мария.
  - Тебя, кого же еще, - ответил и стал немного успокаиваться.
  - Да как ты смеешь?!! За одни слова тебя в... в... - девушка шипит, но слово "каторга" не произносит. - В холодную на пару дней нужно посадить! - наконец-то выбрала она мне наказание.
  - Отлично! Тогда настойку себе сама готовь! А лучше всего окна закрой и смоли папиросы, не забыв благовония пожечь. Глядишь, от дыма задохнешься, - не остался я в долгу.
  Стоим, смотрим друг на друга. Оба злые. Она-то не привыкла, что к ей так могут все высказать. Я-же из-за дурости и глупости ее взбесился.
  - Ладно, извини, - сделал шаг к окну.
  - Мария Александровна, не серчай, Иван же хочет как лучше, - раздался от двери голос Лаврентия.
  Хм, неожиданно мне на помощь слуга девушки пришел. Наверняка услышав ругань вошел, но вмешиваться не стал, сообразил, что правда на моей стороне. Благодарно кивнул Лаврентию, а графиня переводит взгляд со слуги на меня и начинает успокаиваться. Блин, нельзя с ней так, слишком я резко, девушка слаба, а стрессы ей сейчас ни к чему.
  - Объясни, почему нельзя курить и благовониями дышать, - посмотрела на меня девушка.
  - А еще корсет носить пока не стоит, - дополнил я, рассматривая ее фигуру, затянутую в платье. - Благовония может и приносят пользу, но в определенных дозах и составах. Тут же, обвел рукой комнату, дышать тяжко, горло и легкие подвергаются раздражению, при жаре опять-таки это не помогает, а усугубляет.
  Лаврентий тихо прикрыл за собой дверь, оставив нас одних. Нет, сегодня напьюсь! Устал и перенервничал за последние дни, кстати, за второе рождение еще не выпил - непорядок. К алкоголю относился всегда умеренно, напивался за всю жизнь раз пять и на имелись причины, правда, разум никогда не терял.
  - Расстегнешь? - прищурившись и резко повернувшись ко мне спиной, спросила девушка.
  Ага, решила деревенского паренька поддразнить и заставить смутиться. А вот и не угадала! Подошел и стал пуговки расстегивать, а сделать-то это опухшими пальцами не так просто!
  - Чего сопишь? - поинтересовалась графиня. - Никогда пуговиц не расстегивал?
  В ее голосе угадывается недоумение и не от того, что долго вожусь. Сопеть и не думаю, Мария теряется в догадках и никак не может понять, как со мной себя вести.
  - Готово, - хмыкнул я, расстегивая последнюю пуговицу. - Помочь платье снять? - ехидцы в голос добавил и стал ответа ждать.
  Девушка ко мне обернулась, придерживая лиф на груди и головой покачала:
  - Сама справлюсь. Кстати, а что у тебя с лицом и руками?
  - Воевал с дикими пчелами, они воспротивились дать нужный ингредиент для настойки от твоей болезни.
  - Отобрал? - сдерживая улыбку, уточнила девушка.
  - Ага, микстура настаивается, через неделю начнем болезнь изгонять. Пока не забыл: у Пелагеи возьмешь котелок с пчелиными сотами, там не так много, но ты их должна все сжевать.
  - Соты? Они же к зубам липнуть будут и от них вкус остается специфический, лучше меда съесть, - наморщила нос графиня.
  Ясно, когда-то ела. Но, это не из-за какой-то моей прихоти заставляю ее соты жевать. Мед ценится своими полезными свойствами, но мало кому известно, что большими лечебными качествами обладает, как это ни странно, не только он. Запечатанные верхние крышечки медовых сотов (пчелиный забрус), их срезают во время выкачки, для того чтобы дать меду свободно вылиться в медогонку. Дело в том, что, когда сотовая ячейка полна меда и тот созрел, ее пчелы закрывают, используя при этом воск, пыльцу, прополис и секрет слюнных желез. Причем входящие в его состав компоненты обладают взаимоусиливающим лечебным эффектом. И ведь, у тех же крестьян и их детей, пчелиный воск считался лакомством. Природа сама давала людям защиту, главное ей правильно воспользоваться.
  - Мария, - назвал ее по имени, опустив отчество, - необходимо использовать все природные шансы для борьбы с болезнью. Жевать воск - лучшее из процедур, коими ты подвергалась, уж поверь мне.
  - Но это так... - девушка растерялась, но дополнила: - по-детски.
  - Вот и не строй из себя ребенка! - припечатал я, а графиня от моих слов "вспыхнула" в глазах молнии, опять сейчас ругань начнется. Пока она подбирает слова, вернулся к предыдущей теме: - Так ты меня звала, чтобы платье расстегнул?
  Перейдя в горячке спора на "ты" выкать уже не собираюсь, да и сложно это сделать, девушка, если разобраться, моложе меня, если не телом, то разумом.
  - Да, собственно, хотела узнать, когда и как ты собираешься меня лечить, - тряхнула графиня головой и неожиданно закашлялась. Придерживая платье одной рукой, второй она схватила лежащий платок на столике и к губам прижала. - Опять кровь, - со вздохом показала мне пятно после того, как кашель успокоился.
  А у меня по спине мурашки пробежали. В памяти всплыло, что туберкулез заболевание вирусное, а следовательно, передающееся воздушно-капельным путем. Или нет? Контакт должен с больным иметься? С бывшим приятелем, который болел, встречались, но приятельских отношений на тот момент уже не имелось. Так, получается, мы все сейчас в зоне риска и даже Макар! Хотя, он к графине близко не подходил, а организм у него крепкий, вполне возможно, что иммунитет справится. Так, а непосредственно я? И почему тот же Лаврентий не заразился? Сложные вопросы, особенно если не иметь медицинского образования. Про эпидемию туберкулеза, в том числе его профилактику и диагностику не слышал в мое время лишь глухой. Однако, если болезнь миновала стороной, то обыватель не задумывается. Нет, примерное представление имеет, но не более того. Однако, смысл-то в том, что вирус стоек к антибиотикам. Нет, не исключаю, что могли что-то изобрести, но почему-то болезнь не желает отступать. Ладно, знаю одно - настойка на прополисе действенна и должна помочь, если не перепутал пропорции и у пчелиного клея химический состав такой же, что в моем мире. В связи же с тем, что отличий в природе не наблюдаю, то с вероятностью девяносто девять и девять десятых процента - все идентично. История пошла не так? Случилось ответвление? Это не так страшно, а может и к лучшему. Но стоит ли мне пытаться вырастить плесень, в которой присутствует пенициллин? С учетом того, что Марии придется кушать плесневелый хлеб, на котором имеются бактерии (а куда они денутся?), то она может еще и какую-нибудь заразу подхватить. С другой же стороны, спирт с прополисом это дело нейтрализуют, а если частица антибиотика вступит в реакцию с настойкой и в кровь попадет... А вот хрен его знает, к какому результату это приведет!
  - Иван, о чем ты так задумался? - прервала мои раздумья девушка.
  - Не обращай внимания, - отмахнулся я. - Передавайся и пойдем, подышишь лесом, тебе полезны прогулки.
  - Так ты может выйдешь? - склонила та голову, закусив губу.
  - А, да, прости, - развернулся я и выйдя, столкнулся нос к носу с Лаврентием.
  Слуга молча выставил вперед кулак и поднял большой палец, а потом хлопнул меня по плечу и шепнул:
  - Молодец, здорово ты ее осадил! До этого момента с ней отец и то не всегда справлял.
  - А кто у нас отец? - поинтересовался я.
  - Граф Кумов Александр Гаврилович, посол в Англии, - чуть улыбнувшись, ответил слуга.
  - А почему... - начал я, но потом осекся и уточнил: - Мария Александровна замужем?
  - Конечно, Юрий Петрович является у ее отца первым заместителем.
  - И тоже находится в Англии? - предположил я.
  - А где бы ему еще находиться? - вопросом на вопрос ответил Лаврентий.
  - А жена в России, - задумчиво протянул. - Родным известно о болезни графини?
  - Да, но они все с головой ушли в политику, кроме как письменных рекомендаций и перевода денежных средств на лечение и содержание никак себя не проявляют, - расстроенно ответил слуга.
