ИЛЬЯ САГАН, АЛЕКС КЕЙН




Легенды Мелизоры


Книга 1. Черный Камень









  • Глава 12









  • Глава 1






              Тихо, едва дыша, я проскользнул в темный проем. Беззвучно залезть через подвальное окно в полной темноте − задача непростая, но меня ведет путеводная звезда, сестра Арина. Ради нее я готов на все.
              Внутри легкий запах сырости и чего-то еще. Не видно ни зги, тишина, лишь где-то снаружи слышится радостное повизгивание охранных собак. Н-да, если бы не бездомная сучка, прихваченная в подворотне (благо сейчас Питер ими просто кишит), то не прорваться б мне мимо двух здоровенных ротвейлеров.
              Я нервно перевел дыхание и включил припасенный фонарик. Так, что тут у нас? Темные каменные стены, низкий потолок, духота и затхлость. Стеллажи, словно в старой библиотеке, и грубо сколоченные полки, заставленные коробками. Что ж, на то и склад. Неплохо запаслись Гороховцы. Вот только как среди такого множества ящиков найти заветные склянки?
              Где-то наверху раздался взрыв хохота, и я невольно вздрогнул. Хмельные голоса протяжно завыли:
              − Гооп-сто-оп, мы подошли из-за угла-а! Гооп-сто-оп...
              Значит, я не ошибся: гуляет братва, празднует день рождения Витьки Горохова. Тот еще бандюган, не один район под себя подмял. Когда-то, говорят, был нормальным пацаном, но едва в стране катавасия началась, сразу бригаду сколотил. Теперь Гороховские пол-Питера доят. По мне, так нафиг такая слава не нужна, но он, видно, мыслит по-другому.
              Ладно, хватит воспоминаний, надо торопиться: не дай Бог, кому-нибудь из пьяных охранников придет в голову проверить подвальный склад.
              Я шагнул к ближайшей коробке, открыл ее и вздрогнул от неожиданности − из темной глубины на меня смотрели стеклянные глаза, чуть ниже виднелся хобот. Блин, противогазы. Фух...
              Так, следующий ящик. Попробовал открыть − не поддается, только занозу под ноготь поймал. Пришлось вытаскивать доставшийся в наследство от отца нож. Эту вещицу ему друг на юбилей подарил, говорил, что всю иранскую компанию с ней прошел. Хороший тесак, удобный. Он теперь всегда при мне. В наше время без такой игрушки даже днем на улицу глупо высовываться.
              Мощным клинком я перебил проволоку и, стукнув кулаком по рукояти, загнал лезвие под дощатую крышку. Древесина скрипнула, выпуская из тесных объятий проржавевшие гвозди. Что тут? Хм, банки с тушенкой.
              В животе гулко заурчало. Неудивительно, с утра во рту маковой росинки не было. Заманчиво, конечно, но не ко времени. Моя цель − спасти Аришу, а не наесться самому.
              Со следующим ящиком пришлось повозиться подольше, но отцовский нож и тут не подвел − минут через пять мне удалось снять тяжелую крышку болотного цвета. Я разворошил слой промасленной бумаги и уставился на содержимое. Калаши, трехсотая серия. Новенькие, поблескивают в свете фонаря. Нехило затарились! Еще ящик. Ого! Обалдеть, это ж самые настоящие ПТУРСы! Они что, войну хотят развязать?
              Запасы у Гороховцев, конечно, знатные, но мне сейчас не до восторгов. Я еще раз обшарил фонариком помещение. Сейф! Даже не сейф, а здоровенный бронированный шкаф. Во, другое дело, в этом стальном мастодонте наверняка и лежат волшебные склянки.
              Цепляясь в темноте за стеллажи, я пробрался к сейфу и погладил рукой холодную металлическую дверь. Хорошо, что замок электронный, будь он амбарным, пришлось бы помучаться. Я невольно улыбнулся. Ведь как чувствовал, не зря выпросил у Мишки этот приборчик. Миха − мой приятель, головастый парень, а в электронике вообще уровень "Бог". В свободное время мастерит удивительные вещички, вот и отдал одну из них мне. Эта штуковина отомкнет что угодно.
              Я вытащил из-за пазухи чудо-прибор, прилепил его магнитной подушкой к замку и щелкнул по сенсору. На дисплее замелькали красные цифры. Дождавшись, когда они замрут в нужной последовательности, я нажал кнопки. Сим-сим откройся! Внутри что-то звякнуло, и дверь легко поддалась.
              Мой взгляд сразу же упал на плотно стянутые пачки долларов. Ого! Да тут лимона два, не меньше! Оперативный запас? Рука непроизвольно потянулась к портретам президентов. Нет, я, конечно, не вор, но "грабь награбленное" считаю правильным лозунгом. А потому пара пачек мгновенно утонула в кармане моих брюк.
              Рядом на полках стояла груда пухлых папок. Наверное, компромат на несговорчивых шишек. Или черная бухгалтерия? Ладно, неважно.
              Свет фонаря продолжал обшаривать бездонные просторы сейфа. В самом углу верхней полки блеснули стеклянные пузырьки со знаменитой фиолетовой жидкостью. Ес-с! Спасительный Эликсир! Нашел! Теперь все будет по-другому! Дрожащей рукой я коснулся холодной поверхности стекла, погладил пузырек и зажал его в кулаке.
              За спиной раздался еле слышный шорох, и сердце, казалось, перестало биться. В ту же секунду вспыхнул свет, и в пяти метрах от меня оказался охранник. Где я видел эту надменную рожу с переломанным носом? В руке пистолет, вороненый ствол направлен прямо на меня. Твою ж мать, как он умудрился войти так тихо?
              Не думая, я метнулся за стеллаж. Полка рядом со мной с грохотом взорвалась сотней деревянных щепок. Лицо обожгло, словно огнем. Следующего выстрела мне точно не пережить. Я взобрался на ящик и рыбкой нырнул в окно, то самое, с которого снял решетку, забираясь сюда. Приземлился, сделав кувырок, вскочил на ноги и бросился во тьму.
              − Стой, падла! − завопил охранник.
              За спиной раздались выстрелы, причем явно из разного оружия. Значит, те, кто пьянствовал, тоже присоединились к погоне. Мгновенье спустя взвыла сирена, перекрывая бандитское многоголосье.
              Быстрее! Я должен уйти, должен! Иначе Ариша умрет!
              Моросящий дождик слегка остудил разгоряченное от напряжения лицо. Задыхаясь от бега, я перемахнул через ограду и понесся по стылым питерским переулкам. За спиной раздавался тяжелый топот в аранжировке стрельбы. Свернув за угол, я с ужасом увидел перед собой длинный и прямой, как стрела, переулок. Уж здесь мне от выстрелов не спрятаться. Скорее в дом!
              Я толкнул обшарпанную дверь парадного и влетел внутрь. И, вдавившись всем телом в стену, слушал топот ног, который вскоре затих. Фу-ух, вроде проскочили. Странно, откуда такая боль в ладони, неужели ранили? Я разжал кулак и в слабом свете загаженной лампочки увидел впившиеся в кожу осколки стекла. И тут же упал на колени, тихо и жалобно взвыв. Господи, за что? Всего-то один пузырек удалось выкрасть, и тот разбился. Идиот проклятый! Раздавил! Чуть не плача, я беспомощно наблюдал, как смешанный с кровью целебный фиолетовый раствор капал под ноги. Прости, Аринка...
              Взяв себя в руки, я выскочил из парадного и помчался в противоположную сторону. Столь редкие ныне прохожие с удивлением провожали меня взглядами.
              Минут через десять стало понятно − оторвался. То ли Гороховские потеряли мой след, то ли отстали, но погони не было. Я прислонился к какой-то двери, пытаясь выровнять дыхание. Нет, расслабляться пока рано, вдруг они где-то рядом.
              Сизые тучи заволокли небо. Дождь усиливался. Свет редких фонарей с трудом пробивался сквозь марево капель и пыли. Что ж, мне это только на руку. Немного придя в себя, я шагом двинулся вдоль переулка, неторопливо обходя кучи мусора. В тон настроению под ногами хлюпала размякшая грязь. Я сделал мрачное и унылое лицо, как у любого прохожего. Н-да, улыбок на улице в нынешние времена не встретишь. Вот и мне теперь, хоть плачь, хоть головой об стену бейся. Если бы этот охранник пришел минутой позже, я б хоть десяток склянок успел взять, глядишь, и сохранил бы несколько. А так что? Ни одной! Ни единой! А казалось, все продумал: на территорию пробрался, собак отвлек, решетку спилил, раму выставил.
              С тех самых пор, как стало известно, что Гороховцы разжились запасом Спасительного Эликсира, или Фиола, как его называли в народе, несколько смельчаков уже пытались ограбить их склад. Но никому пока это не удавалось, ребята охраняли свое добро на совесть. А я вот решил, что самый умный и хитрый, поперся туда, как дурак. Теперь они меня, наверное, найдут. И тогда Аринка умрет.
              Н-да, ну и вляпался, идиот несчастный! А что было делать? Смотреть, как сестра тихо угасает? Фиолы − единственное средство, которое хоть и не лечит, но приостанавливает злосчастный синдром Шеффилда, и ради пары пузырьков стоило рискнуть. Они подарили бы Арише несколько месяцев жизни.
              Когда полгода назад от этой же проклятой болезни умирали наши родители, я дал им слово спасти сестру. Не знаю, как. Но обещал. "Добрый, но упертый" − часто говорила про меня мама. И это упрямство считала чем-то плохим. Но тогда, в последнюю свою минуту, она только на него и надеялась, шепча пересохшими губами:
              − Ты упорный, ты найдешь способ вылечить нашу девочку.
              Что ж, раз обещал, значит, сделаю. Хоть десять Гороховских банд для этого придется перебить. Да и не в обещании дело: Аринку я люблю всей душой. Она единственный близкий человек, который у меня остался.
              Сестра заболела прошлой осенью. Где и когда − неизвестно. Впрочем, этой гадостью заразилась уже половина мира, а никто так и не знает, что это и отчего. Поначалу власти пытались изолировать больных, люди старались ни с кем не контактировать. Но буквально в течение полугода многочисленные опыты и эксперименты однозначно доказали, что человек не является распространителем недуга и не может кого-либо заразить. Пару лет назад болезнь назвали синдромом Шеффилда, по имени ученого, описавшего симптомы и предположившего, что происходит она от генных мутаций. Теперь врачи что-то бормочут про вред ГМО, про экологию, испортившуюся после войны на Ближнем Востоке, про поврежденную ДНК... Но ясности до сих пор ноль.
              А этой весной пошли слухи, что в лабораториях на острове Риалон нашли средство, приостанавливающее развитие болезни. С тех пор за Фиолами гоняется каждый второй, потому как сложно найти человека, у которого не было бы близких, страдающих от этой заразы. Остров частный, туда фиг попадешь, а вот за пузырьками, время от времени проникающими на большую землю, идет настоящая охота.


