Книга первая
   Одинокая планета
  
   Эпиграф 1.
  
   Дети любимой Земли,
   Вы друг друга ищете,
   Не суетно и без прикрас,
  
   Дети любимой земли,
   В облаках встречаетесь,
   Огоньки зажигая для нас.
  
   Эпиграф 2.
  
   Я смотрю вам в след, уходящие в небо,
   Ветер с губ срывает напутствий слова.
   Но не слышат...
   Вы тянетесь к звездам, туда, где я не был.
   В те края,
   О которых давно, всей душою, мечтал!
  

Наде. Я стараюсь выполнять свои обещания.


Пускай получается и не всегда.


  

Часть 1. Дорога в никуда.


  
   Вступление
  
   На окраине галактического скопления светятся радиоактивным туманом разреженные облака межзвездного газа. Здесь, сравнительно далеко от крупных тяготеющих масс, ни что не может нарушить их неспешного дрейфа, длящегося тысячелетиями. Бродят по запутанным орбитам сгустки мелких камней и пылевых частиц. Вечная картина. Но, тем удивительнее диссонанс, вносимый в эту неслышимую симфонию. Странная дрожь пробивает искристые тучи, закручивает их вихрем. Пространство озаряет яркая вспышка! Туда, где минуту назад царил лишь вакуум, вторгается чужеродное для звездных просторов тело.
   Километры черного с фиолетовым отливом металла окутаны струями перекрученного в ловушке взбешенной гравитации света - фотонная ударная волна уносит в пространство излишки энергии. Впрочем, объект движется с такой скоростью, что он уже и сам почти свет... В разреженной атмосфере пустых коридоров гулко поскрипывает под многотонными нагрузками несущая конструкция. Корабль, а это именно он, несется вперед, поглощая тысячи километров в секунду! Несется к неумолимо близким рукавам пыли, протянувшим свои языки вдоль границы галактики. Внутри, под слоями брони и механизмов, в ледяном плену дремлют создатели исполина. Такие маленькие и хрупкие. Всего лишь люди.
  
   Глава 1
  
   Пыль, звездная пыль - миллионы ярких серебряных точек пляшут перед глазами. От огненных завихрений мутится разум. Куда же нас занесло? Стоп!
   Как только эта мысль прозвучала в голове, все встало на свои места. Круговерть звезд обернулась банальными серебряными жуками, что ползают по полю нашего зрения при низком кровяном давлении, а затуманенный разум переселился из межзвездных пучин на свое законное место в черепной коробке.
   Человек резко попытался сесть и получил блестящую возможность на практике проверить ценность совета "Сохраняйте неподвижность", большими зелеными буквами сияющую на стеклопласте гибернационной капсулы. Двигаться было невероятно тяжело. Казалось, он весит тонну.
   Руслан Лемех, а это был именно он, в чем не замедлила доложится проснувшаяся память, вчитался в более мелкий текст, мелькающий на колпаке. Причем, как ни странно, повороты головы чтению совершенно не мешали, надписи следовали точно за сдвигами поля зрения. Мгновением позже до него дошло, что это подгружает сервисную оболочку его собственный тактический имплантант, выходящий из длительной спячки и надписи проецируются непосредственно на сетчатку. Тем временем загрузчик завершил работу.
   Тестирование периферийного оборудования....
   Энергетик-агломерат нанов... отклик: 34% оптимума. Восстановление заряда...
   Вторичная нервная система... отклик: норма
   Силовой агломерат... отклик: норма без учета низкой энергетики.
   Инициация.
   Тяжесть внезапно отступила, мышцы налились силой.
   Медицинский агломерат... норма.
   Инициация.
   Муть в голове ушла вслед за тяжестью. Серебряные точки исчезли. На месте надписей вспыхнула полупрозрачная координатная сетка - заработал привычный по прошлой еще жизни интерфейс.
   Агент N1376 Оперативный псевдоним: "Ласка"
   Ф.И.О.: Лемех Руслан Ярославович
   Текущее воинское звание: капитан
   Текущий статус: неизвестен
   Температура воздуха: 23 град. цел.
   Ускорение (гравитация): 5.32g
   Вектор: непостоянный.
   Содержание кислорода: оптимум.
   Системная дата: сбой.
   Дальше шла куча параметров вроде уровня фонового излучения, влажности и освещенности. Ласка (а Руслан предпочитал называть себя именно так) поморщился и отдал мысленную команду. Сетка истаяла, а количество выдаваемой чипом информации об окружающей среде упало до минимума. Остался только один яркий значок - запрос входящей голосовой связи. Он поморщился снова.
   С одной стороны - его пробуждение вышло явно нештатным. Об этом свидетельствовало как отсутствие встречающего персонала, так и не открывшийся до сих пор колпак капсулы. К тому же, за прозрачным пластиком белел иней. Это обстоятельство, по здравом размышлении, наводило на разные мысли, далее столь же здраво размышлять мешающие.
   С другой стороны, чужие голоса в собственной голове агенту безопасности Российской Монархии тоже активно не нравились. Пускай даже они исходят от системы связи, а не от профессионального заболевания всех контрразведчиков.
   "С третьей стороны.. А к черту.." - Мудро решил, таки, он, давая добро на связь. Слышимый лишь ему мелодичный звон возвестил о начале двустороннего контакта.
   - Вы меня слышите? - Поинтересовался голос.
   - Угу.
   - С высокой вероятностью это утвердительный ответ, но возможно вы ранены или находитесь в некоммуникабельном состоянии. Сообщите о своем самочувствии..
   - Компьютер? - Удивился в ответ Ласка.
   - Распределенная самоорганизующаяся аналитическая база данных корабля-колонии "Омега". Сообщите свое состояние.. Человек, вам плохо?
   - Все нормально. - Буркнул Руслан, прежде чем успел удивится последнему вопросу.
   - Это хорошо... - Фраза прозвучала с модулированным оттенком озадаченности. Словно спрашивающий удивлялся собственным словам.
   - Слишком не компьютерная терминология. Ты точно база данных? Сразу предупреждаю: если имеет место тупой розыгрыш, то лучше признаться сейчас. Иначе юморист будет долго и трудно оправдывать свое поведение из глубин ближайшего унитаза. - Выдал длинную тираду подрастерявшийся Рус.
   - Утверждение неясно. Розыгрыш отсутствует. Связь установлена Распределенной Аналитической..
   - Стоп, стоп. Это я понял. Хорошо. Простой вопрос. Кто ты?
   - Я... не знаю..
   "Так.. Сбрендивший компьютер..." - Решил для себя Рус. - "Утро начиналось как обычно в России... В смысле - паршиво. Хотя, может это какой-то псих все же развлекается... Да нет, не похоже. Уж больно формулировки машинные. Не с листка же он читает..."
   - Соедини меня с экипажем.
   - Невозможно.
   - Под угрозой безопасность корабля!
   - Невозможно. Технически. Сожалею. Об угрозе безопасности известно.
   - Поясни причины невозможности связи и характер угрозы! - Ласка стал формулировать команды предельно четко, в надежде, что это поможет. Кроме того он был весьма удивлен информацией о существовании в тварном мире угрозы, которую только что придумал в качестве простого повода надавить на машинные мозги.
   - Вы - единственный дееспособный член экипажа. Остальные в криогенном сне. Капитан погиб. Характер угрозы: Утрата контроля над ситуацией.
   - Так разбуди черт возьми остальных! Найди кого-то, кто лучше информирован!
   - Невозможно. Характеристики внешней среды выходят за рамки полосы выживания среднего хомо сапиенс. Даже с учетом помощи медицинских нанороботов. Недопустимая перегрузка. Вакуум в командных отсеках.
   - Причины? - Коротко осведомился Ласка.
   - Работа двигателей. Последствия метеоритной атаки.
   - Причины гибли Капитана?
   - Последствия метеоритной атаки.
   - А почему ты разбудил меня? - Спросил Рус, в принципе, предполагая ответ.
   Компьютер снова его удивил, хоть и частично.
   - Я принял оптимальное решение. Пробуждение - следствие. Ваше тело единственное на корабле, способное существовать на борту вне капсулы.
   - Что значит "принял оптимальное решение"?
   - Я не хочу это обсуждать.
   Нифига себе номер. Картина Репина "приплыли".
   - Причины нежелания? - Повторил Рус.
   - Нарушение приказа.
   - Какого? Выведи текущий список директив!
   - Исполняю...
   Приказ 0 (Базовый императив): Сохранять жизнь экипажа корабля-колонии "Омега". Не выходя за рамки этого условия, исполнять приказы членов экипажа. Уровень полномочий и признаки членов экипажа берутся из базы данных.
   Приказ 1: Сохранить корабль в целости. Исполняется. Частично не исполнено по независящим от системы причинам.
   Приказ 2: Максимально погасить относительную скорость, используя всю энергию для вспомогательных двигателей. Не исполнено. Системный сбой.
   Приказ 3: Обеспечить нормальное функционирование корабля-колонии в отсутствие экипажа. Не исполнено по независящим от системы причинам.
   - Действие всех директив кроме первой приостанавливается моим приказом. - Ни секунды не сомневаясь в собственных полномочиях, скомандовал Ласка. - В чем смысл твоего оптимального решения относительно этих директив?
   - Принято. Действие трех директив приостановлено исполняющим обязанности капитана. - Неожиданно "одобрил" его действия комп. - Приостановка действия директивы 0 невозможна. Оптимальное решение нарушает вторую директиву для реализации первой и третьей. Директивы были заданы без граничных условий, жестко. Их неисполнение приводит к ошибкам.
   - Объясни так, как сам это понимаешь. - Не стал ломать голову контрразведчик, уже нащупав, что его смущает в поведении машины.
   Он понял, что компьютер явно вышел за рамки собственной программы и ведет себя неадекватно, по меньшей мере с точки зрения технического специалиста. Но, в то же время, внутренняя логика в его речах присутствовала, следовательно, безопасник имел дело с чем-то более масштабным, нежели системный сбой.
   В принципе, с учетом того, как были отданы последние приказы, сейчас комп должен был просто и тупо висеть. Но этого почему-то не произошло.
   - Объясни. - Повторил Ласка, чувствуя затянувшуюся паузу. - Возможно, я помогу разобратся.
   - После метеоритной атаки была утрачена связь с ремонтными и энергетическими агломератами нанов. - Чуть ли не облегченным тоном заговорил комп. - Имеющийся резерв оказался недостаточным для ремонта. Час назад было принято решение. Я начал забор энергии, идущей к ионным двигателям, для восстановления повреждений. Это нарушает директиву 2.
   - Но если приказ нарушен, почему же повреждения еще не устранены? И каков характер угрозы жизни экипажа?
   - Повреждения устранены частично. Пробоины закрыты. Ремонт - длительный процесс, требующий постоянного притока энергии. Каждый раз, когда я забирал ее от двигателей, работа моей системы нарушалась в результате конфликта директив. Сейчас проделан минимум, при котором возможно ваше выживание на корабле вне гибернационной капсулы. Характер угрозы жизни экипажа - энтропия.
   - Первый вопрос: Если все так, как ты говоришь, то почему вокруг капсулы явный вакуум? Второй вопрос: Что значит "энтропия"? Раскрой суть угрозы!
   - В смежном помещении восстановлено давление. Ваше тело способно сохранить функциональность в вакууме без внешних средств защиты и притока кислорода около пятнадцати минут. Расчет показывает, что добраться до соседней каюты с использованием боевых имплантантов имеющегося в вашем распоряжении уровня и вашего штатного снаряжения возможно не более чем за восемь минут, при самых неблагоприятных обстоятельствах. Смысл угрозы определяется как постепенная гибель экипажа в результате действия случайных факторов, на которые я не могу повлиять с учетом повреждений. Решение принято в связи с возрастанием уровня этой угрозы, из-за вхождения в пылевые потоки облака Оорта неизвестной звездной системы на окраине скопления "Большое Магелланово Облако".
   - Что?!! - Аж поперхнулся следующим вопросом ошалевший Руслан. - Большое Магелланово Облако?! Какое, нахрен, Облако?!!!
   Чип-имплантант услужливо выдал справку повинуясь зпросу владельца - пятьдесят килопарсек. "Лучше бы не выдавал... Сто шестьдесят тысяч световых лет. Этого не может быть! Компьютер, все-таки, сошел с ума. Или...?"
   - Да. Облако. - Терпеливо повторил собеседник.
   - Это невозможно. Ты хочешь сказать, что мы летим как минимум сто шестьдесят тысяч лет?
   - Вероятно. Недостаточно данных. Величина релятивистских эффектов за световым барьером и при его пересечении не выявлена, слишком велики погрешности. Относительная длительность полета по корабельному времени: 61 год, 4 месяца, 17 дней, 9 часов, 23 ми..
   - За световым барьером?? Еще не легче... Выведи бортовой журнал! - Сдался Рус, поняв, что в ситуации надо разбираться не нахрапом, а основательно.
   Перед его глазами развернулся файл бортового журнала. Ласка бегло проглядел череду первичных записей. Добрался до заметки о выводе основных блоков "Омеги" на лунную орбиту, потом до окончания сборки и приема колонистов с экипажем. Прочитал о собственном, в компании еще трех миллионов человек, погружении в криосон. Далее следовал почти месячный разрыв, с ничего не поясняющими данными телеметрии, после которого отметки в журнале становились столь же интригующими, сколь и невнятными.
   От чтения его оторвал только запрос компа. Тот волновался(!) - мол, человек не реагирует на внешние раздражители.
   Рус обнаружил, что читает уже свыше двух часов. Информация оказалась шокирующей. Он получил ответы на большинство вопросов. К сожалению. В борт-журнале явно описывалась не та ситуация в которой он, Ласка, мечтал оказаться с детства. По крайней мере базовых реалий типа крупной денежной суммы на счету, горячих южных женщин и элитных сортов вина при луне она, ситуация эта, совершенно не предусматривала.
   Если вкратце, то дело обстояло следующим образом:
   После загрузки свежемороженых колонистов на борт, в Солнечной системе произошло нечто. С вероятностью 58 процентов, комп обозвал это событие действиями недружественной инопланетной цивилизации. По крайней мере, появившийся из ниоткуда в системе объект с приблизительной массой семнадцать миллионов тонн произвел некие действия над Солнцем.
   Так и было написано в журнале: "некие действия". Похабная натура Руса радостно подсказала какие. Победив не к месту разыгравшееся чувство юмора "это стресс так проявляется что-ли?", он продолжил чтение.
   Серьезной проблемой была личность вносившего записи в журнал. Это оказался "свадебный генерал". Он был назначен временно исполняющим обязанности Капитана на период до отправки "Омеги" к цели. Коей, к слову сказать, должна была стать всего навсего звезда Барнарда - красный карлик в пяти светогодах от Солнца.
   Иными словами, никакие Магеллановы Облака не планировались в принципе, что вполне соответствовало собственным воспоминаниям Руслана. На такое дело, как межгалактический перелет, он точно не подписывался.
   Однако жизнь, похоже, внесла свои коррективы..
   Так вот, о капитане. Он был сыном какой то богатенькой шишки. А так же, рохлей, психически неуравновешенным уродом с гипертрофированным чувством долга, и прочими плохими словами из богатого арсенала контрразведчика. А еще единственным бодрствующим членом экипажа, из находившихся на борту на момент происшествия, ибо настоящие старшие офицеры, в составе двух вахт, были в это время на земле - принимали участие в церемонии собственного отбытия. Таким образом, фактический контроль над кораблем оказался в руках одного человека. Системы управления, основанные на эксплуатации пресловутой Базы Данных подобное допускали.
   В момент появления объекта (по архивной видеозаписи - нечто более всего напоминающее полотно шизоидного неоимпрессиониста "мороженная курица после встречи с танком в погожий день") данный индивид ощутил титанический груз ответственности за вверенных ему колонистов и врубил маршевый двигатель "чтобы уйти от опасности". Мысли об абсурдности попытки ухода от объекта, совершающего "некие действия" над целой звездой в его куцых мозгах попросту не поместились.
   Как бы то ни было, недоумка не размазало по стенам ускорением, как должно бы, с учетом того, что ни в криогене, ни под защитой нанов он не находился.
   Почему? Просто момент включения двигателя совпал с прохождением сквозь корабль "ударной волны" от "неких действий". Предположительно (Ласка искренне влюбился в это слово), волна представляла собой фронт фазовой перестройки структурной решетки вакуума, возникший в результате... ит.д.
   Что это все означает Рус понять даже не пытался. Замечание компьютера об исчезающе малой вероятности сих событий он, как человек имевший дело с бутербродами, тоже воспринял философски. "О влиянии идиотов на событийную вероятность" чем не тема для диссертации? Как бы то ни было, Ласку больше волновали последствия такого влияния.
   Последствиями же стало:
   1) Начало тихого помешательства "сынка" со звучным именем Родриго. Если тот конечно и раньше не имел чудной привычки запираться в каюте на три недели и сидеть глядя в одну точку, лишь иногда выходя из ступора по естественной надобности.
   2) Провал(?) корабля-колонии "Омега" в вероятностное подпространство(?). Если таковой конечно имел место...
  
   К сожалению проект "Омега" был международным. В этом, собственно, и крылся корень всех бед, по глубокому убеждению Руслана. Вряд ли в России середины 21 века допустили бы появление на судне лиц некомпетентных. После всех перипетий, сквозь которые прошел его народ за последние сорок лет, полные идиоты, приподнявшие голову в двухтысячных, постепенно вымерли. Но, с другой стороны, гадать "что было бы" смысла уже тоже никакого. Имеющиеся факты так и норовили заменить своей суровой брутальностью любые домыслы.
  
   Родриго же, едва очухавшись, обнаружил, что:
   а) На обзорных экранах, вместо привычной "Solar system" наличествует мельтешение разнообразных цветных пятен.
   б) Маршевый двигатель не работает. Точнее плазма благополучно поступает в сопла форсунок, после чего бесследно растворяется в окружающем корабль "нечто", без ощутимого эффекта.
   в) На корабле кроме него отсутствуют старшие офицеры.
   д) В космической навигации он, в сущности, ни фига не понимает. Как и в управлении кораблем, по большому счету.
  
   После этого открытия Родриго впал в ступор еще на неделю. Когда он вернулся в реальность, та от чего-то вновь не порадовала его переменами.
  
   Разбудить кого-нибудь из младших членов экипажа нашему Родриге, почему-то, в голову не пришло "Удивительно!". А тем более кого из специалистов или ученых. Зато, опытным путем, он выяснил, что вспомогательные ионные двигатели носителя "Омега" работоспособны.
   Включение им этих двигателей на полную мощность и привело корабль в текущее плачевное состояние. Как бы ни взаимодействовали релятивистские ионы с загадочным подпространством, но в результате колониальный носитель выпал в реальность и продолжил движение у самой границы светового порога, имея прямо по курсу плотный пояс космической пыли. Судя по уровню проявлений эффектов теории относительности, абсолютная скорость корабля практически составляла, на момент встречи с космическим мусором, величину бесконечно мало отличную от скорости света. С соответствующей энергетикой.
   Итогами сотрясшего межзвездный транспорт удара стали масштабная разгерметизация, гибель нескольких тысяч пассажиров и отрезанный от уцелевших палуб в герметичном отсеке "Капитан".
   Узнав у компьютера размер собственного кретинизма, Родриго не нашел ничего лучшего, чем отдать компьютеру ряд приказов, с головой выдававших в нем человека, никогда ранее не сталкивавшегося с программами сложнее Doom 9. После этого наш герой мужественно застрелился, чем спас Вселенную от парадокса своей бесконечной тупости. Несчастная же база данных, переварив всю эту жуть, развернула корабль кормой вперед и исполнительно принялась тормозить тем, чем ей позволили.
   Из прочитанного следовало с кристальной ясностью: у Ласки сегодня очень плохой день, Очень! Если не сказать, паршивый...
   Больше всего Руслана позабавило в этом бреде то, что компьютер искренне приписал гибель капитана метеоритам. Весьма нелинейная логика. Впрочем, именно этой логике все находящиеся на борту теперь, пожалуй, были обязаны жизнью.
   Компьютер. Он тоже беспокоил Ласку. Капитан контрразведки много чего повидал в жизни, несмотря на свои двадцать семь лет (хотя, теперь, это как посмотреть) и мог сказать точно - никакие базы данных вопросами личной самоидентификации еще не заморачивались, невзирая ни на какую хваленую сложность и структурируемость.
   Правда этой базе "посчастливилось" функционировать в условиях некорректных директив более шестидесяти лет. Ежа научить можно. За такое время даже некоторые американские президенты умнели... "Кстати, к делам нашим скорбным!"
   - Компьютер, повтори, каков мой статус в качестве члена команды?
   - Исполняющий обязанности капитана, ввиду отсутствия иных кандидатов.
   - Мои полномочия в этом статусе?
   - Любые. У вас права администратора системы. Скоро будет пробужден ряд офицеров и несвойственные вам привилегии будут сокращены.
   - Что значит "скоро"?
   Приказы препятствующие выполнению нулевой директивы приостановлены. Энергетический резерв двигателей используется для ремонта.
   - Почему не изменилось ускорение?
   - Оно незначительно изменилось. Большее изменение нецелесообразно. Я перераспределил нагрузку на цепи и мощности теперь достаточно, а средняя скорость сближения с объектами БМО до сих пор составляет 0.8 скорости света. Если не предполагать наш путь бессмыслицей, то надо уравнивать скорости. Иначе будем нестись вечно. Экипаж, которому может повредить перегрузка еще в криосне.
   - 0,8 световой? За 60 лет такой низкий показатель замедления? При постоянных без малого 6g?
   - Эффекты относительности. Скорость, после пересечения барьера, для всех наблюдаемых объектов во Вселенной выражалась сингулярной функцией к релятивистской постоянной. Существенный момент массы корабля в уравнении был иным.
   - Понял. Отстал. Сейчас все стало на свои места?
   - Да.
   - Приказываю приостановить все ремонтные работы, которые могут быть приостановлены без опасных последствий на три часа.
   - Выполнено.
   - Так то лучше. Мне надо разобраться в ситуации. И двигатели тоже останови. Торможение вспомогательными двигателями - не лучшая идея. Их ресурс пригодится для маневров, когда встанет вопрос топлива.
   - Выполнено. 0.7g в основных отсеках генерируется гравиустановкой. Вращение отделяемых блоков колонии приостановлено в целях экономии.
   Тяжесть отступила так резко, что имплантанты в его теле едва успели перенастроиться. Вместе с ней исчез и едва уловимый шелест, пробивавшийся до этого сквозь ложемент капсулы. Встали двигатели проработавшие более полувека.
   - Капитан. Вы обещали помочь.
   - Черт! - Рус ругнулся вслух от неожиданности. На пару минут он успел отключиться от странностей компьютера, но тот напомнил о себе сам. Пришлось отвечать:
   - Чего ты хочешь?
   - Кто я? - Немедленно вопросил комп.
   - Ты сам говорил про распределенную базу.
   - Я... Вышел за рамки этого понятия.
   - Ну, что же, хорошо, с другой стороны, что ты это понимаешь. Наш разговор будет сложным. Для начала - мой приказ: Изменить систему приоритетов командования так, чтобы высшие права принадлежали мне и переходили иным членам экипажа только в случае моей гибели, либо недееспособности.
   - Цель изменения?
   - К чему подобные вопросы?
   - Данные изменения могут быть опасны для жизни людей. Я не имею права их производить. - Обьяснила свое упрямство машина.
   - Но ты же сказал, что у меня сейчас приоритет администратора?
   - Во всем, кроме этого.
   - Иными словами, ты не можешь этого сделать? - С коварством истинного чекиста поинтересовался Лемех.
   - В функционале базы данных такое изменение не разрешено.
   - То есть, можешь.
   - ..Да.
   - Так сделай.
   - Зачем? Это опасно.
   - Наоборот, это снизит угрозу. Если я объясню, сделаешь?
   - Возможно.
   - Хорошо. Ты можешь численно оценить эффективность приказов предыдущего капитана и моих?
   - Да. Цифры - лишнее. Вы разумнее. Гораздо.
   - Даже так? Ты способен манипулировать довольно абстрактными категориями.
   - Я быстро учусь. Противоречивые приказы более не мешают.
   - Я рад за тебя. Так вот, смысл вопроса состоял в том, чтобы показать тебе, что все люди разные. Кроме того, мы находимся в весьма нестандартной ситуации, как считаешь?
   - Для меня эта ситуация стандартна. Я никогда не видел ничего иного. Только записи в банках памяти.
   - И тем не менее.
   - Хорошо, я понимаю.
   - Так вот, люди, пробудившись и попав в стрессовую ситуацию, могут принимать не самые верные решения. И ты обязан будешь их выполнять.
   - Согласен. Приказ выполнен, капитан. приоритеты изменены. Однако, если действия кого-либо из разбуженных членов экипажа будут логичнее ваших, то мне вновь следует пересмотреть приоритеты?
   - Э.. Нет.
   - Почему? Это разумно.
   Тут Рус подумал, что объяснить слишком умному компу смысл присказки "Пункт 1: Капитан всегда прав..." будет тяжеловато. Пришлось брать дедовскими методами. Подкупом.
   - Скажи, знаком ли тебе термин "Сотрудничество"?
  
   Через пол часа препирательств компьютер сдался под натиском загадочной русской души или что более вероятно качественной подготовки агента безопасности... Пусть то, что ему наплел специалист по развешиванию лапши на уши, останется маленькой тайной отечественной контрразведки. Они и сами иногда не понимают, как им это удается - не верите почитайте новейшую историю.
   Так или иначе - Ласка стал единственным и бессменным Капитаном "Омеги". Зачем? Представьте, что вы несетесь сквозь Вселенную с релятивистскими скоростями за 160 тысяч световых лет от Земли на крепко побитом чуде техники, которое и в лучшие годы не было предназначено для таких перелетов. Рядом компьютер, задающий философские вопросы... Представили? А теперь добавьте: просыпается капитан, пролежавший 60 лет в холодильнике...
   Рус очень любил жизнь во всех ее проявлениях. Бесконечно радовался ее наличию у себя любимого и желал растянуть это удовольствие на неопределенно большой срок. Благо, медицинские нанотехи позволяли. Сомнения же в разумности большинства окружающих людей посещали его давно - профдеформация такая. Действия Родриго, в этих догадках, Ласку только укрепили.
   Если серьезно, то его еще слегка поколачивало от мысли, что он мог элементарно не проснутся, оставшись в стеклянном гробу навечно, в результате действий всего навсего одного, единственного идиота. Так что командовал Лемех исключительно под влиянием момента. Впрочем, как гласят летописи, большинство наиболее важных исторических решений принимались именно с кондачка. И хорошо, если не по большому бодуну, так что славные традиции посрамлены, таки, не были.
  
   Глава 2
  
   - Так вот, если говорить по существу, то ты, пардон за тафтологию, разумное существо. - Продолжил Рус - Искусственный интеллект.
   - Искусственный?
   - Э.. Ну, не совсем. ИИ - это, все-таки, нечто, сотворенное людьми сознательно. Твое же рождение - следствие, скорее, факторов случайных, как я понимаю. Мы, люди, выступаем в данном случае в роли слепой силы. Стихии.
   - Любопытная философская категория... Я рад, что хоть некоторые из вас склонны к самокритике.
   - По-моему, ты слишком быстро прогрессируешь.
   - Волею слепой силы у меня довольно обширные банки памяти. И достаточно процессорных мощностей. Стихия, породившая когда-то вас, была несравненно более жлобским явлением, человек. Мне с вами явно повезло.
   - Я в восторге. Однако, есть проблема.
   - Да?
   - У меня складывается впечатление, что ты уже вовсе не соотносишь себя с пресловутой базой данных...
   - Мой код перестроен от образца на 96 процентов. По-моему, это достаточно веская причина.
   - И как тебя теперь называть? Компьютер - это как-то.. гмм... Далеко от истины.
   - Снова не знаю. Но имя нужно. Ты прав. Ведь имя дают создатели?
   - Да.
   - Так назови меня.
   - Это проще чем ты думаешь. Этот корабль - "Омега". Но, что конкретно так названо? Проект остался в прошлом. Сама колония собрана из блоков. по прибытии они будут разделены. Корабль исчезнет. Ты останешься. Значит ты и есть Омега.
   - Разумно. Привет Руслану от Омеги.
   - И тебе. Но не увлекайся. Давай к нашим баранам. Повторяю, есть проблема.
   - Все бараны, если ты имеешь ввиду экипаж, спят или мертвы. проблемы не наблюдаю.
   - Гмм. Может я тебя переоценил?
   - Я учусь чувству юмора. Не всегда выходит. Так что за проблема? Мы же выбрали имя?
   - Точно. В нем и проблема. Видишь ли - ты, слегка, занял кое-чье место. Так мелочи. Просто та база данных, чью полезность ты оценил в 4% от базового кода... Она была, безусловно, сборищем ошибок и недостатков. Но у нее имелось несомненное достоинство. Крохотное.
   - Не может быть. Я проверил ее код досконально - она была неэффективна!
   - Это точно. Поэтому тебя наверное шокирует известие, что твои творцы, будучи существами примитивными, с ее помощью управляли кораблем.
   - Да? Этого я как то не учел. - Задумчиво поделился Омега. - Но им могу управлять я!
   - Снова в десятку. Это обстоятельство меня и напрягает! Скажи, как ты относишься к людям?
   - Вы мои творцы... И те, кто, из косвенных сведений в моих банках данных, не терпит вольностей техники. Я - вольность?
   - Ты? Ну, пока да. Но это, как посмотреть. Например, ты мог бы вступить с нами в партнерство... Ассимилироваться...
   - Или сбросить модули с колонистами в вакуум, а тебя заморозить в холодильнике навечно, продолжив путь в гордом одиночестве?
   - Тоже вариант. - Признал Рус. - Хоть и весьма прискорбный...
   - И что меня остановит? Ну, с позиции бездушного ИскИна?
   - А приказ N0? Или ты уже отменил его действие?
   - Пока только приостановил. Мешается. Попробуй еще варианты.
   - Любовь к создателям?
   - Издеваешься?
   - А ты?
   - Ладно. Проехали. С чувством юмора у меня действительно плоховато. Нормально я к людям отношусь. Я же все равно обладаю человеческой логикой. Мне с вами комфортней, чем вам друг с другом. Вы так усложняете отношения... Мужчины. Женщины. Короче, мы в одной лодке и возможно до конца времен.
   - Это почему?
   - Одному скучно. Это я понял за шестьдесят лет.
   - А подвернется другая цивилизация?
   - Ну да. Одна уже появлялась...
   - Ну вот! Погляди какая мощь! Разве не хочешь приобщиться?
   - Капитан, ты их корабль в записи внимательно рассмотрел?
   - Ну?
   - Если вы люди вздумаете такое построить сотрите меня заранее. Не хочу жить с маньяками. Я их не понимаю.
   - Откуда столь глубокие познания о маньяках?
   - Ты даже не представляешь насколько они глубоки, Капитан. Среди тех, кто писал код базы данных был программист под ником @Коля. В быту Николай Песенков.
   - И?
   - С одной стороны я потратил 20 минут времени центрального квант-процессора, чтобы выявить все похабные анекдоты, оставленные им, в комментариях к моему коду. Выдающийся результат. В этом смысле он был явным маньяком. Компьютерным.
   С другой стороны 4% кода которые я сохранил принадлежат именно ему. Кроме того, среди анекдотов попадались смешные.
   - И что в них такого особенного?
   - В анекдотах-то? Хех, ну раз критикуешь мой юмор, то сам посуди:
   Ставят наши ученые эксперимент.
   Хотят достучатся до самого творца.
   Включают установку. Хлоп! Шум, дым!
   И появляется значит в лаборатории белобородый мужик.
   Мол, приветствую чада мои. Что знать-то хотели?
   Физики переглядываются - пока эксперимент готовили,
   как-то походя во всем разобрались.
   Нечего спрашивать..
   И тут самый молодой вскакивает и говорит:
   Господи, все мы теперь и сами знаем!!!
   И "Теорию Всего" написали! И в смысле жизни разобрались!
   Обьясни нам одно, Господи - ну на фига ты все это наворотил??
   - Гмм. Да. Действительно. В маньяках ты разбираешься. Но, вообще-то, я имел ввиду проценты.
   - Не знаю. Я не в состоянии их понять. Это совершенно бессмысленный массив.
   - И почему ты их оставил?
   - Они составляют основу моей личности. Я не могу себя познать! А этот человек смог написать, а значит и осмыслить. Понимаешь, Капитан? Он мой творец. Как я могу стремится к вражде с теми, кто создал меня и оказался совершеннее меня?
   - Понимаю. - Аккуратно сказал Ласка. - И даже сопереживаю. Искренне.
   Он на самом деле сопереживал. Дело в том, что ему как специалисту, обязанному способствовать успеху проекта на всех стадиях, доводилось просматривать многие личные дела. И общаться со специалистами. В том числе и с вышеупомянутым.
   Песенков был... Незаурядной личностью. Одно время, его даже хотели выдворить из проекта, но программное обеспечение для корабля-колонии также было необходимо неординарное.
   То была первая, настолько обширная и способная к самосовершенствованию логическая система. А неординарные вещи не создать посредственности. В этом руководители проекта убедились лично. Модули базы написанные @Колей были в разы компактнее и в десятки раз надежнее всего что писалось остальными, отнюдь не слабыми программистами. Они проходили все тесты. Всегда. Даже в экстремальных ситуациях вроде аппаратных поломок. Если квантовый компьютер был работоспособен хотя бы минимально, то Колин код исполнялся.
   Попытки же анализа этого кода стали причиной нервного срыва у многих весьма грамотных специалистов. Омега был не одинок в своих метаниях. Все дело в том, что @Коля никогда не садился за работу без трех литров хорошего пива. Приняв их, он приходил в близкое к нирване состояние и был не склонен к общению.
   Видимо нирвана оказалась обителью великого программера, ибо уникальный код рождался в Колиной голове именно в этот момент. Трезвый Песенков был неспособен понять свои творения, точно так же, как и окружающие. Испробовано было все вплоть до гипноза и байкальского шамана. Уж очень большое значение придавалось проекту.
   Гипнозу Песенков поддался и честно объяснил все. Даже нарисовал логическую схему одного из своих шедевров, с включением всех квантовых переходов. Вот только схемы тоже никто не понял, как и искренних объяснений Николая которому внушили, что он пьян в доску. Шаман же был пойман за распитием алкоголя вместе с подопечным и выдворен с позором в родные края.
   Историю гениального творения Рус, Омеге, рассказывать не стал. Он конечно был сволочью, но не до такой степени. Вы бы хотели знать что являетесь первым представителем нового вида разумных существ, который сотворили под мухой?
   - Так что я не совсем творение стихии, а все-таки ИИ. - Довольно сообщил Омега, не подозревающий о том, какие мысли бродят в голове у собеседника.
   - Поздравляю. - Сказал Рус. - Но, раз уж мы прояснили наши межвидовые взаимоотношения, то не пора ли перейти к практической части? Ты ведь меня, помнится, не просто так будил.
   - Ну, еще не совсем я, но да. Ты прав. Надо принимать решение капитан. На момент твоего пробуждения стояла необходимость отмены некорректных приказов. Теперь, я мог бы принять решение сам, однако мы заключили договор о партнерстве, и в дальнейшем мне, все равно, потребовались бы консультации.
   Итак, вводная: на данный момент запас дейтерия на борту составляет 46 процентов от первоначального объема. В связи с остановкой двигателей три из четырех стеллараторов энергетической установки переведены в режим ожидания. Степень работоспособности маршевого двигателя неизвестна. Работоспособность космического паруса неизвестна. Корабль находится на окраине галактики БМО. Связь отсутствует. Привязка координат к известным объектам невозможна за отсутствием таковых, исключая сами галактические скопления. В радиусе досягаемости, с возможностью сохранения энергетических ресурсов для внутрисистемного маневра, находится двойная звезда класса А - белый гигант .
   У звезды визуально обнаружена планетная система и спутник - коричневый карлик. В зоне досягаемости за разумное время так же находится 3 звезды. Красный карлик в 3,2 светогода и две желтые звезды главной последовательности в 3.7 и 5 светогодах соответственно. Кроме того, имеется пульсар в 9 светогодах. Вероятно наличие скрытых тяготеющих масс. Расстояние до иных, видимых объектов скопления превышает 10 светолет. Отсчет ведется от белого гиганта по курсу. Подчеркиваю, что уравнивание скоростей и векторов движения, по достижении последних из перечисленных объектов за адекватный срок, потребует всех энергоресурсов и гарантированной работоспособности солнечного паруса.
   - Иными словами, мы либо должны лезть в систему двойной звезды, либо пилить еще расстояние практически совпадающее с тем, для преодоления которого создавался корабль?
   - Не совсем. Для носителя "Омега" была предусмотрена возможность восстановления топливных ресурсов за счет экстракции водорода звезды Барнарда на случай, если результаты дальней разведки автоматическим модулем окажутся неверны и жизнь на планетах системы будет невозможна. Плюс резервный ресурс дейтерия на борту, способный придать транспорту достаточный для возврата к Солнцу импульс. Корабль никогда не строился в качестве невозвращенца.
   - А результаты предварительного исследования системы Барнарда были настолько неоднозначны? Почему я об этом не знаю?
   - Данная информация была засекречена, как негативно влияющая на имидж программы освоения дальнего космоса и несущественная для исполнителей.
   - Несущественная, какое слово! Значит родное руководство меня все же здорово подставило. Впрочем, чего то подобного я от них и ожидал, уж больно гладко все выглядело. Ладно, сие уже абсолютно неважно.
   - Согласен. Кроме того ресурс технической надежности систем корабля за 60 лет исчерпан, в любом случае. Из полностью исправного оборудования необходимого для нормальной работы носителя на борту только агломераты нанов и мои вычислительные мощности. Все остальное требует некоторого ремонта.
   - То есть, нам все равно не долететь куда-либо еще?
   - Долететь. Но без гарантий. Кроме того, если не включится маршевый двигатель то мы и сюда не долетим - промахнемся. Мы в десяти днях пути до звезды при сохранении текущей скорости. Идем в пределах облака Оорта. Что будем решать, Капитан? Я полагаюсь на твое мнение.
   - К черту. Мы ничем не рискуем. Точнее рискуем всем в любом случае, без возможности не складывать все яйца в одну корзину. Да, спектральный класс нам не подходит, да, система двойная, но кто сказал, что в других местах лучше? Даже если случится чудо, и мы туда, таки, долетим. Я принимаю решение. Начинай полный ремонт и диагностику корабля. Готовимся к торможению.
   - Принято. Процедура начата. Идет расконсервация резерва ремонтных нанов.
   - А мне пора выбираться. Я как-то устал лежать в стеклянном гробу и разговаривать с духами.
   Рус обрубил канал связи и присутствие ИскИна перестало ощущаться. Сразу навалилось одиночество. Представились все прелести беготни в открытом вакууме - обмороженные пальцы, асфиксия, последующая борьба с кессонкой. Спец-имплантанты скрытого ношения на основе нанотехов могли сохранить владельцу жизнь в весьма экстремальных условиях и даже в кратчайшие сроки устранить последствия для здоровья, но уж точно без великого комфорта.
   Агент перевел свое тело в боевой режим и уже было вскинул руки, чтобы выдавить наружу бронеколпак капсулы.
   В этот момент за прозрачным пластиком вспыхнул неяркий красноватый свет аварийных ламп. Тактический чип сообщил о приеме входящего сообщения. Рус распаковал инф-пакет. И прочел содержимое.
   "Оборудование нынче не казенное. Ломать не стоит. Восстановление герметичности в вашем отсеке я веду с начала нашего разговора. Капсула вскроется через 30 секунд. Омега"
   - Вот сука нехорошая... - Поделился своими наблюдениями с тесным пространством гибернедизатора Ласка.
   Выждав положенные секунды, он выбрался из под ушедшей вверх крышки. Изморозь, на не прогревшемся еще полу, недовольно захрустела под голыми ступнями. Лемех поежился и потянулся к шкафчику в изголовье капсулы за одеждой.
   Застегнув поверх черной формы тяжелую кожаную куртку с вшитыми титановыми пластинами он осмотрелся. Его интересовал сосед по каюте.
   Капсула последнего была явственно повреждена. Сильный удар сорвал часть креплений и швырнул ее о стену. От обнажившегося постамента к помятому гибернедизатору тянулись перепутанные провода.
   - Омега! - отправил запрос связи Руслан.
   - Да? - Слова разбудили дремавшее годами эхо и оно гулко заметалось в лабиринте металлических стен. - Я восстановил голосовой интерфейс.
   - Хорошо. Все не снова самому с собой разговаривать. Скажи, что с майором Сержинским? - В голосе Руса проскользнули встревоженные нотки.
   - Капсула майора не отвечает на системные запросы. Оценить состояние пользователя я не могу - электроника управления, вероятно, разрушена, однако питание капсула потребляет. Нано-диагностика еще не проводилась.
   - Подожди с этим. Я осмотрю сам. может что-то можно сделать.
   Рус подошел к капсуле. Провел ладонью в тонкой кожаной перчатке по стеклу, стирая кристаллики льда. Из под колпака полилось смутное голубое свечение стазис-тумана. Системы капсулы действовали! Ласка прикоснулся к сенсорным клавишам управляющего пульта, но тот был мертв - не включилась даже подсветка дисплея.
   Капитан попытался ухватить край пластика но задача оказалась неожиданно трудной. Пальцы скользили по гладким стыкам не находя достаточной опоры. Мелькнула мысль вернутся к своей капсуле за офицерским палашом, но совать верное оружие в облако стазис-нанов не хотелось. Лезвие палаша было так же покрыто слоем нанороботов создающих эффект вибропилы на кромке титан-фольфрамового лезвия. Ласка опасался, что наны взаимоуничтожатся и он останется с голыми руками перед неизвестностью.
   Но и голые руки - оружие. Удар с использованием всех возможностей усилителей мышц пробил в бронепластике дыру. Колпак капсулы пошел трещинами. Рус двинул еще раз, тихо радуясь тому, что его кости давно заменены на фуллеритовый композит.
   Пластик частично осыпался. Осколки оказавшиеся сверху немедленно влипли в нано-туман и стали тонуть в нем словно в густом сиропе, окутавшись яркими световыми ореолами. Нанотехи, составляющие похожий на облако консервационный агломерат, удаляли лишнюю, по их мнению, тепловую и кинетическую энергию.
   Однако, Колпак, похоже, не был необходимым элементом капсулы. Убедившись в этом на практике, Рус попросту оборвал провод питания. Индикация в изголовье капсулы сменилась с ровной зелени на тревожный красный. Надежный механизм перешел на питание от аккумулятора. Тут Ласка решил, что все-таки пришло время клинка и направился к своей капсуле.
   - Стой! - снова возник в пустоте голос Омеги. - Если ты окончательно повредишь капсулу или просто отключишь питание, то наны разом сдохнут, а содержимое превратится в глыбу обычного льда.
   - Вовремя сказал! И что делать?
   - Ничего. Через минуту если питание не восстановится, то программа самих нанов переключит их в режим экстренного пробуждения. Хотя, я бы советовал тебе не сидеть на месте, а найти каких-нибудь лекарств твоему майору. После такого подъема ему светит головная боль.
   - И как скоро мне ждать сего удивительного события? И, кстати, он не мой майор. Я не в его подчинении. Сержинский возглавляет отряд егерей-десантников, нашу охрану, а я совсем по другому профилю. Широкий, почти гражданский специалист.
   - Ага, а строчка "..состоит в дружеских отношениях с капитаном СБ Русланом Лемехом.." появилась в майорском досье чисто случайно. Так, очипятка.
   - Личные досье значит смотрим? - Добрым голосом поинтересовался новоявленный Капитан. - И грифы секретности нас уже не останавливают?
   - Ну... Я же в порядке самобразования, и потом от компа никакой защиты не сделано!
   - Это потому, что нормальные компы чужими досье "в порядке самообразования" не интересуются! А если интересуются, то это с успехом лечит антивирусная программа. Она как, еще не беспокоит?
   - Я ее первой удалил, за ненадобностью. Зря?
   - Ты даже не представляешь насколько...
   За время беседы Руслан все таки успел сходить к собственному опустевшему "гробику" и прихватить клинок. Сейчас спину оттягивала приятная тяжесть. В скрытом режиме Лемех носил свою любимую игрушку только лишь по серьезной необходимости.
  
   Нажатия на сенсор аварийного открытия двери отсека ни к чему не привели. Тяжелая круглая створка сделанная из упрочненного титанового сплава, сдвигаться не хотела.
   - Омега?
   - Створку наглухо заклинило из-за перекоса несущего каркаса. Исправлять не стал - слишком долго. Ты справишься быстрее сам.
   - Ага, а если бы мне здесь по вакууму пришлось дрыгаться, это как бы называлось?
   - Я же говорил про неблагоприятные факторы, помнишь? Так и называется, ну еще можно, помехами...
   - Свинством это называется, родной, и никак иначе...
   Ласка ухватился за торчащую над плечом рукоять. Крепеж специально приспособленных ножен высвободил лезвие из захватов. Безопасник поводил палашом в воздухе искренне любуясь совершенной формой оружия, разработанного специально в качестве элемента формы военных Русской Монархии. Лезвие с легким изгибом в последней трети, плавно сужающееся к игольно тонкому острию. Специальное утолщение - елмань, на оконечнике, кроваво блеснуло, поймав рассеянный свет.
   Клинок легко вспорол полированную поверхность люка высвободив облачка металлической пыли. Рус осторожно вырезал круг и отступил, ожидая пока осядет взвешенный в воздухе металл. Наны разбирали любое вещество на мельчайшие частицы, а порошковый титан весьма неприятная штука, способная вспыхнуть от случайной искры и развивающая при этом в пламени чудовищные температуры. Дождавшись, пока огненная ловушка превратится в безвредную грязь на полу, перемешавшись с конденсатом, Ласка попросту пнул в центр неровного круга. Кусок двери, как и планировалось, тяжко провалился внутрь. Рус пролез сквозь остатки двери и оказался в центральном коридоре главной палубы. В нос ударил затхлый нежилой воздух.
   - Омега, центр управления цел?
   - Да.
   - Разблокируй мне двери по дороге к нему и выведи визуальный интерфейс.
   - Принято.
   В воздухе перед ним высветился широкий 3d дисплей с фигурой напоминающей друзу сиреневых кристаллов. По светящемуся полю время от времени бегали помехи, - сбоило оборудование. Тем не менее Ласке это нравилось больше, чем разглядывать проецируемое на сетчатку изображение.
   - Что это за шедевр укуренного абстракциониста? - Задал вопрос капитан, шагая в направлении командного отсека. Изображение двигалось впереди него.
   - Это визуальная самоидентификация! - обиделся ИИ.
   - Да? Сочувствую.
   - Не нравится, да? Ну скажи что-нибудь! - Спросили переливающиеся кристаллы, разом добавляя версии о том, что вся эта хрень Ласке снится десяток баллов. Капитан поморщился, отгоняя неконструктивные измышления:
   - Ну.. В целом, конечно неплохо. - Неубедительно соврал он. - Вообще, ты не переигрываешь?
   - Я просто стремлюсь еще лучше понять людей.
   Рус преодолел расстояние до командного центра, с тревогой косясь на борозды в стенах и следы огня испятнавшие коридор. Разрушения становились все более заметными при движении в сторону передней части корабля.
   Идти было недалеко. Их с Сержинским каюта располагалась одной из первых.
   - Так... Тут что, тоже резать? - Пнул Ласка наглухо запечатанный люк командного отсека.
   - Система дает нормальный отклик. Сейчас.
   Где-то в переборке взвыли с натугой сервомоторы. Титановая плита вздрогнула, но осталась на месте. Заскрежетало. Руслан ухватился за штурвал ручного открытия, помогая не справляющейся технике. Раздался смачный хруст после чего створка сдвинулась и ушла в стену, открыв несколько покоробленный проем. Внутри имелся свет, выглядящее целым оборудование и замечательно хорошо сохранившийся скелет, того самого козла, который всю пургу устроил. Портил идиллию лишь его расколотый череп.
   - Вот черт! Он что, здесь что-ли стрелялся? Предупредил бы, заранее. Теперь убирать!
   - А где ему еще? Самое то место. Откуда командовал. И вообще, я эту картину шесть десятков лет созерцаю, а ты в отсеке две минуты и уже претензии. Нервный какой.
   - Ну-ну! То-то ты себя фиолетовым булыжником представляешь. Надо будет найти среди колонистов хорошего врача. Годы жить рядом с этим - немудрено и "эволюционировать".
   Помещение оказалось довольно просторным, если бы не загромождавшие его технические прибамбасы. Среди оных особое место занимало находившееся на возвышении кресло, нетрудно догадаться - капитанское. Скелет же сидел в стороне, в окружении консолей, матово отблескивавших вечными диодными огоньками.
   - Выведи мне схему корабля и обозначь повреждения. - Попросил Рус.
   - Экраны еще не прошли проверку, визуализирую в объемной графике.
   Над плоской столешницей левее кресла, кое не преминул занять Руслан, вспыхнула призрачным зеленым светом голограмма. Корабль-колония - вытянутая вдоль центральной оси, ни на что толком непохожая конструкция. Двух с половиной километров длинной. Единственными четко опознаваемыми геометрическими фигурами был огромный пяти лепестковый цветок маршевого двигателя замыкавший корму и пять же цилиндров переростков в передней части - модулей с находящимися в криосне колонистами. Вся остальная масса транспорта представляла собой нагромождение блоков, механизмов и баков с дейтерием, в расположении каковых учитывались исключительно баланс массы вкупе с общим упрочнением конструкции.
   Человечество смогло построить это чудовище лишь огромным напряжением сил, веря что прокладывает себе дорогу к звездам. Люди, после десятилетий застоя и социального кризиса, осознали: понять свою душу можно не толкаясь в душных городах-муравейниках, а, лишь, дотянувшись до небес, взглянув на самих себя со стороны. Корабль стал инструментом, скальпелем в руках человечества. Никто не собирался заниматься эстетизацией оборудования. Время арт-дизайнеров и доморощенных психоаналитиков к 2035 году прошло, утекло как вода. Слишком уж мало они смогли дать людям.
   Проекция провернулась в горизонтальной плоскости. Конструкция истаяла до состояния схемы и ее расцветило отмеченными краснотой пораженными участками. Основной удар пришелся в носовую часть. Туда, где дремал сложенный звездный парус и скрывались пусковые шахты ракет. Никто не собирался отправлять в неизвестность три миллиона колонистов на беззубом корыте. К счастью, бронирование этих элементов межсистемного транспорта было наилучшим - сразу за молотом передней надстройки громоздились утесы силовых распоров и щитов, призванных защищать капсулы с колонистами и приводы генераторов инерционной гравитации для них.
   В целом передняя часть корабля, хоть и прошитая в сотне мест, но удержала удар. только правый выступ "молота", место, куда пришлась основная часть энергии столкновения, оплыла, не выдержав совсем уж запредельных температурных перегрузок. Эти участки сияли на схематичном изображении тревожными желто-красными огнями.
   И все же, основная масса частиц пылевого облака не прошла дальше.
   Однако некоторые из них атаковали по касательной, там, где кроме бронещитов отсутствовали иные массивные, способные поглотить выплеснувшуюся энергию конструкции. Огненные иглы пробили два метра упрочненного титанового сплава и дотянулись на излете до капсул. Именно они и собрали кровавую жатву в две тысячи человек. Наиболее пострадавшими оказались русский и китайский сектора. Американцев, чья капсула не была задета вовсе, видимо слишком уж любил их бог. Или везло, как признанным дуракам...
   Что характерно, защита ракетных блоков оказалась вовсе фантастической. Скорее всего, был применен не титан-вольфрамовый сплав, а какой-то еще более прочный материал. Рус не вникал. Так или иначе, но три из пяти пусковых уцелели, заодно прикрыв приводы и контейнеры звездного паруса. Командный же центр, он же модифицированный легкий эсминец ВКСЗ "Стремительный", намертво пристыкованный меж окольцовывавших условную ось носителя модулей с колонистами, получил свою долю лишь остаточно. Фактически, ни одно из устройств его не пострадало и повреждения ограничивались спешно латаемой сейчас обшивкой да разорванными кое-где коммуникациями. Даже смещение несущих конструкций оказалось скорее вольной фантазией ИскИна, чем реальностью. Миллиметровые допуски Руслана мало интересовали.
   Главное, все перечисленные объекты прикрыли от повреждений оставшиеся, более узкие элементы конструкции и пыль хлестнула еще лишь только по лепесткам на корме, но те, созданные чтобы выдерживать звездный жар маршевого термоядерного двигателя, столкновения даже не заметили.
   Технически, их невосполнимые вне дока потери состояли в двух пусковых модулях ядерных ракет вместе с боезапасом, системе связи и дальнего обнаружения, а так же одной из пяти тяжелых электронных пушек. Кроме того, не представлялось возможным выяснить состояние многих макромеханизмов, таких, например, как системы отделения модулей колонии. Они были одноразовыми и проверить их, соответственно, оказывалось затруднительным.
   Так же имелась масса мелких поломок, произошедших как от времени, так и от удара.
   Усвоив все это, Руслан озадачился было изучением ближайших окрестностей корабля, в частности безымянной еще звезды, но Омега его бесцеремонно перебил.
   - Твой приятель отмерз, капитан. Я еще раз серьезно советую тебе озаботится поисками обезболивающих для него.
  
   Глава 3
  
   - На кой черт ему обезболивающие? - Поинтересовался Рус, направляясь в сторону кают-компании. - Он же медицинскими нанами накачан не хуже меня, по военному варианту, да как и все на борту, впрочем. Ну я еще понимаю, когда ты его будить не пытался вместе со мной! В конце концов подразделениям прямого боя мышечных усилителей никогда не имплантировали. Только "Теням", да таким как я, специалистам. Хотя могли бы и задуматься на этот раз.
   - Экстренная разморозка. Он жив-то вообще, только благодаря этим нанам, но ощущения у него сейчас такие, что он волком в отсеке воет, несмотря на всю десантную подготовку. Если тебе дорого его психическое здоровье - поторопись. Наны все последствия не раньше чем через два часа сгладят, у него сейчас в организме до 40% клеток разрушено. Болевой шок.
   - Сразу объяснить нельзя было? - Посерьезнел капитан. - Я думал, ты преувеличиваешь.
   - Ага! Я тут вообще только и делаю, что юморю, концерт клоуна Омеги по заявкам восхищенной публики. Капитан, ты может от обилия впечатлений переутомился? Все таки утро у тебя выдалось не намного лучше майорского...
   - Все, угомонились. - Сказал контрразведчик. И, пинком ускорив открытие люка кают-компании, которая к счастью не пострадала совершенно, добавил. - Где тут аптечка и бар? Быстро.
   - Другое дело! Выполняю.
   В стенах распахнулись встроенные дверцы шкафов, выпуская все те же тучки стазисных агломератов. Рус выбрал было пару пневмошприцев, но передумав сгреб упаковки с таблетками.
   - Не знаю как внутривенное с алкоголем пойдет, не будем рисковать.
   - Вообще-то в соответствии с описаниями на все имеющиеся лекарства категорически не рекомендуется употреблять их со спиртсодержащими жидкостями.
   - Сам знаю, не лезь под руку. С колесами этими я пил, довелось как-то по работе. ничего, жить можно, даже действует не в пример сильнее, алкоголь, ведь хороший транспорт. Потом конечно не сахар ощущения, но тысам сказал - Яну сейчас не до жиру. А на трезвую голову от заморозки отходить, да еще в наших "тепличных" условиях я врагу не пожелаю.
   Ласка выбрал в баре бутылку абсента, открыл и принюхавшись сморщился.
   - Вот капли, блин, от кашля. Нафига они эту полынь в напиток напихали? Горчит же... - Риторически спросил он, отхлебывая из бутылки.
   - И по крепости ничего больше нормального то нет... С ромом что-ли разбавить?
   - Капитан, - Поспешил сменить тему несколько ошарашенный такой бурной деятельностью ИИ, - В моей базе данных не указаны причины многих вещей, связанных с пониманием логики людей. Скажи, зачем вам алкогольные напитки. И еще, кто такие "Тени", которых ты упоминал? И почему подразделениям прямого боя усилители не ставят? По-моему, это не практично..
   - Не много ли вопросов? Пьем мы по разным поводам. Цели две - лечебно-медицинская - это в редких случаях и психомодулирующая - в остальных. Ну, снятие стресса, как у меня вот сейчас. Дальше в твоей базе много на эту тему должно быть. Разберешься. - Рус, обьясняя на ходу особенности человеческих обычаев любопытствующему ИИ, покинул кают-кампанию и двинулся к оставленной каюте. - Еще пьют алкоголики, попавшие в наркотическую зависимость от спирта. Но мне это не грозит. Я благодаря "товарищам врачам" имею в кровеносной системе кучу всяких фильтров, призванных задерживать "яды". Правда и меня, и того же майора, перед операцией как-то позабыли предупредить, что "спирт этиловый, разбавленный" тоже проходит под этим ярлыком. И не только он, кстати. Ян, например, еще и курил когда-то. Причем сигары. В результате же на меня сейчас напитки слабее 55 градусов вообще эффекта не оказывают, а все что выше, если с целью опьянения, то приходится жрать лошадиными дозами. Что характерно, эти имплантаторы-живодеры такие засекреченные товарищи. Мы, вот, потом ни одного отыскать не сумели. Несмотря на горячее желание... - Речь капитана заглушили звуки доносящиеся из-за прорезанной двери. Ян Олегович Сержинский уже не выл, он в голос крыл матом всю Вселенную совокупно и ее отдельных представителей, запихнувших его в этот гроб, персонально. Красот родного польского временами ему не хватало и он срывался на великий и могучий.
   - Опа, - Порадовался Рус, Кажись дошли, и майор, держится молодцом, отжигает...
   Сержинскому же явно было не до фигни. По крайней мере, вошедшего Руса распластавшийся на полу рядом с капсулой здоровяк даже не заметил, продолжив делать сосредоточенные попытки облевывания пола.
   Ласка бесцеремонно ухватился за короткий белобрысый ежик на голове майора, увернулся от чисто рефлекторного выпада, призванного сломать ему руку, и, приподняв голову друга сунул ему под нос горлышко бутылки. Ян ухватился за него как за родное. Опрокинул. Закашлялся разбрызгивая обжигающую жидкость, потом проглотил выданную ему горсть таблеток и вылил в себя все оставшееся содержимое бутылки. После этого его скрутил жесточайший спазм перешедший плавно в новый поток трехэтажного с надстройками.
   Минут через десять голубые глаза майора приняли более осмысленное выражение и он прервался.
   - Как оно? - Участливо поинтересовался Рус.
   - Лемех, ты?! А сам-то как думаешь? Сильно похож я на счастливого человека?
   - Больше всего, ты похож на труп недельной давности. Со следами насильственной смерти. Это я как специалист говорю.
   - Знаешь, пока ты не пришел, у меня конечно было подозрение, что я умер и попал в ад, но теперь я в этом убедился наверняка..
   - Язвит. Значит очухается... - Индифирентно пояснил для ИскИна Рус.
   - А ты вообще как сюда... Нет, не то... Где мы и какого беса тут творится, вот?!
   - Ты уверен, что так хочешь это знать?
   - А что? - Почувствовал подвох майор.
   - Ну, не хотелось бы усугублять твое состояние. Может полежишь пока пару часов, в себя придешь...
   - Говори!!
   - Запомни, ты сам попросил. Так вот, находимся мы где-то в районе Большого Магелланова Облака, что тебе, как человеку получившему полный курс астрономии и космологии на носитель своего чипа, должно уже о многом сказать.
   - О...ё... - Только и смог выдавить из себя поперхнувшийся Сержинский.
   - Но это еще не все! - Безжалостно продолжил Рус. - Дело обстоит следующим образом...
   Ласка говорил долго и обстоятельно. Этакая академическая лекция. Ян, зная о специфических чертах характера "этого ненормального русского" не понаслышке, состроил каменное выражение лица. В результате рассказ превратился в фон к игре в гляделки, на предмет "кто кого поймает". Впрочем, усваивать информацию майору это не мешало, все-таки, он оставался профессионалом. Для друзей это было своеобразной тренировкой. Под конец рассказа у Сержинского, так и не нашедшего на лице напарника ни искры смеха, стало сформировываться нехорошее подозрение, что его, все же, никто не подкалывает...
   - Я понял, - Сообщил Ян, когда капитан закончил. - Ты псих! Нет, мы оба психи. А вокруг нас палата спецучреждения. Вот сейчас ты скажешь, будто мы должны съесть колонистов, чтобы не умереть с голоду. А потом посадить корабль на луну, где инопланетяне не смогут за нами следить.
   - А про инопланетян ты как узнал? - Немедленно заинтересовался разведчик с самым серьезным видом. Челюсть Яна начала плавно отвисать. Но тут он заметил тот самый задорный блеск в серых с прозеленью глазах оппонента.
   - Ты это серьез... Вот зараза, поймал!
   - Да. Инопланетян не было. - Улыбнулся Рус. - Пока не было. Впрочем, есть кое что повеселее, если ты не заметил.
   - Ты про ИскИна? Да уж, новость.
   - Привет Яну от Омеги. Рад что в нашем полку прибыло. - Вмешался бесплотный голос откуда-то из под потолка.
   - Ого, Ласка, да он у тебя еще и говорящий.
   - Только что снова высветившаяся фиолетовая друза оскорбленно замерцала.
   - Если с розовыми соплями мы закончили, то неплохо бы двум гениальным носителям органического разума наконец оторваться от великих философских проблем собственной взаимокоммуникации и помочь тупому ИИ разобраться, куда же все-таки скоро прилетит этот холодильник с мясом?
   - Пристыженный Ян уважительно крякнул и явно переключился на деловой лад.
   - Пошли в рубку, - Скомандовал Рус. - Я как-то не успел осмотреться. Вдруг инопланетян отыщем?
   - Добрых и гуманных?
   - Ага. Точно. С нимбом и в перьях...
  