  Задать следующие вопросы не успел, из комнаты вышла графиня с сумочкой на плече и платке Пелагеи. Блузка у девушки не скрывает интересных фор (просвечивает) и не отбей мне не так давно кое-что, то впору и самому сумку искать, желательно на длинном ремне, чтобы, свисая закрывала причинное место. Но в данный момент, кроме время от времени ноющей боли в ребрах и в остальном теле, никаких эмоций. Да и больна графиня, к тому же не свободна. Я не пуританин, интрижки разные имелись, но связываться с замужними не люблю. Как правило, дамы в компании все замужние оказывались, с мужьями знаком и наставлять тем рога... Хотя, одному их с удовольствием сделал развесистыми, правда, оказалось, что он лось хоть куда и рога ветвистые имел еще до меня.
  - Лаврентий, ты меня сопроводи на прогулку, - сказала Мария, прижимая к себе сумочку.
  - Как прикажете, - склонил тот голову.
  Графиня прошла мимо меня, а у двери заметно выдохнула. Хм, она меня опасается? С чего бы? Впрочем, гадать некогда, нужно найти знахарку и дальнейшие шаги наметить. Пару дней еще тут покручусь, посмотрю, как и что, а потом к Макару подамся. Как не говори, а с "односельчанами" контакт необходимо наладить. После того как осмотрюсь, вживусь в роль, то можно и в ближайший город наведаться, где и решить о дальнейших шагах. Оставаться в селе и крестьянствовать - не собираюсь. Но чем там заниматься? На завод или фабрику идти? Увы, но собственное дело не открыть. Производство не наладить, на все необходимы деньги и связи, это отчетливо понимаю. Да и заняться-то чем? Автомат изобрести? Теоретически, многое оружие разбирал и схемы известны, но, дьявол кроется в деталях и технологических возможностях. Ладно, потом решу.
  Пелагею отыскал в сарае, где та по моей просьбе перегонкой самогона занимается.
  - Иван, а почему раньше так не делала? - удивилась та при моем появлении. - Чистый же спиртус почти!
  - Это все замечательно, - усмехнулся я. - Скажи мне лучше, чем кормить на ужин собираешься?
  - Так это не мои заботы, - удивленно посмотрела та на меня. - Графиня со своими людьми по всем правилам у меня столуется, а простой нахлебник мне даром не нужен.
  От такой речи я оторопел и даже не нашелся, что в ответ сказать. Мало того, что научил ее спирт из сивухи добывать, девушку вроде как лечу и та только из-за того и столуется у нее!
  - Спать, можешь там же, а вот с едой - сам себя корми, - подвела Пелагея итог.
  Взял в руки бутыль, на глаз там, где-то литр получившегося спирта:
  - Это мне для лечения, - буркнул и вышел из сарая, но потом остановился и вернувшись предупредил: - Возможно еще потребуется, графине счет выставишь.
  Та хотела что-то сказать, но смолчала. А передо мной встал вопрос пропитания. Макар ружье Григория унес, револьвер отдал Лаврентию, у меня даже ножа нет! В этот момент у изгороди остановилась телега и Макар прокричал:
  - Еды привез! Разгружай!
  Подошел к своему "бате" и посмотрел на раздутые мешки, загруженные в телегу.
  - Пелагея с тобой рассчиталась? - спросил после обмена рукопожатиями.
  - Ага, - заулыбался тот, - выгодную сделку совершил. Так бы пришлось в городе сбывать, а туту почитай денег больше получил, а времени не затратил. Да и расходов никаких! Ты мне удачу принес!
  - Рад за тебя, - потер я устало лицо. - Надеюсь, про "сына", - чуть улыбнулся, - не забыл и ему еды привез?
  - Э-э-э, - почесал затылок Макар, - рассчитывал, что тебя Пелагея прокормит.
  - Боится, что объем ее, - хмыкнул я. - Ты бы мне хоть что-то дал: нож, спички, веревку...
  - Понял, понял! - перебил он меня. - Не волнуйся, отдам все, что найдется, до дома быстро доеду.
  Честно говоря, не сильно-то за него переживаю. Мне досталось не так и мало, наверное, даже не рассчитывал на такую удачу: моток тонкой веревки; засапожный нож; спички; пара рыболовных крючков и плетеная шнур из конской гривы; кулек соли; три вареных яйца; две лепешки с картошкой; кисет с табаком и бумага на самокрутки. При ловкости и удаче, с таким набором в лесу выжить легче простого, попадал в тяжелые ситуации. Правда, не один, с товарищами по оружию. Помог "отцу" разгрузить телегу, Пелагея показала, что и куда сложить. Макар со мной распрощался, но напоследок узнал:
  - Ты это, если что нужно - скажи, пришлю братьев или сам приеду. У нас, честно говоря, сейчас времени не так много, но обязательно поможем, как-никак, а ты имеешь к нам прямое отношение.
  Он не называет меня сыном, даже имя старается не произносить. Понимаю, сложно смириться с таким положением вещей. Какой бы предыдущий владелец тела не был, но его по-своему в семье любили, чего мне заслужить вряд ли возможно. Но, если сумею "подняться", то их не забуду.
  - Благодарю, в селе говори, что занят у знахарки, мол она меня в помощники взяла, дров там наколоть или еще чего. Да не мне тебе объяснять, сам лучше знаешь, и не переживай, ничего не нужно, да еще с таким-то богатством, - похлопал себя по карману, куда сложил дары Макара.
  - Ну, бывай тоды, наш дом для тебя открыт, поможем, - неловко как-то произнес Макар, похлопал меня по плечу и не смотря в глаза забрался в телегу.
  Стою и смотрю как он уезжает, добрая у него душа и человек хороший, повезло мне в этом, ничего не скажешь. Ладно, пора и о животе своем позаботиться, да Пелагею подразнить! Ухмыльнулся и отправился вязать силки. Пока за медом, да обратно ходил, зайцы чуть ли не из-под ног выпрыгивали, стоит одного-двух поймать и рядом с жилищем знахарки пир устроить. От идеи сделать лук - отказался, долго и муторно, а жрать-то хочется. Тем не менее, срезал деревце ольхи и смастерил что-то типа копья, так, на всякий случай. Силки расставил, набрал хвороста и рядом с изгородью Пелагеи, стал обустраивать лагерь, чем-то напоминающий стоянку туриста. Спать на сене мне не слишком понравилось, хотя мягко и дух отличный, но сухая трава так и норовит пощекотать и уколоть, да еще именно в тот момент, когда только-только заснул. Нарезал ножом ветки елки, устроил лежбище, а потом и за шалаш принялся, на случай непогоды. Знахарка, время от времени на дворе появлялась и за моими действиями через плетень наблюдала, но от комментариев воздержалась. Одну из лепешек съел, как и два яйца - пообедал так. За работой не заметил, как вечер настал, сходил в погреб, где взбаламутил настойку, посмотрел на хлеб, который и не думает плесенью покрываться, а потом и с Лаврентием столкнулся у выхода.
  - Иван, графиня прогулялась, теперь отдыхает, - доложил слуга и замялся.
  - Говори, - напрягся я, чувствуя, что он чего-то сказать хочет, но не знает как разговор начать.
  - Дело в том, что Мария Александровна ко мне прислушивается не всегда. Для нее не являюсь авторитетом, да и своенравна она, упряма...
  - Не тяни, у меня дел полно, - поторопил я его. - Необходимо об ужине подумать. Кстати, ты приглашен, можешь с собой и кучера взять.
  - Прошку? Дык его графиня в город послала, список товаров написала и велела купить. Боюсь, что пару дней мы его не увидим, пока он доберется туда-обратно...
  - Деньги графини в кабаке спустит, - продолжил я мысль и усмехнулся.
  - А тебе это откуда известно? - поразился Лаврентий и с шага сбился.
  - Да чего там! - махнул рукой. - Достаточно на его опухшее лицо взглянуть и в паре метрах воздух втянуть, такой амбре не утаишь.
  - А! Понятно, - заулыбался слуга графини, а потом вновь глазами "вильнул".
  - Ты что-то про непослушание Марии Александровны говорил, - сдерживая улыбку, напомнил я.
  За Лаврентием интересно наблюдать. На лице слуги сменилась сразу несколько выражений, от удивления от такой моей наглости, что выразился о его хозяйке, полным согласием и смущением, что посыл-то изначальный шел от него. Тем не менее, он графиню сдал:
  - На прогулке Мария Александровна нервничала и изволила выкурить почти две папиросы.