              Задумавшись и глядя пустым взглядом под ноги, я даже не заметил, как выбрался на Невский. Дождь закончился, и теперь лишь слегка моросило. Прохладный августовский ветерок нес откуда-то запах далекого костра. Обычное дело: костры теперь жгли по всему миру те, кто подался в леса, спасаясь от эпидемии.
              Я огляделся. Светало. На проспекте народу было чуть больше. Спешили с ночной смены работяги, прошла, держась за руки, припозднившаяся парочка. Рисковые ребята, однако.
              Вот и моя улица. Подходя к дому, я на всякий случай огляделся. Вроде никого. Тенью проскользнул в парадное. Здесь, как обычно, был навален мусор, откуда-то тянуло кошачьей мочой. Какое убожество! И, что самое страшное, так везде. С тех пор, как синдром Шеффилда обрушился на планету, вымерло не меньше трети человечества. Как минимум половина выживших переселилась в леса, тайгу, джунгли − кто куда мог, лишь бы подальше от зараженной цивилизации. Ну, а те, кто остались, влачили жалкое существование: здоровые надрывались на немногих востребованных работах, а больные гнили в хосписах. Даже самые богатые страны погрузились в нищету. Атмосфера страха и отчаяния пропитала города и деревни. Никто не знал, откуда может прийти болезнь, каким образом она поступает в организм. Люди боялись есть, пить, ходить по улицам...
              Перепрыгивая через грязные ступени, я влетел на третий этаж. Лифт давно не работал, но это не страшно. Главное, ушел от погони. Повезло!
              Квартирка у меня совсем небольшая. Снимаю за копейки из-за близости к хоспису, где лежит Аришка. Удобно − и к ней близко, и магазин, где подрабатываю грузчиком, под боком.
              Я прошел в единственную комнату и бессильно рухнул на старенький диванчик с продавленными пружинами. Включил телевизор − надо же хоть чуть-чуть отвлечься и собрать в кучу разбежавшиеся мысли.
              − Сегодня в Нью-Йорке при раздаче гуманитарной помощи в парке Маркуса Гарви произошли столкновения! − орала молоденькая ведущая с ярко-красными губами и затянутыми в тугой хвост волосами. − Более сотни пострадавших с травмами различной степени тяжести доставлены в городские клиники...
              Господи, что ж ты такая голосистая-то? Я схватил пульт и надавил на кнопку. Понятно, что девушка не виновата, просто звук на максимуме. Да и новости не ахти какие, чтоб так вопить. Что-то подобное в мире каждый день по сотне раз случается. Вон, возле Шанхая на прошлой неделе чуть ли не полумиллионная толпа штурмовала военную базу, хотела на стратегический запас продовольствия покуситься.
              Щелкнул на другой канал. Так, опять новости.
              − В таежном поселении недалеко от Ачинска найдено сорок семь трупов, − рассказывал седовласый мужчина с мрачным лицом. − Все они адепты печально известной секты "Новая жизнь". Вожди этого движения призывают переселяться из городов в глухие леса, чтобы избежать синдрома Шеффилда. Но болезнь добралась и до них, хотя все контакты с цивилизацией строго пресекались. После первого же случая заражения начались массовые самоубийства. Как полагают следователи, в этот раз сектанты использовали яд...
              Я поморщился и выключил телевизор. Ну что за мрак? Жизнь и так не сахар, так еще и показывают одну чернуху. Неужели в мире ничего хорошего не осталось? Если все и правда так хреново, могли бы что-нибудь выдумать, хоть немного разбавить атмосферу страха и отчаяния.
              Тихая мелодия заставила меня вздрогнуть. Я достал из кармана телефон и с удивлением посмотрел на дисплей. Надо же, мобильная связь работает. В последнее время это случалось нечасто. Мишка... С чего бы звонить в такую рань?
              − Да?
              − Димон! − голос лучшего друга звенел от волнения. − Что у тебя там происходит?
              − Ты о чем, Мих?
              − Звонил Синий, тобой интересовался. А он, между прочим, у Гороха на подхвате. Чего ему от тебя надо?
              Бли-ин, точно! Вот почему мне лицо бандитского охранника показалось знакомым! Это ж Серега Синицын, Мишкин однокашник. Мы пару раз виделись с ним, давно, в старом мире. То есть до эпидемии. Узнал, значит. Ну все, тогда точно кранты! И так-то в наполовину опустевшем Петербурге меня найти вполне реально, а зная имя... Да, шансов укрыться от них теперь нет.
              − Что он хотел, Миш?
              − Поначалу хитрил. Как, мол, приятели твои поживают, как Димка Рокотов? А потом адрес твой спросил, и где работаешь.
              У меня перехватило дыхание.
              − Сказал?
              − А куда деваться, Димыч? Он все равно узнает, не от меня, так от Славки или Никиты. Но я прикинулся шлангом и дал ему твой старый адрес. Если что, скажу, мол, забыл.
              − Ясно.
              Видимо, в моем голосе мелькнула обреченность, потому что Мишка заторопился:
              − Дим, реально, ну что было делать? Прости, а?
              − Да все нормально, забей.
              − А нафига он тебя ищет-то, знаешь? Погоди, это случайно не связано с тем приспособлением, что я тебе дал?
              − Ну-у....
              − Охренеть! Неужто их склад решил бомбануть? Знал, что ты дерзкий, но чтоб настолько...
              − Еще бы, − скрыть унылую усмешку не получилось. − Я ж не просто так, а за Фиолами. Ты ведь в курсе, как они Аринке нужны.
              − И?
              − И спалился. Еле ушел.
              − Екарный бабай! Рокот, ты охренел совсем? Они ж самые крутые на районе!
              Надо же, Мишка с перепугу даже вспомнил мою детскую кличку.
              − Отвали, а? − ласково попросил я. − Без тебя тошно.
              Мишка притих, затем печально поинтересовался:
              − Как Ариша?
              − А, все так же. Тухло, короче. Врачи говорят, пять-шесть месяцев ей осталось. Вот и рыпаюсь, чтоб как-то помочь. Гороховцы, сволочи, небось, барыжить будут Фиолами, а мне они позарез нужны. Блин, хоть на службу к ним иди за пузырек в неделю.
              − Не покатит, − вздохнул он. − Эликсир нынче в такой цене, что и за год флакон не отработаешь. Да и поздно уже, раз ты их грабануть пытался. Походу, у тебя только один путь − валить из города. Ждать, пока все утихнет. Глядишь, либо падишах загнется, либо ишак сдохнет.
              − Не, Мих, как я Аришку одну оставлю?
              С минуту в трубке слышалось сопение друга.
              − Ладно, − наконец выдавил он. − Давай днем в хосписе увидимся − как раз моя очередь деда навещать. Попробую что-нибудь выяснить, Гороховские частенько ко мне с разными хакерскими вопросами обращаются.


              Коридор хосписа напоминал подвал крепости во время штурма. Свет тусклый, некоторые лампы мигают, готовые в любую минуту перегореть. Возле потрескавшихся, как после бомбежки, стен натыканы проржавевшие каталки. Пациенты стонут, точно раненые, вытащенные с поля боя.
              − Подоткни одеяло, сынок, − послышался жалобный голос. − Холодно очень.
              Я обернулся − совсем древняя старушка. А может, и нет. Когда человек в таком состоянии, разве поймешь его возраст? На лице, казалось, остались одни глаза. Черные, пронзительные. Рука с узловатыми пальцами свисает с кровати, пытается подняться, но сил явно не хватает. Бледная, как смерть. Худющая, будто иссушенную кожу прямо на кости натянули.
              Желая хоть чем-то помочь, я наклонился к ней. Вот она, хваленая социальная помощь. Если б я половину своих скудных доходов не отдавал на оплату сестренкиной палаты, Аришка так же гнила бы здесь заживо, без всякого присмотра.
              − Давай скорее сюда!− послышался голос, кто-то резко рванул меня за куртку и потянул за обшарпанную дверь.
              Мишка.
              − Заикой решил меня сделать? − возмутился я.
              Он приложил палец к губам и кивнул на кровать:
              − Тс-с. Тихо ты, деда разбудишь. Я уже полчаса тебя здесь пасу. Возле Аришиной палаты пятеро братков сидят, не дождутся, когда появишься.
              − Вот блин, нашли-таки? Ладно, понял.
              − Да что ты понял? − с волнением произнес Мишка. − Горох велел тебя круто наказать, чтоб другим неповадно было. Валить тебе нужно, прямо сейчас. Если они не полные идиоты, то минут через пять здесь нарисуются.
              Догеройствовался! От досады я до боли стиснул зубы.
              − Ты же сам говорил: они уже у Аришкиной палаты. Хочешь, чтоб я как заяц в кусты спрятался? Бросил ее?
              − Об этом не беспокойся. Они, хоть и бандиты, но не людоеды какие-нибудь, а обычные русские парни − девчонку не тронут. Да и Горох по понятиям живет, иначе отвернутся все. Шеффилд ведь у каждого в семье наследил. У них типа кодекса чести − больных не трогать. А вот твой хладный труп точно никому не поможет.
              − Кхе-кхе, − со стороны кровати послышался кашель и скрип пружин.
              Мы разом повернулись.
              − Здрасьте, − растерянно произнес я.
              − Ой, прости, дед Митя. Разбудили, да? − протараторил Мишка.
              − Не разбудили. Я вас с самого начала слушаю, − старик приподнял голову, оперся небритой щекой на руку и философски произнес: − Правильно говорят: все по спирали развивается. Знакомое дело. Я ведь через лихие девяностые прошел. Эх, хорошие были времена...
              − Чего ж хорошего?
              − Чего-чего − я тогда молодой был. Лет через двадцать-тридцать поймешь, − старик усмехнулся и посмотрел на меня. − А ты, тезка, слушай внимательно. Вылезешь в окно, благо первый этаж, и бегом к старой детской площадке. Там люк есть с большой буквой "К". Спустишься − и в коллектор. Эту ветку канализации уже давно отключили, так что без проблем под двумя улицами проскочишь. Вперед, парень!
              − Дед, ты меня удивляешь, − вытаращился на него Мишка. − Откуда ты все это знаешь?
              − В этом хосписе раньше НИИ был, почтовый ящик. Я в нем больше десяти лет отышачил. Тоже тикать отсюда пришлось. Правда, по пояс в дерьме тогда пробирался, − он поморщился. − И видишь, как судьба посмеялась, вернула-таки в родные стены.
              Прав Мишка. И дед прав. В такой ситуации я сестре не помогу. Если не убьют, то сделают шутом царя Гороха − ручки-ножки повыдергивают и заставят на потеху братве плясать.
              − Спасибо, дед Митя, − кивнул я.
              − Да не за что. У меня тоже так всегда было − вечно в проблемы влезал. Как говорится: дурная голова ногам покоя не дает.
              Я нашарил в кармане пачку купюр, свистнутую на складе, связку ключей и протянул Мишке.
              − Держи. Все, что найдешь и в квартире, и в комнате, смело продавай. Не хочу, чтоб Аришка в коридор переехала. Ну, и на вкусняшки ей.
              − Разберемся, − мотнул головой Мишка. − Деньги себе оставь, тебе они сейчас ох как пригодятся.
              − Спасибо, брат, − я обнял его, похлопал по спине и влез на подоконник. − А баксы еще есть, не парься.
              − Ни пуха, Рокот. О сестренке не беспокойся, позабочусь.
              Я распахнул окно, еще раз обернулся, стиснул зубы и прыгнул на землю.


              Люк я нашел сразу, но повозиться минут пять все же пришлось − крышка приржавела.
              − А ну стой, гаденыш! − послышался крик, когда я уже влезал в колодец.
              Два бугая в кожанках неслись в мою сторону. Все-таки заметили, сволочи! Скобы, служившие лестницей, еле держались в старой кирпичной кладке, и я на ходу посшибал их за собой прихваченным металлическим прутом. Может это хоть немного задержит бандитов − они же не резиновые, чтоб прыгать с пятиметровой высоты.
              Дед Митя был прав − коллектор оказался пустым, но воняло в нем знатно. Вперед! Вперед! Я бежал, стараясь не обращать внимания на запах. Следующий колодец появился минут через десять изнурительного бега. Я выбрался на свежий воздух, посбивав по традиции скобы, и без сил свалился на землю.
              Минута на отдых, надо отдышаться. Все, пора. Я вскочил, закрыл крышкой люк и подтянул на нее тяжеленную чугунную мусорку, стоявшую невдалеке у поребрика. Мысли лихорадочно носились в голове. Наверняка бандиты уже нашли схему коллектора, и пара больших черных джипов вот-вот вынырнет из-за угла. Я достал из кармана аккуратно сложенный серый дождевик с капюшоном и натянул на себя. Специально его с утра заготовил, чтоб, если что, замаскироваться.
              Далеко уйти все равно не получится. Нужно сообразить, как действовать дальше. Домой нельзя, наверняка ждут. В хосписе тоже засада. Может, в леса податься, к тем, кто от синдрома прячется? Меня, конечно, примут, но что там делать?
              Я бесцельно слонялся по улицам и подворотням, когда раздался звонок мобильного. Хм, опять Мишка. Неужели они его схватили?!
              − Да?
              − Але, Димыч, новости − бомба!
              Голос у него был такой радостный, что мысль о бандитах сразу оставила меня.
              − Что случилось?
              − Я от деда домой вернулся, включил телик. А там... Ты слышал про игру "Легенды Мелизоры"?
              Еще бы. Незадолго до эпидемии ее запустила некая корпорация, ДиДжиВолл, кажется, та самая, которой теперь принадлежит Риалон. На острове была их штаб-квартира, вроде бы и сервера этой рпгшки там находились. Но потом в мир пришла болезнь, и людям стало не до виртуальных радостей. Игру закрыли, и ДиДжиВолл то ли продала Риалон какому-то научному сообществу, то ли объединилась с ним. Точно знаю одно − там производят Фиолы.
              − Слышал, и?
              − Короче, только что по телику показывали их рекламу. Оказывается, они уже два месяца набирают людей. Правда, там какие-то испытания проходить надо.
              Я встал посреди улицы, открыв рот. Вот это да! На Риалон пускают простых смертных?!
              − Погоди, расскажи толком. Куда набирают? Какие испытания?
              − Точно не знаю, − Мишка прямо задыхался от эмоций. − В рекламе сказали, они открывают новую игру, по мотивам предыдущей. И вроде как им нужны тестеры, причем вживую. Они какую-то историческую реконструкцию устраивают и постоянно набирают новых участников. Типа для большей правдоподобности все сценарии в реальной жизни прогоняют. По примеру фанатов профессора Толкиена. А за определенные достижения в награду Фиолы дают.
              − Что?!!
              − Сам офигел! Никогда не слышал, чтоб виртуальную игру тестировали в реале.
              − Ты уверен, что ничего не путаешь?
              − Говорю же, лично по телику слышал. Короче, дуй к ним, у них офис на Невском, сейчас адрес скину. Набирают они только здоровых и молодых. Если примут, поедешь за Фиолами. Короче, Димыч, схема такая: сдаешь анализы, и, если нет синдрома Шеффилда, тебя отправляют туда. Дорога за твой счет. Бабок не хватит - свисти, чем смогу, помогу. На мой взгляд, это реальный способ и от Гороховцев свалить, и Фиолы раздобыть.
              Господи, неужели это правда?! Корпорация действительно выдает за какие-то заслуги Спасительный Эликсир? Да если так, я небо и землю переверну, чтоб его заработать! В голове победным маршем взорвался симфонический оркестр. Держись, сестренка! Теперь мы твоего Шеффилда в порошок сотрем!
              − Алло, Димон, ты меня слышишь?
              − Слышу. Погоди, не шуми. Думаю.
              − О чем тут думать? − возмутился Мишка.
              Он еще что-то говорил, но я быстро распрощался, пообещав перезвонить позже. Мне срочно требовалось осмыслить услышанное.
              Итак, что мы имеем? С одной стороны, оставлять сестру одну стремновато. С другой, шансы достать зелье где-либо, помимо Риалона, ничтожны. А там его выдают за какие-то подвиги. И зовут к себе молодых и сильных. Хм... Мне двадцать четыре, самое то. Не спортсмен, так, по мелочи, качалка да бег. Но все ж здоровьем Бог не обидел, это точно. В играх кое-какой опыт тоже есть, правда, в компьютерных, не реальных. Но наверняка справлюсь. Так что, похоже, это действительно шанс спасти Аринку и самому избежать мести Гороха.
              Хорошо, тогда сразу бегу на Невский, потом собираюсь и... куда? К Аришке нельзя, на работу − тоже, значит, сразу за билетами. Они сейчас дешевы, потому как небезопасны. Так что денег хватит. Особенно с учетом тех, что я на бандитском складе прихватил. В крайнем случае, продам что-нибудь.
              Ладно, не о чем думать. Разве у меня есть выбор? Фиолы, конечно, и в России достать можно, но вор из меня никудышный, а покупать их − никаких денег не хватит. Интересно, каким образом они поступают на мировой рынок? Видимо, привозят такие вот молодые и сильные, из тех, кого хозяева Риалона зазывают на остров.
              И теперь я стремился стать одним из них.