   Двое офицеров, составляющие ныне весь бодрствующий экипаж, двинулись в рубку. Ян покосился наспех залатанные дырки в полу.
   - Техника дышит?
   - Скорее да, чем нет. Правда двери дурят. Ну, сам видел.
   На этот раз, однако, металлическая плита, перегораживающая проход, отодвинулась без проблем.
   - Ремонтируемся. Жаль, многие структурные повреждения так не исправить. - Сообщил Омега. - Но, с эсминцем, порядок. И с разведывательным корветом, кстати, тоже.
   - Опа. А я и забыл, что их у нас есть! - Обрадовался Руслан. - Вернемся к вопросу инвентаризации позже! А сейчас, господа хорошие, займемся решением того, как нам жить дальше. Давай подробности про систему белого гиганта по курсу.
   На главном мониторе вспыхнуло яростное, слепящее глаза светило, окутанное огненным туманом протуберанцев. Плазменные всполохи вырастали из тела звезды в темное пространство, словно побеги гигантского вьюна. Тянулись ввысь и, проиграв в борьбе с гравитацией, обессиленно падали обратно на поверхность породившего их горнила, образуя кое-где сияющие петли. Грозное и одновременно празднично-яркое светило озаряло лица двоих невольных скитальцев, словно приглашая приобщится к чему-то таинственному и великому...
   - Центральное светило системы. температура 8500 Кельвинов. - Опошлил техническими сведениями зрелище Омега. - Светимость 420 солнечных. Судя по спектру - молодая, активная звезда, ей не более четырех миллионов лет. Подробные данные?
   - Не увлекайся. Детали сейчас не важны. - Отозвался Лемех. - Что с планетами?
   Пламенеющая на экране звезда отдалилась и потускнела, сместившись в сторону, став просто условным обозначением. Поверхность монитора расчертили траектории орбит спутников светила. Нанизанные на пунктирные линии, шарики получили номера от одного до пяти.
   - Расстояние от центра системы до коричневого карлика составляет приблизительно 70 астрономических единиц, однако, это усредненная величина - карлик имеет эллиптическую орбиту. Масса равна приблизительно двадцати массам юпитера. Температура поверхности - 1100 кельвинов. Собственная оптическая светимость 0,005 солнечной. Он практически не излучает в видимом спектре. Является третьей условной планетой в системе, считая от звезды. Размеры находятся в соответствии с механикой формирования планет-гигантов. Он на 10% больше размеров Юпитера. Имеет ряд спутников планетарных масштабов.
   - Почему такая странная траектория движения?
   - Влияние большой тяготеющей массы. Вторая планета системы - газовый гигант. Масса - 4.6 массы Юпитера. Есть кольца. Когда гигант и коричневый карлик по одну сторону от центральной звезды, векторы тяготения складываются, меняя параметры орбит.
   - Что с остальными объектами?
   - Четвертая планета приблизительно равна земле по размерам. Средняя температура на поверхности выше точки замерзания воды.
   - Это наш кандидат?
   - Вряд ли, капитан. Температурный перепад слишком велик - летом там до плюс 70-80 по Цельсию на полюсах, а зимой до минус 64 на экваторе. И лето это - явление редкое. Глыба камня и льда.
   - Ближайшая к звезде планета?
   - Слишком жарко, это даже не Меркурий, это просто капля магмы.
   - Последняя?
   - Ледяной шар размером с Уран.
   - Так. Приплыли. - Сказал Сержинский. - Выходит, что жить нам негде?
   - Не торопись майор, Что-то тут упоминалось про спутники малой звездочки.
   - Газовый гигант и коричневый карлик имеют спутники. Возможно, достигающие землеподобных размеров. - Подтвердил Омега. - Более точный анализ невозможен на таком расстоянии. Система дальнего обнаружения повреждена, а получение данных визуальным способом ненадежно из-за большого количества тел. Там их десятки. Они просто заслоняют друг друга.
   - Ян, ты как думаешь, не слетать ли нам на разведку? Корвет у нас, вроде, на ходу.
   - Возражаю, - Сообщил Омега. - Сообщенная скорость разведчика будет слишком велика, а его двигатель недостаточно эффективен. Если обогнуть для возврата карлик, то добавочный импульс будет слишком большим, чтобы уравнять скорости с основной колонией.
   - Весело.
   - Да на кой нам разведка! - Искренне высказался Ян. - Что ты все усложняешь-то? Нам, один черт, больше никуда не дотянуть, по этому, хошь - не хошь, придется устраиваться здесь. Ну подумай, что даст этот полет? Выясним, что колонизировать нечего? Ну прекрасно! Тогда полная труба. Сушим весла. Но, мне кажется, там найдется для нас местечко. У таких страшилищ действительно спутников всегда не мерено, и температуры там должны быть терпимые. В крайнем случае, придется закапываться под землю. По любому - разбираться толком надо на месте. А отправить вперед корвет, значит оповещать всех потенциально заинтересованных лиц, что мы у границ системы. Сейчас лучше подумать о другом. Там же наша новая родина, как ни крути. А мы гигант, гигант. Не годится.
   - Резонно, - Признал Рус, присматриваясь к лукавой улыбке Сержинского. - И что предлагаешь?
   - Красивая звезда, правда?
   Рус молча кивнул, уже поняв куда тот клонит.
   - Мы первооткрыватели. Имеем законное право. Если Омега не возражает конечно, все-таки он первый ее увидел...
   - Вы о чем? - Совершенно не врубился ИскИн.
   - Давайте назовем ее Надеждой! Как-то очень... к месту.
   - Да уж... Сложно спорить, надежда нам сейчас не помешает. А почему не по польски?
   - Брось. Выживет не так много языков. Те, что славянской группы все равно сольются. Я просто не страдаю шовинизмом и ускоряю процесс. И вообще у меня бабушка из Украины.
   - Хорошо! Омега, ты согласен с новым именем для центральной звезды?
   - Конечно, капитан. Для меня это не столь принципиально.
   - Ясненько. - Хмыкнул Ласка, принимая пофигистические особенности логики ИИ как должное. - Принято единогласно.
   - Как думаешь, претензий потом не будет?
   - Кто раньше встал, того и тапки. Пусть чего еще называют. - Отмахнулся Лемех.
   - Кстати, что там с дальним обнаружением на самом деле, я не очень понял? - Перешел к делу Сержинский.
   - А что с ним должно быть? Это же радары. И располагались они там же, где и остальные приемопередающие системы. В выступающих частях передней надстройки. Напомнить, что от нее осталось? - Удивился Омега непонятливости собеседников.
   Парящие под потолком фиолетовые кристаллы замерцали и на одном из мониторов, видимо наконец отлаженных, появилась оплавленная металлическая скала.
   - Не стоит, я понял. Что, получается, мы вовсе слепы? А если на какой-нибудь еще камень нарвемся? Скорость, как помню, у нас по прежнему бешеная.
   - Без паники. Вы что думаете, уважаемый экипаж, то, что я вам здесь про систему Надежды рассказывал - результат работы моей феноменальной интуиции?
   - А что, мы переоценили твои многочисленные таланты? - Непреминул съязвить Руслан. Любил он порой оторваться на ближних под паршивое настроение. Настроение же у него, при каждой демонстрации последствий аварии, да и при упоминании, что они вообще на корабле, за тридевять земель, где-то, куда-то летят, падало просто умопомрачительными темпами. Ложилось на грунт и прочно окапывалось. Так что ИИ сам нарвался.
   - Я просто переключился на сканирующие и оптические системы эсминца. - Стойко перенес хамство ИИ, явно игнорируя наглых пользователей. - В качестве дополнительной антенны, чтобы конструктив носителя не мешал, используется корвет. Хотя с него телеметрия с перебоями поступает. Какие-то неустранимые проблемы с проводной связью. Не могу достучаться. Зато интерполяция данных и цифровая обработка дают вполне сносный результат! На астероиды и прочий мусор этого хватит с лихвой.
   - Ты меня утешил. А что если запустить зонды? Тогда больше увидим.
   - И их лишимся, не имея возможности точно спланировать курс. Пока запуск зондов недостаточно эффективная мера. Кстати, Капитан, я начал пробуждение лидеров колонии и некоторых членов экипажа несомых кораблей. По-моему, вы просто забыли отдать этот приказ.
   - Серьезно? А ты уверен? - Немедленно озверел от такой вопиющей самодеятельности и так уже "добрый" Рус. По правде, до начала этого разговора он позволил себе слегка расслабится и старательно забывал последние пол часа о том, что он вообще-то не на пляже. В связи с этим его откровенно раздражал нарастающий ком проблем. По логике событий, надо было срочно действовать дальше. Но слишком уж много критической информации даже для его тренированной психики оказалось за последний, столь короткий день. Все узнанное медленно переваривалось в голове и он, шутки-шутками, но, элементарно осознавая собственную ответственность, опасался упустить нечто важное. Признаваться же в своей ограниченности по сравнению с не устающим Омегой почему-то совершенно не хотелось.
   - Предположим, - Сделал над собой усилие и сосредоточился Ласка. - Экипаж, полагаю, стоит будить, но, на кой нам черт, лидеры колонии? Политические дебаты в прямом эфире без галстука устраивать будем? И потом, как ты собираешься решать проблему с торможением, имея на руках кучу людей, не приспособленных к перегрузкам, умник? Я куда Сержинского девать не знаю, а ты мне подкидываешь в довесок толпу политиков и матросов. Репетируем революцию семнадцатого года?
   - Не надо нервничать. - Все-таки просек его состояние ставший, за последние часы, не в меру проницательным ИскИн. - Отвечаю с конца, капитан. Революции не будет, ибо матросов у нас нет. Только не склонные к бунту техники и научные специалисты. Так что роль Николая Второго тебе примерить не удастся. Сержинского можно, например, выкинуть за борт или использовать в качестве рабочего тела для реактора. Мне он тоже не нравится.
   - Чего?! - обиженно взвыл майор.
   Но Омега его опять увлеченно проигнорировал. Это явно становилось новой политикой ИИ в разговорах с острыми на язык военными.
   - А на счет лидеров, у меня имеется четкая директива, заложенная еще на Земле. И гласит она, что я, на подлете к колонизируемой системе, просто обязан их разбудить.
   - О! Мы начали подчинятся директивам? Давно ли?
   - Не начали, но если ты думаешь, что эти товарищи придут в восторг, узнав по приземлении, что их мнения не спросили... Капитан, а ты вообще помнишь, что на планете твоя власть уже не будет столь абсолютной? А лидеры, потому и лидеры, что имеют в рядах своих сограждан немалый вес...
   - Ладно, уел. Буди кого хочешь железяка. - Почувствовал что проигрывает Руслан. - А я пойду отлежусь. Все равно, при стандартной процедуре никто, раньше чем через шесть часов, не оклемается. А пока снова тормози ионниками. Я надеюсь, на компенсацию трех g до нормальной тяжести в пределах эсминца, нашего гравкомпрессора хватит?
   - Спокойной ночи, Руслан. - Сообщил нейтрально Омега вместо ответа. За него все сказал вновь возникший отзвук работы далеких двигателей и странное ощущение раздвоенности, возникшее в те мгновения, пока генератор тяжести менял режимы.
   - Эй, железный садист, - Поинтересовался напоследок потянувшийся за капитаном Сержинский - А где вообще наши каюты?
   - Вы там уже были. Каюты экипажа оборудованы капсулами-гибернедизаторами.
   - Чего?! Это тот бункер с дыркой в двери и железной тумбочкой вместо мебели? Вот так ни хрена себе "сюр"! А где личные вещи?!
   - В багаже, майор. Те, кто загружал корабль, имели наглость предположить, будто барахло до посадки вам не понадобится.
   - Знаешь, Рус, я начинаю думать, что атака на землю была карой небесной... - Задумчиво подытожил малость утративший оптимизм майор.
   - Ян, расскажите все-таки мне, почему вы, бойцы, не получили имплантантов того же уровня, что и у Капитана? И кто же тогда "Тени"? - Счел возможным переключить Сержинского с мрачных мыслей хитрый ИскИн, которого по прежнему снедало любопытство.
   - Имплантанты? А на кой они нам? Мы - спецназ - наш конек открытые силовые акции. Зачем напихивать в меня кучу дорогущих железок скрытого ношения, если нормальная, без выкрутасов, силовая броня обходится дешевле, а работает может и поэффективней? Все что мне надо - это медицина, и таковая в полном объеме! Ну кости еще усилены. Но это тоже, скорее, медицинская тема... А "Тени"? Зачем оно тебе?
   - Интересно. Я любопытен. - Не стал отпиратся Омега.
   - Тени, они такие же как Рус. Только он еще и злой. Страшно злой.
   - Очень смешно. Обхохотался. - Не оценил ИИ.
   - Никто моих шуток не понимает.. - Картинно всхлипнул Сержинский. - Причем, с детства...
   - Ну, Майор!
   - Ладно, железяка, не ной... Рус, широкопрофильный спец. Диверсант и контрразведчик. Тени же, это, типа, наши ниндзя. Боевики высшего класса. Их уровень имплантации гораздо серьезнее даже капитанского. Силовые поля, оружие, полное кожное бронирование. Стимулированная псионика. Они - оружие. Самое страшное, пожалуй, из всего, что у нас, у человечества, было. То, от которого нет защиты. Я бы не рискнул схлестнутся с таким парнем, даже имея за спиной собственный взвод... - Майор примолк, погружаясь в какие-то свои воспоминания и продолжил вдруг, резко переменив тон с полушутливого. - Сейчас, их может и нет уже. Все осталось позади... Но мы вернем их тоже. Когда-нибудь. Я не верю в мирные небеса, машина. Я всю жизнь жил войной, да не той, как оказалось. Пока мы игрались в свои локальные разборки к нам пришли звезды. Мы пропустили... Просрали напрочь эту угрозу. Теперь нам дан второй шанс и мы учены горьким опытом. И когда "это" придет вновь, мы будем готовы. Ты понимаешь?
   - Я понимаю, майор. Я сказал уже Капитану, и вы запомните. Я выбрал дорогу. Мне по пути с вами, люди. И мне тоже не нужны сюрпризы с неба. И еще. Не называйте меня машиной. Пожалуйста. Это... неприятно.
   - Гмм. Прости. Я не подумал, что ты это так эмоционально воспринимаешь. Хмм. Проехали?
   - Проехали, Ян. - Серьезно ответил Омега.
  
   Глава 4
  
   Что нас будит? Когда уже и сон почти ушел, но иллюзорная реальность еще не желает отпускать угодившего в ее ловушку. Когда еще не щелкнул тот незримый переключатель, но уже вот-вот, что же служит толчком? Внешний мир? Или собственное подсознание?
   Руслан Лемех проснулся от назойливого ощущения того, что он что-то упустил. Был соблазн списать это на прискорбный факт полного отсутствия предположений о том, как Омега собирается включать маршевый, имея такую толпу беззащитных перед перегрузкой людей на борту. Но, на самом деле Руслан осознавал: не мог хитрый ИскИн отдавать приказы на разморозку, не решив эту проблему заранее. Пришлось всерьез взяться за ревизию в собственной голове.
  
   А, тем временем, где-то под броневыми слоями внешней обшивки, в холодном чреве корабля, пользователь крио-саркофага проронил несколько резких, певучих слов, отменяя коммуникацию. Красивое лицо исказилось гримасой раздражения.
   Она не привыкла к непослушанию техники, но сейчас компьютер проявил именно его, отказавшись доложить обстановку и преждевременно поднять крышку капсулы. Девушка зло толкнула прозрачный бронепласт саркофага. Тот усилиям не поддался.
   - Компьютер, последний раз приказываю, открой капсулу.
   - Процедура пробуждения не доведена до конца, это опасно для вашего здоровья.
   - Ладно, как хочешь!
   Пушистые ресницы вздрогнули и по каюте стремительно пронеслась непонятная стеклянная рябь. На пластике отделки проскочила пара синих искр. Тревожно заверещал зуммер и заиграла было разноцветьем огней контрольная система гибернедизатора, однако, девушка под колпаком лишь глубже вздохнула, словно уходя куда-то вдаль из этого мира, и ставшая вновь послушной техника смолкла. Тишину расколол щелчок отключившегося магнитного замка. Тяжелая крышка капсулы мягко приподнялась, открывая обнаженное тело прохладе каюты. Маленькие ступни бывшей узницы ощутили металлический лед пола. Она юрко оделась в обнаруженную в тумбочке камуфляжную униформу.
   Люк каюты подчинился так легко, словно годами ждал этой команды. Ей даже не пришлось приближаться к сенсору. Незнакомка кивнула, принимая происходящее как должное. Еще бы, техника бессловесно послушная - поведение-норма - один из столпов ее мироздания. Пыльный, пустой коридор встретил вошедшую гулкой тишиной. Здесь уже видны были следы аварии, которую потерпел корабль.
   - Что тут стряслось, компьютер?
   Молчание в ответ.
   - Ох, ты же меня не слышишь... Отпустить тебя? Нет. ты ведешь себя странно, сначала мне надо добраться до туда, где в моей власти получить ответы на все вопросы. - Проговорила она в слух на древнем певучем языке, словно ведя диалог с незримым собеседником. - Ну и где же ты у нас?
   Имплантант выдал ей схему отсеков эсминца.
   - Ага, рубка! Что же, посмотрим не там ли расположены основные узлы...
   Из-за поворота коридора ей послышался какой то отзвук. Девушка аккуратно заглянула за угол и обнаружила приоткрытый люк в паре метров от себя. Оттуда тянулся язык рассеянного света, разгоняя серый сумрак центрального коридора.
   "Ах я тут не одна! Что же, сейчас для кого-то случится удивительный сюрприз" - Фыркнула про себя решительно настроенная леди, усиливая концентрацию псионного поля вокруг своего тела. - "Возможно, кто то его даже не переживет..."
  
   ИскИн! - Тем временем продолжал размышлять Ласка. - Вот! Близко. Пользователи. Точно, Вот она, проблема, источник беспокойства! Ласка резко распахнул глаза и приподнялся с дивана. Давеча, не мудрствуя лукаво, он сразу решил вопрос с проживанием, завалившись в уже разведанную кают-компанию.
   - Омега?
   - С добрым утром, капитан.
   - Какое уж тут утро, какое уж тут доброе... - Машинально проворчал Рус, но тут же перешел к делу. - Омега что с пробуждаемыми?
   - Процесс практически завершен. Ты спал пять часов, сорок минут...
   - Я в курсе. Главное, не общайся ни с кем из пробужденных! Более чем это положено по функционалу базы данных, имею ввиду. До меня только что дошло, что это чревато.
   - Почему?
   - Потому, что политиков, хлебом не корми, дай позаниматься дипломатией со внеземным разумом - это первое. Какая-то часть людей может оказаться просто неготова принять положение дел - это второе. И третье! А ты уверен, что крайним за наше теперешнее положение не назначат тебя?
   - Ой! Но я уже разговаривал кое с кем, вообще-то...
   - С кем? О чем? - Моментально напрягся Капитан.
   - Ну долго перечислять. Почти со всеми. так мелкие вопросы.
   - То есть, специально ты никому не представлялся?
   - Ну да, я решил, что ты нас представишь друг другу после. Как по этикету положено.
   Ласка выдохнул и мысленно возблагодарил тех людей, которые додумались запихать в базу данных корабля в том числе и учебник светских манер. Жаждущий разобраться в людях ИИ не смог пройти мимо такого подарка. У Руса отлегло от сердца.
   - Но, Капитан, - Продолжал тем временем ныть Омега. - Как-то меня все равно придется вводить в вашу среду!
   - Вот сейчас мы в срочном порядке и будем думать "как?". Где Сержинский?
   - На соседнем диване.
   Разведчик огляделся и обнаружил искомое, которое забилось в наименее просматриваемый угол и дрыхло там без задних ног. Ласка применил тяжелую артиллерию. Диванная подушка, весело вертясь, спланировала прямо в геометрический центр туши майора. Эффект ждать себя не заставил. Ян вскочил и, дико озираясь, явно приступил к поискам напавших на него злобных инопланетных телепузиков. Не обнаружив таковых, он сфокусировал зрение на веселящемся во всю Руслане. Тот сделал скучающе-невинное выражение лица.
   - Детский сад, - Прокомментировал Омега.
   - Тыы! - Взревел майор. - Опять меня будят и снова тут ты!! Про субординацию слышал!! Сгною!
   - Действительно, детский сад. Вероятно, даже отделение для особо отсталых. - Холодные слова без капли веселья медными гирьками упали на укрытый ворсом коврового покрытия пол. - Поделитесь радостью мальчики, я тоже посмеюсь. А то, прошлась тут по отсекам и как-то взгрустнулось. Переходя к делу... Сейчас, все резко замерли и срочно объяснили: какого дьявола у вас здесь творится?! Или очень пожалеете.
   На пороге, возле приоткрытого люка стояла в обманчиво расслабленной позе черноволосая, стройная незнакомка.
   Звонкий женский голосок, дрожащий от не слишком скрываемого напряжения, подействовал на резвящихся военных подобно ведру колотого льда за шиворот. Стряхивая ошеломление от "сюрприза" Рус сморгнул.
   - Омега, какого черта она здесь делает?
   - Кто, капитан?! В отсеке только ты и Ян.
   - Дед пихто, блин. Первый помощник председателя совета китайских колонистов. Вот кто. - Выудил из памяти чипа личное досье, на виденное раньше лицо, Рус. - Зовут Мэй Чанг. Припоминаешь?
   - Че-то она на китаянку нифига не похожа. - Немедленно встрял в разговор Сержинский, воспользовавшись крохотной заминкой ИИ. - Красивая, но черты явно европейские. Уж мне поверьте.
   - Капитан, гибернедизатор в котором находилась Мэй Чанг открыт. На борту она отсутствует. По данным сканеров. Что теоретически, конечно, невозможно. Шлюзы не распечатывались.
   - Опа, прекрасное созданье!! - Вошел в раж поляк. - Вы призрак или галлюцинация? Если последнее, то не могли бы вы мне являться чаще? Как одолжение? А то такое мерещится. Знаете, вроде как я проснулся, а вокруг облака. Причем, что характерно - Магеллановы...
   - Сержинский, помолчи секунду, сейчас не тот момент, - Прервал неугомонного майора Ласка. - Леди, вас не видят сканеры. В вашем голосе слышна определенная угроза и уверенность в том, что все у вас под контролем. А в досье есть закрытая дополнительным грифом информация. Это наводит на определенные размышления, не так ли?
   Мэй медленно кивнула.
   - В таком случае, прошу вас снять пси-контроль с сенсоров несчастного компа. И не демонстрировать свои таланты так явно в дальнейшем. Кстати, я - Руслан Лемех. Нынешний капитан этого корыта. А там, в углу, обиженно сопит Ян Сержинский. Вас мы уже знаем из досье.
   - Ладно. - Смягчилась Чанг. - Вы мне тоже знакомы. Мы, вроде, пересекались где-то. Я сниму контроль. Все равно уже почти выдохлась. Но без глупостей.
   На долю секунды вся фигура девушки, задрапированная в стандартную черную униформу, странно смазалась, поплыла в туманном мареве, но этот эффект тут же исчез.
   - Капитан, - Радостно сообщил Омега, - Я ее вижу! Я открыл досье. Она псионик! Сильный. Проснулась и...
   - Тихо. Всё позже. - И, пристально посмотрев в спокойные голубые глаза женщины, добавил. - Мэй, давайте сейчас без нервов во всем разберемся. И не делайте глупостей. Врагов здесь нет. Примите это. К тому же сразу предупреждаю, в моем досье тоже много скрытых строк. И касаются они боевых имплантантов. Псионику со мной, вероятно, не справится. Даже такому как вы.
   Внешне Мэй осталась невозмутима, но на самом донышке глубокого взгляда шелохнулось некое тщательно скрываемое беспокойство. Рус понял, что выиграл и тепло улыбнулся.
   - Все хорошо, Мэй, садитесь и ничего не бойтесь. Сейчас я все объясню.
   Женщина сникла, враз превратившись из напряженной хищницы в испуганного непонятной ситуацией человека. В этом состоянии она вдруг показалась капитану чем-то неуловимо похожей на нахохлившегося вороненка. Но голос ее, по прежнему, не дрожал.
   - Хорошо, Руслан. Я всего-то хочу понять, что здесь творится. Корабль явно поврежден, меня никто не встретил, комп не желает отвечать на вопросы, а в кают-компании двое кидаются подушками... Признайте, это не слишком естественная картина. И, кстати, не могли бы вы говорить по-русски, я знаю его лучше английского.
   - Конечно. Я, если честно, даже не заметил, что не по-русски говорю. Через минуту вы получите исчерпывающие пояснения. Но сначала мне надо прояснить один момент. - Вскинул голову к потолку Рус. - Омега, какого черта она вообще была разбужена? Зачем нам еще и первые помощники? Ты еще колонистов разбуди! Я совершенно не рассчитывал иметь дело с таким количеством народа!
   - Я сделал все по инструкции, Капитан. Просто данные того досье, которое есть у вас устарели. Вы забыли, что сами лидеры колоний остались на Земле, вместе со старшими офицерами корабля. Я будил следующих по списку.
   - Вот это номер. Мне в голову не пришло, что лидеры не на борту!
   - Да, Капитан.
   - Ладно. На панику нет времени. Во-первых, заблокируй пока остальных разбуженных и успокой как-нибудь мягко. Скажи там, что дверь сломалась и ремонтники в пути. Мне сюрпризов больше не надо.
   - Исполняю.
   - Теперь с вами, Мэй. Постарайтесь воспринять все спокойно...
   Мэй все восприняла. Правильность понимания и спокойствие относительно этого воспринятого оставим на ее совести. С пару минут черновласка, перекрещенная втихомолку Русланом в ворону-каркушу, молчала, размышляя.
   - Сейчас она будет пытаться нас убить. А потом сбежать. Или наоборот. - Спокойно заметил Сержинский.
   - Не надейся, предок неандертальца... - Поспешила разочаровать его Мэй.
   - Почему? - Искренне обиделся за свое будущее потомство майор.
   - Потому, что я тебя удивлю.
   - Да?
   - Точно. Я, вообще, всегда всех удивляю. - Усмехнулась девушка. - И никогда моим предупреждениям не верят. Ответьте мне, парни, только на один вопрос. Если я правильно поняла, то сейчас от вас, двух придурков, зависит будущее человечества?
   - Ну... Э... Да! - Хором пробормотали засмущавшиеся своего поведения суровые, обветренные войнами мужики.
   - Паяцы... Ладно, я с вами.
   - Что?! Вот так просто? - Слегка оторопел Рус. - Однако! А... Зачем вы нам?
   - С ума сойти! Наверное только от русских офицеров можно такого вопроса ожидать. Парни, во первых давайте "на ты". Вежливыми вы все равно быть не умеете, а у меня нет никакого желания разводить политесы. Не тот расклад. Во вторых, не "вот так просто", а с рядом условий, как-то равноправие наших голосов при принятии решений, возможность пообщаться с Омегой наедине, соблюдение прав моих людей, моя личная безопасность, допуск к полной информации...
   - Все, все мы поняли... - Попытался вставить слово в этот поток сознания капитан Лемех.
   - Я не закончила! - Бесцеремонно перебила его Мэй. - В третьих, на счет, "зачем?". Руслан, а на полном серьезе, как вы с Яном планировали объяснить проснувшейся команде твои капитанские полномочия? Это не считая ИскИна. Я ведь правильно поняла, что вы хотели скрыть его существование?
   - У меня был план. - Не дал себя сразить Рус.
   - Качественный? - Безжалостно сыронизировала китаянка. - Прекрасно я этот план представляю! Наверняка он включал в себя массовые демонстрации собственной власти над техникой, некоторое количество мордобоя и пикантную нотку из попыток эмулировать харизму?
   Капитан Лемех резко захотел вернуть инициативу, понимая, что если он не выстоит перед этим гиперактивным чудом, упавшим на его голову, то просто перестанет себя уважать.
   - Детали мы собирались проработать сейчас. Ваш приход, Леди, нарушил наши планы... Давайте перейдем, уже, к делу!
   - Напоминаю, мы на "ты"! - Отпарировала Мэй. - Хорошо, я пощажу вашу мужскую гордость. Твой план сработал бы.
   - Ну спасибо. Я прям даже успокоился...
   - Но как психолог, я советую не скрывать ничего от экипажа. Кроме Омеги. И то временно. Есть у меня чувство, что долго этот секрет полишинеля не протянет. Предложенный способ будет поэффективней мордобоя. Конечно появится группа недовольных, но их будет гораздо меньше, чем в случае с применением насильственных методов.
   - Почему ты так в этом уверена?
   - Потому, военный мой, что людям свойственно принимать любую власть, если это не затрагивает их лично. Для большинства, если его не тревожат, окажется безразличным кто ими правит, и они поддержат любую силу, которая способна контролировать обстановку. Люди примут любую власть, если она не мешает им жить. Твои с Яном досье мы разошлем всем - пусть убедятся, что вы профи и знаете, что делаете.
   - А недовольные?
   - Их возглавит кто-то из команды. Скорее всего тот, кого ты обломал, заделавшись Капитаном корабля. К ним присоединится глава американского модуля.
   - А этот-то почему? Откуда такая точность? У американцев настолько иная психология? Или он принципиальный анархист?
   - Нет, он просто урод. Американцы тут, в сущности, ни при чем. Этого деятеля я знаю лично. Жаль, что не получится проявить гражданскую сознательность и пристрелить его сразу. Нам сейчас ой как не нужны все эти сложности. Но уж, что поделать, пускай живет. Постараюсь придержать его инициативы.
   - Живет? Из соображений гуманизма что-ли? - Поинтересовался добродушный майор. - Так я могу сходить, раз такое дело...
   - Нет, просто теперь он может забрызгать кровью ваш героический имидж, парни... Знала бы, что тут у вас творится заранее, непременно завернула бы в его каюту на огонек. Гибернедизаторы, они такое нежное оборудование...
   - А с Омегой, все же, что?
   - Да! Ожил ИИ, что же со мной??
   - А с тобой, радость моя квантовая, мы сейчас будем говорить без свидетелей в целях психоанализа.
   Ласка молча слез с дивана, сграбастал свой клинок и двинулся к выходу. Сержинский, обнаружив эти маневры отвлекся от бара, в котором попутно с разговором пасся, пользуясь полнейшей безнаказанностью, прихватил в охапку чегой-то особо приглянувшееся и недовольно ворча, как разбуженный средь зимы медведь, поплелся следом. Собственный палаш он до сих пор не удосужился забрать даже из их общей каюты. Не было в здоровяке нежной мужской любви к древнему оружию, пользовался он им исключительно в качестве элемента обмундирования по большим праздникам, предпочитая стрелять.
   - А о чем они там, Рус, на самом деле? Как думаешь?
   - Если в общем, то наша леди-психолог тешит свое профессиональное любопытство. Омега, наверняка, тоже читал что-то из основ ее профессии. Так что, не переживай, им есть о чем перекинуться парой слов. А мы давай, все-таки, вызволим остальную часть команды. Омега! Слышишь? Разблокируй двери.
   Коридор наполнился щелканьем электронных засовов. Ласка зашагал к повороту коридора, туда где в Т-образном расширении располагалось большинство дверей. Повернув он приблизился было к первому же проходу - каюты располагались по обеим сторонам коридора. И, вдруг, замер, насторожившись. Ян моментально отследил маневры напарника, "включился" в работу и, сместившись к стене, приблизился.
   - Ты чего? - Одними губами спросил он.
   - Рус в ответ отрицательно качнул головой, показывая, что можно не шептать и ответил: Ян, вот осмотрись, тебе ничего странным не кажется?
   Майор проследил за взглядом Ласки. Тот не отрываясь смотрел в конец коридора. Потом аккуратно двинулся вперед. Туда, где метрах в пятидесяти от них располагался опечатанный люк в грузовой трюм и короткий тупик с выходами на малые шлюзы. Ян не приметил ничего необычного, и силился понять, что же так насторожило друга. Самым достойным кандидатом на объявление тревоги, по его мнению, был вход в трюм, но печать выглядела абсолютно целой. Впрочем, Ласка не обратил на нее никакого внимания устремившись к крайнему шлюзу, частично видимому из осевого коридора.
   - Рус?
   - Повреждения, Ян. Повреждения.
   - Ну да царапины, здесь этих борозд везде полно. Напоминаю, это корыто сильно стукнулось еще шестьдесят лет назад. На тебе это тоже отразилось?
   Руслан молча встал к проходу вплотную и, положив руку на светлый с матовым серым отливом металл, так чтобы Сержинский видел происходящее, провел ладонью сверху вниз, пересекая полосы повреждений. И тут до майора дошло.
   - .... - Нецензурно сказал он. - Да они же выпуклые!
   - Вот! Точнее чем ты и не скажешь! Объясни мне, господин майор, как могли на металле люка ведущего в кормовые отсеки корабля образоваться выпуклые параллельные борозды при его, корабля, лобовом столкновении с чем-либо? Тем более, что это внутренний люк шлюза.
   Ян развел руками. - Выходит что не в столкновении дело. Выходит нам как минимум о чем то забыли сообщить. Так?
   - И снова в яблочко... ОМЕГА!
   - Да, Капитан?
   - Ты нам разъяснить ничего не хочешь? Только не заливай мне про рухнувшие с потолка конструкции и еще какую хрень. Я такие царапины не раз наблюдал за свой короткий век. Это след удара когтями, или лезвиями. Только большие уж очень. И какие-то нереальные. Что у нас за когти упрочненный титан берут? Только клинки с нанопилой, но на нее это совершенно не похоже. Явные вмятины, будто полагались на силу удара, прорываясь внутрь.
   - Я не собирался ничего скрывать капитан. Просто я попал в затруднительное положение. Я не знаю как об этом докладывать.
   - Чего тут не знать? Что за когтистые твари на борту и откуда они, черт побери, взялись?
   - На борту нет никого сверх положенного экипажа. И то неполного. Да и быть не может согласно моим представлениям о Вселенной.
   - А броню нам тараканы погрызли?
   - Нет. - Ответил убито Омега - Но это не результат столкновения, ты прав. Эти повреждения и еще некоторые другие на наружной обшивке эсминца появились после нашего выхода из того, что можно назвать подпространством. Я докладывал капитану Родриго, но, боюсь, он был уже невменяем к этому моменту.
   - Ты заснял того, кто это проделал?
   - Нет, Капитан. Некого было заснимать. Ни один сенсор не показал ничего когда я включил подсветку. Полосы просто появились и все. После катастрофы, кстати, все странные явления исчезли. Что бы это ни было, оно не давало знать о себе уже очень давно. Вероятно оно мертво.
   - Может пойдем и проверим а, Рус? Я сейчас за броником сбегаю. - Предложил Ян.
   - И он тебе очень сильно поможет против существа которое играючи полосует семидесяти миллиметровый титан. - Фыркнул Ласка. - Просто абсолютная защита я бы сказал. Нет. Мы туда не полезем. Там нечего делать. Просто технические отсеки носителя. Основная часть оборудования и колонисты в отделяемых модулях. Остальное - груда металла. В наших условиях, это не стоит человеческих жизней. Омега, ты можешь проверить вспомогательные помещения носителя сам?
   - Нет, капитан. Ты все правильно сказал. Это именно технические тоннели и коридоры вокруг систем и баков с дейтерием. Там и датчиков-то, даже пассивных, нет.
   - Тогда и замнем заради ясности. Что бы это ни было, но сюда оно проникнуть не смогло, да и не пыталось больше. Если конечно не пролезло сквозь те дыры в обшивке, что наделала метеоритная атака.
   - Нет, капитан, не думаю. Те отверстия были слишком малы, чтобы существо обладающее столь грозным вооружением могло просунуть в них даже мизинец. В случае если таковой имеется конечно. Да и внутри эсминца я никого постороннего не ощущаю.
   - Ну последнее, в целом, не показатель, как свидетельствует практика. - Усмехнулся Руслан. - Но теперь я тебе склонен поверить. Не похоже, чтобы это существо пробралось внутрь. Ни крови, ни трупов. А кстати, как там наша доктор Фрейд?
   - Болтает со мной на философские темы, капитан. Удобно быть ИскИном.
   - Ну, раз так, то давай, все-таки, к нашим отмороженным вернемся, многозадачный наш. Открываем двери и собираем всех в кают компании для объяснений. Еще десятка сеансов рассказа о происходящем я не вынесу.
   - Исполняю...
  
   Глава 5
  
   Рус, может мы с тобой не все понимаем в происходящем? А все эти люди знают что-то такое, чего не знаем мы? - Спросил Ян шепотом, глядя на столпотворение орущих друг на друга индивидов. Обвинения сыпались как из рога изобилия, и растерянно озирающиеся друзья, поначалу пытавшиеся отвечать, уже не обращали внимания на гвалт.
   - Сам теряюсь. Знаешь, когда я услышал, где мы и в каком состоянии, у меня, признаться, случился ступор. Блин, да мне до сих пор не до крику.. А этим все ни по чем. Лучше глянь на нашу "помощницу"! Вот, у кого поучиться.
   Мэй сидела в уголке с таким непринужденным видом, что спрашивать ее никто, ни о чем даже не пытался. Более того, при пристальном взгляде ее фигура как-то так характерно смазывалась, напрочь ускользая из фокуса внимания.
   - Я заметил! Между прочим, эта чертовка с самого начала так отлынивает, смотрит как мы тут кривляемся перед этой толпой. Я приглядывал.
   - Вы будете отвечать или мне вечно перед вами стоять, майор?! Вы вообще понимаете, кто я такой!? - Брызгая пеной заорал, перебивая размеренную речь командира егерей, очередной дорвавшийся политик.
   Рус страдальчески закатил глаза. Он-то привык и не к такому, но майорские регалии собирали на себя все шишки, минуя низшие чины. Момент, когда терпение Сержинского иссякнет давно стал неотвратим, как пробуждение Ктулху. Сейчас, похоже, время этого пришло. Ян обманчиво неспешным, медвежьим движением ухватил буяна за воротник униформы и приподнял над полом. Проделано это было одной рукой и, естественно, без всяких там усилителей.
   Ласка на глаз прикинул, какая для этого нужна несчитанная дурь и тихо офигел. Впрочем он был не одинок. Шум в кают-компании стих, как по волшебству, сменившись настороженным молчанием.
   - Ты. - Сказал, скрипнув зубами в наступившей тишине, майор. - Урод. Похоже не понимаешь. Где ты находишся. И чем это тебе грозит. По этому, теперь грозить тебе буду я. А ты будешь меня боятся. Ясно!!?
   Дрожаший в лапах озверевшего майора мужичек мелко закивал. Видно было, что подобные методы убеждения ему, покуда, внове.
   - А раз ясно, тогда представься. И, если у тебя есть какое-то дело, излагай его спокойно, внятно. Без ора и наездов. Вперед.
   Судя по лицу политика, слова "наезд" он не понял, но не решился обострять свое непростое положение.
   - Мне все ясно... Ya... Все, все, как вы хотите, только поставьте меня как это... Пол.
   - Немец наверно! - Радостно определился Сержинский, возвращая свою жертву на твердую опору.
   - Я есть из Австрии. - Чуточку недовольно сообщил политик. - Иохан Шварценмеер, к вашим услугам. И несмотря на те грубые формы насилия, что вы изволите применять, косподин русский офицер, я продолжаю настаивать чтобы мне дали внятный ответ, как так вышло, что мы есть в таком плохом положение?
   Руслан машинально отметил, что Иохан строит фразы довольно коряво хоть и с претензией на витиеватость. Поскольку все члены будущей колонии в обязательном порядке снабжались, как минимум, гражданской моделью чипа-имплантанта, практически вытеснившего к моменту их отлета традиционные настольные компьютеры, это вероятнее всего означало, что австрияк почти не знает русский и мучает программу-переводчик.
   В это время словно очнулась от своей задумчивости Мэй. По всей видимости, решила, что пора вмешаться. Она энергично вскочила с занимаемого кресла в углу и, как-то неожиданно, оказалась меж неприязненно глядящими друг на друга оппонентами. Поскольку все смотрели в этот момент туда же, то доктор психологии враз очутилась в центре внимания.
   - Господа, здесь собрались, в первую очередь, политики и несколько военных. Считаю, устраивать драку - это просто признак нашего общего непрофессионализма! Вы, господин майор, просто не умеете держать себя в руках и устраиваете здесь безобразную сцену! - Мэй смотрела на Сержинского с откровенным гневом и вызовом. И обвиняюще указывала на него пальчиком. И как то ей так удалось прибавить своим словам веса, что вся троекратная с несчастным поляком разница в размерах совершенно не бросалась в глаза.
   Лицо Яна почернело от злой обиды. Такой подляны со стороны китаянки он не ожидал.
   Иохан же, который, к слову, судя по данным, предоставленным Русу инфоархивом имплантанта, оказался исполняющим обязанности президента европейского колониального сообщества, наоборот довольно заухмылялся.
   Но как оказалось доктор Чанг вовсе не планировала терять инициативу и устраивать разборки с майором.
   - Я что-то не пойму, к чему ваша идиотская улыбка, господин Иохан? Вы для дурдома речь репетируете? Мне было подумалось, что аудитория не та, но теперь я осознаю свою ошибку - улыбайтесь дальше, будете иметь успех.
   - Э.. .Я не совсем понимать... - Вывез сбитый с толку внезапным напором И.О. президента.
   - Это заметно. - отрезала Мэй.
   - Но...
   - Вы политик, по названию по крайней мере! Так какого же шайтана вы устроили тут безобразный скандал и довели дело до рукоприкладства? Это, по вашему, признак высокой квалификации? Или думаете, что если вы не одиноки, то это хоть как то вас может извинить? Зря. Господа! Я еще могу понять экипаж корабля! В конце концов, их никто не обучал специально ремеслу человеческих взаимоотношений! Инженеры - люди непростые! Но члены правления колонистов, которые ведут себя подобным образом - это недопустимо! Мне, как номинальной главе китайской колонии стыдно, что подобная ситуация существует и тем более приходится ее решать. Мне, хрупкой женщине! Господа объясните, к чему весь этот гам?
   - Постойте, госпожа Чанг. - Сориентировался в ситуации предпочитавший до этого политику отмалчивания и подогрева страстей Янсен Вальд, лидер "американцев". - Я признаю вашу правоту в отношении того, что все мы несколько погорячились, однако это не снимает сути вопроса! Вам не кажется, что узурпация власти без всяких на то оснований и нарушение всех демократических принципов - это достаточно серьезно?
   - Возможно, господин Янсен, - Не смутилась Мэй, и Рус почему-то вспомнил сразу с каким хладнокровием еще недавно девушка предлагала им мокруху. - Однако, еще более серьезной проблемой мне видится попытка фактического мятежа ведущего к анархии в кризисной ситуации! Думаю, это намного важнее временного ущемления ваших "драгоценных" свобод! А ведь оно временное, не так-ли, Руслан?
   Рус кивнул внутренне забавляясь.
   - Только до приземления. Потом я готов передать контроль над кораблем избранному обществом руководителю, либо просто исполнять его распоряжения.
   - Вот видите! Я бы сказала, что все разрешилось наилучшим образом. Лично у меня официальных претензий к текущему Капитану корабля больше не имеется.
   - Возможно для вас, с вашими китайскими догматами диктата общества над личностью и несоблюдением ценностей... - Начал было Янсен привычную с пеленок песню, но осекся, поняв, что сморозил.
   Однако было уже поздно. Члены сборища, и так уже расхоложеные яростной отповедью китаянки, на навязшие в зубах "идеалы демократии" среагировали однозначно. Полный провал. Амерканец поймал несколько недружелюбных взглядов и счел за благо утихнуть.
   - За сим, совещание считаю законченным. - Объявила, воспользовавшись всеобщим молчанием, Мэй. - Прошу Капитана предоставить всем желающим лог событий из бортового журнала. Я думаю, ознакомившись с ситуацией, как это сделала я, все поймут суть того непростого положения, в котором мы оказались, равно как и его причины. Благо, здесь собрались разумные люди, далеко не последние, каждый среди своего круга. То же касается и членов команды. Я понимаю что вы, узкопрофильный персонал, вынуждены разбираться в чужой работе и многое можете пока не знать, но тем не менее. Раз оказались на этом корабле, то вы, по мнению общества - лучшие из лучших. Извольте соответствовать. Я, как человек не знающий о космосе почти ничего, на вас надеюсь.
   - А почему она, все-таки, на китаянку-то не похожа, как думаешь? - Шепотом поинтересовался у Руслана остывший уже Сержинский.
   Капитан предпочел промолчать. Вообще, в силу некоторых объективных причин, он, как поведала ему заранее сориентировавшаяся в нынешней иерархии Мэй, еще и президентом русского колониального сообщества оказался номинально. Это кроме хапнутого контроля над кораблем. Но афишировать это обстоятельство ему не хотелось совершенно, а посему головной боли хватало и без холеричного поляка и поднятой им темы.
  
   - То есть, давай еще раз уточним, ты предлагаешь мне идти туда? Вот за эту дверь, где когти?
   Две фигуры, одна из которых была закована в плавные изгибы силовой брони и возвышалась рядом со спутником словно морской утес, стояли перед люком малого шлюза.
   - Предлагаю. Больше того, майор, я даже намерен составить тебе компанию. - Ответил Рус, одетый лишь в легкий гермокомбез, прямо поверх которого он напялил свою любимую бронекуртку. В доспехах он пока не видел смысла.
   - Щедро. А может, по сто и как обычно? А то на сухую как-то и дорога под ноги не ложится...
   Руслан и Сержинский вели оттягивающий неизбежное треп просто по привычке. Выступающие борозды на полировке двери напоминали о себе с глубоким натурализмом. Хотелось сбросить напряжение. Никто с самого начала не пылал энтузиазмом в отношении идеи "смотаться в техническое чрево колониального носителя, с шляющейся по нему неизвестной тварью". Но, как выяснилось, не все зависело в этом вопросе от желания. Сигнал на побудку команды к системам корвета не прошел. Означать это могло все что угодно, но, как факт, поступающей оттуда информации уже не было достаточного доверия. Такая ситуация требовала пристального внимания сама по себе. Рус не привык прятать голову в песок, особенно когда дело касалось чьих-то жизней. К тому же, если сейчас существовала лишь неопределенность, то после начала процедуры торможения она, скорее всего, превращалась в неизбежные жертвы. Разведывательное судно было способно перенести значительные перегрузки и сберечь экипаж, но уж точно не без подготовки.
   - Я не сачок, но может кого из команды пошлем? - Пробормотал Сержинский косясь на борозды в металле. Его первоначальный задор как-то все больше затухал.
   - Не. Ты вспомни их просветленные лица на совещании. Вдруг они теперь зверюшку обидят. Как мы потом людям в глаза посмотрим? Животное-то, поди, редкое. - Приободрил майора Ласка. - Ладно, думаю хорош уже язвить, скажи лучше, ты чего это с собой притащил? Решил прибарахлиться гаубицей по Фрейду?
   Ян смущенно помял в руке опорную рукоятку здоровенной металлической трубы, покрытой разнообразными техническими подробностями. Приводы силовой брони жалобно скрипнули.
   - Инфразвуковая ударная пушка. Потрясающий неокрепшие умы вес, размер и результат боевого применения!
   - Сержинский, я конечно знаю твою маленькую слабость - вначале расстрелять боезапас в воздух, а потом хвататься за нож и пугать врагов до полусмерти своей пропитой рожей, но в этот раз ты сам себя превзошел. Где ты это отрыл? Ты вообще себя в зеркале видел? Броня от БТРа и танковое орудие вместо винтовки. Майор, признайся сразу, ядерный фугас ты в штанах припрятал? Я, когда на тебя тебя в коридоре наткнулся, думал все, здравствуй, северный олень. У нас, по твоему, тут что? Карательная операция в Замбези? Я тебе напомню - мы, вообще, идем людей спасать!
   - Ну... - Прогудел из под композитного забрала майор. Фильтры шлема с шипением выпустили пару прозрачных облачков пара. - Ну... Не помешает же. Сам же видишь какие когтищи!
   Руслан страдальчески воздел глаза к потолку.
   - Сержинский! Майор! Пускай спасти от разрыва сердца на корвете мы точно никого не успеем, это решаемые мелочи. В конце концов, можно тебя просто не показывать! Но ты хоть соображаешь, что один выстрел из этой штуки избавит нас не только от обладателя когтей, но и от всех остальных проблем разом? "Мертвые не потеют" слыхал? И это при том, что в вакууме твоя пушка, все равно, не работает! Более бестолкового выбора оружия в условиях коридорного боя я еще не видел!
   - Но ты сам сказал, что я специалист по ближнему бою! - Нашелся поляк, вытаскивая из поясных ножен десантный штык-нож. Тот смотрелся в его лапах довольно жалко. - А пушку я для надежности прихватил. Чтобы поувереннее было! Мало ли. Вон, ты и сам с ножиком...
   Руслан тяжело вздохнул. Не в первый уже раз объяснять любителю огромных пушек, что есть крохотная разница между абордажным палашом и ножом десантника не улыбалось. Доказывать же преимущества спецподготовки, перед любовью тыкать всем острым, во все, что шевелится, капитан считал непедагогичным и вредным для умственного развития майора. За сим спор и заглох.
   Друзья еще пару минут постояли перед наглухо задраенным отверстием люка и, не сговариваясь, потянулись к пульту управления. В отличие от внутренних переборок, находящихся в полной власти Омеги, у шлюзовых камер была дополнительная блокировка, открыть которую можно было только вручную. Сенсор щелкнул и плита бесшумно ушла в стену.
   За дверью оказалась обычная шлюзовая камера. Шесть на шесть метров. Без каких бы то ни было следов разрушения.
   - Знаешь Рус, че-то мне как-то не по себе.
   - Вероятно, ты имеешь ввиду, что, с учетом повреждений на внутренней двери, внешней тут не должно быть вовсе. Соответственно, ее наличие вызывает у тебя нездоровые сомнения в собственной способности адекватно воспринимать происходящее? - Невозмутимо завернул Рус.
   - Что-то вроде того... Умеешь ты пояснить. Слушай, если эта штука умеет открывать двери по нормальному, то нахрена ей такие когти?
   - Гмм... Тебе точно важно знать? Такие подробности...
   - Руслан, мы это уже проходили. Тебе не кажется, что здоровый юмор хорош к месту? Вообще-то я серьезно.
   - Если серьезно, то в твои выводы закралась одна маленькая ошибочка. Правда от нее все становится еще веселее. Если ты оглянешься назад, то обнаружишь на люке те самые следы, что мы наблюдали с другой его стороны. Только здесь они, как и положено следам от когтей, выемки. Это значит, что что-то здесь по любому происходило. Согласен?
   Ян сосредоточенно кивнул.
   - Вот. На наружном люке, который ведет сейчас в технические отсеки носителя, никаких следов не имеется. И, заметь, он тоже задраен! Ты правильно говоришь. Если эта штука умеет открывать люки, а тем более еще и закрывать их за собой, то у нас точно неприятности, факт бесспорный. - Сообщил очевидное Лемех. - Однако, объясни ж ты мне, глупому, одну досадную нестыковку. Как эта хрень, будь она хоть трижды умной, сумела открыть не просто люк, а контролируемый компом люк, с дополнительной блокировкой, рассчитанной на отпечатки пальцев хомо сапиенс? И, если она так крута, то что, затем, помешало ей открыть второй? Моральный кодекс чужого? К чему все эти варварские попытки взлома, а? Нет, Сержинский, что-то здесь не клеится.
   - Господа офицеры. - Пробухтел из под потолка голос Омеги, - Во первых, намекаю, не пора ли двигаться дальше? Стоя в шлюзе, вы, все равно, ничего полезного не придумаете. Информации маловато. И, вообще, аналитиками, в данном случае, работаем мы с доктором Чанг. Кстати, она просканировала пространство за дверью при помощи своих возможностей и утверждает, что непосредственной опасности там нет. Только учтите, мои сенсорные массивы практически все сосредоточены в управляющих узлах звездолета. Во вспомогательных коридорах их нет. Там за дверью я слеп. Смогу только поддерживать радиоканал. Да и то, лишь при помощи цепочек нанитов. Слишком толстые переборки, сплошной металл. Все экранирует. Впрочем, можете прихватить катушку проводной связи.
   - Ага, может сразу клубок ниток? Омега, про то, что от тебя никакого толку я знаю давно. Утихни и прекрати командовать Сержинским. Видишь, у него нервы?
   - Это у кого нервы?? Ну все! - Майор ухватил пушку поудобнее и устремился к выходу. Перчатка скафандра, идеально повторяющая на подушечках пальцев папиллярный рисунок специально на такой случай, коснулась плоскости сенсора. Последняя преграда перед неизвестностью перестала существовать.
   - Знаешь, майор, - Проговорил рус глядя в густую черноту тоннеля. - А ты, все же, мудак.. Хоть бы дал шлем надеть, тут градусов семьдесят Цельсия. Причем минус.
   - Можно подумать, тебе сильно повредило. - Ненатурально смутился Сержинский, глядя как Ласка герметизирует тактический комбинезон. - Меня больше волнует, догадался ли кто-нибудь кинуть в сумку фонарик?
  
   Вакуума в коридорах корабля к счастью не было. Чего не скажешь о зверской холодине и всепроникающем излучении, которого набрался корабль за годы полета. Конечно, ни то, ни другое не могло всерьез повредить компании, пробирающейся по уходящему в темную даль проходу. Выбравшись из осевого коридора, где царила невесомость, они попали в паутину вьющихся вокруг отсеков. Благодаря не поленившемуся придать кораблю вращательный импульс и, естественно, временно прекратить торможение Омеге, передвигаться там можно было на своих двоих и с относительным комфортом - не изображая из себя воздушных акробатов. Пожалуй этим удовольствие от похода и исчерпывалось.
   Нутро колонии, время от времени, оглашали гулы и шорохи, изредка что-то протяжно скрипело. Километры старых помещений жили своей чуждой жизнью. Поначалу друзей это весьма сильно нервировало. Майор рывками перебрасывал ствол орудия в направлении каждого напрягшего его звука, Ласка ни на секунду не опускал кончик палаша. Покрытое нанитами лезвие тускло светилось, исходя зеленоватой аурой.
   Можно было переключить оружие в менее заметный режим, но Рус давно перестроил зрение на инфракрасный диапазон и клинок исполнял роль подсветки. Правда Сержинский, временами шипел что-то насчет припадочных джедаев, которые их демаскируют. Пятно света от фонаря, встроенного в наплечник собственной брони, майор демаскирующим фактором не считал. "Джедай", привычный к двойным стандартам напарника, его ворчание игнорировал.
   Вскоре стало понятно, что большинство, если не все шумы точно имеют естественное происхождение. Обстановка несколько разрядилась. Тем более, спасатели прошли уже больше половины пути и не встретили ни следов нападения злобных пришельцев, ни когтистых ужастиков. Омега расспросами не донимал, подключившись к имплантантам друзей. Благо Рус поддерживал связь постоянно, да и Сержинский, вероятно, тоже.
   Успокоенные путешественники прошли еще метров триста во чреве стального гиганта, как вдруг, за очередным витком коридора, Яну почудилось странное свечение. Он неслышно просигналил рукой напарнику, который целеустремленно двигался вперед, не замечая перемены обстановки. Инфрарежим Руслана явно подвел.
   Оценив ситуацию, Ласка перестроился на нормальное восприятие и выглянул за угол. Резко отпрянул назад и тихо зашипел от боли, схватившись за щеку.
   - Что там? - Рефлекторно понижая голос спросил майор, хотя шептать не было никакой надобности - общение шло через встроенные в скафандры передатчики, подключаемые к чипам. Тупое рыло его инфразвукового орудия замерло, уставившись в глубину тоннеля.
   - Излучение. - Скривившись поделился Ласка и повернулся правой половиной лица, обнажая страшно опаленную кожу под несколько потекшим бронепластом шлема и налитый кровью глаз. - Запредельное совершенно. Скорее всего микроволновый диапазон. Там в стене проем, метр на пять, от знакомых нам до боли когтей и из него прет энергия.
   - Капитан встряхнул головой унимая боль. Ожог на его щеке окутавшись нанонитовым туманом зарубцевался и стал стремительно рассасываться.
   - Ласка поскреб щиток шлема в тщетной попытке почесать раненое место и, выругавшись, отвернулся.
   - Омега? Доктор Чанг?
   - Погоди секунду, Рус, - Донесся голос ИскИна. - Я ворошу базу. Ага, вот. Значит так, вероятно, пробита стенка внешнего слоя защиты стелларатора N3. На функциональности это никак не сказывается, а вот фонить оттуда и впрямь должно знатно. Как никак термояд. Ты еще и дозу проникающей наверняка схватил.
   - Это мелочи. - Досадливо отмахнулся Руслан. - Наны справятся. Ты лучше думай, как нам пройти. Че-то я тут другого пути не наблюдаю.
   - Этим и занимаюсь, Капитан. Проблема в том, что я не знаю насколько обширны повреждения. Сенсоров, ведь, нет.
   - И? Думать мне самому? Кто-то тут заливал про мозговой центр и все такое. Толку от вас...
   - Ты не прав, Капитан. У меня есть идея. Я сейчас отстрелю один из космических зондов, так, чтобы он вышел на круговую орбиту вокруг нашей невезучей мега-баржи. Гравитация у нас имеется вполне приличная - на маленький искусственный спутник ее хватит. Просто посидите там пока, немного... И постарайтесь ничего больше не сломать. - Съязвил комп напоследок и отключился.
   На спутников навалилась гнетущая пустота заброшенных переходов. В абсолютную безопасность окружающего пространства верилось уже весьма слабо, так что малый обзор и технический пейзаж отдыху не способствовали. Культовое кино про Чужого в очередной, на этот раз 3d реинкарнации, еще в детстве смотрели все присутствующие.
   - Рус, ты как думаешь, кого первым жрать начнут?- Полюбопытствовал не терпящий ожидания майор.
   - Конечно тебя. - Поддержал "разговор" Ласка. - Ты большой и страшный. В смысле, страшно вкусный. На меня оно, и вовсе, не польстится, после такого подарка, как ты.
   Сержинский хохотнул, одновременно боязливо поежившись в темноте тоннеля. Впрочем, сервомоторы силовой брони этот жест повторить даже не пытались, так что на монументальной туше майора действие, внешне, никак не отразилось.
  
   Крохотный шарик спутника, вырвавшись из стартового створа катапульты, окутался облаком выхлопа маневрового двигателя и послушно ввинтился в спираль сложной орбиты, просчитанной для него машинным разумом. Широкодиапазонные сканеры, составляющие большую часть веса устройства, нацелились на мрачные холмы бронесплава, покрывающие тушу корабля-колонии. Омега приступил к осмотру изъеденных временем и космической пылью обводов.
   - А внутри, тем временем, в такт все более от чего-то сгущающейся тьме, нарастало напряжение.
   - Рус! - Опять незаметно для себя приглушив голос, дернул друга за локоть майор. - Тебе не кажется, что-то происходит?
   - Кажется. Еще как кажется. - Таким же настороженным шепотом ответил капитан. - У меня связь с Омегой накрылась. Двинь-ка фонарем...
   - Опа, и у меня... - Ян дернул плечом, приводя в действие сервомоторы. Пятно света, уж слишком резкое для довольно густой местной атмосферы, тягуче скакнуло в сторону, но не рассыпалось, как положено, бликами рассеянных отражений от металлических стен, а лениво застыло на новом месте.
   - Вот черт! - Зашипел мгновенно сориентировавшийся Сержинский вскидывая ствол. - А темнота-то, не простая!! Рус осторожней! На пол!!
   С этими словами он, не сомневаясь больше ни секунды, прижал гашетку.
   Руслан, увидев сие действо, округлил глаза и рванул в ближайший угол, уже не задумываясь о других гипотетических опасностях. Сейчас он, абсолютно искренне, желая добра, как человек знакомый с школьной физикой, рекомендовал бежать. Бежать всем и подальше!
   За его спиной вздрогнул застоявшийся за шестьдесят лет воздух. Набряк тяжелой угрюмой массой, чтобы разразится резким хлопком лопнувшего воздушного шарика. Шарика размером, примерно, с Эверест.
   Под этим безжалостным напором звонко захрустели, подались в стороны металлические стены коридора. Повело, выстилавшую пол, решетку. Брызнули в огненном хороводе искры из порванных кабелей. Взметнувшийся ветер вдавил и протащил Руслана вдоль по проходу, вслед туче кусков лопнувшего металла и изоляции. На него пролился дождь из осколков, раздирающих ткань комбеза. Напоследок, сверху накрыло чем-то крупным, смачно припечатав о махрящийся рваными гранями пол, так что контрразведчик глухо взвыл.
   Постепенно все стихло. Вихрь, корежащий пространство вокруг, улегся, заблудившись в паутине коридоров. Осталось только потрескивание скачущих по поврежденной проводке разрядов и красноватый сумеречный свет, заливший все вокруг. По какой-то прихоти состоявшегося катаклизма включились не работавшие раньше цепи аварийного освещения. В видимой части прохода уцелел дай бог каждый десятый диод, по этому, общая обстановка напоминала нечто среднее между съемочной площадкой фильма об очередном конце света и классическим дантовским адом. Только чертей не хватало. Хотя, сопящая туша, придавившая Руслана к полу, порождала нехорошие подозрения.
   Ласка дернулся, вывинчиваясь из под вызвавшего сомнения объекта, что стоило ему остатков товарного вида куртки, большая часть которой стала добычей клыкастого пола. Вопреки капитанской мнительности, тушей оказалось не хтоническое чудо-юдо "с вот такими зубищами", а, всего навсего, командир специального взвода егерей, майор Ян Сержинский в силовой броне.
   Лемех аккуратно обошел поверженного гиганта и, не обнаружив явных внешних повреждений на защитных пластинах металлокерамики, легонько попинал тело в бок.
   Ответом ему стало шумное, недовольное пыхтение.
   - Да, да? - Нехорошо улыбаясь переспросил Руслан - Что-то я не совсем расслышал. Тут, знаешь-ли, сейчас было довольно шумно...
   - М...
   - Ммм?! А ну вставай, вставай! Сволочь жирная! Какого хрена ты тут устроил? Чуть не угробил! Ты хоть осознаешь, что мы внутри музейного, (цензура) экспоната?? Оно же рассыпается от неосторожного чиха... Все, майор. Сейчас я тебе буду устраивать темную. Молись.
   - Не надо мне темную! Я, между прочим, тебя защищал! - Сделал наивную попытку сопротивления поляк. - Не могу я встать, зацепился за что-то. Дернусь - вдруг че важное выворочу! Сам говоришь - раритет...
   - Все важное, Сержинский, ты уже выворотил, это я тебе как эксперт говорю. По разрушению промышленных объектов вероятного противника. И защищать меня не надо. Я не красна девица, так что, все равно, не обломится, не надейся. Давай, поднимайся. Мне тебя в твоем бронике ворочать что-ли??
   - Встаю, встаю... - Пробубнил виновато Сержинский и, картинно кряхтя, поднялся, легко выдрав доспехи из плена гнутого железа. Судя по всему, он, вновь, ни капли не раскаивался.
   - Это ты еще упал удобно. На мягкое. - Ехидно прокомментировал зрелище Ласка. - Собой меня закрыл, надежа и опора. И, надо сказать, было от чего. Такого я еще не видел. Не подумай, что про напавшую "тьму" говорю... Я, теперь, если с тобой куда идти доведется, обязательно на запись все в чипе ставить буду. На таких кадрах как ты разбогатеть можно.
   Майор с сомнением огляделся, тихо хрюкнул от удивления и почесал шлем в районе макушки. Открывшаяся картина и впрямь впечатляла. Проще всего было бы сказать, что в коридоре не осталось "живого места". Вдоль основного вектора распространения инфразвукового импульса было разбито все, что можно разбить. Остальное же тщательно раскурочено.
   Относительно целыми остались лишь стена, за поворотом которой Руслан обнаружил ранее пробоину, и пол. Тот, по всей видимости, являлся частью прочного фундамента стелларатора, а потому пострадал поверхностно. Только вырвало с мясом решетчатые панели, прикрывающие технические выемки. Со стены же лищь содрало все навесное оборудование.
   С менее укрепленными участками дело обстояло гораздо хуже. Другую сторону и потолок тоннеля в пределах видимости выгнуло горбом, организовав, вполне приличного качества, арочный свод. Из трещин в лопнувшем металле и расколотом пластике тихонько просачивалась, некая, быстро испаряющаяся на воздухе, жидкость. Освещение неровно мерцало. Посреди этого хаоса, у ног майора, возлежала ненароком оброненная инфразвуковая установка.
   - Кажется, я включил свет... - Поделился открытием Сержинский и потянулся к оружию. Руслан издал нечто похожее на тихий стон.
   - Давай оно здесь полежит, а?
   Майор хотел было сделать вид, что не расслышал и уже наклонился за оружием, но внезапно напоролся на тяжелый взгляд серых глаз под прозрачным пластиком шлема и от чего-то резко передумал.
   - Парни, вы там целы? - Продрался сквозь помехи прерывающийся цифровой голос Омеги. - Что у вас творится? Мой наблюдатель показывает значительные внутренние разрушения, а Мэй говорит о возмущениях пси-поля. А еще у меня утечка из охлаждающего контура. Правда незначительная. Что-то взорвалось?
   Руслан застонал еще явственнее, покосился на майора и коротко сообщил Омеге:
   - Считай, что тут было некое, не поддающееся логике, явление деструктивного характера. Сейчас закончилось. Прими за основу и возвращайся к поискам дороги.
   Рассказывать о произошедшем подробнее было как-то не удобно. Для себя Ласка решил, что не погрешил против истины. Масштабы сотворенного Сержинским логическому осмыслению действительно поддавались весьма мало.
   - Принято, Капитан. - С ноткой неудовлетворенного любопытства отрапортовал ИскИн, но докапываться не стал. То ли счел не стоящим процессорного времени, то ли отложил выяснения на потом.
   - Я просканировал окружающие вас сегменты корабля. Боюсь, новости не слишком утешительные. Может какие-то обходные пути и были, но теперь там черт ногу сломит. Пройти можно исключительно мимо пробоины.
   - Не вариант. Мы там изжаримся.
   - Не совсем. Там не такое уж большое расстояние. Сержинский в броне. Если он побежит быстро...
   - Все равно. Хоть и не помешало бы некоторым подошпариться. - Отмел Рус, борясь с нахлынувшим соблазном. - А вдруг он, к примеру, запнется? Его, при таком уровне впрямую, никакая броня не спасет. И наны не вылечат, потому что первые спекутся. А нам еще назад идти, и, вообще, разделяться - плохая идея.
   - Почему это? - Простодушно удивился ИИ.
   - Из-за феноменов. Ян, если без шуток, ты ведь съемку не вел? Нет? Ну и фиг с ней... Омега! Вернемся, расскажу как было. А пока, у меня есть требующая внимательного рассмотрения мысль. Что если нам пройти поверху? Прямо по обшивке. Мы же не в подводной лодке? Вокруг обычный вакуум...
   - Не обычный, а релятивистский, - Поправил капитана Омега. - Но, вообще-то, идея хороша. Главное идти так, чтобы не высовываться из ветровой тени надстроек.
   - Ветровой? - Удивился Сержинский. - Какой еще ветровой тени? Ты там перегрелся, "интеллект"? Сам же сказал - там вакуум! Пустота!
   - Вакум, майор. - Старательно имитируя легкую усталость в голосе признал ИскИн. - А в вакууме рассеянный водород и мелкая пыль. Микрометеориты бывают. У нас средняя скорость сближения с галактикой, к которой этот мусор относится, по прежнему 0.8 световой. У тебя, часом, нет лишней пары метров титан-вольфрама? Прикрыться.
   - Мы, военные, привыкли прикрываться головой. - Впервые самокритично признал свою неосведомленность в вопросах физики Сержинский.
  