  - Откуда взя... - начал я, но потом осекся и захотел себя по лбу ударить.
  На столике, в пепельнице наблюдал окурки, а папиросы-то не те, которые в портсигаре слуги лежат! Меня сбила с толку, когда после драки мы пришли, графиня у Лаврентия просила курево! А на прогулку девушка с собой сумочку взяла...
  - Соты с медом жевала? - спросил я, раздумывая, как поступить.
  Идти к девушке и изымать папиросы? Это уже совсем наглостью со стороны деревенского парня будет. Пристыдить? Не выйдет. Н-да, тупик и ведь хочет она излечиться, но указаниям следует неохотно. Впрочем, большинство людей себя так ведут, только немного отпустит и забывают обо всем.
  - Да, принес от знахарки котелок, пару ложечек съела, - ответил Лаврентий.
  Молча на него взглянул и головой покачал, а потом направился в сторону дома. Придется еще раз ругаться и отношения выяснять. Иду и себя накручиваю, уже за ручку двери взялся и решил зайти с другого бока. Графиня же что тот ребенок неразумный, упряма, но не глупа. Не понимаю, чего и кому все время хочет доказать.
  Осторожно постучал в комнату, где девушка обосновалась.
  - Войдите! - послышался голос графини, в котором скрывается тревога.
  Ага, наверняка считает, что ругаться пришел, из окна-то двор отлично просматривается и видела наверняка, как мы с Лаврентием беседовали, а потом я к дому направился.
  - Мария Александровна, - входя чопорно сказал я, - позвольте вас пригласить на ужин, который собираюсь через пару часов организовать. Стульев и стола нет, если решитесь и обществом Лаврентия и мои не побрезгуете, то одеяло захватите.
  - Э-э-э, - развела руки в сторону девушка, - постараюсь прийти.
  Склонил голову и молча покинул дом. План пересмотрел, решил объяснить вечером в чем заключается болезнь графини и лечение. Скрывать ничего не собираюсь, за исключением откуда знания. Пока же направился в лес, где к своему удовольствию увидел попавшихся в силки трех зайцев. Одного отпустил, слишком он мелкий, почти детеныш, петля его за туловище обхватила и совсем недавно. С трудом, но смог его освободить. А два других зайца уже мертвыми оказались, да и добыл их первыми. Удачная охота, не ожидал такого результата, что из пяти петель, три сработали. Зайцев таким методом приходилось ловить, но часто без добычи оставался. А тут, прямо праздник какой-то! Тушки освежевал в реке и зарыл отходы под кустом, нечего напрасно мусор разводить. Хоть и уверен, что найдутся желающие на требуху, мелкого зверья тут в достатке. Кстати, всплески на реке впечатляют, рыбы тут много, завра побалую себя жаренной, а что улов окажется удачный - не сомневаюсь. Завернув тушки зайцев в листья лопухов, наконец-то от души искупался, вынужденное прятание в воде от пчел не в счет. Наплавался вдоволь, понырял, а от одного сома, лениво проплывшего мимо, даже шарахнулся сперва, но не удержался и решил попытаться его поймать. Естественно, справиться не сумел, сам под двадцать килограмм, если не больше, удержать такую тушу в родной стихии возможности не представляет. Но, блин, рыбалка тут окажется не такой простой, если подобные особи начнут клевать, то никаких крючков не напасешься, а их у меня мало. Найти пару гвоздей и привязать их к веревки, а потом "динозавра" половить? Да ну на фиг! Чего мне такой рыбой делать? Ничего, найду, где не так глубоко и мелочевки натаскаю, но это завтра, пора уже ужин готовить.
  Потрескивает костер, на вертеле из палок жарятся зайцы, с Лаврентием сидим и дымим папиросами, дожидаясь начало пира. Графиня пока не пришла, но пару раз ее силуэт в окне видел. Поздний вечер, но луна ярко светит, погода стоит теплой для этого времени года, что радует, особенно отсутствие комаров. По словам Лаврентия, весна оказалась затяжной, до недавнего времени снег везде лежал, но потом за неделю сошел, резко лето в свои права вступило.
  - Скажи, - медленно переворачивая тушки зайцев над огнем, поинтересовался я, - а что сейчас в городах происходит? Какие новинки и тенденции, не ожидается ли войн?
  - Ваня, ты иногда задаешь очень интересные вопросы, они никак не сочетаются с деревенским парнем, которому бы девок в сене тискать, - медленно произнес Лаврентий.
  Ну, сам виноват, спирт мы еще на грудь не приняли, а я уже на душевные разговоры перешел. Ситуацию необходимо исправлять и как можно скорее.
  - Последи-ка за зайцами, мне на пару минут отлучиться требуется, - сказал слуге графине и отправился в погреб.
  Там у меня охлаждается получившийся у Пелагеи напиток, да и настойку с прополисом требуется взболтать. Заодно прихватил и банку с каким-то компотом, надеюсь знахарка не сильно заругается. Хотел еще огурцов из бочки набрать, но решил не наглеть. Проблема пришла откуда не ожидал - стаканов-то нет, а пить спирт из горла...
  - Посуда требуется, - расставляя все земле потер я мягкую щетинку на подбородке.
  Бриться пока не обязательно, борода редкая, и растет, как понимаю не быстро. Лаврентий вызвался обеспечить нас столовыми принадлежностями, в том числе и рюмки раздобыть взялся. Вернулся через двадцать минут неся небольшую корзинку и в сопровождении графини. Девушка, помня о моих наставлениях, прихватила с собой одеяло. Честно говоря, Марии тут не место, у той опять румянец на щеках нездоровый.
  - Лихорадит? - мрачно посмотрел на нее, пытаясь оценить состояние больной.
  - Немножко, - тряхнула она волосами. - Но, если брать последнюю неделю, то чувствую себя замечательно! - она рассмеялась, но потом закашлялась.
  Мрачно разлил по стопкам спирт, в стаканы налил компот, поломал приготовленного зайца, вытер руки о траву и указал на поляну:
  - Прошу!
  - А мне почему не налил? - нахмурилась графиня.
  - Нельзя, - коротко ответил. - Давай, за здоровье всех присутствующих, - провозгласил тост и протянул рюмку Лаврентию.
  Тот сидит и смущенно на свою хозяйку смотрит. Ага, похоже он в таком обществе не выпивал, стереотип ломается.
  - Можешь, - разрешила графиня и взяла стакан с компотом.
  - Ты бы запивку взял, кивнул на оставшийся стакан на земле, свой-то я в левой руке держу, понимаю, что пищевод и горло могу обжечь.
  - Не привыкать, - усмехнулся слуга.
  - Ну-ну, - хмыкнул я, но убеждать его не стал, каждый сам на свои "грабли" наступает.
  Мы чокнулись, выпив я сразу же запил и шумно выдохнул, но слезы на глазах показались. Графиня, видя мои действия рассмеялась, Лаврентий ехидно улыбнулся и буркнул:
  - Эх, молодость, молодость.
  Слуга медленно в себя влил спирт, а потом его глаза из орбит вылезли, по земле одной рукой захлопал, второй за горло схватился.
  - А-а-а!!! - хрип из горла Лаврентия вырвался.
  - Ты не стесняйся, запей, - сдерживая веселье, подсказал я ему.
  Лаврентий в себя стакан компота опрокинул, дышит тяжело, по щекам слезы бегут, банку схватил и прилично отпил на свою рубаху часть компота пролив.
  - Это же спирт! Чистейший! - выдохнул он.
  - Предупреждал, - пожал я плечами.
  - Но откуда? - поинтересовался слуга.
  - Из самогона вестимо, - жуя зайца, ответил я.
  Графиня хмурится, что-то под нос себе бормочет. Я же, после того как голод утолил и закурил папироску, стараясь не выпускать дым в сторону девушки, принялся рассказывать, что о ее вероятной болезни знаю. Фразы произношу медленно, слова подбираю попроще.
  - Значит шанс есть, - выслушав мой монолог, спросила она.
  Говорил минут пять, мне до этого момента не задали ни единого вопроса, Лаврентий и Мария сидели напряженно, ловя каждое слово.