    Глава 2






              − Так, первая тройка! − хмуро выкрикнул рыжебородый мужик.
              Мы стояли на песчаном океанском пляже, а перед нами лежали два большущих ковра. Позади остались визиты в офис ДиДжиВолл на Невском, перелет из Питера и тяжелый разговор с Аришей по вотсапу. Самолеты на Риалон не летали, поэтому Корпорация создала базу на окраине континента. Сюда прибывали кандидаты со всего мира. Рядом с нашим лагерем было еще несколько, разделенных по языковому признаку. Здесь мы проходили медицинское обследование и так называемые тесты на допуск. Большую часть претендентов отсеяли: у одних нашли признаки болезней, других забраковали по возрасту, третьих сочли слишком слабыми для будущей миссии. Я же, молодой здоровый бык, оказался в числе счастливчиков.
              Рядом со мной топталась Светлана − с ней мы познакомились еще в самолете, а во время тестов даже подружились. Как ни странно, она тоже прошла отбор. Невысокая, худенькая, почти девочка, а вот поди ж ты...
              От всей русскоязычной недельной партии осталось одиннадцать человек, и теперь мы, стоя у кромки океана, ожидали отправки на таинственный остров. Кричали чайки, пенились бирюзовые волны, а в груди гнездилась тревога − удастся ли добыть заветные Фиолы?
              Интересно, каким транспортом нас отправят дальше? Ни причала для кораблей, ни взлетно-посадочной полосы. Только дорога, по которой мы прибыли с базы на минивэне, но и она обрывалась возле пляжа перед небольшим деревянным домиком, где нас и встретил этот угрюмый Барбаросса.
              Весьма колоритная личность, кстати. Лысая, как биллиардный шар, голова, косички в бороде и здоровенное кольцо в ухе. Глаза прищуренные, злющие − ни дать, ни взять разбойник с большой дороги. И теперь мы стояли перед ним, с недоумением разглядывая его и расстеленные у ног ковры.
              − Давай же, мать вашу, выходи по одному! − снова рявкнул рыжебородый.
              Похоже, работа достала его по самое не хочу. Он смотрел с мрачным раздражением, словно видел в нас потенциальных врагов.
              Ладно, нечего медлить. Раз уж решился на эту авантюру, зачем тянуть? Теперь только вперед, на раздачу слонов и Фиолов. Я усмехнулся и молча сделал шаг к рыжебородому.
              − Чего скалишься? − он раздраженно ткнул пальцем в ковер, обрамленный длинной плетеной бахромой. − Садись.
              На его запястье я заметил массивный браслет. Сразу видно − старинный и уж точно недешевый. Да, любит мужичок эпатаж. Еще бы ногти лаком покрасил.
              Я пожал плечами и устроился по-турецки в самом центре выцветшего от времени восточного рисунка. Погладил рукой густой ворс. Мягкий, спать на таком явно удобнее, чем на моем продавленном диване. Сколько в нем, квадратов десять?
              − И я с ним, − послышался звонкий голосок Светки.
              Она выступила из ряда "новобранцев" и уселась рядом со мной. За неделю, проведенную на базе, мы успели проникнуться друг к другу симпатией. Я чувствовал, что она рассчитывает на мою помощь на острове, и не имел ничего против.
              Рыжебородый хмыкнул и показал на белобрысого широкоплечего парня в тельняшке.
              − Ты, здоровяк, третьим будешь. Уравновесишь этого птенчика.
              Тот с улыбкой плюхнулся на ковер, кивнул Светке и протянул мне ладонь.
              − Сергей.
              − Дмитрий. А это Светлана.
              Не успел я пожать его руку, как бородач остановил остальных.
              − Куда прете, троих достаточно! Все сделали шаг назад!
              Группа отступила, а мужик принялся тыкать в браслет на запястье. Так он под этот антиквариат гаджет замаскировал? Хитро.
              − Пошел! − сурово рявкнул рыжебородый.
              Я с удивлением посмотрел на Сергея:
              − Кому это он?
              Тот пожал плечами:
              − Кто его разбе...
              И тут ковер под нами словно ожил: он дрогнул, зашевелился и начал медленно подниматься в воздух. Оставшиеся на берегу новобранцы дружно ахнули.
              − Ой! − взвизгнула вдруг Светка, вцепившись пальцами в ворс.− Что это?
              Несколько секунд ковер висел на месте, а затем неохотно двинулся в сторону океана. Чайки с криками разлетелись в стороны.
              − Понабрали идиотов,− проворчал нам вслед рыжебородый. − О коврах-самолетах никогда не слышали?
              Прижавшись друг к другу, мы изумленно оглядывались.
              − Охренеть можно! − присвистнул Серега.
              Между тем берег медленно отдалялся. Необычный транспорт парил на высоте в несколько метров. Под нашими задницами он немного проседал, но в целом казался вполне горизонтальным, словно на полу лежал. Н-да, любопытная штуковина. Интересно, как она работает?
              Видимо, Сергей подумал о том же, потому что лег на живот и осторожно глянул вниз, а я интуитивно подался в противоположную сторону, дабы не нарушить равновесия.
              − Низковато летим,− крикнул он. − Брызги от волн почти долетают.
              − Боишься промокнуть? − усмехнулся я.
              − Да слышал, что мокрые ковры-самолеты имеют обыкновение падать.
              − Откуда слышал? − вздрогнула Светка. Она все еще заметно нервничала.
              − От верблюда, блин. Ну что ты как маленькая? В сказках читал, естественно.
              Девушка надулась и плотнее прижалась ко мне. А я, слегка приобняв ее, крикнул:
              − Серега, видишь, как он работает?! Моторчик внизу, что ли?
              Тот изогнул шею, пытаясь заглянуть под ковер, и через пару секунд возвестил:
              − Нет тут ни хрена.
              − То есть как?!
              − А так − пусто.
              Сергей отодвинулся от края, посмотрел на прильнувшую ко мне Светку и подмигнул. А я, сняв руку с ее плеча, пощупал ковер ладонями. Ничего твердого, никакого каркаса.
              − Почему он не прогибается, не понимаю? И как летит без двигателя?
              Мы немного погадали, строя предположения одно нелепее другого, и вскоре я почти привык к странному транспорту. И даже начал двигаться, подполз к краю и огляделся. Берег уже скрылся из вида, а позади, в нескольких сотнях метров от нас, маячил второй ковер-самолет, на котором летела следующая тройка. Я указал на него своим спутникам, Серега бесстрашно встал в полный рост и помахал руками. Ничего так стоит, вполне надежно.
              Я подвинулся к краю, внимательно наблюдая за поведением ковра. Обалдеть, даже не изгибается. Похоже, решетка внутри достаточно жесткая. А если сесть, свесив ноги, как на скамейке?
              Что ж, можно попробовать. Я уселся на краю, болтая ногами в воздухе, а Серега сделал шаг в другую сторону, чтоб сохранить равновесие.
              Господи, хорошо-то как! Измотанный бесконечной работой, тревогой за сестру, страхом подхватить жуткую болезнь, я искренне наслаждался теперь этим необычным полетом. Солнце припекало, теплый ветерок обдувал лицо, внизу шумел океан, и казалось, что теперь все мои беды позади. Я раздобуду Фиолы, спасу Аришу, может, перевезу ее на Риалон. В лепешку разобьюсь, но так и будет!
              Прямо под нами по волнам скользило крохотное суденышко. Наверное, рыболовное. Сразу вспомнилась песня "Агаты Кристи", я выпятил грудь и заорал:
               На ковре-самолете
              Мимо радуги
              Я лечу, а вы плывете
              Чудаки вы, чудаки.