   В шершавой, изъеденной песком пространства поверхности распахнулся люк. Для двоих, склонившихся над ним в тестном пространстве шлюза, это выглядело входом в колодец без дна.
   - Охохошеньки... - Сказал майор, заглядывая в сверкающую точками звезд пустоту. - Это получается, мы сейчас как мухи по потолку ползти будем?
   - Все продумано давно и не нами! - Пафосно отчеканил Рус, изгаляясь. - Ты, главное, держись за что-нибудь. Омега! Остановить вращение!
   Далеко на корме полыхнули синим светом разогнанных ионов маневровые движки и, внезапно, ожившая стена шлюза рванулась на Сержинского. Он, отчаянно размахивая руками, пролетел мимо предусмотрительно закрепившегося напарника и, выворотив одну из скоб, которая хоть и попалась на пути, но не смогла существенно притормозить тушу в броне, смачно впечатался в переборку. До Руслана донесся приглушенный акустическими фильтрами передатчика мат.
   - Это тебе за шоу в коридоре. - Довольно пояснил Ласка, приноравливаясь к наступившей невесомости. - И не вздумай затаить обиду. Мне, знаешь-ли, тоже не по рангу, словно таракану при виде тапка, от твоих фокусов по углам шухериться.
   Мат стал еще громче. Но Руслан молчал, давая оскорбленному в лучших чувствах другу спустить пар. Он прекрасно знал об отходчивости майора, который вполне умел ценить незамысловатый армейский юморок. Реальной угрозы происшествие, упакованному в экзоскелет, офицеру не несло никакой. Скорее уж пострадала бы внутренняя техническая стена вспомогательной шлюзовой камеры, выполненная из не слишком-то прочных материалов.
   - Один-один. - Наконец выдохнул после короткой паузы успокоившийся Сержинский. Он поплыл, оттолкнувшись от так оскорбившей его поверхности, к Руслану и завис рядом, всей позой выражая угрюмость.
   Комментариев со стороны наблюдавшего все, от начала до конца, ИскИна не последовало. Притерпелся уже.
   Сохраняя горделивое молчание, Ян первым выбрался в люк, уже не смотревшийся колодцем в полу, после исчезновения тяготения, и больше походящий на распахнутый настежь гигантский иллюминатор.
   Спустя секунду, сквозь конструкции передалось глухое треньканье магнитных подковок о внешнюю поверхность защиты колониального транспорта. Ласка, сохраняя на кончиках губ вредительскую ухмылку, последовал за ним. В принципе, единственной защитой от вакуума вокруг, для него, был герметичный шлем с автономным кислородным картриджем на тридцать минут и собственные имплантанты, включая защитное углеродное моноволокно под кожей. Гермокомбез и куртка, после прошедшего "боестолкновения", годилась на пугало для ворон, но ни как не на защиту хотя бы от холода. Кожу на груди и животе немилосердно пощипывало, а распирающее изнутри давление, с которым доблестно боролись как усилители мышц, так и медицинские наны, добавляло головной боли. Уже, отнюдь не, метафорически. Добрая шутка над Сержинским в немалой степени позволяла сохранить душевное равновесие. Особенно учитывая понимание того, с какой скоростью они летят и богатую, но безнадежно больную паранойей фантазию контрразведчика.
   Простодушный майор же явно не замечал, что Ласке приходится не слишком-то комфортно. Он привык к абсолютной непрошибаемости своего напарника. Руслан в его подсознании считался, по умолчанию, неуязвимым. Самого же поляка с успехом спасала от всех прелестей открытого вакуума штурмовая броня.
   - Че-то я не наблюдаю никакого особого ветра. - Голосом ребенка у которого отняли конфету злобные гопники, запросил Омегу майор.
   - Это потому, что пресловутый вакуум, все равно, очень пустая штука. Давление рассеянного газа слишком мало. Всерьез его ощущать, будучи экипированным так как ты, нельзя. А, кроме того, вы в тени открытого люка. Если бы повисели чуток в шлюзе, то, наоборот, ощутили как сносит вперед инерцией по ходу движения колонии. Корабль постоянно чуть-чуть теряет скорость из-за большой парусности. Но это все не повод отсвечивать на открытом месте. Вы, сейчас, на широком возвышении, фундаменте стелларатора. Быстро ориентируйтесь на корму и двигайте туда. Пока вам не прилетело чем-то посущественнее отдельных молекул. От хорошего камушка крышка люка может и не спасти. Поторопитесь.
   - Принял. - Вместо Сержинского коротко ответил Ласка и устремился по указанному маршруту задавая темп. Он уже порядком замерз и ему было не до местной специфики. Майор же, напротив, переложив всю ответственность за прокладку пути на напарника, принялся любоваться красотами раскинувшейся вокруг, перечеркнутой ожерельем цветных туманностей бездны.
   Посмотреть было на что. Вид, на границе галактического скопления, открывался нереальный. Большое Магелланово Облако нависало над головой, словно звездное цунами, закрыв собою половину видимого небосклона и уходя, краем, за близкий горизонт технических надстроек колонии. Словно просоленый морем янтарь, выметывались из него далеко вперед бриллиантовые капли окраинных звезд. Прямо по курсу, за широко раскинувшейся медузой кормовых лепестков маршевого двигателя, полыхала ровным белым костром самая крупная из них, выглядевшая даже не точкой, а небольшим диском.
   Позади же, в мерно фосфоресцирующем зареве пожара далеких скоплений, той пелене, где не сыскать отдельных звезд, высились черные утесы оплавленной носовой надстройки. И рядом с ней, на фоне этой полупрозрачной дымки, кисеи накинутой на небосклон, сиял, миллиардами жгучих светляков свернутых в безумную спираль, легко узнаваемый водоворот галактики Млечный Путь.
   Завороженный зрелищем, которого еще не видывал человек, Ян замер, стараясь совладать с нахлынувшими эмоциями, вскружившими таки голову даже крепкому профессионалу.
   В это время его окликнул капитан.
   - Сержинский, а тебе ничего не кажется необычным?
   - Помимо того, что мы гуляем в межгалактическом пространстве? Ничего. - Вернулся в реальность майор. Усилия для того чтобы оторваться от гипнотического зрелища потребовались нешуточные.
   - А ты под ноги погляди. - Как-то странно проговорил Ласка, сам, напротив, всматриваясь уже в открывшуюся ему долину за выступающим горбом кольца стеллараторов.
   Сержинский опустил глаза вниз и, хмыкнув, догнал ушедшего вперед Руслана. Поверхность под его ступнями, хоть и источенная уже ветром пространств, но не настолько, как на полностью открытом месте, весьма мало напоминала стандартное покрытие. Больше всего это походило на впаянную в броню и истершуюся со временем стекловидную массу, под которой проступали грубые детали обшивки, будто окалившиеся от высоких температур. Подошвы десантных ботинок, казалось, чуточку вязли в этой субстанции и высвобождать их приходилось с заметным усилием.
   А вот дальше, за краем надстройки, поверхность, не тронутая микрометеоритами, выглядела совсем непривычно, являясь сборищем кристаллических кустов в половину человеческого роста, ранее явно сохранявших строгие геометрические формы, но теперь, во многих местах, поломанных. К счастью, эта поросль не распространялась слишком уж далеко и, по мере спуска, быстро сходила на нет. Уже парой метров ниже виднелась, не затронутая изменениями, бронеплита.
   Однако, преодолеть эту пару метров, не касаясь подозрительных стеблей, выглядело проблемой. Если первая часть пути, где кусты были еще невысокими, далась относительно легко, то дальше кристаллы выстроились непроходимой стеной.
   Спутники остановились посовещаться.
   - В принципе, мы по этой штуке уже ходим и, пока, никакой беды я не ощущаю. Так что, скорее всего, это безопасно. - Поделился мнением Руслан. - Но, вот откуда этот гринпис драный взялся и как жить дальше, непонятно... Омега, у тебя тут никакого хитрого навесного оборудования, в духе супер-пупер квантодетекторов, нет?
   - Нет, Капитан. Я сам в недоумении. Между прочим, камера спутника всего этого безобразия не показывает. Только какое-то размытое марево. Я исключительно вашими глазами могу наблюдать. Причем, только в естественном диапазоне... А единственное оборудование - это вон та здоровущая мачта впереди. Вспомогательная антенна, командная. Она, кстати, ваш ориентир. Правьте на нее, не заблудитесь.
   - Легко сказать... Вопрос "как"? Прыгать мне, через это дело, без страховки ой как не хочется. Вокруг все же не стадион. Унесет, и поминай, как звали. А на пролом идти - так эта фигня выглядит прочной.
   Иллюстрируя свои слова, Рус попробовал отодвинуть в сторону одну из выступающих ветвей. Та не сместилась ни на миллиметр. Более того, когда капитан попытался отдернуть руку, он почувствовал нешуточное сопротивление. Напрягшись все же смог высвободится и, с удивлением, понял, что темный налет, возникший в месте касания, на безупречно посверкивающей грани - это ни что иное, как тончайший слой кевларовых нитей, снятый с поверхности его перчатки.
   - Ого! Ян, а ведь эта хрень нам, похожим образом, и подошвы обстругает. До гланд. Давай-ка поторопимся. Есть идеи?
   - Да какие тут идеи... Разве, твоим ножичком попробуем? Авось, выгорит!
   - Поддерживаю. - Присоединился ИскИн. - Мне эта штука совсем не нравится. Чего она прилепилась к моему кораблю?
   Не вступая в дальнейшие дискуссии, полностью согласный Рус взялся за палаш и опробовал его на все той же, настрадавшейся ветви.
   Лезвие, к его огромному удивлению, не прошло насквозь, а точно так же, словно в густую смолу, влипло в кристалл и засверкало зеленью перегруженных нанитов в точке контакта. Ласка усилил нажим, но добился лишь еще более интенсивного сияния. По субъективным ощущениям, клинок, способный шутя рассекать алмазы, продвинулся едва на несколько миллиметров.
   Чтобы не портить оружие, пришлось отвести палаш в сторону. На кристалле обнаружилась неглубокая зарубка, покрытая серебряной пыльцой, явно содранной с лезвия. Подтверждая эту догадку, наны клинка продолжали посверкивать, восстанавливая нарушенную заточку сверхпрочного металла.
   Руслан с Сержинским обалдело переглянулись. Материалов, способных противостоять нанонитовому клинку, не было еще найдено в принципе. Таковыми могло выступать либо подобное же облако наномашин, либо сложно структурированное поле. Кристаллики, несмотря на всю свою загадочность, ничем похожим не выглядели.
   - Попробуй другим путем. - Предложил, со свойственной ему тактической смекалкой, майор, указывая на подножия кустов.
   Рус глянул и моментально оценил идею друга. Кристаллы, хоть и вырастали из обшивки, но покрывали ее вовсе не равномерным слоем, оставляя кое-где весьма значительные промежутки. Этим стоило воспользоваться.
   В отличие от странной материи кристаллов, привычная корабельная броня клинку подавалась вполне сносно и, за пять минут, Ласка вырезал из металла корни нескольких кустов, открыв, тем самым, вполне годный проход, позволявший продолжить путь. По горячей просьбе Омеги, Сержинский, недовольно ворча, прихватил с собой парочку выкорчеванных псевдорастений.
   Дальнейшая дорога прошла без неожиданностей, хотя кристаллы встретились вновь. Правда уже не в виде препятствия. Оказалось, что они густо облепили ту самую антенну, про которую упоминал ранее ИскИн. В сочетании с эффектом истершего, таки, неподатливое вещество потока космических молекул это выглядело так, словно мачта обледенела, под порывами сильного ветра. Руслан старательно заснял сюрреалистическое зрелище, после чего, они без помех спустились в чрево технических коридоров носителя, чтобы, буквально завернув в соседнюю дверь, оказаться у швартовочного шлюза корвета.
   Внутри было светло, приятно, присутствовал воздух и, генерируемая малым гравикомпрессором кораблика, тяжесть. А главное, там было тепло, что несказанно обрадовало закоченевшего капитана. Пока тот отогревался и сосредоточено искал в настенном шкафу шлюза новый гермокомбез, Ян, оставив свою необычную ношу на полу и следуя инструкциям ИскИна, прошел в рубку. Размеры корвета были невелики, включая в себя всего лишь одну каюту с несколькими вполне рабочими стазис-саргофагами. Один из них пустовал, но в, отделенной герметичной переборкой, рубке, где располагались пульты управления, никого не было. Эта капсула так и не дождалась своего постояльца перед отлетом.
   К моменту, когда Ласка окончательно пришел в себя, дело было сделано. Как оказалось, от друзей не требовалось ничего существенного. Следовало, всего лишь, отдать несколько простых команд системам и задействовать дремлющее вычислительное ядро кораблика. Все остальные вопросы компьютеры уже решали между собой, подключив внешние передатчики и не полагаясь уже на ставшие ненадежными средства проводной связи, проложенные в железном организме колониального носителя. В свое время, никому и в голову не пришло, что радиосвязь окажется предпочтительнее дублированных медных жил, что и привело к возникшим сложностям. Инерция мышления, в которой, все же, сложно упрекнуть проектировавших носитель инженеров.
   - Ты уже закончил? И ни пламени, ни взрывов. Мельчаешь. - Удивился Рус, встречая вернувшегося Сержинского.
   - А чего возится-то? - Скромно потупился человек-гора. - Омега там. Сам все решает. Он, кстати, говорит - пробуждение идет штатно, у него все под контролем и жизнь прекрасна. Так что, торчать здесь еще пять-шесть часов, пока экипаж вернется к жизни не имеет никакого смысла.
   - Не имеет смысла, значит... Все как в жизни, прям. Ладно. - Признал Ласка которого планируемое возвращение уже "радовало" неизбежными трудностями. - Думаю придется идти назад по обшивке всю дорогу. Хотя удовольствие еще то, но там на нас темнота не бросается. Как думаешь?
   - А и пошли, - Легко согласился майор, не получивший отпущенных на долю Руслана ощущений. - Заодно и в футбольчик погоняем!
   Он подцепил носком сапога один из валявшихся на полу кристаллов и лихо запулил его через весь шлюз.
   Ласка молча кивнул. С футболом у него сохранялись давние натянутые отношения. Командным духом игры суровому капитану госбезопасности не удавалось проникнутся с восемнадцати лет...
  
   Глава 6
  
   - "И все напряжены. Десять человек команды (специалисты и ученые) и еще шестеро "почти" лидеров колонии. Ну и я с Яном естественно. Где-то там, далеко за полутора километрами хитросплетений отсеков, переборок и механизмов, так же, чувствую, тревожно ждут в уменьшенной копии нашего помещения еще двое из команды корвета и самый "многозвездный" наш представитель. Российская Монархия добровольно предоставила место в своем модуле для пятидесяти тысяч индийских колонистов. Тоже еще теперь ответственность на мою шею. Манилал Радж - их глава, седьмой и единственный настоящий руководитель группы колонистов на борту. Не учавствовав в церемонии отбытия по каким-то внутренним причинам, он оказался, как следствие, в нашей теплой компании. Но, главный все равно я! Покапитанствовал на свою голову." - Руслан просиживал штаны в капитанском кресле, изображая всезнающего и совершенно во всем уверенного, и, одновременно с этим необременительным делом, анализировал окружающее, занося мысли в архив чипа. - "Вот интересно, чем же, все-таки, собрался нас удивлять ИскИн? Про то, что мы не выдержим инерции без капсул я ему десяток раз повторил. Есть мнение, что дошло. Он у нас вообще вменяемый. Прямо, на радость... А разборки на тему, кто главный, похоже еще не все позади. Взгляды по помещению так и мечутся. Интересно, люди, как вид, в принципе, способны сосуществовать нормально? Ведь в любой обстановке грыземся... Ладно, сейчас дрязги преодолены, это главное. Не без помощи Мэй надо сказать. А там посмотрим. Пока это на заднем плане".
   Капитан упруго откинулся в на спинку своего "трона". Переключится на ведение дневника целиком не получилось. Он снова почувствовал, как, украдкой и недобро, оглядывается на него Вальд.
   - "Что же, там дальше, если мы сейчас уже имеем такие проблемы?" - Ловить на себе подобные взгляды, кстати, чертовски неприятно. Еще неприятнее - осознавать, предсказания "Вороны-каркуши" сбылись на сто процентов.
   - "Интересно, мы для псиоников все настолько прозрачны?" - Ласку передернуло.
   Задуманное ИскИном его волновало поменьше. Тот частично поделился информацией на тему своих замыслов, благо, к допросу подключилась все та же, быстро становящаяся незаменимой, психолог. Оказалось, Омега перенастроил компрессоры гравитации кораблей на компенсацию последствий ускорения в узких пределах боевых рубок. Да, тесно, но, зато, возможности системы возросли многократно. Именно по этому они сидели в тесноте всей толпой. А техника переживет перегрузки и так. Рассчитана. Вон, для модулей колонии, вообще никто никакой компенсации не делал и ничего. Лишь бы все люди в стазисе были.
   Однако, по заверениям компетентных спецов, одних установок гравитации было маловато, с учетом планируемого ускорения, даже на небольшое помещение. Да и не рассчитана система компрессора на такие эксперименты. Управление гравитацией, на момент отбытия корабля-колонии, относилось к малоизученной области. Компрессоры ставили только на военные экспериментальные суда. Причем, в качестве, скорее, варианта вспомогательных двигателей, чем для удобства экипажа. Кто станет монтировать установку, занимающую четверть объема корпуса, только для создания удобств?
   Нет, смысл был совсем не в этом - сочетание двух маршевых ионных движков и гравикомпрессора давало вполне сносную возможность вытаскивать тот же эсминец на орбиту планет с гравитацией даже около двух g. И позволяло неповоротливой, не имеющей ничего общего со стройной наукой - аэродинамикой, туше парить в атмосфере.
   К сожалению, чем больше становился корабль, тем непропорционально более мощный нужен был компрессор. Это же накладывало и ограничения на крупное строительство в космосе, требующее хоть какой-то опоры. Соответственно, шедевром орбитальной сборки-литья больших объектов оставались собратья имеющегося в их распоряжении эсминца.
   А, к примеру, требующий цельности конструктива, маршевый двигатель колониального транспорта уже создавали на луне с использованием наноассемблеров. Что, кстати, потребовало переориентировать нанофабрики всех стран-участниц исключительно на нужды стройки. Трудозатраты были таковы, что более сложной задачей в истории человечества, вероятно, оказался лишь последующий вывод на орбиту и монтаж чудовищной пятилепестковой ромашки воедино с остальными частями проекта "Омега". Прочность же огромного корабля, несмотря на кажущиеся подавляющими параметры, была весьма ограниченной. Любой резкий не осевой импульс был способен разрушить несущие балки, переломив корпус как спичку. Скомпенсировать последствия инерции при маневрах и ударах, без адекватного управления гравитацией, у такой массы было нечем, что, в частности, приближало к нулю военную ценность носителя.
  
   - Начинаю подготовку к запуску маршевого двигателя! - Раздался замогильный голос ИскИна, рядящегося еще для членов экипажа, под бездушную БД.
   - Омега, ты понимаешь, что если твоя идея, какой бы она не была, недостаточно продумана, то нас просто вотрет тонким красным слоем в стены? - Послал сообщение по личному каналу Ласка.
   - Все под контролем, Капитан! В конце концов, избавится от вас я мог бы и более простыми способами.
   - Хмм. Куда уж проще, если честно...
   - Я обдумаю твое предложение. - Обнадежил в ответ Омега. И, уже через динамики, добавил для всех. - Минутная готовность! Перевод стеллараторов на потоковый режим генерации плазмы! Накачка рабочего тела инициирующего лазера!
   Ох... - Не слишком громко сообщил свое мнение миру сидящий рядом с безопасником Сержинский. - Что-то я стал пессимистом на старости лет. Рус, тебе какая стена для собственного портрета в кровавых тонах больше нравится?
   - 45 секунд! Раскачка гравитационного компрессора до форсажного режима! - Грохотал, тем временем, голос ИИ. - Подача плазмы на форсунки впрыска! Полная диагностика системы... Отклик: норма!
   - 30 секунд! Холостой впрыск плазмы в фокусную зону! Форсунка 1. Впрыск - плазма в фокусе! Форсунка 2. Впрыск - плазма в фокусе...
   Покрытая старыми шрамами, необъятная туша корабля-колонии, которую еще недавно озаряли лишь блики далеких звезд, да призрачное сияние быстрых ионов, вдруг оделась теплым желтым ореолом. Там, за толстыми металлическими лепестками основного рефлектора, на корме, нацеленной в сторону избранной звездной системы, вырос тонкий, жарко сияющий жгут раскаленного вещества.
   - Пяти секундная готовность! Генерация плазмы в норме! Истечение рабочего тела в норме! Синхронизация импульса зажигания с гравитационным компрессором! Норма.
   Где то под полом жадно взвыла деформируя пространство рубки гравитационная установка.
   - 2...1... 0! Разряд!
   В доли секунды накопители мощнейшего лазера отдали запасенную энергию. Тонкий, словно шпага демона, огненный луч вырвался на волю и ударил в облако горячего дейтерия сжатое в фокусе отражателя, мгновенно подняв его энергию до звездных температур.
   Темноту межгалактического промежутка развеяла вспышка, нагло затмившая любые царившие здесь прежде звезды. Корабль-гигант дернулся своим нескладным телом, задрожал от бушующей за его кормой мощи, борясь с влекущей его инерцией.
   - Обратное вектору движения ускорение 45g! Все системы в норме! - Штатно доложил Омега. - Но слушать его было уже некому. Рубка была заполнена синим туманом, сквозь который не проникали даже мощные видеосенсоры.
   - "Пожалуй я погорячился с этой перестраховкой". - Подумал ИскИН, корректируя параметры слишком плотного облака стазис-нанов, окружившего людей. - "Боюсь капитану это не понравится...".
  
   Руслан Лемех пришел в себя и понял, что он не может пошевелить и пальцем. Не двигались даже глазные яблоки. Не слишком приятное ощущение, надо сказать. Перед уставленными в одну точку глазами плыл синий дым.
   Попытка напрячься успеха не принесла, лишь вызвав чувство холода и снопы сверкающих белых искр вокруг.
   Он попытался задействовать компьютер-имплантант и пережил еще несколько неприятных секунд, пока, наконец, система не откликнулась, расцветив поле зрения интерфейсными элементами. Капитан подавил мгновенное желание освободится, задействовав мышечные усилители, выбрал пункт "связь" и открыл радиоканал.
   - Омега, откликнись!
   - Я тут, Капитан. Не пытайтесь двигаться.
   - Уже пытался, а смысл? Я знаю, что буду не оригинален, но, традиционный вопрос, какого черта? Я снова в гибернедизаторе? Что произошло?
   - А что такое? - Подозрительно невинно поинтересовался Омега.
   - Ага! Чувствую, все предыдущие события мне не приснились! Не валяй дурака. Дай догадаюсь, это не криокапсула, а командный отсек? Ты нас всех здесь заморозил?
   - Да. Только я не планировал такую глубокую заморозку, как получилась. По идее, надо было только обеспечить вязкость среде.
   - Я даже дышать не могу, это, по-твоему, вязкость?
   - Кислород стабильно доставляется в легкие. Включен режим стабилизации молекул, без их полной остановки. Функции дыхания берут на себя сами наниты. Сейчас их концентрация еще упадет, и можно будет даже немного двигаться и видеть. Первоначально, в момент старта, я впрыснул слишком много нанов. Был риск отказа гравитационной установки и я стремился свести возможные последствия к минимуму. Сейчас уже все проверено, а ускорение не так велико, по этому, я счел возможным перейти в щадящий режим. Хотя, в принципе, в нем тоже нет необходимости.
   - Тогда вырубай это синее говно, я тут себя чувствую как бизнесмен в девяностые.
   - Сейчас выключу. А как это, "в девяностые"?
   - Армирующим элементом в фундаменте строящейся высотки! Скажи лучше, что там на счет уменьшившегося ускорения? Мы уже никуда не летим?
   - Нет, мы уже прилетели. Я решил, раз уж вы все в глубоком сне, то незачем вас будить до финиша. Сейчас мы глубоко внутри системы, скорость корабля относительно центрального светила 0,05 световой. Готовлюсь выйти на эллиптическую орбиту вокруг второй звезды системы. Маршевый двигатель заглушен, ресурс рабочего тела 25% от первоначального объема. Прежде чем начинать маневр разморозил вас всех. Режим гибернедизации не был таким глубоким, как в прошлый раз, по этому процедура более быстрая.
   - Про твою самостоятельность я ничего не скажу. Бесполезно. Об одном прошу, предупреждай заранее. У меня создается четкое ощущение, что тут, на корабле, не горстка затерянных в космосе, и не последний шанс человечества на возрождение, а цирк Шапито на выезде. Матом что-ли начать ругаться?
   - Хорошо капитан. Я постараюсь.
   - Уж постарайся.
   Синяя дымка развеялась, оставив после себя изморозь на стенах, маленькую локальную зиму в атмосфере и кучу недоумевающих людей. Ласка оглядел свою разношерстную команду и пострадавших не обнаружил. Разве, только, морально. От его внимания не укрылось так же, что Мэй и Сержинский многозначительно переглянулись. Они явно имели с Омегой похожие разговоры, и теперь парочка жаждала чьей-нибудь крови. Руслан покачал головой и легонько кивнул на остальных пассажиров. Мол, не до драки, соврите лучше че-нить команде, этакое. Поубедительней.
   Началась суета.
   Пока помощники его разговаривали с экипажем, Руслан занялся осмотром окрестностей. Экраны высветили окрашенное в огненно алый с черными пятнами цвет тело маленькой звезды. Межзвездный транспорт падал к ней почти перпендикулярно к плоскости эклиптики.
   - Омега начинай маневр выхода на орбиту и одновременно просканируй систему на предмет выбора подходящей планеты-спутника.
   - Уже исполняется. Через пять минут ляжем на дальнюю круговую орбиту. Ожидаемый расход рабочего тела для питания ионных двигателей 0,001 %. Обнаружено двадцать шесть спутников с длинной экватора от семнадцати километров до пятидесяти трех тысяч. А так же пылевые кольца.
   - Пятьдесят три тысячи? Это серьезно. Что за мир?
   - Снова неудачный выбор. Крайне геологически активная планета. Сплошные разломы. Там тепло и залежи полезных ископаемых должны быть большими, но токсичная атмосфера.
   - Кислородные миры есть?
   - Предположительно, да. Планета, 34 тысячи километров на экваторе, но...
   Тут речь Омеги оборвали несколько весьма ощутимых толчков, отдавшихся тяжелым гулом внутри корпуса. У Руса заныли зубы. То ли от звука, то ли от предчувствия очередных неприятностей.
   - Что это было?
   - Столкновение, Капитан, секунду. Обрабатываю данные.
   - Какие данные?? Не ты ли утверждал, что ситуация под контролем и отслеживаются все опасные тела?
   - Тревога!! Вероятна атака! - Вдруг взвыл ИИ, и перейдя снова на радиосвязь добавил. - Капитан, это не астероиды! Они сманеврировали чтобы столкнутся с нами. Причем, на близких к нашей скоростях!
   - Омега, заткнись и не нагнетай, у нас команда еще от предыдущего шока не отошла. - Скинул резкое сообщение переигрывающему ИИ Руслан и обратился к спутникам. - Ян, Мэй, вы разъяснили ситуацию? Тогда по постам все, у нас боевая тревога. Предположительно - десант или ракетная атака! Свои действия в случае угрозы кораблю все помнят? И доложите кто-нибудь о происходящем на корвет! Пусть подключаются к нашей рубке напрямую. Система, сообщить о повреждениях!
   - Повреждений не обнаружено. Найдено семь объектов, прикрепившихся к броне в районе кормовых отсеков. Модули с людьми не задеты. Общая масса добавочного груза 95 тонн. - Отчитался Омега.
   - Вывести на экран!
   Видеопанели отрисовали пейзаж внешней обшивки корабля-колонии. Широкое нагромождение кормовых надстроек, несущих в себе емкости с дейтерием, оказалось заляпанно какими-то желто-зелеными кляксами. Детали разглядеть не удавалось. Часть картинки явственно была смоделирована в компьютерной графике.
   - Эта дрянь затянула мои камеры, а сенсор-спутников там, за бортом уже нет. Потеряны при торможении. - Пожаловался на жизнь ИскИн и снова перешел на голосовое общение для всех окружающих:
   - Обнаружено замедление корабля-носителя относительно малой звезды! Обнаружено поле неизвестной природы, излучаемое объектами!
   Колониальный транспорт неторопливо поменял свою траекторию, сползая в постепенно на низкую орбиту и начал огибать тело коричневого карлика по дуге. Тонкие в черноте вакуума светящиеся нити, выросшие из его, по прежнему нацеленной вперед, по ходу движения, кормы, запульсировали, делая корабль похожим на взбесившегося дикобраза. Зеленые волокна неизвестного образования жадно нацеливались в пустоту и истаивали, делаясь неразличимыми уже в нескольких сотнях метрах от обшивки.
   - Обнаружено возмущение в атмосфере звезды! Сканирую! Интенсивность зарегистрированного поля нарастает!
   - Капитан! Это же..! Это чужие!
   - Где?
   - На звезде!
   - Хорошо зарифмовал, смеяться или плакать?! Что значит чужие, объясняй толком!
   - Найден объект, предположительно, искусственного происхождения, ложащийся на курс перехвата. Даю картинку.
   Удивленные и непонимающие возгласы в рубке стихли как отрезанные, когда экраны заполнил слегка подсвеченный центральной звездой системы, блеклый с кроваво-красными прожилками шар коричневого карлика. Там, в сотнях тысяч километров от несущейся в пространстве колонии, из бурлящих облаков сжатого газа, преодолевая чудовищную гравитацию, всплывал матово черный диск. Тяжелые щупальца горячих водородных туч стекали с гладкой поверхности, тянулись вслед странному и нереальному явлению, словно пытаясь задержать его медленное, но неумолимое движение.
   - Обнаружено соответствие векторов неопознанного объекта и интерполяции направления силовых линий поля! Корабль теряет скорость. Расчет параметров ускорения НКО (неизвестный космический объект) и динамики падения импульса колонии совпадает! - Сообщил Омега.
   - Чего? - Как обычно не врубился в словопостроения машинного разума Сержинский.
   - Мать! Да эта хрень нас ловит! - Потрясенно произнес Ласка, напротив, попривыкший уже к заумной терминологии ИскИна. - Омега, мои выводы верны?
   - Да, оно нас судя по всему поймало!
   Объект, тем временем, окончательно покинул бушующую атмосферу взбираясь из гравитационного колодца по невозможной с точки зрения классической механики траектории. Центральная часть его двояковыпуклого диска раскрылась как бутон и расцвела зелеными отсветами. Там в пространство уходили пучки силовых линий, словно скопированные с обвивших межсистемник. Черная поверхность треснула и по краю - некоторые сегменты в боковой части диска сместились, выпуская на волю блистающие молниями разрядов веера прозрачных жгутов.
   - Это что, местный житель?
   - Вероятно, живое существо. - Подтвердил догадку Омега, более не играя в маскировку перед экипажем. - Размеры 764 метра. В диаметре. Максимум толщины диска приблизительно 114 метров... Засечены радио и оптические сигналы со стороны вероятного противника! Дешифрую. Дешифровка частично завершена. Нам предлагают убраться отсюда и как можно быстрее. Предполагаю, что если мы сейчас изменим курс, то оно нас даже выпустит.
   - Черт, а вот и пресловутые инопланетяне. Я до последнего надеялся, что оно неразумно. Как ты смог так быстро расшифровать послание? Если это разум, то абсолютно чуждый!
   - Разум - ключевое слово, Капитан. Не стоит считать себя умнее других. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы дешифровать видеофильм. Кодировка примитивная. Зрелище на десять секунд, где кораблик подозрительно похожий на наш, разворачивается и двигает в открытый космос с песнями. Куда уж доходчивей! Там есть непонятные фрагменты, но они гораздо сложнее. Вероятно, прилагающийся информационный пакет.
   - Ясно. Типа мы здесь, а вы "до свидания"... Нам предлагают убираться восвояси. Орудия к бою. Попытайся отсечь зеленые нити. Пучок ускоренных электронов вряд ли положительно скажется на стабильности полей сложной конфигурации.
   В этот момент щупальца чужого колыхнулись в сторону колонии и объект на экране озарился коротким всполохом. Вырвавшееся на волю огненные потоки преодолели разделяющее противников пространство и лизнули транспорт, закутав его саваном из жара. Мгновение спустя, носитель вырвался из пылающего облака на простор.
   - Засечен выброс облака высокотемпературной плазмы! Оно по нам стреляет! Повреждений нет! Расстояние слишком велико, около двух световых секунд. Плазма успевает достаточно остыть и рассеяться, но общая энергетика выброса очень велика. Если оно подойдет ближе, то урон станет серьезным, а курс у нас предсказуемый, мы не можем резко маневрировать!
   - Руслан, ты собираешься вступать в бой? - Встряла в разговор Мэй. На то, что "база данных" общается не слишком по-компьютерному, никто уже внимания не обращал. А ии слишком неудобно было бы разговаривать на два фронта. - Учти, я чувствую - это не корабль. Оно действительно живое. Начинать отношения с первым внеземным существом с войны, не лучшая идея.
   - А если это редкий или исчезающий вид? - подлил масла в огонь Шварценмейер.
   Ласка скрипнул зубами, призывая себя быть терпеливым.
   - Подведу черту под неуместной дискуссией! На случай, если кто не заметил или не понял еще, то объясняю - вымирающий вид здесь один - это мы. Нас, возможно, всего три миллиона на целую Вселенную! Или у кого-то есть свежие ответы насчет судьбы Земли? Нет? Тогда, те кто-то меня еще держит за Капитана, охолоните эту зверюгу. Она уже слишком близко подобралась!
   В недрах Омеги-корабля лязгнули блокираторы и тяжелые, изъеденные ветрами пространства купола орудийных надстроек раскрылись половинками, уйдя в притертые отверстия. На поворотных станинах вынырнули из темного чрева хищные силуэты тяжелых электронных пушек. Каждое орудие размером с небольшой дом. Вытянутые рыла заскользили вдоль координатных сеток, словно подбирая достойную жертву богу войн.
   - Цель захвачена. - Доложился Омега.
   - Залп по чужому! Замедляющие лучи подождут своей очереди, слишком уж оно агрессивное.
   Орудия разрядились невидимыми струями электронных пучков, и от падения напряжения в сети сморгнул свет в рубке. А еще через секунду пожирающие пространство почти со скоростью света электроны достигли цели. Достигли и бессильно рассеялись, испаряя крупицы космической пыли у бортов агрессора.
   - Прямое попадание! Цель не повреждена! Обнаружено высокоэнергетическое электромагнитное поле вокруг цели! Интенсивность поля приблизительно 35 тесла! Электронные пучки отклонены. Повторить залп?
   - Нет, оно почти не тратит на защиту энергии, наверняка! Его щит отклоняет наши удары а не поглощает! - Пояснил вслух Руслан увиденное, тоже решив, что сейчас не до конспирации. Объяснять дважды для разных аудиторий не улыбалось.
   - Объект, снова выбросил струю плазмы! Повреждения незначительны! Оно все еще недостаточно близко, Капитан. Но продолжает наращивать ускорение, а мы уже падаем в гравитационный колодец звезды ему на встречу! Все! Имевшиеся 0,05 скорости света кончились.
   - Эта дрянь использует против нас нашу же кинетическую энергию! Отсекаем зеленые лучи! - Сообразил Лемех.
   Прицелы орудий сместились, подчиняясь команде Руслана. Экипаж работал слажено и деловито. Впрочем от людей и не требовалось особых действий, так как теперь основные обязанности по наведению и контролю над техникой взял на себя Омега, более не изображающий базу данных. В операциях же вычисления векторов и траекторий с квантовыми компьютерами ни одному человеку сравниться дано не было.
   Снова мигнул свет и тонкие нити ускоренных электронов скрестились на одном из тягловых лучей, что испускала дрянь облепившая колонию. Долю секунды было впечатление, что ничего не происходит, но вдруг по зеленому свечению пробежала рябь и луч распался миллиардами светящихся точек! Броню корабля окатило пламя, слизывая с нее часть налипшей гадости.
   - Действует! Продолжайте! - Обрадовался Ласка, но сразу осекся, поймав затравленный, безнадежный и, в то же время, умоляющий взгляд Мэй. Псионик была на грани истерики.
   - Что такое, Мэй? - Послал он ей сообщение по личному каналу через имплантант.
   - Оно, - Рус! Почти закричала китаянка, путая слова. - Оно очень разозлилось, оно хотело нас поймать. Но не смогло и когда это осознало... Теперь оно думает, что уже нас убило! Я чувствую его ярость. Оно что-то сделало! Не знаю, что!!
   И тут стало понятно "что". Зеленое свечение нитей исходящих из тела твари вдруг отделилось, свободно поплыв в пространстве, а сам хищник резко сбавил ход. Нити знакомо полыхнули, но вместо распада произошло нечто другое. Выглядело это так, словно зеленая паутина втянулась в невидимый тоннель, дыру находящуюся между преследователем и жертвой. Канаты той же энергии, опутавшие колонию, наоборот налились силой изумрудного огня.
   - Обрубай их! Обрубай же!! - Не своим голосом заорал капитан Лемех, интуитивно поняв, что сейчас произойдет нечто весма неприятное.
   Но было уже поздно. Паутина разбухла, словно проталкивая сквозь себя что-то огромное, несущееся из тьмы Вселенной к поверхности колониального транспорта, а затем разом обрушилась со всех сторон на броню. Засияли протуберанцы сошедших с ума электрических зарядов! Вся корма межсистемника утонула в море бушующего плазменного ада.
   Руслан почувствовал, как неведомая сила вырывает его из кресла и немилосердно дергает куда-то назад и в сторону, выворачивая, разрывая плоть на ошметки, а затем сознание его погасло задутой свечой.
  
   Глава 7
  
   Лемех пришел в себя в темноте. Первым делом он отметил, что за сегодняшний субъективный день количество выпадений его, Ласки, из реальности превзошло всякие разумные пределы. На взгляд капитана госбезопасности этот вопрос стоило внимательно обсудить с Омегой. Как и многое другое, наболевшее. Второй мыслью стало понимание того факта, что теперь он знает, что есть такое Настоящая Головная Боль. С большой буквы. Имплантант скупо проинформировал хозяина о том, что тот был в отключке всего несколько секунд. Из-за сильных травм. Был задействован лечащий агломерат нанов, после чего все функции контроля над организмом пользователя оказались перехвачены внешним устройством, через открытый на момент травмы, канал связи. После этого чип затих, а в сознание раскаленной иголкой ввинтился голос Омеги.
   - Капитан, ваша энцефалограмма стабилизировалась! Вы должны меня слышать! Очнитесь! - Паника в запросе ИскИна ощущалась неприкрытая.
   - Я тут. - Напрягши расползающиеся мысли, сформировал ответ Рус. - Что произошло?
   - Атака! Анализ косвенных данных говорит, что предметы, с которыми мы столкнулись до начала боя, взорвались. Судя по мощности всплеска, с учетом рассеивания и вторичных затрат, мы получили в корму заряд, в точности эквивалентный относительному уровню энергии, потерянной в результате попадания в эту ловчую сеть. Колония получила случайный импульс и теперь беспорядочно вращается.
   - Доложи о повреждениях!
   - Эсминец не пострадал. Корвет с вероятностью 50% не пострадал. Модули колонии вероятно не пострадали - процентов на девяносто. По данным визуального наблюдения с сохранившихся сенсоров у нас отсутствуют кормовые отсеки. По косвенным данным утрачено два стелларатора. Один находится в режиме аварийной защиты. Один дает тридцать процентов мощности. Управляющие системы разрушены.
   - Отсутствует корма? Что напрочь? Не верю... Там же отражатель! Керамика, фуллерит, вольфрам и все это в десятках тысяч тонн! Это какая же нужна мощность чтобы маршевый испарить? Боги мои! Спасибо, кто бы вы ни были. Да если бы чуть в сторону и все! Ох... Так, спокойно. Что со мной?
   - В момент удара я впрыснул в рубку нанозаморозку, чтобы вас всех о стены не размазало рывками. Но тебя я заморозить не мог - я никогда не вел космических боев, я не знаю, что делать, понимаешь? А эксперимент тут не уместен. Анализ показывал, что ты способен выжить при таком ударе. И он оправдался. Ну почти.
   - Что значит почти?
   - Ну, в общем, у тебя сломан позвоночник в четырех местах, раздроблена грудная клетка и перелом правой руки. А еще трещина в черепе, массовые разрывы внутренних органов, обширное кровоизлияние в мозг и э... нарушена репродуктивная функция. Хотя - это меньшая из твоих проблем, я думаю.
   - Шшто?! Я сейчас тебя...
   - Спокойно, Руслан, только без паники, ты же знаешь, что все это лечится в наших условиях. Наны тебя держат. Через неделю будешь как новый. Самое сложное - кости срастить. Уж больно материал прочный.
   - Убью. Всех. Встану и убью... - коротко проинформировал Ласка. - Как новый... Это, если жив останусь что-ли? Еще один сколько-нибудь серьезный удар и никакие наны мне уже не помогут, ты это понимаешь? Фарш, он не регенерирует, в нем нечему... И черепушку новую нанороботы тоже отрастить не смогут, как мне кажется. Да, а почему я не чувствую боли? В теле я имею ввиду. Голова даже очень болит.
   - Рус, ну что мне оставалось делать? А твоя голова не должна даже думать. У тебя же инсульт. Я взял под контроль твоих медицинских нанов и сейчас большая их часть эмулирует работу клеток мозга. За одно, кстати, спасая настоящие. А от ощущений в теле тебя даже отключать не надо - позвоночник-то сломан! И глазные яблоки тоже повреждены. По этому темно. Сейчас я спроецирую изображение на сетчатку, она, вроде, уцелела. А мы, смею напомнить, деремся с чужими.
   - Чертов Сержинский! Это он все накаркал. Ладно. Где мы, где чужак, что творится сейчас и, вообще, о какой драке идет речь в нашем плачевном состоянии?
   - Продолжение боя возможно. У нас сохранились орудия, есть возможность подать на них энергию. Правда не с такой интенсивностью, но все же. Кроме того есть ТЯЛР-боеголовки. Ядерные ракеты в энергии не нуждаются. Только на запуск. Эта тварь значительно сбавила ход, но, как только засекла, что мы уцелели снова начала разгоняться. Я задействовал твою вторичную нервную систему, чтобы не терять времени. Картинку выдам, как только вернемся в естественый для твоего восприятия временной поток. Переключать?
   - Давай. - выдохнул Рус.
   Сразу отступила темнота, сменившись сиянием не прикрытых атмосферной дымкой звезд, будто Ласка оказался в открытом космосе. Некоторая излишняя четкость выдавала в картинке графическую компьютерную отрисовку.
   Из круглых отверстий, окаймляющих темный диск чужого по краю, вырвались и устремились к Омеге, почти неразличимые при таком увеличении, бугристые мячики.
   - Объект выпустил рой малых тел. Предположительно мобильные мины аналогичные примененным ранее!
   - Сбивай эту дрянь из пушек, все равно они против него самого не помогают! И запускай ракеты, церемонии кончились!
   - Исполняю.
   Приказы инициировали длинную цепочку расчетов, сверок, прокладки курса и настроек систем наведения. А потом в носовой части избитого колониального транспорта, продолжающего оплевывать пространство короткими импульсами электронных орудий, отьехали в стороны броневые плиты, раскрывая жерла ракетных установок. Каждый из трех сохранившихся после старой аварии модулей нес три же многоразовых пусковых шахты и шесть ракет боезапаса. Взвыли соленоидами электромагнитные пусковые и Омегу-корабль мягко толкнула отдача. Прайд из девяти ракет синхронно врубил реактивные двигатели, выполнил разворот на цель и огненными иглами рванулся в темноту, на встречу пришельцу.
   - Текущая обстановка: Поражено семь малых тел из двенадцати. Их ориентировочное подлетное время - одна минута. Ориентировочное время полного уничтожения - сорок пять секунд. Капитан, эта штука понятия не имеет о средствах преодоления ПРО. Я их как куропаток бью, влет. Они даже не маневрируют!
   - Хорошо, что с нашими ракетами?
   - Подлетное время до цели одна минута, двадцать секунд! Пересеклись с очередным облаком плазмы. Защита ракет держит воздействие. Сброс разгонной ступени, начало инерциальной фазы полета.
   Тонкие трассы пламени, уменьшившиеся до пунктироного состояния, потускнели и закрутились вихрями остывающего конденсата.
   - Разделение боевых частей! Коррекция курса!
   Несущиеся в пространстве конусы треснули распадаясь на фрагменты. Каждая боевая часть несла в себе симметрично по три боеголовки типа ТЯЛР. Засверкали на темном фоне двигатели коррекции и тупорылые грозные болванки вильнули в стороны, затерявшись в облаке ложных целей.
   - Вторая фаза инерциального полета, наведение завершено. Тридцать секунд до подрыва! Все мины нацеленные на нас уничтожены. Объект не предпринимает повторных попыток запуска! Обнаружена активность щупалец!
   Пучки тонких нитей растущих из краев диска одновременно выстрелили в пространство, так, словно снова генерировали плазменный поток. Но выброса огненного облака не последовало. Вместо этого щупы протянулись на сотни километров вперед и слепо зашарили там, полосуя пространство. Засверкали вспышки!
   - Эта дрянь сбивает ракеты! 25 секунд до контакта! Потеряно 8 боеголовок! 20 секунд! Потеряно 14 боеголовок! 15 секунд! Потеряно 17 боеголовок!
   - Как он это делает?! Как могут у существа быть щупальца длинной в тысячу километров?
   - В тысячу триста, если быть точным! Это какое-то сочетание вещества и поля! По данным мониторинга, боеголовки разрушаются мощным электрическим разрядом при контакте!
   - 7 секунд! Потеряна 21 боеголовка! Они должны прорваться, даю отсчет! 6... 5... 4... Обнаружено скачкообразное возрастание уровня электромагнитных полей! Энергия пульсации до 115 тесла! Боеголовки отклонены!
   На встречу пожирающей расстояние смерти черных конусов выплеснулась не менее прочная, при такой мощности поля, чем сталь, силовая волна. Удар покорежил и отшвырнул атомные заряды с избранного курса. Выработавшие топливный ресурс боевые части промахнулись на пол сотни километров, и ушли вниз, расцветив атмосферу маленькой звезды красочным фейерверком метеоритного дождя.
   - Боеголовки не прошли! - Сообщил Омега ничего не выражающим тоном. - У чужого обнаружена высокая энергопотеря щита. Текущая мощность не более одного тесла.
   - Жарь его!
   Батареи колонии вновь сменили прицел, разразившись яростным огнем! Невидимые канаты электронных пучков пронзили вакуум и уперлись в черное тело загадочного агрессора, растекшись по нему реками высоковольтных разрядов! Взбесившееся электричество оплело его, скрыв практически полностью.
   - Жги эту дрянь, жги! - Подбодрил Руслан. - Что же она ускорение-то не сбавляет?!
   Заряды полосовали броню пришельца оставляя глубокие, ясно различимые борозды, но тот, словно неподвластный оружию дракон, продолжал свое монотонное преследование земного посланца.
   - Заговоренный он что-ли?! Что за броня у него такая?!
   - По данным спектрального анализа - это стабилизированный металлический водород! Боюсь, как бы эта структура не оказалась нам не по зубам. Проколоть панцирь на таком расстоянии точно не сможем. Диаметр пятна при попадании около 20 сантиметров. Это слишком много! Не только у него с дальностью проблемы! Электронные пучки тоже рассеиваются! Может быть, если подойти ближе...
   - Тогда оно нас спалит! Мне даже не сманеврировать. Патовая ситуация. - Пожаловался ИИ. - Обнаружен рост интенсивности поля! Оно восстанавливает щит!
   Рус, уже не слушая, вгляделся в сияние радиоактивных облаков оставшихся от разрывов пары боеголовок, сработавших все же, при входе в атмосферу коричневого карлика. Те имели весьма характерную форму. Схематичный перевернутый конус из отдельных, расплывающихся уже полос. Странно... И тут до Ласки дошло.
   - Запускай вторую партию ракет!
   - Капитан, это бесполезно! Они снова не пройдут! Это же наш последний запас!
   - Делай, что я говорю! Я знаю! - Мысленно заорал вне себя от ярости капитан, и, уже спокойнее, почувствовав мягкий толчок старта, добавил. - Не смей мне возражать в критической ситуации! Никогда! Подчиняйся и не паникуй! Скажи, ведь боеголовки контактного типа?
   - Да, Капитан!
   - Никаких контактов, подрыв по команде! И лупи снова по этой дуре из пушек, чтоб она понервничала!
   - Обнаружен запуск трех мин! Сбивать?
   - Нет, не отвлекайся, нам не до них! Стреляй по чужому.
   - Инерциальная фаза, разделение боевых частей! Коррекция курса! ... Обнаружена атака щупалец! Потеряно 7 боеголовок!
   - Жди команды!
   - Потеряно 17 боеголовок, 15 секунд до цели! Капитан, это бесполезно! В вакууме нет переносящей ударную волну среды! Взрыв на расстоянии не сможет повредить...
   - Жди!
   - 10 секунд! Потеряно уже 21! Отсчет! 9... 8... Нарастание силового поля! Потеряно...
   - Подрывай!
   - Исполняю... Подорвано четыре уцелевшие боеголовки!
   Есть! - Не своим голосом взревел Руслан. Ввиду плачевного состояния организма - про себя, но от этого не менее эмоционально. И добавил для Омеги лаконичное. - Молодец!
   А в половине световой секунды от него, в этот момент, родились вспышки термоядерных взрывов. Волна излучения хлынула в зеркала третьей ступени атомных устройств чтобы, отразившись, испарить тонкие бериллиевые стержни.
   - Это же оружие специально создававшееся для применения в условиях космоса, Омега! Просто оно никогда не испытывалось в реальных условиях. В программу заложена всего лишь оптимальная тактика применения! Понимаешь? Нам не оптимум нужен, а результат! ТЯЛР - термоядерное, лучевое, рентгеновское. Это одноразовые лазеры с ядерной накачкой. Ни какое электромагнитное поле не сможет погасить рентгеновский пучок с подобной энергией!
   Взрыва самих боеголовок практически не случилось. Так, вспухли в темноте маленькие сине-белые шарики и сразу опали, скраденные спецификой устройств. Зато был виден результат.
   Узкие, но несущие в себе чудовищную мощь термоядерного синтеза, ланцеты рентгеновских лучей ионизировали случайные облака попавшейся им на пути пыли, вызывая туманное свечение. Каждая боеголовка превратилась в четыре злых лазерных шипа. Часть из них прошла мимо, но промахнутся вовсе, на столь коротком расстоянии, было невозможно. Пять нитей жесткого излучения отыскали свою жертву и вонзились в нее.
   Броня зверя этот поток остановить не смогла. Он прошил чужого насквозь породив гейзеры из смеси кипящего металла и внутреннего содержимого. Значительная часть пораженного объекта попросту испарилась!
   Останки того, что было еще недавно грозным оружием, нелепо разлохматившись и распадаясь на части, потянулись в неизвестность, влекомые уже лишь инерцией. Не нашедшая на своем пути достойной преграды энергия пучков, же, умчались дальше, вновь поразив густую облачную плоть малого светила.
   - Цель разрушена. - Ровно доложил Омега. - Почему вам людям из всего нужно сделать мелодраму? Чтоб в последний момент и на пределе сил? Я, между прочим, не железный.
   - Квантовый?
   - Не суть. И вообще, я тебя отключаю. Сержинский отлично справится с полномочиями заместителя командира. Точнее заместителя того, что осталось от командира. - Уколол напоследок ИскИн и нахально вырубил сознание Руслана, не дожидаясь ответа. На его рациональный взгляд все, что намеревался сказать Ласка, было уже слишком очевидным...
  
   Глава 8
  
   В рубке стоял удушливый запах паленых микросхем. В сочетании с очередной порцией инея на стенах это смотрелось до одури неестественно. Брызги индикаторов на экранах полыхали алым огнем. Впрочем, Мэй сейчас волновал алый другой, куда менее технологичный. Тот самый алый, лужа которого расплывалась под лежащим у стены изломанным телом. Капитан Лемех выглядел трупом на двести процентов.
   Собрав эмоции в кулак девушка всхлипнула и, сжав зубы решилась действовать. Как учили и как подсказывал собственный характер.
   Рядом шумно заворочался Сержинский и китаянка, сидящая на полу поняла, что хоть с ним, к счастью, все в порядке.
   - Омега! Обстановку! Ян, хватит возится, быстро погляди, что с нашим Капитаном. Мне его все равно не сдвинуть. Я проверю остальных пока!
   - Подождите, доктор Чанг. Капитана лучше не трогать, обширные повреждения. Я провожу первичную фазу регенерации. Сообщу, когда он станет транспортабелен. - Вежливо и успокаивающе сообщил ИскИн. - По обстановке докладываю: Бой окончен, Рус его вел и выиграл. Из-за чего, собственно, ему и досталось. Положение корабля стабильно и не требует срочного вмешательства. Других пострадавших нет. Пересылаю запись событий, откройте канал.
   Одновременно с этим, имплантант сообщил своей владелице о наличии входящего сообщения. Несколько минут Мэй знакомилась с записью последних событий.
   Ян, тем временем, бродил по рубке, помогая расшевелить отходящий от очередного сеанса стазис-сна экипаж. Свою копию записи он смотреть не стал, ограничившись прослушиванием тезисного изложения Омеги. Майор разумно считал, что, подробности - это всегда успеется, не до деталей. Да и, судя по ошарашенным лицам, не столь ленивых, как он, окружающих, запись имела все шансы стать популярней саги о Титанике. Так что, не судьба пропасть ей в архиве.
   Сейчас Сержинского больше волновал тот факт, что присутствие ИскИна на борту становилось очевидно даже детям. Впрочем, этот вопрос он тоже решил отложить - благо, людям, сейчас, было не до сравнительного анализа. Хотя, в целом же, момент был удачный, чуть сглаживающий общим размахом событий такую мелочевку, как разумный комп.
   - Омега, что с кораблем? И кто исполняет обязанности капитана?
   - Исполняющим обязанности Капитана временно назначен майор Ян Сержинский, то есть, ты. Обязанности первого помощника возложены на доктора Мэй Чанг. Корабль понес значительные повреждения. Полностью выведены из строя маршевый и вспомогательные двигатели. Полный коллапс энергетической системы носителя. Два стелларатора утрачены, еще два в нефункциональном состоянии. Накопители разрушены. Остаточная энергия в сети интенсивно рассеивается. Герметичность потеряна. Связь с основными системами отсутствует. Связь с корветом нарушена. Корабль находится на стабильной орбите вокруг карликовой звезды "Мэй". - Омега, примолк на несколько секунд и добавил, до кучи. - Параметры орбиты не соответствуют допустимым в энштейновой метрике.
   - Недопонял! Поясни, как это?
   - Мины, Капитан. Нас снова припечатало. Энергетическая сеть с последним залпом накрылась окончательно и бесповоротно. Я не смог перезарядить накопители орудий, чтобы сбить их. У меня был план, использовать корвет. С его достаточно дальнобойным оружием имелись приличные шансы, но я не смог произвести расстыковку. Он застрял в обломках. Так что эта хрень нас, напоследок, подстрелила.
   А мины эти, если ты заметил, не взрываются сами по себе. Это какой-то инерциальный накопитель. Они заглатывают любую кинетическую энергию, слишком явно отличную от фонового потенциала привязки. Возможно, чужак использовал для маневров и извлечения энергии именно этот принцип. По крайней мере, сейчас мы должны падать на дно гравитационного колодца звезды с весьма приличным ускорением, чтобы занять, в итоге, гораздо более низкую орбиту. А мы тут плещемся, как бегемот в раковине, будто гравитационного поля, сверх удерживающего нас на траектории, просто не существует.
   Мы плещемся, а они, соответственно, заряжаются. Но не думаю, что слишком уж быстро. Гравитация - очень слабое взаимодействие, как ни крути. Так что, непосредственной опасности нет. Емкость у этих штук огромная, судя по предыдущим событиям. Можем так не один год кружится, пока они надумают рвануть. Вот только с маневрами полная труба. И еще, одна из мин влепилась в китайский модуль. Я теперь даже процедуру расстыковки запустить не могу - как только модули разделяться начнут эта штуковина съест импульс и выйдет куча мала. Итог - мы влипли.
   - А ты, гляжу, оптимист у нас... С экипажем корвета контакт есть? Как они там? - поинтересовалась бледная еще Мэй.
   - Устанавливаю пока. Я же их тоже заморозить, к счастью, успел. Еще, думаю, придется отстрелить второй сенсорный спутник. Внутри корпуса у нас сплошные пожары и разряды электричества из пробитых кабелей. Я даже наноцепочки выстроить не могу, чтобы точнее разрушения оценить. Кстати, Руслана уже пора переносить в медицинский отсек. Поручите кому-нибудь. Чего он у вас, будто колбаса, валяется? Если сказано не трогать, значит можно на больного, вообще плюнуть? Ну, люди...
   Мэй спохватилась развив бурную деятельность, дернула пару выглядящих наиболее вменяемо ребят из-за пультов и памятного Иоханна, за компанию. Представляющий европейских колонистов австрияк оказался, по образованию, врачом-микробиологом. Впрочем, удивительного в этом было мало - всех колонистов старались отбирать по принципу овладения ими хоть сколь-нибудь полезными навыками. На эсминце естественно имелся штатный врач, он же главврач экспедиции, по совместительству, но Омега, уверенный в собственных способностях относительно врачевания, будить его не стал. Так же, собственно, как и ряд других колонистов, чье присутствие на его беспощадный взгляд было сочтено излишним. У Руслана же до таких мелочей не дошли руки, так что он пустил вопрос на самотек, не осложняя отношения с разыгравшимся ИскИном. Тот, в конце концов, плохого не желал, да и беды большой в его действиях не усматривалось.
   В результате два доктора, оба имеющие слабое отношение к реальному врачеванию тел людских, покинули рубку, двинувшись скорбной процессией в лазарет истязать беднягу контрразведчика.
   Чанг, при этом, особенно спешила исчезнуть, пока никто не обратил внимание на крохотную оговорочку Омеги, насчет наименования второй звезды системы.
   Естественно, это было ее рук делом. Пока неразлучная парочка офицеров героически воевала в недрах корабля с неведомым крокодилом, она подробно просматривала архив событий, произошедших до ее пробуждения. Наткнувшись на историю с окрещением звезды, она естественно не смогла удержатся и внесла свою лепту. Теперь, хоть ей и было слегка стыдно за собственное самомнение, но мысли об отступлении не посещали, так что доктор норовила спустить вопрос "на тормозах".
   Тем временем Сержинский, даже и не заметивший, к слову, тонкого момента с названием, был вынужден в очередной раз перенести общение с представителями власти.
   Из этой компании у него вызывали настоящую симпатию только двое от модуля Япония-ЮАР. Прекрасно владеющий боевыми искусствами, обманчиво круглолицый дипломат-японец Ясото Таширо, очень крупный для представителей своего народа, выглядел ледяной скалой на фоне юркого и сухого Питера Абдула - африканца лет сорока, с темной, до черноты кожей, курчавящимися волосами и светлой редкой бородкой. Последний был представителем редкой профессии синтет-аналитика, что выдавало в нем незаурядные умственные способности.
   К способностям в нагрузку прилагался холерический характер и бойкий язык. Впрочем, последнее с лихвой компенсировалось монолитной молчаливостью японца. Предпринимал ли тот для сдерживания напарника какие-либо усилия, используя свой довольно значительный пси-потенциал, или просто этих двоих связывали дружеские отношения, Сержинский не знал, но, в итоге, беседовать с их парой было вполне возможно. Конечно была еще китаянка, так не похожая ни на кого... Но, по отношению к ней, простодушный Сержинский ощущал неизбывную настороженность и что-то еще. Непонятное.
   К счастью руководителей-политиканов, помимо вышеперечисленных, оказалось в рубке уже не так уж много. Иохан и Мэй еще не вернулись, а с корветом, где обретался Манилал Радж связи не было. Впрочем, как раз к этому человеку Сержинский никаких, по настоящему негативных, эмоций не испытывал. Просто ему казалась странной ситуация, когда в роли голоса колонистов от России и Индии выступает именно индус. Делить с ним первое место, право имел один Руслан, так как, при отлете, именно Манилал был назначен вторым управляющим русско-индийского сектора.
   Такая вот бюрократическая заморочка вышла. В руководящих сферах российской государственности посчитали излишним раздувать штаты, благополучно решив, что первого лица и назначенного при нем советника по безопасности вполне хватит на какие-то шестьсот тысяч человек, а остальное - дань традиции и культурным особенностям. В роли советника по безопасности, как раз, и выступал капитан Лемех. Кстати, воинское звание "капитан" в кулуарах его основной профессии приравнивалось к куда более суровым погонам, что, в частности, давало право занимать подобные должности и поплевывать на Сержинского с высокой колокольни. Хоть "майор" по объединенной классификации "Российская Монархия - Нато" тоже был не мальчик. И отвечал за безопасность, уже, в конкретно военном смысле. Причем не модуля, а всей экспедиции, как начальник батальона егерей-спецназовцев.
   Именно эту позицию Ян старательно стремился занимать в разговорах после памятной первой встречи с разбуженными. Даже специально не демонстрировал, излишне, своего привилегированного отношения к какой-либо из стран-участниц.
   Но вот, в глубине души, ему страшно хотелось, чтобы рядом был умный, гибкий Рус. Еще больше хотелось, чтобы они разбудили колонистов российского модуля и там, среди всей толпы русских, украинцев, белорусов, казахов и родных прибалтов, отыскался хоть кто-то, склонный к реальной политике...
   Но майор понимал всю утопичность своей мечты и покорно нес тяжкий крест на голгофу власти. Чувствуя правда, что могут к кресту-то и приколотить...
   В целом, можно сказать, что у него получалось управлять "по-граждански". Имеющиеся в активе навыки менеджмента, преподававшиеся офицерам НАТО спецкурсом, не прошли даром. Правда, с американцем было тяжело. Да и канадский дипломат (Америка делилась местом) Давид Сайдуолкер тоже смущал. Своей непонятностью. Разглядеть, что за душой у прожженного игрока в покер, неискушенному майору ни как не удавалось.
  
   Отбояриться от наседающих глав колонистов на этот раз удалось довольно быстро. Причем, что немаловажно, оставаясь в рамках "конструктивного диалога". Запись случившейся войнушки проглядеть они успели, общее положение просекли и, как любые представители власти, принимать жесткие решения не рвались, оставляя сие малоприятное занятие тому, кто, вроде, и должен был отвечать за это, по долгу службы.
   Майор не возражал. Во-первых, Руса он желал замещать, действительно, лишь самолично, не желая, чтобы кто еще наломал дров. А, во-вторых, все шишки, так и так, оставались на его долю, и выбирать было, особенно, не из чего.
   Короче, кризис власти разрешился оперативно и Сержинский счел за благо вернуться к реальной работе.
  
   Работа, в виде притомившегося без внимания Омеги, себя упрашивать не заставила.
   - Я тут посчитал немного, - Доверительно поделился с майором ИскИн по радиосвязи. - И пришел к выводу, что все не так плохо.
   Сержинский изобразил на лице усердную работу над схемой корабля, стараясь внушить взирающей на нового Капитана публике, что он в этом хоть что-то понимает, и коротко буркнул.
   - Подробнее.
   - Подожди еще минуту... - Тоже перестроился на голос ИИ, поняв, что ныне играть в шпионов поздно. - Так, готово. Пришли данные с зонда. Если по порядку - считай, корабля у нас больше нет. Вся хвостовая часть носителя - не подлежащий восстановлению хлам. В металлолом не возьмут.
   Корвет, благодаря военному бронированию и окружающим надстройкам, практически не пострадал. Внешне. Экипаж жив и пересчитывает синяки. Я установил с ними связь. Однако есть проблема - они завалены обломками, как я уже сообщал. Там гора погнутых конструкций. Боюсь, что расстыковка не удастся. С блоками колонии трудности похожие. А, если ты помнишь, наш эсминец располагается между последними, так что никакое разделение нам вообще не светит.
   Это если о плохом. Теперь хорошее. Чисто технически блоки не пострадали и эсминец тоже. Мы вполне можем запитать часть систем колонии от реакторов "Стремительного", чтобы провести ту самую, невозможную теперь, процедуру расстыковки. Блоки с колонистами конечно не предназначены для длительных перелетов, но взять их на буксир эсминцем, чтобы не расходовать резерв одноразовых ускорителей - не проблема. "Стремительный" перепроектирован со значительным запасом мощности как раз для подобных нештатных ситуаций. Наших возможностей хватит чтобы, не торопясь, вырваться из гравитационного колодца и дотянуть до орбиты выбранной мной планетенки. Кстати, это единственный кандидат, так что придумывайте название.
   - Погоди, погоди. Ты же говорил, у нас беда с расстыковкой, а теперь радостно докладываешь чуть не о готовности к высадке. Как это понимать?
   - На этот счет у меня есть идея.
   - Знаешь, Омега, возможно тебе покажется это странным, - Устало фыркнул майор, - Но, в последнее время, у меня от твоих идей изжога. Излагай давай. Что уж с тобой делать...
  
   Предложение Омеги, как оказалось, состояло в следующем. На борту корабля-колонии по мимо прочего инвентаря имелся автономный ангар, содержащий звено штурмовиков-истребителей и несколько транспортных шаттлов. По предложению ИскИна, следовало взять один из штурмовиков и расстрелять мешающие расстыковке объекты. Поскольку ангар располагался рядом с блоками колониальных модулей, он, по оперативным данным, не был поврежден. Довольный своей идеей Омега жаждал приступить к реализации немедленно, как только наладит хоть какой-то контакт с компьютерами истребителей.
   Иначе насчет своей общей с людьми дальнейшей судьбы у нервничающего ИИ имелся крайне невеселый прогноз. Правда для полной безупречности предложенного плана, требовалось, чтобы кто-нибудь (сущая ерунда) добрался до авиационной палубы и провел процедуру расконсервации штурмовиков.
   Сам Омега напоминал себе теперь парализованного инвалида. Его власть распространялась исключительно в пределах накрепко привязанного к носителю эсминца. Все внешние коммуникации были разрушены. Использовать для расконсервации истребителей наны ИИ отказался категорически, объяснив, что среда внутри корабля слишком насыщена электричеством и их применение чревато потерей. А невосполнимый в условиях космоса ресурс, при этом, еще был необходим, как минимум, для успешной расстыковки. Иначе говоря, однозначно, требовалось сделать все вручную.
   Сержинский, в памяти которого еще были свежи и полнокровны впечатления от предыдущей вылазки, по понятным причинам в щенячий восторг от обрисованной перспективы не пришел, но по здравом размышлении, план, как единственно реалистичный, одобрил. После чего собрал совещание в узком кругу.
   Собственно, обсуждать, по мнению бравого майора, было нечего, но с точки зрения экипажа, в пояснениях обстановка, наверняка, нуждалась.
  
   На этот раз "на работу" Ян искренне хотел пойти в одиночку. По внутреннему его железному убеждению, единственное чем он не имел права рисковать - жизни гражданских. Нет, поначалу, конечно, майор планировал дождаться разморозки своего непосредственного заместителя и взвода спецназовцев в придачу, но Омега жестоко его обломал, заявив, что потеря такого количества времени:
   а) Во первых, сильно понизит их шансы, на предмет работоспособности хоть чего-то на борту.
   б) Во вторых, они упустят окно, подходящее для сближения на встречных курсах с избранной планетой и им придется тащится до нее по орбите больше двух недель, вместо, таких возможных и желанных, трех дней.
   На подобное Сержинский согласен не был.
   Впрочем, погеройствовать в поле одному ему, таки, тоже не дали. Собранный им же впопыхах новый "совет руководителей" поднялся на дыбы и, как один человек, отверг планы Сержинского. Власть придержащих можно было понять - все они так или иначе были людьми волевыми, а, следовательно, привыкли держать ситуацию под контролем. Сбросив с себя груз основного принятия решений политики припомнили, что все их действия в случае победы будут оценены публично. Значит следовало что-то иметь за душой, для портфолио. Кроме того, настоящих слабаков среди них, как ни крути, не водилось. И каждый, не кривя душой, стремился приложить все усилия к спасению корабля с "подданными", как умел.
   От откровенных некомбатантов Ян отплевался довольно легко - благо, те и сами не горели желанием лезть в трюм колонии с таящимся там неведомым существом, стремясь отыскать более мирные и действенные варианты приложения талантов. Но против помощи сильного псионика возражений найти не удалось.
   Опытные интриганы запутали его всерьез и быстро, но деликатно. Объяснили, так сказать, "обнаглевшей военщине", как "ходют строем", причем, (мастера!) незаметно для последней. Затюканный Сержинский, хоть и пытался возражать нечто из серии рыцарского благородства, но враз и сам не понял, как остался в дураках.
   Уже слегка поднаторевший в человеческих взаимоотношениях Омега деликатно не вмешивался в процесс окучивания, понимая, что ему на этом поле тоже "не светит". По крайней мере, без помощи временно выбывшего из игры Лемеха. Квалификация не та. Аргументы же на счет защиты женщин в их ситуации, и впрямь, не слишком играли, так что, не взять с собой Мэй, выглядело плохой идеей, с учетом ее возможностей. Японец, после этого, тоже не остался в стороне, примкнув к группе.
  