  - Повторюсь, - криво усмехнулся я, - если станешь слушаться и выполнять рекомендации. Сдашь папиросы, начнешь жевать соты с медом. Кстати, их бы еще следовало раздобыть. Мне-то никто не продаст, да и денег нет.
  - Мед купим, - потерев подбородок, сказал Лаврентий.
  - Хорошо, Иван, давай попробуем, если честно сказать, то уже отчаялась, - подумав кивнула девушка и протянула мне золотой портсигар, усыпанный камушками. - Возьми, чтобы у меня искушений не имелось. И, кстати, считай это моим подарком, каков бы результат лечения не вышел.
  - Он очень дорогой, - оценил я искусную работу мастера, сомневаясь брать или нет такой подарок.
  - Это мелочь, - махнула рукой Мария. - На мое, так называемое лечение, потрачены огромные деньги. Если бы сразу знать, что в лесной глуши такой уником проживает, то по заграничным докторам не моталась.
  Ничего ей не ответил, портсигар в карман спрятал. А вот вечеринка не удалась, как-то все грустно и печально. Мария, немного поев зайца, оставила нас с Лаврентием, отправившись спать, пообещав перед сном пожевать соты с воском. Мы же пару рюмок еще выпили и неожиданно оба окосели. Спирт сыграл злую шутку. В глазах двоится, зато язык развязался. Слава богу не у меня. Старый слуга многого наговорил, над чем есть поразмыслить. Но не в данный момент, голову ведет, мысли не слушаются, в глазах троится. Одно радует, контакт наладил не только с Лаврентием, но и графиней, надеюсь, сумею ее на ноги поставить и вылечить. Уже когда я улегся в шалаш, мне в голову пришла мысль, что это ведь и мой шанс в этом мире, поэтому, необходимо из кожи вылезти, а девушку спасти.
  
  Глава 4. Подготовка
  
  Прошло пять дней, как обосновался у Пелагии, точнее в шалаше около ее дома. После так называемой вечеринки, все пошло по определенному расписанию. Утром наведываюсь в погреб, трясу настойку на прополисе, осматриваю плесень, потом пару часов делаю силовые упражнения (тело нужно приводить в форму). Время до обеда незаметно пролетает. Купаюсь в реке, невзирая на погоду, доедаю остатки пищи и начинаю заботиться о пропитании. Если кто-то из зайцев попался - хорошо, но как первый раз, сразу троих - не попадалось, да и вообще, не каждый день зайцы в силках оказываются. Выручает рыбалка, получается наловить на ужин и утро, кое-что и на обед остается, но, честно говоря, мало. Жрать хочется постоянно, это еще и подростковый организм растет. От побоев ничего не осталось, все восстановилось и функционирует. Ребра иногда ноют, но и те не так сильно, скорее всего, ошибся я, переломов не случилось, а вот сильное растяжение и трещины могли иметь место. Все ничего, но вот детородный орган, у подросткового тела, мало мозг слушается и часто имеет собственное мнение в отношение больной графини. А с моей подопечной, так ее про себя называю, встречаемся пару раз на дню. Перед обедом справляюсь о ее самочувствии, к вечеру прогуливаемся и светские беседы ведем. В основном узнаю, что и как заведено делается в России и мире, пытаясь провести параллель из своего мира и найти точки соприкосновения. С одной стороны, ничего такого экстраординарного не услышал, но введены послабления рабочим и крестьянам, развивается экономика и на подданных корона не экономит. Недовольные властью есть, но они везде и во все времена имеются, пусть даже никаких проблем нет. Здоровье графини как какие-то качели. Нет, девушке заметно лучше на свежем воздухе и без поездок в экипаже, но жар случается, да и кашель никуда не делся. Понимаю, что малейшая простуда или стресс может оборвать ее жизнь.
  Болтаюсь на импровизированном турнике (крепкой ветке ели), пытаюсь двадцатый раз подтянуться. Ребра начинают ныть, зубы сцепил и упорно делаю упражнение. Сухожилья мои чуток подросли и намекают на мускулы, но, чтобы привести себя к привычной форме, потребуется не менее полугода интенсивных тренировок. Как на грех, припомнил как вчера случайно (честное слово!) наблюдал за купающейся девушкой. Ее к речке Лаврентий сопровождал, а потом в лесу прогуливался. Я же в кустах с удочкой сидел, когда клевало, то подсекать не стал, дабы не спугнуть, не рыбу... девушку. А эта охальница, купалась нагишом. Нет, фигурка имеется, все складно-ладно, видел и лучше, но организм парня реагирует очень уж резко. Стоило вспомнить, как тут же штаны узкими становятся.
  - У тебя отлично получается, - прозвучал голос Марии за моей спиной.
  Так на месте и застыл, а гормоны и вовсе взбушевались. И как теперь слезть? Нет, спрыгнуть никаких проблем, но ведь в смущение графиню вгоню и сам себя не с лучшей стороны покажу. Напрягся и залез на сук, повернулся к девушке и спросил:
  - Подсматриваешь?
  - Я?! - вспыхнула та, а потом глаза сощурила и медленно проговорила: - Улов у тебя что-то не слишком удачный вчера получился. Клевало плохо?
  Это на что она намекает? Заметила, как в кустах сидел? И ведь тут на погоду не попеняешь, это в моем мире, когда рыба не ловятся, то найдется куча причин и оправданий.
  - О, опять к Пелагии ходоки со своими проблемами, - решил перевести я тему, узрев, что к забору подошло трое девок, которые по сторонам головами вертят.
  - Достали уже! - вырвалось у Марии.
  Ну, признаю, мое выражение, переняла. Но ведь и в самом деле - достали! И ведь каждый день в геометрической прогрессии больные тянутся. Знахарка довольна, болячек почти никаких не лечит, но дары принимает, да инструкции выдает, что делать, если случится острый приступ... ну, поноса, например. Крестьяне-то тянутся с мелкими проблемами, которыми отродясь бы не решились бросить работу и беспокоить знахарку. У них свой интерес и он сейчас стоит внизу, собственной персоной. Ну, еще заглядываются на Прошку, тот пару раз по ближайшим деревням ездил и приезжал... точнее его привозили в дымину просто. Что он там про нашу ситуацию наплел никому неизвестно, но сарафанное радио слухи распространило, нагородили невесть что и теперь любопытствующих полно.
  - Сходим, узнаем, что им нужно? - поинтересовалась Мария.
  - Пару мозолей залечить, - поморщился я, а потом добавил: - Пока к нам шли, наверняка новой обувкой пятки стерли, теперь им придумывать ничего не нужно.
  - Это они на тебя решили полюбоваться, - хмыкнула графиня. - И чего теряешься? Девки молодые, сами пришли, взял бы их и погулял по лесу.
  - Ты никак ревнуешь? - поразился я, уловив раздражение в голосе Марии.
  - Парень, ты охренел? Забыл кто ты и я? - прищурилась девушка.
  - Прости! - вытянул ладони вперед, а потом под испуганный визг графини спрыгнул, сделав в воздухе кульбит и сумев устоять на ногах. - Не стоит нервничать и ругаться, завтра ответственный день, лекарство почти готово и прямо с утра приступим, - успокаивающе проговорил и развернувшись трусцой побежал к реке, ополоснуться необходимо.
  Скинул штаны на берегу и прыгнул в воду - отлично! Вода и огонь меня всегда умиротворяют, вот и в данный момент поплавав, лег на спину и стал покачиваться на волнах. Для себя уже все решил - отправляться необходимо в столицу. В этом мире ее уже является Москва, царица не захотела находиться в дождливом Санкт-Петербурге. Лучше это для истории или нет? На мой взгляд разница не велика, главное, чтобы порядок имелся, да законы адекватные принимались и чинуши в свой карман взяток поменьше брали. Занятие себе подыскал, недаром у Лаврентия выяснял, как и что. На первых порах пойду в охранители к какой-нибудь знатной персоне. Удивительно, но уже принято заявляться в свет с телохранителем, как минимум одним, чтобы подчеркнуть свой статус. Открыты школы по такому мастерству, там же и экзамены принимают из которых устраивают настоящие шоу со ставками и призами. Что наподобие гладиаторских боев, но не до смерти. Все остальные бои, как и дуэли - запрещены величайшим указом. Лаврентий предположил, что школы охранителей и показательные выступления открыли не ради данной профессии, которая не слишком-то и востребована в прямом смысле, а из-за возможности кровавых развлечений. На саблях бьются в защитных костюмах и лезвия тупые, но рукопашная позволяет размазывать по рингу кровь и зубами плеваться. Если же учесть, что подобные "соревнования" устраиваются раз в квартал, для якобы проверки воспитанников, то... понятно все. Да и билеты на данное шоу стоят приличную сумму. Спросил я тогда у слуги графини:
  - А Мария Александровна чего без охранителя? Статусом не вышла или денег жалко?