              Светка залилась серебристым смехом, и я повернулся к ней:
              − Неужели так забав...
              Все произошло в одно мгновение. Ковер слегка тряхнуло, словно он налетел на невидимое препятствие. Пятая точка соскользнула, и я ухнул вниз, но в последнюю секунду успел схватиться за бахрому. И краем глаза заметил, как на ковре, летящем следом, люди испуганно вскинули руки, а наш угрожающе накренился, заставив Светку завизжать от страха.
              Вися над водной бездной, я вдруг почувствовал, что пролетаю сквозь вязкую преграду. Словно в желе попал. На мгновение по моему телу и по ковру пробежали желто-рыжие искры, все вокруг затуманилось, как за толстым непрозрачным стеклом. Секунда − и день снова ясен, воздух чист, и никаких тебе разрядов и препятствий. Вот только я по-прежнему вишу над океаном, а пальцы медленно, но неумолимо скользят вниз.
              Серега сориентировался моментально − крикнул Светке:
              − Быстро на ту сторону, за ноги держи! − и бухнулся на живот, рыбкой нырнув ко мне: − Подтягивайся, Димон, подтягивайся! Хватайся!
              Он держал меня за запястье, а я висел, намертво сжав бахрому одеревеневшими пальцами, каждую секунду рискуя свалиться в пенящиеся волны и утянуть его за собой. Не смотреть, только не смотреть вниз! Держаться! Держаться!
              Сергей, чтоб не скользить вперед, вынужден был вцепиться в ворс, удерживая одной рукой вес тела. Второй он перехватил меня за шиворот, когда я, напрягая все силы, сумел подтянуться и упереться локтями в твердый край ковра. Но тот кренился, и мы медленно сползали вниз.
              − Отпусти! − прохрипел я.
              Не хватало еще его с собой прихватить. Уж коли погибать, так одному.
              На покрасневшем лбу Сереги вздулись вены, мышцы под тельняшкой дрожали от напряжения. Одним отчаянным рывком он выдернул меня на ковер и тут же откатился в сторону, чтобы удержать его в равновесии. Я крутанулся к центру и в бессилии повалился на ворс.
              С минуту мы лежали, ловя губами воздух и тяжело дыша. Ни фига себе приключеньице! Как живы-то остались?
              − Мне одному показалось, что мы въехали в какое-то небесное болото? − выдохнул я, пытаясь унять дрожь, бившую меня то ли от страха, то ли от напряжения.
              − Ага, − кивнул Серега. − На силовое поле похоже. Какое-то природное явление, видимо.
              − Могли бы перед полетом предупредить, − нервно сказала Светка. Она сидела между нами, съежившись от страха, и хлопала обезумевшими глазами.
              − Помолчала бы! Что ж не держала? Где я тебе велел быть?
              − Да ладно тебе... Серый, − дыхание все еще сбивалось, как после долгого забега. − Испугалась девчонка... Бывает.
              В ответ на мои слова Светлана робко кивнула. Ни дать ни взять беззащитный зайчик под кустом.
              − Спасибо, Серега, − я подвинулся ближе и протянул руку, стараясь скрыть мелкую дрожь в пальцах. − Век не забуду, брат.
              − Нормально, Димыч, − он усмехнулся и крепко сжал мою ладонь. − Эх, закурить бы!
              Сигареты, как и вещи, нам пришлось оставить на континенте, даже мобильники не разрешили взять с собой. С чем это связано, никто не объяснял, обслуживающий персонал лишь неопределенно махал рукой в сторону океана − мол, там узнаете. Прихватить с собой удалось лишь бутерброды с завтрака. Кто знает, когда в следующий раз удастся пожрать, вот и взял парочку. И Светке, конечно, присоветовал.
              Мы молча сидели рядом, переживая недавнее происшествие. Слегка успокоившись и пообещав себе впредь быть осторожнее, я повернулся к ребятам.
              − Что знаете об этом тестировании, народ?
              Светка пожала плечами, а Серега задумчиво ответил:
              − Вроде там какая-то историческая реконструкция.
              − Да, это слышал.
              Отвернувшись и глядя на океан, девушка пожаловалась:
              − Ох, не люблю я эти игры.
              Сергей удивленно вскинул брови:
              − А зачем тогда сюда поперлась? Сидела бы себе дома.
              − Была причина.
              − Поделишься? − спросил я. − Наверное, за Фиолами?
              − Секрет, − она смутилась. − Потом как-нибудь расскажу.
              − Понятно. А ты, Серег?
              − Не, мне Фиолы без надобности, самому б не заболеть, и ладно. Запарился жить в нищете и разрухе, вот и решил поискать место под солнцем.
              − Ясненько. А где жил?
              Сергей повел плечами, словно вопрос ему не понравился.
              − В Иркутске. А ты?
              Я коротко рассказал о себе и больной сестре. Потом, вспомнив о бутербродах, достал один из кармана и протянул Сереге. Тот с удивлением хмыкнул и впился в него зубами. Светлана радостно кивнула.
              − Хорошая идея, − вынула свой и с явным удовольствием откусила.
              Мне же воспоминания о недавней опасности напрочь отбили аппетит. Поэтому последний бутерброд, завернутый в салфетку, я отправил обратно в карман. Мои спутники быстро доели, и мы снова надолго замолчали.
              Размышления прервал Светкин возглас:
              − Ой, смотрите!
              Мы с Серегой одновременно повернули головы − вдали виднелся темный силуэт большого острова. И наш коврик довольно бодрыми темпами приближался к нему. Не реактивный самолет, конечно, но скорость неплохая. Сейчас, когда появился ориентир, это стало особенно заметно.
              До самого приземления мы с жадностью разглядывали остров. Он порос лесом, хотя вдалеке угадывались горы. Ближе к нам расстилались зеленые луга, а на берегу сгрудилось сотни две допотопный строений. Ни асфальтированных дорог, ни линий электропередач. Чудеса.
              − Ну и дыра! − поморщилась Светка.
              Вскоре мы мягко спланировали на берег и покинули наш опасный "борт". Как же приятно почувствовать под ногами твердую землю! Впрочем, рыхлый песок, тут же набившийся в кроссовки, вряд ли оправдывал такое название.
              Неподалеку, там, где начиналась трава, стоял кряжистый детина лет тридцати в широких портах и вышитой орнаментом косоворотке, подвязанной кушаком. У его ног вертелся пес, очень похожий на Шарика из Простоквашино. Тело животного покрывал прикрепленный к ошейнику кусок черной ткани. Ни дать, ни взять − настоящий собачий плащ. А с двух сторон, как у навьюченного ослика, висели кожаные котомки.
              − Доброго вам здоровья, пилигримы, − расплылся в улыбке мужичок, когда мы подошли к нему. − Устали, небось, после дальней дороги-то?
              − Ага, особенно ноги, − Светка красноречиво потерла колени. − Здравствуйте.
              − Ну, скоро отдохнете. Не вы первые, не вы последние, сейчас народу из-за купола все больше прибывает. − Меня, кстати, Парамоном звать. И, да, добро пожаловать на остров Синеус!
              Куда-куда?! Мы с Серегой переглянулись.
              − Синеус? Разве это не Риалон?
              − Риалон дальше, − неопределенно махнул рукой детина. − Чтоб туда попасть, вам надобно сначала подучиться. Мелизора − она вся из островов состоит. Наш, к примеру, русский. А есть еще аглицкие, немецкие, и для других иноземцев. Тут покамест побудете, сил наберетесь.
              Я почувствовал разочарование: так, значит, до Риалона пока не добраться? А Фиолы? Может, они и здесь встречаются? Как бы все это не оказалось ловкой разводкой.
              − Странное название у вашего острова, − качнул головой Серега. − А Трувора и Рюрика нет случайно поблизости?
              − Уже не впервой от пилигримов эти имена слышу. Не знаю я таких земель. Могу сказать только, что наш остров в честь прославленного героя назван − великана Синеуса, − Парамон хмыкнул и, глядя в сторону океана, добавил: − О, новые гости прибыли. Пойду за ними. А вас мой помощник проводит, − он кивнул на собаку. − Надобно вам пыль дорожную смыть, чтоб на Синеус зараза с Проклятых земель не попала.
              Я в недоумении покосился на Парамона. Проклятые земли? Нехило он весь остальной мир в своем захолустье окрестили, впечатляет.
              Пес звонко гавкнул и потрусил в сторону холмика, поросшего травой.
              − Ну что, пойдем? − мотнул я головой, и мы поспешили следом.
              − Сейчас в клинику проводят, − с видом знатока сказал Серега. − Небось, дезинфицировать будут.
              − Ага, в клинику, − недоверчиво ухмыльнулась Светка. − Эта собачка точно куда-нибудь не туда нас заведет. Похоже, с кадрами у них полный швах.
              − Не заведет, − усмехнулся Серега и кивнул на одеяние пса. − Не видишь, что ли, это ж самый настоящий "черный плащ спешит на помощь".
              − Не, это Шарик из Простоквашино, − потрепав псину по голове, я достал завернутый в салфетку кусок хлеба с колбасой. − Сейчас будем его неправильным бутербродом кормить.
              Не успел я присесть на корточки, как пес клацнул зубами, и от моей нычки ничего не осталось. Он с удовольствием облизнулся и... подмигнул. Глюки, что ль?
              Мы спустились с холма и оказались у живописного озерца, обрамленного березовой рощей. Пес остановился на берегу, всем своим видом показывая, что мы прибыли на место. Я посмотрел по сторонам. Красотища невероятная. С вершины свисающей над водой невысокой скалы срывались потоки водопада, искрящиеся солнцем.
              − Я же говорила, что он нас неизвестно куда заведет, − послышался Светкин голос. − Тут ни больницы, ни клиники, ни даже самого завалящего фельдшерского пункта не видно. Зря только на холм взбирались.
              − Зато красота какая, − сказал я.
              − Она права, − поморщился Серега. − Нужно к Парамону возвращаться. А красотами у нас еще будет время полюбоваться.
              Повздыхав, мы повернули было обратно, но пес неожиданно пригнулся к земле, скинул с себя котомки и зарычал.
              − Во дает Шарик! − удивленно воскликнул я. − Мы его тут колбасой кормим...
              − А он нам фигвамы рисует, − подхватил Серега.
              − Р-р-рав! Нельзя пыль пр-роклятую р-разносить! − внезапно рявкнул пес. − Все в озеро, под водопад!
              − Охренеть! − только и смог выдавить я.
              − И не Шарик я вовсе, а Лаврентий, − продолжил он.
              В доказательство он взбрыкнул задними лапами, как необъезженный скакун. Его плащ задрался, и на боку, среди шерсти, показалась светящаяся надпись: "Пес Лаврентий".
              У Сереги зримо отвисла челюсть, а Светка попятилась назад и упала в воду. У меня вид, наверное, был не лучше.
              Сергей с трудом сглотнул и выдал:
              − Ничего сверхъестественного. Видимо, биоробот с искусственным интеллектом. А вы думали, реально в сказку попали?
              − Ну и фантазеры в Корпорации! Для меня и ковер-самолет перебором был, а это... − я покачал головой. − Не знаю, как у вас в Иркутске, а у нас в Питере такого точно не встретишь.
              − Ясно, киборг-убийца, − вздохнула Светка. − А водица, между прочим, теплая. Я, пожалуй, искупаюсь. И не думайте, что из-за него, сама страсть как люблю поплескаться.
              Она с опаской покосилась на Лаврентия, скинула кроссовки и прямо в джинсах и блузке зашла в озеро. Оно было неглубоким − по пояс, не больше. Светка зажмурилась и, довольно фыркая, залезла под струи водопада. И тут я с изумлением увидел, что одежда на ней стала таять, оголяя стройное девичье тело. От такой картинки у меня чуть ширинка не лопнула.
              − Ну и дела, − прошептал обалдевший Серега.
              Светка, сообразив, что происходит, испуганно завизжала. Прикрывшись руками, она присела, и теперь над водой виднелось только перекошенное от злости лицо.
              − Вы это специально подстроили, да? А ну отвернитесь, чего уставились?! − Мы с Серегой, как по команде, уселись на берег, повернувшись к ней спиной. − Эй! Тебя это тоже касается!
              − Я же собака, чего меня стесняться? Но если тебе так спокойнее... − послышался явно насмешливый голос Лаврентия.
              Краем глаза я заметил, как он подтолкнул лапами Светкины кроссовки в озеро, на поверхности воды выступили пузыри, что-то булькнуло, и обувь, словно в кислоте, растворилась. Серега растянулся на траве и блаженно закрыл глаза. А пес зубами вытащил из котомки комплект одежды, перетянутый веревкой, и положил на берег рядом с водой. Затем подтянул за собой обе сумы и сел рядом со мной. Я невольно напрягся. А вдруг коротнет? Биоробот все-таки.
              − Колбаса у тебя действительно знатная была, − доверительно сказал пес. − Никогда такой вкуснотищи не пр-робовал. Спасибо.
              − Ага, сырокопченая. Мне она тоже нравится.
              Вот ведь дурдом, сижу, с собакой болтаю.
              − Ты извини, что облаял, но эта ваша пр-роклятая пыль... Да и Гор-рдей давно дожидается. А он нервный, время попусту терять не любит.
              − Понимаю, работа есть работа. А что за Гордей?
              − Знахарь, как отмоетесь, к нему пойдем, − пес внимательно посмотрел на меня и вдруг сказал: − А ты добрый. Давай-ка я тебе подарок на память вручу.
              Лаврентий пошерудил мордой в одной из котомок, зубами вытащил кулон на кожаной тесемке и опустил мне на ладонь. Я покрутил его в руке. Самоделка на уровне кружка "Умелые ручки". Полупрозрачный белый камушек, кое-как втиснутый в грубую свинцовую оправу. Я бы такой точно постеснялся кому-то дарить. Ладно, потом выкину. Не обижать же добрейшего пса.
              − А он не растворится? − спросил я, надевая украшение на шею. − Мне ведь еще в вашей луже с серной кислотой бултыхаться.
              − Не, там только вещи из-за Магического купола тают. А амулет мне дед оставил, говорил, что этого камушка дух Павшего Бога коснулся, − гордо поднял морду Лаврентий. − Правда, я не почувствовал. Но вдруг тебе повезет.
              − Спасибо, − я благодарно потрепал пса по загривку и задумался.
              Магический купол... Парамон его тоже упоминал. Не та ли эта вязкая жижа, из-за столкновения с которой я чуть не свалился с ковра? Правда, никто из нас не заметил никакого купола. Может ли он быть невидимым? Вполне. Достаточно сделать его из материала с равным воздуху коэффициентом преломления. То, что мы в тот момент пролетали сквозь какую-то преграду, несомненно − я чувствовал ее и видел искры. Cиловое энергетическое поле, защищающее острова от проникновения заразы? Остроумно.
              За спиной послышалось шуршание, и Светкин голос объявил:
              − Все, мальчики, я готова. Можете поворачиваться.
              Щеки ее так и горели румянцем, то ли из-за недавнего конфуза, то ли из-за купания. Она была одета в длинную, до пят, холщевую робу с разрезами до колен. На ногах лапти. Я улыбнулся: забавный прикид.
              − Ага, вот и я говорю, мешок мешком, − рассмеялась она. − Но не ходить же голой. Хотя вы были бы только рады такому. О, придумала! − Светка подняла веревку, которая раньше перетягивала сверток с ее одеждой, и повязала на талии. − Так лучше?
              − Прямо королева полей, − изобразил я восхищение. − А если, пока мы купаемся, еще и венок сплетешь, вообще отпад будет.
              Пес тихо зарычал, явно намекая, что болтовня затянулась.
              Серега поднялся, мы разделись и нырнули в теплую воду. Я с легкой завистью покосился на его торс: мышцы под кожей перекатываются, словно стальные, грудь широченная, на предплечье наколота какая-то птица. Орел, что ли? В общем, мне еще качаться и качаться, чтобы такими бицепсами обзавестись.
              Когда мы вылезли из озера и обрядились в бесформенные холщовые штаны и рубахи, Светка и в самом деле ждала нас с венком из крупных ромашек на голове.
              − Натягивайте лапти и за мной! − скомандовал Лаврентий. − Знахарь Гордей, небось, уже рвет и мечет.
              − Надеюсь, там нас раздевать никто не станет, − хмыкнула Светка.
              − Наоборот, − пес мотнул головой и затрусил к вытоптанной в высокой траве дорожке.
              Мы выстроились гуськом и быстрым шагом двинулись за ним. Попетляв в поле, заросшем высоченным кипреем с пышными розовыми соцветиями, тропинка оборвалась у зловонного болота с видневшимися кое-где мшистыми островками. После благоухания полей запах тины и протухшей стоячей воды заставил меня поморщиться. Ловко прыгая с кочки на кочку, Лаврентий двинулся вглубь трясины, а мы нехотя поплелись следом.
              Минут через пять впереди показался болотный островок, на котором стояла хижина из веток, с крышей, покрытой бурым мхом.
              − Добрались. Вот и домик знахаря Гордея.
              − Как только до магазина дойду, сразу эти лабутены сменю. Позорище, а не обувь, − проворчала Светка, стряхивая тину с лаптей, и мы направились к покосившейся двери.