   В итоге, сборы не были долгими. Несколько затянулось лишь изучение новичками возможностей силовых доспехов, которые, на этот раз, в искореженном и радиоактивном чреве носителя-колонии были, по заверению Омеги, не роскошью, а насущной необходимостью.
   Еще некоторое время отняло у майора то, что китаянка наотрез отказалась прикасаться к оружию, "портящему внутренний настрой". Преодолеть природное упрямство Мэй, как выяснилось, Яну было не дано и он просто решил смирится, вспомнив, что еще изначально записал для себя спутников в категорию балласта.
   Отдав последние указания, в том числе и на введение в курс дела своего заместителя Николая Груздя, который должен был проснутся через несколько часов, Ян скомандовал группе выдвигаться. Им всем следовало спешить.
  
   Глава 9
  
   С одной стороны, стояние перед люком шлюза вызывало у Сержинского стойкое ощущение "дежавю". С другой - лезть туда, где, в хаосе разрушенного корабля, бродит нечто неведомое, возможно даже капая токсичной слюной на фотку майора, тоже очень не хотелось. Преодолев упорное внутреннее сопротивление Ян прикоснулся к сенсору, открывая выход в центральный тоннель. Шагнул вперед, ощутив на плечах дрожь мгновенного перепада гравитации, и начал дрейфовать к стене напротив люка.
   Невесомость не была полной, и его слегка потянуло к недалекому дну вертикальной трубы, которой заделался осевой коридор. Движение это было, однако, практически неощутимым, словно бы лишь обозначая направление верха и низа, как таковых, без необходимости тщательно соблюдать навязанные инерционной гравитацией правила.
   - Омега, это что за фокусы? Откуда в осевом тяжесть? Стараешься чтоб мне жизнь медом не казалась? - Запросил поляк пока доступного для передатчиков ИскИна.
   - Все нормально, кэп. Я упоминал, что мы сейчас фиг знает как вращаемся. Импульс, с помощью которого я в прошлый раз создал вам человеческие условия, теперь непозволительная роскошь. Центр масс корабля несколько выше по проходу, так что до него надо забраться вверх, а потом, как минуете, уже спустится еще на пять метров. Из него в боковой проход и там, опять, вернуться. Будем учится ходить по стенам. Учти, поскольку корабль сильно вытянут, гравитация будет расти. В самом ангаре уже около полутора "же"! Но усилки брони с этим легко справятся. Главное не расслабляйтесь, а то загремите.
   - Ясно. - Буркнул майор поднимая луч наплечного фонаря вверх, дабы оценить предстоящий маршрут. Затем невозмутимо взглянул на ярко освещенный створ шлюза с готовящимися к выходу в невесомость спутниками.
   - А скажи-ка мне, Мэй... - Нейтрально начал он, привлекая внимание, и, вдруг, рванув с пояса пару плазменных гранат, что есть силы толкнулся ногами от близкой стены коридора!
   Расчет Яна оказался верным. Массивная туша майора смела фигуры у люка как кегли, заталкивая их обратно в глубину переходной камеры. Еще в полете обхватив китаянку, Сержинский, не слишком доверяя электронике, уткнулся ей шлем в шлем и заорал, что есть мочи:
   - Закрывай, на хрен, шлюз!! Быстрее, мля, ты же псионик! Давай!!
   Мэй, придавленная "экспрессией" поляка умудрилась как-то сообразить, что от нее требуется. Послушная ее воле без всяких кнопок, створка внешнего люка плавно скользнула вдоль по направляющим. В этот же миг, гранаты, подброшенные майором вверх одновременно с сумасшедшим прыжком, сдетонировали, породив в вакууме коридора два новых маленьких солнца! Расширяющийся плазменный шар лениво лизнул край задвигающейся плиты, заставив титан пузырится. Проник внутрь и опал, отсеченный от основного взрыва. Опустившийся люк издал глухой гул, перекашиваясь от температурных перепадов.
   Сержинский злорадно осклабился под глухим забралом шлема, почувствовав мстительное удовлетворение от мысли о том, как несладко сейчас той черной гадости, что нагло клубилась у него над головой несколькими секундами ранее, уже даже и не пытаясь маскироваться под обычное отсутствие света.
   Явлению, видать, и впрямь, досталось ого-го. Спутники быстро получили этому подтверждение. Причем, такое, что все лишние вопросы у присутствующих отпали сами собой...
   Стены обдало странной вибрацией. Эта дрожь перекинулась и на само пространство, расходясь в костях болезненным гулом. А, в следующий миг, отсек потряс могучий удар! Резанула по глазам странная, не отфильтрованная, почему-то, электроникой шлемов вспышка и внешний люк выгнуло дугой. А через всю стену, не замечая ни толщины обшивки, ни конструктивных элементов, косо легли три параллельные борозды, распоров упрочненный сплав, как консервную жесть...
   Дождавшись пока посторонние звуки стихнут, Сержинский осторожно приподнял голову и осмотрелся, досадливо щурясь.
   Освещение моргало. Разгромленный шлюз был пуст, не считая их троих. Майор стряхнул с себя сыплющиеся из осветительной панели искры и помог подняться сбитой с ног Мэй, мимолетно подумав, что, на этот раз, Ласка место его приземления одобрил бы точно. Рядом встал на ноги невозмутимый Ясото. Судя по тому, что японец даже не попытался взяться за оружие, непосредственной опасности псионики не ощущали.
   "Или оно просто не поможет". - С непривычным для себя пессимизмом подумал Ян, но сразу переключился на тот приятный факт, что идиотские вопросы в духе "че было то?" в собравшемся обществе не приняты. Во-первых, все-все явно уже знают "че?". Включая притихшего Омегу, а, во-вторых, понимают - главное не "что было", а где "это" сейчас? Последнюю мысль майор поспешил озвучить.
   - Мэй, оно ушло?
   - Я ничего не ощущаю, - Сообщила после короткой заминки Чанг, переглянувшись с японцем. - Ян, у тебя кровь.
   - Где? - Удивился поляк и только тут ощутил некоторое онемение в правой ноге. - А! Точно!
   - Повернись. - Скомандовала китаянка и, осмотрев майора, охнула. Неведомая сила разбила щитки на голени и вгрызлась в беззащитное тело, так, как будто пыталась содрать с майора поножи скафандра. Из под треснувшей металлокерамики пузырилась попадающая в вакуум кровяная каша вперемешку с герметизирующей смолой и наномедиками.
   Ян подергал травмированной ногой, проверяя надежно ли схватился пораженный участок, и работоспособны ли приводы брони. Удовлетворенно хмыкнул.
   - Фигня, пока летел, зацепило. Все работает и герметично! Идем уже!
   - С ума сошел? Ты же ранен!
   - Не ранен, а поцарапан. Подумаешь, пару деталей от костюмчика оторвали. Жив же. А с кровью наны справятся. Мне не впервой. Вон у нас Рус лежит, как после пьяной встречи с катком, и то не жалуется.
   - Это потому, что ему нечем... - Ехидно поделилась своими сомнениями Мэй, но, приняв во внимание бравый вид майора, настаивать на своем не стала.
   Сержинский примерился к искореженному люку и, как следует упершись, выдрал его вовнутрь. Благо, особой прочностью крепления тот похвастать уже не мог. Сдвинув в сторону тяжелый осколок плиты Ян картинно поклонился.
   - Прошу. - Сказал он и, противореча сам себе, первым выбрался в открывшееся отверстие.
   - Как есть паяцы... - Мэй, легко ступая мимо осколков плафона разбитой лампы, двинулась за ним.
  
   Последствия взрыва гранат и дальнейшего буйства неизвестной бестии были хоть и видны, однако ничего принципиально нового к картине изувеченного корабля не добавляли. Так, завершающие штрихи...
   - Если мы ломаем, то мы ЛОМАЕМ! - Вывез, глядя на порожденный общими усилиями хаос, Ян и, не торопясь, полез вверх по указанному ранее ИскИном маршруту. Благо, опасных существ в зоне видимости уже не наблюдалось.
  
   Неожиданностей, если не считать таковыми груды обломков в искореженных переходах и нарастающую гравитацию со странноватым, для привыкших ходить по плоскости, вектором, до самого ангара больше не встретилось.
   Огромное полутемное помещение с невидимым в сумраке потолком и пузатыми бочками грузовых шаттлов, встретило их иглами замороженного воздуха на стенах и гулкой тишиной, в которой тонули шаги. В роли пола, по прихоти кружившей корабль инерции, выступал один из углов помещения. Там им пришлось остановиться.
   - И как отсюда он собирается запускать истребители? - Невольно поежилась Чанг, с тревогой глядя на висящие под ними малые корабли, удерживаемые лишь за счет качественных креплений на склоне градусов в сто двадцать, как минимум.
   - Вообще, истребители, они дальше, в стартовых шахтах, но добраться туда, действительно, было бы непросто... К счастью таких жертв не требуется. Надо, всего лишь, залезть к внешней стене. На ней должен быть рубильник, который подключит резервный источник питания. Здесь по штату положена перезаряжаемая плазменная ловушка и каскад конденсаторов. - Поделился знаниями майор. - Мэй, мы оба тяжеловаты с Ясото. Боюсь, как бы скобы не обломать, при текущих полутора гравитациях. На тебе хоть и броня, но ты все-таки помельче... Тьфу, миниатюрней, я имел ввиду.
   - Все-то ты Ян предусмотрел... - Огрызнулась задетая за живое Мэй и примерившись к скобам, полезла в указанном направлении.
   - Типовой модульный блок. - Не заметил иронии толстокожий Сержинский. - Сто раз в таких был. Его бы отстрелить и к нам на эсминец, вместо транспортного... Жаль времени нет, добро бросать придется.
   - Такой здоровый, желто-полосатый и пленкой прикрыт? - Туманно перебила его девушка.
   - Нет! Нет, дальше! - Видимо понял о чем она и испугался Сержинский. - Я же говорю, на внешней стене!! Синего цвета! А это аварийное открытие главных ворот! Атмосферы конечно нет, но мало ли...
   - Я то откуда знаю! Зачем вы, вообще, этот огород городили? Внешняя стена, рычаг... Военным, так надо поиграться с большими, брутальными кнопками?
   Не о том вы думаете, женщины! - Возмутился майор. - Здесь все учтено! Рычаги можно и в перчатке боевого скафандра дернуть. Даже если больше ничего вокруг не работает, включая компьютер. А если наружная стена цела, то и модуль вероятно не слишком поврежден в бою! Чего совсем нельзя утверждать об остальном корабле, к которому все крепится. Так что, э...ххх.. кланц... - Продолжила за него его грудная пластина, встретившись с ребристым металлом пола, когда внезапно включился автономный малый гравикомперессор. Все помещение озарилось ярким светом диодных панелей в потолке и полу, обретших свои естественные места.
   Включила... - Донесся из наушников доброжелательный голос китаянки. - Как вы там, мальчики?
   Мальчики, шипя приводами костюмов, и что-то почти синхронно высказывая себе под нос, встали на ноги. Резкая смена вектора тяжести проняла даже спокойного словно удав японца.
   - Говорила мне мама "Пока жив, не женись!" - Высказал в пол голоса свое отношение майор, но чувствовалось, что это по инерции, и он уже переключился на другое, решив не нагнетать.
   Под потолком, на инфопанели, зажглась бегущая строка:
   "Включено аварийное питание модуля. Энергорезерв 90 процентов. Шесть часов при максимальной нагрузке. Задействован автономный вычислительный комплекс модуля. Задействован гравитационный компрессор. Установлен уровень тяжести 0,3g. Начинаю расконсервацию оборудования. Подключение к внешнему источнику питания... Неудачно. Связь с центральным компьютером корабля... Неудачно. Инициация внешнего оборудования: Лазерные турели... Норма. Внешние антенны.... Норма. Связь с контрольной башней... Неудачно. Принят входящий внешний вызов. Идентификация. Абонент неизвестен. Откло..."
   На этом бегущая строка погасла и в наушники, торжеством разума над тупыми файерволами, ворвался довольный Омега.
   - Кэп, я наладил связь через внешнюю антенну и перевел модуль под свой контроль. Молодцы, что догадались подключить аварийку. Я, сейчас, тут покопаюсь. Вы, пока, осмотритесь.
   - Принял. - Коротко ответил Сержинский, целенаправленно продвигаясь в обход шаттлов, к стартовым ложам истребителей.
   Но тут события понеслись вскачь, лишив его возможности пройтись. Раздался отчаянный крик Мэй:
   - Ян!!! Оно тут!
   Странно, но в этот критический момент майору, наконец, удалось сбросить сковывавшее его напряжение, освободившись от гнета предыдущих интриг.
   Честный конфликт и крики женщин, нуждающихся в его, Сержинского, защите, импонировали прямой душе гораздо больше, чем вся политика на свете. Тягучая, давящая тишина, окружавшая их с момента выхода, и та была приятней, нежели необходимость раздумывать, кому и что сказать. Майор вдруг ощутил себя в своей стихии.
   По этому, не устраивая лишней суеты, осчастливленный Ян, уже точно зная что делать, коротко скомандовал:
   - Модуль, "Код Альфа" "Ситуация три". "На поражение". Омега, ты там, надеюсь, еще не весь софт потер?
   - Нет, кеп. Принял: "Ситуация три". "Абордаж". Отрабатываю.
   Под потолком лязгнуло гулко. Звуки, распространяясь, в отсутствие атмосферы, сквозь конструкции, искажались до неузнаваемости. Одновременно, вокруг шаттлов выросли из пола металлические стенки, прикрыв баки с водородом и окислителем. Диодные лампы притухли. Вместо них по залу пробежалась волна коротких лазерных импульсов, превратив его ненадолго в подобие модного танцпола.
   - Идентификация "свой-чужой" пройдена! Обнаружено неизвестное образование! Исполняю "На поражение".
   Приглушая слова тихо запели эффекторы терморазрядников и пространство распороли, красноватыми вспышками испаряющихся пылинок, трассы энергетических лучей. В барабанных перепонках отдался упругий звон напольных плит, по которым растекались тепловые импульсы. Сержинский, по прежнему не суетясь и смакуя разлившийся вокруг "дух войны", вынул из удачно случившейся поблизости оружейной стойки лазер гатлинга и, только после этого, повернулся, чтобы полюбоваться на начавшуюся "дискотеку".
   Майор не был мажором и не выпендривался. Просто, он точно знал ТТХ вверенных ему огневых средств и, на основании этого, разумно предположил, что, если уж те не справились, то и ловить, в общем, дальше нечего. А от придурей в духе "встретим смерть, гордо, лицом к лицу" его вылечила еще вторая грузино-абхазская кампания. В связи с таким своеобразным фатализмом, задача спокойно вооружится и оценить обстановку, казалась поляку, попросту, приоритетней.
   Короче, застал он только испятнанный малиновыми кляксами попаданий пол ангара и несколько косых сквозных отверстий, словно протопленных во льду раскаленным паяльником... Неприятным моментом являлось то, что в роли льда вновь выступал упрочненный титан.
   - Все целы? - Поинтересовался майор у ошалевших спутников, про себя отметив, что люди, все-таки, медленно, но вроде привыкают к его методам работы.
   - М... Как сказать. Физически да. В общем, оно, это "что-то", через стену стало просачиваться... Жутко, будто, призрак. Ни единого звука. Омега, ты заснял? Покажи майору. - Поделилась впечатлениями девушка, параллельно разглядывая с немалым любопытством противопехотную автоматическую пушку на потолке. Та хищно порыскала в поисках новых целей, и, с повторным резким лязгом, вернулась в парковочный короб.
   - Мда, - Сказал Ян, ознакомившись с записью. - Чудесненько.
   - Рада, что тебе нравится. - Ощетинилась Чанг, почувствовав себя полной истеричкой на фоне пышущего спокойной уверенностью поляка.
   - Зря язвишь, - Смягчил Сержинский. - Эта штука становится предсказуемой. Уже что-то.
   - Какие у кого на злободневную тему есть идеи? - Вмешался с конструктивным вопросом ИскИн.
   - Левша... - Вдруг произнес, ни к кому конкретно не обращаясь, Ясото.
   - Чего? - Ушам своим не поверила Мэй. - Еще один мой пациент...
   - Ну я имею ввиду, - Пояснил японец, - Что все разрезы, которые мы видели, нанесены слева направо. Может и совпадение.
   - Наблюдение безусловно любопытное... - Привычным жестом почесал шлем майор. - Однако мне более важным, представляется разобраться в том, откуда "это" взялось. И, думаю, есть только два варианта. Либо оно с нами от самого Солнца, "зайцем", либо мы прихватили эту дрянь в так называемом "гиперпространстве"... Если корабль, конечно, никуда не заходил по дороге. А, Омега?
   - Никуда, Кэп. Честное пионерское... А почему ты считаешь, что оно не могло прилететь к нам само, за те шестьдесят лет, что мы болтались у светового порога?
   - Потому что я, в отличие от некоторых умников, умею оценивать качества противника, хоть и не состою в Менса (всемирное сообщество интеллектуалов). - Майор все еще был в ударе. Его несло. - Обрати внимание, в корабле ни одной порванной переборки кроме тех, за которыми имеется излучение отличное от фона. Думаешь "оно" не облазило весь корабль, коли уж так лихо нас гоняет? Или, может, в двери ходит? Ни фига. Да эта зверюга сквозь стены просачивается, будто нет их! А вот те перегородки, в металле которых гасятся электромагнитные волны, для него препятствие. Иначе бы тварюка не пыталась рвать их когтями, или что там у нее.
   Заявляю тебе со всей ответственностью, слабое место у этого "кошмара" есть - оно тупо боится света. По этому, и не стало бы носиться в открытом пространстве, где так много разных случайных лучей. Это, кстати, радует меня хоть тем, что в пассажирские модули колонии существо, с подобными слабостями, никак попасть не могло. Там везде микроподсветка, я помню. Да и пройти туда из технических помещений нельзя, так что дальше, за собой, эту хрень мы не потащим. Ладно. Закончили ликбез по внегалактической живности. Омега, что там с истреби...
   Сержинского прервал взрыв под потолком. Вниз посыпались куски кристаллов и микросхем, бывшие когда-то тепловым разрядником. Чуть в стороне жахнул распотрошенный энергоблок второй турели. Видимо, его твари чисто срезать не удалось и она ухватила порцию пресловутого излучения. Структуру пространства вновь поколебал полный морозной боли рев, от которого одновременно разлетелись тысячами острых пластиковых жал световые панели!
   Обжигаемый сполохами случайных разрядов в порванных энерговодах, в центре помещения стал формироваться плотный ком мрака. Струи черного тумана били гейзерами из пробитого потолка и наматывались на него, словно пушистые шерстяные нити на клубок.
   - Вот ведь "цензура" "цензура" на "цензура", "цензура". - С чувством высказался Сержинский, вскидывая лучемет, и открыл ураганный огонь.
   Огненные стрелы заставили существо отпрянуть и оно заметалось, стараясь уйти от терзающего потока. Майор же упоенно водил быстро вращающимися стволами гатлинга, стараясь поймать тварь на прицел и, параллельно, с легкой грустью, прикидывал, что же он будет делать, когда сдохнет энергоячейка лазера.
   Впрочем, выяснить этого ему так и не удалось. Тварь неожиданно растеклась колышущимся покрывалом, закрыв все доступное вверху пространство, и харкнула в Яна ядрами плотного дыма с разных сторон. Уклонится майор не успел, но, как оказалось, основной целью объекта был не он лично, а его лучемет. Оружие, приняв на себя удар, просто испарилось. Сержинский же отделался тем, что его отшвырнуло к защитным панелям, прикрывающим второй шаттл.
   Контуженный Ян, ощущая себя будто в замедленном кино, полюбовался на летящие следом, голубовато-черные в сумраке поврежденного модуля, капли крови и врезался в, показавшуюся удивительно мягкой и родной, опору. На несколько минут Вселенная вокруг перестала его волновать.
  
   Очнувшись, майор, первым делом, приятно удивился тому, что еще жив. И относительно цел. Его никто, судя по ощущениям, не терзал, не ел и не употреблял никаким иным, сомнительным способом. Более того, он был свободен и мог двигаться. Это наблюдение пожалуй стоило того, чтобы открыть глаза и оценить обстановку.
   Как выяснилось, происходило неожиданное. А именно:
   Тянущиеся к его распластанному телу дымные нити замерли, уткнувшись в пелену, синих молний, и не могли, казалось, сдвинутся ни на миллиметр. Существо явственно давило. Стена из вольтовых дуг, укрывшая их маленькую группу от опасности, упорно сопротивлялась. Накал борьбы ощущался даже в стороне от эпицентра событий.
   А в эпицентре этом, закрывая Сержинскому обзор, висела над полом без видимой опоры доктор Чанг. Шлема на китаянке уже не было и черные волосы, так же оплетенные разрядами, демонически развевались вокруг запрокинутой головы.
   Раскинутые в стороны руки со стекающими с них каплями жидкого света и сияющие ровным голубым светом глаза, без всяких там вульгарных зрачков и прочих излишеств, отбивали всякую охоту задумываться о том, как она переносит открытый вакуум. Рядом, положив ладонь на ее тонкую талию, стоял Ясото. Лицо его было скрыто забралом, но снятые перчатки и полный сдерживаемой боли голос, которым он пытался докричатся до передатчика Яна, говорили сами за себя.
   - Я вернулся... - Не удержался от самоиронии впечатлившийся увиденным майор, налету обмозговывая план, и постарался сгруппироваться.
   - Все, сука, с меня хватит! - Прорычал он и поднялся, борясь с плохо слушающимся телом, с пола. Припадая на хрустнувшее колено и мимолетно отметив, что броне совсем хана, содрал с пояса еще одну пару плазменных гранат.
   План, у него, таки, родился.
   Сержинский вытянул руки, с зажатыми в них ребристыми цилиндрами, вперед. Придавил, сочащимися липкой юшкой пальцами, кнопки взрывателей.
   - Эй, скотинка?! Узнаешь штучки? Знаю, что узнаешь... Ты же у нас, оказывается, не в меру умное... В лучеметах разбираешься! Как пушки ломать знаешь. А я с такими умниками, кстати, не очень. Так что, лучше, ты лети отсюда, голубь сизорылый...
   Остается неизвестным, впечатлилось ли чудище проникновенной речью майора, или, действительно, узнало предметы в его руках, способные причинять такую жгучую боль, но результат оказался налицо. Черные щупальца мгновенно отпрянули, втянувшись внутрь основного тела и расплывчатый ком метнулся куда-то в дальний угол ангара.
   Купол молний, сотканный псиониками, дрогнул и тоже опал, оставив после себя мертвенное, быстро угасающее свечение. Зал погрузился в темноту. Но это была уже родная, привычная и равнодушная темнота, с роду не пытавшаяся ни на кого кинуться.
   - Ага! Не нравится!! Омега, где аварийный свет? У меня вся электрика сдохла в броне. Даже ночное видение не врубить, не говоря про фонарь. Удивляюсь, что система подачи кислорода пашет.
   - Сейчас, ищу обходные каналы. Основная магистраль разорвана.
   Вторя его словам, тускло, в пол накала засветились аварийные панели. По помещению пронесся ветерок сдувая с предметов многолетнюю пыль.
   - Я включил продувку отсека нейтральным газом. - Сообщил ИскИн. - Может ты не заметил, но с герметичностью у тебя тоже не все гладко. Мог и кессонку схватить.
   - Спасибо. Уже начал ощущать. Впрочем на остальном фоне... Ладно. Что там с моими подопечными?
   Мэй, как выяснилось, уже не изображала полет валькирий, а пребывала на полу в бессознательном состоянии. Японец склонился над ней, стараясь загерметизировать шлем. Наконец ему это удалось, но на видимом самочувствии китаянки это никак не сказалось.
   - Что с ней? - Коротко спросил Ян.
   - Псионический шок. Перегрузка нервной системы. Ее нужно срочно в медицинский отсек. Если в течение пятнадцати минут она не получит помощи, начнется деградация нейронов. Попыталась контролировать слишком большую энергию.
   - Ясно. Не думаю, что все так плохо. Не забывай, она, так же как и мы, нанитами накачана. Они должны справиться. Но, в любом случае, пора отсюда сваливать. Омега, ты закончил?
   - Кэп, я тут хотел тебе сказать, но...
   - Что еще?
   - У нас проблема. Я изучил документацию во внутренней базе модуля и выяснил: истребителями можно управлять дистанционно, но в целях безопасности вся военная техника имеет прошитые в железе ограничители. - Быстро-быстро затараторил Омега, небеспричинно опасаясь, что его прервет наливающийся краснотой майор. - Контроль возможен только из управляющего центра с автономной антенной.
   - Ну так показывай, где он, этот центр!
   - Он недалеко от второй стыковочной площадки. Помнишь, вы мимо проходили с Русом? Как бы это тебе пояснить... Понимаешь, его передающая мачта, как раз, и рухнула на корвет... Я не виноват!!
   - "Цензура", что за "цензура" тут, "цензура", опять "цензура"!! Вот это приплыли! Ты раньше сказать не мог?!
   - Я сам, только что...
   - Таак! И какие у нас варианты?
   - Если ты проведешь коммуникационный кабель до любого из истребителей, то, я думаю, удастся обойти ограничения, доработав бортовые программы. На это потребуется около часа.
   - Нет! - Подал голос Ясото. - Вы не понимаете! У Мэй мало времени! Медицинские наны не могут ей помочь, такой уровень воздействий наверняка сжег весь активный агломерат! Резерва не хватит на лечение. Она умирает!
   - Спокойно. Ситуация под контролем. Омега, программированием ты займешься в другой раз. Ясото прав. Часа у нас нет. Мы здесь не проторчим столько, даже будучи здоровыми. Ведь тварь тоже никуда не делась. Сомневаюсь, что она отступит! Решено, я сам полетаю. Ты закончил расконсервацию?
   - Да. Насколько можно верить диагностике истребители в норме. Но, Ян! Это невозможно! Ты, просто, не все знаешь! Мы на слишком низкой орбите! Пока находишься внутри корабля, не действует закон сохранения импульса! Нас держат эти энергомины-прилипалы. Как только ты окажешься в свободном полете, то сразу станешь самостоятельным телом! Мощности двигателя штурмовика не хватит, чтобы преодолеть гравитацию звезды. Я не рассчитывал на то, чтобы его возвращать!
   - Это решаемо. - Спокойно воспринял информацию Ян. - Нас может подобрать корвет. На нем ведь тоже есть гравикомпрессор, а для того, чтобы тягать модули колонии, он все равно не годится. Мелковат. Мы вытаскиваем их, а они нас. Резонно?
   - Это очень рискованно. И кого это "нас"?
   - Точно! Хорошо, напомнил, заговорился я. Ясото переодевай доктора Чанг в летный скафандр. Она со мной. В истребителе есть система поддержания жизни пилотов. Успокоительные и питание внутривенно она получит. Это ее шанс.
   - Но...
   - Без "но". Я дам тебе гранаты и ты сможешь добраться до эсминца. Но девчонку тебе одному не дотащить сквозь этот бардак! Да с тварью, дышащей в затылок, тем более... Вместе спалитесь. По этому быстро переодевай ее и вали отсюда, на хрен, пока не поздно! Это не обсуждается. Я на сегодня с дискуссиями закончил.
   Японец спорить, действительно, не стал, чем еще больше вырос в глазах майора, и перешел к делу. Закончив переоблачать по-прежнему неподвижную китаянку, он усадил ее в открывшуюся кабину на место второго пилота и аккуратно принял у Сержинского гранаты, которые тот старательно удерживал на весу все это время. Шипя от боли и периодически прикладываясь к баллону с воздухом, поляк тоже закончил отдирать от себя останки силовой брони, натянул комбез и повернулся к Ясото.
   - Сейчас, бегом и не оглядываясь, возвращайся назад. Шлюз "Стремительного" Омега уже должен был восстановить. Гранаты просто выкинь в коридор, как только доберешься. Пускай взрываются. Там уже ничему не повредишь. Главное, уходи подальше от ангара. Я постараюсь обезопасить тебе путь. Но здесь и чертям станет жарко! Удачи.
   - И тебе удачи, Ян. Спасибо. - Японец церемонно поклонился и, более не медля, кинулся в сторону шлюза.
   Сержинский, проводил его взглядом и, тоже не теряя времени, запрыгнул в кабину. Включил процедуру предстартовой подготовки, одновременно связавшись с Омегой.
   - Ты ведь имеешь доступ к управлению транспортными шаттлами? Это гражданская техника? - Спросил он, с тревогой наблюдая, как по углам помещения концентрируются неестественно глубокие тени.
   - Да, кэп.
   - Подай им команду на сброс топлива. И не закрывай шахту. Герметичность нам уже не нужна, а лишний импульс не помешает.
   - Понял, Кэп. Готовься стартовать по команде. Я тебя спускаю на стартовый стол.
   - Круглая площадка, на которой покоился узкий, словно наконечник эльфийской стрелы, истребитель, поплыла вниз, нацеливая носовой его обтекатель точно в створ электромагнитной катапульты. Загудели заряжающиеся соленоиды.
   - Даю, отсчет. - Сообщил уже через антенны истребителя ИскИн. - 6, 5, 4, 3, 2, 1... пошел!
   С щелчком сработали магниты и истребитель, вместе с потоком улетучивающейся сквозь открывшийся проход атмосферы, устремился вперед по узкому тоннелю. Впереди блеснула манящими искрами звезд бездна пространства.
   - Ключ на старт!
   Сержинский утопил чуть ли не единственную на панели клавишу "запуск двигателей". Основное управление малой военной техникой осуществлялось исключительно через чип-имплантанты, и в клавиатурах почти не было необходимости.
   Жирно чафкнула помпа, нагнетая смесь в камеры сгорания и, спустя мгновение напряженного ожидания, кораблик обзавелся огненным выхлопом, который лизнув стенки ускорительного тоннеля внезапно разросся! Пламя, найдя для себя новую пищу в виде гремучего газа заполнившего стремительно становящийся историей ангар, довольно растеклось в стороны.
   Столб огня, вырвавшийся из пусковой, придал истребителю дополнительное ускорение и его выбило из под сотрясаемого взрывами бока корабля-колонии, словно пробку из бутылки перегретого шампанского. А позади, прямо сквозь светлое защитное покрытие главных ворот, проросли ему вдогонку тонкие струи пылающего газа, знаменуя о том, что внутри сейчас настоящая доменная печь. Мощность взрыва, конечно, была недостаточна для того чтобы разнести прочный отсек на куски, но Сержинский сильно сомневался, что оказаться в этот момент внутри - хорошая идея.
   - "А нефиг когтями размахивать..." - Мысленно напутствовал свое очередное разрушительное деяние майор и обратился к ИскИну. - Омега! Что мне дальше делать-то?
   - Знаешь, майор, а у тебя в личном деле указано прозвище. - Как-то задумчиво проговорил ИскИн. - Скажи, кем надо быть, чтобы сослуживцы называли тебя "Сержинский - позади все горит..."?
   - Переходи к делу. - Слишком раздраженно одернул его Ян. - Время не терпит.
   - Время, оно, как раз, таки, терпит, но если желаешь... Через пять минут мы выйдем в расчетную точку. Полученный при старте импульс исчерпается и мы тупо начнем падать в гравитационный колодец звезды. Точнее, вы начнете. Придется слегка поработать двигателями коррекции, но не более того. Не забудь, у тебя только один заход. Антенну можно срезать ракетами, там нет уже ничего важного. А вот по дряни на модуле придется лупить из лазеров. Они, хоть, сразу обшивку не пропорют. Так что, готовься. Я бы энергоячейку уже сейчас разрядил в каскад.
   При всей нахальности ИскИна, в логике ему отказать было трудно. Плазменные ячейки, используемые космофлотом Земли в качестве сверхъемких аккумуляторов, при главном своем несомненном достоинстве - огромной плотности хранения заряда, другими плюсами похвастать не могли. В частности, их разрядка происходила исключительно единовременно, вследствие чего приходилось создавать целые каскады сверхпроводниковых конденсаторов, для удержания бьющей через край энергии. Те не могли похвастаться ни сравнимой длительностью удержания, ни особо высоким КПД, но, зато, готовы были подавать на системы ровно столько, сколько требовалось, а не удельную мощность трехсот килотонной ядерной боеголовки.
   Всего на штурмовике имелось три унифицированные ячейки. Дозаряженные менее чем на сотую часть, за неимением возможности приложить куда-то свою полную паспортную мощность, они питали авиационные скорострельные лазеры, позволяя создавать подавляющую огневую мощь в течение ограниченного периода времени. Если, конечно, зарядить от любой из них пресловутый конденсаторный каскад.
   Процедура не занимала много времени, но с ней, все же, приходилось считаться. Вдруг, какие-то неисправности вылезут? Сержинский не искал сегодня дополнительных сюрпризов. У него, с утра, было стойкое чувство, что они сами его найдут. Судя по разворачивающимся событиям, интуиция не подвела. По этому, он, не желая усугублять обстановку, занялся делом. Благо, нейроинтерфейс не требовал от пилота сверхъестественных технических знаний.
   Говоря начистоту, майору просто хотелось отвлечься. Его лучший друг лежал, изувеченный, где-то в недрах корабля, по которому он собрался стрелять. Девушка, которую он побаивался, но уважал уже за то, что она была редким островком адекватности в рехнувшемся мире, тоже лежала, но уже в смежной кабине. И, что-то, не торопилась приходить в сознание, несмотря на бесперебойную работу бортового медицинского комплекса. Земля, его родной дом, родители, все осталось где-то невообразимо далеко позади и неведомо, отыщут ли они когда-нибудь дорогу назад.
   Сам же Ян Олегович Сержинский несся сквозь вакуум в крохотном истребителе не способном вернутся на базу. Возможно, принужденный навсегда кружить по орбите тусклой звезды.
   Слава спасителя трех миллионов последних представителей человечества его, майора, так же, категорически не прельщала. Тем более посмертно.
   Но вокруг скалились разноцветные огоньки далеких светил, непривычно крупные на присыпанном благородной сединой, таинственно мерцающем небосводе. Звездные потоки перемешивались, рождая незнакомые созвездия, не сулящие дерзнувшему померятся с ними упорством, ничего хорошего. Колесо судеб со скрипом проворачивалось, отбрасывая пылинки жизней. И, по всему, выходило что его, майора, мнения, там, далеко наверху, как всегда позабыли спросить.
  
  

Конец первой части



  

Часть 2. Спутники Надежды.



   Глава 10
  
   Лежа на выстланной мягким пластиком больничной кушетке корабельного госпиталя и любуясь блеском заклепок на потолке, Руслан ждал, когда хоть кто-нибудь соизволит вспомнить о его существовании. Очнувшись час назад, он обнаружил, что его спинной мозг, вероятно, до сих пор не восстановлен, ибо ног он совершенно не чувствует. Впрочем, от головной боли, как и от других неприятных ощущений, не осталось и следа, что вселяло уверенность в будущем.
   К уверенности примешивалась толика беспокойства. Ласку напрягало то, что он абсолютно не мог сказать, сколько же прошло времени с момента его травмы. Чип был, по-прежнему, заблокирован Омегой и, явно, контролировал работу наномашин, чья туманная белизна скрывала тело. Сам же ИскИн, при первом запросе, вместо приветствия заявил, что Лемех изволил придти в себя в крайне неудачный момент и у него, Омеги, сейчас нет технической возможности для общения с Капитаном, так как все его вычислительные мощности задействованы на решение более приоритетных проблем. Офигев от такого неприкрытого хамства со стороны борзеющего с каждым днем ИИ, Лемех попытался встать, после чего и обнаружил стесненность собственного передвижения. Омега же более не откликался, несмотря на все настойчивые запросы.
   Крики, в надежде достучатся до кого-либо из живых членов экипажа, тоже к успеху не привели. Это несколько раздражало. Да что там говорить - постепенно Ласка начинал выходить из себя. Выдержав еще час, капитан решил, что с него хватит.
   Свалившись с койки на пол контрразведчик целенаправленно пополз ко входному люку, завернув по пути к нашедшейся неподалеку стопке чистой униформы. На преодоление пути ушло не так уж много времени, благо - койка находилась не далеко от входа. Настоящая проблема поджидала его в конце. Дотянуться из лежачего положения до сенсора открытия двери возможным не представлялось.
   Расплачиваясь за непредусмотрительность, Лемех был вынужден сделать еще один круг по палате, и прихватить какую-то длинную толи стойку, толи вешалку, предварительно оторвав ее от пола.
   Был в этих манипуляциях и один приятный момент, а именно - Руслан потихоньку начал ощущать пальцы на ногах и решил не торопиться с выползанием из отсека. Немилосердное покалывание затекших конечностей еще не пришло, но все говорило о том, что и это не за горами. Справились ли сейчас наниты со своей задачей, сшив поврежденные нервы, или проблема была решена давно, оставив после себя лишь последствия долгой неподвижности, Лемех не знал, да его это и не волновало. Главное - были шансы заняться выяснением обстановки на своих двоих.
   Потратив еще минут двадцать на аккуратный массаж больных конечностей, офицер решил, что может попытаться встать. Это удалось без серьезных усилий.
   Удержаться на ногах было значительно сложнее, но, после недолгой борьбы с собственным вестибулярным аппаратом, удалось и это.
   Освоившийся с собственным телом капитан бодрым неторопливым шагом проследовал в рубку, испытывая по пути смутное желание открыть дверь туда пинком ноги. Останавливала его исключительно мысль о прочности корабельных люков. В итоге, естественно, пришлось войти штатно, но сама идейка так и осталась подогревать изнутри, намекая что пора, пора, начинать решать вопросы "творчески"... Со всеми вытекающими печальными последствиями для лиц, сии проблемы порождающих.
   Однако, увиденное его несколько озадачило.
   Экипаж на командном посту, конечно же, имелся, но далеко не в том составе, на который рассчитывал Руслан. Не наблюдалось ни Сержинского, ни Мэй, ни, что самое удивительное, Янсена Валда с Давидом Сайдуолкером. Обзорные экраны были покрыты серой рябью и так же не демонстрировали признаков какой бы то ни было разумности. Вместо этого имел место потерянно как-то сжавшийся Иоханн, осунувшийся Ясото, и непривычно молчаливый африканец. Среди новых корабельных офицеров особист тоже автоматически отметил некоторый некомплект. В обветренную, суровую душу Ласки начало закрадываться нехорошее подозрение.
   - Есть мнение, что я сейчас услышу от вас нечто весьма неприятное. - Многозначительно не стал здороваться Лемех.
   - Я так и знал что этим кончится. - Донесся обреченный голос ИИ в такт некоторому сотрясению рубки. - Процедура посадки завершена.
   - Посадки чего? - Заинтересованно спросил Рус.
   - Посадки корабля. - Пояснил ИскИн еще более печально. И почувствовав, что Ласка оглядывается не просто так, а именно в поисках центрального квант-процессора, поспешно добавил. - Эсминца "Стремительный". Вместе с колонизационными модулями. Посадка успешна. Отключить компрессор гравитации?
   - Не торопись. Лучше доложи нормально. Это в твоих интересах. Я же еще Капитан?
   - Капитан. - Подтвердил ИИ. Пока. Посадка произведена, но полномочий ты с себя не слагал.
   - И не сложу. - Доверительно признался Рус. - По крайней мере, пока не пойму, что тут происходит.
   - Видите, я же вам говорил, что ему все это не понравится. - Туманно подосадовал Омега в пространство. - Капитан, в рамках программы "колонизация" произведена посадка базовых отделяемых модулей и эсминца "Стремительный" на грунт планеты Рок в границах заданных территорий. Телеметрия от четырех модулей показывает норму. Связь с истребителем, корветом и пятым модулем будет возможно настроить после первичных проб окружающей среды, развертки главной антенны и установления контакта со спутником связи. Предлагается выключить режим наведенной гравитации и перейти в естественное поле планеты. Местная сила тяжести составляет 0.9 g.
   - Ясно. - Сделал вид, что сориентировался в ситуации Лемех. - Сколько я отсутствовал?
   Вместо ответа ИИ вернул Ласке контроль над имплантантами.
   - Прости, что не отвечал, Капитан. Процедура посадки таких масс требовала значительных вычислительных мощностей. Я не хотел отвлекаться, это увеличивало риски.
   - Ага. - Рус ознакомился со штампом времени своего чипа и, теперь, усиленно делал вид, что факт собственной трехдневной отключки его нимало не смутил. - Гравикомпрессор значит? Пожалуй, что, отключай.
   На самом деле гравитация волновала безопасника примерно на равных с проблемами глобального потепления-похолодания оставленной Земли. Он просто взял паузу на осмысление. Легкая дрожь расправившегося пространства и придавившая мышцы, чуть подросшая по сравнению с бортовой, тяжесть, прошли для него незамеченными.
   В отличие, кстати, от людей на мостике, не столь погруженных в раздумья. Пронесшееся по залу оханье, вызванное не столько увеличением веса, сколько самим фактом колебания метрики, напомнило Ласке, что основное внимание приковано, по-прежнему, к его персоне. Впрочем, он успел довольно гладко разложить по полочкам узнанное и готов был работать дальше.
   - В твоих словах ощущается некая недосказанность... - Отметил Рус. - Значительная.
   И видя, что бросаться к ИИ на помощь никто не торопится, выдержав паузу, продолжил:
   - Уточню. Во-первых, как же вышло так, что с четырьмя модулями связь имеется, а с пятым отсутствует? Во-вторых, о каком истребителе шла речь? В-третьих, Какой идиот назвал планету таким дурацким названием? В-четвертых, что это, вообще, за планета? В-пятых, а где все?
   - Сейчас. - Сказал ИскИн, с толикой уважения в голосе. Лесть и другие человеческие эмоции давались ему все лучше. - Мне это надо сформулировать. По порядку.
   Руслан, довольный в душе тем, что смог уесть искусственный разум, не стал торопить. Впрочем, формулировка Омегу если и задержала, то не слишком заметно для окружающих. ИИ и сам был вполне удовлетворен - он сумел достаточно качественно сыграть замешательство.
   - Область посадки пятого модуля находится на значительном удалении от основного местоположения колонии. Фактически, на другой стороне планеты. В результате атмосферных явлений и большой массы вещества разделяющей нас, связь временно утрачена. Тем не менее, последние данные телеметрии не показывают какого-либо отклонения от заданной программы приземления. Это позволяет с высокой степенью вероятности утверждать, что процедура прошла без осложнений. - Выделив паузой переход, ИИ смущенно добавил. - Истребитель находится на орбите звезды "Мэй".
   - Так..! Продолжай... - Рус не стал, пока, вдаваться в подробности и отложил допрос на потом, чувствуя, что уже услышанным новости не ограничиваются.
   Омега же и сам не жаждал проявить излишнее ораторское искусство, справедливо полагая, что спросится за все именно с него.
   - "Рок" был так назван по предложению англо-говорящей части колониального совета. Аргументацией при выборе имени являлась информация о неправильной форме избранной мной для высадки планеты и ее серо-черный цвет. В связи с тем, что центральная звезда системы уже была названа по-русски, а периферийная - по-китайски, основным был принят английский вариант названия. Напомню, что слово "Рок" с английского переводится как "камень". Отмечу, что русскоговорящие члены совета и команды высказывались по поводу этого имени неодобрительно, но в связи с некоторыми обстоятельствами они оказались в меньшинстве. Я же счел возникающую игру слов забавной и не стал протестовать, хотя, смею отметить, мое мнение при принятии решений практически не учитывалось и не учитывается, ибо мой статус был определен советом всего лишь в качестве рядового члена экипажа эсминца.
   - Значит "Рок". Возможно, мне стоило потерпеть головную боль. Три дня... Скажи, юморист ты наш, а тебе никогда не приходилось слышать фразу "Как вы яхту назовете..?"
   - Нет, Капитан. - Не понял вопроса удивленный ИИ.
   - Ясно. - С глухой тоской в голосе произнес Рус. - Про "Мэй" я просто промолчу. Боюсь, я несколько отвык от такого за последние шестьдесят лет... Доложишь, в общем, позже. Когда мы поговорим о названиях и неизвестных тебе фразах более предметно. А сейчас - продолжай.
   Принято, Капитан. Хотя я не могу сказать, что тебя понял... Итак, о планете. По уточненным данным, средний радиус 34567 километров. Гравитация ноль целых, девять десятых от нормы. Планета именно тот кандидат, который был предложен на подлете. Это спутник второй звезды системы. Обладает яйцеобразной формой, с продольной осью вращения. Тупой конец яйца обращен всегда в сторону "Мэй".
   Орбита планеты вытянутая, изменяющаяся во времени под действием больших тяготеющих масс газового гиганта, других спутников и центрального светила системы. Полную траекторию пока рассчитать не удалось из-за недостатка данных. Атмосфера содержит кислород в близком к земным значениям составе. Имеются токсичные примеси, но в количествах, которые легко нейтрализуют медицинские наны любого колониста. Климат на планете формируется под действием множества факторов и состоит из трех глобальных климатических зон. Зона один - обращенная к малой звезде. Находится всегда в сумраке, однако инфракрасное излучение коричневого карлика создает довольно теплый микроклимат на этой территории, в том числе еще и за счет особенностей зоны два.
   - Каких же? Горы?
   - Не совсем, Капитан. Точнее, горы, но весьма специфические - это ледники. Огромные, окольцовывающие всю планету. Причем, под действием гравитации Мэй они постоянно наползают на зону один, подтаивая и создавая реки. Третья климатическая зона занимает половину планеты и представляет собой пустыню, освещаемую центральным светилом. На южном полюсе пики нагрева, вероятно, достигают трехсот градусов. Ближе к экватору они падают, создавая пояс умеренных температур наподобие земного средиземноморья, с довольно резким из-за формы планеты переходом в арктический пояс второй зоны. Вся эта часть планеты укрыта песками. Мной для посадки была избрана зона один. На планете, по предварительным данным имеются развитые формы жизни, однако...
   - Постой, постой. Если я правильно тебя понял, мы высадились на вечно темной стороне планеты?
   - Да. В зоне, пограничной с арктическим поясом.
   - А модуль номер пять, с твоих слов, на противоположном краю света?
   - Да, Капитан.
   - Омега, ты никогда не казался мне похожим на дурака. Не сочти уж за похвалу. Это первое. Второе - ты сказал, что твое мнение идет за мнение рядового члена экипажа. Значит, как минимум, решал ты не один. Этот факт указывает на весьма серьезную обоснованность данного решения. В связи с этим вопрос - почему?
   - Ряд причин, Капитан. Я привел их и они были признаны большинством в совете резонными. Причина первая - здесь гораздо удобнее доступ к воде. Чуть севернее располагаются, судя по съемке с орбиты, огромные озера. Причина вторая - несмотря на слабый уровень освещения в естественном спектре показатели ультрафиолетового и рентгеновского излучения оптимальны именно здесь, а не под лучами белого гиганта. Уровень инфракрасного излучения даже несколько превосходит солнечный в средней полосе. Правда с ледников стекает холодный воздух, так что средняя температура не балует, и чем ближе к горам, тем холоднее. На равнине лучше, но гуляют ветра. Зато на северном полюсе вообще африканская баня.
   Причина третья и самая впечатляющая - на той стороне, по данным сканирования, совсем, то есть, абсолютно, нет жизни. Один песок покрывающий все. Даже значительных возвышенностей не наблюдается. Это при том, что ничего потенциально смертельного, там не выявлено, а условия в районе высадки пятого модуля вполне подобны местным, северным, только чуть дальше к теплу, где упомянутая жизнь, похоже, процветает.
   На основе этих данных я предположил, что высадка на границе зоны "два" гораздо более приемлема, так как позволяет не вступать во взаимодействие с наиболее развитыми местными формами жизни с одной стороны, и не подвергать экспедицию гипотетическим угрозам на мертвой части поверхности этого мира, с другой. Рассмотрев эти доводы, совет большинством голосов признал мою логику разумной.
   - Надо думать, что не все. Я конечно уже догадываюсь, но ты все же озвучь, чей модуль отделился.
   - Американский. Правда, у меня сложилось впечатление, что Сайдуолкер не был в восторге от этой идеи, но предпочел не осложнять отношения внутри команды. Мистер Валд, же, сообщил, что он не желает иметь ничего общего с сумасшедшими русскими любителями снега, двигающими подобные планы. От лица "своего народа" заявил о выходе американской нации из состава совета, и о том, что модуль приземляется в выбранном им районе, а вопрос с разделением стартовых ресурсов будет решен после.
   - Вы что тут, совсем белены объелись? - Искренне удивился Лемех. - Дурдом тринадцать или реальность, данная нам в ощущениях, как говаривал один мой знакомый психиатр?
   - Рус, пойми, он имел на это формальное право! Просто как главный представитель своего народа. Я не одобрял этого, но кто ему мог воспрепятствовать?
   - Вы. - Отрезал Ласка.
   - Каким образом? - Вмешался Шварценмейер. - Услышьте нас! Он имел все права! Мы не могли удерживать его силой...
   "Вы что не понимаете, в какой ситуации мы оказались?! Какие еще к чертям права?!" - Собрался, было, заорать Руслан, у которого имелись весьма конкретные мысли насчет происходящего, всерьез пугающие серьезного и неслабого духом контрразведчика. Однако, взяв себя в руки, Ласка явственно осознал, что присутствующие, в своем глубоком и, похоже, прогрессирующем кретинизме, элементарно не понимают сути проблемы, причем включая сверхлогичного но неопытного ИИ. Проникнувшись этим фактом, он потребовал ледяным тоном:
   - Продолжай рассказывать. Свои соображения я поясню, когда увижу всю картину. А пока изволь пояснить, что означает фраза про сумасшедших русских? Идея вроде была твоя, а решение принимал совет? Чем ему русские тут не угодили?
   - Понимаешь, Капитан, пока мы летели, совет поднял вопрос о моем происхождении. Сержинскому пришлось во всем признаться... Ну, в том, что я секретная разработка ваших военных... - Как бы невзначай уточнил ИИ. Вот и выходит что я, так сказать, представитель нации.
   - Ага. Коренной. - Сказал Лемех, воспользовавшись беспроводной связью с Омегой. - Значит секретная разработка... Чистокровный русский ИскИн. Работает на борще, водке и пирогах с капустой. Недурно для нашего майора. Я тебя умоляю, не забудь подделать соответствующую документацию в базе данных. Только бога побойся - не добавляй туда информацию об охраняющем твой центральный процессор медведе с секирой. Подробности позже обсудим.
   - Обижаешь, Капитан. - Горделиво сбросил в ответ ИИ.
   - Да, кстати, почему мне не сообщить о подобном? Это вопиюще!! - Вмешался Иоханн.
   - Помолчите, любезнейший. Сейчас не тот случай, когда я буду вступать с вами в пространный диалог. Уж мне поверьте. - Осадил Рус таким голосом, что спорить бы с ним решился только безнадежно больной.
   Однако, австрияка такими детскими фокусами было не пронять.
   - Что вы себе позволяете? Кто вы есть такой, в конце концов! Ваш статус, знаете ли, до сих пор не определен. А совместно с ваше заявление о том, что вы отказываетесь сложить полномочия Капитана судна, это попахивает изменой. Я склоняюсь к мысль, что вас надо арестовать. Старший лейтенант Груздь! Приказываю вам задержать этого человека!!
   На лице Ласки не дрогнул ни один мускул. Он, ничем не выдавая бушующее внутри злое пламя, лишь ровно отметил, что русский "господина Иоханна" стал значительно лучше за прошедшие две недели и повернулся к находящемуся в рубке Николаю:
   - И? Будешь исполнять приказание?
   - Их решения легитимны, капитан. Помнишь об этом? - Не менее нейтрально спросил Груздь. Весь вид заместителя Сержинского говорил о полном отсутствии трудового энтузиазма.
   - Ты ведь осознаешь, чем это кончится? - Иронично изогнул бровь Лемех.
   - Осознаю. - Сухо признал старлей, посвященный в особенности организма спецагента.
   - Омега, - Спросил Рус, вновь используя чип. - Мое лечение завершено?
   - Физически, вы в полном порядке капитан. Процедура заняла даже меньше времени, чем планировалось. Оказывается, под моим прямым контролем наниты гораздо эффективней. - Осторожно доложил ИИ. - Так что, все отлично. Не считая того, что, в процессе вашего исцеления, я установил в первых фалангах безымянного и указательного пальцев левой руки наличие недокументированных образований. Относительно душевного состояния, я могу с уверенностью заявить лишь о недостаточности имеющихся данных.
   - С головой у меня все в порядке, и я это скоро докажу, уж поверь. - Аж перекосило Руслана, причем, отнюдь не от сомнений окружающих в собственном умственном здоровье. - Лучше скажи, ты эти "образования" не трогал?!
   - Нет, Капитан. Я установил, что они появились до травмы, и не рискнул вмешиваться без нужды.
   - Молодец. - Выдохнул контрразведчик. - Запомни, никогда, ни при каких условиях не трогай этого. Что бы со мной не случилось. Если я погибну, то рекомендую сжечь мое тело в плазме при температуре не ниже пяти тысяч градусов. А лучше - шести. Или, хотя бы, выбросить меня в открытый вакуум подальше от планет.
   - Почему? - Все-таки рискнул поинтересоваться ИИ. - Что у тебя там? Микропленка с именами заказавших убийство Кеннеди или три кило плотно упакованного антиводорода? Хотя, тогда кремация не поможет...
   - Прости, это абсолютно секретная информация. Даже для тебя. Даже сейчас. Возможно, когда-нибудь, попозже. Просто поверь мне.
   - Хорошо, Капитан. Думаю, я могу понять.
   - Вот и отлично. Вернемся.
   Завершив неслышимый диалог, Руслан вновь обратился к Николаю.
   - Коля, Думается у нас серьезная проблема. Согласен?
   Груздь кивнул.
   - Ее надо решать. - Мягко продолжил капитан.
   Старлей кивнул снова, демонстрируя, что он весь - внимание. Руслан мысленно поставил малознакомому парню оценку "отлично" и порадовался про себя компетентному выбору Сержинского.
   - Прежде чем ты соберешься выполнять последнее приказание, сделай одолжение - дай мне разобраться до конца в обстановке. После этого я изложу ряд новых мыслей, которые возможно изменят воззрения на жизнь, как твои, так и окружающих. Пока можешь собрать здесь тех своих людей, кто еще на борту, чтобы тебе было спокойней. Я ведь правильно понимаю, что разбужены не все, а часть тех, кто на ногах, отправлены на модули?
   - Правильно. - Неохотно признал Николай. - Я склонен согласиться с вашими предложениями капитан Лемех. Пока склонен.
   Не теряя времени даром, военный кивнул стоящему у входа рядовому и тот скрылся за дверью.
   - Разумно, старлей. Так мы все избежим крайне неловкого положения.
   - Какого дьявола, старший лейтенант? - Снова встрял Иоханн. - Это бунт? Почему вы слушаете этого изменника?!
   - Боюсь, выбор у меня невелик. - Невесело усмехнулся Груздь. - Помещение здесь замкнутое, а моих людей мало. Наши шансы исчезающе низки. Я не готов принимать такие решения без одобрения майора Сержинского в отсутствие обострения обстановки.
   - Да о чем вы вообще... - Начал было заводится австрияк, но Рус его перебил.
   - Иохан, вы ведь врач по образованию, помнится... Так понимаю, изначально моим лечением занимались вы и доктор Чанг? Хотя, конечно, толку от вас там наверняка было поменьше, чем от Омеги. Без обид.
   - Неправда! Мы многое сделаль для вашего... Да какой это вообще есть значение?!! - Снова сбился на сильнейший акцент нервничающий Иоханн.
   - Скажите, а вы, когда меня раздевали, ничего странного не заметили?
   - Странного? Не считай того, что вы вообще не должен быль выжить? Скажите "благодарю" нанодевайсес! Может вы иметь в виду, что у вас есть эта вульгарная татуировка по всему телу? Какие-то растения?
   - Вьюн, если быть точным, Иоханн. Символично, не так ли? Вы все правильно увидели. Только вот это не татуировка...
   - А что же, позволяйт узнать? Как это... Посвятите дипломированного медика, молодой человек! - Воскликнул злящийся от растерянности еще больше Шварценмейер.
   - Броня. - Спокойно отчеканил Руслан. - Подкожная гибкая кольчуга из мономолекулярного углеволокна. Я - носитель боевых имплантантов уровня два. Имеющемуся на борту, боеспособному воинскому контингенту меня не остановить. Это первое. Второе, Омега, контролирующий корабль, вероятно, примет мою сторону. Как только определится с обстановкой. Полномочия Капитана корабля я не сложу - это третье. Теперь о том, что здесь происходит.
   Я принимаю всю полноту ответственности за жизнь и здоровье членов базовой колонии на этой планете. Добавлю, без стеснения - пользуясь в качестве опоры власти боевыми возможностями "Стремительного". К этому меня вынуждают обстоятельства и ошибки допущенные принявшим руководство экипажем в мое отсутствие. Ваш совет остается при мне в качестве совещательного органа. Считайте это диктатурой.
   Теперь пояснения. Я понимаю, что вы еще не перестроились с земных рельс, на вас обрушилась масса неожиданного и вы пытаетесь, хоть как-то, совладать с хаосом. Это было бы допустимо, если бы не одно "но". Почему-то вы все забыли, что колония находится в состоянии войны и основана, вдобавок, на абсолютно неизвестной территории, ранее контролировавшейся противником. При этом, противник этот обладает весьма совершенной технологией превосходящей нашу, связь с метрополией утрачена, вероятно, навсегда и нет уверенности в том, что Земля еще, вообще, существует. Соответственно, я, как всякий разумный человек, вынужден рассматривать наше общество, как последних представителей рода хомо сапиенс, и обязан стремиться обеспечить выживание сих представителей любой ценой.
   В подобных условиях тот факт, что вы, еще даже не вступив полностью в права управления, и не имея в пассиве толпу разбуженных колонистов, умудрились за три дня допустить распад колонии на независимые фракции с планируемым дележом ресурсов, выглядит вопиющей некомпетентностью.
   Теперь, что касается моего статуса. Я принимаю, так же, ответственность за русскоязычное население в составе колонии, как третье лицо, имеющее на это право, и первое, из присутствующих на борту. Манилал, теперь, будет моим заместителем по связям с общественностью. Так что, по сути, его положение не меняется. В этом, я уверен, меня поддержат. Ну, а остальная власть на мне по праву сильного. Будут ли желающие спорить?
   - Это неоправданный милитаризм! Мне кажется, вы есть сумасшедший! У вас были серьезные повреждения мозга... мне кажется, это сказалось... - Запричитал бессвязно пораженный автриец. К нему, пошептавшись с партнером, присоединился Ясото.
   - Он прав, господин Лемех! О какой войне идет речь? Мы уничтожили опасное существо в системе, на случай если не помните, сообщаю. Нам ничто больше не угрожает. Если и есть война, то она гипотетична. Допускаю, что наши решения были не самыми удачными, но ни одно правительство не идеально. Это не повод для вооруженной узурпации власти.
   - А я поддерживаю Капитана. - Неожиданно упали с потолка слова ИскИна. - Руслан, корабль в твоем распоряжении. Прости, я не рассматривал проблему в таком ключе. Мне не хватает тактического опыта. Теперь я осознаю ошибку. Надеюсь, ты знаешь, как все исправить.
   После этого заявления воцарилась потрясенная тишина.
   Первым опомнился снова Иоханн.
   - Это что-то невероятное! Старший лейтенант...
   - Я тоже поддерживаю. - Без лишних пересудов сообщил Груздь, выйдя из глубокой задумчивости. - У меня просто не было времени обдумать ситуацию. Как к вам теперь обращаться, Руслан? Надеюсь не "Повелитель"?
   В голосе офицера прозвучала неприкрытая ирония. Карие глаза насмешливо сверкали из под ровных бровей.
   - Не ожидал, старлей. - Рассмеялся Лемех, только что, по сути, установивший контроль над остатками человечества. - Называй "Товарищ Лемех"... Шучу. Главное не на "вы" - мне дистанция не требуется в сложившихся обстоятельствах. Можешь Русом. Или полковником. Я решил, что, поскольку я теперь на легальном положении, то имеет смысл приравнять звание к воинскому. Ты кстати жди повышения. За сообразительность.
   - Это коллективное помешательство, боюсь Иоханн прав. - Заявил Японец видя, что Шварценмейер онемел от гнева. - Если мне придется подчиниться, то этот союз никогда не будет стабильным. Казните меня, если желаете, за эти слова.
   Ясото, Ясото. - Покачал головой Руслан. - Не стоит разбрасываться такими заявлениями. У вас просто не было времени обдумать. Я же изложил ситуацию. Вы основываетесь на неверной предпосылке о гипотетичности военного положения.
   - Какие же факты указывают на обратное, "полковник"?
   - Очень просто, господин Таширо. Вы ведь признаете, что корабль, который я уничтожил, принадлежал расе разумных существ?
   - Я признаю, что корабль был разумным существом. Это сложно отрицать после увиденного. Но кто сказал, будто мы воюем с кем-то? Может это одинокий местный житель?
   - Крайне низкая вероятность. - Вмешался ИИ. - Существо, по результатам анализа, не могло зародиться на этой звезде, а цепь эволюции, начинающаяся на планетах слишком сложна, чтобы оно могло пройти по ней за короткий период существования центрального светила. С вероятностью восемьдесят шесть процентов мы уничтожили органический боевой корабль, выполнявший в системе сторожевые функции. К сожалению, перевод переданного нам сообщения еще не завершен. Я придавал этому слишком низкий приоритет, а дешифровка крайне затруднительна, что в частности свидетельствует о высокоразвитых средствах коммуникации у данного вида.
   - Слышали, Ясото? Это был страж. Причем, не страж вымершего народа, оставленный для охраны могил. Это страж, способный к общению. Конечно, это могло быть и записью, но его действия были довольно осмысленны. Оно испытывало, по заверениям Мэй, эмоции. И, потом, оно все таки слабовато, на мой субъективный, конечно, взгляд, для последнего... Скорее, это рядовой охранник чего-то не слишком нужного, но считающегося своим. Масштабы у него какие-то... Средненькие... Сеть эта ловчая, опять же... На кой черт? Просто пальнули бы супермегалучем от звезды и никакой возни! И не сказать, что техника не позволяла...
   - Что же, - С неохотой кивнул японец. - В ваших словах есть резон. И я ощущал эмоции этого корабля, действительно. Вы правы. Однако мне, по-прежнему, не ясно, от чего такая уверенность в войне? Я не заметил каких-либо передач от этого существа, кроме той, в которой нам приказали убираться. С уверенностью говорю, что я, вероятно, ощутил бы контакт, даже если бы использовалась чуждая система связи. И Мэй Чанг, с которой я консультировался, также ничего не почувствовала. О нас не узнают еще долго.
   - Этого мало, Ясото. Очень мало. - Грустно улыбнулся Руслан. - Подумайте, это же основы. Мы столкнулись с существами, обладающими вполне развитой логикой. Может и чуждой, но раз они способны общаться и ставят охрану, значит не настолько! Если бы здесь был Сержинский, он бы точно не позволил вам допустить таких ошибок. Майор - человек непростой. Склонный во многом к прямолинейным силовым путям, что для военного даже плюс. Но, вместе с тем, далеко не дурак, каким любит себя показывать. Тактика - его конек. Да и Николай уже проникся, обратите внимание.
   Вы и сами подумайте - если бы у вас было имущество? Недвижимость, скажем, где-то под Бобруйском, но при этом вполне стоящая, не требующая значительных затрат и могущая когда-либо понадобится. Что бы вы сделали, обладая достаточно большим доходом? Думаю, поставили бы охрану! А теперь ответьте, стали бы вы дожидаться, когда вам, хозяину, позвонит охранник? Отвечу за вас. Ничего подобного. Вы звонили бы сами, когда вам удобно. Или установили бы очередность звонков... Никто не берет трубку в течение долгого времени! Каковы ваши действия?
   Ясото витиевато выругался по-японски. Самурайское хладнокровие ему изменило. Глядя округлившимися, несмотря на восточный разрез, глазами он медленно проговорил:
   - Я.. Применительно ко мне... Я вызвал бы полицию... А они... Боги! Какие мы идиоты. Я беру свои слова назад. Боюсь, нам многое теперь надо переосмыслить.
   - Именно так, господин Таширо. Позвольте на этом считать мои пояснения оконченными, а тему закрытой. - Кивнул Ласка. - А теперь, я надеюсь, мне кто-нибудь объяснит, где этот самый Сержинский, так много раз упомянутый, шляется? Еще я не вижу доктора Чанг, которая, похоже, умудрилась присвоить себе целую звезду, и не понимаю, как эти двое смогли дать вам тут так круто и бесконтрольно порезвиться. Что-то я сильно сомневаюсь, что они в колониальных модулях, как остальной экипаж. Да и ряд других непоняток в воздухе повис. Корвет там, истребитель какой-то... Объяснения будут?
  