  - Она кровь не любит, на такие мероприятия ни ногой и говорит, что им там все мозги отбили, а мускулы накачали. Да и по секрету, ходят слухи, что обязанность охранителей у дам высокопоставленных чиновников простирается и на ночь. Мол они боятся темноты и не уснут без преданного и надежного слуги. Ну, ты понял, о чем это я.
  - Догадался, - хмыкнул я, покачав головой. - А что, охранительниц нет в империи?
  - Есть, но школ мало, и служат только дамам, таковы правила приличия. Впрочем, мужчины не жалуются, домов терпимости много, - лукаво улыбнулся Лаврентий.
  Н-да, нравы пуританскими не назовешь, хотя на поверхности все чинно и благородно. Если же разобраться, то в мое время и не таким можно удивить. Так что, да, ничего необычного. Люди находят ухищрения и запрещенную страсть ставят ширму и называют, другими словами. У меня же, на сегодня, вариантов особых нет. Необходим стартовый капитал, чтобы о чем-то задумываться. Охранителям платят неплохо, да еще если годовое соревнование выигрывается, то приз в полторы тысячи рублей и процент от ставок - солидные деньги на первое время. Они мое материальное положение могут поправить. Но смогу ли выиграть? Современные приемы знаю, да и на практике их применять приходилось не раз. Тело не соответствует, его необходимо натренировать и подкачать, впрочем, мускулы в драке не всегда важны. Там, еще соревнование по стрельбе и фехтование. С последним у меня полная беда. Стреляю неплохо и за звание снайпера поспорить могу, если прицельные мушки не собьют, а вот в дуэли на саблях... проиграю - тут и гадать нечего. Но в общем зачете могу до какого-нибудь призового места дотянуть и уж лицензию-то охранителя смогу получить. К дамочкам в постель прыгать не собираюсь, не тот у меня характер и взгляды на жизнь, ну, если сам того не захочу. Мои размышления привлек какой-то смех с берега.
  - А ну не трожь одежду! - заорал девицам, которых видел не так давно.
  - А ты отбери! - засмеялась самая высокая из девок и подбоченилась.
  Нет, проблемы с ними мне не нужны. На вид лет по семнадцать, как раз в невестах ходят. Одно неловкое движение, ну, может и не одно, и братья с отцом и друзьями меня под белы рученьки в церковь отволокут. На хрен это счастье! Окажись на моем месте немудренный парень, то неизвестно как бы дело повернулось, я же решил не связываться и отступить. Нырнул и под водой десяток метров проплыл. В свисающих в реку кустах затаился и стал решать: наскоком одежду отобрать или до знахарки голышом добежать. Знай, что графиня отдыхает, то, скорее всего, так бы и поступил. Но из-за опасения с ней столкнуться в неприглядном виде промедлил и как оказалось не напрасно.
  - Это что вы тут устроили?! - раздался сердитый голос Лаврентия. - Одежку парня сложили и брысь отседова, пока не отыскал ваших родных и не рассказал, как на мужиков вешаетесь!
  - Дяденька, не нужно, мы не такие, - пролепетала одна из девиц, явно не заводила.
  - Вещи положили и брысь отсель! Еще раз увижу, жопы сам надеру! - рыкнул на них Лаврентий.
  В силы своих прожитых лет и статусу (личный слуга у графини не малый чин в глазах крестьян) опасаться ему нечего, а права покачать может. Девицы зашушукались, а потом со смехом и удалились.
  - Иван, ты здесь еще? Там тебя не съели? - с веселостью в голосе, спросил Лаврентий.
  - Девки ушли? - поинтересовался я.
  - Да, можешь выходить.
  Одеваясь, заметил, как слуга как-то смутился.
  - Ты чего? - натягивая штаны, спросил его.
  - Нет-нет, ничего, - махнул тот рукой.
  - Спасибо еще раз, не хотелось бы по лесу голышом бегать, - поблагодарил его, а потом нахмурился: - Слушай, а графиню свою почему оставил? Вдруг ей что-то понадобится.
  - Э-э-э, м-м-м, да Прохор там же есть! - сперва замялся, а потом про кучера вспомнил слуга девушки и облегченно выдохнул.
  - Да? - не поверил я в такую "сказку".
  Могу поспорить, что Мария решила сама проследить за девицами. Это в ее характере, взяла с собой Лаврентия, а тут такая картина. Впрочем, можно считать счет стал равным, она знает, что за ней случайно подглядел, такое же и вернулось. Да и чего она в голых мужиках не видела, чай не девица. У меня сейчас задача посложнее, необходимо решить: кормить девушку плесенью или одной настойкой обойдемся. А плесень выросла отменная, густая и зеленая. С настойкой дело проще обстоит, хоть дозировки естественно не помню, но решил, что утром и вечером по пятьдесят грамм из девушки не сделают алкоголичку. Есть еще вопрос о концентрации прополисовый настойки, чистый спирт пить сложно, а если его разбодяжить, то целебный эффект может пропасть. Будет запивать и то только после того, сколько вытерпит, да и не девяносто шести он градусов, меньше. Кстати, с плесенью тоже должен вступить в реакцию, если там вредные вещества образовались, то спирт их убьет... наверное.
  У дома знахарки встретил Прошку. Тот как обычно, слегка подвыпивший, колол дрова.
  - Марию Александровну не видел? - спросил у него.
  - Они-с на прогулку-с пошли-с, - ответил тот и с кряканьем махнул колуном по сучковатому чурбану.
  Дождался Лаврентия с девушкой, вида не показал, что удивился и предупредил, что утром начнем лечение.
  - Но сперва съездим в церковь, помолиться хочу, - сказала Мария.
  Чуть не ляпнул, что можем и сейчас смотаться, но сдержался. Хоть и ничего плохого в вечернем посещении храмов нет, но так не принято. Согласно кивнул и отправился силки проверять. Как говорится, если день не задался, то во всем! Силки оказались пустыми, отправившись на речку забыл хлеб (его Пелагея печет и мне перепадает), пришлось возвращаться. Только расположился и закинул, как набежали тучи, поднялся ветер, дождь ливанул резко и стеной. Вымок до нитки за минуту, даже не спасло то, попытался под елкой укрыться. Полчаса отсиживался, но ливень и не думает прекращаться, наоборот, тучи сгущаются, молнии засверкали, рыбы не половишь. С пустыми руками, злой, замерзший, отправился в свой шалаш, который не справился с дождем.
  - Ваня! Иди уж на сеновал, в такую погоду грех на улице тебя оставлять, - перекрывая ветер и шум дождя, проорала мне из окна знахарка, увидев, как я пытаюсь крышу шалаша уплотнить.
  Отказываться не стал, лучше уж меня исколет сено, чем под дождем спать. В сарае разделся, выжал одежду и... сел на корточки. Комплект сменной одежды у меня имеется, Григорий привозил пару дней назад, но он лежал в шалаше, со всеми вытекающими. Делать нечего, натянул на себя мокрую одежду и стал руками и ногами махать - греюсь, да заодно и потренируюсь. В итоге: лег спать при бурчащем животе и сосущем желудке, в сырой одежде и колючее сено. Тем не менее, согревшись, уснул и проснулся от того, что Прошка меня за плечо трясет:
  - Графиня дожидается, говорит-с, что без своего-с лекаря не поедут-с в церкву.
  - Иду, - тря глаза, ответил ему.
  Наскоро умылся и с благодарностью взял от знахарки лепешку с творогом. Очень есть хочется, за минуту умял и настроение поднялось. От вчерашнего ливня остались лужи, солнышко светит, птички чирикают, воздух свежий - красота! А вот девушка бледна, опять у губ окровавленный платок держит. Лаврентий хмурной рядом с ней сидит.
  - Хуже стало? - забеспокоился я, залезая в экипаж.