    Глава 3






              В хижине царил полумрак, едкий запах химикатов бил прямо в нос. Я огляделся. На веревках вдоль стен гирляндами висели пучки трав, выпотрошенные трупики змей и сушеные лягушки размером с упитанного кролика. Кругом шкворчали, дымились и пузырились чугунки и горшочки с каким-то варевом. Из-за льняной занавески в углу выглядывал тюфяк с торчащей во все стороны соломой.
              − А, прибыли, голубки, − послышался добродушный голос.
              В полумраке я не без труда разглядел хозяина жилища, суетящегося возле стоящего на огне котла. Зачерпнув из бадьи с десяток извивающихся пиявок, он забросил их в жуткое варево, вытер руки о пучок сухого мха и направился к нам.
              Я с любопытством посмотрел на странного болотного жителя. На доктора Айболита явно не тянет. Маленький, Светке едва до плеча достает. Круглое как блин лицо, взлохмаченная борода, давно не мытые волосы сосульками свисают почти до пояса. А прямо на голое тело натянута облезлая козлиная шкура, перетянутая потертым кожаным ремнем.
              − Вот, обосноваться здесь решили, − кивнул на нас Лаврентий.
              − Это хорошо, − потер руки знахарь. − Люблю новые лица. Вы присаживайтесь, гости дорогие, − он показал на скамейку, сделанную из нескольких старых пней, − а я вам быстренько знаки Мелизоры нарисую. Вы же за этим пришли?
              Мы удивленно переглянулись.
              − За этим, за этим, − подтвердил пес и повернулся к нам: − Ну, мне пора за следующими. Дед Гордей покажет вам дорогу в деревню. До встречи.
              Через пару мгновений его в хижине уже не было. А знахарь, внимательно оглядев каждого из нас, спросил:
              − Ну-ка, под какими именами здесь жить будете? Только хорошо подумайте.
              − Рокот! − выпалил я.
              − Новое имя? − Светка растерянно посмотрела на нас. − Как думаете, какое мне подойдет?
              − Яга − в самый раз будет, − усмехнулся Серега.
              − Да ну тебя, дурак.
              − Лучик, − предложил я. − Лучик света − хорошо же?
              − Пожалуй, − улыбнулась она.
              − А я долго мудрствовать не стану. Пусть будет Серый. А там уж кто как решит, серый волк или серый кардинал.
              − Ну что ж, − Гордей вытащил из бочки кусок вымоченной кожи и подошел к нам, − кто первым будет?
              Я пожал плечами и шагнул вперед, глядя на стекающие прямо на застеленный травой пол мутные капли.
              − Хорошо. Засучи левый рукав.
              − Татуировку будете делать?
              − Можно и так сказать.
              Гордей приладил мне кожаный лоскут от локтя до запястья, перетянул его просмоленной веревкой и завязал тугой узел. Тут же появилось сильное жжение, руку точно в огненную лаву запихнули, а кровь в венах словно закипела. Через несколько секунд неприятное ощущение исчезло, и теперь чувствовалось лишь легкое пощипывание и зуд.
              Тем временем знахарь ловко проделал ту же манипуляцию с моими друзьями. Я заметил, как Светкино лицо перекосилось от боли.
              − Потерпи, девонька, так надо, − ласково сказал Гордей. − А пока знак приживается, давайте я вас зельями угощу. Они у меня ядреные, силушку на долгое время прибавить могут.
              − Нет, нет! − я замотал головой, бросив косой взгляд на горку дохлых мух, возвышающуюся на разглаженном лопухе. − Мы ни капельки не устали.
              − Может, тогда сбитня горячего?
              − Спасибо, дедушка, мы уж как-нибудь... − усмехнулась Светка.
              Знахарь внимательно посмотрел на нее и покачал головой. Но спорить он не стал, лишь взглянул на наши руки и кивнул.
              − Все, можете снимать кожицу.
              Я попытался развязать узел, но ничего не получилось.
               − Э, мои узелки так просто не распутаешь, − глядя на меня, усмехнулся Гордей. − Их только разрубить можно.
              − Тоже мне, гордиев узел, − едва слышно пробурчал Серега.
              Знахарь, точно фокусник, вытащил нож, лезвие рассекло воздух, и веревка рассыпалась. Я аккуратно скрутил наложенный лоскут и от увиденного чуть не свалился со скамьи. На внутренней стороне руки, от запястья до локтевого сгиба, сквозь кожу отчетливо проступала сияющая зеленая надпись:
               Рокот, 1 уровень.
              Как говорили в старой сказке − это как же, вашу мать, извиняюсь, понимать?!
              − О-фи-геть! − нараспев воскликнула Светка. − Неужели и у меня то же самое?
              Гордей помог ей и Сергею избавиться от веревок, и все одновременно уткнулись в светящиеся татуировки.
              − Хочешь сказать, теперь мы тоже биороботы? − немного придя в себя, спросил я Серегу.
              − Не. Новые технологии. Думаю, в той жидкости наночастицы были. Вот они, проникнув в организм, этот трюк и устроили.
              Я кивнул. В принципе, похоже. И откуда только Сергей все это знает?
              Гордей сокрушенно вздохнул.
              − Ну, вот чего болтаете? Обыкновенная магия. А теперь вот что...
              Он шагнул к подгнившему деревянному сундучку, пристроенному в углу, и достал из него три браслета, похожих на те, что я видел на руке рыжебородого. На широком кожаном ремешке со шнуровкой поблескивал матовым светом плоский прямоугольный камень с закругленными углами. Под ним располагалась целая россыпь маленьких, точно бусинки, разноцветных камушков. Интересная вещица, прямо как дисплей с кнопками.
              − Надевайте.
              Я обвил запястье кожаным ремешком и хотел застегнуть, но, к моему удивлению, шнуровка затянулась сама, выровняв камень по центру. Не поверив своим глазам, я попытался сорвать наглый аксессуар, но не тут-то было − браслет словно прирос к моей коже. Оглянулся на друзей − по их взглядам было видно, что они ошалели не меньше моего.
              Глядя на нашу реакцию, знахарь тихо хихикнул в бороду.
              − Теперь они навсегда с вами, − произнес он. − Это Наручи Отражения. Все, что в этом мире с вами произойдет, в камне отразится. Он обо всем расскажет. И переговариваться через них можно.
              Я уставился на камень-дисплей. Пусто. Значит, пока с нами ничего не произошло? А ковер-самолет, говорящая собака, растворяющаяся одежда и прочие чудеса − это, по здешним понятиям, видимо, не заслуживающие внимания мелочи.
              − Ну вот, − улыбнулся Гордей. − Теперь вас можно считать настоящими мелизорцами.
              Похоже, аудиенция окончена. Я поднялся, протягивая знахарю руку, и тут же покачнулся. Вдруг навалилась такая слабость, что пришлось снова сесть на лавку.
              − О, это ничего. Скоро привыкнете.
              Сергей встал и тоже с трудом удержался на ногах. Стоял, покачиваясь.
              − Что это, дед?
              − Татуировка-то наша не простая, − хитро прищурился знахарь. − Она вас всех к одному уровню приводит, девушек усиливает, мужиков ослабляет. Чтоб поначалу все честно было, значит. А там уж от вас самих зависит, как скоро вы разовьетесь.
              То есть через этот кусок кожи они в наши организмы какую-то дрянь запустили, чтоб уравнять шансы в исторической реконструкции? Что за чушь? Зачем?!
              − Я бы, пожалуй, все-таки от сбитня сейчас не отказался, − произнес между тем Серега.
              − Правильно, паря, − обрадовался Гордей. − Негоже стесняться, коли путь такой за плечами. А за смелость я тебя своим фирменным одуванчиковым настоем угощу.
              Знахарь откинул циновку посреди пола, открыл показавшуюся под ней крышку и, пошарив рукой в подполе, достал пузатую бутыль.
              − Вот, − он наполнил доверху глиняную кружку и протянул Сереге. − От этого зелья у тебя усталость как рукой снимет, да и от врага в нужный момент укрыться сможешь.
              В свете тлеющей лучины варево переливалось янтарем и светилось каким-то внутренним светом, словно в нем утонуло маленькое солнышко. Я с завистью смотрел, как Серега жадными глотками опустошает кружку. Но попросить и себе порцию почему-то не решился.
              − Ух, − выдохнул Сергей, справившись с угощением, и вытер губы. − Вкуснотища невероятная. Спасибо, дед.
              На секунду мне показалось, что его лицо размылось, и он как две капли воды стал похож на Гордея. Я тряхнул головой − наваждение пропало.
              Тут раздался резкий писк.
              − О, бипнуло! − воскликнул Сергей.
              − И этот туда же, − покачал головой Гордей. − У вас, странников, прямо мода какая-то называть Наручи Отражения биперами.
              Серега взглянул на браслет на руке и с удивлением прочел:
              − Маскировка плюс пять.
              Гордей энергично закивал
              − Угу, я ж говорю, фирменный. А теперь вам пора, вот-вот следующие гости пожалуют. Обойдете мой домик и увидите подмостки, они прямиком до деревни ведут. Там управу сыщите. Понадобятся зелья какие − милости прошу. Ну, удачи вам, добрые люди.
              На выходе из хижины мы столкнулись с Лаврентием, которого сопровождали трое мужчин, двое нашего возраста, и один − лет сорока. Именно они летели на следовавшем за нами ковре-самолете. Сейчас на них были такие же холщовые штаны и рубахи.
              − Вы закончили? − деловито осведомился пес. − Идете в Черный Камень?
              − Куда?!
              − Ну, деревня так называется. Жить там будете.
              Мы с Серегой одновременно кивнули.
              − Ага, нас Гордей в управу послал.
              − Верно. Найдете там Элмера, он скажет, что дальше делать.
              Я присел и погладил пса по голове.
              − Спасибо за помощь, друг. До встречи.
              Пес радостно гавкнул, а на моей руке пискнул браслет.
              Репутация с персонажем Лаврентий +5. Текущее значение 25.
              А вот и моя первая запись в мире Мелизоры! Интересно, когда ж я успел еще двадцатку набрать? Бутербродом, что ли? Или репутация изначально не нулевая?
              Попрощавшись, мы обогнули хижину Гордея и вышли к мосткам, перекинутым через болотную жижу. На другом берегу виднелся небольшой песчаный косогор, к нему мы и направились. Впереди шагал Сергей, за ним − Светка. Я же замыкал процессию, шел, не глядя по сторонам, и размышлял.
              На камне было написано, что Лаврентий − персонаж. Значит, Серый прав, и это биоробот, иначе с чего бы обзывать его персонажем, как в пьесе или компьютерной игре? Но мне говорили об исторической реконструкции, это совсем иное. Никого, кроме людей, в реконструкциях обычно не предусмотрено. Странно...
              Между тем мы поднялись на косогор и оказались перед небольшими деревянными воротами, настолько низкими, что они скорее напоминали дверь в ковбойские салуны, какими их показывают в старых фильмах. По сторонам ворот начинался невысокий, мне до груди, плетень. А перед ними стояли два стражника в коротких синих кафтанах, из-под которых виднелась кольчуга. На головах − островерхие шлемы-ерихонки с плюмажем из синих перьев. В руках оба держали до блеска начищенные бердыши.
              Вот это я понимаю! Настоящая реконструкция!
              Старший из стражей, бородатый крепыш, на лице которого была написана смертная скука, равнодушно спросил:
              − Новенькие?
              − Да.
              − По лаптям сразу понятно. В озере купались? У Гордея были?
              − Да.
              Он устало кивнул и, не сказав больше ни слова, пропустил нас.
              Мы миновали ворота и оказались на краю деревни. Вдоль улицы стояли небольшие бревенчатые избы с гонтовыми крышами и палисадниками за низким заборчиком. Некоторые из них смотрелись сносно, другие совсем обветшали.
              Потоптавшись в растерянности, мы переглянулись, и Серега вернулся к воротам.
              − Господин стражник, − услышал я его голос. − Не подскажете ли, где найти управу?
              − На рыночной площади. Идите прямо, не пропустите.
              И мы пошли, с любопытством осматриваясь. Запах свежего сена и навоза щекотал ноздри. Длинный ряд разномастных избушек тянулся до самого горизонта, окна некоторых мерцали зеленоватым светом. По пути попалась пара колодцев, настоящих, с ведром на цепи. Время от времени раздавались неожиданные звуки: то молот ударит по наковальне, то овца заблеет, то собака зайдется заливистым лаем. А издалека, постепенно нарастая, слышался глухой шум, словно мы приближались к жужжащему пчелиному рою.
              Идя по деревне, мы недоуменно переглядывались. Какое же странное место! Мимо то и дело проходили парни и девушки, кто в рубахе и штанах, кто в кафтане, кто в кожаной броне. Света вертела головой и непрерывно морщила носик − увиденное не лезло ни в какие рамки.
              − Где это мы? − наконец не выдержала она.
              − Начальная локация гребаной игры, − неожиданно ответила проходящая мимо невысокая женщина в костюме из грубой кожи.
              − Игры? − влез Серега.
              − Ну да, а чего ж еще-то? Игра и есть, причем смертельная. За тот месяц, что я здесь, уже мужа успела потерять − местные твари его на части разорвали.
              Она поджала губы и прибавила шагу, а мы в растерянности остановились. Светка повела плечами, словно в ознобе. Да и мне от таких слов стало слегка не по себе. Похоже, нелегко будет добраться до заветных Фиолов.
              Между тем, шум становился все громче, и скоро стало понятно, что впереди гомонит целая толпа. Да и народу прибавилось. Одни смотрели на нас с любопытством, другие с неприязнью, третьи, ни на кого не глядя, спешили по своим делам. Скрипя, проехала телега, влекомая старой клячей. Проскакала мимо пара всадников, один из них, могучий юноша в кольчуге и шишаке − не иначе как Добрыня Никитич − залихватски подмигнул Светлане. Та вздернула подбородок и отвернулась.
              По мере того, как мы подходили к рынку, дома становились приличнее, а у самой площади виднелись настоящие терема. Не такие уж и убогие, как показалось с ковра-самолета. Невдалеке я заметил высокую оштукатуренную башню, а на ее вершине − колокол. Н-да, вот это антураж!
              Вертя головой во все стороны, я чуть не споткнулся о нищенку, которая сидела у дороги и просила милостыню. Вместо одежды - лохмотья, лицо иссушенное, морщинистое, а в глазах, обрамленных черными кругами, стояла такая мольба, что я пожалел об отсутствии денег. Позже обязательно найду ее и дам монету-другую.
              − Дорогу, нубы!
              Злобный окрик за спиной заставил меня обернуться. В столбе пыли, выбитой копытами из грунтовой дороги, неслись три всадника на вороных конях. Все трое были в черной броне, за плечами развевались черные же плащи.
              Я усмехнулся: что это − презентация какого-нибудь клана воронов? Смотрелись они весьма устрашающе, но здесь, в спокойной обстановке русской деревни, выглядели инородно и потому смешно. Но сами, видимо, этого не понимали − в ответ на мою ухмылку всадник, скакавший впереди, обжег меня недобрым взглядом.
              Вскоре мы подошли к площади, от которой лучами расходилось не меньше десятка деревенских улиц. Здесь в изобилии были расставлены прилавки, на них красовались мечи, луки, дубины, одежда, пузырьки с разноцветными жидкостями, какие-то коренья, травы, камни. Торговцы отчаянно расхваливали свой товар, особо упирая на редкие свойства. Отовсюду слышалось:
              − Длинные луки повышенной прочности от лучших мастеров Синеуса!
              − Кожаный пояс на плюс к выносливости, один-единственный!
              − Затачиваю, инкрустирую, клепаю! Быстро и недорого!
              − Кольчуга, прекрасная кольчуга с бонусом на защиту! В ней вам не страшен сам Змей-Горыныч!
              Народу − не протолкнуться. И шум стоял такой, словно грохотал водопад. Кто-то зазывал покупателей, кто-то отчаянно торговался, кто-то искал напарника для совместной охоты. К этому добавлялся визг затачиваемых мечей, бурление варящихся прямо здесь настоек, цокот копыт, крики чаек.
              Чего только ни предлагали − кроме оружия, брони и зелий, на прилавках красовалась бижутерия, свитки пожелтевшего пергамента, запечатанные сургучом, хрустальные шары и даже еда. Ее, судя по всему, готовили прямо здесь. В воздухе плыл дразнящий аромат пряностей. Невероятно, но среди торговцев попадались невысокие бородатые мужички, подозрительно похожие на гномов. Я покосился на Серегу со Светой и убедился, что они поражены не меньше меня.
              − Слышь, Серый, либо я дурак, либо это больше смахивает на компьютерную игру, чем на реконструкцию.
              − Точно, − кивнул он.
              Среди разноцветных склянок на дубовой столешнице я увидел пузатую колбу с фиолетовой жидкостью. Стремглав подскочил к ней и деловито спросил у низкорослого крепыша:
              − Почем Фиолы?
              − Чего? − гном с недоумением посмотрел на меня, а поняв суть вопроса, заливисто рассмеялся. − Вы только посмотрите на этого кренделя! Фиол ему подавай! Да такого раритета не то, что в нашей дыре, даже в Треглаве не сыщешь. Ну, рассмешил! До слез прямо. Послушай, парень, у тебя явно что-то не так с прокачкой. Кинул бы пару очков в интеллект, а?
              Вот хамло коротконогое! Интеллект его мой не устраивает. Хотя, конечно, он прав: будь Спасительный Эликсир в свободной продаже, кто бы стал тут торчать? Купил, и домой. Но нет, придется потрудиться.
              Я уныло направился к друзьям, которые вертели головами во все стороны. Да уж, нечасто такое увидишь. Похоже, здесь и в самом деле все сделано под ролевуху, пусть и с уклоном в фольклор. Впрочем, к фольклору можно было отнести лишь ковер-самолет и с натяжкой − гномов, остальное скорее походило на старинную, но вполне реальную жизнь.
              Вокруг площади сгрудилось десятка два теремов, двух− и трехэтажных. На каждом из них красовалась вывеска: тут был постоялый двор с харчевней, банк, аукцион, магазины и даже баня.
              − О, вроде добрались! − воскликнул Серега, перекрикивая гомон толпы, и кивнул на терем с высоким крыльцом под вывеской "Управа".
              Он был больше остальных домов и выгодно отличался резными наличниками на окнах и вдоль крыши. Активно работая локтями, мы подошли поближе. Да-а, ничего не скажешь, красота − прямо шедевр деревянного зодчества! Не сравнить с обычными домишками. Я машинально перевел взгляд на ближайшую избу и онемел: она стояла не на земле, а на самых настоящих курьих ножках! И вроде бы даже слегка притоптывала, разминая здоровенные лапы. Ухватившись за перила, я без сил опустился на ступеньку теремной лестницы. Это глюки? Мама дорогая, что ж тут творится-то?! Мне и во сне не снилось, что однажды я воочию увижу избушку на курьих ножках, не киношную, а самую что ни на есть настоящую!
              Сергей со Светой проследили за моим взглядом и теперь тоже стояли столбами. Да уж, чудес за сегодняшний день мы встретили немало. Одного ковра-самолета на всю жизнь хватило бы, а тут...