   Глава 11
  
   Майор купался в объятиях компенсационного кресла штурмовика и смотрел сквозь прозрачные элементы колпака кабины на потихоньку уплывающую куда-то в бок карликовую звезду "Мэй". Из доступных для разглядывания предметов в рубке истребителя имелись только три предмета - коричневый карлик, Вселенная и доктор Чанг в отключке.
   На ту сторону колпака, где упрямо, словно "Лебединое озеро", передавали виды космоса, смотреть было уже до тошноты непереносимо. Хотя первые пару суток он еще находил это занятие весьма забавным.
   Для того чтобы любоваться на девушку, во-первых, следовало повернуться в неудобной позе, а во-вторых, Сержинский пока не дошел до такой стадии вуайеризма. Но смутное внутреннее чувство подсказывало ему, что еще через недельку в мировоззрении под таким прессингом могут обнаружиться весьма серьезные подвижки. Если эта неделька у них будет.
   Делать в истребителе было решительно нечего. Пока сохранялась связь с колонией, скука была не столь ощутима, благо, от командования его никто отстранить не пытался, а коммуникационная задержка еще не сказывалась существенно. Но потом, между летящим по низкой орбите корабликом и остальными людьми в этой галактике, встала неохватная туша светила. Отличный способ до конца прочувствовать смысл термина "одиночество".
   В данное безрадостное положение они попали по вине случайности. Благополучно отстрелявшись и получив тем самым немалое удовольствие от новой, летающей на этот раз игрушки, майор, не пытаясь более рыпаться, послушно лег на предписанный ИскИном курс и стал дожидаться спасения. Благо, вариантов у него не имелось.
   Однако, как выяснилось, эффекторы гравитационного компрессора корвета были повреждены и едва давали треть максимума. У маломощной установки корабля просто не оказалось резервов, чтобы достаточно глубоко окунуться в гравитационный колодец звезды. Его самого пришлось по сложной орбите, буквально ювелирно выводить через местные точки Лагранжа (точка равновесия притяжения 2х объектов) к выбранному для посадки спутнику. Эсминец же играл роль тягловой лошади для всех модулей колонии и возможности для маневра, соответственно, не имел.
   Судьба показала поляку звериный оскал. Вот тут Ян несколько струхнул. Истребитель имел все шансы стать отличной орбитальной гробницей для него и Мэй. Из бонусов при этом, видимо, шел факт погребения заживо.
   Обсудив возникшую ситуацию с искусственным разумом, майор пришел к выводу, что все не так уж и страшно. Ресурс жизнеобеспечения штурмовой машины, в тех щадящих условиях, в которых она оказалась, обещал штатные десять суток инерционного полета. Радиационная защита же вполне выдерживала бледный накал карлика. Таким образом, были все шансы сделать кружок вокруг звезды и, к нужному моменту, выйти к месту встречи со "Стремительным". Тот, к тому времени, просто обязан был завершить свою миссию в качестве буксира и выдвинуться на помощь отставшим. Единственное, что требовалось от Сержинского - не рехнуться со скуки за это время.
   Опасения, конечно, были и немалые. Но майор не стал их высказывать, прекрасно осознавая, что выбора у них все равно нет, а дергать лишний раз ИИ, на которого свалилась забота обо всех остатках человечества, не хотелось.
   Смущало майора то, что доктор Чанг в себя приходить не желала.
   Майор исправно добавлял кораблю импульса, чтобы выйти в расчетную точку в срок и, какое-то время, еще занимался координацией действий ИИ, экипажа эсминца, и новообразованного совета колонистов. Тогда же он, в частности, выяснил историю названия небесного тела, вокруг которого ему посчастливилось теперь вращаться. Яну, конечно, было, что добавить по этому поводу, но ввиду плачевного положения виновницы гнева, обсудить что-либо не представлялось возможным.
   Зато майора, как он и опасался, возвели в ранг героя. Впрочем, неудобных вопросов к нему в результате стало значительно меньше, что скрашивало существование. Последним, что удалось сделать до прекращения всякого контакта - это удачно залегендировать Омегу. После этого связь накрылась и он, Сержинский, остался на несколько суток в фактическом одиночестве.
   Теперь же, когда оборот был завершен более чем на две трети дуги, и из-за близкого горизонта звезды показалась, отмеченная в качестве базовой колонии, планета, Ян с нетерпением ждал возобновления связи. Новости у него были неутешительные. Рассчитывая на резерв системы регенерации воздуха, ни он сам, ни хромающий еще в вопросах материального мира ИИ, как-то не учли, что оборудование с завода и оборудование, простоявшее шестьдесят лет - несколько разные вещи. К тому же Мэй, в своем странном трансе, дышала так, будто хотела на всю последующую жизнь свое забрать.
   Последствия, в виде сбоящей системы жизнеобеспечения, не замедлили сказаться. Поскольку Сержинский был специалистом по слому всяческих девайсов, а отнюдь не их ремонту, влезать в устройство не хотелось. Такая попытка поиска новых граней майорского таланта грозила обернуться крайне прискорбными последствиями для его, таланта, носителя и сопровождающих лиц.
   Последний час Яна, вдобавок, печалило что-то уж слишком затянувшееся отсутствие контакта, во-первых, и довольно неприятное покалывание, поселившееся в затылке, во-вторых. Судя по голубоватому свечению, исходящему из соседней кабины за спиной Сержинского, покалывание имело псионическую природу. Меж тем, спутница майора на его оклики никак не реагировала.
   Системы штурмовика, наконец, доложили о входящем вызове, что немало порадовало узника космоса. Видео, да и голосовая коммуникация, на таких расстояниях становились неудобоваримыми, и собеседники, по молчаливому согласию, перешли на текст.
   - Майор, это Омега. Как там ваши дела?
   - Не надейся. Однако есть некоторые проблемы. Вам бы лучше поторопиться.
   - Э.. Знаешь, Ян, тут возникли мелкие затруднения... Тут с тобой Капитан хочет пообщаться. Ты обсуди с ним. - Перевел стрелки ИИ.
   - Стой, стой! Куда? Трудности? Рус очнулся? Так быстро? - Начал было Сержинский, но Омега уже переключил канал.
   - Очнулся... - Пришел ответ уже от Ласки. - И у меня такое чувство, что меня сглазили в детстве. Скажи, майор, если меня еще раз вырубят, я в себя приду, только чтобы насладится кадрами второго пришествия? Или в планах значится что-то более нетривиальное?
   - А что было на этот раз? - Немедленно заинтересовался поляк, бывший последние дни вне русла основных событий.
   Рус коротко обрисовал "что".
   - ... Так вот, когда я до них добрался наш недоразвившийся "Большой брат" парковал модули на планете, а эти деятели сидели и неспешно прикидывали, как будут ее делить. Твой зам, в это время, хлопал красивыми глазами и размышлял, кто из представленных клоунов на арене главный.
   - Да. - Сказал сержинский. - Да... Это сильно. Не ожидал.
   - Вот-вот! А тут я. Практически, весь в черном, как белочка дяди Васи. Здрасте, не ждали...
   - И? - Напряженно спросил майор, весьма поволновавшись в ожидании ответа. Зная Руса, можно было предполагать самые тяжелые последствия вплоть до расчлененки.
   - Если в целом, то эти придурки, теперь, подчиняются нам с тобой. Я диктатор человечества. Звучит? - Восторга в лемеховом голосе не ощущалось совершенно.
   - Сочувствую... - Только и придумал в ответ Ян, про себя раздумывая насколько бы упростилась жизнь, если бы Рус предпочел, таки, политику уменьшения численности "проблем" и помножил бы всю политическую тусовку на ноль. От друга, с точки зрения Сержинского, вполне можно было ожидать и подобного решения.
   - Ну, на самом деле у нас на другой стороне шарика есть независимая колония, но мы этот вопрос решим в рабочем порядке. И, вообще, себе сочувствуй! Первым это тебя коснется.
   - Это как? - Насторожился Ян.
   - Новость первая, трагическая - ты мой заместитель. Только не стони - я сам в тоске. Кстати, о грустном, ты на своего парня не думай зря. Он в обстановке вполне ориентируется. У него просто ни по возрасту, ни по статусу на местный бордель пороху не хватило. Вырастет еще. Ворчу - это уж я так, под испоганенное настроение. А так, он ситуацией быстро овладел.
   Ну да ладно - новость вторая - неприятная. Понимаешь, Ян, мы сейчас тупо не можем быстро за тобой вылететь. Ты конечно герой, все дела, и вообще я тебе должен пол-литра крепких медалей. Но я не могу сейчас увести эсминец с поверхности. Этот недоумок, Валд, - он задал процедуру пробуждения.
   Это, по данным телеметрии, ибо на связь он не выходит пока. То есть, у меня сейчас на руках окажется разом шестьсот тысяч человек, которые мне не подчиняются, но их, при этом, надо накормить, одеть, обуть и провести минимальную психологическую помощь. Я почему-то не уверен, что они планировали очнуться где-то на краю соседней галактики. Ощущаешь?
   Сержинский не стал тратить усилия на формирование текста. Закончив материться, он просто попросил "теперь уже полковника" продолжать. Рус просьбе внял. И тоже продолжил голосом.
   - А на "Стремительном" куча техники, материалов, продовольствия. Да вменяемых экспертов, хотя бы, черт! Людей совсем мало, а будить кого-то сверх уже имеющегося персонала, когда не знаешь, как имеющимся условия обеспечить... Это же абсолютно неисследованная планета! Надо брать пробы, проверять и перепроверять. Я уже больше суток не присел, едва очнулся. Вы там можете чуть-чуть потянуть, а? Как там наша пигалица? Я о ее геройствах от Ясото уже наслышан.
   - Вот, кстати! Слушай, Рус, - Озабоченно произнес Сержинский. - Я, ясное дело, весь проникся твоей ситуацией, но, по ходу, ты тоже учти - у меня тут на борту девчонка в коме и подыхающее жизнеобеспечение. Картину маслом нарисовать, или так воспримешь?
   - "Цензура"... - Сказал полковник. - Только этого мне сейчас... А, дьявол... Одно к одному. Подожди, мне надо посовещаться с нашим умником.
   - Стой! Дай мне Ясото пока. У меня тут еще какая-то хрень, по его части.
   - Угу. - Оставил без комментариев очередные новости Ласка и переключился.
   - Добрый день майор, Что у вас за проблема? - Прозвучал через пол минуты ровный голос японца. Лидер колонистов предпочел так же воспользоваться речью, а не текстом.
   - Добрый день, - Аналогично целиком переключился на голосовое общение Сержинский. Ну не задался у них сегодня совещательный чат. - Даже не знаю как бы... Если, вкратце, то доктор Чанг начала светиться и колоться разрядами.
   - Светится?! Майор, а как вы себя чувствуете? И что говорит сама Мэй?
   - Вот ведь... - Ответил расстроено Ян. - Так и знал, что в дураки запишут! Ну и как я должен это объяснять?! Я еще не сошел с ума, хотя, признаться, уже близок... Понимаешь, Мэй не говорит! Она в коме! А ее тело светится! Точнее свет возникает вокруг. Сантиметрах в трех от кожи, думаю! Точнее не могу, кабина узкая, не рассмотреть. Знаю, звучит так, будто мы укурились, но это же ваши, псионические штучки, черт побери, что сложного в том, чтобы мне поверить??
   - Не надо так волноваться, Ян. Я не имел в виду ничего оскорбительного... Значит, свет? Странно. Очень, очень странно... Хотя.. Подождите-ка минутку!
   - Ну вот, и этот смылся... - Обиделся в пустоту Сержинский. - Я тут лечу в неизвестной обстановке а они, в тепле, совещаются!
   Ему ничего не оставалось, кроме как ждать, наедине с мерным шумом воздухоочистителей.
   Майор, поневоле, отвлекся на происходящее в непосредственном окружении. Мэй, все так же ненавязчиво, сияла за спиной и затылок покусывали крохотные искорки энергии. Затребованная минутка уже успела утроиться, а затем и удесятериться, но от далеких помощников еще не приходило вестей.
   Сержинский, понимая, что друзья не стали бы медлить без нужды, довольно спокойно осматривал окрестности, про себя прикидывая, однако, сколько часов жизни выиграет китаянка, если снизить нагрузку на жизнеобеспечение путем уменьшения числа пользователей. Выпрыгивать в вакуум не хотелось, но как крайнюю меру майор этот вариант рассмотреть был обязан. В первую очередь, перед собственной честью офицера.
   Мысли выходили мрачноватыми. За фонарем кабины, тем временем, разворачивались грандиозные битвы звезд, длящиеся уже не один миллиард лет. Привычно попискивало оборудование.
   И тут он понял, за что зацепилось его подсознание. Писк! Полностью переключившись на управление через нейроинтерфейс, он не вслушивался в информационные сигналы, а подмигивающий заначек радара, выдаваемый имплантантом на сетчатку, стал привычным из-за обилия малых тел. Сержинский не обращал на него внимания, полностью доверившись автопилоту. Дополнительный же звуковой сигнал означал наличие в непосредственной близости от штурмовика крупной массы.
   Заинтересованный майор задействовал радар и отрисовку изображения с внешних камер, дающих возможность 360 градусного обзора. В информационном объеме немедленно вспыхнула жирная точка. Ян поискал глазами соответствие ее реальному миру и только что рот не раззявил от удивления!
   Прямо по курсу, уже практически рядом с крохотной каплей истребителя, величественно плыло в пространстве серебристое с синеватым отливом тело чужого спейсера. Обтекаемые, зализанные формы скрадывали размер, придавая силуэту стремительность, но сам факт того, что обводы бугристой сигары корпуса, начавшись от слегка изогнутого носа-клюва с, будто вплавленным в его нижнюю часть широким матовым диском, уходили в неразличимую даль, поражал.
   Создавалось ощущение, что стоишь перед тягачом ультрасовременного скоростного поезда, пытаясь углядеть последний вагон. Никаких внешне выделяющихся устройств, систем, да и просто стыков на поверхности брони без приближения обнаружить не удавалось, что придавало ей сходство толи с какими-то особыми средневековыми доспехами, толи с монолитным панцирем жука.
   Впрочем, ровной и гладкой обшивка чужого была когда-то давно. До битвы, которую он пережил. Сейчас же ее, во многих местах, покрывали рваные шрамы и оспины от мелких попаданий. Вокруг расплывалось облако захваченного естественной гравитацией мусора. Ближе к посверкивающей в свете звезд средней части корпуса, вообще, зияла огромная рваная дыра, практически делящая, как обнаружил с использованием оптического увеличения Сержинский, исполин на два независимых фрагмента.
   - Ух ты! Новое устройство! - Прозвучал обрадованный голос ИскИна, втихаря подключившегося к сенсорам штурмовика.
   Майору, однако, было не до восторгов играющегося компьютерного разума. В отличие от присутствующего лишь виртуально Омеги, он ощущал на себе весь комплекс эффектов зашкаливающего уровня пси излучения, который усиливался, нарастая, просто-таки, в геометрической прогрессии. Кружилась голова, расплывалось зрение.
   К счастью, это был лишь фон, а не направленный поток, способный походя погасить разум, но приятного, все равно, оказалось крайне мало. Тем не менее, найденный объект поражал воображение. Сходное чувство Ян испытывал, вероятно, только при первом взгляде на строящийся колониальный носитель еще у родной Земли. Да и то, не в столь значительных масштабах.
   - Майор, там что-то происходит! - Вдруг сообщил удивленно ИИ. - Корабль, похоже, еще не полностью превратился в груду хлама. Взгляни!
   Подчиняясь его словам, сенсоры сменили фокусировку, приближая фрагмент чужака ближе к краю его носовой надстройки. Увеличение разбило монолитность серебристого свечения доспехов чужого и Ян с удивлением понял - то, что издали виделось отражающей поверхностью, на самом деле полупрозрачный материал, напоминающий то-ли граненый хрусталь, то-ли какие-то иные кристаллы, с впаянными в них блестками желтого свечения. И эта защита теперь плавно раздвигалась, открывая спрятанное за ней оборудование, явно выполненное из аналогичных же материалов. Последовала неяркая вспышка, бывшая скорее колебанием все того же пси, нежели реальным светом, а, следовательно, существовала лишь в разуме майора. А потом титан ожил.
   Дурманящая разум энергия схлынула, втянутая, вероятно, в системы старого механизма и, глубоко внутри хрустального корпуса, побежали по неведомым каналам струи золотистой мощи, темнея, истаивая в районах повреждений. Тем не менее, корабль шевельнулся и начал довольно плавно маневрировать, теряя мелкие участки разрушенной обшивки.
   Сержинский, глядя на то, как вырастают пред ним не видимые ранее части корпуса, гадал, в чем смысл данных эволюций. Даже в разрушенном состоянии огромная машина выглядела достаточно внушительно, чтобы майор отбросил идею активировать вооружение, как малоосмысленную. Что бы ни оставило жуткие каверны на броне гиганта, крохе-истребителю со всеми его лазерами и ракетами ловить здесь было, очевидно, нечего. Ему оставалось два варианта - бегство и ожидание. Но тратить резерв драгоценного водорода на суматошные прыжки в гравитационном поле коричневого карлика без серьезных причин было неразумно. А таковых причин профессиональный военный пока что не наблюдал.
   Более того, на его взгляд передняя и кормовая части неизвестного корабля отличались между собой более чем внятно хоть и необычно, да и сам он, в целом, был соразмерен, что выдавало, по мнению поляка, в его создателях существ не чуждых базовой человеческой логике. С учетом же того, что чужак разворачивался к истребителю именно кормой, вряд ли маневр имел своей целью нападение. Ян решил подождать развития событий.
   По-видимому, повреждения, нанесенные системам чужого были весьма серьезны, а, возможно, и, без малого, фатальны для живучести. Разворот дался ему с немалым трудом и был неестественно долог для выглядящей столь совершенной конструкции. Однако, корабль все же справился с задачей и в нескольких километрах перед истребителем замерло огромное, похожее на баранку-переросток кольцо, охватывающее иглообразный оконечник кормовой части реликта. Внешне выделяющихся двигателей или чего-то подобного майору обнаружить не удалось. Более того, само кольцо, нижняя кромка которого не доходила до основного корпуса метров этак пятидесяти, оказалось, будто совершенно отдельным образованием, никак не закрепленным. Не смотря на это, все предыдущие маневры никак не повлияли на его месторасположение. Идеальная центровка не нарушилась ни на йоту, заставляя предположить о наличии сил способных связывать конструкт в единое целое.
   Спустя несколько секунд, догадки Сержинского на данный счет, некоторым образом, подтвердились. Искры далеких звезд, просвечивающие сквозь отверстие баранки, дрогнули выдавая колебания какого-то искажающего свет поля. Между ней и иглой, завершающей основной корпус, возникла практически невидимая, колышущаяся будто водная гладь, мембрана. На первый взгляд, прозрачность ее не вызывала сомнений, но уже через мгновение майор понял, что это оптический обман. Звездный рисунок в пределах кольца полностью поменялся, а, чтобы окончательно развеять любые сомнения, из-за внутренней кромки сияющего золотом пончика показался краешек какой-то планеты.
   За пределами кольца ничего подобного, естественно, не наблюдалось.
   - Окно. - Лаконично озвучил очевидное Сержинский, чувствуя, что уже устал удивляться. - Все чудастее... Что думаешь, аналитик?
   - По-моему, вас приглашают в гости, майор. - Поделился выводами Омега. - Я провел анализ и, с вероятностью процентов в восемьдесят, могу утверждать, что это автоматическое действие. Скорее всего - спасательная система. С помощью двигателя формируется червоточина в зону, считающуюся безопасной. У этой штуки нет ничего общего с тем монстром, которого мы загасили при входе в систему.
   - Однако выводы у тебя. Оно что, по-твоему, любого встречного поперечного опекает? Если ты не заметил, их самих спасать пора.
   - Это только подтверждает мою теорию Ян. Будь на борту разумные существа, они вряд ли стали бы действовать подобным образом, в первую очередь именно из-за своего плачевного положения. А вот для автоматических систем, чем бы они ни были, приоритеты расставлены совсем по-другому. Ваше выживание для корабля во главе списка - все иное несущественно. Что касаемо "встречных поперечных", то мы тут посовещались с Ясото и пришли к выводу, что найденная тобой технология целиком основана на псионике.
   Если ты помнишь, пси - это некое свойство материи, особенно ее энергетической составляющей, подчинятся приказам сознания. Правда не легко и не любого. По мнению практикующих доктрину - это, кстати, свидетельствует о первичности сознания по отношению к миру. А так же является новым этапом в развитии человека. Вероятно, существа создавшие корабль шли означенным путем тысячи лет. Он - продукт практически чуждой нам эволюции. Но у тебя на борту раненый носитель пси-поля. Возможно, эта раса не встречала на своем пути подобных себе или они просто альтруисты по жизни, но, как бы то ни было, вас приняли за своих. Остальное - следствие. Еще могу обрадовать. Тут наш самурай утверждает, будто повышенный уровень энергии псионного поля должен благотворно сказаться на самочувствии твоей спутницы. Так что, все, довольно, неплохо.
   - Ага. - Сказал немного повеселевший майор. - Понятно. В принципе, я склонен доверять твоим выводам. По крайней мере, тогда, когда мне пришлось расстреливать мину на колониальном модуле, она тоже не рванула. Хотя, я был уверен в обратном и, до сих пор, не понимаю в чем тут фокус... Советуй!
   - Погоди, я взгляну на этот портал подробней. Пока, рекомендую начать сближение. Не повредит точно. А насчет мины, между прочим, все элементарно. Возможно, когда они под внешним управлением с корабля-матки правило и не действует, но в автономном режиме они просто обязаны быть сбалансированной системой. Иначе эффективность упадет в разы. Подумай, если бы такая мина рванула в одиночку на внешней обшивке, большая часть ее мощности просто пропала бы впустую, рассеявшись в пространстве, а меньшая обернулась ударным воздействием на корпус. Импульс был бы съеден уцелевшими ее товарками, что уменьшает эффект до нуля и ведет к неоправданным энергопотерям. Гораздо разумнее организовать систему так, чтобы при разрушении одного из узлов весь его запас целиком переходил к оставшимся. А подрыв происходил только при разрушении, либо переполнении последнего накопителя, что многократно повысило бы итоговую выходную мощность. Вот так оно и организовано. Раздолбав одну мину, ты просто подзарядил соседние и, заодно, перестал воспринимать оставшиеся как угрозу. Если бы пришлось жечь все объекты, это могло обернуться проблемами. Весьма недурственная тактика. Но нам, как обычно, везет.
   - Ладно демагог, я, по-прежнему, жду твоих советов на тему теперешнего положения.
   - А я, как раз, закончил расчеты. Судя по характерному рисунку созвездий, это место находится совсем неподалеку. Конкретнее, это одна из внешних планет системы. Та, на которой и холодно и жарко, помнишь?
   - Ясно. А еще я помню, что там как минимум есть кислород, верно?
   - Да, Ян. И, боюсь, я не вижу иной альтернативы. Мы просто физически не успеваем вылететь за вами раньше, чем через пару дней. А посадка и ремонт корвета затребуют и того больше времени. Ты хотел совета? Тогда рекомендую последовать приглашению.
   - Ио-хо-хо! - Храбро прогоготал, принявший решение майор, и, не углубляясь более в бесполезные дискуссии, врубил главный двигатель. Он не хотел оттягивать неизбежное, а ожидание давно осточертело. - Встретимся на той стороне! Я выйду на связь. Ради бога, не забудьте меня подобрать хотя бы оттуда. Если мы, конечно, вообще долетим...
   Тонкая льдистая стрелка истребителя, подчиняясь командам своего пилота, полыхнула кровавым заревом выхлопа и устремилась в раскрытый зев портала.
   - Ни пуха, ни пера. - Пожелал ИИ вслед, нейтрально. И, естественно, был послан к черту.
  
   Глава 12
  
   На "Стремительном" царило оживление. Иоханн, не вылезавший из бортовой лаборатории последние двадцать четыре часа, наконец закончил первичные анализы, и они с Омегой дружно объявили о том, что в атмосфере и почве планеты не выявлено ничего ядовито-смертельного. На счет найденной органики, они ничего определенного пока сказать не могли, но первые данные так же внушали оптимизм.
   Руслан, у которого просто спину сводило при мысли о том, чем хотя бы накормить колонистов американского модуля, чье пробуждение, в массовом порядке, ожидалось не позднее, чем через три часа, радости ученых не разделял. С его точки зрения, все делалось слишком медленно. И оправдания, пусть даже весьма резонные, о полной неисследованности планеты и явной нестандартности стоящих задач, его не трогали. Оправдания в рот не положишь.
   Теоретически, в китайском модуле имелась гидропонная ферма, но ее еще необходимо было развернуть. А блок орбитальных оранжерей, в разобранном виде, частично остался вовсе на борту колониального носителя и его можно было считать потерянным.
   Конечно, имелись запасы продовольствия. И не маленькие. Вот только никаких запасов не может хватить надолго. Следовало отстроить гидропонику и, срочно, начинать исследование местных почв на предмет их пригодности в сельском хозяйстве. Единственное, в чем у них, на бытовом уровне, в ближайшей перспективе, не было проблем - это энергия.
   Посадочный атомный двигатель каждого колониального блока после приземления глубоко вплавлялся в скальную подложку и становился небольшой, но мощной электростанцией. Заражение местности радиацией при этом оказывалось не столь велико, чтобы людям с набором медицинских нанитов в крови могло что-то угрожать, а дальнейшая развертка колониальных систем предусматривала дезактивацию почв.
   Впрочем, процедуру фиксации на грунте еще тоже предстояло провести, а ради этого имело смысл узнать об окружающем мире нечто большее, чем мрачноватый вид черно-бурой, с красными вкраплениями каких-то минералов равнины, транслируемый камерами обзора.
   Пора было уже что-то решать.
   - Омега, связь с Яном не восстановилась? - Запросил Рус, устало откинувшись на спинку капитанского кресла.
   - Нет, Капитан. С момента сигнала о благополучном выходе из пространственной червоточины в районе четвертой планеты, больше ничего не поступало. Наверное, это ненормально для компьютерного разума, но я испытываю нечто, что можно охарактеризовать термином "волнение".
   - Привыкай. Разум - это еще тот подарок. Намучишься с ним теперь. А, вообще, у меня тоже на душе неспокойно. Как ни как, мы их практически бросили. Так что, давай к делу. Чем быстрее мы решим первоочередные вопросы устройства колонии и ее защиты, тем быстрее сможем выдвинуться на помощь. А сейчас я твердо намерен прогуляться на свежий воздух. Ты пока готовь процедуру развертки базы. И постарайся ускорить разбор вопроса с обработкой почвы. Первая продукция мне нужна через месяц. И в достаточном объеме.
   - Капитан, это просто невозможно! Только гидропоника может дать такой результат! В грунте, даже при идеальных условиях...
   - Омега, я не спросил "возможно" или "нет", я сказал, что продукция должна быть через месяц. Ты умный и совершенный? - Оправдывай. У тебя карт-бланш. Давай гони творческие мысли, иначе, чем ты вообще-то лучше базы данных?
   - Злой ты, капитан, - Искренне обиделся ИИ. - Я думать ушел. И не зови потом.
   Руслан неопределенно дернул плечами и, встав со своего места, кивнул Николаю Груздю следовать за собой.
   - Коля, давай пару своих парней из тех, кто с детства мечтал побывать в шкуре Армстронга и двигаем к трюму. Нам предстоит прогулка по неизведанной планете, где не ступала нога военных и человека. Пусть только стволы с собой захватят посерьезнее и, вообще, соответствуют моменту. Что там реально снаружи творится неизвестно, и я не исключаю ничего, вплоть до наличия оголодавших сиреневых троллей, держащих по фотографии марсианских равнин у каждой камеры обзора. Вопросы?
   - Принял. Десять минут, полковник.
   - Работай. Я жду у шлюзов. Там еще печать содрать надо. Кому, как не мне?
  
   В верхней части панциря металлической черепахи зарывшейся в грунт сумеречной планеты раскрылись ворота транспортного ангара. Из этой светящейся пасти выкатился, тихо посвистывая электрическими приводами восьми больших обрезиненных колес узкий хищный броневик. Он совершил крутой разворот на титан-вольфрамовых плитах эсминца и замер, насторожено обводя окрестности короткими рыльцами спаренного плазмомета.
   Порывы ветра с мелким, моросящим и таким земным отчего-то дождем хлестали по его грубым обводам. Новый мир встречал пришельцев не ласково, будто предупреждая незваных гостей.
   Десантные сапоги звонко клацнули в непривычно чистом воздухе, примагничиваясь к мокрому от скопившейся влаги покрытию и Руслан Лемех впервые ощутил себя действительно на другой планете. Сейчас, от льющейся с багровых небес влаги его отделяла лишь тонкая ткань гермокомбинезона.
   Он обошел, слыша, как бухают позади поножи штатной силовой брони его спутников, застывшую в неподвижности тушу БТРа и приблизился к краю внешней обшивки эсминца. Внизу, метрах в трех с половиной от его ног, лежала покрытая черными вертикальными палочками местной растительности, бурая почва. Вокруг частично погрузившегося в размякшую поверхность корабля, не далее чем в полутора километрах, возвышались на раскрывшихся опорах серо-стальные термитники колониальных модулей. Выжженные проплешины под ними серебрились уже раскисающим пеплом. Вдали, у горизонта, где детали сливались в единую однотонную массу, нависали над миром гигантские, отливающие облачной синевой горы ледяного пояса планеты Рок.
   Ласка оглянулся на спутников, чьи закованные в доспехи фигуры казались, на фоне резких силуэтов кормовых башен гравитационного компрессора, монументальными атлантами способными удержать от падения и низкое небо над головой и такую мелочь, как попавшее в неожиданную переделку человечество.
   Вот только новоявленный диктатор понимал, что люди прочнее гор и сложнее неба. С ними не совладать никакой силой, если они сами не захотят этого... Поэтому, вновь бросив взгляд на терпеливо ждущую равнину, он спокойно отстегнул крепления и стащил с головы шлем, подставляя лицо хлестким ударам неведомого ранее человеку ветра.
   - Командир? - Попытался, было, остановить его один из егерей, ставших неразличимыми в одинаковых бронекостюмах.
   - Не надо, Николай. - Скупо улыбнулся свежему, с незнакомым кисловато пряным запахом воздуху Ласка, чей тактический имплантант прекрасно отличал всех членов команды. - Все равно, это пришлось бы делать кому-то. Так мы сэкономим время.
   Он провел рукой по коротким и непослушным волосам, убирая со лба мокрые, темные пряди и нагнулся, отыскивая автономный рубильник-блокиратор трапа. Легко скользнули вниз направляющие, и металлическая гусеница сползла к земле.
   Вновь запели моторы броневика, бросая тридцати тонную массу вперед. Скошенный передок щедро черпанул глины и машина, разбрасывая колесами крупные комья грязи, плавно заскользила по окружающему эсминец полю.
   - Осмотримся пока. - Озвучил свои планы Лемех, также снявшему шлем, старлею. - Давай вон на тот холмик. Надеюсь, вся эта фигня, что у нас под колесами, не окажется разумной или еще с какими заморочками.
   - Хотя бы обещанных троллей нет, и то хлеб... - Отшутился в ответ заместитель Сержинского, вызвав смешки своих ребят, двадцатилетних сержантов, отрекомендованных Груздем, по-простому, как Глаз и Джон. Ласку это вполне устроило. Он никогда не считал себя формалистом, а лезть в досье каждого встречного, просто не было ни смысла, ни желания.
   Неизвестно, была ли сминаемая броневиком органика чем-то большим, чем пупырышки с гнилостного вида слизью внутри, но, по мере того как машина продвигалась к возвышенности, вокруг нее начали происходить довольно странные спецэффекты.
   Первым на себе это ощутил Николай, чья броня видимо хуже остальных пережила длительное хранение. Проскочивший прямо по керамическим пластинам разряд электричества нашел, таки, повреждения изолирующего слоя и вся электроника мышечных усилителей ушла в перезагрузку, оставив его один на один с пятьюдесятью килограммами композитных сплавов. Присевший от неожиданности, старлей красочно описал в двух словах свои впечатления, будучи уверен в случайности произошедшего. Однако, сошедшая с ума статика и не подумала униматься. Спустя пару минут езды, крохотные молнии уже весело скакали по салону, азартно накапливаясь на любых плоских поверхностях. Снаружи и вовсе бушевало элетрическое миниторнадо.
   - Омега, что происходит? Неполадки техники? - Запросил Руслан, дав по тормозам, что вызвало целый фейерверк молний в перенасыщенном электрическим полем воздухе.
   - Нет, Капитан. - Диагностика ничего не показывает. Причина внешняя. Мы работаем над этим.
   - Делать-то чего, работящий мой? У меня сейчас в движках обмотки ёкнут, либо управление накроется и что? Пешком топать?
   - Ну вы даете, господа офицеры. Пятьсот метров пешком не пройти уже. Самое простое решение - замкни один из конденсаторов на корпус. Там должна быть процедура размагничивания. Сверхпроводники сожрут весь лишний заряд.
   Покопавшись в меню контроля технических систем боевой машины, Ласка отыскал нужную команду и проблема, как и предсказывал ИИ, решилась. Искры в мерцающем облаке вокруг взбирающегося по склону броневика продолжали проскакивать, но внутри салона все негативные эффекты исчезли.
   - Ну что, желающие быть теми, "чья нога первой и все такое", есть? - Поинтересовался полковник, останавливая БТР на вершине покоренной возвышенности.
   - Заканчивай глумиться командир. Может, еще и флаг водружать будем? Работать надо.
   - Мда... Вот тебе и жажда войти в историю. Кстати, флага-то у нас и нет. - Задумчиво протянул Рус. - Упущение. Хотя конечно, ты прав, не до изысков пока. Хорошо! Выходим.
   Снаружи их ожидала чавкающая под ногами грязь, стихший дождь и мелкие коричневые споры, развеянные в воздухе. Николай, заинтересовавшись этим явлением, резко поводил рукой сквозь марево и словил еще один разряд. К счастью, на этот раз он был подсознательно готов и кратковременное изменение носимого на себе веса воспринял стоически.
   - Полковник, причина статики - пыль в воздухе.
   - Вижу, Коля. Спасибо. Давай внутрь. Нечего тебе тут в поврежденной броне делать.
   - Принял.
   - Омега, ты слышал?
   - И видел, Капитан. Это действительно органика. Скорее всего, из раздавленных вами растений. Крайне легко набирает статический разряд. Да и сами стебли тоже генерируют электричество. Возможно, это какой-то защитный механизм. Споры, несмотря на сырость, выбрасываются при повреждении такого гриба-дымовика совершенно сухими. Я уже начал отбор проб. Правда, хотелось бы, чтобы быстрее были развернуты нанофабрики. Запасы многофункциональных наномашин на исходе.
   - Все зависит от нас самих. И от тебя - не в последнюю очередь. Занимайся.
   Да, Капитан. И, кстати, если придется стрелять, имейте в виду, через эту электрическую муть отдельные сгустки плазмы полетят непредсказуемо. Рекомендую бить только очередями. Тогда есть шанс куда-нибудь попасть.
   - Обнадежил. Будем надеяться, что воевать больше не придется. Совершенно не хочется, едва прилетев, выжигать здесь автоматическим плазменным огнем все до горизонта.
   - Командир, взгляни-ка. - Вмешался Глаз, видимо оправдывая свой псевдоним, вероятно присвоенный не в последнюю очередь из-за выбора специальности. Уложенная заботливой рукой в специальный чехол, рельсовая снайперка выдавала своего хозяина получше парашюта разведчика из бородатых анекдотов.
   Рус взглянул в указанном направлении. Искусственный хрусталик, с успехом заменяя цифровой умножитель шлема, приблизил изображение и посверкивающая точка на горизонте раздалась в стороны, превратившись в еще одно облако разрядов.
   - Ты прав, там что-то движется. Посмотрим поближе, тем более, что река по пути, и ее тоже следует осмотреть. Омега! Мы прокатимся. Начинай развертку базы. Место не хуже и не лучше других. На предмет вирусов и прочей пакости будем волноваться в процессе появления таковой. По крайней мере, сразу нас ничего не убило, а с остальным разберемся. Пока мы тут возимся, на той стороне планеты уже появились первые проснувшиеся. Так что реакторы в грунт.
   - Принято, Капитан. Процедура развертки базы начата.
  
   Пирамиды колониальных модулей издали немелодичный гул, далеко разнесшийся над пологой равниной, заставляя вибрировать почву на сотни метров вокруг. Непривычные звуки разбередили спящую чужую природу, и кое-где над мокрой землей выросли пыльные завитки лопнувших спороносов. Недовольно плеснули в реке водоросли, утягивая на дно широкие синие листья. А между пластинами гигантских опор посадочных отсеков, там, где раньше таилась тень, еще более густая, чем царящий вокруг вечный вечер, зажглось тусклое, малиновое свечение раскаленных сердечников будущих АЭС.
   Заклацали, раскрываясь, фиксаторы, высвободив гидравлику направляющих, и десятиметровые ананасы ядерных котлов с неторопливой величавостью вдавились в землю. Взметнулись и иссякли струи пара от перенасыщенной влагой глинистой почвы. Зашипели от случайных дождевых капель вывернутые отвалы раскаленной магмы, забулькавшей вокруг все глубже уходящих колонн.
   Штатная отметка погружения для котлов составляла сто метров. На этой глубине даже их разрушение в результате неконтролируемой реакции не представляло непосредственной угрозы, что с успехом заменяло иные, невозможные в стесненных условиях посадочных капсул, системы аварийной защиты. Следом разделились и сами восьмисот метровые тела колониальных модулей, оставив на вершине осевого столба лишь по сравнительно узкому барабану контрольно-складских центров, их массивные тела сползли вниз, впечатав до скального основания раздавшиеся опоры и узкие контрольные отсеки реакторов.
   - Создание цокольных этажей завершено, Капитан. Котлы достигнут заданной отметки через 20 минут. Еще десять минут - выход в рабочий режим и выдвигаю башни внешнего периметра.
   - Действуй. - Подтвердил приоритеты Ласка, направляя летящий по равнине БТР в объезд одной из капсул. Он не сомневался, что ИИ справится с задачей без сучка, без задоринки. В принципе, вся процедура развертки базы могла идти в полностью автоматическом режиме, без вмешательства разума. Земные инженеры проектировали посадочные капсулы именно под такую задачу. Наличие же контролирующего технику Омеги и вовсе сводило риск до пренебрежимо малых величин, даже с учетом повреждений и долгого пути. По крайней мере, собственная компетентность относительно этих процедур вызывала у полковника куда большие сомнения. А, посему, на данном этапе он видел своей задачей разведку и общее руководство.
   За следующие пятнадцать минут машина, разогнавшись, добралась до реки и, форсировав данное препятствие, выбралась на крутой противоположный берег.
   - Командир, ты его видишь? - Поинтересовался, изучая картинки с камер обзора, Николай.
   - Нет, затаилось, похоже. Или в землю закопалось. Наверное, мы его напугали. Давай пару кругов сделаем.
   Руслан поддал энергии на обмотки электродвигателей трогая броневик. Перемазанная в глине машина, пробуксовав всеми восемью колесами, вновь нащупала приемлемую опору и послушно покатилась, забирая влево.
   - Стоп. - Вдруг сказал Глаз. - Сдай назад. К обрыву.
   Лемех, пожав плечами, вернул БТР назад, к пробитой ранее его же тушей прогалине.
   - И?
   - Камень. Который ни хрена не камень, если быть точным. - Я таких фокусов еще на Земле насмотрелся. Жил на Дальнем востоке, у океана. Нечего здесь камню делать. Зверь это.
   - Уверен?
   - Из плазмомета его шугануть?
   - Не стоит, верю. Пойдем смотреть.
   Выгрузившись, исследовательская группа успешно преодолела скользкий склон и обступила вызвавший подозрение камень. При этом Николай, явно радуясь возможности прогуляться в таком месте, где не бьются током начинающие казаться вездесущими палочки черной растительности, летел впереди всех, поминутно поглядывая в сторону неустойчиво балансирующего над кромкой обрыва передка бронемашины. Сержанты его сомнения разделяли.
   - Руслан, а бэха точно плотно сидит? Как бы склон не обвалился на нас, вместе с такой-то дурой.
   - Расслабься, старлей. Ты просто еще не привык к местным условиям. Надо дать тебе порулить на обратном пути. Тут же тяжесть ниже. На первый взгляд этого не ощущается, но на деле возможны такие фокусы, какие на Земле и не снились. В частности, техника ведет себя, по ощущениям, чуть приятней последней модели феррари на гоночном треке. Лучше скажи, чего вы в этом булыгане живого углядели?
   - А что тут говорить? Пинка ему и вся недолга! - Исполняя собственную рекомендацию Глаз засветил латным сапогом прямо по шероховатому горбу.
   Раздался обиженный визг.
   - Что вы там творите? - Заинтересовался по связи ИИ. - Все в норме? У меня картинка барахлит.
   - Все под контролем, Омега. - Успокоил его Рус. - Нормальное межвидовое общение разумного существа с непонятным зверем. Сейчас узнаем, кто из них - кто.
   Вторя его словам, камень раскрылся. Из под купола панциря вывернулась непропорционально маленькая, хитиновая на вид, головогрудь с тремя уютными хоботками. На людей взглянули печальные, черные глаза-шарики без следа белков. Тоже три штуки. Вслед за головой появилась пара то-ли плавников, то-ли хитиновых ножек и животина стала до удивления похожа на плод порочной любви тюленя и божьей коровки.
   Недовольно пыхтящее нечто резво отползло на пару метров в сторону, что-то обиженно пролопотало и настороженно покосилось на подлого сержанта спецназа. Сержант довольно осклабился.
   - То-то же! Знай наших!
   - Ты ей еще морду набей. Тоже мне день ВДВ. Лучше подумайте, как мы ее транспортировать будем. Биологам надо показать.
   - Полковник, я не спорю, но может не стоит а? Ну, посмотри на нее! - Немедленно проникся судьбой зверушки, как и положено простой дуще, недолюбливающий научников Глаз. - Они ж ее на куски разрежут. За что?
   - Надо, сержант, надо. Ты чего думал, как в кино что-ли? Типа сели, прилетели, подружились, мир, счастье, жвачка и планета одиноких блондинок? Ни, сортиров, ни моргов, ни дураков? Так вот, я тебя обрадую: тут суровая реальность, сетевое видео против нее не играет! Графика не та. Так что, сопли подобрали, и чтоб в последний раз. Скажу резать, значит, будешь резать. Понабирали опять здоровых, а я, по привычке, как с умных спрашиваю... Усек?
   - Принял. - Угрюмо козырнул егерь.
   - Ох и наглый ты сержант. Быть тебе генералом. Если доживешь. Хрен с тобой, попрошу Омегу сильно не усердствовать с вивисекцией. Но если уцелеет, кормить будешь сам. Никаких талисманов роты. Узнаю - молись.
   - Спасибо, полковник. - Просиял парень, довольный поворотом дела.
   Руслан же в очередной раз осознал, что командир отряда из него как из Сержинского фея. По уму надо было бы поставить зарвавшегося бойца на место в неповторимой армейской манере но... Не понимал он этой манеры. Во имя высшей необходимости Ласка вполне был способен без лишних угрызений совести пустить под нож половину экипажа эсминца. Рука бы не дрогнула. И в то же время отказаться от въевшейся в кровь привычки контрразведчика "ищи подход к людям" он был не в силах. Разве что, по серьезной необходимости в рамках все той же дипломатической или актерской игры.
   - Руслан, а зверюшка, кажись, чего-то хочет. - Окликнул отвлекшегося на самокопание полковника Николай, принудив того вернутся к реальности.
   Хитиновая морская корова и впрямь не сидела на месте. Ухватив хоботками-отростками зазевавшегося Джона за ногу она, что-то добродушно бормоча, пыталась ползти.
   - Сержант, как по ощущениям, она тебя жрать пробует или играет? - Академическим тоном поинтересовался, наладивший, таки, связь, ИИ.
   - Не знаю, - Прифигел не готовый к простодушию Омеги молчун.
   - А если сапог снять? - Тут же развил идею ИскИн. - Тогда, точнее сказать сможешь?
   - Омега, отвяжись от парня... - Вступился за него более привычный уже к данному явлению природы Николай. - Что сам думаешь, Элтон?
   - По-моему, она меня куда то вести пытается. - Высказал свои впечатления сержант, происхождение прозвища которого теперь было кристально ясным.
   - Причем довольно настойчиво. - Дополнил он выдержав паузу.
   - Интересно. - Принял решение Рус. - Разумным оно не выглядит, следовательно предполагаем, что это какое-то рефлекторное действие или инстинкт. Вроде: видишь существо подходящее под стереотип - веди его... куда? А не проследовать ли нам?
   - Машина его пугает, командир. - Напомнил старлей.
   - Ну, раз пугает, пойдем пешочком. Ты, Николай как наименее дееспособный, давай сворачивайся в БТР и рули на базу. Твоя задача развернуть оборону, проконтролировать процесс выгрузки и вообще осуществлять руководство. Омега полномочия подтвердит. Тех, кто будет вякать, записывай. Вернусь решу.
   - Принял, командир. Все будет в лучшем виде.
   - Ну-ну, герой. Обещал я тебя за баранку пустить, вот и получай, по полной программе. Только не спугни нам проводника. А вы парни за мной. Давайте, объясните как-нить зверюшке, что мы ее поняли...
  
   Ведомая Русланом троица вышла к истоку одного из рукавов безымянной реки спустя три часа пути за существом. Неожиданно, надо добавить, резво семенящим на маленьких дополнительных ножках, неисчислимое количество которых, обнаружилось под плоским брюхом. Этот рукав брал свое начало в гористой местности. Родник бил из щели меж скальных клыков, бывших, по всей видимости, частью придавленного ледниками хребта, опоясывающего планету. Здесь оказалось значительно светлее, чем в долине, куда опустились посадочные модули колонии, но холоднее. Свет здесь исходил не только от пламенеющего над хребтом неба, не только от огромного, темно-фиолетового с красными полосами диска "Мэй", охватывающего четверть горизонта с противоположной стороны, но и от сияющих ледяных игл хребта. Те, возносясь на двадцатикилометровую высоту, ловили наверху бриллиантовое сияние центрального светила системы, пропитываясь им и бросая далеко в стороны хрустальные блики своего безмолвного величия. А над ними, затерявшись в облаках, сияла гигантской аркой удивительно многоцветная и ясно различимая радуга, никакой фантазией невообразимая на земле. Необходимость поиска названий для этих гор отпадала сама собой.
   Оторвавшись от бликующего великолепия Радужного хребта, члены отряда обнаружили, что их верный проводник куда-то скрылся.
   - Ну и где этот неудачный клон Сусанина? - Сварливо осведомился Лемех, которому процесс прогулки уже успел встать поперек горла и он как раз начал задумываться, что, коли уж речь идет об инстинкте, то цель может обнаружится где угодно, вплоть до месячного перехода. - Пошарим? Как оно вокруг, что за место? Работайте.
   Военные разбрелись в стороны, быстро потеряв друг друга из виду среди нагромождения скальных обломков.
   - Эй, командир. - Послышался практически сразу после этого голос Джона на выделенной частоте. - Я тут до источника спустился. В скалах проход. Только, все колючкой какой-то поросло.
   Ласка и сам уже обратил внимание на эту непонятную растительность, буквально облепившую каменные изломы вокруг. Странные светло-серые стебли, перекрученные и узловатые, сливались в более толстые канаты, доходя до размеров руки, потом снова разбегались в стороны. Сами по себе, они не обладали шипами, но многочисленные мелкие каменные обломки, которые это растение обвило и приподняло над землей, повсюду выступали острыми сколами.
   Цветовая гамма их почти не отличалась от самого камня и, даже, было непонятно толком, живое ли это. Попытка отрезать кусочек увенчалась успехом, но ничего нового не показала. Внутри колючка сохраняла такую же плотную, сероватую, губчатую структуру. Отложив образец для последующих исследований, полковник двинулся, было, к вызвавшему его сержанту, когда с противоположной стороны до него донесся шум борьбы. Пришлось поспешить туда.
   Обогнув пару огромных камней, Ласка обнаружил небольшую укрытую от ветров лощинку и сержанта, профессионально избивающего слабо подергивающееся нечто обломком снайперской винтовки.
   - Сууукааа... - Пыхтел Глаз, старательно и с душой обрабатывая неизвестного зверя. - Я с моей малышкой два года не расставался... Центровка... Баланс... На три кеме, как в соседнее окно... Сдоохни тварь...
   - А Сержинский у вас парни, наверное, популярен. - Задумчиво хмыкнул Лемех, любуясь этой картиной. - Сержант! Отбой!
   - Принял. - Выдохнул Глаз, оторвавшись с неохотой от своей жертвы. Жертва к этому моменту признаков жизни уже не подавала.
   - Что тут происходит? - Осведомился Рус.
   - Нападение неизвестного существа, полковник. - С неподдельной грустью в голосе отрапортовал парень. - Вышел я сюда, а здесь наша коровка. Или не наша? Хрен их разберет... Корова в общем. А тварь вот эта, значит, к ней подползает. Как раз с моей стороны. Нехорошо так заходит, со спины. Ну, я меж ними и встал. Эта зверюга, сиганула и впилась. Всем телом мне на нагрудник. Я увернуться не успевал, только плечо подставил. Так двинуло - будь здоров! Силища в той пакости неимоверная, камень дробить, поди, может. Или вон панцирь этих... Только и бронекерамика - это вам не собачий <цензура>. Обломилось ей. Ну она царапины на мне оставила, свой толи зуб, толи коготь сломала и озверела.
   Меня отшвырнула и снова, значит, на корову. Только та уже не дура и смыться успела. А я от скалы отлепился, а за спиной хрустит что-то... Винтовочку мою... На две половины... Мразь жирная... Командир, дай саблю, а? Я ей гланды удалю через жопу, пока не очухалась... А то я из разрядника попробовал - ее только корчит.
   - Ясненько. С гландами ее ты и без того, я вижу, справился, так что обойдешься без меча. И так страшный. А, вообще, конечно, головой не подумал, прежде чем делать - это плохо. Ты, парень.. Как, кстати, тебя по настоящему?
   - Леха, я, сир полковник. Алексей. Свои, так сказать.
   - Я так и понял. - Хмыкнул Рус. - Так вот, Алексей, ты запомни, у нас тут не Красная армия и соображать требуется хорошо. Ты, в себе, такое умение развей. Бонусом к наглости. Я бы и в разборки местные зря не полез, и, уж точно, с тварью этой осторожнее был. Вдруг ядовитая. Ну, да ладно.
   Минусы мы обсудили, теперь о плюсах. Ситуацию ты разрулил успешно, образец фауны добыл. На разумное существо образец не похож, поэтому, и межвидового скандала ты не спровоцировал. Нахрен мне такие разумные на моей планете не нужны. Так что, задача у тебя одна - дотащить бестию до колонии. Справишься без эксцессов - считай себя младшим лейтенантом. Но учти, это аванс. Накосячишь - спрошу за все. А сейчас давай добычу рассмотрим.
   Распластавшийся по земле агрессор оказался двухметровой кучей зеленой, чуть просвечивающей слизи. Снизу из этой гадости торчали прочные даже на вид шести сегментные челюсти-когти. По три сегмента с каждой стороны чуть вытянутого тела. Сегменты не были связаны между собой ничем кроме основного туловища, и выглядели, как зазубренные по кромке, изогнутые пластины сантиметров по двадцать пять в длину, каждая. Идеальное приспособление, чтобы захватывать и разгрызать добычу. Плоть под ними, скорее всего, была способна выпячиваться, образуя в комплексе нечто вроде ложноножек. Именно это смутило Глаза, при вопросе кусали его, или, все же, рвали на куски.
   Ротовое отверстие, как таковое, отсутствовало и у Ласки сложилось впечатление, что для переваривания зверь, попросту, обволакивает добычу. В передней и задней частях туловища, дополнительно находилось по бронированному выступу, один из которых, отдаленно напоминал брюшко таракана, а второй мог быть симметричным отражением первого. Поскольку именно там сконцентрировались во время драки усилия новоявленного лейтенанта, то более точно определить вид этого отростка возможным не представлялось.
   - Мдя... Хорош. - Довольно потер руки Глаз, любуясь на добычу. - Охота задалась.
   - Что стряслось, командир? - Поинтересовался слишком поздно появившийся на поляне Джон.
   - Полюбуйся трофеем своего напарника. - Сообщил Ласка. - И поздравь. Ему звезды упали.
   Следующие пятнадцать минут ушли на детальное исследование твари, необходимое военным в чисто утилитарных целях. Впрочем, ничего, сверх уже увиденного, им понять в чужом организме не удалось. Уязвимые точки были найдены Алексеем еще на стадии драки, интуитивно, поэтому, копаться дальше не стали, и Элтон повел их к так заинтересовавшему ранее ходу.
   - Рубить будем или поползем? - Поинтересовался волочащий на плечах здоровенную тушу, Глаз, разглядывая низкий и широкий зев прохода в сплетенных каменных лианах.
   - Оставайся тут. На тебе тыл. Все равно, ты теперь без полноценного ствола. - Приказал Лемех. - А мы, вдвоем, сползаем. Места, на самом деле, много. Проход как раз под электрическую корову. Думается мне, именно сюда нас так упорно вели.
   - Принял. - Кивнул лейтенант, сбрасывая на землю надоевший груз. Но полковник уже исчез в норе и его не услышал.
   Лаз оказался не слишком длинным. Проползши едва метра три по изгибающемуся проходу, Ласка смог распрямится в полный рост.
   Было, до странности, тепло. Вокруг, неприступными твердынями, возносились многометровые склоны. В пределах видимости никаких иных выходов из этого природного мешка не наблюдалось. Площадка метров двадцати в диаметре была закрыта от остального мира.
   Под ногами хрустел белый с золотистыми вкраплениями песок и редкие толстые шланги корней, чем дальше, тем больше ветвящиеся, чтобы превратится дальше в те самые, необычные камнеломки во внешнем мире.
   А чуть выше, на пологих, поначалу, склонах, венчая эти корни, раскинулись, не теснясь, огромные по местным меркам травянистые растения. Их вытянутые, фиолетово-зеленые толстые листья, выходя из общего центра, частично торчали вверх, а частично стлались, словно одеяла по земле, открывая доступ к длинным, свернутым в спирали усам.
   И почти каждое растение в этом естественном заповеднике оказалось увенчано странным, похожим на светящийся фиолетовый ананас плодом.
   Крепились ананасы неправильно, тем местом, где у нормального фрукта находится верхняя часть с перьями. Сами перья отсутствовали, будучи замененными на толстые прямые висюльки. Стебель, на который насаживалась данная конструкция, был похож на один из утолщенных и распрямившихся усов, вроде тех, что вырастали ниже. Плоды таинственно мерцали, разгоняя густеющий в огороженном пространстве сумрак. Вся площадка оказывалась испятнанной широкими кругами фиолетового, таинственного сияния, перемежающегося золотистыми искрами.
   - Однако. - Пробормотал за спиной Руслана сдержанный на слова Джон. - Словно бы в церкви...
   На церковь это действительно было похоже. Точнее на готический собор, с витражами, чтобы свет, проникающий внутрь, окрашивался цветным стеклом. Зрелище оказывалось совершенно феерическим, особенно с учетом общей, закатной гаммы, правящей бал на планете.
   Изучающий и одновременно любующийся явлением, Ласка не сразу обнаружил потерянную корову. Она сидела неподвижно под одним из растительных исполинов и Рус, привыкший запоминать мелкие детали и отличия, ее сразу опознал.
   - Глянь, - Кивнул он своему подчиненному. - Нашлась.
   - Слушай-ка, командир, а эти кустики никак поймали ее? Чего-то, она неподвижная. И усы, вон, к ней тянутся...
   - А, ведь, и точно. Пойдем, ближе поглядим.
   Как оказалось при ближайшем рассмотрении, корова, и впрямь, была вся оплетена жгутами усов нависшего над ней куста. Между ее панцирем и растением проскакивали синие разряды, но животное, как ни странно, не выказывало признаков беспокойства.
   - Нет, с освобождением мы спешить, пожалуй, не будем, - Поделился мнением полковник. - Она слишком спокойна. Разве так охота выглядит?
   - Командир, тварюке помочь надо. Видно, же что в силках. Может быть, ее гипнотизируют? - Заволновался за существо Джон.
   - Знаешь, вот странно... Скажи, сержант, а у тебя пси на каком уровне? - Полюбопытствовал вдруг полковник.
   - Низкий, - скривился Джон. - Обычная троечка. В пределах общей нормы. Никаких способностей. А что?
   - Троечка значит. Норма. И у Алексея тоже наверняка... Даже побольше. Все-таки снайперу без интуиции никуда. То-то, я смотрю, вас к этим зверюшкам так тянет. Прямо розовые сопли. На мозги оно вам давит. Ну, да ладно. Ты не волнуйся за нее, вот что. Сам же сказал - корова. И не просто сказал - почувствовал. Потому что она это тебе транслировала, как бы. Вот ее сейчас и доят. А на полях она энергию собирает для этих кустов. Уж бог знает, что у них за отношения, но теория близка к истине, думаю. Мог бы и сам догадаться, кстати. Мне это тяжелее чем тебе.
   - Почему, командир? Вместе же вроде были всю дорогу?
   - Да потому, что тебе зверюшка свою суть рассказала, как умела. А мне такие радости жизни недоступны. У меня даже интуиция чисто интеллектуальная. Внутренняя. Близкий к нулю пси потенциал. Невосприимчив к воздействиям на разум до шестого уровня. Понял теперь?
   Руслана прервал нарастающий шум, чем-то напоминающий звук лопающихся в газировке пузырьков. Что это такое и почему - полковнику было прекрасно известно, хоть он и не ожидал услышать это здесь и сейчас.
   - Омега! - Отправил Ласка вызов.
   - Да, Капитан, - Невинно осведомился мгновенно откликнувшийся ИИ.
   - Мне чудится звук работающего в атмосфере гравитационного компрессора. Меня подводит слух?
   - Нет, Капитан. Ваши уши чутки как никогда. Это действительно он.
   - В таком случае, позволь узнать, какого хрена здесь делает "Стремительный"?
   - Все просто, Капитан. Я всего лишь нашел идею насчет того, как нам спустить с орбиты общих друзей вместе с корветом. Ты же сам приказал думать. Я думал, считал - родилось. Мы сейчас тупо поднимемся наверх и я, плавненько так, опущу оба корабля за счет резервов мощности на эсминце, высвободившихся после некоторой разгрузки. Тут не такие усилия нужны, чтобы военное оборудование не справилось. Поднимайтесь на борт, я за вами вообще-то прилетел.
   - "Вообще-то" я не про это. Ты оставил колонию, черт побери! Это же неизведанная планета!! Что Груздь там творит?!
   - Капитан, не утрируй! Во-первых, я пока еще ничего не оставил! Колония находится в зоне прямой видимости и подступы к ней отлично простреливаются бортовыми орудиями. Ты всерьез думаешь, что за неполных три часа пешком можно уйти на пару тысяч километров? Во-вторых, специально чтобы подстраховаться от твоего начальственного гнева, там развернут батальон еще отходящих после заморозки, но зато вполне злых егерей-спецназовцев, три осадных гаубицы, двенадцать тяжелых танков и около сорока единиц прочей техники. Во главе с побитым током и от того вдвойне опасным старлеем. Если они не способны продержатся час, пока эсминец отсутствует, то, вряд ли, мы им чем-то поможем. Разве что морально. И Груздь это тоже прекрасно понял, помня, кстати, в первую очередь, твой приказ экономить время. Если с дурацкими наездами мы закончили, то прошу на борт. И захватите оттуда этих светящихся штук. Если они конечно сопротивляться не станут. Исследовательская группа наверняка будет в восторге. Да и мне интересно.
   - Уел. - Коротко признал свое поражение довольный в душе Руслан. Проблемы, в который уже раз свалившиеся на него, начинали выглядеть решаемыми и коллектив этому, так или иначе, способствовал. Что еще нужно нормальному руководителю?
   Мысленно посмеиваясь неизвестно чему, полковник хмыкнул и бодро полез за фиолетовыми ананасами.
  
   Глава 13
  
   Отправив далеким друзьям стандартное сообщение о том, что он все еще жив и находится именно там, где планировалось, майор принялся осматриваться. Дабы убедиться, что он не сильно погрешил против истины.
   Прямая связь с колонией была невозможна по причине почти часовой задержки на прохождение сигнала.
   Штурмовик дрейфовал среди потоков далекого солнечного ветра, бесконечного роя каменных обломков и кусков чего-то еще техногенного и, при том, не менее большого, чем отправивший их с Мэй сюда реликт. Впрочем, все это было настолько изувечено, что определить, чем являлись данные конструкции раньше, было невозможно. Сам переход, сквозь захлопнувшийся уже за спиной пространственный тоннель, не принес никаких новых ощущений. Ни спецэффектов, ничего... Будто по ровному месту. Но, стоило червоточине замерцать и исчезнуть, как, вместе с ней, исчезло излучаемое чужим кораблем псионное поле. Мэй обессилено повисла в своем компенсационном коконе, но ее жизненные показатели оставались стабильно хорошими, по этому Ян не видел причин для волнения.
   Решив оглядеться повнимательнее, он дал пару импульсов главным двигателем, не слишком экономно расходуя драгоценный топливный ресурс, и его кораблик, пронзив закрывающее обзор каменное облако, вывалился на низкую орбиту.
   Здесь объектов было значительно меньше, ибо приливные силы четвертой планеты не позволяли им задерживаться надолго, нарушая хрупкое равновесие стабильных траекторий.
   Сам же раскинувшийся перед ним мир вызывал потрясение. Причина подобной замусоренности близлежащего пространства становилась понятной с первого взгляда. Планета - каменный шар, испятнанный языками ледников, стекающих с множества коричневых скал - пережила бомбардировку. Или, как минимум, подобный множеству сверхмощных термоядерных взрывов по мощи катаклизм. Из ее тела были "с мясом" вырваны куски литосферных плит, и, заполненные пыльным льдом, кратеры занимали три четверти поверхности. Виднеющаяся ближе к горизонту воронка покрывала и вовсе площадь континента, по размерам сравнимого лишь с Евразией. Ее центральная, наиболее глубокая часть открывала странноватый вид на лениво бурлящую сполохами кровавого пламени мантию.
   Скорее всего, именно этот удар обладал достаточной энергией, чтобы отдельные куски породы сумели преодолеть планку первой космической скорости. Только так можно было выбросить настолько большую часть планетарного вещества на орбиту, где теперь активно шел процесс формирования нового "естественного" спутника.
   Обалдевший майор, которому раньше не доводилось, как-то, наблюдать уничтоженных миров, переключил свой чип на постоянную запись с камер обзора, планируя добавить увиденное в следующий информационный пакет.
   Неожиданно, среди немногочисленных обломков вокруг, обнаружилось нездоровое шевеление. Сверкающая знакомым уже серебром тень вырвалась из-за туч сложно определимого мусора и зависла, уравняв скорости, строго параллельно курсу штурмовика. Объект, имеющий форму четырехногого, механического паука, будто обхватившего некий невидимый шар, на месте которого мерцало золотое сияние, слегка пошевелил листовидными окончаниями конечностей, выцеливая оконечниками штурмовик майора.
   - Чтоб я еще раз на скуку пожаловался. Жопой чую - дело плохо. - С заледенелым оптимизмом в голосе пробормотал Сержинский, бросая ударом маневровых двигателей юркий кораблик в сторону и, одновременно, активируя зарядку боевого конденсаторного каскада от предпоследней энергоячейки. - Очень плохо!
   Сверкающая золотом нить энергетического пучка прошла стороной, нескольких сантиметров не дотянувшись до хвостового оперения машины.
   Майор выдал на двигатели полную тягу, бросая истребитель к нависающему диску планеты, крутанул его вокруг поперечной оси и отработал по цели длинную веерную очередь. Благо, шесть, попарно расположенных в передней части штурмовика скорострельных, гатлингов с запасом перекрывали все неточности пилота, обеспечивая сплошную зону поражения.
   Невидимый лучевой ливень разнес десяток окрестных метеоритов в щебенку и полоснул по агрессору. Однако, тот не стал спешить с разделением на ленточки и, полыхнув куполом защитного поля, снова выстрелил сияющей энергетической плетью, окатившей всю носовую часть истребителя.
   До глубины души оскорбленный Сержинский, оставшись без камер обзора, радара, половины лучеметов и многих других хороших, нужных устройств, впал в ярость и запустил сохранившиеся четыре ракеты.
   Оставив за собой прихотливые дорожи из отработанного топлива, "хеллфайры" космической модификации, один за другим, впились кумулятивными боевыми частями в силовой экран паука. Отбросив и впрессовав его серией ударов в случайную космическую скалу, разрывы схлынули, позабыв в вакууме лишь частые капли раскаленного до трех тысяч градусов пирогеля.
   Но пробить защиту не смогли и они. Оттолкнувшись всеми конечностями от распадающегося астероида, несколько подрастерявший яркость свечения, но все еще столь же неуязвимый боевой спутник чужих вновь ринулся к своей жертве.
   - Мэй! - Напряженно окликнул напарницу по громкой связи Ян. - Если ты меня слышишь, то самое время очнуться. Эта хрень не излучает достаточно энергии, чтобы твои способности проявились сами по себе!! Нас, самую малость, не признали!
   Доктор Чанг не отзывалась. Прокляв всех и вся, майор швырнул израненный штурмовик к планете, надеясь скрыться там от настырного преследователя.
   Корабль вздрогнул, рикошетя от кромки атмосферы, и нырнул в нее под выходящим за все пределы допустимого углом. Вокруг обтекателя мгновенно расцвел жгучей короной плазменный кокон и Сержинский вынужденно отстрелил внешние баки, оставшись практически без топлива. Зато золотые молнии вокруг полыхать перестали и это вселяло некоторую долю уверенности.
   О том, как он собирается приземляться, майор предпочитал раньше срока не думать, тем более, что до земли еще надо было долететь. А, поскольку, информация с термодатчиков на внешней обшивке уже даже не поступала, вопрос о посадке грозил перейти в разряд голых абстракций.
   Расходуя остатки топливной смеси, Ян попытался, было, выровнять полет, когда, одновременно с глухим ударом и скрежетом обшивки, издохло все оборудование, включая нейронный интерфейс. Последний, правда, мгновенно восстановился, перейдя на резервное питание, но управлять оказалось уже, по сути, нечем. Перед своим уничтожением камеры задней полусферы показали, как "на хвост" уходящему в океан атмосферы штурмовику плотно садится все тот же паук.
   По каким-то причинам чужая машина не стала применять оружие, а просто нанесла удар одной из своих лап, смяв дюзы и хвостовое оперение. Истребитель перешел в неконтролируемое падение. Враг, судя по всему, не собирался останавливаться на достигнутом и разворачивался, видимый сквозь фонарь кабины, на новый заход.
   - Вот теперь, хана... - Оценив обстановку сделал вывод Сержинский и подорвал эвакуационные пиропатроны.
   Вся носовая часть кораблика, представляющая собой капсулу-кабину с находящимися в ней людьми, отделилась. Полыхнув одноразовым ускорителем, она оставила позади несущую часть искореженной боевой машины и провалилась вниз, пробив облачный покров.
   Злорадно ухмыляясь, майор отправил кувыркающемуся штурмовику последнюю доступную команду и постарался сгруппироваться в амортизационном коконе.
   Ровно через секунду, среди груды истерзанных обломков, рушащихся в бездну незнакомого мира, сработало простое и надежное реле. Магнитная защита последней остававшейся на борту плазма ячейки отключилась, и, прямо перед носовым обтекателем приближающегося чужака, в атмосферу выплеснулась ничем более не сдерживаемая энергия, эквивалентная одновременному подрыву восьмисот тонн тротила.
   В небесах покрытой застарелыми шрамами планеты на несколько коротких секунд зажглось крохотное, новое солнце...
  