  - Но-с, родимоя-с! - крикнул Прошка, пуская лошадку шагом.
  - Жар ночью был, к утру немного спал, - доложил Лаврентий.
  - А я уж думала, что на поправку пошла и пить твое зелье не придется, - вымученно улыбнулась графиня.
  - Эта болезнь коварна, - ответил ей, понимая, что похоже произошло резкое ухудшение.
  Дорога эта, будь она неладна! До ближайшей церкви всего три версты, как мне говорили, но они, наверное, с гаком! Да еще и дождь свои коррективы внес, пару раз застревали, приходилось нам с Лаврентием экипаж толкать. Естественно, вымазались по самые... не балуйся! От радостного настроения и следа не осталось, тем более что графиня кашляет часто. Наконец-то смогли добраться до Гордеевки, деревенька такое название имеет, где церковь стоит. Это не моя "родная" деревня, та Ислово зовется, нет в "моем" селе тоже есть церковь, но дорога до нее дальше и крюк больше. А вообще, не в каждом селе стоят храмы, как и больницы, про школы и вовсе молчу. Лаврентий рассказывал, что государыня требует увеличить число школ и больниц, но учителей и врачей мало, но такая политика мне нравится, в правильном направлении развитие страны движется. Перекосы в правлении имеются, если верить тому же слуге графине. С другой стороны, разговоры - одно, а школ-то не строят, требуется самому все посмотреть и собственное мнение составить.
  Перед въездом в деревню, Прошка остановился у озерца, где мы с Лаврентием, как могли и помогая друг другу, привели себя в порядок. Нет, от грязи на одежде хрен избавишься, но умылись и сапоги почистили.
  Церковь, деревянная с множеством икон и зажженных свеч. Батюшка уже заканчивает читать молитву, к своему стыду, понятия не имею какую. Народу полно, но Мария Александровна из толпы выделяется, сразу видно - благородных кровей! Да и преобразилась она разительно, у знахарки обычной девушкой ходила, а тут настоящая леди. Спина прямая, взгляд грустный, но власть проглядывает. Или это из-за одежды? С ней никто нарядом сравниться не может, хотя крестьянки и разоделись по случаю похода в церковь. Девушка купила несколько свечей и пошла к каким-то иконам. Ставит свечи, крестится и о чем-то шепчет. Я не вслушиваюсь, делаю вид, что батюшку слушаю, но графиню из поле зрения не выпускаю. У девушки явный жар, дорога ей на пользу не пошла. Сможет ли обратно добраться? Блин, и чего она в церковь отправилась? Но воспротивиться я не мог, не имею права, да и не послушала бы она, а в лице Лаврентия еще бы и поддержку обрела. После причастия, тоже ложку сладкого кагора выпил, графиня захотела исповедоваться. Вот не нравится мне ее настрой!
  Вышел из церкви и к экипажу направился, где уже Прохор дремлет на козлах.
  - Табачка нет? - поинтересовался у нашего кучера.
  - Только махорка, папиросы мне не по карману, да и не нравятся, - широко зевнув, ответил тот.
  - Давай, - махнул я рукой.
  Прошка слез и мы с ним засмолили. Кучер парень неплохой, но выпить не дурак, да и простоват.
  - Графиню-то нашу поставишь на ноги? - в очередной раз спросил он.
  - Постараюсь, - потер я бородку на подбородке.
  Пока так и не решился бриться, зеркало в доме, перед ним никто не даст, а смотреть в бочку с водой и махать ножом, как делает Лаврентий, опасаюсь. Да и ножик мой не для бритья, заточен он превосходно, за это время один раз подправил, но бриться будет неудобно.
  - Иван! - с крыльца церкви, раздался крик Лаврентия.
  Бросив под ноги самокрутку, побежал в сторону слуги графини, догадываясь, что случилось ужасное.
  - С Машей беда! Ей плохо стало! - взволнованно проговорил Лаврентий, когда я оказался рядом.
  - Догадался уже! Веди к ней!
  Девушку отнесли в коморку батюшке сразу после исповеди, когда та, получая отпущения грехов, свалилась без чувств.

  - И ведь, грехи уже отпустил, перекрестил, - печально покачал головой батюшка, поглаживая висящий на рясе серебряный крест.
  Молодой тут священнослужитель, мимоходом отметил я, склоняясь над телом девушки. Дышит хрипло, лоб горяченный. Но в лесу она полна сил была, что произошло? Тряска? Длинно и грязно выругался, а потом на батюшку оглянулся:
  - Прости святой отец - нервы!
  - Понимаю, - степенно кивнул тот. - Грех безучастным остаться, а скверные слова не всегда оскорблением являются.
  Прогрессивный он тут! Мысленно усмехнулся я, расстегивая пуговички на блузке Марии.
  - Позволь узнать, что делать собрался, сын мой? - поинтересовался батюшка.
  - Отец э-э-э, не знаю твоего и меня, - начал я, сражаясь с мелкими петельками.
  - Николай, - подсказал Лаврентий.
  - Отец Николай, графиню требуется немедленно освободить от того, что ей дышать мешает, - пояснил я, распахнув блузку у узрев злосчастный корсет.
  Как она только в нем дорогу выдержала? Нет, ну захотела в церковь - пожалуйста! Но зачем себя самой в могилу загонять?!
  - Это что? - прошипел, обращаясь к Лаврентию на затянутую грудь девушки и вытаскивая из сапога нож.
  - Свят-свят-свят! - быстро закрестился отец Николай и попятился к печке.
  - Не доглядел, - покаялся Лаврентий.
  - Да простит меня Бог, - произнес и осторожно поддев корсет, разрезал материю, высвобождая грудь Марии Александровны из сковывающегося плена.
  Дыхание девушки улучшилось, грудь стала подниматься и опускаться, а от печи послышался стук железа. Оглянулся, а батюшка кочергу за печку ставит. Вот же-ж! Решил, что я угрозу представляю и собирался себя и прихожан защищать.
  - Не разобрался, - пояснил Николай свои действия и пару раз перекрестился.
  - Очнулась! - облегченно выдохнул Лаврентий.
  В тот же миг мне прилетела пощечина от девушки, правда, слишком слабым удар получился, считай погладила.
  - Тихо-тихо! - прошептал и перехватил руку медленно ту положил. - Тебе ни в коем случае сейчас нервничать нельзя. Потом претензии предъявишь, а сейчас лежи! - отвел ее вторую руку, которой она груди прикрывает и блузку постарался запахнуть.
  - Я сама, - прошептала девушка.
  - Обязательно, - кивнул ей, - но не сейчас. У тебя модистка или портниха - плохая, путли не под эти пуговицы шьет, пока их расстегнешь - семь потов сойдет.
  - Мода такая, - хрипло ответила девушка и губы облизнула. - Мне бы попить.
  Батюшка налил стакан воды и мне протянул. Почти уже к губам Маши поднес, но в последний момент руку отдернул, запах затхлый из стакана идет.
  - Лучше вина, не сладкого, - протянул отцу Николаю обратно стакан.
  - Минуту! - открыл тот тумбочку и вытащил пару бутылок. - У меня тут и шампанское есть.
  - Ох, давно его не пила! - оживилась девушка, явно приходя в себя после обморока.
  - Но сейчас нельзя, - непреклонно ответил ей я, выбирая вино и покачав головой.
  - Мария Александровна, вы прислушайтесь к Ване, он добра вам желает, - вставил реплику Лаврентий.
  Графиня слабо улыбнулась и ничего не сказала. Полстакана вина выпила, а потом попросила нас удалиться, чтобы себя в порядок привести. Мы из коморки вышли, Лаврентий о чем-то с батюшкой переговаривается, а я решаю задачку с несколькими неизвестными. Как сбить температуру и перевезти девушку к знахарке без тряски по плохой дороге. С жаром ничего не могу поделать, а вот перевозить... легче всего в селе на постой к кому-нибудь встать, а самому за лекарством своим с Прошкой смотаться.
  Минут пятнадцать ждали пока графиня приведет себя в порядок и выйдет. Честно говоря, уже волноваться начал. Чего так долго? Стащить с себя разрезанный корсет и блузку в юбку заправить? Ох уж эти женщины, во все времена одинаковы!
  - Нет, мы возвращаемся к Пелагии, - непреклонно заявила графиня, на мое предложение найти тут того, кто жильцов на постой возьмет.