    Глава 4






              Придя в себя, я вслед за Светкой и Серегой поднялся на крыльцо управы и, миновав сени, вошел в терем.
              Тут толпилось множество народа, а позади заваленной фолиантами и свитками стойки стояли две девушки.
              − Квест на пчелиные крылышки дашь? − спросил парень с посохом, пытаясь протиснуться сквозь толпу.
              − Пожалуйста, − кивнула девушка и протянула руку к его браслету.
              − А на корни землеплодов? − крикнул еще кто-то.
              − Завтра приходи. На сегодня − все.
              Я с трудом протолкнулся к стойке и спросил:
              − Эй, красавицы, не подскажете, где тут Элмера найти?
              Даже не повернувшись ко мне, одна из девушек ткнула пальцем в боковую дверь:
              − Туда.
              Мы вошли в комнату, где за игрой в кости сидело четверо. Двое совсем обычные − широкоплечий мужчина в замшевом жакете, похожий на пирата, и девушка в лихо заломленной шляпе с пером. Третьим оказался парень лет двадцати пяти в черной броне и плаще − в нем я узнал недавнего всадника, того самого, что полоснул меня злобным взглядом. Сквозь металлический наруч ярко просвечивала татуировка: "Марсель, 17 уровень". Ну, а четвертым был... Шрек. Или Халк. В общем, точно кто-то из той породы − огромный и зеленокожий. Жесткие черные волосы торчали во все стороны, словно маленькие проволочки, а в левом ухе болталась сверкающая серьга. Он был по меньшей мере на голову выше остальных.
              Я покосился на Серегу, тот пристально смотрел на странного мужика и тоже, казалось, не верил своим глазам.
              − Что, очередные новички пожаловали? −  вопросительно кивнул пират, пока мы втроем в остолбенении разглядывали зеленокожего типа.
              − Д-да, − проблеяла Светка. − Нам бы Элмера.
              "Шрек" встал и с сожалением отбросил кости, казавшиеся крошечными в его огромной ладони. Тяжело вздохнул и пробормотал:
              − Это по мою душу. Макс, позже рассчитаемся.
              И, махнув ручищей, потопал к двери в дальней стене. Наша троица неуверенно двинулась за ним.
              Вскоре мы уже сидели за дубовым столом в небольшой чистой комнате.
              − Приветствую вас в Черном Камне, так называется эта деревня, − сдержанно начал зеленокожий, устроившись на лавке, которая жалобно скрипнула под ним. − Я Элмер, можете считать меня своим наставником. Советую слушать очень внимательно и запоминать все, что я буду говорить − уже не раз особо нетерпеливые ученики платили головой за свою забывчивость. Перво-наперво усвойте: с вами тут никто возиться не будет. Во всех нюансах жизни в Мелизоре вам придется разбираться самостоятельно, я дам лишь основу, чтобы было, от чего отталкиваться. Это ясно?
              Мы с Серегой кивнули, а Светлана уточнила:
              − Простите, а что это был за ковер-самолет, на котором мы прилетели? − и ласково улыбнулась.
              Элмер бросил на нее непонимающий взгляд.
              −  Обыкновенный, на три посадочных места. Больше троих сажать нельзя, может упасть.
              − Некоторым на коврах вообще небезопасно, − Серега с усмешкой покосился на меня.
              Наставник рыкнул так, что стены задрожали.
              − Хватит болтать! Начинаем. Итак, многие из вас прибывают сюда за Фиолами, другие − в надежде убежать от заразы и остаться здесь навсегда. Мы готовы вас принять и помочь. Но, чтобы достичь своей цели, придется постараться. Ваша задача − убивать монстров, выполнять задания, получать за все это опыт и таким образом расти, становясь все сильнее и сильнее. Не получится − вернетесь домой ни с чем.
              Так вот оно что! Значит, все-таки рпг-шка, а не историческая реконструкция!
              − В ближайшее время необходимо достичь десятого уровня, на котором выдаются первые Фиолы. Это непросто, но легкой жизни никто не обещал.
              − На Большой земле плохо работает почта, − встрял я. − Как же вы передаете их?
              − Пока никто не жаловался, − пожал плечами наставник. − Здесь, в управе, есть магическая печать; когда доберетесь до десятого, приложите к ней браслеты. Она зафиксирует правильность левела и даст команду на отправку. Понятно? А теперь к делу. Татуировку получили, полагаю? На ней расписана полная информация о вас.
              Глаза Светланы испуганно расширились, и Элмер это заметил.
              − Да-да, именно так, − кивнул он и в первый раз за все время слегка улыбнулся. − Однако другие могут видеть только ваш ник и уровень. Вам же доступна информация о здоровье и параметрах, выполняемых заданиях и многом другом. Чего нет на татуировке − найдете на камне наруча. Теперь об этих самых параметрах или, как их чаще называют странники, статах. Их у каждого из вас будет восемь, подробности прочитаете на руке. Я лишь скажу, что изначально все они равны единице, и еще по три очка параметров вы получите за каждый новый уровень. Покопайтесь в браслете, найдете, где их распределить.
              Он перевел дух, оглядел нас и, убедившись, что мы внимательно слушаем, удовлетворенно кивнул.
              − Пока будете жить здесь, в Черном Камне. Выбирайте любой дом из тех, где окна мерцают зеленым светом − это значит, что он свободен. Советую потолкаться на рынке, чтобы представлять, что почем, и к чему нужно стремиться. Предметы − оружие, броня, еда, зелья − имеют определенные характеристики, они указаны на краю каждой вещи. После нашего разговора вам выдадут примитивное оружие, потом покормят. И все, дальше сами по себе. Самостоятельно добываете еду, броню и все, что может понадобиться для жизни здесь. Сразу за околицей − монстры, охотьтесь, и будете получать с них деньги, предметы, при везении и шмотка какая-нибудь может упасть. Насколько силен монстр, вы не узнаете, пока не вступите в бой. На коже каждого найдете светящуюся татуировку с именем, по мере уменьшения здоровья она будет гаснуть, вот на это и ориентируйтесь.
              Нехило. То есть выходишь ты дурак дураком из деревни и нападаешь на первого попавшегося монстра, а он оказывается на десяток уровней выше тебя? Хлопнет одним ударом, и поминай как звали. Да уж, жесткие тут правила.
              − Что, даже цвет тату не укажет, насколько он сильнее? − спросил я. − В играх обычно красным обозначают, если уровень монстра намного выше.
              Элмер неожиданно рассердился и гневно ткнул в меня пальцем.
              − Ты уже шестой, кто говорит мне о сходстве Мелизоры с какими-то там играми. Чтоб я больше никогда не слышал этой чуши! Тут всем плевать на твои ассоциации, мы живем так, как жили долгие века наши предки! − Немного успокоившись, он добавил: −  А татуировки у монстров зеленые. Приглашающие, так сказать.
              − Жалко зверюшек-то убивать, − пискнула Светка.
              − Жалко − возвращайся в Проклятые земли, − отрезал наставник, но, помолчав, смягчился: − Зверюшки, как ты выразилась, у нас бесконечные. Убьешь − через несколько минут появятся снова. Но помните: вы не монстры, и у вас смерть самая что ни на есть настоящая.
              Элмер встал и тяжело протопал к стоящему в углу комоду. Взяв с нее лаковую шкатулку, он вернулся к столу.
              − Слушайте внимательно. Сейчас я дам каждому из вас живительный кристалл, это магический артефакт, который способен трижды защитить от гибели. И во много раз снизить боль от любых ранений. Пока он активен, вы бессмертны. Если ваше здоровье опустится ниже критического, кристалл, или как его обычно называют, Метка, даст полную неуязвимость. Но, повторяю, только три раза.
              − А потом? − дрожащим голосом прошептала Света.
              − А потом, детка, либо домой, либо на свой страх и риск здесь оставаться. Еще один вариант − попытаться пройти квест на получение нового кристалла. Но он сложен, и уже немало странников лишилось головы, пытаясь его выполнить.
              − Так, может, вы нам сейчас этот квест дадите? − влез я. − Пока мы под защитой кристалла?
              Элмер криво усмехнулся и покачал головой.
              − Не выйдет, умник. Задание на его получение доступно только тем, у кого нет Метки. А у вас она сейчас появится. Протяни ладонь и держи ее ровно.
              Я послушно вытянул руку, наблюдая, как зеленокожий гигант осторожно лезет в шкатулку. Он достал оттуда щипчики, подцепил ими ярко-синий сияющий кристалл и положил мне на ладонь. На мгновение меня сковало холодом, сверкающий камень зашипел и исчез, словно всосался в кожу. А на ладони остался рисунок в виде ромба насыщенного голубого цвета.
              Проделав то же самое со Светкой и Сергеем, Элмер погрозил нам огромным пальцем:
              − Помните, три раза. На четвертый вас уже никто не воскресит. Раненые − да, могут зельями подлечиться, а вот убитые нет. Умер значит умер.
              Он поднялся и кивнул на дверь.
              − А теперь идите отсюда. Мне будут время от времени докладывать о ваших успехах.
              − Подождите, − запротестовал я. − Нам не разрешили привезти сюда мобильники, как же с близкими общаться? С теми, кто остался на Большой земле?
              Элмер поковырял скатерть длинным острым ногтем и неохотно ответил:
              − Специально для таких, как ты, уважаемый Дистерус устраивает в управе магические сеансы. Не бесплатно, конечно. Маленький бизнес, так сказать, который, между прочим, неплохой доход в казну деревни дает. С их помощью ты сможешь своих с Проклятых земель и увидеть, и услышать.
              У меня отлегло от души − по крайней мере, хоть нечасто, но с Аришей связываться я смогу.