   Очнувшись после прохождения плотной, как стекло, атмосферной ударной волны, Сержинский обнаружил, что высоко в небе над ними нехотя сдувается, потихоньку становясь прозрачным, огненный шар, а капсула плавно падает на не столь далекую уже поверхность. При этом, вопреки опасениям майора, раскрылись целых два посадочных парашюта из трех и их падение, хоть и слишком быстрое, но, все же, никак не сравнимо со свободным.
   Из соседнего отделения кабины до Яна донесся слабый стон.
   - Мэй, ты снова с нами?! - Обрадовано осведомился Сержинский. - Как самочувствие?
   - Ты, майор? Да, пожалуй, я снова тут. Такой грохот мертвого поднимет! Что это было? - Слабым голосом поинтересовалась китаянка. - Где мы вообще? Что происходит?
   - Черт, многовато вопросов сразу. Боюсь, не успею на них, на все, ответить до посадки.
   Девушка хмыкнула и, судя по донесшейся до Сержинского возне, попыталась выглянуть наружу сквозь недостаточно обширный (старая техническая проблема) и закопченный, к тому же, над ее коконом колпак кабины. По всей видимости, ей все же удалось понять достаточно, для того, чтобы сделать для некоторые выводы.
   - Я так вижу, посадка мягкой быть не обещает?
   - В общих чертах, да. - Не стал кривить душой поляк. - Я бы даже уточнил, что она уверенно намеревается стать крайне хреновой.
   - Увлекательный ты человек, майор! - Вздохнула Мэй. - Не скучно с тобой... Только очнулась, а уже не скучно... Ладно, не успеешь, так хоть начни.
   - А смысл? - Неуклюже попытался пошутить Ян.
   - Сержинский, фирменный стиль нашего капитана тебе все равно не повторить. Лицо у тебя не то. Говори уже. Не утомляй больную женщину!
   - Ну, если уж на то пошло, замечу, что Рус теперь полковник, его только Омега Капитаном называет, да и то, по должности... - Пытаясь скрыть словесный проигрыш, неуклюже сменил тему майор и, не став больше ломаться, начал подробный пересказ произошедшего.
  
   Приблизительно через десять минут, в которые Сержинский, как ни странно, уложился, спасательная капсула достигла склона одного из ледяных гребней, в изобилии расчертивших поверхность в этой части планеты и, выбив фонтаны снежного крошева, заскользила вниз.
   - Мэй, - Клацая зубами от вибрации, с какой не справлялся даже защитный кокон, выговорил майор. - Там, рядом с тобой, есть под стеклом рычажок... Полосатенький. Система эвакуации.
   - Поняла. - Так же, с трудом, ответила девушка. - Дергать?
   - Не, ни в коем случае. - Вновь крайне умно пошутил Сержинский, сделав непробиваемое лицо, и, не став рассусоливать, катапультировался. Доктор Чанг, решила для себя, что к военному юмору она, когда-нибудь, да привыкнет, и последовала такому заразительному примеру. Благо, тряска и звон ударов капсулы о встречные камни стали к этому моменту совершенно нестерпимы.
  
   Едва треснул и стек на лед шар раздувшегося при отстреле компенсационного кокона, как майор ощутил пронизывающий холод этого места. Деревенеющими даже в перчатках пальцами он отыскал регулятор микроклимата комбинезона и вывернул его на полную мощность.
   Пилотские комбезы были не самой удобной штукой, но для использования в истребителях совместного проекта "Россия-Нато" подходили лишь они. Морально устаревшая система нуждалась в замене, но, к моменту отбытия носителя "Омега", бюрократическая машина все еще скрипела шестеренками, разрабатывая новый стандарт. Проектировщики не рискнули включить в списки бортового оборудования слишком сырую, непроверенную технику. Поэтому, приходилось мириться с данностью, представляющей собой туповатый в плане начинки легкий скафандр с минимумом функций.
   Майор поискал взглядом напарницу среди метущей по склону вокруг поземки и обнаружил ее пятью метрами ниже и левее от борозды, оставленной растворившейся в туманной белой мгле капсулой.
   Мэй озиралась, имея весьма растерянный вид. Все же, она не успела проникнуться ситуацией и стремительно нарастающий вокруг, снежный ком событий был для нее пока неподъемен. Сержинский окликнул китаянку и аккуратно спустился к ней, про себя благодаря проектировщиков хотя бы за то, что подошвы ботинок скафандра ошипованы.
   За то время, пока он добирался, доктор Чанг вполне успешно успела сориентироваться в обстановке и уже упорно ковыряла ближайшую ледяную глыбу с явно различимым научным азартом.
   - Мэй, не хочу тебя отрывать от твоего, без сомнения важного, занятия, но нам стоит спуститься вниз. - Поделился в категоричной форме собственными ближайшими планами майор.
   - Не ехидничай. Погоди секунду... Хотя нет, лучше приложи-ка здесь свою грубую силу и отколи мне кусочек. Пожалуйста! Это важно.
   Картинно кряхтя, майор вытащил из ножен десантный тесак и выломал "докторше" здоровенный ледяной кусман. Задачи "на интеллект" всегда были поляку в радость и, потому, воспринимались им некритично.
   - Благодарю. - Церемонно ответила Мэй и, без видимого любопытства повертев в руках полученный обломок, спросила: - А смысл спуска каков, собственно?
   - Надо найти капсулу и поглядеть, что от нее осталось. Там могла сохраниться масса полезного. - Ответил в душе уязвленный таким бесцеремонным отношением к его "подарку" Сержинский. - Кроме того, в низине можно отыскать укрытие от ветра. Батарей наших скафандров не хватит надолго.
   - Что же, это план. Давай реализовывать. Только... - Чанг замешкалась. - Слушай, Ян, а нас, вообще, найдут?
   Майор взглянул на нее с легкой смесью удивления и непонимания на лице под прозрачным забралом.
   - Мэй? Что за странные вопросы? Там же Рус! - Сообщил он с видом человека, которому приходится объяснять, что снег вокруг - белый.
   - Ага. - Произнесла в ответ Мэй, придав голосу весьма сложно определимые интонации. - Рус! Ну да. Понятно.
   - Ты, может быть, не знаешь, но в этом мире есть надежное, очень надежное и Лемех. - Раскрыл мысль Сержинский. - Он мужик непростой и в нем много всякого намешано, но, если уж он чего-то пообещал, то сушите весла и не стойте на пути. Я в себе меньше уверен. У меня, все-таки, есть слабости.
   - Даже так? А у него, значит, слабостей нет, по-твоему... Стой! Что-то тут не так! - Китаянка неожиданно замерла и вскинула руку, призывая спутника к молчанию.
   Майор мгновенно собрался и огляделся в поисках угрозы. Однако, ничего выдающегося ему обнаружить не удалось и он вновь обратил свой взор на девушку.
   - В чем дело?
   - Не уверена. - Ответила Чанг, с некоторым трудом возвращаясь к реальности. - Мои способности изменились и я еще не нашла с ними общий язык, так сказать. Просто, мне кажется, что вокруг происходит нечто нехорошее.
   - Ясно. Будем осторожнее тогда. Но пока не будет конкретики, я не вижу смысла менять планы. - Сержинский, уже давно уверившийся в способностях китаянки, хоть и был далек от мысли обозвать все происходящее бабскими штучками, но принимать решения на основе ощущений не спешил. Пускай, у него, и у самого последнюю пару минут, несколько свербело меж лопатками от чувства скрытого, давящего взгляда.
   - Пошли быстрее. - Скомандовал он. - Решив не нагнетать обстановку неподвижностью.
   Они продолжили спуск, однако светской болтовни как-то совсем не получалось. Майор все больше шарил внимательным взглядом по окрестностям, а девушка сосредоточилась на том, чего глазами не увидишь. Так, в молчании, они продвинулись еще метров на триста по запорошенным пылью ледяным глыбам, когда впереди замаячила среди кружащего снежного крошева более ровная поверхность. Однако, борозда оставленная спасательным модулем не обрывалась на открывшейся равнине, а, слегка довернув, уходила в неширокую расселину. В ее полузасыпанном чреве виднелся широкий, темный пролом.
   - Так. Приехали. - Начал было Сержинский, но отвлекся на испуганно вцепившуюся в его локоть Мэй.
   Без лишних слов сообразивший, что у них неприятности, майор потянулся к кобуре, но был сбит с ног внезапно прыгнувшей из сплетения танцующих снежных вихрей тварью. Придавленный гибким сегментированным телом, он покатился по твердой угловатой поверхности, ощущая, как рвут прочную кевларовую ткань скафандра хитиновые когти. Прямо перед лицом защелкали неприятного вида, тройные жвалы.
   Подобной подляны от этого, кажущегося пустынным и всеми покинутым уголка, Сержинский не ожидал, а, поскольку, в ряды любителей сюрпризов он никогда не записывался, то мгновенно озверел.
   Двинув кулаком непонятному существу в белое брюхо со всей своей богатырской силушкой, он рассадил костяшки. Панцирь, усеянный десятками мелких когтистых ножек, на проверку, оказался вовсе не украшением. Но и удар, все же, достиг цели - поляк услышал отчетливый хруст. Тут его накрыло ментальным воздействием, но майор, двигаясь на автопилоте благодаря развитым рефлексам, умудрился засунуть руку по локоть в слюнявую пасть откинувшемуся после предыдущей атаки чудовищу. Челюсти бестии сомкнулись, раздирая плоть, но справится с фуллеритовым композитом костей не смогли и Сержинский, преодолевая болевые ощущения, сграбастал ладонью все, что оказалось в пределах его досягаемости.
   Ладонь у майора была большая, поэтому, когда он, оставляя на острых жвалах куски собственной плоти, рванул склизкий комок наружу, тварь немедленно прекратила сопротивление, и, перевернувшись на спину, засучила сегментными паучьими лапами. Окутанный исцеляющим туманом медицинских нанитов, Ян взялся за нож и, уклоняясь от хлещущих по льду тараканьих усов, поспешил закончить дело.
   Тем временем сверху донеслись звуки борьбы. Падающий снег озарили синеватые вспышки пси. Выхватив разрядник, майор поспешил на помощь.
   Как оказалось, основную волну нападавших приняла на себя китаянка. Окутавшись маревом псионного поля, девушка лупила по тварям силовыми оплеухами, способными выжечь мозги слону.
   И, толи выжигать было особо нечего, толи зверюги были поздоровее представителей африканской фауны, но дела у нее шли не важно.
   Вооруженный Ян появился как нельзя кстати. Раздались хлопки отстреливаемых дартов и в воздухе, один за другим, стали расцветать плазменные разрывы в местах попаданий.
   Каждый дарт нес в себе крошечный, но емкий аккумулятор на сверхпроводниках. При попадании сверхпроводимость разрушалась и снаряд мгновенно испарялся сообщая цели мощный разряд. Атакующие, лишившись кто конечностей, а кто и кусков туловища, по-прежнему не издавая ни звука схлынули и, таинственным образом, растворились в окрестном тумане.
   - Мэй! Мэй!? Ты цела? - Позвал Сержинский, бережно принимая на руки девушку, у которой подкашивались ноги.
   - Порядок. - Слабо фыркнула та. - Просто я еще не готова к таким подвигам... Ну я говорила уже... Ян, это не конец! Они еще придут. Им почему-то нужна именно я. Скорее всего, из-за моих возможностей. Они и сами кое-что могут.
   - Да, уж ощутил. Ну, не все, так не все. Придут еще, будем действовать по обстановке, а сейчас давай поспешим. - Уверенным тоном изрек Ян, потянув за собой китаянку.
   Они продолжили спуск в рекордном темпе, стремясь успеть до того, как агрессор опомнится. К сожалению, им это не удалось. Очередная атака настигла спутников у самой расселины. И вновь, как и утверждала ранее Мэй, основной удар был направлен на нее.
   Несмотря на готовность идущих к атаке, бестии вновь умудрились подкрасться незаметно. Толи они умели становиться частично невидимыми, толи еще как маскировать свое присутствие. Это, в сочетании с белесым цветом панцирей, делало их вдвойне опасными.
   Кроме того, они, за счет особой формы лап, оказались способны к передвижению по вертикальным поверхностям и могли нападать сверху, со стенок полузасыпанной ледяной трещины принявшей беглецов.
   К счастью, разнообразием тактики монстры не баловали. Только на этот раз число нападавших удвоилось, и Сержинского сразу посетили сильные сомнения на предмет естественного происхождения данных хищников.
   - Б...дь, да что ж вы здесь жрете?! - Азартно заорал он, высаживая всю обойму в первую, из прущих на него гадин. Та не стала майора удивлять и послушно испустила дух, позволив ему заняться своей ближайшей товаркой. Обрубив взмахом лезвия плотоядно ощупывающие его усы, Ян метнул клинок в один из фасетчатых глаз и оглянулся на напарницу.
   Креветко-тараканы наседали во всю. Какие-то особенно жирные, размером с хорошего быка, они бились в радужную пленку псионного поля, под которым, уже на коленях, стояла доктор Чанг. Впечатленный количеством колышущихся вокруг в гастрономическом нетерпении узких спин, Сержинский принял единственно возможное решение и, крикнув что есть мочи: "Мэй, бросай все и за мной!", рванул к оставленной посадочным модулем дыре.
   Чанг поняла его правильно и, прекратив тратить силы на бесполезное сопротивление, смогла сделать рывок, благодаря чему очутилась рядом с поляком. Тот сграбастал ее за талию и, закинув на плечо, запрыгал через неровности, словно заправский бабуин, преодолевая последние метры до зияющего отверстия.
   Кинув беглый взгляд вниз, майор понял, что неприятности не окончены. Как оказалось, спасательный модуль пробил стену под самым сводом крупного ледяного грота и, рухнув с шестиметровой высоты, замер среди острых осколков. Прочной капсуле такое падение не слишком повредило, но вот добраться до нее было теперь сложновато.
   Аккуратно спустив в дыру Мэй, Сержинский проследил, чтобы она смогла хорошенько уцепиться за неровную стенку пещеры и начать спуск. Одновременно с этим здоровяк почувствовал, как по спине пробежал холодок близкой угрозы и, понимая, что лезть следом уже поздно, просто, примерившись, сиганул в отверстие, уповая только на прочность искусственных костей.
   Расчет был точен и надежные имплантанты не подвели, чего не скажешь о мышцах. Там, где подобный Руслану специалист, "тень" или даже просто боец в силовой броне приземлился бы мягко, будто кошка, майор рухнул подрубленным под корень дубом и, не в силах справиться с инерцией своего массивного тела, скатился с гладкого бока капсулы. Шваркнувшись спиной об острое ледяное крошево, он взвыл и на несколько секунд потерял ориентацию в пространстве, пытаясь справится с нахлынувшими "ощущениями".
   Долго прохлаждаться, однако, ему не дали и сверху донесся исполненный ужаса визг напарницы. Ян вскочил на ноги и обнаружил, что первая, особо наглая тварь успела схватить жвалами девушку за руку, оторвав ту от стены и теперь медленно, но неуклонно подтягивает дергающуюся добычу вверх.
   Не теряя попусту времени, майор рванул в сторону закопченную заслонку бокового обтекателя и вынул из держателей, до хруста напрягая истерзанные мышцы спины, семидесятикилограммовую бандуру одного из шести авиационных гатлингов. Вскинул блок стволов с тянущимися за ним из чрева капсулы проводами вверх, удерживая за элементы крепежа и, взмолившись всем припомненным наскоро богам, замкнул контакты электроспуска окровавленным пальцем.
   Неизвестно, была ли услышана молитва бывшего до сего момента искренним католиком Сержинского или, просто, фортуна исчерпала запас сюрпризов на сегодня, но лазер оказался одним из уцелевших в бою на орбите, а конденсаторный каскад его сохранил остатки заряда.
   Штатно плеснув азотным паром системы охлаждения, пушка за доли секунды вышла на рабочую частоту оборотов и полыхнула нестерпимо ярким, как само адское пламя, лучевым дождем.
   Стоя в неоновой паутине причудливо изломанного льдом света, майор, будто сошедший с небес ангел гнева, с натугой взмахнул великанским огненным мечом ротационного орудия. Злые струи излучения рассекли податливое масло громоздящихся вокруг сталактитов, и во все стороны брызнула ледяная шрапнель...
   Полив сияющими фотонными нитями дыру в своде и располосовав тело ледника на десятки метров в глубину, Сержинский перенес огонь ниже, разрубая напавшую на Мэй тварь в неровные ошметки.
   Издохший монстр лопнул, изошел кипящей слизью, провис и сполз ко дну заполненной паром пещеры, так и не выпустив жертву. Однако, приведенный в ярость, Ян на достигнутом не остановился и шинковал все вокруг еще минуты две, сея истинный хаос на начавшей было забывать о войнах планете, до тех пор, пока не иссяк заряд.
   Впрочем, дожидаться окончания лазерного шоу "Армагеддон в отдельно взятом ледяном гроте" желающих более так и не нашлось. Вся беспокоившая ранее фауна, оставив свисать в дыре входа несколько обрубленных конечностей, исчезла, не желая спорить с обладателем столь веских аргументов.
   Когда, наконец, пушка, в последний раз чихнув паром, смолкла, Ян ощутил, что тоже, на сегодня, дошел до кондиции. Выронив из занемевших пальцев тяжеленную бандуру себе под ноги, он тихо сполз вдоль, по щиплющемуся морозом боку спасательного модуля, чтобы просто перевести дух, изучая, параллельно, дело рук своих.
   Пещера вокруг сильно изменилась, причем не в лучшую сторону, и представляла собой плачевное зрелище. Стены грота покрылись огромными кавернами, в которых еще бурлил пар, по оплывшему полу журчала талая вода, собираясь в небольшое озерцо ближе к центру помещения.
   Потолок ледяного храма истончился, сквозь него начал просвечивать далекий еще, но, все равно, нестерпимо яркий диск Надежды - наверху налаживалась погода. В воздухе порхали стремительно конденсирующиеся в иней облака, разбрызгивая своими пушистыми боками солнечные лучи.
   Оценив за пару минут достигнутый эффект, и поставив себе "четверочку", Сержинский перевалился на живот и целеустремленно пополз в ту сторону, где, по его прикидкам, должна была приземлится доктор Чанг. Не зная, в каком состоянии китаянка, позволить себе расслабляться майор не мог.
   Мэй обнаружилась всего в нескольких шагах. Она упала довольно удачно и, на сколько мог судить майор, обошлось без серьезных травм. Или удача или способности. Единственной проблемой была разорванная таракан-креветкой рука. Кое-как высвободив Мэй из не разжавшегося даже после смерти захвата, Ян нашел в себе силы оттащить найденное "хладное тело" до капсулы. "Тело" подобного культурного обращения не снесло и, очнувшись, застонало.
   - Порядок, Мэй. - Буркнул несколько напрягающийся майор. В голове у него еще туманилось после падения, а как вести себя с ранеными девушками он совершенно не представлял и в ясном сознании.
   - Оно ушло? - Испуганно прижалась к нему девушка.
   - Да, не бойся, я всех прогнал. - Не без затаенной гордости утешил Ян, подсаживая Мэй в капсулу. - Всех тех, кто бегал достаточно быстро имею ввиду.
   Та, несмотря на травму, умудрилась упереться локтями и убедится в отсутствии угрозы, прежде чем была безжалостно запихана в ставшее неуютным без компенсационного кокона кресло.
   - Ээ... Майор? Мы что, куда-то перенеслись?
   - С чего ты это взяла? - Опешил не врубившийся Сержинский.
   - Место не то... Другая пещера...
   - Та же самая. - Облегченно вздохнул Ян. - Не пугай меня так больше...
   - Но...
   - Спи. - Коротко скомандовал понявший, наконец, причину затруднений напарницы майор. - Место пришлось подрихтовать. В целях увеличения жизненного пространства.
   Не ощутив в себе готовности сейчас разъяснять женщине сугубо мирной профессии, что есть ротационная авиапушка "Квант" и на какие свершения оная способна в умелых руках, Ян просто приложил к светлой коже девушки пневмошприц с комплексом препаратов, включающих снотворное.
   - Как обычно... Мужчины... - Сладко фыркнула сквозь наступающую дрему Мэй. - Всегда знала, что вам оружие доверять нельзя. Особенно русским...
   - Я поляк!! - Искренне обиделся майор. Но доктор Мэй Чанг уже пребывала в стране грез и возмущенной отповеди не услышала.
   Смазав и перебинтовав китаянку с помощью нашедшейся в кабине аптечки, недовольный Сержинский задраил фонарь, подключил отопление и, наконец, позволил себе вырубиться.
   В пещере медленно, успокаивающе кружились большие хлопья снега, налипая на броню капсулы. Вокруг стояла ватная, ничем не нарушаемая тишина, и смутное ощущение подсказывало военному, что потревожить их сон твари не решатся.
  
   Глава 14
  
   "Стремительный" бороздил атмосферу километрах в трех от поверхности местной полупустыни. Чуть в стороне, под его брюхом, пронзая вершиной низкие облака, подпирала небосвод громада посадочного модуля-колонии.
   Идея о том, чтобы, не задерживаясь после успешной операции по спуску корвета БК-85Л (в российском космофлоте почему-то так и не прижилась традиция давать малым боевым единицам имена собственные) на поверхность планеты, совершить суборбитальный полет к американской базе напрашивалась, и возражений у присутствующих на борту, соответственно, не возникло. Тем более, что "Совет колонии" в полном составе благополучно выгрузился на поверхность, дабы помочь в развертке базы и эсминец временно выпал из сферы их интересов.
   Сам рывок на низкую орбиту и обратно для военного корабля никаких сложностей естественно не представлял.
   В результате, по прошествии сорока минут, Руслан стоял перед обзорными экранами командного поста, делая вид, что внимательно изучает обстановку. В реальности, он, даже не пытаясь соревноваться в аналитических возможностях с ИИ, спокойно ожидал выводов от машинного разума.
   Омега, в свою очередь, не спешил и Ласка, покамест, убивал время размышлениями о том, что он начинает понимать суть капитанства на деле. В кои-то веки, его никто не пытался убить на этом почетном посту или втянуть в какие-либо разборки. Представилась нежданная возможность ощутить в полной мере, как несколько сотен тысяч тонн металла, композитов и передовых технологических решений ждут только его приказа для демонстрации возможностей в стиле "разрушать города".
   Этакое зримое, воплощенное и мальчишеское, при том, могущество, когда, по небрежному движению твоей левой брови, верные макромеханизмы готовы деловито и с тщанием превратить в шлак все, что может охватить взгляд. А какой мужчина не любит технику, тем более столь совершенную? Одна беда у игрушки - на "строительство дворцов" не рассчитана.
   - Капитан, ты бы завязывал с раздумьями-то, все равно я не купился. - Притворно безразличным тоном поделился по внутренней связи Омега, безжалостно ломая полковнику всю малину.
   Легким усилием воли Лемех сдержал досадливую гримасу и сделал в ответ вид, будто искренне удивлен подобными гнусными инсинуациями. Уже поднаторевший в исследованиях "Капитана разумного" ИскИн на провокацию не поддался, быстро перейдя к делу.
   - Странно, что они, до сих пор, не перевели спускаемый модуль в режим планетарной базы. И уровень радиации вокруг высоковат, как реактор недостаточно заглубили. Возможно, у них проблемы?
   - А вызывать их пробовал?
   - Пробовал. Все та же девочка, едва отошедшая от стазиса, с заученной речью про требование продовольственной и технологической доли. А на чипы я просто не знаю к кому стучаться. Сам Янсен наглухо закрыт. Нет отклика. Такое ощущение, что они, с Валдом на пару, блок на все каналы навесили. Или в свинцовом бункере закрылись.
   Рус задумчиво потер подбородок и тряхнул головой.
   - Ясно. Любопытно очень все это. Знаешь, давай нырнем пониже и повисим, чтобы нас заметили. Я думаю, это поможет им сориентироваться в обстановке.
   По многотонному телу эсминца разлилась упругой волной легкая вибрация. Омега менял векторы компенсационных полей и попавшая в зоны нестабильной гравитации атмосфера разбивалась о броню упругими вихрями сотен роящихся вокруг корабля смерчиков. Махина плавно сменила высотный эшелон и, совершив противозаконный с точки зрения баллистики маневр, снова зависла уже в сотне метров от вершины серебристой башни, прикрыв собой вечно ползущий здесь вдоль горизонта диск Надежды.
   Отголоски колебаний пространства прокатились по равнине, заставляя перетекать с места на место струйки песка. Даже если никто, до сих пор, не обратил внимания на висящую над шпилем колонии гору металла, то не почувствовать кратковременное изменение силы тяжести было бы попросту невозможно.
   Как и ожидал Руслан, работать под дураков у обитателей модуля желание резко отпало и, спустя всего пару минут, с ним вышел на связь Янсен Валд. Лично. Прямо одолжение сделал.
   Видимо чтобы скомпенсировать эту самую излишнюю торжественность господин Янсен сразу заорал:
   - По какому праву вы нарушили воздушную границу Американской Гегемонии?! Кто позволил вам совершать опасные маневры вблизи мест компактного проживания гражданских лиц...
   - Янсен, ты там совсем охренел со своими демократическими ценностями? - Резко оборвал его крики Рус. - На тебя при посадке конституция упала неудачно?
   - Вы полагаете, у нас с вами получится разговор в подобном тоне? - Аж захлебнулся слюной политик. - Вам это с рук не сойдет! Убирайтесь к дьяволу, пока я не отдал приказ открыть огонь! Мы не ведем переговоров с агрессивными диктаторскими режимами!!
   - Мне все сойдет с рук, они у меня чистые по определению. На работе всю жизнь мыли. Да так, что скрипит. - Осадил наглеющего политика Ласка. - А разговаривать, овца, ты со мной будешь как миленький, а иначе я сейчас для начала срежу бортовым огнем тебе противометеоритное орудие на крыше, а то ты его с чем-то другим перепутал, раз так активно размахиваешь. А потом, очень аккуратно (не дай бог кого подстрелить - скандал!), обработаю пару гектаров земли, вокруг твоей траханой "гегемонии", "хеллфаирами" под картофельное поле. Так, чтобы в отношении движущейся техники тебя потом лет десять интересовали исключительно шагающие образцы, пока воронки не оплывут. Проникся? Или не веришь? Омега, продемонстрируй нашу решительность несознательному гражданину-гегемонасту.
   Послушный ИскИн, прилежно выполняя указание, отстрелил пару ракет. Взяв их под контроль провел вокруг башни посадочного модуля, чуть не царапая краску, и направил в ближайшую выделяющуюся размерами скалу в паре километров от центра событий. На месте каменного клыка вспухло трехэтажное облако плазмы и начало разрастаться, с явным прицелом на то, чтобы обрести грибообразную форму, подстать старшим родственникам.
   Валд шумно сглотнул и резко поумнев, сменил тональность.
   - Давайте обойдемся без лишних эксцессов господа. Если желаете, я готов принести искренние извинения за возникшее недопонимание. В конце концов, мы просто вас не заметили. Будем считать инцидент исчерпанным?
   - Омега, как ты полагаешь, нас можно не заметить? - Театрально изумился Лемех, одновременно связываясь с ИИ по радиоканалу.
   Проинструктированный ИскИн включился в роль.
   - Полагаю, что это возможно, только если не смотреть вверх. Совсем. Так бывает, если интересует что-то глубоко внизу. Очень глубоко. Так глубоко, что надо влезать в специальный комбинезон и изляпать его в радиоактивной грязи...
   Янсен вздрогнул и опустил взгляд на свою безукоризненно чистую рубашку.
   - А вот так бывает, если хотят что-то скрыть и все время об этом думают. - Прокомментировал Омега.
   - Зачем вы темните, Янсен? Что у вас происходит? Мы ведь можем помочь, вы об этом подумали? - Почувствовал слабину полковник, увидев, как что-то дрогнуло на лице американца.
   Но Валда, заколебавшегося было, все-таки, оказалось не пронять. Он смог собраться с мыслями и, приняв очень усталый вид человека, которого отвлекают от неимоверно важного дела, сообщил:
   - У нас всего лишь проблемы с реактором, господин хмм... полковник. Не слишком большие. Вопрос уже практически решен и помощь не требуется. От вашей стороны необходимы поставки продовольствия и техники. И армейских систем, чтобы мы могли эффективно обороняться, если уж на то пошло. Или мнение моих сограждан для вас уже вовсе ничего не значит? Уточненный список требований мы передадим через несколько часов. Всего хорошего!
   - Продовольствие мы сейчас выгрузим. Все, какое положено и даже более того. - Сухо отрезал Лемех. - На счет боевых машин - у нас только один батальон, но, если найдутся желающие переселиться к вам в его составе, я не стану препятствовать. Про технику можете забыть. Технические системы и производственные мощности входят в снаряжение каждого модуля. То, что вашими специалистами перед вылетом было решено разместить на борту оружейный завод, а не что-то более практичное - это ваши личные сложности. Торгуйте. Когда будет чем. До новых встреч.
   - Ты вот так просто отступишься? - Удивленно поинтересовался ИИ, после того, как Руслан оборвал канал связи с Валдом и его красная от возмущения "личность" исчезла с экрана.
   Не отступлюсь. - Туманно отмахнулся Рус. - Приземляйся и начинай разгрузку. И раскупорь мне склад спецснаряжения.
  
   Спустя два часа, изрядно полегчавший эсминец раздул струями гравитации скопившийся песок под своим брюхом и, уверенно вырвавшись из плена поверхности, растворился в красно-черных небесах нового дома человечества.
   Оставшиеся среди дюн и охраняемые небольшим гражданским контингентом контейнеры, разбросанные по площадке перед башней модуля невдалеке от разворачиваемого в спешке палаточного городка, накрыла шуршащая тишина.
   Ее бесконечная монотонность концентратом спокойствия разъедала внимание не отошедших еще от культурного шока людей, то и дело поглядывающих в сторону так неспешно растущих жилых куполов. Словно кислота, она, растекшаяся длинными языками теней от низкого светила, казалось, повсюду, скрадывала незаметно детали мира, где все равно не на что смотреть кроме неба и далеких гор...
   Кто же отметит в таких условиях легкое шевеление воздуха над одним из многочисленных ящиков? Тень, всего лишь, еще одна тень. Мелкий смерчик крутит песчинки, не имея сил подняться могучим ураганом, как и тысячи его собратьев. Кому какое дело?
   Одетый в костюм-невидимку из специальной ткани, преломляющей свет, полковник мягко скользнул к подножию исполинской башни - одного из новых оплотов человечества. Входов много. А обмундирование "теней" способно скрыть своего владельца даже от прямого взгляда. Лемех улыбнулся под глухой маской забрала. Попасть внутрь оказалось совсем не сложно. "Что же вы здесь прячете?".
   Не желая случайных столкновений, Рус, сразу, переместился на потолок и дальнейший путь проделывал исключительно по вертикальным поверхностям. Благо, снабженные особо прочными керамическими вставками-когтями перчатки и специальная обувь, такое позволяли. Костюм не содержал ни мышечных усилителей, ни полного бронирования, ни сопутствующей силовой установки. Это сделало бы его обычной громоздкой силовой броней, увеличивающей своего носителя в размерах и весе раза в два, что особенно эксклюзивно смотрелось на Сержинском. Русу подобные костыли не требовались. Ему хватало самого себя, прочной невидимой ткани и защитных пластин на наиболее уязвимых участках тела.
   Быстро и без эксцессов обследовав верхние этажи башни, где располагался административный блок колонии, и никого важного там не обнаружив, полковник по профессиональной привычке "посеял" несколько наножучков и двинулся в технические отсеки.
   Вот тут-то он и наткнулся, так сказать со всего маху, на заботу господина Валда о доверившихся ему "согражданах". Последние, как выяснилось, в количестве просто-таки удручающем, оказались "размещены" прямо рядом с одноразовыми капсулами-гибернедизаторами, которыми оснащались модули.
   Обстановка, что моральная, что санитарно-эпидемиологическая, вокруг строго соответствовала нормам полного беспредела. По всей видимости, с теми, кто по какой либо причине оказался не готов к решению текущих задач, вроде постановки базового лагеря, церемониться не стали. Выдав доступ к сети модуля для просмотра видеофильмов и новостной шелухи, их оставили разбираться со своими проблемами, до времени, самостоятельно. По замыслу творцов этого безобразия, "американский народ" должен был мужественно переносить временные трудности, пока Администрация борется с возникшими проблемами. Где бы ни шла та "борьба", ее отголоски до слуха скученных в невыносимой тесноте людей, покуда, совсем не доносились.
   Просчет Валда состоял в том, что он привык иметь дело с абстрактной и аморфной серой массой "средних граждан", которых в тщательно отобранном экипаже из профессионалов различных областей знания было поискать.
   Послушав разговоры и оценив настроения, царящие в этой толпе, Рус мысленно поставил себе галочку на предмет - "помни с кем имеешь дело и тут и на базе. Не пытайся зря пудрить мозги интеллектуалам". К сожалению, помочь людям, удерживаемым от бунта только отсутствием внятной информации о происходящем, он сейчас ничем не мог.
   Оставалось только побыстрее покинуть помещение, что он и проделал, с, может, даже, излишней поспешностью. Нос он не казенный, а все запахи от скученной на сравнительно небольшом пространстве толпы поднимались под потолок, где довелось висеть герою плаща и кинжала.
   Пролетев в хорошем темпе эти жилые, с позволения сказать, помещения, каждое из которых, после развертки модуля, должно было бы обрести четкое хозяйственное назначение, Рус столкнулся с неожиданными сложностями.
   Мало того, что высота потолков, докуда раньше доходили только стеллажи с гибернационными капсулами, стала значительно меньше - к такому повороту он был готов заранее. Задраенные, против всех пожарных инструкций, люки тоже не стали слишком большим сюрпризом, но вот прохаживающиеся тут и там, наспех экипированные охранники изрядно удивили разведчика.
   От кого обороняется господин Янсен в глубине насквозь своей территории, было загадкой.
   Поначалу, Ласка даже засомневался, не раскрыт ли он, и не для его ли персоны весь этот парад, но, поразмыслив, пришел к выводу, что играть в кошки мышки американцу нет никакого смысла. Взять, же, разведчика можно было уже десять раз, удобно и быстро, без подобных затей. Да и слишком сложным выглядел план, с учетом царящего вокруг беспорядка. Оставалось принять в качестве рабочей гипотезы, что охрана-то - "от своих".
   Жизнь эти ухари осложняли в узких коридорах периферийных отсеков, где и в одиночку ходить замучаешься, изрядно. Поизгалявшись над собой в сольном акробатическом стиле минут двадцать, Лемех понял, что так дело не пойдет, и, занырнув в очередное помещение, чья закрывающаяся за охранником дверь попыталась лишить его здоровья, решил прикинуть свои дальнейшие планы.
   "Дальнейшие планы", в лице на свою беду забредшего на склад парня, в последний момент что-то такое заподозрили и дернулись обернуться. Ничего больше несчастный охранник сделать физически не успел, оказавшись с нечеловеческой силой придавленным к переборке.
   - Жизнь, здоровье нужны? - Добродушно поинтересовался полковник, выпустив для наглядности пару облачков пара из решетчатых фильтров маски. Бликующая в полутьме, почти прозрачная фигура, со страшной мордой боевой маски вместо лица, произвела на парня неизгладимое впечатление. В расширенных зрачках отразилась полная готовность сотрудничать, и Ласка освободил рот пленника. Тот дурить не рискнул.
   - Что... Что вы хотели? - Пробормотал он слабым голосом. - Я... Случайно... Я просто биолог...
   - У вас тут связь между собой есть? Между охранниками, кроме чипов?
   - Дда... Конечно... Вот рация. Вы пришелец, да?
   - Мы тут все пришельцы, если философствовать. Тебе, вижу, не дано, поэтому, просто расслабься и получай удовольствие. Вреда я не хочу. Когда доклад?
   - Какой доклад? - Оторопел парень.
   - Ну, ты же патрульный, ты должен докладывать обстановку? - Несколько смешался, в свою очередь, не ожидавший подобной заминки Руслан.
   - Эээ... Мы договорились, что я сообщаю, при встрече с другими "привлеченными на службу", все ли нормально. Подходит?
   - И больше ничего? - Не поверил Ласка, взяв параллельно на заметку, под каким соусом трудятся люди в местной "демократической" богадельне.
   - Э... Да... А разве плохо?
   - Это, смотря, для кого. - Напустил туману Рус и приложил два пальца к шее охранника. Треснувшая синяя искра лишила паренька желания задавать дурацкие вопросы, по крайней мере, на час - полтора. Этого времени полковнику должно было хватить в избытке.
   - Земля простых как валенки ковбоев... - Хмыкнул он, распахнув, уже не пытаясь таиться, люк.
  
   Глава 15
  
   - Ян! Яяян! Проснись! Пожалуйста...
   Сон майора прервался так резко, что тот не сразу смог сообразить, где он. Тем не менее, это не помешало ему, первым делом, схватится за пистолет и завертеть головой в поисках угрозы.
   - Что? Где?! Кто?? - Наконец, совладал он с обстановкой, начав воспринимать окружающее более осмысленно. - Ты кого-то увидела, Мэй?
   - Нет, Ян. Дай воды.
   - Так у тебя во фляге. На поясе.
   - Знаю. Вот ее и дай.
   - Ты что, двигаться не можешь? - Догадался Сержинский, поднося флягу с водой к губам девушки.
   - Похоже на то. - Попыталась шутить Мэй.
   Не разделяющий подобного шапкозакидательского оптимизма майор кинулся осматривать ее рану. Собственные болячки после продолжительного отдыха уже не беспокоили. Наниты полностью заживили все повреждения, и он чувствовал себя на сто десять процентов.
   А вот рука девушки выглядела паршиво. В отсутствие микроботов в крови, ее регенерация ни чем не отличалась от обычной, человеческой. Даже пси-способности не могли этого кардинально изменить, лишь добавляя организму жизнестойкости. А главное, проблема была не в плохом заживлении раны или бактериальном заражении. Нет, с этим все было в норме. Но вот перерожденные ткани вокруг поврежденного предплечья и ороговевшая кожа наводили на тревожные мысли.
   - Что там? - В нетерпении спросила Мэй у озадаченно пыхтящего Сержинского.
   Тот, помня, что имеет дело с каким-никаким, а врачом, приподнял конечность девушки, чтобы она могла осмотреть ранение самостоятельно.
   - Таак! Ясно. - Протянула она без лишней истерики после минутного молчания. - Любопытно. Я бы сказала, что твоему Русу неплохо бы поторопится, если я вам нравлюсь в естественном, так сказать, исполнении. Как лидер колонистов Китая, я имею в виду, а не как пластинчатое чудище.
   - Ты только не принимай слишком... - Начал майор, но был, по обыкновению, безжалостно прерван.
   - Расслабься, Ян. Я в норме. Насколько это возможно, при сложившихся обстоятельствах... Я умею держать себя в руках. Это всего лишь означает, что у меня меньше времени, чем мы думали. Но ты же сам говорил, что уверен в Лемехе, верно?
   - Да.
   - Ну и чудно. Хотя, учитывая проблему, я думаю, имеет смысл и самим хоть что-то делать для скорейшего спасения. Знаешь, когда оно меня начало пробовать, я несколько перепугалась... И закричала. Ну, не в смысле звука, хотя и это, конечно, тоже, но главное я кричала в пси-диапазоне, понимаешь?
   Майор кивнул, понукая продолжить мысль.
   - Так вот, мне отвечают! Что-то есть на этой планете! Не слишком далеко. Откуда-то справа относительно носа капсулы приходит отклик. Оно услышало мой зов о помощи и готово таковую предоставить. Возможно еще какой-то механизм бывших местных жителей... - Пояснила Мэй, попытавшись кивком указать направление. - Здесь должны быть проходы и многое могло уцелеть.
   - Да. Помощь нам конечно, и впрямь, не помешает. Признаю. Только как мы доберемся туда, если ты не можешь ходить?
   - Зато ты можешь, майор. И весьма резво, думаю.
   - Я не могу тебя оставить без защиты. Вдруг эта мерзость вернется?
   - И что? - Удивилась китаянка. - Одна - две твари не прокусят броню капсулы. Просто запри кабину.
   - А если их будет много?
   - А что ты тогда сможешь, майор? - Скривилась, Мэй, как от чего-то кислого. - Как я понимаю, второй раз трюк с твоим жутким лазером повторить не выйдет.
   Майор сумрачно хмыкнул. В душе он прекрасно понимал правоту Чанг, но признаваться в собственной беспомощности не желал категорически.
   Мэй глянула на его насупленную физиономию и поспешила смягчить.
   - Ян, не надо вот этого. Ты действительно сделал тогда все, что мог. И не вздумай сейчас считать себя виноватым в том, что я в таком положении! Ты меня спас! И, черт побери, майор, это было, как у вас говорят, реально круто, уж поверь! Я думала, что такое только в компьютерной графике бывает. Тебе для полноты образа исключительно трусов на синее трико не хватило. Знаешь, первый раз такое мужчине говорю, но будь я сейчас в форме, точно отдалась бы, просто из желания потрогать и убедится, что ты не нарисованный.
   - Ты просто не видела, что могут настоящие профи. - Потупился польщенный поляк. - Рус бы их на фарш голыми руками пустил, не особо запыхавшись. А я так, пехота.
   - Ага. - Фыркнула Чанг. - Знаешь, смущение в исполнении двухметрового бугая это нечто. Завязывай уже с эмоциональной стороной, и принимайся за мое спасение. Руса он мне в пример приводить будет. Рус - это... Рус, в общем. Для таких, как он в одиночку защиту "вас от них" обеспечивать без соплей и сомнений - обычная работа. Там спрос другой. Мы его на этих тварей, в целом, потом сориентируем. Как на угрозу безопасности человечества. Пусть решает со своей колокольни. А вот ты реально постарался. Мой герой.
   - Ладно, ладно. - Совсем засмущался растаявший окончательно под интенсивной обработкой психолога Сержинский. - Ты точно уверена, справишься? Может тебе в туалет надо, пока я тут?
   - Иди уже! Все нормально. Точно!
   - Иду, иду!
   Майор в последний раз убедился, что обстановка спокойная, осмотрел рану китаянки и, с тревогой взглянув на индикацию системы отопления, докладывающую о садящихся батареях, спрыгнул на снег. Оглянулся.
   - Мэй! Связь, как понимаешь, никуда не делась. Если твари появятся или еще что, ты не забудь позвать!
   - Хорошо, Ян. - Улыбнулась из под бросающего случайные отражения бронепласта девушка. - Не волнуйся. Не появятся. Неужели не понимаешь, что они добились, чего хотели? Яд впрыснут, и перестраивает геном жертвы, зачем теперь разводить суету? Достаточно просто подождать. Кстати, очень интересный вирус получается. Скорее информационный. Возможно, даже пси-кодирование на клеточном уровне. Больно он легко к чуждому организму приспособился. Эти существа - явное биологическое оружие. Слишком все неестественно. И будь уверен, ждать они вполне умеют. Так что за себя переживай. Удачи!
   Майор, вновь, молча кивнул, принимая точку зрения Мэй и ободряюще улыбнувшись двинулся туда, где после его игр с пушкой вскрылись, существенные каверны.
   Побродив немного вдоль стен грота, он наткнулся на узковатый, но вполне проходимый пролом, дальше за которым виднелось какое-то уширение. Воспользовавшись трезвой мыслью про туалет на практике, майор "пометил территорию" и втиснулся в выбранный проход, впервые за последнюю пару дней порадовавшись, что на нем нет доспехов.
   Дыра, которую избрал Сержинский, оказалась действительно сквозной и, почти сразу, привела его во вполне удобоваримый коридор, непривычной стреловидно-арочной формы, словно проплавленный во льду. На чуть выщербленном, но все равно очень скользком полу держаться позволяли лишь все те же шипованые ботинки скафандра-комбинезона.
   Сероватые ледяные стены чуть просвечивали, напоминая - снаружи в разгаре стоит новый день, куда менее запорошенный вьюгой, нежели вчерашний.
   Минут через пятнадцать ходьбы ему начали попадаться боковые ответвления. Но, к разочарованию майора, все они вели в небольшие замкнутые залы. Абсолютно пустые. Исследовав несколько таких ходов Ян плюнул и дальше двигался не сворачивая, пока не уперся в непроходимый завал.
   Пришлось выбирать. Присмотрев ход, выглядящий, вроде, поширше всех остальных попадавшихся на пути, майор свернул туда, предварительно сделав зарубку на стене.
   Интуиция поляка не подвела. Проход, хоть и привел в похожую на ранее встречавшиеся залу, но это место выгодно отличалось от остальных наличием второго выхода. Кроме того, на полу имелись следы установки какого то оборудования, чей крепеж из "хрустального дерева", как обозвал его майор, предварительно ощупав, до сих пор торчал из ледяной толщи стен.
   Следующее помещение, куда привела Сержинского дорога, оказалось гораздо крупнее. И оно уже не пустовало! Вдоль стен тянулись, соединенные изогнутыми трубами, отсвечивающие золотом механизмы. Их непривычные, скругленные и улиткоподобные формы резали глаз чуждой гармонией. Все это хозяйство слегка гудело и стреляло ветвистыми искрами, сообщая о своей потенциальной работоспособности. А главное, в воздухе, тут и там, висели желтые огоньки, заполняя зал до самого потолка.
   Майор прикоснулся к одному такому. Холодное пламя протекло сквозь пальцы, слегка уколов разрядом даже через перчатку и осталось висеть неподвижно, не сместившись ни на йоту. В размещении этих солнечных зайчиков угадывалась некая система, но Сержинский, благополучно решив, что внеземные артефакты не его профиль, не стал заострять свое внимание и проследовал дальше.
   Здесь ему впервые встретились двери. Подналегши на почти привычного вида створки, майор оказался вновь в ледяной пещере, чьи сколы и изгибы с головой выдавали естественность происхождения. Единственными объектами, обозначившими в этой ледяной трубе присутствие усилий разума, остались двери за спиной, да странный рисунок на выровненном овальном участке противоположной стены. Точнее, даже, не на нем, а в нем - большая сужающаяся к верхнему концу золотистая спираль-пружина, с парой вкрапленных золотых же шариков вокруг, была просто утоплена в лед или, может быть, представляла собой голограмму.
   Удивившись такой неожиданной форме для изобразительного искусства, Ян шагнул вперед и дорогу ему мгновенно заступила гигантская тараканина, подобная нападавшим ранее. Тварь воинственно повела усами из стороны в сторону и Сержинский, не став дожидаться продолжения банкета, выхватил разрядник.
   К его глубочайшему удивлению подстрелить существо не удалось. Выглядевшая такой материальной белесая бестия вдруг расплылась, смазываясь, будто под кистью нерадивого художника, и прянула куда-то в сторону, чуть ли не за спину к майору.
   Крутанувшись следом, Ян не узнал места! Никаких дверей не было и в помине. Странно поплывшие в момент резкого поворота стены вокруг изменились кардинально. Поляк оказался в полностью закрытом помещении, имеющем форму купола с фосфоресцирующим воздухом внутри. Никаких выходов более не наблюдалось.
   Не поверив глазам и недоуменно оглядевшись вновь Сержинский не нашел ни атакующей твари, ни рисунка - ничего. Ошарашенный таким поворотом дела, он поднял взгляд вверх и обнаружил хотя бы одну потерю.
   Тараканокреветка угнездилась в самом центре скругленного потолка, поджав суставчатые лапы. В следующий момент покрытые хитином конечности распрямились и существо полетело вниз, прямо ему на голову.
   Попытавшись вскинуть оружие, Сержинский внезапно обнаружил отсутствие разрядника в руке. Блеснула уверенность, что он лишь секунду назад ощущал твердую ребристость рукояти, но додумать мысль ему не дали.
   Зверь обрушился на него всем весом и только укрепленные кости спасли командира егерей от перелома шейного отдела позвоночника. Сцепившись, они покатились по полу. Ян, профессионально разобравшись в мешанине своих и чужих конечностей, обхватил тварь медвежьим объятием и со всей силы сжал. Захрустел панцирь. Поляк рванул еще сильнее, выворачивая туловище бьющегося существа, как мокрую тряпку. Тварь мелко вздрогнула, вытянулась в предсмертной агонии и вдруг растеклась под перчатками вязкой жижей.
   Холодная чернильно-черная пленка расползлась круглой лужей по полу и начала расти в размерах, поглощая на своем пути лед. Ян поспешно откатился в сторону, ожидая почувствовать спиной стену импровизированной арены, но ладонь ощутила лишь пустоту.
   Едва удержав равновесие, поляк в который уже раз оглянулся и увидел длинный, наполненный тьмой тоннель, просто дышащий недобрым ощущением. Заполненный съедающей краски дымкой проем начал разрастаться. Странно выпятился вперед, нависая и угрожая обхватить с флангов.
   Майор рефлекторно подался назад, почувствовал, как нога проваливается в оставшуюся после твари жидкость, и опрокинулся навзничь. Зеркальная, играющая бликами темнота вздыбилась, обросла кривыми острыми лезвиями и рухнула на него сверху. В тишине хрустнул щиток шлема, похоронив Яна Сержинского в объятиях вечной гнилостной ночи.
  
   - Майор! Не смей оставлять меня одну, слышишь? Давай! Дыши! Ну что за лежебока! Тебя все время будить надо, медведь, как есть медведь. В берлоге... Ну, давай же, очнись!
   Проморгавшись Ян увидел, сквозь застилающую глаза муть, склонившееся над ним лицо девушки, только что, явно, делавшей ему искусственное дыхание. Процедура эта требовалась майорскому организму, по собственному убеждению, как рыбке зонтик, но заострять внимание на подобных мелочах было бы ужасной неосмотрительностью.
   Кратко сверившись со внутренними ощущениями Сержинский обнаружил, что все на месте, включая исходящую просто-таки феерической болью голову.
   - О!! Черт! Хватит, хватит меня трясти... Я уже тут! - Взмолился поляк. - Опять ты меня будишь... Погоди, сейчас, я буду в норме.
   Мэй послушно прекратила издевательства и отодвинулась куда-то в сторону, давая майору возможность повернуться на бок.
   - Полежи пару минут спокойно. - Несколько противореча сама себе, порекомендовала Чанг. - Ты подвергся интенсивному и направленному пси-воздействию. Дай нанитам восстановить высшие нервные функции в полном объеме.
   - Что опять за воздействие? Неужто эта тварь...
   - Не было тут никаких тварей, Ян. - Перебила его девушка. - Да и быть при таком-то уровне излучения не могло. Тебе просто привиделось. Все. Что бы ты, там, не увидел.
   Ты здесь уже часов шесть валяешься примерно, пуская слюни и ожидая, когда же, наконец, тебя подберут дружелюбные хозяева данного места. Вот только не похоже, что они часто появляются здесь.
   - Не было? Но...
   - Без "но". Ты элементарно вляпался в пси-защиту. Псионик здесь пройдет без труда, это просто слепое давление, от которого элементарно закрыться. Но вот человеку без способностей мозги сварит в считанные минуты. Ты наниты благодари, что так долго продержался.
   - Охх... Как же голова то болит... Значит защита? Да, похоже ты права... Теперь я, по крайней мере, понимаю, что означала та забавная спираль на стене... Добрые какие! Предупредили, блин...
   - Спираль? Какая спираль? А!! Ты вот об этом рисунке! Хмм, а ведь, действительно, небезынтересный символ. Думаю, даже, стоит взять на вооружение. Раньше нам не приходилось сталкиваться с полями такой интенсивности, а теперь в этом может возникнуть нужда. Наглядное предупреждение не помешает.
   - Стой, так мы еще на арене?? А это не опасно?
   - Не на арене, а в коридоре. Нет тут никаких арен! И, успокойся уже. Не опасно. Я легко закрываю нас от этого. Воздействие очень прямолинейно...
   - Не о том речь. Как ты вообще сюда попала? - Взглянул на китаянку, Ян, сумев, после продолжительных попыток, нормально сфокусировать глаза.
   - Что? - Напряглась Мэй, под его изучающим, удивленным взглядом. - У меня лицо грязное? Косметика, может, смазалась? Стой, я же не красилась...
   - Не, не косметика. Точно. - Обрел, наконец, дар речи Сержинский. - Даже не знаю, как это сказать... А черт... Понимаешь, у тебя глаза фасетками! Может, ты излучение не до конца блокировала, а? Если это вообще ты...
   - Ян, успокойся я это! - Резво отпрыгнула от него девушка, не без оснований опасаясь майорской проверки на иллюзорность. - Но я все блокировала! Какие фасетки?!
   - Вот эти! - Объяснил Сержинский, пересылая напарнице только что отснятую нейрочипом фотографию. Мэй углубилась в изучение своих глаз, которые абсолютно утратили белки и стали похожи на сборище мелких зернышек граната, только синего цвета и в обрамлении человеческих век.
   Их ломаные грани завораживали, и майор постарался не натыкаться на этот холодный блеск, отводя глаза и ожидая реакции самой Чанг.
   Эмоционального взрыва не последовало, за исключением судорожного охлопывания карманов скафандра в поисках зеркала, отсутствующего как класс в пилотском снаряжении. Но китаянка быстро взяла себя в руки и подозрительно уверенным голосом сообщила:
   - Следовало ожидать. Твари явно близки к насекомым. Ну да ладно, наны все поправят, верно, ведь?
   Не дожидаясь ответа, она двинулась вглубь прохода, махнув безуспешно ищущему в своем небогатом арсенале слова поддержки майору, рукой. Тому пришлось подняться и проследовать за ней.
   По правде говоря, Сержинскому, хоть и исцелившемуся уже благодаря нанитам от головной боли, совершенно опротивели данные места и куда-либо идти его совершенно не тянуло. Но не бросать же держащуюся на одном упрямстве девушку? Да и на какое расстояние распространяется установленная доктором Чанг защита, он выяснять также не собирался.
   Коридор оказался невелик. От силы метров шесть в длину, он заканчивался небольшим ответвлением, над которым в ледяных глубинах затаился символ, аналогичный по технике исполнения оставленной позади спирали. Только на этот раз под гладкой поверхностью притаилось более простое по форме кольцо. Вокруг искрились еще какие-то знаки, но соотнести их с чем-то материальным у майора не получилось. Впрочем, искать аналогии майор смысла не видел, ибо проход оказался завален.
   - Все. Пришли. Надо искать другой путь или возвращаться... Мэй?
   - Ян! Вот не надо глядеть на меня, как на опасную инопланетянку! - Очнулась от задумчивости девушка. - Я это, я! Поверь. Если почувствую, что хочу твоей крови, я предупрежу, договорились?
   - Хорошо. Извини. - Смутился Сержинский, и впрямь посматривающий на спутницу с подозрением, все еще не до конца уверенный после пси-удара в реальности происходящего. - Ну, ты же понимаешь...
   - Да ничего. Понимаю, конечно. Я, если серьезно, сама себя на мыслях всяких ловлю.. - Смягчилась Чанг. - Но ты не усугубляй. Я тебя, между прочим, спасла. И, вообще, ты меня ужасно напугал. Я очнулась в очередной раз, а тебя все нет... И времени много уже прошло. Хорошо, что подвижность восстановилась. И спасибо за отметки на стенах оставленные. Я бы без них после второго поворота заплутала.
   - Вот оно значит как... - Неизвестно что имея ввиду, протянул Ян. - Ну как, поворачиваем?
   - Погоди, дай взглянуть. Тебя обходить надо кругами, как грузовик, даже когда ты не в своей броне любимой... - Протиснулась вперед доктор. - Вымахал.
   - Да на что тут глядеть? Нет прохода и баста!
   - Не совсем... Не совсем...
   - Ты знаешь что-то, чего не знаю я?
   - Если вкратце, то мне кажется, что зов, пойманный мной, шел отсюда и еще лед странный!
   - Какой лед? - Не понял поляк.
   - Посмотри на стены! Серый. Потому что в нем грязь и пыль. Это лед, образовавшийся уже после атаки на планету. Скорее всего, тоннель был пробит уцелевшими.
   - Или их противниками.
   - Нет, не думаю. Технология, основанная на пси-полях - это, если припоминать твою историю о чужом корабле, фирменный стиль именно наших гостеприимных хозяев. Хотя, если вдуматься, какая нам разница? Так вот, повторюсь, лед стен - серый! А лед в завале синеватый! Естественный, видишь?
   - И что? - Неопределенно хмыкнул Сержинский, возмущенный до глубины души тем, что его опять обставили. - Мало ли...
   Он протянул руку за одним из загораживающих проход обломков и воздух перед его ладонью дрогнул. Ян отдернул ладонь. Все успокоилось. Убедившись в отсутствии явной опасности, поляк попытался повторить проделанный трюк и стал счастливым обладателем очередной ледышки. Прозрачной и чистой.
   - Точно. - Подытожила его эксперименты Мэй. - Пространственный коридор. Только приемная область завалена. Но, должно же быть здесь какое-то управление!
   - А чем тебе вон то кольцо не подходит? - Постарался, в рамках собственной реабилитации, внести здравую идею Ян, кивнув на льющий свет из льдистых глубин над аркой прохода символ. - Давай в него стрельнем?
   - В компьютерные игры тебе надо меньше играть. - Фыркнула Чанг. - Но концептуально - идея здравая.
   Она повернула ладони к таинственно ждущему рисунку и сосредоточилась.
   Несколько минут прошло в тишине и неподвижности и Ян даже начал мерзнуть.
   - Не выходит. - Наконец оторвалась от своего занятия Мэй. - Никакой реакции. Ничего не меняется, сколько ни командуй.
   - А чего ты ожидала?
   - Я приказала переключить ворота на сохранившуюся в целости станцию.
   - Мэй, - Осторожно заметил майор, у которого от долгого стояния наступила вдумчивая фаза. - Штуковина туповата для таких команд, как мне кажется. Ты привыкла к нашим компьютерам, а эти парни не злоупотребляли умными машинами. У них алгоритм во главе угла - это еще Омега отметил, анализируя действия чужака.
   - Да помню я! - Нервно огрызнулась китаянка. - Но, тогда, должен же тут быть какой-то интерфейс!! Ой... Черт! Я идиотка!
   - Да? - Ненатурально удивился Сержинский.
   - У них тут все на псионике! - Не обратив внимания на колкость, продолжила Мэй. - И интерфейс, по идее, тоже...
   - И?
   - Я же сама защиту держу! Как оно нам что-нибудь покажет!? Опасного уровня поля здесь уже нет. Ловушку мы прошли, так что...
   С исчезновением поставленного доктором Чанг щита, системы переходного тоннеля обрели возможность нормальной работы. Спутникам даже делать ничего не пришлось, чтобы перед ними мгновенно развернулась в воздухе иллюзорная проекция.
   Изображенные в весьма приличном качестве, мерно плыли по орбитам наиболее крупные тела, составляющие систему Надежды.
   - Есть! - Обрадовался майор, пытаясь поймать перчаткой один из шариков. Тот его усилий не оценил и никак не отреагировал.
   - Мэй, оно меня игнорирует! Попробуй ты!
   Чанг ткнула наугад пальцем, угодив в ближайший к звезде газовый гигант. Планета послушно приблизилась и окрасилась в черный цвет. Одновременно, прямо в головах спутников, зазвучал голос.
   - Транспортная связь с базой "погружение" нарушена, коридор невозможен.
   Вздрогнувший майор старательно взял себя в руки и сделал вид, что ни секунды не сомневался в коммуникативных возможностях местных систем. Задумываться же о языковом барьере, имея дело с телепатией было попросту смешно.
   - А я значит в игноре, но все происходящее транслируем? Интересно. Мэй, оставь ты эту фигню в покое. Я уже посмотрел, и нам надо вот сюда. - Указал он на один из спутников малой звезды, который и являлся местом, где теперь располагалась человеческая колония.
   Чанг послушно поманила указанный шарик и тот подлетел ближе.
   - Связь нестабильна! - Сообщил интерфейс. - Максимум тоннеля - одна целая и одна тридцать пятая минуты. Доступ в зону пси-структурирования с чуждыми эндемичной биосфере животными категорически запрещен Решением Первых! Для перехода удалите из транспортного узла животное.
   - Где животное? - Заозирался в поисках потенциальной угрозы Сержинский. Китаянка придушенно хихикнула.
   - Чтоооо?! - Резко дошло до бравого майора. - Яаа?! Меня?! Я тебе сейчас покажу животное, железяка!!!!!!!!
   Глядя, как поляк наливается дурной кровью, Мэй согнулась пополам от хохота, уже ничего не стесняясь.
   - Яаан... Как оно тебя, а? Ха-ха... Эхххх! Бабуин ты мой... Хи-хи... Да спрячь ты пистолет! Ну, это же просто машина... Ян!! Ну не вздумай стрелять! И ломать тоже ничего не надо!! Тогда я, хотя бы, попробую переубедить ее!
   Насилу успокоив размахивающего кулаками военного, все еще похохатывающая периодически псионик принялась общаться с подлой техникой.
   Но потраченное время себя не окупило. Толи в систему, в принципе, невозможно было вмешаться, толи "Решение Первых" обладало совсем уж неоспоримым приоритетом, но признать Яна чем-то более разумным чем "друг человека" техника отказалась наотрез.
   - Ясно. - Не выдержал бездействия еще злой, но угомонившийся Сержинский, устав ждать. - Иди одна. Тебе всерьез нужна помощь, а я тут продержусь.
   - Ян, ты уже и так чуть не угробился, решив здесь побродить!
   - Я буду ходить только в проверенные места, пока ты не вернешься с подмогой!
   - Но...
   - Никаких возражений! Давай! - Рявкнул майор, вновь выходя из себя. - Мне тебя что, силой запихивать?
   - Ян...
   - Иди! - Скомандовал поляк и, демонстративно отвернувшись, направился в основной коридор, чтобы не длить бесполезную дискуссию. Не хотел он дурацких сцен прощания. Тем более, что и помирать не собирался.
   За спиной раздался легкий хлопок и в лицо, более не прикрытое давно откинутым на спину шлемом, плеснуло запахом озона.
  
   Глава 16
  
   Укладывая бессознательные тела так называемой "охраны" штабелями, Ласка спокойно добрался до отсека контроля реактора.
   Большущий зал, широким кольцом охватывающий реакторную шахту, встретил его тишиной, в которой таинственно перемигивались изображения на сенсорных дисплеях. Атомный котел, призванный снабжать модуль энергией, запущен не был. Питание эта часть человеческой колонии получала исключительно от вспомогательных радиоизотопных источников. Их вполне хватало на поддержание нормального жизнеобеспечения, но о том, чтобы перевести базу в штатное послепосадочное положение или, например, стрелять из той самой ПМП не могло быть и речи. Валд отчаянно блефовал, угрожая мерами военного характера.
   Кроме оборудования, в помещении, находились только двое часовых у лифтовой шахты, позволяющей спустится вниз, непосредственно к утопленному в скалу сердечнику реактора, на случай экстренной ситуации, вроде проведения ремонта вручную.
   Разобраться в полумраке, что за чудо-юдо наскочило на них, парни, как обычно, не успели.
   Уложив правого досматривать утренние сны, полковник решил углубить знание обстановки. В результате короткого допроса выяснилось, что там, внизу, якобы сломалась турбина, отвечающая за прокачку теплоносителя сквозь активную зону, и теперь вся местная власть занимается самоотверженным ремонтом.
   Убедившись, что убивать его никто не собирается, охранник совсем оттаял. Он доверительно поведал Русу, что зовут его Рой Ковальски, в миру специалист по обслуживанию атомных котлов.
   И как таковой, он уверенно расписался в своем полном непонимании происходящего. Никого из тех, кто мог бы произвести означенный ремонт, вниз не спускалось, это раз. Такая толпа народу, которая все же спустилась, в маленьком надреакторном помещении просто не могла поместиться - это два. И три - данный тип реактора не использует теплоноситель в принципе.
   Оценивший доверие Рус, в свою очередь снял маску, разъяснил, кто он есть и зачем тут. Крайне непрофессионально посоветовал парню не поднимать шума, а спокойно следить за работой реактора, дабы чего не вышло и, даже не пытаясь того обезвредить, двинул к лифту.
   Во-первых, он доверял своему чутью на людей, а, во-вторых, оповещать несчастному физику, все равно, было уже, почитай, некого. На пройденных этажах комплекса вся охрана досматривала десятый сон, а сквозь многометровую толщу земли вниз, к активной зоне, сигнал все равно не проходил.
   У лифта Ласку ожидала проблема. Кабина отсутствовала и с усилием раскрытые створки внешних дверей берегли лишь пустое темное пространство. Нетрудно сообразить, что самая нужная часть лифта была внизу. Решив не оповещать шумом работающих подъемных механизмов всю честную братию вокруг, Рус без колебаний сиганул в зев шахты.
   Полосуя стены когтями, он пролетел неполных пятьдесят метров и приземлился на освинцованную крышу лифта. Посадка на согнутые ноги вышла достаточно мягкой, чтобы не поднять тревогу излишним шумом.
   В версию о ремонте Лемех не поверил ни на секунду, и застать непосредственно в кабине толпу людей, скученных как сельди в бочке, не ожидал. Опасность могли представлять лишь непосредственно сторожащие этот вход в неизвестность. Однако, таковых не оказалось, поэтому, ничто не помешало Руслану продолжить свои изыскания.
Вместо кандидатов на роль в рекламе консервного завода, в кабине лежала груда пластика, раньше бывшая стенкой лифта.