  Убедить ее не смог, аргумент, что она плохо перенесет дорогу не подействовал. Если в одну сторону добрались, то и в обратную доедем. Еще задержались на час - перекусили в трактире сельском. Оказалось, что тут такой стоит и пользуется спросом, но в определенное время года, когда через село тянутся караваны в город со своей продукцией. Сейчас же выбор блюд мал, но картошкой с соленой рыбой нас накормили. Жар у Марии спал, наверное, из-за затруднения дыхания у нее температура подскочила. Тем не менее, Прошке, уже подвыпившему (когда и где успел?!), велели ехать осторожно и сильно не трясти экипаж.
  - Я-то с удовольствием-с, - потер тот свой затылок. - Но вы же-с дорогу-то-с видали-с, кочка на кочке-с.
  - Так ты не гони, - пожал плечами Лаврентий.
  - Встревать-с чаще-с будем-с, - предупредил тот.
  Действительно, застревали раз десять, но довезли графиню до знахарки живой и невредимой. Дело уже к вечеру и решил в этот день лекарства не давать, не захотел на ночь глядя судьбу испытывать. Скорее из-за того, что ответственные дела привык утром делать, ведь если что-то пойдет не так, то тут никто не поможет и скорая не приедет.
  Спал опять на сеновале, в шалаше не вышло, там после дождя сыро еще. Утром, поймал себя на мысли, что нервничаю. Странно, за свою жизнь, не здесь и относительно короткую, повидал много крови и "грязи", считал - ко всему привык. Однако же на деле это оказалось совсем не так. Изнуряющую тренировку провел, а потом в погреб пошел. Плесень отменная, настойка... ну, будем считать - готова.
  Графиня, вместе с Лаврентием и Пелагеей, дожидались на кухне.
  - Всем доброго здоровья, - поприветствовал их.
  Мне хором ответили, в голосе знахарки любопытство, у Лаврентия нетерпение и надежда, а вот графиня тускло и обреченно. Естественно, настрой Марии Александровны мне не понравился.
  - Что за уныние?! - стараясь добавить в голос веселья, спросил у девушки. - Надеюсь, не завтракала?
  - Нет, как ты велел, вечером перекусила и все, - шмыгнула та носом.
  Млять, да у нее сопли! Когда простыть-то успела? Теперь ни один лекарь городской ни за что ее лечить не возьмется. Делаю вид, что не заметил и ставлю на стол тарелку, накрытую полотенцем, а рядом бутылку с настойкой.
  - Значит так! То, что в тарелке - съесть, запить пятьюдесятью граммами зелья, не закусывать до тех пор, пока сил хват, от этого зависит быстрота выздоровления. Позывы рвоты необходимо сдержать, - дал вводный инструктаж и стал дожидаться ответа, но графиня медлит.
  На девушку мы все смотрим, та наконец-то задумчиво спросила:
  - Под полотенцем что?
  - Лекарство, - не моргнув ответил. - Подтверди, что в точности исполнишь, или мы в тебя это все силой запихаем.
  - Не посмеете! - поджала та губы.
  - Ваня, в таких делах я не помощница, - перекрестилась на икону Пелагея и руки на груди сложила.
  - Э-э-э, в случае крайней необходимости... - проблеял Лаврентий, но непонятно чью сторону занял, надеюсь - мою.
  Молча стащил с тарелки полотенце и предъявил хлеб, поросший густой зеленой плесенью.
  - Это отрава! - ткнула пальцем в мое "лекарство" девушка.
  Знахарка бочком прошла к двери и крестясь вышла из кухни. Лаврентий молчит, но на лице гамма чувств, лоб слуга хмурит и головой отрицательно качает. О чем думает? Да мне без разницы!
  - Мария Александровна, Маша, тебе необходимо попытаться. Пересиль себя и съешь хлеб, потом запьешь...
  - Чем? Что в бутылке? Какой-нибудь настоянный навоз?! - перебила меня девушка.
  - Нет, там спирт на пчелином клее, если хочешь, могу сам выпить рюмку, - предложил я.
  - Хорошо, - неожиданно согласилась графиня. - Сперва съешь кусочек хлебушка, - она подвинула ко мне тарелку, - а потом своим зельем запьешь!
  Честно скажу - плесень не ел никогда, даже в детстве неразумном. По-своему Машка (часто так ее про себя называю) права, поэтому спорить не стал. Достал с полки две стопки, на глаз разлил настойку (грамм по пятьдесят там точно есть), взял в руки кусок хлеба плесневелого и без эмоций (отрешился от всего!) принялся медленно жевать и глотать. Позывы рвотные испытал, но сдержался, а потом и рюмку настойки опрокинул в себя. Отлично! Спирт смыл эффект, правда, крепкий он, как бы девушка выдержала и не закашлялась.
  - Ладно, свое слово и я привыкла держать, - осторожно взяла в руки плесневелый кусок хлеба, сказала графиня.
  
  Глава 5. Лечение
  
  Первый прием моего лекарства, графиня не смогла осилить. Не дожевала хлеб, резко отодвинула от себя тарелку, вскочила и прикрыв ладошками рот, выбежала из кухни. Через минуту вернулась знахарка, вероятно решив, что лечение к концу подошло.
  - Вроде и не беременна, - пожала плечами Пелагея, но потом взглянула на плесень и добавила: - Но я ее понимаю, такое съесть не каждому дано.
  Камень в мой огород. А чего делать-то? Сам продемонстрировал, остается надеяться, что Мария Александровна сумеет себя побороть.
  - Простите, я буду пытаться, - сказала девушка, вернувшись минут через пятнадцать.
  Сама вся бледная, на лбу испарина, но держится отлично.
  - Мария Александровна, голубушка, ты уж постарайся, - с надеждой в голосе сказал Лаврентий.
  - Вань, может ее, - графиня кивнула на плесень, - можно с чем-то есть, чтобы вкус не такой противный был?
  - Нет, - отрицательно покачал я головой, но потом переменил решение: - Подожди, - остановил девушку, когда она протянула руку к тарелке.
  Пятьдесят грамм настойки - разделил, вылил примерно половину во второй стакан.
  - Пьешь, а закусываешь плесенью, после чего выпиваешь остаток, - прокомментировал свои действия.
  - А так можно? - нахмурилась графиня.
  Что ей ответить? Уверенно кивнул, надеясь, что после обжигающего пищевод и горло спирта у нее вкусовые рецепторы на некоторое время отключатся.
  Графиня взяла стакан, понюхала и сморщилась, но она не маленькая девочка, понимает, что лекарства невкусные.
  - Одним глотком, - подсказал Лаврентий, уловив мой замысел.
  Девушка опрокинула в себя дозу лекарства и, как предполагалось, схватилась за горло, а из глаз слезы потекли.
  - Закусывай! - проорал я в форме приказа.
  Мария схватила хлеб и запихала себе в рот. Не жуя, проглотила, а потом и новую порцию плесени так же употребила. Десяток секунд и тарелка пуста. Графиня дышит ртом, жадно воздух хватая, не слишком плесневелый хлеб помог, а ведь ей еще двадцать пять грамм пить, а их-то уже не закусишь. Сидим, время медленно тянется, прошло минут пять, как последний кусок хлеба девушка проглотила. Пора или еще повременить? Нет, тянуть не стоит, хрен ее, эту плесень знает, пусть лучше спирт все обеззаразит, да, надеюсь, в реакцию вступит, нужную нам.
  - Пей, - киваю на остаток зелья на столе.
  - Жжет, - положила руку на грудь Мария и жалобно на меня посмотрела.
  - Так и должно, - авторитетно кивнул и стопку к ней подвинул.
  Графиня посмотрела на Лаврентия, тот ей ободряюще улыбнулся. Выдохнув печально, Мария Александровна выпила настойку и сумела сдержаться, чтобы ее не выплюнуть.