              К вечеру, накормленные до отвала, мы покинули управу. Каждому выдали палку в качестве оружия и сумку, вместительную, но потертую. За ужином я с интересом разглядывал неоново-зеленую татуировку, протянувшуюся от локтя до запястья, которую, как оказалось, можно даже листать, словно на планшете. Впрочем, читать ее в подробностях я не стали, решив сделать это позже. Вместо этого мы активно обсуждали, что нас ждет. До начала эпидемии я любил РПГ и частенько зависал в них, а потому был рад такому повороту событий. Светка же хмурилась и явно нервничала.
              − Ненавижу кровавые ролевухи, − бубнила она. − Мочить кого-то, к тому же все время находясь в опасности. Может, мне ремесленником стать? Кулинаром, к примеру?
              Но я решительно покачал головой.
              − Не вариант, Лучик. Кем бы ты ни стала, все равно надо уметь себя защищать. Иначе не выжить.
              − Не нравится − возвращайся домой, − пожал плечами Серега.
              Светлана в упор взглянула на него и сказала, как отрезала:
              − Нет!
              В общем, в первый вечер пребывания на Синеусе в душе моей царила растерянность. Слабость, появившаяся после общения с Гордеем, немного уменьшилась, но никуда не делась. У Сергея было похожее состояние, а Света, наоборот, хвасталась приливом сил. То есть, как и говорил знахарь, нас искусственно привели на один уровень, дабы стартовые условия были одинаковыми и не зависели от пола.
              Итак, мы вышли из управы и отправились искать себе жилье. Я завистливо вздохнул, заметив, что окна избушки на курьих ножках не светятся зеленым, а значит, место занято.
              − Чего ты? − удивился Серега.
              − Хочу такую же.
              − Странный ты парень, Димыч, − он холодно посмотрел на меня. − То с ковра-самолета сигаешь, то на дом с ногами облизываешься. Как мальчишка, чесслово.
              Откровенно говоря, в глубине души я сознавал − он прав. Много я принимаю необдуманных решений. Вот и на бандитский склад полез... Нужно будет впредь следить за собой и особенно помнить, что силу монстра можно узнать только опытным путем. Так что на кого попало лезть не стоит. Вот только избушку на курьих ножках все равно хочется.
              Темнело. Мы шли по улице в противоположную от берега сторону, удаляясь от притихшей рыночной площади: рядом с ней все дома были заняты. За спиной ударил колокол, и Светка вздрогнула от неожиданности. Интересно, он у них вместо часов, что ли?
              Но вот Серега заметил зеленоватый свет в оконце и удовлетворенно крякнул.
              − Вот моя деревня, вот мой дом родной... Здесь и поселюсь.
              − Бывай, − кивнул я. − Надеюсь, скоро увидимся.
              Он торопливо кивнул и через минуту скрылся за покосившейся дверью. Засмотревшись на его избу, я случайно толкнул лохматого парня в кожаной броне и высоких, выше колен, сапогах. Вряд ли ему было так уж больно, но он разозлился.
              − Куда прешь?! − гневно рявкнул он, схватив меня за плечи. Но тут же выражение его лица изменилось, он с пакостной улыбкой убрал руки и отступил. − О, да ты нуб! И ты, малышка. Ну-ка, лапотники, показывайте, что там у вас в сумах ценного!
              Нормально так! Мы еще и обзавестись-то ничем не успели, а нас уже грабят! Я расправил плечи и шагнул к нему, заслоняя собой Свету. И только тут заметил, что немного в стороне стоят еще двое. Похоже, драка будет недолгой, один на один я бы, может, и смог его завалить, а вот против троих... К тому же, этот придурок наверняка не первого уровня.
              − Беги отсюда, − коротко скомандовал я девушке и повернулся к обидчику: − Попробуй, забери. Вряд ли ты останешься в плюсе.
              И, недолго думая, направил кулак ему в рожу. Лохматый легко увернулся, перехватил мою руку и от души вывернул. Я с удивлением понял, что боль совсем не так сильна, как могла бы быть. Значит, загадочная синяя Метка и в самом деле работает!
              − Здесь мирная зона, дебил, − насмешливо хмыкнул он. − Пошли за ворота!
              − Да хрен с ним, Громила, − подал голос один из его спутников. − У этого нубаса ничего нет.
              Рядом послышались тяжелые шаги, и властный голос скомандовал:
              − А ну, прекратить драку! Быстро разошлись!
              Перед нами, решительно потрясая бердышом, вырос стражник. Синие перья на его шлеме возмущенно колыхались. Громила тут же отпустил меня и примирительно поднял обе ладони:
              − Все в порядке, командир, никаких проблем.
              Но "командир" внимательно оглядел нас, и четыре бипера дружно пискнули. Я взглянул на камень отражения − твою ж мать...
              "Репутация со стражей Черного Камня -5. Текущее значение -5".
              Вот ведь гадство, а! Спасибо тебе, Громила, сочтемся.
              Словно в ответ на мои мысли, Лохматый слегка ткнул меня локтем и прошептал:
              − Еще свидимся на узкой дорожке.
              − Разойтись, сказал! Иначе навечно в Яме Презрения поселитесь! − гаркнул охранник, и три придурка послушно направились к площади. А я медленно побрел в другую сторону.
              Через пару минут меня нагнала Светка.
              − Дим, ты как? Все в порядке? Я вон в тех кустах пряталась.
              − Все нормально. Здесь мирная зона, они нас просто на понт брали.
              Некоторое время мы шли молча, потом она дернула меня за рукав и прошептала:
              − Давай займем дома рядом.
              Я покосился на нее и улыбнулся.
              − Хорошо.
              Но это оказалось не такой уж простой задачей. По большей части избы были заняты, свободные попадались нечасто и всегда по одной. Чтобы найти две пустых по соседству, пришлось топать почти до самой околицы. В конце концов, парочка изб с зелеными окнами все же нашлась. Светлана выбрала ту, что ближе к рынку, и мы распрощались до утра.
              Войдя в свой новый дом, я огляделся. Здесь было почти темно. Пошарил на стене в поисках выключателя − ан нету. Пришлось двигаться на ощупь. Изба состояла из единственной комнаты, в полутьме я разглядел стол, скамью и − о, круто! − печь. На нее я и вскарабкался, упал на соломенный тюфяк и поднял рукав. Татушка ярко светилась в темноте. Может, потому здесь и ламп нет? Они руками все освещают? Да ну, бред.
              Я потер уставшие глаза и принялся листать татуировку. Здоровье - шестьдесят. Интересно, это много или мало? Впрочем, чего тут гадать, мало, конечно, раз начальный уровень. Блин, вот уж не думал, что когда-нибудь стану персонажем!
              Ладно, что дальше? Ага, параметры, восемь штук: сила, ловкость, интеллект, выносливость, интуиция, обаяние, пытливость и удача. От силы зависят мощность атаки, количество здоровья и грузоподъемность, от ловкости − меткость и способность уклоняться от ударов врага... В общем, все стандартно, возьму уровень, тогда прочитаю внимательнее.
              А вот это что-то незнакомое. Так-с. "Обаяние определяет отношение к вам со стороны мирных НПС, снижается стоимость товаров и услуг". Дело, конечно, хорошее, но вот знать бы, кто здесь реальный человек, а кто − этот самый НПС. И кто такие вообще эти НПС? То есть понятно, что в обычной виртуальной игре это компьютерный персонаж, управляемый системой. А здесь? Вот Элмер, к примеру, точно непись. И Лаврентий. И многие торговцы. Ибо не бывает в реальности ни Шреков, ни гномов, ни говорящих собак. Кто они, биороботы, как говорил Серега? Или просто актеры? Одни вопросы. Ладно, с этим, надеюсь, рано или поздно разберемся, что дальше?
              "Интуиция влияет на шанс критического удара, а также вашу способность видеть пророческие сны, слышать предсказания".
              Оп-па, что еще за пророческие сны? Наверняка вещь стоящая, надо будет разобраться.
              "От пытливости зависит возможность создавать и ремонтировать вещи, способность к наукам, добыче ресурсов, инженерии".
              Офигеть, тут еще и инженеры есть? Ничего себе сказка!
              "Удача определяет вероятность положительных эффектов от ваших базовых параметров, увеличивает шанс получить хорошую вещь с монстра и многое другое".
              Хм, похоже, неплохая штука, надо взять на вооружение.
              Едва я закончил, как бипер тихо пискнул, и на дисплее высветилось:
              Знание мира +1. Текущее значение 2.
              Хм, а когда же появилась первая единица? Я торопливо перемотал немногочисленные прошлые записи, но ничего похожего не нашел. Может, она добавилась еще до того, как Гордей дал мне бипер? Да, видимо, так и есть.
              Ладно, а теперь спать, спать. Я поудобнее устроился на тюфяке и прикрыл глаза, однако свет от татушки мешал. Одернул рукав, стало темнее, но все равно откуда-то шло мягкое свечение. Повертел головой и обнаружил внизу штанов маленькие сияющие буквы:
              Крестьянские порты, физзащита +1, прочность 10/10, минимальный уровень 1, цена 2 мм.
              Цена в миллиметрах? Забавно. Мне сразу представилось, как я толкаюсь на рынке и от скрученного в рулон метра денег отстригаю нужную сумму.
               Аналогичная надпись нашлась и на рубахе. А вот на медальоне, до сих пор болтавшемся на моей шее, сзади виднелась совсем другая:
              Амулет. Не идентифицирован.
              Хм, любопытно. Мне приходилось видеть в играх похожие предметы, обычно так обозначались достаточно редкие вещи. Надо завтра выяснить, кто тут занимается их распознаванием. А пока − спать. Я скинул одежду и сложил ее так, чтобы она не светилась. Натянул до ушей лежавшую на печи рогожку и, наконец, погрузился в сон.






    Глава 5






              Спал я плохо. Всю ночь мне снились какие-то неясные тени, слышались тяжелые вздохи и отдаленные стоны. Они были настолько реальны, что я раз пять просыпался и садился на печи, внимательно прислушиваясь. Но тишина стояла гробовая, деревня словно вымерла − ни разговоров, ни смеха, ни шагов. Я облегченно вздыхал и снова погружался в сон.
              Окончательно я проснулся на рассвете и не сразу сообразил, где нахожусь. Буквально в метре надо мной нависал деревянный, с червоточинами, потолок. А, ну да, печка.
              Я быстро оделся и соскользнул вниз по приставной лестнице. Оглядел свое новое жилище − да уж, небогато. Стол с лавкой, на которой лежит моя сума, кособокий буфет, бадья с водой у жестяного умывальника, рядом − кусок мыла и скребок, похожий на старинную бритву, да небольшой сундучок. А где жратву хранить? В избе жарко, что ни принеси − за полдня стухнет. Осмотрел каждый угол, но ничего, напоминающего холодильник, не нашел. Ладно, потом разберемся.
              В животе заурчало, пришлось обыскать буфет. Плошка, кружка, вилка с ложкой, пара чугунков, фляга, свечи и спички. И никакой еды. То есть абсолютно. Хотя, в принципе, ожидаемо, я уже понял, что здешний подход − крутись, как хочешь. Норм, прорвемся. Вот только дурацкая слабость, появившаяся вчера, по-прежнему не отпускала. Видимо, придется подкачаться, чтоб вернуть обычную форму.
              Но прежде, чем идти на охоту, надо глянуть, что там у меня еще записано в татушке. Параметры все по единице, а дальше? Ага, характеристики. Я сел на лавку и задумчиво принялся листать список:
              Здоровье: 60/60, зависит от силы и выносливости.
              Бодрость: 48/48, зависит от выносливости.
              Скорость регенерации здоровья: 0.5/мин., зависит от выносливости.

              Если первые две цифры были для меня весьма абстрактны, то с третьей ясности больше: получается, если меня забьют почти до смерти, то мне понадобится около двух часов, чтобы полностью восстановиться. Если сравнивать с виртуальными игрушками, это долго, но для реальности очень даже неплохо. С этим понятно, что там дальше?
              Опыт: 0/20.
              Ну, здесь понятно. Чтобы взять второй уровень, нужно набрать двадцать очков опыта. Знать бы еще, как он тут начисляется.
              Прирост здоровья на уровень: 1, зависит от выносливости.
              Хм, похоже, эта пресловутая выносливость − весьма дисбалансный параметр. Выходит, если я все три очка вложу в нее при взятии второго уровня, то здоровье у меня станет шестьдесят три. Или нет? Надо будет проверить.
              Физическая атака: 1, зависит от силы.
              Что-то совсем мало. Я вытащил из сумки дубинку, полученную вчера в управе. Где-то здесь должна быть надпись. Ага, вот:
              Сучковатая палка, физатака +1, магатака +1, прочность 10/10, минимальный уровень 1, цена 2 мм.
              Зажал ее в кулаке и перевел взгляд на руку, информация на татушке тут же изменилась:
              Физическая атака: 2, зависит от силы.
              Ага, значит, просто суммируется. Логично. Погнали дальше.
              Физическая защита: 3, зависит от выносливости.
              Такс, на мне две вещи по единичке, третью, видимо, имею я сам. Кстати, где-то еще лапти были. Вот они. Надел − тату поменялась:
              Физическая защита: 4, зависит от выносливости.
              Уже неплохо. Наверное. Но это не точно. Окей, дальше.
              Магическая атака: 1, зависит от интеллекта.
              Магическая защита: 1, зависит от интеллекта.
              Ого, можно и магом стать? Неслабо! Как говорится, куда я попал, и где мои вещи... Впрочем, чему удивляться, здесь все, как в виртуальных РПГ.
              Сытость: 37/50, зависит от выносливости.
              Поди ж ты, даже чувство голода оцифровано. Походу, что-то хитрое они с нами вчера проделали.
              Эта надпись напомнила мне, что я не ел с вечера. Желудок настойчиво сигнализировал о необходимости завтрака. В татушке еще немало понаписано, почитаю позже. Светлану будить рано, значит, пойду один, жрать-то хочется.
              Прихватив свою убогую дубинку и нацепив на плечо суму, я вышел на улицу. Солнце уже поднялось и теперь лениво согревало деревню. Вроде все как вчера − череда изб, щебетание птиц в кронах деревьев, потемневшая от ночной сырости грунтовая дорога. Воздух свежий и влажный. Вокруг ни души, похоже, все еще спят.
              Я бодрым шагом направился к околице. Возле деревянных ворот, куда более высоких, чем те, через которые мы вчера входили, лениво переговаривались два сонных стражника.
              − Начало положено, − вещал тот, что постарше. − Теперь проще будет, лишь бы найти этого жреца.
              − Главное, чтоб он сумел разбудить Нариэля. Хотя, согласись, нам и без него неплохо живется.
              Я вежливо поздоровался, а про себя матюгнулся, вспомнив о Громиле и понизившейся репутации. Оба хмуро проводили меня взглядами, но ничего не сказали.
              Сразу за воротами начинался луг, поросший сочной травой, над ним клубился пар от высыхающей на солнце росы. Дальше темнела громада леса. Кое-где виднелись редкие цветы. Набрать, что ль, Светке? Не, обойдется.
              Немного в стороне сидели два парня, один смуглый и черноволосый, с орлиным носом и презрительно сощуренными глазами, второй − белобрысый, с простым глуповатым лицом и безвольно скошенным подбородком.
              − Привет! − крикнул мне чернявый. − Ищешь кого?
              − Здорово! − я подошел и протянул руку. − Дмитрий.
              Он взглянул на мой рукав, сквозь который просвечивала татуировка.
              − Эрик. Первый левел? Только прибыл, что ль?
              − Ага. Не подскажешь, где тут мобы моего уровня?
              − Да вот же, − он кивнул на луг, и глаза его весело блеснули, − все поле зайцами усеяно. Они, правда, ловкие и увертливые, но выбирать не из чего, других ты не потянешь.
              Его спутник открыл было рот, чтоб что-то сказать, но чернявый бросил на него быстрый взгляд, и тот послушно замолчал.
              − Спасибо, − я благодарно улыбнулся. − Бывайте, ребят.
              И направился на свою первую охоту. Среди травы то тут, то там мелькали серые пятна − кролики. Или зайцы, фиг знает, вообще их не различаю. Значит, это и есть пресловутые монстры. Что ж, начнем.
              Перехватив поудобнее дубину, я направился к ближайшей жертве. Подошел − о, точно, ушастый. Он спокойно сидел в траве, обнюхивая какую-то былинку и не подозревая, какая горькая участь ему уготована. Я размахнулся и стукнул палкой, целясь в голову. Ага, размечтался. За мгновение до этого заяц успел рвануть вперед. Пришлось бежать за ним. Он остановился, оглянулся, словно бы звал за собой. Догнав звереныша, я снова попытался стукнуть его по башке, но он кинулся в сторону, чуть не сбив меня с ног.
              Дальше − больше. Мы носились по полю, как два идиота. Вернее, идиот тут был один, а заяц знай себе улепетывал, и, клянусь, в глазах его стояла насмешка. Представляю, как он хохотал в душе!
              Вне себя от злости, я метался по лугу, направо и налево размахивая палкой. И уже не разбирал, где тот самый заяц, на которого я напал, а где другие. Серые ушастые твари шарахались во все стороны, я бил, не целясь, с каждым разом все больше выходя из себя. Иногда мне казалось, что удар достиг цели, но ушастые твари убегали, как ни в чем не бывало. Что ж это за мир, где здоровый мужик не может палкой пришибить кролика?!
              Получено достижение − Мазила. Вероятность счастливого события: − 0.1%.
              Мля!
              Бросая порой взгляд в сторону ворот, я видел, как стражники с интересом наблюдают за моими манипуляциями. Сначала они улыбались, потом посмеивались, а вскоре и вовсе согнулись от хохота. Один раз я заметил чернявого Эрика, он гоготал вместе с ними, показывая на меня пальцем. И это злило еще больше − пришлось покрепче стиснуть зубы и снова переключиться на битву, чтобы побороть горячее желание врезать им. Надо держаться, репутация со стражей у меня и так снижена. Может, это одна из особенностей мира − провоцировать новичков и заставлять их срываться?
              Пи-ип.
              Ваш новый класс − Фигляр. Бонус: Обаяние +1.
              Это что, шутка? Стеб системы? Ну, спасибо!
              Не знаю, сколько я уже носился по полю, когда мимо пробежали три парня и девушка. Она взглянула на меня и на ходу крикнула:
              − Эй, ты новенький? Что хочешь сделать-то?
              Еле дыша, я проорал:
              − Как этих тварей... фух... прибить?
              Девчонка остановилась. На ней была какая-то странная полотняная одежда, похожая на хитон, а на плечах двумя фибулами крепился ярко-голубой плащ. Она откинула с глаз темный локон и покачала головой.
              − Никак. Это тестовые мобы нулевого левела. Они неубиваемые. Если ты новичок, вон там, в перелеске, боевые ежики водятся, у них первый уровень. Только лучше сначала группу найди, или хотя бы напарника.
              Она сделала в воздухе непонятный знак рукой, и меня окутала серо-синяя дымка. Это что еще за фокусы? Воздействие на расстоянии? Девушка кивнула и побежала за товарищами, а я в сердцах плюнул и обернулся к воротам. Эрика там уже не было, видно, вдоволь нахохотался и свалил на кач. Сколько же сил я из-за него потратил! Шутник, блин. Ладно, отольются кошке мышкины слезы. Я сел, где стоял, и взглянул на татуировку. Так, здоровье по-прежнему шестьдесят, а вот бодрость только девятнадцать. И сытость упала до двадцати семи. Фигово.
              Пока я носился по лугу, бипер мой пищал еще дважды, но мне было не до него. Третий раз он пискнул, когда я говорил с девушкой. Что ж, самое время посмотреть.
              Атлетика +1. Текущее значение 2.
              Владение дробящим оружием +1. Текущее значение 2.
              Знание мира +1. Текущее значение 3.