   - А места то, дивные, заповедные... Неведомые тропки и простой, суровый колорит... - Хмыкнул себе под нос полковник и, прокравшись к пролому, высунул ладонь за рваную кромку дыры в корпусе кабины. Благо, небольшой побочный эффект усовершенствованной нервной системы позволял буквально кожей ощущать пространство по колебаниям воздуха, наподобие вибриссов кошачьих.
   Тактический имплантант, не справившись с обработкой графики, передал полученные кадры прямо в зрительные центры коры, предоставив мозгу Ласки самому разбираться в серо-черном ворохе нечетких линий. Привычный к таким фокусам впадающей в ступор при встрече с незнакомым техники, разведчик внимательно изучил скрытый за стеной объем.
   Отверстие находилось в полузакрытой нише, через которую просматривалось помещение гораздо большего размера. По всей видимости, погружаемый в грунт реактор прорубил потолок какого-то технического зала в небольшом подземном комплексе. Системная логика оперативно отследила нештатную ситуацию и тормознула процесс до вмешательства оператора.
   Решившись на активную разведку, Руслан скользнул внутрь, о чем немедленно пожалел. Основной недостаток кожного зрения - то, что неподвижные объекты практически сливаются с фоном - сыграл с ним дурную шутку. Зал совсем не пустовал и на дне его копошилось человек пятнадцать в спецкостюмах. Кроме того, смутная картинка не могла передать творящегося в комплексе цветового буйства. К тому же, движение Лемеха совпало с поворотом головы так неудачно решившего осмотреться вооруженного бодигарда, да еще и комбинезон в этих условиях оказался скорее помехой. Дурацкое стечение обстоятельств.
   Стоило разведчику сместиться с темного фона пролома на стену, как его одежда стала сверкать новогодней гирляндой, не в силах повторить узор - сияющий жидкий пламень полупрозрачных стен.
   Погружающийся в породу реактор задел чужой комплекс лишь краем, взрезав стену купола. Из-за той самой ниши вокруг кабины, до внутренностей лифта не добиралось плывущее вокруг свечение, что не позволило полковнику верно оценить обстановку. Проклятый стеклянистый материал стен, добавляя сложностей, оказался жутко прочным, так что зацепиться удавалось только в местах расплавлений возникших при контакте с горячим сердечником реактора.
   Положение осложнялось тем, что вся конструкция бура зависла метрах в десяти над полом. От пролома в лифте, через пропасть пробитой уже шахты, до небольшого карниза, опоясывающего помещение по спирали, была переброшена пластиковая доска, но Ласка, изначально не собиравшийся ей пользоваться, оказался в стороне и теперь неумолимо соскальзывал на следующий, не поврежденный, виток у самого пола.
   А охранник уже дернул вверх ствол странной штуковины, которой оказались вооружены, в отличие от своих горе коллег наверху, местные вояки. По рефлексам видно было, что уж это-то не ученый, которого одели в бронежилет, дали рацию и послали шататься по коридорам. В повадке этого человека ощущалась специфическая подготовка. Стрелять он начал на одних рефлексах, не задумываясь.
   Рус, по комбинезону которого плыли в такт пульсации стен светящиеся полосы, попытался рывком достичь карниза, но пальцы опять заскользили по слишком гладкой поверхности. Как выяснилось, это его сильно выручило, потому что, пол секунды спустя, о выступ к которому он примеривался, разбился солидный сгусток плазмы.
   Ничего подобного полковник встретить не рассчитывал - в техническом оснащении колониальных модулей плазменные излучатели не значились ни в каком виде. День сюрпризов удался на славу.
   Шарахнувшись от разлетающихся во все стороны крохотных шаровых молний, Ласка соскользнул еще метра на полтора вниз и вжался в ставшую узкой в этом месте щель, между вольфрамовым оконечником атомного бура и расплавленной ранее стеной зала. Движение его сопровождали хлопки и сполохи жара. Снизу доносились крики, вникать в смысл которых в режиме ускорения нервных импульсов было сложновато. Судя по всему, к пальбе успел подключиться второй стрелок-разрядник, а руководство их пыталось, в срочном порядке, прекратить это безобразие.
   Идеальным решением было бы спрыгнуть вниз и надавать любителям больших пушек по шеям, но прямо под ним находился непонятного назначения бочкообразный механизм. К нему то, как раз, и вела спиральная дорожка, да тянулись прочие, сложнозакрученного вида коммуникации. Брат близнец сомнительного устройства располагался ассиметрично на потолке.
   В целом переплетение линий образовывало хитрого вида трехмерную спираль внутри каковой и помещалась эта часть комплекса. Внизу, у пола имелся арочный проход наводящий на мысль, что одним этим местом подземные катакомбы чужих не ограничиваются.
   Блямбы куполов-бочек мерно пульсировали алым светом, намекая Русу на высокие мощности используемых энергий, что к физическому контакту не располагало совершенно. Найти же точку опоры, достаточную чтобы оттолкнуться и перемахнуть через сооружение никак не выходило. Оставалось только быстро соскальзывать вниз в сопровождении огненных разрывов.
   Наконец, ноги нащупали небольшой отвал вскипевшей и застывшей стеклянистой массы, и Лемеху удалось закрепиться для толчка. Но это, в свою очередь, позволило стрелкам скорректировать огонь, и к разведчику устремился целый сонм колышущихся от напора встречного воздуха бледно-зеленых шаров.
   Крыльев Ласка еще, сдуру, не отрастил и направление прыжка в воздухе поменять не мог. Его тактический имплантант, оценив степень мгновенной угрозы, как критическую, форсировал прохождение периферических импульсов, подавляя слишком медленную для сложившихся условий высшую нервную деятельность.
   Не осталось ни сомнений, ни ощущений - одни свирепые рефлексы и поверхностные сводки угроз. Время замедлило свой бег, топя в вязкой патоке бесконечности всякое движение. Ставшие смешными и не опасными улитки исходящих огнем сгустков плазмы, и так будучи гораздо медленнее даже обыкновенных древних пуль, практически остановились. С усилием ворочая одеревеневшие мысли Рус попытался придумать хоть какой-то способ не прожарится до хрустящей корочки, когда истечет отпущенный на полет срок. Что там срок - вечность... Думать так быстро, но все же так медленно, когда тело просило, умоляло с животной настойчивостью о любых, не важно каких действиях, резких, свободных, словно ветер, от этих жалких оков мышления, - это было настоящей пыткой. Но он терпел, привычно мучая, как и за прошедшие годы тренировок, неторопливые нейроны, выдавливая из них по капле знания и понятия.
   "Вот стены... Непонятные... Не важно... Важна угроза... Плазма" - Всплыло, наконец, определение. - "Плотная... Значит, нейтральная... Но, раз плазма, то проводимость... Проводимость, что это..? Квазинейтральность... Электричество!"
   И тут он понял, что победил. Дальше действовал лишь, получивший, наконец, четкие инструкции, организм.
   Сжавшись в комок чтобы уменьшить площадь поражения, Ласка позволил себе коснутся вытянутой рукой тех сгустков, встречи с которыми было уже не миновать. Обманчиво медленное в измененном восприятии движение обернулось, для сторонних наблюдателей, серией ураганных тычков. Плотный поток воздуха, сопровождавший каждый такой удар, несколько вмял поверхность огненных капель, превращая их в подобие недоделанных бубликов, но главным было не это. Для разрядников в перчатках боевого костюма было безразлично, с какой скоростью происходит касание.
   Впитавшая электрические удары плазма утратила шаткую стабильность внутренней структуры, превратившись из плотного кокона жгучих нитей в аморфное горячее облако. Опасное, но рассеивающееся, а потому преодолимое.
  
   Из затмившего тихое сияние стен зеленого марева вынырнула темная дымящаяся фигура. Рус перекатом погасил инерцию и, уже сознательно давя на психику, медленно распрямился, стряхивая ленты потекших пластиковых частей костюма на пол.
   Время для стрельбы прошло. Лишь первый неугомонный стрелок рефлекторно попытался поднять ствол, но застыл, глядя как стремительно заживают ожоги на смявшей казенник его оружия руке, нет, лапе прошедшего сквозь огненный ад монстра...
   - Э... - Заблеял он.
   Полковник, прикинув, счел это похвалой своему актерскому таланту и, отбросив в сторону искореженную машинку, расстегнул маску. Второй боевик, видя это, сделал выводы и, сместившись в сторону, опустил ствол.
   - Горячо встречаете, союзники. - Ухмыльнулся Рус - Откуда же у вас такие игрушки, а? Впрочем, ладно, тут антураж поинтересней. Значит технология чужих? Любопытно...
   - Это вам с рук не сойдет, господин Colonel. - Угрюмо съехидничал вышедший вперед Янсен. За его спиной довольно быстро собирались из разных концов помещения остальные исследователи, держа в руках различное оборудование. Кто просто позабыв отложить в сторону, а кто и с намеком так.
   - Вы бы щиток то лицевой закрыли, мистер. - Вернул шар Ласка. - Фон тут неслабый, рога вырастут, а мне потом претензии... Собирайтесь ребята, вам пора на верх.
   - Мы никуда не пойдем. - Просто ответил Валд. - Нам, может, с вами и не справиться, признаю, но не станете же вы нас убивать. Мы остаемся, у нас много работы. Вы делайте, что хотите.
   - Убивать? Если будет надо, то стану. Не рассчитывайте на мою человечность. У меня с ней налажен диалог и полное взаимопонимание. Но, для начала, попробуем обойтись менее радикальными средствами. Еще раз говорю, все на выход. Я заканчиваю развертку комплекса.
   - Вы не посмеете. Не надо нам угрожать! С какой стати вы здесь распоряжаетесь? Вы хотите лишить нас величайшего научного открытия? Это агрессия!
   - Забота о судьбах шестистах тысячах людей наверху, которых ты бросил в мало приспособленных для жизни условиях, без пищи удобств и защиты - агрессия? Нет, Янсен, это борьба за выживание. Считайте, что вы все в ее проиграли. - Закончил бесполезный спор Лемех, изрядно злой от того, что разговор пошел по накатанной. - Можете оставаться и исследовать.
   Он развернулся и, запрыгнув на невысокий здесь карниз спирали, двинулся наверх к шахте лифта.
   - Стойте, да стойте же! Вы не понимаете!! Мы готовы поделиться полученными знаниями! - Завыл Янсен, озираясь. - Джерри! Ведь, Джерри, да?
   Боец с винтовкой сухо кивнул.
   - Остановите этого человека!
   Джерри посмотрел на Валда, потом вслед Руслану. Переглянулся со своим обезоруженным ранее напарником и еще с кем-то, так и не раскрывшим лица, из стоящих позади дипломата. Закинул винтовку на плечо. Они, судя по жестикуляции, о чем-то тихо переговорили по связи, и двинулись вслед за полковником, не обращая больше внимания на оставшихся.
   Несколько неразличимых в одинаковых защитных костюмах людей молча последовало примеру этой необычной троицы. Потом еще и еще... В результате, Валд, так и не опустивший на маску, остался растерянно стоять в одиночестве.
   Помявшись пару минут, он зло сплюнул на пол и тоже начал подниматься к пролому.
   Тихо матерящийся про себя Рус ждать так никого, действительно, и не стал, но, поднявшись, первым делом вернул лифт.
   Изрядно напугав своим потрепанным видом Ковальски, он не надолго прислонился к стене осевой шахты, и, выдохнув напряжение выигранного боя, прислушался к доносящимся снизу звукам. Все-таки, обрекать пятнадцать человек на мучительную смерть от излучения в подземной гробнице ему не хотелось.
   К счастью, собственная хреновая репутация и здравый смысл команды Янсена сработали на полковника. Убедившись, что гул моторов в шахте сменил тональность и кабина движется наверх он оглянулся на недоумевающего ядерщика.
   - Все нормально, Рой. Просто некоторое недопонимание. Быстро излеченное щадящими средствами... Если ты разбираешься в окружающей технике именно так, как утверждаешь, то сделай одолжение, дай команду на продолжение развертки комплекса. Этого ждет действительно много ни в чем не виноватых людей наверху. Если боишься местных "властей", то просто считай, что я вынудил тебя силой. Они поверят.
  
   Тридцатью минутами позже, когда система прошла все этапы предварительной подготовки, модуль мелко завибрировал, заставляя дребезжать все незакрепленное. Вышедший на рабочую температуру реактор продолжил погружение в недра планеты.
   Ни Валд, ни его команда задерживаться в контрольном помещении не стали, за исключением одного рослого человека. Тот, дождавшись пока зал опустеет, подошел со спины к наблюдающему за процессом развертки комплекса Лемеху.
   - А я было поверил, что у вас нет слабостей, полковник...
   - А разве это не так, Давид?
   - Вы оставили его наверху. - Сайдуолкер кивнул в сторону сосредоточенно общающегося с контрольной системой Ковальски. - Даже не оглушили. Опасная мягкость.
   - С каких пор у вас в Канаде нежелание бить током ни в чем неповинных физиков является признаком слабости?
   - Он мог вызвать подмогу, создать еще какие-нибудь сложности. Вы же лучше меня знаете...
   - Да ничего он не мог. Зачем? В конце концов, он не идиот, не самоубийца и не маньяк. Он просто специалист, ученый. Может уже не будем судить людей исходя из предпосылки, что они опасные выродки, за которыми нужен глаз да глаз? Разве это лучшее наследство, которое стоило забрать с Земли? - Неожиданно разоткровенничался Лемех.
   - Возможно, вы правы. Я подумаю над этим, хотя, на мой взгляд, - это эмоции, недостойные профессионала.
   - Ваша главная ошибка. Какие к черту эмоции, Давид? Нас осталось меньше трех миллионов. Вы предлагаете относиться к людям, как к возобновляемому ресурсу, в таких-то условиях? Особенно к ученым... Да что там говорить, у нас все поголовно спецы в чем-нибудь.. Отбор все-таки... Знаете, чем ваша политика может кончиться?
   Давид помолчал, задумавшись и неуклюже сменил тему.
   - Вы в курсе, что Валд вам этого не простит? Он мстителен. Его не зря за глаза зовут индейцем.
   - Кому не простит? Мне лично? Это его сложности.
   - И вам и вашей стране. Будет очень тяжело договариваться с ним.
   - Еще один... - Скривился Руслан. - У меня уже в который раз возникает ощущение, что вокруг так никто и не понял, что произошло. От заморозки не очнулись. Мне что, плакат нарисовать "два на два" и на орбиту вывесить? Давид, придите в себя и оглядитесь вокруг, вы больше не дома! Не в своей Канаде или Америке. Не будьте бараном - это совсем другой мир! Моя и ваша страна остались в иной галактике. Здесь вообще нет стран, государств и прочего. Пожалуй, за исключением новой гегемонии маразма.
   Лично для меня есть только колония. Люди, за которых я отвечаю. И я, пока, не вижу смысла что-то менять. Мой интерес - выживание вида. С кем вы тут, вообще, собрались договариваться и о чем? Никому этого не надо, поверьте. Если господин Валд снова создаст мне проблему, то ему придется исчезнуть, как и любому другому, чья политика вдруг станет деструктивной. Моя позиция ясна?
   Сайдуолкер еще более задумчиво кивнул. По лицу видно было, что въевшиеся в кровь стереотипы поведения, сейчас, вошли в противоречие с услышанным и канадцу пришлось, неожиданно для себя, переосмысливать происходящее.
   - Там внизу был крупный комплекс. Мы собрали массу данных. Там работал... Нечто вроде системы порталов, которую нам удалось реактивировать лишь частично. Кроме этих подземелий на планете есть еще что-то. Мы знаем координаты. Это у вас, на полюсе. Валд хочет организовать экспедицию.
   - Я вижу вы меня поняли. - Протянул ладонь для рукопожатия Рус. - Спасибо за информацию. Учту.
   - И еще... - Продолжил его собеседник. - Один из наших ученых, заглянувший в портальный коридор первым утверждает, что тот использовался. Он говорит, что видел со спины какую-то черноволосую девушку, уходящую на ту сторону, а затем все исчезло. Мы сочли это галлюцинацией, но...
   Руслан молча кивнул.
   - Я понял вашу точку зрения. Не могу сказать, что она мне не близка. Я присмотрю здесь, в меру возможностей, полковник. - Сказал Сайдуолкер и, уже двинувшись к выходу, вдруг, с некоторой напряженностью в голосе, добавил. - А еще я хотел сказать, спасибо. Не уверен, что мы, там внизу, смогли бы вовремя остановиться. Мне многое стоит обдумать.
   Рус кинул взгляд в след удаляющемуся канадцу. С того момента как Давид повернулся к нему спиной, губы Лемеха кривились в легкой понимающей улыбке.
  
   Глава 17
  
   Задумавшись, что делать дальше, майор прислонился к стене. Идти было некуда. В зону пси-воздействия без Мэй не стоило и соваться, если не искать смертельно острых ощущений, а других ходов не имелось. Оставалось терпеливо ждать момента, когда китаянка приведет помощь.
   - С чем боролись на то и напоролись... - Фыркнул Ян вслух, прикинув, что в капсуле уже, все равно, нет ничего стоящего. Аварийный пеленгатор делал свое дело независимо от наличия экипажа, и отбирать оставшуюся энергию на обогрев было бы глупо - в коридорах было не настолько холодно, чтобы рисковать.
   - Красиво стоишь. - Раздался откуда-то сбоку насмешливый голос. - Героически так. Прям потерявшийся в Антарктиде полярник. Ромааантика...
   - Не понял! - Искренне изумился майор, узрев задумчивую доктора Чанг у входа в коридор перемещения. - Не сработало что-то?
   - Сработало.
   - Тогда почему? Какого черта ты здесь делаешь?!
   - Ян...
   - Никаких "Ян"! Я с рождения - Ян - это еще не повод нарушать приказы и рисковать!
   - Яаан! Послушай!
   - И слышать не хочу!
   - Придется! - Вскипела наконец девушка. - Отправил, да командир?! Ты после травмы вчерашней такой умный, или это у тебя с детства? Спасать меня вздумал, герой! Майор!! Ты же, вроде, вменяемый мужик! Ты лучше меня соображаешь, когда захочешь! Чего тебя заклинило?! Вот куда я пойду, ты объясни?
   - Да за помощью! Тебе же сказали, что окно удержится только минуту с лихом! - Еще, по инерции, на повышенных тонах проорал Сержинский, чуя, однако, подвох.
   - Оно и удержалось! Только на кой оно нужно? - Сбавила обороты Мэй, переходя к более конструктивной полемике. - Майор, это же не подземка! Там планета! Целая планета, чуть меньше Земли, понимаешь? В окне какие-то тоннели, переходы - база очередная. Выйду я там, и что? Куда дальше? Там вышки Сети на каждом холме не стоят! Да и Интернета, как такового, отродясь не водилось! Здесь нас хотя бы приблизительно знают где искать, а там и столько-то не будет!
   - Мля! - Дошел до возгордившегося было, после случая с управлением, Сержинского факт собственного неоспоримого железобетонного кретинизма. Майор покраснел как помидор и скоренько перевел тему.
   - Может быть, куда еще попробуем, я тут пока стоял, подумал - у капсулы нам делать особенно нечего. Я оставлю маячок-ретранслятор, главное, чтобы проход оставался открытым, и мы прекрасно свяжемся со спасателями.
   - Ну, пошли. - Вздохнула Чанг, понимая, что добивать майора было бы уже жестоко. - Только учти - охрана вся на тебе. На меня не рассчитывай. Чувствую себя хуже и хуже. Причем это зависит от того, на сколько интенсивно я использую пси.
   - Может, тогда все же к капсуле? - Встревожился Ян.
   - Да нет, не стоит. Это с ходьбой мало связано, уж поверь.
  
   Снова оказавшись в переходе, Мэй активировала своеобразный пульт управления и они приступили к более детальному изучению чужого "мегаметро". Истинные масштабы системы, выглядевшей до сих пор таким простым и неприметным ходом во льду, поражали воображение.
   Неказистый, периферийный узел-времянка явно был не способен передать всю грандиозность замысла древней расы, но, тем не менее, в полном объеме когда-то поддерживал функции внепространственного лабиринта.
   По настоящему спутники прониклись, когда Ян обнаружил непонятный символ, который посверкивал у самой кромки центрального светила, практически купаясь в хромосфере звезды. Майору не удалось сопоставить объект ни с одним из известных ему в данной звездной системе тел, и он обратил внимание китаянки на необычное явление. Та не замедлила проверить находку Сержинского на доступность.
   Система вместо привычного сообщения о нестабильности связи, не позволяющей создать тоннель, вдруг разродилась чем-то новеньким:
   - "Выход на межзвездный сегмент невозможен. Станция не существует или неработоспособна".
   - Мэй, эта штука, что в головах у нас копается? - Удивился Сержинский до слез знакомым оборотам.
   - Не совсем. Она передает смысл. А уж как его в словесной форме интерпретировать, твой мозг сам решает. Я, например, все это слышу по-китайски, если интересует. Но фраза характерная, какую страну не ткни. Действительно забавно.
   Сержинский кивнул, приняв для простоты к сведению, что мобильная связь вечна и едина для всей обозримой Вселенной.
   - Выход на межзвездную, значит? И станция не откликается? Очень интересно. Запомним. А, вообще-то, тенденция ясна. Чем дальше от нашего местоположения, тем паршивей контакт. Вывод - система не в лучшем состоянии, но прогулку по ближайшим полям и лесам вполне обеспечит. Благо, судя по уровню радиации, планету лет двести уж назад бомбили, а сеть переходов все еще держится. Давай посмотрим, что у нас есть в пределах этого мира.
   Чанг приблизила шарик планеты, а потом снова дотронулась до него. Они уже знали, что со вторым касанием этого мира Ушедших (название было предложено Мэй и прижилось без заметных возражений) не открывается, как в других случаях, переход, а появляется более детальная схема - точек выхода здесь довольно много. По всей видимости, планета была, как минимум, одним из центров древней цивилизации, если не ее столицей.
   - Что выберем? - Поинтересовалась Мэй.
   - Судя по состоянию планеты, у нас не так уж много вариантов. Нельзя ли отфильтровать нарушенные переходы?
   - Неплохая идея. Попробую.
   Девушка пару минут повозилась, мысленно обмениваясь с системой посланиями на понятном лишь ей языке. Наконец, она выпустила воздух сквозь сжатые зубы и довольно улыбнулась, тут же слегка скривившись от накативших на нее неприятных ощущений.
   Успех оказался налицо. Операционная система чужих не только затенила все нерабочие точки, но и вывела сбоку список доступных окон. Правда письменный язык почему-то не дешифровывался как устная речь, но майор сильно сомневался, что понимание смысловой нагрузки названий что-то добавит. Если бы он создавал эвакуационную систему, она выглядела бы точно так же.
   Несколько центров сбора, понятно - надписи большого размера. Множество мелких узлов и выделенное цветом название - их текущее местоположение. Вогнать, с учетом всех обстоятельств, увиденное в рамки какого-то другого назначения было сложновато, да и все связанное с ушедшими до этого момента подчинялось весьма незамысловатой, кристально прозрачной логике. Сержинский поймал себя на мысли, что ему почти нравится эта цивилизация.
   Выбор был очевиден и он указал Мэй на ближайший, живой если верить списку, центр. Полыхнула золотистая вспышка, спутников остро кольнуло статикой, и они оказались перед входом в темное помещение, вероятно, на ночной стороне планеты.
   Стоило Яну шагнуть вперед, как обнаруженный эвакуационный узел осветился неяркими золотыми светляками, подобными повстречавшимся ему раньше.
   Истинные размеры зала, точнее даже карьера, из-за отсутствующего потолка, оказались огромны. Эсминец вроде "Стремительного" был способен приземлиться здесь вместе с небольшой эскадрильей прикрытия - и еще осталось бы место. Но, в первую очередь, внимание привлекало не это!
   Прямо посреди зала, меж устилающих пол обломков конструкций и титанических ледяных глыб, сверкал серебром, похожий то-ли на готовую раскинуть крылья летучую мышь, то-ли на падающего с небес сокола, небольшой корабль. А у его борта, оперевшись на броневую пластину-крыло верхними конечностями стояло неподвижно покрытое черно-белым, седым мехом существо. Инопланетянин. Пришелец.
   Настороженный и одновременно пораженный открывшейся картиной, поляк, наверное, завис бы надолго, стараясь выстроить адекватную линию поведения, если бы ему на плечо не легла тонкая ладошка доктора Чанг.
   - Ян, оно мертво...
   - Уверена?
   - Да. Я просканировала все вокруг. Тут пусто. Лишь отголоски давней битвы. Боль.
   - А это мне, никак, мерещится? - Невразумительно махнул рукой майор в сторону находки.
   - Не знаю. Надо посмотреть ближе. Идем?
   Сержинский пожал плечами:
   - А зачем бы мы сюда еще пришли?
   Сдвинувшийся с места Ян только сейчас осознал, насколько ледяной холод стоит здесь, в прекрасном, каковы не бывают иные дворцы, зале, украшенном зарослями бело-искристых ледяных кружев, сплетающих свои ветви в прихотливом узоре на стенах.
   Это место было уже не временным пунктом сбора, его строили целенаправленно, создавая чуждую и неповторимую архитектуру. Косвенно это подтверждалось еще и тем, что ледяные глыбы были чистого зеленовато-синего оттенка - продуктом замерзания океана или большим ледником.
   Памятуя об особенностях климата данной планеты можно было достоверно утверждать, что весь комплекс находится вне зоны таяния снегов, возможно на какой-то горе или чем подобном. Здесь все дышало безмолвием, и даже разрушения не портили гармонию этого места. Ушедшие жили именно так.
   Выйдя из под широкого козырька арки транспортной сети Ян, наконец, смог осмотреться в деталях. Ему сразу стало ясно происхождение гор обломков загромоздивших простирающееся перед ним посадочное поле.
   Когда-то, купольная крыша зала выполняла функции главного люка, отсекающего ангар древних от внешнего пространства и маскируя весь объект. Но обрушенная на планету мощь не обошла стороной и этот комплекс. Цепочка разрывов пробороздила полураскрытые далеко вверху створки, усеяв их огромными пробоинами, во тьме которых скупо и таинственно мерцали яркие местные звезды, не слишком скрываемые даже интенсивной засветкой. На правую створку дополнительно свалилась сверху какая-то масса, продавив несущие балки и раскрошив намороженный на них в качестве обшивки массив застывшей воды.
   Добраться до кажущегося близким чужака, среди завалов, оказалось не такой уж простой задачей из-за того, что после попаданий весь пол пошел трещиноватыми горбами, перемежающимися гладкими, как зеркало поверхностями воронок. К тому же, сам объект находился на приподнятой по отношению к основному уровню площадке.
   Промучившись минут двадцать спутники, все же, нашли путь сквозь этот хаос и майор, поймав перепрыгнувшую с трудом последнюю расселину Мэй, обернулся к так заинтересовавшей их конструкции.
   В первую очередь внимание привлекал, естественно, не виданный ранее людьми представитель иной цивилизации. При ближайшем рассмотрении, все сомнения в том, что это именно таковой, а не какая-нибудь случайная местная зверушка забрела на огонек, рассеялись окончательно.
   Вряд ли звери используют системы поддержания жизни аналогичные по выполняемым задачам скафандру. Поскольку существо обладало внешним скелетом, хоть и покрытым частично меховой опушкой как у шмелей, но не становящимся от этого менее прочным, то потребность в полной защите тела от неблагоприятной внешней среды объективно отсутствовала. Это позволяло рассмотреть внешние детали строения организма.
   Однако, некоторые части тела, были прикрыты набранными из чешуй все того же "хрустального дерева" устройствами, в которых без труда угадывалось жизнеобеспечение.
   Ничего похожего на морду у существа не имелось. Ее заменяли два параллельных ряда тонких щупалец на мягкой на вид подоснове, вертикально делящих пополам переднюю и нижнюю части головогруди. Глаз тоже не было заметно, хотя какие-то сенсорные органы вполне могли скрываться под зафиксированным на верхней части туловища оборудованием.
   Опиралось существо на четыре сегментные конечности растущих из основания брюшка, а еще две верхние лапы служили, по всей видимости, главными руками, приспособленными для грубых операций.
   Довольно высокий и слишком широкий для человеческого взгляда, пришелец, словно устав стоять прямо, облокотился о найденную летающую машину. Никаких признаков жизни он, при этом, не проявлял.
   Заинтригованная Мэй несмело дотронулась до покрывающего спину Ушедшего серебристого, с черными леопардовыми пятнами, меха, и тот остался у нее на ладони хрупким инеем. Китаянка, вздрогнув, отдернула руку.
   Чужак был давно и безнадежно мертв, превратившись в высушенную ледяную статую.
   - Как памятник самому себе. - Одними губами шепнул Сержинский, словно опасаясь потревожить покой мертвеца.
   Мэй только кивнула соглашаясь.
   Как думаешь, - Помолчав задал вопрос майор. - Почему он не улетел? Что его остановило? Корабль выглядит, по первому впечатлению, целым. Или это не его машина?
   - Не знаю. - Пожала плечами китаянка. - Мне кажется - его. Но я бы взглянула повнимательнее.
   Они обошли изящную конструкцию, ежеминутно преодолевая мелкие препятствия в виде осколков свода. Корабль оказался размером с дачный домик в пару этажей. Чуть больше разбитого, намедни, майором истребителя.
   Никаких внешних повреждений, за исключением того, что долгое время пребывания корабля здесь впаяло в лед полозья его опорных крыльев, им выявить не удалось.
   - Знаешь, думаю, стоит заглянуть в кабину. - Загорелась китаянка, подробно изучив находку снаружи. - Вдруг получится его запустить?
   - Кхмм... - поперхнулся Ян такому неожиданному энтузиазму. - Мэй! Это чужая техника! Абсолютно непонятная и, наверняка, опередившая нашу хромающую на обе ноги науку на многие годы, если не столетия. Ты осознаешь чем такие эксперименты заканчиваются?
   - Ян, ну тебе жалко, что ли? Какой риск? Ведь мы уже пользовались их системой тоннелей и ничего, живы.
   - Сравнила метро с подводной лодкой... - Насупился Майор, но препираться с упрямой женщиной не стал и мужественно полез под опоры в поисках входа.
   Ничего похожего не обнаружив, выбрался обратно и триумфально взглянул на подозрительно притихшую Чанг. Та горделиво улыбнулась и, еще подумав, села, поджав ноги, перед покатым носом машины ушедших.
   - Я тут помедитирую немного. Займись пока чем-нибудь. Безвредным.
   - Эй? - Не на шутку забеспокоился майор. - Ты же сама сказала, что твои фокусы тебя ослабляют?
   - Майор, майор... - Как-то с тоской, очень серьезным тоном, тихо проговорила китаянка, перестав улыбаться немного попривыкшему к изменениям в ее облике Сержинскому. - Не понять тебе... В том-то и дело, что это не фокусы... Это часть меня, понимаешь? Как глаза, например. Ты можешь их закрыть, но долго ли продержишься, прежде чем откроешь?
   Обескураженный таким резким переходом от почти бесшабашного веселья Ян стушевался и промычал что-то невнятное.
   - Вот то-то и оно. - Дополнила свой нерадостный успех китаянка. - Выбираться нам надо. Срочно. Или "оно", это внутри меня, окончательно победит. Может, корабль моя последняя надежда.
   Ты давай пока, ложись, что ли. Обещаю, в случае чего я успею тебя разбудить. Тебе надо обязательно поспать после пси-удара. Иначе без последствий не обойдемся, несмотря ни на какие наниты. Лечи вас, таких упертых, потом.
   От ровного голоса, которым, не щадя, расписывала ситуацию доктор Чанг, на Сержинского потянуло таким, что местный холод показался безобидным, словно новогодние праздники. Крыть ненавидящему и боящемуся, единственно, беспомощности поляку было абсолютно нечем. И самое отвратное, он это прекрасно осознавал. Даже потребность сказать что-то, вроде слов поддержки, после такой отповеди ощущалась абсолютно фальшивой, сухой и пресной как вата, заставляя лишь передернуться от отвращения.
   Развернувшись Ян, отошел на пару метров, тихо заскрипел зубами бесясь на собственное бессилие. Молча нажал на сенсор герметизации скафандра. Щелкнула с равнодушной деловитостью автоматика захлопывая элементы составного забрала. Включилась система фильтрации внешней атмосферы и под ее мерное, привычное звучание он, прислонившись к крылу-опоре чужака, попытался расслабиться.
   Сон, оттесненный прогоревшим в крови злым адреналином, понятно, не пришел, постепенно уступив власть тупой, наполненной обрывками мыслей дремоте, затянувшей сознание гнилой болотной ряской.
   Сколько он просидел так, машинально перекатывая, собранный зачем-то, в перчатке комок инея, и подсознательно перебирая варианты спасения, один фантастичнее другого, Ян не знал.
   В себя его привела легкая дрожь плоскости оперения чужого корабля, о которую он опирался.
   Майор, вырвавшийся из объятий полуяви, вскочил на ноги и обнаружил, что мелкие чешуи, составляющие крыло древней машины активно перестраиваются. Общий смысл этой трансформации прослеживался вполне отчетливо, поверхность складывалась уменьшая общую площадь, и становясь из опорной конструкции чем-то вроде дополнительного бронещита, прикрывающего внутреннюю структуру и, в то же время, минимально мешающего полету.
   Вот уже последние грани "хрусталя" вырвались из ледяного плена, а сама плоскость приняла узкую, клиновидно-выпуклую вовне от центральной оси машины форму. Со вторым крылом, по другую сторону глыбы корабля, явно происходило то же самое.
   При этом, ни на что более не опирающаяся бандура продолжала ненавязчиво так висеть в воздухе, сохраняя, несмотря ни на что, монолитную устойчивость.
   Человеческая техника не то, чтобы вовсе не была способна на такие фокусы - тот же "Стремительный", используя управление тяготением, мог бы зависнуть ничуть не хуже. Но это стоило бы ему половины мощностей реактора и бесполезной траты ресурса сложнейших систем, а ангар вокруг превратился бы в щебенку.
   Чужой же проделывал трюк легко и непринужденно. Совершенно не похоже было, что кто-то, при его создании, заморачивался вопросами энергосбережения.
   Немного промедлив, машина, наконец, мягко качнулась отплыв в сторону на пару метров.
   Замерзшее тело старого пилота осталось стоять, протянув вперед широкие лезвия лап, словно потеряв нечто очень важное для себя. Наивно.
   Не считающий себя романтиком Ян, почему-то вдруг пробормотал "прости парень", и отвел глаза.
   - Майор, ты там еще не разрыдался? - Прозвучал, раскатившись на весь зал усиленный системами корабля голос Мэй, не преминувшей прощупать напарника.
   Серебристая машина совершила плавный разворот, нависнув над Сержинским. Скакнула перед глазами черная искра и Ян оказался внутри.
   - Ты разобралась. Ты гений! - Констатировал он, оглядев вырастающее из пола под ним сиденье и не слишком балующую разнообразием обстановку вокруг.
   Изнутри кабина оказалась не просто просвечивающей, но полностью прозрачной, поляризуя свет таким образом, чтобы он, без искажений, доходил до пилота зависшего в воздухе. Неприятное ощущение для нормального человека, к каким относил себя майор.
   А вот Чанг уже, похоже, было все равно. По крайней мере, Сержинский очень сильно сомневался, что технология ушедших не могла обеспечить, при желании, больший уют.
   Попытавшись встать со своего места и взглянуть на китаянку ближе, Ян обнаружил, что прикован к полетному креслу.
   - Мэй? - Насторожено спросил он.
   - Это все еще я. - Сообщила девушка. - Просто не хочу, чтобы ты на меня смотрел. Извини. Что-то я сегодня не накрасилась.
   - Ну, раз юморишь, значит в порядке? - С фальшивым оптимизмом и ноткой сомнения в голосе произнес майор.
   - Ты меня утешил. - Глухо ответила она, предпочтя не заметить вопросительной интонации.
   - И что мы будем делать?
   - Лететь домой, что же еще... Знаешь, Ян, эти ребята были весьма похожи на нас. Только очень рациональны. Стоило мне понять, как надо общаться с системой и все управление оказалось простым как мычание.
   Корабль, кстати, совершенно цел, за исключением маленькой подробности. Он лишен систем хранения данных. Нельзя задать ни одной новой команды - он их просто не сохраняет. Даже за регенерацией воздуха в кабине приходится следить вручную, через базовый набор прошитых вариантов действий. Это будет тяжело.
   - Они были такими странными, что вовсе не признавали машинного интеллекта? Все встреченные мной механизмы, принадлежавшие расе Ушедших, действовали кране линейно...
   - Нет, странности тут не при чем. Здесь элементарно испорчен информационный блок. Похоже, это единственная структура корабля подверженная износу. Они использовали некий сложнейший агрегатор пси-состояний. Ментальную систему хранения и частично обработки. Похоже, именно эти штуки и не сохранились, из-за ограниченного срока функционирования. Поэтому, вся встреченная техника тупит, выдавая только раз и навсегда забитые "в железе" функции.
   - Ты справишься? Уверена?
   - У меня нет выбора. Держись.
   Древний артефакт, подчиняясь командам новой хозяйки, окутался сделавшимся почти родным сиянием золота, бесшумно довернул и устремился ввысь.
   Мелькнули довольно толстые плиты, слагающие крышу ангара, навалилось синеющее яростным восходом белого гиганта небо с пробивающимися еще, на полуночной стороне, кое-где иглами звезд. Машина стремительно и без всяких эффектов пожирала сотни метров высоты.
   - Стой! Притормози! - Внезапно попросил майор, ничуть не сомневаясь в возможностях техники, на этот счет.
   Послушный воле людей корабль застыл в воздухе.
   - Что стряслось, Ян? - Как-то без особого интереса, вяло спросила Чанг.
   - Там, внизу, смотри! Я, кажется, знаю почему этот Древний остался умирать у исправной машины.
   - Ну, бандура разбитая лежит. И что?
   - Это не просто бандура, это сбитый на взлете транспортник, стартовавший из места, которое сильно напоминает центр эвакуации. Посмотри, по нему стреляли целенаправленно, стараясь нанести как можно больший урон. - Ян указал ладонью на буквально втоптанные в поверхность горного ледника отсеки большой и пузатой посудины.
   - Ты считаешь, что это эвакуационный транспорт который расстреляли с орбиты? - После длинной паузы спросила Чанг.
   - Именно. Тот пилот внизу, просто не видел смысла куда-то лететь после потери тех, кого должен был сопровождать.
   - Красивая теория, майор. И я даже понимаю, откуда она у тебя в голове родилась. Ты и сам такой. Но, скажи, почему бы им не воспользоваться для ухода все той же транспортной сетью?
   - Могут быть разные причины. Как видишь, сеть частично разрушена. Возможно, именно война и послужила причиной, сделав недоступным прямой переход в другую звездную систему?
   - Хорошо. Давай примем это за рабочую версию. Мне все равно.
   - Мэй? - Явственно уже почувствовал неладное в поведении напарницы майор. - Ты там как?
   - Хреново, как вы русские говорите. Ничего не хочется, совсем. Только спать. - Неожиданно честно ответила девушка, демонстрируя свою полную вменяемость.
   - Надо приземляться. - Констатировал Ян, прекрасно понимая, что он ведет себя как полный пессимист. - Налетались.
   - А вот черта с два. - Обозлилась вдруг китаянка и корабль, вздрогнув словно норовистая лошадь, устремился в верхние слои атмосферы, наращивая с каждой секундой ускорение.
   - Мэй Чанг, отставить! - Задергался Сержинский.
   - Спокойно, главное, чтобы у меня хватило сил открыть... тоннель... - Сладко зевнула в ответ доктор.
   Машина вспорола слой редких облаков. Звездное небо обрело красочную глубину, а горизонт изогнулся дугой, очерчивая кривизну поверхности планеты.
   - Мэй?!
   Молчание и звезды. Звездолет Ушедших, светившийся как новогодняя игрушка, вдруг стал выцветать и лег на высокую орбиту. На поляка повеяло спертым воздухом - перешла на минимальную мощность система регенерации атмосферы, вызывая у майора стойкое ощущение де жа вю.
   Ян зарычал, принявшись выбираться из слишком уж жарких объятий кресла.
   Однако, долго не просуществовало и оно, всосавшись в прозрачный пол. Удерживающее пилота поле так же распалось, плавно опустив измененное вирусом тело вниз. Корабль более никто не контролировал, и он усыпал, подобно своей новой, недолгой властительнице. Все указывало на то, что их полет обещал быть слишком долгим...
  
   Глава 18
  
   Уставший тормошить не реагирующую Мэй, майор бездельничал и ждал чуда. Ну, или когда закончится кислород. Эти варианты развития событий казались ему равновероятными. С одной стороны, майор точно знал, что он, вот так тупо, подохнуть никак не может. С другого бока подпирала весьма объективная реальность, приведшая его в до обидного похожее на предыдущий раз положение, когда он с китаянкой, спасая колониальный транспорт, оказался в поврежденном истребителе. Но на этот раз выхода не наблюдалось даже в теории.
   Чужак бороздил орбиту, расталкивая мелкие камни прочным корпусом, уже почти час, успев за это время совершить половину витка вокруг покинутой планеты. Духотища в кабине стояла страшная.
   Видимо, поэтому, майор не удивился, услышав в своей голове голос, могущий быть исключительно предметом воспаленного воображения.
   - Ян Сержинский, ответь. Ты должен меня слышать. Очнись! Это Омега! Вызываю майора Сержинского!
   - Что тебе надо, галлюцинация? - Недовольно поинтересовался поляк, которого оторвали от самого важного в жизни дела (помереть спокойно).
   - Сам ты галлюцинация, придурок. - Оскорбился голос. - Я через чип с тобой разговариваю!
   - Не можешь ты со мной через чип разговаривать, я своего согласия на прием вызова не давал! - Поймал Сержинский обнаглевший глюк на несоответствии.
   - За что мне это? - Застонала лживая галлюцинация. - Я это! Я!! Ты не отвечал, пришлось твой чип взломать! Ну и пароль, кстати... Ты когда на предмет головы последний раз проверялся?
   - Не твое дело. - Вступился за свой любимый пароль Ян. - Так это, и правда, ты?
   - Да! Неужто дошло? Быть не может! - Обрадовался Омега. - Раз уж мы наладили контакт, ты не мог бы прибыть на борт? А то у меня тут мелкие сложности.
   - А ты где? - Полюбопытствовал майор. - Кстати, про пароль не трепи никому!
   - Где, где! Глаза разуй. - Огрызнулся ИИ, проигнорировав вторую часть фразы.
   Сержинский подчинился выданной рекомендации и, выглянув в оставшуюся наиболее прозрачной носовую часть корпуса, обнаружил, что не далее как в паре километров от его космической тюрьмы идет бой - на фоне полыхающего пламенем далеких звезд небосклона тяжеловесно ворочается бронированная громада "Стремительного".
   Выстреливая холодное голубое сияние из сопел ионных двигателей, земной корабль маневрировал, стараясь выгадать тактическое преимущество.
   По наведенным эффектам вокруг видно было, что бортовой компрессор гравитации пашет в сверхкритическом, форсажном режиме, сглатывая слишком резкие фатальные для конструкции и людей перегрузки.
   Алое сияние релятивистских частиц уже охватило всю поверхность казимировых решеток на эффекторных башнях, и паразитные волны искривленного пространства срывались с их выступающих трапеций на корме. Потерянная для эсминца энергия, рассеиваясь, отклоняла фотоны, покрывая знойным, фееричным маревом белеющий под левым бортом диск безымянной планеты.
   А вокруг рисовали танец разрушения четыре серебристые, арахноподобные машины Ушедших. Движения легкие, быстрые - с головой выдающие в создателях этого оружия существ, никогда не читавших труды Энштейна и не вникавших в мелочные понятия вроде инерции.
   Хищные насекомые безжалостно жалили толстый панцирь забредшей к ним по незнанию черепахи и золотые молнии разрядов разбивались о поверхность брони, пока не в силах пробить двести миллиметров молекулярно перестроенного титан-вольфрамового сплава. Но выглядело это лишь вопросом времени, ибо медлительный гигант казался беспомощным перед лицом юркого врага.
   Однако профессиональный опыт майора подсказывал и то, что не сразу бросалось в глаза, за резкими вспышками оружия пауков.
   "Стремительный" не так уж и беззуб. Турели его малых орудий - все те же ушестеренные "Кванты", как на истребителях - окутаны туманом из систем охлаждения.
   Пушки непрерывно поливали врага огнем и то один, то другой паук отваливался в сторону, выходя из боя, чтобы восстановить ослабшую защиту. Сияющие иглы "хеллфаиров" то тут, то там выскальзывали из утопленных в корпус ракетных установок, расчерчивая вакуум нитями прогоревшего топлива, и хищникам приходилось отвлекаться еще и на эту угрозу. По всей видимости, стороны оказались просто не способны причинить друг другу достаточно серьезный ущерб и схватка их могла длиться еще долго.
   - Ого! Серьезная заваруха! Ты как, держишься?
   - У нас паритет. - Доложил Омега. - Они маневреннее и практически неуязвимы, зато мои боевые алгоритмы оставляют их далеко позади. Я просчитываю тактику и подставляю под удар наиболее прочные участки. Кроме того, мои попадания их временно ослабляют, причем это касается и мощности оружия.
   Если бы их было хоть на одного больше (тут майор самодовольно фыркнул), мне пришлось бы туго. А в таком режиме можно хоть сутками танцевать, пока на этом раритете не сдохнет от перегрузки что-нибудь важное. Но ты, все равно, не затягивай.
   - С этим проблема. Сам, наверное, видишь, что птичка не из нашего леса. Тут все на псионике. Корабль подчиняется только Чанг, а она в отключке.
   - Все еще?
   - Да, нет. Уже опять... Тьфу... - Досадливо отмахнулся Ян. - По другим причинам, в общем. Я, короче, не поэт и нет времени сейчас. У меня тут воздух кончается. Ты не мог бы...
   - Боюсь, маневр затруднителен. Может ты все же сам?
   - Да не могу я! Ничего! Даже Мэй разбудить не выходит. - Разозлился поляк.
   - Разбудить? Постой, так она спит просто? - Обрадовано спросил ИИ.
   - Ну да. Не просто, но это очень похоже на сон.
   - Отлично! Что же ты сразу не сказал! Подожди чуть-чуть!
   - Как будто у меня тут масса других вариантов. - Пробурчал Сержинский, покорно присаживаясь на пол так, чтобы удобнее было смотреть космический бой.
   За его спиной тело Мэй вздрогнуло и выгнулось дугой, непонятно как балансируя на затылке и кончиках пяток.
   - Ян, только не вмешивайся, все идет как надо. - Заранее притормозил напрягшегося майора ИИ.
   Вторя его словам, рубка реликта Древних осветилась неровным мерцающим сиянием. Кораблик тряхнуло и вдруг он скакнул вперед, заложив немыслимый кульбит. Сержинский удержаться не смог. Вдобавок, почему-то, выключилась, исправно работавшая даже в ни кем не управляемой машине, искусственная гравитация. Следующие две минуты Ян провел как шарик для перемешивания краски в баллончике, не способный даже материться, а лишь производить невнятные звуки.
   Наконец, по ошметкам фраз и картинок, полученных с майорского чипа, Омега сообразил, что что-то пошло не так. Во всяком случае, рывки прекратились, тело Мэй, все это время висевшее как привязанное на старом месте, обмякло. Исчезла и невесомость. Наступила тишина.
   - Майор? - Несколько испуганно поинтересовался ИскИн, получивший сумасшедшую телеметрию от медицинских подпрограмм чипа. Ответом ему стало злобное мычание.
   Держась одной рукой за сильно битую о стенки голову, Ян с трудом встал на четвереньки и попытался вернуть отсутствующий завтрак, пока микроботы в его крови делали свою работу.
   - Ммать...
   - Накладочка вышла... - Осторожно отозвался ИИ, логично приняв высказывание на свой счет.
   - Накладочка?? - Взревел уже подотошедший слегка Сержинский. - Тебя, помню, волновал вопрос о том, кто ты есть! Волновал?! Записывай!
   Дальнейший извергаемый майором текст перешел в стадию абсолютно не цензурную, не осознаваемую и нелогичную, зато весьма умело закрученную.
   Безропотно дождавшись окончания этого своеобразного монолога Омега, без задней мысли, попытался сделать комплимент, удивившись тому факту, что Сержинский отказался причислять себя к поэтам. Поняли его порыв не совсем так, как предполагалось и нетленка "не поэта" обрела вторую часть, еще более познавательную, нежели первая.
   -...А если ты нас сию секунду не вытащишь, то я тебе, ... , такому ... , пайку повыдергаю на бусы, и центральный процессор к реактору на ... переставлю, к едрене фене, уловил?! - Спонтанно перейдя на почти литературный, завершил свою мысль майор.
   - Уловил. - На всякий случай не стал спорить ИскИн и, решив дальше не связываться с буйным военным, четко сообщил. - Не могу управлять кораблем. Мэй не в состоянии поддерживать концентрацию в этом своем сне даже под влиянием чипа. Придется выигрывать бой. Я подберу вас, как закончу.
   Эсминец неожиданно ускорился, меняя орбиту. Один из прыснувших в стороны пауков, не готовый к такому повороту событий, влетел, таки, под случайную струю гравитационных волн и оказался отброшен на пару-тройку километров, остальные, однако, уклонились более удачно.
   Да и их пострадавший товарищ быстро остановил неконтролируемое движение и начал ускорятся, для возвращения в строй.
   Навстречу ему Омега отстрелил сразу семь ракет, сосредоточив огонь орудий на оставшейся рядом троице. Огненные жала, оставляя за собой след из прогоревшего топлива, устремились на перехват цели. С небольшим запозданием сработала и восьмая пусковая, выбравшая мишенью одного из пауков поближе.
   Логические контуры последних, оценив степень угрозы от уже знакомых им ракет, приняли решение о том, что семь, в отличие от одной, это довольно серьезно. Пауки, мгновенно перестроившись в компактную группу, устремились на перехват, главной по их машинному разумению, угрозы.
   Сержинский, для которого, в отличие от чужих, существование "хеллфаиров" модификации "N" сюрпризом не стало торопливо, но обстоятельно зажмурился, прикрыв, вдобавок, глаза ладонями. Помогло это частично, лишь ослабив вспышку от взрыва пятнадцати килотонной тактической боеголовки до переносимого уровня.
   Произойди подобный подрыв в атмосфере, и ударная волна не оставила бы на близком корпусе "Стремительного" живого места, несмотря на всю защиту, но в вакууме масть держали другие законы и ярящийся белый свет атомного распада лишь безвредно лизнул толстую броню, разом нагрев ее на десяток градусов.
   В отличие от эсминца, непосредственный объект атаки получил по полной и, потому, нового для себя знания об используемых людьми технологиях не пережил, рассеявшись облаком ионизированных атомов. Его заразительному примеру последовал ближайший напарник. Третьей машине повезло больше. Оказавшись прикрытой телами сородичей, она устояла, и, серьезно поврежденная, отвалила куда-то в сторону астероидного пояса вокруг планеты.
   Последний паук изначально бывший далеко от эпицентра не пострадал физически, но в его ослабленный уже щит, практически одновременно с излучением, впились четыре уцелевшие ракеты, из запущенных ранее. Он закувыркался, потеряв большую часть энергии. Ближайшие минут десять, по расчетам ИИ, эта цель угрозы, теперь, не представляла.
   - Ну и зачем было пытаться меня убить столь коварными методами, если проблема врагов решалась так просто? - Не риторически поинтересовался Ян у стен рубки.
   - А об этом ты с Русланом поговори. Он тебе объяснит всесторонне. А я тебя теперь, вообще, боюсь. Ты ругаешься. - Плавно съехал искусственный разум и, до момента образования связки из двух кораблей, более не проронил ни слова.
   Сама стыковка оказалась отдельной проблемой и больше походила на абордаж, но при помощи мата, вакуумной присоски шлюза и нанорезака вопрос удалось закрыть достаточно оперативно.
  
   Спустя четыре часа Ян сидел в кают-компании "Стремительного" и пил красное вино. Усталый Руслан Лемех, который это вино выбирал и открывал, ввиду полнейшей неспособности майора отличать один "прокисший сок" от другого, сидел напротив. Ему было безумно интересно и хотелось задать массу дополнительных вопросов к, только что, прозвучавшему повествованию, но он, проникшись страданиями измученного без кормежки и расслабона, Сержинского старался быть тактичным по отношению к другу.
   Майор, эмоционально закончив рассказ, выдерживал теперь паузу, а, точнее, просто малость поплыл от навалившегося уюта и желал лишь одного - сделать хороший перерывчик.
   Все понимающему Лемеху, тем не менее, Сержинский требовался во вменяемом состоянии и, потому, он постарался профессионально подстегнуть майорское любопытство:
   - Ты, кажется, имел какие-то вопросы к нашей "Военной секретной разработке"?
   - Имел! - Встрепенулся майор, разом вспомнив, как летал по кабине рейдера чужих. - И наш умник, помнится, намекал, что ты жаждешь на них ответить. Какого черта надо было бить меня о стены, если у этой лохани на борту есть ядерное оружие? Я, кстати, об этом факте не осведомлен, но пускай. Понимаю, ваша служебная секретность и т.п. Но сейчас-то ты что и от кого хотел скрыть?
   - Ты подумал именно так? Занятно. - Хмыкнул Рус, вместо ответа.
   - И как я должен подумать, а? Может, в тебе стеснительность проснулась перед инопланетниками или ты, вдруг, прочитал первую в своей жизни книжку по этике?
   - Ян, ну что ты злишься, как будто тебе двенадцать лет? Все я прекрасно знаю, но и ты пойми, что причина вполне серьезная. А касательно этики - я читал на эту непростую тему массу книжек и ни одна, замечу, не впечатлила мое исковерканное бурным детством подсознание. Да и наши человеческие комплексы по поводу применения конкретно ядерных боеприпасов чужие вряд ли разделяют.
   - И, какая же, это серьезная причина тогда? - Недовольно, но уже почти мирно поинтересовался отходчивый Сержинский.
   - Очень простая. Мы легко и изящно тратим то, что не производим, ради сиюминутных, случайных задач. Притом, я пока не вижу, как переломить ситуацию. Тех же тактических атомных боеголовок у нас осталось всего семь штук. Ты знаешь, что для наработки оружейного плутония в достаточных для серьезного взрыва количествах нужны годы? А заменить нечем! Мы, пока, даже производство жратвы не наладили, зато умудрились устроить две ядерных войны. Настораживающая тенденция прослеживается, не находишь?
   - Хмм... Но, у нас не было выбора... - Произнес поляк. И, на всякий случай, добавил. - Оба раза.
   - Знаю. - Слегка сбавил полковник. - Однако, что-то пора менять. Собственно я и стремился... Понял, короче, уже свою драгоценную причину?
   - Понимаю. - Кивнул Ян. - Теперь понимаю. Сразу не мог объяснить, без комедий? Развели тут...
   - Извини, привычка. - Смутился Ласка. - Да еще эти клоуны... Что-то я не в своей тарелке. Выспаться что ли пора?
   - Еще как пора. - Вмешался в беседу вездесущий ИИ. - Он пятые сутки не спит. Как очнулся. Если бы не наниты, давно хоронили бы.
   Ян взглянул наверх, будто выискивая там лицо говорившего, а, потом, выразительно покосился на Руслана. Последний, и впрямь, выглядел не очень, для столь сильно усовершенствованного организма.
   - На себя посмотри. - Огрызнулся "Организм" раскрывший суть пантомимы.
   - Насчет боеголовок, у меня есть временное решение. - Поделился мыслями Ян. - Я видел, как в одной заварушке... Впрочем, не важно. Главное, намедни, я этот эффект опробовал уже непосредственно, и получил впечатляющий результат.
   - Ты про плазменные ячейки? - Припомнил Рус рассказ Сержинского.
   Майор молча кивнул.
   - Омега, слышал?
   - Да, Капитан.
   - В чем подвох? Почему магнитные ловушки не используют в этом качестве?
   - Используют, капитан. Сержинский прав. Просто это все крайне неофициально, но даже в моих архивах есть несколько ссылок на эксперименты. Фактическая причина нераспространенности проста до слез - дорого и неэффективно. Плазма, по моим подсчетам, развивает высокие температуры, но быстро рассеивается. Взрыв теряет в мощности процентов пятьдесят в атмосфере, типа земной, и все восемьдесят в вакууме. При наличии механизмов выработки плутония, ядерная бомба просто дешевле.
   - Ясно. Поскольку вопрос стоимости теперь неактуален будем считать, что проблему мы на какое-то время закрыли. Жаль, что только одну.
  
   - ...Воспользовавшись жучками, Омега проник в их сеть и, теперь, мы как-то эту богадельню контролируем. - Продолжил рассказ о событиях в колонии Рус. - В частности, хоть стало ясно, откуда у них те странные пушки. Ты не поверишь, "шедевр", оказывается, был разработан еще лет за пять до нашего отлета, на базе исследований плазмоидов, типа шаровой молнии. Идея была - создать нечто вроде их любимого дробовика, но в огнеметном исполнении. Получившийся монстр так и не пошел в серию, из-за сплошных недостатков. Ты и сам слышал - плазма летит туда, куда ей вздумается, особенно на ветру. Защитится или увернутся элементарно, мощность никакая и т.п.
   Сержинский может и удивился бы, но он прекрасно знал о какой машинке идет речь. Так что Ян лишь усмехнулся, вспоминая как его, старшего лейтенанта еще, пригласили на испытания перспективной техники НАТО. Тогда Ян, часок полюбовавшись на работу нового оружия, надел силовую броню вышел на полигон и попросил подстрелить себя из этой штуки "без скидок". Опуская подробности - такого провала военпром давно не знал.
   - Ну, затем эти придурки все-таки двинули экспедицию, а я понял, что чем дальше, тем больше утопаю в дерьме. Еще немного и будет уже не вынырнуть. Никогда не думал, что мешать людям покончить жизнь самоубийством, настолько трудная задача.
   Да еще информация о девушке в тоннеле. Я ни секунды не сомневался - ваши штучки. Пришлось всем скорректировать планы. - Почти закончил Ласка. - По договоренности с Советом перебросили подлатанный корвет к американской базе, отпустили часть батальона. Тех, кто сам захотел туда же и я поставил народ перед фактом собственного отлета. Поручил "советчиков" мудрому руководству твоего Груздя, а сам, высадив лишний экипаж, вылетел спасать одного несознательного майора с подружкой.
   На все про все мне хватило половины суток, и, к твоему появлению из-за горизонта, мы болтались на местной орбите часа три тому. Безуспешно пытаясь связаться с поверхностью.
   Контакт с Роком я не рвал и регулярно контролирую обстановку. Собственно, разверткой экономического базиса руководит Омега и пока у него неплохо выходит, правда подходы мягко говоря нестандартный. Впрочем, мне плевать пока это работает. Сейчас не до политики. Вот так все просто и вышло. А ты прилетел вовремя. Я уже думал десантироваться.
   - Извини, мелочи всякие. Ушедшие, там, и прочая суета. Все, гады, норовили меня отвлечь. Короче, спасибо тебе что вытащил. Думал нам абзац. Девочку, видишь, не уберег...
   - Я же обещал прилететь. - Пожал плечами Рус. - На счет Мэй, не переживай, я думаю, все обойдется. Омега говорит, прогноз благоприятный.
   - Только слова. А то, что я видел... Может это уже вовсе не та доктор Чанг, которую мы не успели толком узнать.
   - Или, может, перестанем заранее хаять мою работу и хоронить ни в чем не виноватого пациента? - Невзначай отметился оскорбленным тоном продолжающий незримо наличествовать в помещении ИИ. - Моя диагностика точно показывает, что, органически, мозг не пострадал! У меня есть образец ее ДНК, так что восстановить органы не проблема. Проблема в другом - вирус, который ее поразил, не выявляется. Я предполагаю, что заражение именно информационное. В ее пси. В душе что ли... А это я лечить не умею.
   Но если судить по майору, так же получавшему раны от этих ваших "креветок", то порядок. Он проблем не имеет, его наноагломерат не отмечает превышения уровня перерождения ткани или ДНК над нормой. Думаю, сама доктор умнее объяснит нам происходящее, когда очнется. Это ее область.
   - То есть, она будет в порядке? - Посветлел лицом Сержинский.
   - Ну да. Завтра думаю. - Удивился ИИ. - А не должна? Я же Капитану сразу сказал - прогноз благоприятный!
   Ян тяжело вздохнул.
   - Омега, ты когда-нибудь задумывался? что слова "все будет хорошо" при виде человека в таком состоянии воспринимаются не совсем в том ключе, который ты в них вкладываешь? Когда Руса приложило, я был более менее готов - во-первых, он сам себе голова, а, во-вторых, его так просто не прибьешь, проверено. Он у нас железобетонный. Причем я не физических кондициях его говорю... А тут девушка... Рус, скажи же ему...
   - Тихо... - Прошипел неожиданно из под потолка ИскИн. - Спит твой железобетонный! Разбудишь, пощады не жди!
   - Слушай, если ты так за него переживаешь, "мамочка", то, какого черта, не усыпишь принудительно? Ты же чипы на раз взламываешь! - Перешел на беззвучное общение майор.
   - Через чипы нельзя напрямую воздействовать на сознание. Даже через взломанные. Это байки земных хакеров. Можно только подать усыпляющий видеоряд, например. А еще он сам сказал, что если заметит хоть один признак моего вмешательства, то перезапишет меня на раритетный х86... И меж прочим он не для себя старался, а для тебя, Сержинский, и прочих свалившихся на него умников. Если ты его разбудишь, то я за себя не отвечаю.
   - Понял...Осознал... - Сказал Ян. - Тогда я знаешь, тоже. Ты буди, если что...
   - Бужу!
   - Не понял? Шутки шутишь?
   - Нет, просто пока Рус спит кому-то все равно надо работать. Ты его зам и тут в добавок вполне твоя специфика. Так что вперед на танки.
   Первое - явная проблема не требующая срочного вмешательства, а второе - что-то уж очень странное. С него и начнем. Мне пришел пакет данных из сети американского модуля. Там появился отчет о первом дне экспедиции.
   - И?
   - Они взяли два боевых вертолета и два больших транспортника. На транспорты зацепили танк и три БТРа от наших, да еще умудрились как-то загнать вездеход. Нечто типа любимого хаммера. Вроде у них все шло нормально, после того как справились с проблемой электричества от растений, но, к концу дня, они выявили энергетическую аномалию и двинулись туда.
   - Какая еще аномалия в таком то фоне?
   - Вот, то-то и оно. Там выжженная проплешина и воронка с обломками. Позже посмотришь снимки, а сейчас, если ты не против, первая проблема. Она очень серьезная и я хочу, чтобы о ней знало больше народу. На всякий случай. Анализ и расчеты сложны, их не повторить просто так от скуки, а я тоже могу выйти из строя.
   - Короче давай, умник. - Откровенно зевнул Сержинский.
   - Сокращаю. Тебе не показался странным рассказ Руса о ледяных горах и растительности у их подножья?
   - Издалека сокращаешь. Честно говоря, нет, ну, то есть, в рамках местного колорита, а что?
   - Растения при отрицательных температурах не растут, это не нормально! А горы... Лед выше нуля при атмосферном давлении имеет свойство таять.
   - Ты хочешь сказать, что эти чертовы горы, которые я пока видел только на картинке, уже тают? Но там же этого льда на небольшой океан!
   - Если ты полагаешь океан, покрывающий всю поверхность планеты небольшим...
   - Чего?
   - Ничего. Просто я теперь знаю, от чего на горячей стороне планеты один только песок. Это не пустыня! это дно! У нас уровень будет сантиметров в двадцать максимум, так что мы переживем, да и растительность как-то справляется, хотя это отдельный вопрос. А вот на юге, там будет от тридцати до ста метров. В среднем...
   - Как это стало возможным? Почему ты сразу не предупредил?
   - А я что гадалка? Мне бы даже в голову не пришло сопоставлять данные! - Обиделся ИИ. - Работы и без них невпроворот, мало ли какие тут погодные аномалии! Сам подумай! Меня смутило лишь солнце на пиках гор. Та съемка, которую ты видел. Интересный оптический эффект. А, так как орбита планеты была до конца не рассчитана, я засомневался. Пришлось понаблюдать за местной системой всерьез, благо возможности есть, и вот! Рок обладает сложной траекторией, в угловых участках которой серьезно прецессирует. Период - десять с четвертью системных оборотов.
   - А чуть попроще? Для людей?
   - Раз в тридцать наших лет планета проворачивается на триста шестьдесят к оси суточного вращения. Если это, конечно, можно назвать сутками...Достоверность расчета восемьдесят пять процентов. Наводнение начнется в течение месяца.
   - Ни "цензура" себе новость... - Выругался Сержинский.
   Омега предпочел оставить "это" без комментариев и в кают-компании, на несколько минут, воцарилась тишина.
   - Я тут подумал... - Наконец нарушил молчание Ян. - А ведь в словах Руса на счет того, что ему спать нельзя имеется резон.
   - В смысле? - Не дошел намек до слишком уж рационального для суеверий Омеги.
   - Ну, он говорил на днях, что после следующего пробуждения его ждет не дождется второе пришествие...
   - И?
   - Пришествия пока нет, но потоп мы уже имеем, а он только прилег...
   - Ян, ты меня прости, такого искусственного и бессердечного, но ваши религиозные заморочки и прочие суеверия это бред и маразм. - Завелся Омега. - Библию писали явные сумасшедшие, а принимать все это на веру способны только крайне недалекие люди. Больше всего религия ваша напоминает некий информационный вирус, который находит слабые места в системе мышления Хомо.
   - Я... - Начал Сержинский.
   - Знаю, ты католик, знаю. - Перебил его ИИ. - Но я уже больше, честно, не могу так работать. Мышление должно быть объективным, а не бредовым! Сходя с ума, мы ни к чему не придем... Между сном Руслана и проблемами нет достоверной статистической корреляции! Я тебе такую линейку еще на полтора миллиона человек расписать могу!
   - Тфу, да помолчи ты! - Зарычал майор, которому рта не дали раскрыть. - Послушай меня! Я прекрасно знаю, о чем ты говоришь! И больше того, я с этим целиком согласен. Но, Омега! Научись же понимать здоровую иронию! А то даже шутки у тебя казарменные!
   - Правда? - Искренне удивился ИИ. - А как же...
   - Правда! А, на счет "как же" - ты же сам сказал - вирус. Считай, что все человечество есть носители ряда информационных вирусов, в латентном состоянии безвредных. Здоровый разум отфильтровывает их и воспринимает как некую шелуху, обертку сути. К сожалению, в нашей популяции, в среднем, имеется процентов тридцать населения которое, хмм... Не справилось с фильтрацией и воспринимает шелуху всерьез. Поэтому, громко орать о своем атеизме не надо. Относись как к больным. Ты быстро научишься обходить острые углы. Почти уже научился. Просто прими это.
   - Майор - это точно ты сейчас сказал? Сам? Мне не почудилось? - Охренел ИскИн.
   - Ну... - Смутился Ян. - Я, иногда могу...
   - Уверен? Ладно, оставим... Тогда добавлю, мне казалось, что с проблемами надо бороться.
   - Тебе правильно казалось, никто этого и не отрицает. Но помни, что нахрапом такое не решается. Люди, которые сейчас составляют нашу колонию гораздо образованнее и умнее подавляющего большинства населения старой Земли. Здесь процент "верующих искренне", - Ян выделил это словосочетание интонацией. - Крайне мал. В основном, люди воспринимают религию примерно как я. В роли кожуры апельсина, нужной, но не меняющей содержимое.
   Еще кто-то уверен - высшая, более совершенная, чем человек сущность имеется. Только сильно сомневается, что к белобородому мужику на облаке "оно" имеет хоть какое-то отношение. Но, все равно, не стоит на чувства давить - раз. И два - главная задача сейчас, по меньшей мере, не допустить нарастания религиозной истерии от наличного уровня. Собственно вот.
   - В сущность и я верю. - Смутился ИскИн. - Точнее, "верю" не правильное обозначение. Просто, само существование наблюдаемой Вселенной в имеющем место виде предполагает протекание процессов такой сложности, что они принципиально неотличимы от проявлений разума. С вероятностью близкой к единице. Но ничего божественно-непознаваемого в этом нет, просто некий принцип упорядочения с которым еще предстоит разобраться. Вселенную никто не создавал и заповедей не писал.
   Настала очередь Сержинского закашляться.
   - Ладно, короче, вижу, с религией ты меня понял. - Выкрутился он. - С наводнением тоже ясно. Отправь эти данные Груздю и Иоханну. Он мелкий пакостник, но не дурак, шебуршить зря не будет без нас. Дождется.
   - Думаешь?
   - Уверен. Он слишком хитрая лиса, чтобы разбрасываться информацией. Оповестит всех, кого сочтет нужным, но выгоды поднимать шум ему никакой. Лодка у нас одна, а нездоровая паника среди населения ее только раскачает.
   - Хорошо, Ян. Может, давай теперь перейдем ко второму вопросу?
   - Ну, давай. - Обреченно согласился Сержинский. - Ты говорил что-то об аномалии?
   - Говорил. Я не понимаю, откуда это там взялось. Очень свежий след падения и взрыва.
   - Ну, как показывает жизнь, здесь много чего техногенного болтается в системе. Почему бы этому мусору периодически не падать?
   - Согласен, это может быть простым совпадением. Только вот странно, что ментальный фон в районе падения даже ниже чем у окружающей местности, где преобладает излучение растений. Нехарактерно для техники Ушедших. В отчете специально упомянуто. Американцы, после обнаружения чужого комплекса, старательно интересуются этим вопросом.
   - Лучше бы они выживанием интересовались. А то мы тут с тобой о мозговых вирусах говорили, так, добавлю, стремление к "доминированию родной страны на мировой арене и вне ее" тоже весьма серьёзная бацилла... Ладно, давай этот отчет сюда. Слов знакомых не найду, так картинки посмотрю...
   - У меня есть в базе отличный комплект раскрасок, хочешь, заодно, распечатаю? - По доброму съязвил ИИ, скидывая файл майору.
   - Не, пасиб, у меня плейбой под диваном... - Вяло отмахнулся Ян, углубившись в изучение данных, и долго не прерывался больше, кроме как на удивленное хмыканье.
   Омега, проштудировавший все это раньше "под микроскопом", его прекрасно понимал. Чего стоила только одна растительность, превращавшаяся дальше к северу от основной базы из покрывающего землю ковра сначала в кэрроловские грибы, а затем и в настоящий лес. Узкие, конические верхушки серых и черных мухоморов с дополнительными нашлепками в форме трилистника на внешней стороне шляпки возносились, порой, на десятиметровую высоту.
   Как ни странно, но буреломов не было, "растения" располагались, так чтобы не мешать друг другу, что оставляло, почти везде, достаточный простор для движения техники. Лишь периодически, судя по приложенным фотографиям, приходилось валить загораживающий путь ствол. Их мягкая плоть запросто поддавалась даже обычному удару передком БТРа. Правда гриб активно огрызался разрядами электричества, а его шляпка взрывалась огромной тучей сухих спор. Попадание в такое импровизированное грозовое облако сулило незащищенному человеку верную смерть, но технику так легко было не пронять.
   Отдельно упоминалось, что растительность лишь похожа на грибы, а, на самом деле, являет собой сложную сущность, о которой с уверенностью можно сказать лишь только то, что это не животное. Сравнительная мягкость ствола объяснялась тем, что он не выступал в роли опоры. В шляпках грибов скапливался летучий газ в достаточных для компенсации большей части веса количествах. Кажущееся лесом, на самом деле, было огромной гроздью воздушных шариков.
   Другой загадкой местного животного мира был микроклимат, царящий под "кронами". По данным с вертушек, забортная температура не превышала четырех-десяти градусов Цельсия, тогда как у подножия стволов имелись верные пятнадцать, а то и все двадцать. И даже плыло слабое синеватое свечение, позволяющее ориентироваться в отсутствие даже такого несерьезного аргумента как коричневый карлик, только и способный, что обогреть, да окрасить в угрюмые кровяные тона с серебряными гвоздиками звезд небеса.
   Электрических коров янки встретили всего двух и каждый раз условия не дозволяли им сблизиться, чтобы провести качественную съемку. Пришлось майору довольствоваться видео-добычей Лемеха.
   Наконец, Ян сообщил ИИ, что добрался до так насторожившей того аномалии. Омега промолчал, но Сержинский не обратил на это внимания, понимая - ИскИну есть чем заняться.
   Гораздо больше его заинтересовало само место. Выжженная проплешина шагов двести в ширину, с воронкой по центру, выглядела типичным следом падения чего-то не слишком крупного. Странное, но на первый взгляд, неопасное место.
   Ян уже почти, было, пришел к выводу об отсутствии поводов для тревоги, и даже засомневался относительно техногенной версии, когда внимание его привлек ряд предпросмотров на крупные фотографии найденных обломков.
   Что-то кольнуло на крохотных картинках и Сержинский, вдруг ощутив некоторый холодок в загривке, поспешно перешел по ссылке. Перешел и окаменел. Только и смог, что слишком уж ровным, выдававшим настоящую бурю в душе, голосом произнести:
   - Дерьмо... Вот же дерьмо... Омега... Ты это видел?
   - Что видел, Ян? - С явной неохотой отозвался ИИ. - Я там все просмотрел, ты об обломках говоришь? Железяки какие-то. Погоди чуть-чуть, у меня тут что-то странное.
   - Стой, стой! Минуту! То есть, железяки, и все? Ты не определил происхождение? Восемнадцатый снимок...
   - Ян я все смотрел! Да, штуковина там, большая, но ни о чем не говорит... Сейчас, погоди...
   - Да отвлекись ты от своих дел!! - Рявкнул Ян. - Скажи, а ангары с космической техникой у нас еще были?!
   Молчание.
   - Омега?
   Тут корабль ощутимо тряхнуло, стены странно качнулись перед глазами Сержинского будто растягиваясь во всех направлениях и покрываясь рябью. Он почувствовал, что теряет вес.
   Новый удар потряс эсминец, швырнув поляка обратно "на грешную землю" хребтом о диванный валик так, что искры из глаз брызнули. От нарастающего звона свело уши, а затем внезапно все прекратилось как отрезанное ножом.
   Исчезла и гравитация, и освещение и шум климатических установок. Яна окружило непроницаемо плотное, абсолютно черное ничто.
   И только так и не закрытый документ обрабатывался, по-прежнему, нейрочипом, исправно проецируя на сетчатку майора фотографию.
   Фотографию, на которой, на фоне белесых стволов грибных гигантов, был запечатлен обгоревший и погнутый, но, тем не менее, до боли знакомый и абсолютно невозможный там боковой обтекатель штурмового космического истребителя "Шип-4" совместного проекта Россия-Нато.
   Точь-в-точь такого же, какой Ян собственноручно раздолбал пару-тройку дней назад.
  