  С этого утра и началось лечение, проходившее точно по такому же сценарию. Пелагея на первых приемах лекарств присутствовала, но потом приходить перестала, у нее дела поважнее нашлись. Очень знахарке продукт нескольких перегонок приглянулся, самогонный аппарат почти не простаивает. За несколько дней она весь самогон и сивуху, забродившую, в спирт перегнала. Графиня через трое суток стала выглядеть намного лучше. Но помогают ли ей мои лекарства или она восстановилась после непростой дороги в церковь - непонятно. Однако, жар отсутствует, кашлять стала редко, аппетит проснулся и Прошку послала за деликатесами, так она выразилась. Сам же я усиленно тренируюсь, радуясь, что на импровизированном турнике уже с легкостью выполняю различные упражнения. Нет, до моей формы в родном мире очень далеко, но нельзя списывать со счетов и то, что прогрессирую, тело позволяет лепить из него желаемое. Деревенские "ходоки" не прекратили осаждать знахарку, их интерес не угас, наоборот усиливается.
  - Иван, не желаешь составить нам компанию? - поинтересовалась графиня, когда я отрабатывал растяжку на турнике.
  - Можно и отдохнуть, - спрыгнув на землю, принял ее приглашение.
  Идем втроем, Лаврентий в пару шагах позади, девушка чуть впереди, она о чем-то размышляет и явно вызвала меня для разговора. Дошли до реки, так и ни словом не обмолвились. Девушка села на поваленный ствол ели и выдохнула:
  - Очень красиво! Ты согласен? - вопрос задала, не глядя на меня.
  Не согласиться с ней сложно. Вид с данного места и впрямь хорош. Река как на ладони, на том берегу цветущий луг, а за ним березовая роща (грибов там, наверное, тьма).
  - Пейзаж и в самом деле такой, что украсит любое полотно художника, - задумчиво ответил, рассматривая заводинку в которой обычно купаюсь.
  На данное место как-то внимания не обращал, да и принимаю водные процедуры не только для удовольствия, в основном чтобы смыть с себя пот и грязь.
  - И давно тебе это место приглянулось? - задаю вопрос.
  - Ой, Вань, когда ты купаешься, я отворачиваюсь! - хихикнула девушка.
  - Необязательно, с такого расстояния мало что разглядишь, - фыркнул я, нисколько не смутившись.
  - Ты неправильный какой-то, - нахмурила лоб графиня. - Ничего сказать не желаешь?
  - А чего говорить? - пожал плечами. - Ты же и так обо мне пыталась разузнать. Лаврентия к отцу и сельчанам отправляла.
  Случайно услышал, как слуга девушки ей отчет предоставлял день назад. Ничего нового он не сообщил. Макар придерживается версии, что сын очнулся от блаженного сна и стал таким каким есть. Сельчане и вовсе обрадованы такому повороту событий и за крепкого крестьянина готовы отдавать своих девок в жены сыновьям, а парни заходили вокруг моих сестриц "табунами".
  - Определенные слова и фразы ставят меня в тупик, их крестьянский сын знать никак не может, если и проходил до своего перерождения божьим человеком, - чертя на земле носком туфельки непонятные линии, медленно проговорила Мария. - Ты их говоришь буднично, не задумываясь о значении.
  - И? - чуть улыбнулся я. - Каков вывод? В тело парня вселился дьявол или ангел? А может шпион?
  - Нет, ни то, ни другое, ты - загадка. Не желаешь рассказать?
  - Знания оказались в голове, - постучал себя пальцем по виску, - а так я простой деревенский парень, сын крестьянина, правда, отчего-то много знающий и кое-что умеющий.
  Да, решил придерживаться такого поведения. Проверить никто не сможет, а что-либо доказывать с пеной у рта мне без надобности. Да и о чем говорить? Я из будущего? Смысл? К тому же, не стоит забывать, что в этом мире история пошла не так. Насколько понял и успел убедиться, поворот оказался для России положительным, по-крайней мере для данной местности. Представляемой нищеты у крестьян не вижу, живут они вполне сносно и грязь лаптями не месят и с голоду не пухнут. Впрочем, если задуматься, то историю пишут те, кому это выгодно, признанный факт. Очень сомневаюсь, что черные краски, дошедшие до нашего времени, соответствовали действительности. Нет, убежден, подобное истории встречались, когда помещики крестьян изничтожали и изнуряли непомерной работой доводя до смерти, дураки, сидящие на суку и его пилящий, никогда не выведутся. Да и зависимость помещиков от крестьян очевидна. Отмена крепостного права в данном мире произошла почти на сорок лет раньше, если точно помню дату в своем мире. Мало того, крестьяне остались довольны, а вот ропот помещиков жестко подавили войска. Случилось данное событие практически сразу после войны. С французами, тогда в знак благодарности своим подданным, защищавшим родную землю, и вышел царский указ. Для села это оказалось глотком свежего воздуха, но, как ни странно, в выигрыше остались все, в том числе и помещики. Это мне Прохор рассказал, а сопоставил я с теми знаниями, которые учил когда-то в школе. Да, сельское хозяйство на Руси получило настоящего владельца - крестьянина, за счет этого Россия усилилась и стала мощнее. По словам графини, правлением государыни многие недовольны, в основном тем, что империя вышла на лидирующие позиции в мире по чуть ли не всем параметрам. Тем не менее, пока картина в голове не сложилась. Слова - словами, но хочется самому увидеть и составить мнение.
  - Иван, ты чего задумался? - спросила девушка. - Я тебя о дальнейшем лечении спрашиваю.
  - Э-э-э, объясню, как настойку делать Лаврентию и через полгода повторишь.
  - А плесень? - уточнила девушка, которую передернуло от отвращения.
  - Если болезнь никак себя не проявит, то можешь ее не кушать, - сдерживая улыбку, ответил я.
  - Спасибо! - "расцвела" графиня. - Скажи, чем тебя могу отблагодарить?
  - Устроишь мне сдачу на охранителя?
  - А если подтвердишь, то ко мне на службу пойдешь? - лукаво уточнила та.
  - Тебе требуется охранитель? - удивился я. - Кто-то угрожает?
  С языка чуть продолжение не сорвалось, но я его вовремя прикусил. Помню прекрасно, для чего дамы охранителей набирают.
  - Ну-у, - протянула графиня, а потом тряхнула волосами, которые рассыпались и на лицо ей упали, закрывая выражение. - Ты сперва сдай, а потом поговорим. Пообещай одно! Если сдашь этот экзамен, то первой в очереди на твои услуги я стою!
  - А если у тебя не хватит денег на мои услуги? - сдерживая улыбку, спрашиваю.
  Графиня откинула волосы рукой и усмехнулась:
  - Ваня, решу, не переживай.
  - Ты за этим меня на прогулку пригласила? - уточнил я.
  - В том числе, - похлопала она ладошкой о ствол дерева и замолчала.
  Хм, явно же что-то есть еще, чего она не говорит.
  - И что же это? - нарушил тишину я.
  Девушка поднялась, рукой показала, чтобы я сидел, а потом сказала:
  - Хочу сегодня отметить день второго рождения, если бы не ты, то... - она рукой махнула и не закончила фразы. - Короче, вечером ко мне приходи, отпразднуем. Хорошо?
  - Договорились, - кивнул, не понимая из-за чего такое у нее смущение.
  - Все, я пошла, не провожай, Лаврентий со мной, - скороговоркой выпалила графиня и с чуть покрасневшими щечками, направилась в сторону слуги.
  Сижу на бревне и только-только начинает доходить, что подразумевала Мария за данным приглашением. Вот я олух! Впрочем, когда до меня дошло, то встать никак не могу и девушку догнать, нужно искупаться и охладиться. Мозг стал рисовать картинки похабные и напоминать, что с женщинами близости давно не имел. Если бы находился в родном теле, то смог бы желание подавить, но тут же... блин! Реакция слишком жесткая и сильная, на команды мозга не реагирует. Кое-как до воды добрался, а холод на мужчин действует всегда одинаково, правда, потребовалось минут двадцать, чтобы себя в порядок привести. Вылез на берег, замерзший и стучащий зубами. Стал разминаться, и отрабатывать удары по невидимому противнику. Отвлекся, согрелся и... вновь в воду полез, опять намеки графини вспомнились. В этот раз решил к делу подойди, с другой стороны. Если собираюсь в город, то мне необходимы документы, а предоставить их может только "батя". Необходимо к нему наведаться и бумаги забрать. Этим и решил заняться. Вернулся к дому знахарке и обнаружил Прошку, вернувшегося с заказом графини.... Продолжение по подписке https://author.today/work/37551, цену установил небольшую, финансами мало кто богат, но надеюсь на поддержку и понимание.