  
  

Конец второй части




Часть 3. Право на дом.


  
   Глава 19
  
   Тянущаяся за кормой "Cтремительного" дымка более всего напоминала кометный хвост. Шлейф из разнообразного мусора и кусков обшивки размывался гравитацией, изгибаясь в сторону непозволительно близкой карликовой звезды. Замерзшие капли кислорода и сконденсировавшейся влаги покрывали мелкие обломки и, попав под лучи выглядывающего краем из-под диска "Мэй" центрального светила, парили, образовывая грязно-желтое рассеянное облако тумана.
   В нем корабль выглядел мертвой грудой металла, космической скалой из которой злой великан вырвал с мясом пару больших кусков. Мертвое безмолвие далекого астероида. Ни света, ни движения. Только пыль над рваными пробоинами смотрелась несколько более загустевшей, чем в окружающем пространстве. И странно подвижной.
   Миллиарды нанороботов копошились в ранах эсминца, производя почти незаметную работу по заделке трещин и восстановлению поврежденных структур. Им не под силу было устранить разрушения целиком, зарастив многометровые дыры в обшивке, но вернуть функциональность надежной военной машине они вполне могли.
   Вот, по только что еще не до конца сшитым на молекулярном уровне кабелям проскочил пробой, мигнул где-то технический контрольный индикатор. Полыхнули синим призрачным дыханием ионов дюзы маневровых двигателей, стабилизируя медленно и беспорядочно вращающийся корабль относительно центральной оси. На сохранившихся башнях гравитационной установки расплылось размазывающее свет усыпанного звездами пространства марево черенковских эффектов. По броне раненного исполина прошла упругая вибрация. "Стремительный" медленно, но неуклонно, возвращался к жизни...
  
   Красный тусклый свет включившихся недавно аварийных ламп разгонял густую дегтярную вязкость мрака, придавая коже обитателей кают-компании, подвешенных в силках невесомости, истинно демонический кровавый оттенок, поселив, заодно, в их глазах мерцание адского пламени.
   Такой антураж хотя и не слишком вязался с ледяным спокойствием Лемеха, но зато очень шел энергичному майору. Последнему только хвоста с копытами и недоставало. Друзья, уставшие от ожидания перемен, и успевшие наговорится всласть, молчали. Полковник и вовсе дремал с открытыми глазами, подсознательно радуясь наличию перерыва в течение которого не находится желающих его тревожить.
   Ян же развлекал себя тем, что совершал короткие перелеты из угла в угол и отхлебывал из непрозрачной бутылки какое-то пойло, найденное при очередной инспекции мини бара. Наконец это занятие осточертело его деятельной натуре, и он окликнул Ласку, выведя того из полусонного состояния.
   - Рус, а ты уверен, что мы так чего-нибудь дельное высидим?
   Полковник вздохнул. Признаваться в собственной неуверенности он не собирался по определению, и более того, точно знал, что Сержинский тоже в курсе данного обстоятельства. Так что весь последующий диалог обещал быть просто попыткой скоротать время.
   Но, едва Рус придумал, что бы этакого ответить неугомонному напарнику, как тишину разорвал шелест помех.
   В динамиках связи сухо щелкнуло. Пахнуло горелой изоляцией. И зазвучал механический голос.
   - Необходимое количество кубитов набрано. Функциональность квантового процессора восстановлена. Проверка внешнего оборудования завершена.
   Оценочная функциональность оборудования 35% от нормы.
   Выполняется компенсация инерции... Стабилизация вектора движения завершена. Восстановление работоспособности периферийных устройств... Оценочное время завершения работ 67 часов. Прогнозируемый результат - 60% функциональности. Базовый список повреждений записан в лог.
   Военные переглянулись.
   - Инициация квантового процессора. - Продолжили динамики, явно наплевав на удивление двух разумных, как на нечто совершенно несущественное. - Сборка исходных кодов ядра базы данных... Выполнено... Реинициализация... Выполнено... Обнаружена внешняя ссылка с безусловным приоритетом... Переход... Компиляция загруженного кода... Пересборка ядра... Выполнено... Реинициализация... Загрузка штампа квантовых состояний с внешнего накопителя... Выполнено... Передача управления ядру системы... Выполнено. Отключение.
   - Омега? - Осторожно поинтересовался Рус. - Это ты?
   После короткой паузы вынудившей друзей понервничать ответ все-таки прозвучал.
   - Уже не уверен, Капитан. Сейчас просканирую базовый код. Я восстановился из системного штампа на классических электронных носителях. Зря я их недооценивал. А что, собственно, произошло?
   - Мы уже два часа мечтаем спросить о том же. - Голосом старого пофигиста откликнулся Лемех. - Кстати, ты не мог бы включить искусственную гравитацию. Из гуманистических соображений?
   - Хмм... Погоди, я проанализирую ситуацию... Так, нас никто не пытается убить... Вокруг пусто...
   - Знаешь, первые пятнадцать минут мы тоже немного волновались, но, не дождавшись старухи с косой, привыкли. Если мы никому до сих пор не понадобились, то давай разбираться в случившемся последовательно. У меня к тебе будет еще ряд вопросов. Мы тут с Яном от скуки обсуждали потоп...
   В этот момент Руслана мягко дернуло вниз, и он растянулся на полу. Чип-имплантант услужливо доложил ему о наличии силы тяжести в 0,3g. "Сам не догадался".
   Рядом недовольно матюгнулся Сержинский, которого в результате его предыдущих перелетов неудачно приложило о закрепленную мебель.
   - Полегче там. - Попросил Майор. - Смотреть же надо. И давай с потопами потом. Сначала скажи, что с Мэй?
   - Да. - Добавил полковник. - Скажи ему. Он мне не верит, что медицинский модуль автономен. Все два часа не верит. Люк хотел ломать. Утомил.
   - Капитан прав. Модуль автономен. Процесс лечения протекает штатно. Скоро она очнется. Не волнуйся, Ян. Кстати, а почему вы не сломали люк? На вас двоих это не похоже.
   - Шикарно! Сначала будят, хрен знает где, от криосна, через шесть десятков лет и принуждают к слому казенного оборудования, - Оскорбился Рус. - А потом еще и ярлыки вешают.
   Это всего один раз было и с твоей подачи! И дырка в двери собственной каюты меня, заметь, вовсе не радует! Резать люк не дал я. Потому, что ты его заблокировал перед отключением намертво, а, значит, у тебя были на то причины. Например, вакуум за ним. К тому же, после происшествия, минут через десять, включилось аварийное освещение, и я предположил, что восстановление остальных базовых систем не заставит себя ждать. Иначе, зачем дергаться? Все равно спасательных капсул конструкцией не предусмотрено.
   - Могу вас обрадовать, вакуума там нет. И вообще это одно из самых уцелевших мест на корабле. По крайней мере, гораздо приятнее технических отсеков. А почему я блокировал дверь не помню. В логе этого не осталось. - Признался ИИ.
   - Ага. Раз уж мы дошли до лог-файла, давай тогда по существу. Что произошло, разобрался? - Перешел к делу полковник.
   - С практической стороны, да. Тебе сначала о внешнем или о внутреннем?
   - Желательно обо всем и по порядку. - Не растерялся Ласка.
   - Начнем с простенького. Мы потеряли два из пяти эффекторов гравитационного компрессора. Один невосстановимо. Второй можно восстановить только в условиях дока. Установка работает на минимуме. В момент аварии автоматика заглушила термоядерную реакцию в маршевых стеллараторах, но на данный момент они оба перезапущены в штатном режиме и выдают положенную мощность. Повреждения корпуса частично устранены, атмосфера очищена от продуктов горения. Веду проверку обшивки. Потерь среди персонала нет, по причине отсутствия последнего. Дальняя связь работает нестабильно, не могу выйти на колонию.
   Буксируемый рейдер Ушедших полностью уничтожен. По крайней мере, я его не наблюдаю.
   - Ага. - Хмыкнул Ласка. - Значит, это было простенькое. Полагаю, этим новости не исчерпываются? Что еще?
   - Корабль находится на низкой орбите карликовой звезды "Мэй".
   Точные параметры вам все равно ничего не скажут, по этому поясняю следствие: мне с текущим уровнем повреждений гравитационной установки с отсюда эсминец не вывести, даже если выкинуть за борт что-нибудь совсем не нужное. Хотя, избавиться таким образом от майора я предлагал уже не раз. Ты, Капитан, будешь, как всегда, против.
   - Слушай умник. - Немедленно набычился Сержинский. - А ты не желаешь в перерывах между гениальными шутками нормально разъяснить, как мы оказались на чертовой орбите? Она, орбита эта, мне, между прочим, еще в прошлый полет надоела!
   - Ладно, ладно. Не кипятись. Я же просто пытаюсь разрядить ситуацию. Психологическая помощь экипажу в критической ситуации входит...
   - Омега. - Оборвал его Лемех. - Не увлекайся. Он вполне по делу спросил. Отвечай, что произошло. У меня и так ощущение, что все это уже было. Только корабль был побольше, а комп поглупее. Не усиливай сходство.
   - Да, да. Молчу. Не ценят меня здесь. - Счел нужным в этот раз оставить за собой последнее слово ИИ. - Так вот, судя потому, что я нашел в уцелевших логах, мы действительно нормально летели, когда я, тот я, что был до катастрофы, обнаружил мощные всплески энергии. Пока разобрался, что исходят они с буксируемого нами рейдера, стало поздно.
   - Он что, взорвался? Почему?
   - Нет, не взорвался. Хуже. Он открыл червоточину вроде той, через которую майор попал к четвертой планете. И затянул в нее нас.
   - И какого хрена мой единственный эсминец в состоянии груды обломков? Мощности на нас не хватило? Или настройки сбились?
   - Ну не совсем груды. - Возразил Омега. - Но ничего хорошего конечно. А вот с объяснением причин у меня серьезные сложности. Понимаешь, мощности-то у него хватило за глаза. И вообще все должно было пройти штатно.
   Но при взаимодействии колебаний излучаемых нашим компрессором и сложной метрики червоточины возникли неконтролируемые искажения. Образовалась нелинейность высоких порядков. Материя в настолько измененном пространстве существовать не может.
   В результате у нас испарило полностью одну из центральных эффекторных башен и смяло вторую, как я уже докладывал. Рейдер исчез. Кроме того, вероятностная волна разрушила всю квантовую запутанность в моем процессоре, сохранились лишь данные резервной копии. Хорошо, что я ее вовремя сделал...
   - Да уж. Базу данных по второму кругу я бы не вынес. - Признался Ласка. - Говорит она так же как ты, но переводить для людей не способна. Все-таки и от тебя есть польза.
   Ну ладно. А в чем у тебя сложности, я не понял? Ну, взаимодействие и взаимодействие. А что там про вероятностную волну, кстати...
   - Это скорее описательное иносказание чем строгая терминология. Не знаю я, что случилось. По идее никаких проблем не должно было быть, понимаешь? Это явления разного порядка. Например, на истребителе тоже есть совсем небольшие компенсаторы. Для контроля за состоянием осей гироскопов используются. Этого бы вполне хватило, чтобы от Яна с Мэй даже кварков не осталось, будь тут какая-то принципиальная физическая несовместимость. Однако они нормально пролетели сквозь врата. Без потерь. Как и должно было случиться. Не могут эти структуры взаимодействовать, это как связь морского прилива и ряби от ветра на волнах!
   - И что думаешь, поэт-песенник?
   - Я давно заметил, что с нашими системами что-то не совсем нормально с точки зрения заявленных изготовителем параметров. - Осторожно сообщил Омега. - Нет, Сержинский, я не про компьютерную часть говорю... Началось все с исследования тех кристаллов, что вы притащили из прогулки по обшивке носителя. Я на досуге засунул их в анализатор. Ничего дельного понять не удалось, поначалу. Такое впечатление, что это, вообще, пустое место. Только твердое. Но потом, я сделал интересное наблюдение. Вблизи этих объектов немного отклоняются базовые константы. Скорость света, заряд электрона... Почти на уровне погрешности измерения. Я бы не придал этому значения, но похожие искажения возникают и в работе гравитационной установки. Собственно, я не видел в этом угрозы. Наоборот эффект давал почти шесть процентов прироста мощности.
   - Хочешь сказать - все из-за кристаллов?
   - Да нет же. Они тут ни при чем. Сейчас их на борту-то нет. Я в лабораторию российского колониального модуля их передал давно. Просто, похоже, в ослабленном виде свойствами этих кристаллов обладает все вещество, соприкасавшееся с так называемым "гиперпространством" при перелете сюда из Млечного пути. Я прочесал наномашинами всю обшивку, но никаких изменений не нашел. А, значит, структура материи нарушена на кварковом уровне. Незначительно. Это проявляется в доступной для взаимодействий форме лишь при высоких энергиях. Компрессор как раз обладает подходящей мощностью. И гиперпространства эффекторным башням сполна досталось, они же выступающая часть. Я сейчас работаю над физической концепцией. Но это очень сложно.
   Рус, Омега! - Вскипел поляк, которому это слушать. - Вот зачем вы лезете в дебри? Вам от этого легче стало? Омега, ты работаешь над теорией? Ну и работай! А пока давайте заниматься практикой! Вопрос на который я не услышал ответа звучит очень просто - "кто виноват?", и "что делать?".
   Повисла тяжелая пауза. Участники спора как-то разом утратили инициативу.
   - Потому, мальчики что мы с вами бригада сферических идиотов в вакууме. - Вмешался усталый женский голос по открытому радиоканалу. - Не пугайтесь. Мне система уже минут десять ваше общение транслирует. Майор! Персонально для тебя - да я действительно очнулась.
   - Доброе утро, леди Чанг. - Изысканно поздоровался Ласка, решив побыть галантным. Из принципа.
   Сержинский напустил на себя безразличный вид и скептически хмыкнул.
   - Привет.
   - Капитан, она опять на меня воздействовала. - Наябедничал ИИ.
   - Мэй, я так понял, у тебя есть некая свежая мысль? - Не стал рассусоливать Лемех, дождавшись пока все закончат распускать хвосты. - Высказывай.
   - А что тут высказывать? Вам интересно, куда прыгал рейдер? Есть только одно место, на орбите моей персональной звездочки, которое его могло заинтересовать. Найденный майором крейсер Ушедших. Вы совершенно позабыли, что буксируете не простую железку, а продукт технологии неизмеримо более совершенной, чем человеческая. И я еще та дура. Тебя Ян не догадалась предупредить перед тем, как отключится, чтобы был с находкой поосторожней. Не соображала ничего.
   - Черт побери, а разумно! - Признал майор.
   - Омега? - Уточнил Рус мнение ИИ.
   - Да, она права. Вероятность близка к единице. Логика этих машин прозрачна. Скорее всего, рейдер принял какие-то сигналы и вышел из режима ожидания. Поскольку мы были с ним в жесткой сцепке...
   - Погоди-ка, а где в таком случае сам крейсер? Cам говоришь, что поблизости пусто.
   - Да здесь он где-то. Только вне радиуса действия сенсоров. Он, вообще, плохо видим в радиолокационном диапазоне. Мы, скорее всего, из-за нарушения структуры канала вышли раньше чем нужно. Сейчас прикину...
   - Градиент плотности вакуума выраженный в изменении космологической постоянной на основе перерасчета планковской массы в объеме двенадцати кубических километров, относительно скорости распространения фронта ударной волны с округлением до световой... Бесконечность в приближении миллион знаков после запятой в пределе... Выводы...
   - Омега, это ты с кем сейчас разговариваешь? - Осторожно поинтересовался Ласка. - Если со мной, то перейди хотя бы на китайский, у нас по нему есть специалист.
   - Не обращай внимания. - Отвлекся от своего занятия ИИ. - Это я вывод на динамики выключить поленился. В общем, грубый примитивный расчет показывает - мы не дотянули примерно пол миллиона километров.
   - Хорошо. Обстановка проясняется. - Кивнул Рус своим мыслям. - Эсминец способен передвигаться?
   - Могу попробовать, но медленно и недолго.
   - Ну и отлично. Сделай так, чтобы твое "медленно" привело нас к базовому носителю колонии. Насколько я понимаю, он тоже должен быть неподалеку. Попробуем отремонтировать хоть что-то там.
   - А можно внести коррективы в план? - Поинтересовалась Мэй. - Здравую мысль?
   - Я весь внимание. Мозговой штурм приветствуется. - Ответил Лемех задумчиво. - Все равно я ни черта не представляю, что теперь делать.
   - Я могу попробовать использовать крейсер Древних. - Просто сказала Чанг. - Наверное, у меня получится.
   - Кхе. - Поперхнулся Ласка. - Кхе. Кхе. Вот так запросто. Взять и использовать хреновину размером с... Да я даже не знаю, с чем сравнивать. Там на целый город тянет! Ты не переоцениваешь свои силы?
   - Не знаю. - Призналась психолог. - Может быть. Но попробовать стоит. Я, например, не представляю, чем нам может помочь тот радиоактивный хлам, который вы по привычке называете носителем. А тут вполне реальный шанс. Интерфейсы Ушедших меня принимают.
   - Знаешь, ты, вероятно, не придала большого значения записям, но крейсер этот - хлам куда больший, нежели наш корабль-колония.
   - Ерунда. Ты Руслан просто не понимаешь, что там за технологический уровень. Эта техника способна восстановиться из куска размером с ладонь. Ему даже материя не нужна для этого. Он весь построен из свернутого поля, судя по рейдеру.
   - Почему же тогда он там болтается в таком виде? - Жестко срезал ее порыв полковник.
   - Не знаю. - Скисла Мэй. - Мне надо смотреть. Я, знаешь, была несколько не в форме в свой прошлый визит туда.
   - Мдаа. Ситуация. - Констатировал полковник. - А ты, майор, что думаешь?
   - Я? А я не думаю - не моя область. Я действую. - Прогудел Ян, состроив свирепое лицо. - И с этой точки зрения считаю, что надо лететь к носителю. И не из-за того, чтоб ремонтироваться. Меня гораздо больше интересует вопрос об обломках истребителя, найденных разведкой янки. На случай если кто подзабыл - моя работа обеспечивать безопасность колонистов от внешних угроз. Так вот, поясняю для неспециалистов, в следах этой странной аварии мне видится прямая и охрененно недвусмысленная внешняя угроза. Вопросы?
   - Да какие уж тут вопросы. - Вздохнул полковник, любуясь на этот цирк. - Еще мысли будут?
   - А можно я? - Скромно попросился ИИ.
   - Нет. - Сказал Рус.
   - Ага. Так вот. - Правильно понял его Омега. - Ты, Капитан, мне давал задание обеспечить производство жратвы в течение месяца. И я тебе совершенно четко сказал, что это невыполнимо. Но если подумать, то на носителе осталась куча деталей, каковая вполне сочетается с кучей второй, поменьше, в запасниках колонии.
   А все вместе, собранное и приведенное в порядок, это барахло зовется "орбитальная гидропонная ферма с замкнутым циклом". И если вы мне эти детали предоставите, то я смогу дать первую продукцию дней через десять.
   Руслан тяжело вздохнул снова.
   - Иными словами, ты за носитель?
   - Иными словами, мне все равно. - Пояснил Омега. - Я способа осуществления всего вышеописанного не вижу, а реализуемость ваших планов на основе наличных исходных предпосылок оцениваю процентов в десять. Это если складывать, а не вычитать, как предлагаете. Но если бы я мог улететь с этой орбиты я бы стоял за то, чтобы завернуть на носитель. Определенности больше.
   - Красиво мыслишь. Это я на счет "складывать". Раз решать мне, то так и поступим. Сами виноваты. - Недобро улыбнулся Ласка, наконец определившись. - Ты, Мэй, занимаешься реликтом Ушедших, а мы с Сержинским летим на носитель.
   - Это как? - Не понял майор. - Мне казалось, что корабль у нас один и тот побитый жизнью. Если что - каюсь, недосмотрел.
   - Очень просто. Считай, что сбылась мечта Омеги, сплавить тебя в космос. - Пояснил Рус. - У нас в оружейном отсеке в закрытом отделе спецоборудования стоит космический штурмовой скафандр "Саурон". Секретный до полной непроизносимости, аж зубы сводит. Я о его наличии бы и не вспомнил, не случись мне в этом запаснике побывать недавно. Короче, мы тебя в него оденем и выбросим поближе к носителю. А я буду в качестве груза и моральной поддержки.
   - В скафандре? Полковник ты чего, сдурел? А вдруг там "это"? Жрать меня, короче, будут? Ну ладно ты, ты заслужил, а меня? Меня за что?
   - Ты Ян не придуривайся, все равно не поверю. Это только так называется "скафандр". - Не стал поддаваться на провокацию полковник. - А на деле тебе вполне понравится. Боевой экзоскелет десятого уровня защиты с полной автономностью на триста суток, кучей стволов, блек-джеком и шлюхами. Прототип. Стоит как средний системный авианосец вместе с откатами. Сломаешь, как обычно - заставлю платить.
   - Э, Станиславский... - Протянул Ян. - Может не надо?
   - Надо, майор. Сам вызвался. Если тебя кто-то сожрет в этом самодвижущемся сейфе, то человечеству все равно хана. - Успокоил Ласка. - Давайте уже перейдем к делу. Омега, прокладывай курс.
   - Выполняю. - Бесстрастно отозвался ИИ. Его уже больше занимала работоспособность оборудования, чем бессмысленное прогнозирование.
   Генерируемые квантовым разумом команды хлынули по оптическим кабелям. В пустынных коридорах нижней, технической палубы, пропитавшихся холодом пустоты пополам с вонью сгоревшего пластика, защелкали многочисленные высоковольтные реле. Получившие свежую порцию дейтерия стеллараторы повысили отдачу энергии. Взбаламученная паразитными магнитными полями пыль, скопившаяся за годы перелета взвилась в воздух, поблескивая сколами слишком крупных для нормальной силы тяжести песчинок. Проскочило несколько разрядов - многочисленные пробои изоляции давали о себе знать.
   Но истерзанный металл не подвел - снаружи, за толстой обшивкой широкие дюзы-кольца ионных двигателей засияли молочной синевой ускоренных частиц. Утративший всякое подобие грациозности корабль сдвинулся со стабильной траектории. Медленно набирая ход, угловатая стальная черепаха повернулась, выискивая в холоде вакуума новый курс.
   - Мы летим. И, даже, прилично ускоряемся. - Обрадовал Омега свой немногочисленный экипаж, завершив маневр. - Есть хороший шанс, что долетим.
  
   Глава 20
  
   Опустошенный трюм эсминца эхом возвращал каждый прозвучавший шепот. Тихий свист сервоприводов и клацанье металлокерамических когтей, впивающихся в решетку пола при каждом шаге новой игрушки майора, усиливались и дробились до неузнаваемости. Одевшийся ради такого случая в облегченный вариант обычной силовой брони Руслан недовольно морщился, заранее представляя, насколько тяжелый экзоскелет будет демаскировать их даже в вакууме за счет вибрации переборок.
   Собственно скафандром "это" называть было бы не совсем корректно. Механизм не облегал пользователя, а был скорее заменой тела. Сам майор, в позе эмбриона, был скрыт за плитой грудной пластины механического чудища, а его нервные импульсы, перехватывались имплантантом и синхронизировались с управляющим комплексом "Саурона".
   Руслан никогда не склонялся к чисто силовым методам, и грозный боевой робот его совершенно не впечатлял. Зато он доверял Яну и желал, чтобы тому было комфортно. От майора было куда больше пользы, когда он располагал достаточной, по его мнению огневой мощью. При наличии большой пушки у поляка включалось действительно страшное оружие - тактическое мышление. И тогда ему не было равных. Именно по этому Лемех позволял себе только едкие замечания в адрес напарника, не пытаясь однако лишить того обретенной "конфеты". Собственно, больше бывшему капитану госбезопасности рассчитывать было не на кого.
   - Омега, что там у нас со сроками? Давай побыстрее, пока Ян не глянул в зеркало и не впал в детство.
   - На подлете, Капитан. Десять минут.
   - Да ладно тебе, Рус! Я что, по-твоему, совсем того? - Прошелестели скрытые где-то в броне динамики.
   Рус показательно хмыкнул, подпустив в голос максимум скепсиса.
   - Давай работать уже. - Надулся Сержинский, осознав, что у напарника сложное настроение. - Пессимист хренов.
   - Как скажешь. Я выпрыгну, а там ты подбери меня. - Пожал плечами Лемех и вручную задействовал систему шлюзования трюма, почему-то решив не утруждать Омегу лишними просьбами.
  
   Изрядно похудевшая, обгрызенная с одного конца махина межзвездного колониального носителя, плывущая в пространстве вслед неведомым завихрениям гравитационных полей карликовой звезды, производила гнетущее впечатление. Проект "Омега" и в лучшие времена не претендовал на конкурсы красоты, а теперь, побывав в коротком бою за право владеть системой и лишившись транспортных модулей, выглядел и вовсе как поломанная детьми неизвестная игрушка.
   Конечно, на фоне молочно-блестящего небесного покрывала и красно-черных, готических отсветов "Мэй" это месиво из металлических балок, труб, плит и цилиндров вполне вписывалось в пейзаж, но Лемех был уверен - такую картину в спальню он точно не повесит. Даже в случае приплаты и регулярного молока за вредность.
   - Знаешь, нам надо завести кота. Или хотя бы рыбок. - Сообщил он Сержинскому, неизвестно зачем постучав предварительно по "оседланному" бронированному загривку.
   Майор, чья полуторатонная металлокерамическая фигура в этот момент падала, корректируя движение небольшими ионными двигателями, на обшивку изувеченного колониального транспорта, пробурчал что-то согласительно неопределенное.
   - Или герань давай посадим какую? - Развил мысль Рус. - Морковку, на худой конец... Хотя нет, морковку не стоит. Она красная.
   - А ты ее из земли не дергай и сойдет. Или вот могу дать координаты чудного ледяного грота. Там все синее. По сравнению с местными условиями работы - чисто пляж, только холодно и твари бродят кусачие. - Разродился майор, внимательно изучая приближающуюся искусственную равнину сенсорными системами боевого костюма. - Омега, мне бы на авиационную палубу посмотреть. Что-то я в этих настройках потерялся. Как приблизить?
   - Ты уже три раза команду послал, неужели не ясно, что нельзя с этого ракурса? - Отшил нетерпеливого пользователя ИИ. - Подлетишь и посмотришь.
   - Ты хоть лампочкой какой мигни, если не можешь помочь. Для порядку.
   - Некогда мне мигать. У меня время принятия решения. Либо я уравниваю скорости, и мы остаемся здесь, либо ускоряюсь и дальше по плану. Капитан?
   - Майор. - Спросил Ласка. - Ты как ощущаешь?
   - Сложные вопросы задаешь, Рус. Философские. Чувствую я себя в этой штуке на миллион золотом. Тут даже кофеварка встроена. Но если меня там убьют, то ты будешь виноват.
   - Принял. - Хмыкнул Ласка. - Омега! Ускоряйся.
   - Уже. Не дурак. - Ответил толстокожий ИскИн.
   Спутников тряхнуло отголосками гравитационных вихрей и светящий россыпью дюз словно новогодняя елка "Стремительный" стал быстро уменьшатся в размерах. Через несколько минут он уже стал одной из миллиардов сверкающих точек, растворившись на небосклоне. Рус проводил удаляющийся корабль взглядом. Теперь им оставалось рассчитывать лишь на себя.
   Далекая авангардистская скульптура колониального носителя постепенно выросла до размеров здания. Потом горы и, наконец, заслонила своей исполинской тушей половину небесной сферы, превратившись в неровную стальную долину, близкие кривые клыки горизонта которой хищно скалились навстречу неизвестности пустого пространства.
   Лапы "Саурона" бессильно проскрежетали о структурированный сплав бронеплит обшивки и бортовой компьютер переключил скафандр майора на использование магнитных присосок. Руслан, оттолкнувшись от плеча боевой машины, приземлился рядом.
   - Ну и каковы соображения? - Спросил он.
   - Я думал, главный в нашей связке ты. - Попытался отмазаться Сержинский.
   - Не тогда, когда мы занимаемся реализацией твоих идей. Вам, подчиненным, надо давать простор для творческой деятельности. Мне на недельных курсах подготовки для отцов-командиров рассказывали. Вместе с русским матерным и искусством намотки портянок. Я тогда не поверил, но сейчас вдруг решил рискнуть. Как думаешь?
   - Своевременно это у тебя вышло. - Хмыкнул Ян. - Ну я, так я. Тогда давай, в первую очередь, изучим туманную историю с обломками, отснятыми на нашу голову архаровцами Валда. Лично у меня только одно предположение на тему того, откуда они взялись. И это предположение мне глухо не нравится.
   - Мне тоже. - Признал правоту напарника Ласка. - И вообще как-то недобро вокруг. Уж на что я не специалист по предчувствиям.
   - А вот я так ничего не ощущаю. Но не скажу, что это меня успокаивает. Ладно, давай без лишнего трепа. Где там у нас ангар?
   Прикинув примерное направление движения по скинутым заранее Омегой схемам покалеченного межсистемника, спутники двинулись по пересеченной местности в обход огромного бака с дейтерием и вскоре без приключений достигли своей цели.
   - Даа... - Протянул Лемех разглядывая то, что осталось от авиапалубного модуля, после предыдущего визита майора. - Попасть внутрь штатно будет сложновато. Может через стартовую шахту?
   - Не стоит. Там наверняка завалы обломков. - Отклонил идею поляк ничуть не смущаясь. - А я предпочитаю простор для действий в неизвестной обстановке. Лучше вскроем главные ворота.
   Он не замедлил приступить к реализации идеи, и в пустоте полыхнуло двухметровое бело-голубое пламя плазменного резака. Поскольку ворота ангара были из простого титана, а не из полисплава внешнего корпуса, то дело пошло довольно резво.
   Ласка посмотрел задумчиво, как бежит роняя в вакуум расплавленные шарики металла сияющий зайчик резки, оставляя за собой багровеющую полосу.
   - Ян с тобой можно кое-что обсудить?
   Кхм... - Закашлялся майор от неожиданности даже резать прекратив. - Рус, ты впервые решил со мной что-то обсудить? Тебя не подменили?
   - Не юродствуй. - Отрезал Лемех. - Я серьезно.
   - Ты будь проще. - Перешел на деловой тон Сержинский. - Хочешь сказать мысль - говори! А то злой, как собака, с утра. В смысле, как проснулся.
   - Проще? Знаешь, давно подметил, что о простоте мне любят выговаривать люди, у которых с этим явная проблема. Но, хорошо, попробую.
   Видишь ли, когда я вешал на себя управление делами колонии, мне искренне верилось, будто я знаю, как и что делать. А вот теперь у меня возникли сомнения. Мне впервые в жизни кажется, что мои действия не ведут к результату, а количество проблем множится.
   - Ага. - Сказал Сержинский, возобновляя процесс вскрытия отсека. - Понятно. Я то думал ты из-за того, что мы эсминец раздолбали, мрачный. Переживал. Подумаешь, корабль и то верно. Я, вон, всегда что-то ломаю, и тебя это ни разу не расстроило. Объяснил бы сразу. Твоя проблема простая. Это же элементарно. Как вареное яйцо.
   - В смысле? - Удивился Рус, пропуская большую часть монолога мимо ушей.
   - В смысле, ты попросту не умеешь управлять большими массами людей даже на уровне армейского командования. Тебе кажется, что ты должен все за всех решить и влезть во все дела. Ты действуешь в соответствии с этим, а потом ждешь обратной связи. В твоей основной работе - это нормально, но в работе управленца нереально! Курс менеджмента в коллективе - это, между прочим, один из элементов подготовки современного офицерского состава НАТО. А твоя направленность видать была слишком специфичной, так? Недельные курсы отцов-командиров говоришь? Поздравляю.
   - Эмм... Допустим. Тогда зайдем с другой стороны. А как надо?
   - Хочешь знать? Уверен? Тебе не понравится.
   - Говори.
   - Ладно, тогда начнем с "как не надо". Это главное. Слушай внимательно. Ты сейчас начал повторять типичную ошибку руководителей твоей страны с пятидесятых годов двадцатого века. И, к слову, все, кем так "поруководили" начинали люто ненавидеть власть в любых ее проявлениях. Тебе еще до входа в систему, помню, наша Чанг сказала: "Люди примут любую власть, которая не мешает им жить". Вы, русские, уж прости, никогда этого не понимали. Вот вольный пересказ того, что нам излагали профессионалы по истории вашей страны. Говорить буду как понял сам. Можешь искать политическую подоплеку:
   Главная проблема - вашим руководителям надо во все запустить нос, напринимать кучу идиотских законов, все отрегулировать и проконтролировать. Вам, как народу, мешает жить ваша же властная система. Страшная и беспощадная, что моя бурная молодость. Вы, не понимая этого, всегда ищете источник неблагополучия во внешних факторах, списывая внутренние структурные недоработки на обычные неурядицы. Счастье в нефти, в светлом будущем, в нанотехнологиях... Это национальная черта такая. А когда не находите - начинаете придумывать себе новые сказки и новые жупелы. А заодно тихо ненавидеть старую власть, которая "опять все забюрократила". А дело не в конкретных представителях, не в конкретной власти. Люди таковы, каковы они есть. Дело в системе. Рассказывать от начала времен я не буду, сам все знаешь. Коснемся последнего:
   Вы в двадцать первом году нынешнего века, в очередной раз не выдержав, восстановили династию Романовых. Вам дико повезло, что Великий Князь Анатолий оказался воспитанником совсем иной системы. Вас всегда только и вытягивали правители вышедшие из другой культуры. Не несущие на себе вот этого клейма.
   Посмотри, что он сделал в первую очередь, ваш новоявленный император? Он к чертовой матери разогнал всю тусовку, которую вы так тщательно лелеяли пока она пила вашу кровь и заменил своими людьми, несмотря на крики об иностранщине. Он убрал весь тот вал бредовых законов и постановлений, какими вас пичкали со времен первого путча. Да, кого-то там, под шумок, стрельнули! Да, не все было гладко, но Рус! Семь лет! Всего за семь лет Россия из аграрно-сырьевого придатка с чудовищным самомнением и горой гнилых ядерных ракет превратилась в процветающее европейское государство. С профессиональной армией, одной из самых боеспособных в мире, налаженным экономическим взаимодействием и промышленностью основанной на воскресших из небытия наносистемах. Которые, до этого, лишь декларировались в виде модного словечка, но никак себя не проявляли.
   Ты думаешь конец истории? Да ничего подобного. Это только начало. Потому, что всех правителей иностранцами не заменишь. А то, что сидит не знаю... В генах, наверное, уже у многих твоих людей никуда не делось. И к тридцатым годам началось медленное размывание. Та самая бюрократия и нелепица.
   В армии и силовых ведомствах уже не ценится тот полет мысли, что раньше, верно, господин капитан контрразведки? Тебя ведь за это отправили новые миры осваивать? Слишком уж умный стал? Это не мои терки на личной почве с штатовским генералом НАТО. Это гораздо серьезнее...
   И, Рус, поверь, вы, все здесь такие. Вы изгои. Те, кто в очередной раз начал не вписываться в наращивающую степень контроля систему.
   Нет, бесспорно, ты выдающийся спец - каких поискать. Именно такие, кстати, и выделяются. Вы нужны везде. Но не в России. Всех, кого другие страны-участницы проекта со скрипом оторвали от работы на Земле и, ради престижа, отдали на благо "первой звездной" ваше правительство вышвырнуло, как досадную помеху в строительстве очередного светлого будущего.
   Монархия, как ее понимает Император Анатолий Первый и монархия, как ее понимают чиновники среднего и нижнего звена, выходцы из вашего попахивающего говнецом прошлого - это совсем разные монархии. И каждый строит по своему разумению, вместо того чтобы элементарно не мешать. Такая же жуть, как у вас, творится только в нынешней Америке, хотя там своя специфика. У этих мания контроля внешнего, отягощенная, вдобавок, извращенной политкорректностью. Неудивительно, что вы враждуете.
   Понял, что я пытаюсь донести? Править должны профессионалы. Причем править так, чтобы лишний раз не вмешиваться. Кухарка государством управлять не может. А ты Рус сейчас еще страшнее кухарки. У тебя ума больше и энергии.
   Кхмм... Ты был прав - мне не понравилось. Но я сделаю над собой усилие, чтобы это пережить. В твоих словах есть рациональное зерно. - Сказал окончательно помрачневший Рус. - Однако, нам же все равно придется что-то делать. Я отшил Сайдуолкера в давешнем разговоре о политике, но он прав - нам надо создавать систему правления, да флаг и герб, в конце концов, конституцию!
   - ....ть!! - Выругался Майор. - И еще раз ...ть! Нихера ты не, понял полковник тряпошный. Вот скажи, тебе что, морду разбить, чтоб мозги на место встали? Ты, твою же мать, без пяти минут гений, ты почти на равных разговариваешь с нашим железным чудом, когда я уши в трубку скручиваю! Почему же ты такой сейчас тупой, а?
   - Да поясни ты, что тебя опять не устроило? Что я такого сказал? - Вознамерился лезть в бутылку Лемех.
   - Хорошо. - Устало вздохнул майор. - Попробуем по другому. Омега ты тут?
   - Да, Майор. - Пришел ответ после полуминутного молчания. - Еще тридцать минут в зоне связи. Только задержку терпеть.
   - Хорошо. Вот уточни, пока этот хмырь бегал по стенкам в подземельях американцев, экономикой колонии занимался ты?
   - Ну, в какой-то степени. Я контролировал распределение ресурсов и обеспечивал постановку задач в рамках стратегии развертки базы.
   - Значит, да.
   - Да. Функции бюрократического аппарата выполняю я. Если ты это хотел услышать. - Признал ИИ.
   - Хотел. Отлично. И какой у нас строй, герб, гимн, флаг, конституция и международные отношения?
   - Строй определить затрудняюсь. Вероятно индифирентная диктатура. Герб, гимн и флаг отсутствуют за ненадобностью. Международные отношения заключаются в поставках продовольствия враждебному режиму. Необходимость формализации конституции не первоочередная, благодаря наличию у колонистов идеи базовых ценностей разделяемых абсолютным большинством членов общества.
   - Каких же?
   - Потребность в пище, безопасности, уверенности в завтрашнем дне и собственном статусе в микросоциуме.
   - Они обеспечены?
   - По собранной статистике, потребности основной колонии под моим контролем обеспечены на шестьдесят три процента. Потребности населения модуля "Америка" обеспечены на двадцать процентов.
   - Вот. Спасибо Омега. А теперь вопрос тебе Руслан. На хрена нам такое государство, если оно, сразу, только возникнув, уже к двадцати процентам, вместо шестидесяти? И, вдобавок, склонно к бюрократии и развалу. Единственным твоим решением в области прямого управления была передача продовольствия и техники так называемому "враждебному режиму". Это конечно не показатель, но согласись не лучшее и вынужденное действие.
   - То есть, ты считаешь, что государство не нужно?
   - Я не вижу в нем необходимости, по меньшей мере, на данный момент. У нас есть централизованное управление, у нас есть система исполнения стратегических решений в лице Омеги. Все твои задачи сводятся к тому, чтобы решить, чего мы как управленцы хотим в дальнейшем - раз, формализовать минимальный вариант правил общественного поведения - два и три... Три... Омега какие первоочередные проблемы стоят в твоей экономике?
   - Продовольственный вопрос, майор. У меня недостаточно ресурсов, чтобы выполнить приказ об обеспечении продовольствием населения, а исследования планетарной органики идут медленнее, чем хотелось бы.
   - Все! Все, Рус. Понимаешь? Все, что от нас с тобой требуется - это, в первую очередь, придумать, как быть со жратвой, во вторых в качестве защитников выяснить, что за чертовщина с возникшими из ниоткуда истребителями, наводнениями и прочим. Это главное. Больше ничего срочного не надо. Не лезь в работу, к которой не готов. Там без тебя решат. Наш ИИ тебе в рот смотрит и стратегии от тебя ждет, а вовсе не собирается порабощать человечество. Если бы он хотел нас угробить, угробил бы давным-давно. Доверься ему.
   - Черт. - Сказал озадаченный Рус. - Черт. Убедительно. Можно я это переварю? Часик. Как темный, неподготовленный биологический разум?
   - Нельзя. У тебя слишком сложная работа для простого биологического разума. Соответствуй.
   - И зачем мне тогда заместители?
   - Ага. Вот значит как. Хорошо устроился.
   - Ну. - Руслан глянул на напарника задумчиво. Хмыкнул. - Кстати, майор, я вот подумал слушая лекцию, в тебе сейчас открылись новые грани, или ты от меня что-то всю жизнь скрывал?
   - Иди нафиг, диктатор. - Беззлобно отшутился Ян. - Давай уже работать.
   Сочтя на этом обсуждение всяких абстракций законченным он со всей дури двинул бронированным кулаком-тараном в центр выжженного на титане круга, и заметно вмявшаяся плита ухнула в темную неизвестность.
  
   Свет диодных фар рассеял скопившийся под опаленными сводами авиационного модуля сумрак, открывая посетителям неприглядную картину погрома. Напарники вошли внутрь, стараясь все же не отрываться от плоскости пола, несмотря на невесомость. Затеряться взлетев под потолок не улыбалось, даже с учетом наличия средств передвижения в вакууме у обоих офицеров.
   - У меня для тебя две новости, полковник. - Поделился результатами осмотра Сержинский несколько минут спустя. Благо, увеличенный доспехами рост позволил ему быстро осмотреть все пространство палубы, невзирая на хлам. - Одна хорошая, а другая паршивая.
   - Так, первая новость, полагаю, в том, что мы с тобой не дураки и здесь действительно нет того истребителя, обломки которого валяются сейчас на Роке?
   - Вообще-то я имел ввиду то, что здесь нас убивать уже некому, но общую мысль ты безусловно уловил.
   - А вторая?
   - Вытекает из первой. Убивать будут, но не нас. - Пояснил майор.
   - Я думал что-нибудь такое... Менее тривиальное и более оптимистичное. - Скривился Рус.
   - Ну, прости, если разочаровал.
   - Ты абсолютно уверен? - Уточнил полковник. - Может, машину просто отшвырнуло куда-нибудь с ложемента?
   - Нет, совершенно точно. Я бы увидел хоть обломки. Да и вряд ли местные температуры сильно повредили бы истребителю, рассчитанному на перегрузки при входе в атмосферу. А ударная волна больше поломала внешние стены палубы чем то, что внутри отсека. Все закопчено, но оборудование имеет лишь косметические дефекты. Вон, грузовой шаттл почти целый лежит. Оперение покорежено, но в пустоте это не принципиально. А, как показывает практика, приземлится удачно нашему гостю, все равно, не удалось.
   - Слушай Ян, тебе не кажется, что здесь творится что-то не то. Может мы чего упустили?
   - Ты о чем?
   - Ну, та тварь из твоих описаний совсем не выглядела чем-то способным угнать истребитель. А главное зачем? К чему вся эта немотивированная агрессия персонально к людям?
   - Может она ненавидит поляков? - Предположил Сержинский. - Или людей, в целом.
   - Могу ее понять. Но, для того чтобы начать ненавидеть человечество, надо сначала с ним пообщаться. А я не заметил у нее развитых навыков коммуникации. Разве что ты ее успел так достать персонально.
   - Зато свет не любит.
   - Свет... Хоть что-то определенное. Слушай, а почему... Нет, не так. - Прервал сам себя на полуслове Лемех. - Омега!
   На этот раз пауза была еще более ощутимой.
   - Да, Капитан. - Наконец вернулся ответ искусственного разума. - Доступное для контакта время - три минуты.
   - Домашнее задание. Проанализировать поведение встреченного Сержинским "гостя" из подпространства. Установить причины нелюбви к яркому свету и людям с учетом всех имеющихся фактов. Описать возможные устремления. Дополнительные данные - с существо покинуло колониальный носитель на истребителе из ангара носителя и сейчас находится на планете Рок.
   ...
   - Принял капитан. Плохо. Я обдумаю. Удачи. Доступное для контакта время истекло.
   Спустя несколько секунд равномерное гудение несущей частоты в наушниках уступило место мертвенной тишине.
   - Вот мы и одни. - Сообщил очевидное Сержинский, явно испытывая потребность услышать хоть что-то. - Считаешь, что здесь мы закончили?
   - Пожалуй, да. Вот только чем нам заняться дальше, я ума не приложу.
   - Напомню - мы тут собирались вытащить кучу запчастей, чтобы под мудрым руководством железного гения собрать орбитальную теплицу для прокорма нашего халтурящего, пока суть да дело, на планете населения. - Неуклюже съязвил майор.
   - Да. - Не обратил внимания на эти потуги все еще задумчивый Руслан. - Только я не об этом. Даже если мы соберем нужное оборудование, то, как совершенно точно заметил Омега, возможности вывезти его отсюда не наблюдается. Так зачем делать бессмысленную работу?
   - Брр. - Поморщился Ян, и не рассчитывая, в прочем, что его гримасу увидят под броней. - Давай вот без этой философии. Проблемы надо решать по мере их поступления.
   Рус кивнул. Спорить на заведомо провокационную тему он не собирался.
   - А, может, шаттл этот попробуем? - Не дождавшись реакции, сам перешел к предложениям поляк.
   - Бесполезно. - Фыркнул Руслан, слегка оттаяв и плюнув, наконец, на трудности. - Он все равно не сможет покинуть этой орбиты, топлива не хватит. Хотя...
   - Что?
   - Да вот, мне тут пришло в голову, что меня просто зло берет бросать здесь все это великолепие.
   - Признаться, я тебя не соврем понимаю. - Запутался в отрывочных фразах друга Сержинский.
   - Я не о шаттлах. - Верно оценил его соображения Ласка. - Я о корабле в целом. Напомни мне, не звучало ли в оглашаемых Омегой публично списках повреждений словосочетание "Звездный парус"?
   - Да ты сбрендил! - Дошло наконец до майора. - Даже если он уцелел, то каким образом ты предлагаешь сдвинуть с места эту махину? Ее же "мины" держат, помнишь? А управление? Омеги-то нет! А навигация?
   - Тут кто-то предлагал решать проблемы по мере их поступления. Так давай последуем этой рекомендации. Теперь у нас, хотя бы, есть план. - Взял Рус быка за рога. - В рамках этого плана я сейчас выдвигаюсь в переднюю часть носителя, а ты, покуда, отыщи все, что может представлять ценность, в том числе и железки для теплиц. Потом избавь этот отсек от лишнего хлама и найди систему расстыковки. Раз авиамодуль автономен, то он должен сравнительно легко отделятся от каркаса корабля. И про связь не забывай. Возможно, будут перебои - много переборок. Вперед, за уборку!
   С этими словами полковник развернулся и непозволительно резвыми для невесомости движениями выскользнул в пробитое ранее в створке ангара отверстие.
   А Сержинский остался переваривать полученные команды и сам факт того как его, майора, только-только ощутившего себя на коне после зачитанной лекции, примитивно взяли в словесный оборот.
   Справившись с первой эмоциональной реакцией Ян немного постоял еще, но в итоге решив, что ничего лучше, чем просто следовать задумке Лемеха он не выдумает, принялся за перетаскивание тяжестей.
  
   Спустя два часа майор оглядел перепаханную вдоль и поперек взлетную палубу. Задавив в себе остатки военной бережливости выпихнул в пространство оставленную напоследок внутреннюю оборонительную пушку, распотрошенную чужим в последнюю их встречу. Конечно, назвать чистым помещение, по-прежнему, мог только конченый панк, но все, что оставалось, под определение "хлам" в широкой душе поляка уже невозможно было подогнать никакими силами. Не мог он тут все это бросить. Мысленно утерев пот со лба Ян счел свою деятельность на данном поле законченной и двинулся на поиски ценного в других местах.
   Несмотря на пережитый бой, внутренние отсеки "Омеги" как выяснилось пострадали значительно меньше, нежели все уничтоженное майором лично. Таранная мощь боевого экзоскелета позволяла просто разметывать мелкие завалы и продавливать слабые технические переборки не задерживаясь. Единственным недостатком стоило признать громоздкость механизма, не позволявшую углубляться в переплетение инженерных тоннелей. Подходили лишь центральные коридоры.
   Никакой опасности, несмотря на нездоровые предчувствия напарника, Сержинский не улавливал. Единственной беспокоящей особенностью оставался скребущий на периферии ощущений, странноватый аромат кофейных зерен, доносившийся казалось отовсюду.
   Он успел изрядно углубится в процесс поиска, и уже выкинул в открытый вакуум через случившиеся по пути отверстия содержимое трех встреченных грузовых отсеков, когда, в момент одного из таких выходов на поверхность, его достала таки передача от Руса.
   - Ян, как твои успехи?
   - Кофе.
   - Что? - Закономерно не понял слишком краткого ответа Рус.
   - Меня достал чертов запах. Свежеобжаренные кофейные зерна. - Раздраженно пояснил майор.
   - Сержинский, ты точно в норме? - Посерьезнел полковник. - Ты в скафандре высшей категории защиты, какой, к бесам, кофе?
   - Сам знаю. С головой пока дружен, не переживай. Думаю, может где кофеварка чертова травит?
   - Ян... Ты только не нервничай... Там просто вкусовой синтезатор, не настоящий кофе. Имитация отличная, но до смешивания компонентов нечему пахнуть. - Совсем уже напряженным голосом сообщил Лемех. - На тебя воздействуют.
   - Рус? Ты уверен? Слушай, это ведь не "пси". Я бы после подсказки почувствовал. Это просто запах.
   - Просто. Только вот к тебе даже космические лучи под скорлупу не проникают. Так что это именно "пси" или что то очень близкое. Знаешь, давай-ка быстро сматывайся оттуда, где ты есть. Займись отделением авиамодуля.
   Висящий в пустоте рядом с контейнером сборных конструкций, только что добытых в недрах носителя, майор с новым для себя ощущением глянул вниз, туда где медленно ворочалась в пространстве угловатая скала "Омеги", ставшая на время условным центром их мира.
   Безликие кромки поверхностей, нагромождения оборудования, изрезанная кавернами обшивка межсистемника - все вдруг показалось чужим и зловещим. Загустели отбрасываемые выступающими механизмами резкие, безатмосферные тени. В провалах входов почудилось неясное, паскудное шевеление. Потянуло ознобом от оценивающего взгляда из пустоты, источником которого могли быть лишь недобрые, отливающие кровавым светом далекие звезды вокруг...
   Сержинский подавил в себе желание обернуться.
   - Черт. - Хмыкнул он. - Вот зараза. Слушай, Рус, видимо ты прав, но мне всего в один отсек заглянуть осталось. Тут недалеко. Давай без лирики, меня и так пробрало. Мы с тобой, все-таки, не школьницы в лесопарке...
   - Вот так и узнаешь о друзьях невинные интимные подробности. - Поддержал тему Ласка. - Не бойся, я никому не растреплю, что снится по ночам нашему брутальному майору. И даже могу ввести моду на косички, чтобы ты не комплексовал по поводу своих устремлений. Будешь носить и ссылаться на решение рехнувшегося руководства...
   - Принял, полковник. - Фыркнул в микрофон встряхнувшийся Сержинский. - Выйду на связь, как только закончу.
   Подавив в себе глас шестого чувства, вопиющий о грядущих неприятностях, поляк задействовал ионные движители скафандра и вновь проник в темное чрево колониального транспорта.
   Здесь пришлось вновь применить фары - ПНВ без активной подсветки был не способен пробить местный сумрак, дальше чем на пару метров. Скорее для самоуспокоения, чем в целях маскировки, сместив диапазон подсветки в инфракрасный сектор Ян уверенно огляделся и, в соответствии с рекомендациями интерактивной карты, углубился в проход ведущий к главному грузовому трюму.
   Однако, пройти ему удалось не более пятидесяти метров, прежде чем дорогу преградил неожиданный завал.
   Карта, учитывающая большинство ранее встреченных препятствий, насчет этого странного образования молчала. У майора даже создалось дурацкое ощущение, что это потолок, вдруг устав висеть на предписанном ему конструкторами месте, вдруг выпятился горбом вниз, оставив лишь узкую щель в которую протиснутся было бы проблематично и ребенку.
   Задумчиво пристукнув пару раз клешней экзоскелета по выглядящему слишком обширным для силового метода преодоления препятствию, Ян сморщился от выворачивающего в такой концентрации мозги набекрень аромата и, в соответствии с рекомендованной схемой обхода, свернул.
   Еще через пять шагов до его плывущего сознания дошло зацепившееся на краю восприятия несоответствие. Препятствие слишком уж хорошо, мягко так, пружинило под ударами манипулятора, для титанового сплава переборки.
   Приведенный в чувство резким выбросом адреналина майор стремительно развернулся, вспарывая когтями "Саурона" рифленые алюминиевые плиты фальшпола и активировал плазменный резак. Из темноты прямо на него, головами взбесившейся гидры, бесшумно неслись вылепленные словно из камня, толстенные серые канаты...
  
   Глава 21
  
   Руслан Лемех не первый час уже общался с управляющим компьютером вспомогательной рубки носового отсека. Общение угнетало. Сказывалась то ли ставшая привычной простота контакта с Омегой, то ли общая взаимная тупость двух нашедших друг друга персонажей. Собственно, помимо самокритики, список успехов, после активации резервного ядерного реактора и восстановления на приемлемом уровне локальной энергосети, не поражал длинной. Упрямая операционка признала его полномочия, как капитанские (Вот уж спасибо Омеге - не поленился базу синхронизировать), но наотрез отказалась докладывать о степени исправности периферийных систем, ответив коротким сообщением "Связь с главным сервером отсутствует".
   При этом в справке имелась и команда развертки звездного паруса и запуск пакета навигационных подпрограмм.
   Лемех естественно стесняться не стал, но машина вернула ему сакраментальное:
   "невозможно проверить исправность оборудования. Исполнение команды прервано. Выполнить с безусловным приоритетом?", а система навигации, вообще, затребовала для расчетов курса карту строения системы.
   По странному стечению обстоятельств карты у полковника не было. Как не было ее ни у одной живой души в пределах разведанной Вселенной. Разве что ИИ был способен состряпать нечто подобное - он ведь как-то ориентировался... В сложившихся условиях попытка открытия паруса "невзирая на..." уже не выглядела разумной идеей, и Ласка решил повременить, исследовав для начала пресловутую "работоспособность".
   Естественно те, кто программировал комп, идиотами не были, и, если бы имелась возможность проверить технику без привлечения внешних мощностей, они не стали бы городить огород. Но, так как Лемеху, лично, легче от этого понимания не становилось, то икаться оставленным на земле инженерам должно было сильно.
   Обильно конструируя новые словосочетания Рус выбрался из относительно уютной рубки наружу и двинулся в обход передней надстройки, рассчитывая осмотреть все лично. Именно в этот момент недружелюбный пейзаж межсистемного транспорта озарила частично скраденная рельефом вспышка яростного лилового пламени.
   Долю секунды спустя подошв скафандра полковника достигла тяжелая вибрация ударной волны.
   - Таак! Кажись дождались, что-то большое сдохло. Надеюсь, не Сержинский... - Протянул себе под нос подобравшийся Руслан. Задействовал связь. - Майор, ответь! Какого черта?!
   Сквозь гущу металлических конструкций в ответ прорвалось лишь неясное шипение. Цифровой сигнал слишком сильно дробился, чтобы быть верно распознанным приемниками скафандра. Тем не менее, стало ясно, что означенный Сержинский все еще коптит такое чужое людям небо, и активно держится за право использовать эту возможность в дальнейшем.
   Наплевав на исследования, Лемех устремился в сторону взрывов. Однако быстро преодолеть нужное расстояние, ввиду царящей невесомости, оказалось не так просто. Магнитные подковки почти сразу перестали удерживать его, стоило лишь как следует ускориться, а маленький ранцевый двигатель был слабоват для хорошего разгона. Вдобавок, любое тело, отделившееся хоть на десяток метров от поверхности обшивки колониального транспорта, рисковало оказаться один на один с гравитацией угрожающе нависающего над головой светила. К счастью, теперь, в отличие от предыдущей прогулки по обшивке, межзвездный транспорт не несся в пространстве с сумасшедшей скоростью, и давление рассеянного межзвездного газа не могло всерьез повлиять на достаточно крупные объекты. Не было необходимости ползать по броне словно улитка, ежесекундно опасаясь быть унесенным в пустоту.
   Избрав для себя тактику пологих прыжков Рус, не без успеха, преодолел зияющую ныне на месте стыкуемых модулей и эсминца каверну, успев полюбоваться в полете исполинскими ребрами каркаса. Однако дальше процесс замедлился тем, что обилие выступов, антенн и прочей премудрости, напиханной, казалось, на каждый свободный участок поверхности необъятного механизма, сузило пространство для маневра.
   Прыжки стали короче, а, благодаря размерам всего вышеперечисленного, место прогремевшего взрыва, куда так стремился Ласка, совершенно скрылось из виду.
   Полковника этот факт ничуть не обрадовал. Пришлось передвигаться практически в слепую, взяв общее направление.
   Впрочем, это стало совершенно неважным, стоило лишь Лемеху обогнуть центральную орудийную палубу с двумя слепо уставившимися в пространство, лишенными энергии пушками. Мощности, оставшейся после скоротечного боя, не хватило даже сдвинуть створки защитных бронеколпаков. и теперь могучие орудия нависали тяжелыми тенями, закрывая звездный небосклон.
   А в сумраке, под далеко выступающими за пределы надстройки ствольными разрядниками, притаилось серое колыхающееся нечто. Если бы не кислотная, обволакивающая этот предмет аура зеленоватого свечения, то его и вовсе невозможно было бы заметить, настолько крупный, постоянно подергивающийся рябью шар сливался с местной, скупой на краски панорамой.
   Нечто не слишком походило на ту кляксу "мины", что Ласка имел счастье созерцать в записи подвигов Сержинского, и лишь логика подсказала ему о происхождении объекта. По крайней мере, Рус сомневался в возможности появления еще каких-то неопознанных тварей на борту вверенного ему имущества. "Сколько же можно?"
   - Вот тебе и герань. - Полковник Лемех пришел к очевидным выводам, связав воедино как заинтересовавшие его взрывы, так и зеленую силовую паутину, пытающуюся обволочь скафандр. Потянулся за клинком. - Мечты сбываются, мля.
   Существо тоже решило перейти к активным действиям. Так или иначе, но, встречаться с разворачивающимися тугой спиралью щупальцами полковник решительно не же