              Не знаю, для чего нужна атлетика, но повышается она явно от упражнений. По поводу дробящего оружия все понятно, а знание мира прибавилось, видимо, благодаря объяснениям девчонки.
              Тут очередной кролик подбежал и нагло принялся обнюхивать мою ногу. Вот зараза, а? И только сейчас я заметил на его меховом боку слабо светящиеся буквы: "Заяц". Ни уровня не отображается, ни здоровья, как и говорил Элмер. Пнул, не глядя, и ушастый гаденыш убежал.
              Кстати, что это за туман на меня девица наколдовала? Я лег на спину и сосредоточился на своих ощущениях. Усталость исчезала на глазах, а бодрость увеличивалась скачками. Вряд ли она так быстро восстанавливается, значит, девчонка кинула на меня заклинание какого-нибудь усиленного отдыха. В компьютерных играх такое называлось баффом. Умница, сообразила, что я порядком набегался. Что она там советовала, группу найти? Нет уж, я до той поры с голоду околею. Неужто какого-то ежа в одиночку не прибью?
              Я встал и бодро зашагал к перелеску. И на полпути заметил, как из него, немилосердно топча луговые цветы, выехал всадник в черных доспехах на вороном коне. Тот самый, что играл в кости с Элмером. Как бишь его... Макс Марсель. Он скакал навстречу, причем объезжать меня явно не собирался. Я стиснул зубы и упрямо пошел вперед. Еще не хватало шарахаться от каждого идиота.
              Он подъехал почти вплотную, лошадь взвилась на дыбы, и черный всадник едва усидел в седле. Выхватив хлыст, он в ярости замахнулся.
              − Что, придурок, опять стоишь на моем пути?
              − Ты нормальный? − искренне возмутился я. − Вокруг чистое поле и никакой дороги, возьми на метр в сторону, и не будет проблемы.
              Получено достижение − Выводящий из терпения. Вероятность счастливого события: + 0.1%.
              Понять что-либо я не успел. Марсель слегка развернул коня и взмахнул хлыстом. Одно неуловимое движение − и кожаная плетка обвилась вокруг моей шеи. Рывок − я захрипел, задыхаясь, и невольно подался вперед, когда всадник дернул плеть на себя. Нагнувшись, он всадил мне в шею короткий меч.
              Мир вокруг подернулся красной дымкой, бипер пронзительно звякнул и замолчал. Я мешком рухнул на землю и сквозь алую пелену успел заметить развернувшийся надо мной полупрозрачный купол. Марсель, по-прежнему не слезая с лошади, в сердцах плюнул на него, и в этот момент я отключился.






    Глава 6






              Когда сознание ко мне вернулось, бипер показывал тридцать восемь хитпоинтов. Долго же я тут валялся. А может, какая-нибудь добрая душа подлечила, проходя мимо. Пощупал шею − рана затянулась. Кряхтя, поднялся и медленно побрел к перелеску.
              Н-да, сильный, гад. И решительный. Ловко своей плетью пользуется. Индиана Джонс гребаный! Ладно, поганец, рассчитаемся, как подрасту.
              А пока я дал себе зарок не думать о Марселе. Иначе все из рук будет валиться. Одну Метку я, конечно, потерял. Очень жаль, но ничего не поделаешь. Так что − выпрямиться, расправить плечи и вперед, качаться!
              Минут через десять раскидистые кроны приняли меня под свою тень. Такс, и где тут ежи? Вроде никого.
              Пришлось сесть на корточки и замереть. И вскоре из-за ближайшего ствола показалась колючая спинка, на которой переливалась надпись: "Боевой ежик". Совершенно обычный, разве что чуть побольше. Недолго думая, я размахнулся и неловко ударил по нему. Удивительно, но попал. Бедняга пискнул и метнулся за ствол. Ну уж нет, теперь не уйдешь! Я одним прыжком подскочил к дереву, но тут из травы вылетел ощетинившийся серо-коричневыми иглами враг и воткнулся мне в грудь. Твою мать! Я с криком, царапая ладони, отцепил от себя проклятого ежа, он упал на землю и снова откатился за ствол. Мельком взглянув на руку, я заметил, что здоровье упало до пятидесяти. Ну, держись, зараза!
              Перевесив на шею суму, я кинулся на врага. Промах! Еще удар. Промах. Эх, надо было меткость в характеристиках глянуть. Он опять свернулся в клубок, однако напугать меня не сумел: грудь надежно прикрыта сумкой. Но еж, не будь дурак, прыгнул и на этот раз вонзился иглами мне в ногу. Снова пришлось отдирать эту дрянь, кромсая руки. И все по кругу.
              Озверев, я пытался не давать ему передышки и с остервенением бил по колючей спине. Это, однако, не помешало ежу еще дважды впиваться мне в руку и в ногу. Кровь ручейками текла по штанам и рубахе, а я, почти обессилев, бездумно лупил палкой по земле, изредка попадая по своему недругу. И в какой-то момент заметил, что надпись на нем почти потухла, теперь ярко горели лишь первые буквы: "Боев...". Я мгновенно сообразил, что так отображается потеря здоровья монстра. Значит, у него осталась примерно треть. Еще немного поднапрячься, и вражине конец!
              Воодушевившись, я кинулся на ежа и пропустил очередной прыжок. Комок игл вонзился мне в бок, заставив скрипнуть зубами от боли. В глазах на мгновенье потемнело, и раздался тревожный писк. Я было решил, что на подмогу колючей тварюге пришли собратья, но тут сообразил, что пищит бипер на моем запястье. Кинул взгляд на камень отражения и увидел мигающую надпись: "Угроза жизни! Здоровье 12/60". Ни фига себе! Еще пару прыжков этого засранца, и мне кранты!
              И тут в голову пришла мысль. Что ж, стоит попробовать. Я отскочил за ближайший пенек, сорвал с шеи суму и схватил ее за края. Боевой еж, мгновенно сориентировавшись, взметнулся в мою сторону. Клюнул на удочку, да, лох?
              Но не тут-то было, попытка поймать его на лету сумкой не удалась, и мерзкие колючки снова впились мне в грудь. Бипер на руке угрожающе загудел. Еще один прыжок − сработает Метка на ладони, и минуснется еще одна защита. Я оторвал от себя врага и с силой бросил на землю. Еж на мгновение замешкался у моих ног − может, оглушило ударом − и стало понятно, что это мой шанс. Последний.
              Я заревел как зверь и упал на колючий комок, выставив перед собой раскрытую сумку. И на этот раз не промахнулся. Сума накрыла вражину, он шарахался о стенки, но выбраться не мог. Словно бабочка в сачке! А я остервенело лупил по кожаной поверхности палкой, задыхаясь и плюясь кровью.
              Через пару минут все было кончено. Из-под сумки раздался тихий всхлип и шевеленье прекратилось. Бипер тут же пропел что-то победное, но я на всякий случай ударил еще пару раз: вдруг мой колючий друг решил схитрить? Потом очень-очень осторожно приподнял суму. Истерзанный ежик с переломанными иглами валялся на боку, рядом с ним лежало яблоко, какой-то странный пузырь с надписью "Желчь боевого ежика" и две монетки. Татушка на его спинке полностью погасла. Фу-ух...
              Смекалка +1. Текущее значение 2.
              Схватив добычу, я пополз прочь из перелеска − кто знает, может, другие твари захотят отомстить за смерть сородича. Появления еще одного колючего монстра мне не пережить. Добрался до луга и в бессилии повалился за траву. Сил хватило только на то, чтобы кинуть взгляд на татушку: "Здоровье 8/60, бодрость 9/48" и на бипер: "Получено опыта: 2". Негусто. Получается, такой подвиг нужно повторить еще девять раз, чтобы взять уровень.
              Я в изнеможении прикрыл глаза и провалился в туманное марево.


              Очнувшись, я первым делом накинулся на яблоко и сгрыз его вместе с зернышками. И с удивлением понял, что почти наелся. Видимо, аппетит у меня уменьшился после вчерашних манипуляций Гордея. Сейчас бы еще попить. Эх, жаль, флягу с собой не взял.
              Кинул взгляд на показатели здоровья и бодрости − полные. Выходит, валялся я часа полтора, не меньше. Представляю, как психует Светка, и что меня ждет по возвращении. А впрочем, мы вроде бы не женаты, так что пошла она. Неплохо бы, конечно, попытаться разобраться с бипером, Гордей вроде говорил, что с его помощью можно общаться, да некогда.
              Я сел, поджав под себя ноги, и задумался − куда теперь? Смысла возвращаться в деревню − как там ее, Черный Камень? − нет. Характеристики в норме, так что можно еще поохотиться. Спешить некуда, к Светлане все равно безнадежно опоздал. А время дорого. Вот только кого бить? Кролики бессмертны, а боевой ежик и убить может. Вон как истерзал, зараза. И мне еще повезло, что я вовремя про сумку сообразил. Хм, а ведь можно попробовать и дальше так же действовать. Надо только проверить, агрессивные они или нет. В смысле, нападают ли первыми или не бьют, пока их не атакуют.
              Карманов не было, я оставил лут, полученный в первом бою, под ближайшей березкой и приготовил сумку. Если еж нападет, то просто убегу, рисковать больше не хочу. Права была девчонка-баффер, на них надо группой ходить или, по меньшей мере, парой. А я, как болван, в одиночку поперся. И огреб по полной программе.
              Размышляя так, я встал на колени и принялся внимательно разглядывать траву. Вскоре она зашевелилась, и в паре метров от меня прошмыгнул боевой еж. Где-то слева послышался шорох, и появился второй. И тут же из-за березы высунулся третий. Фигасе! Даже если они не агрессивны, то вполне могут вмешаться в бой, когда я нападу на одного. Защитить, так сказать, товарища. Нет уж, рисковать нельзя, и так чуть вторую Метку не профукал.
              Я вернулся на луг, подобрал припрятанные вещи и медленно пошел вдоль кромки перелеска, пытаясь отыскать удобное для боя с одним ежом место. И метров через сто нашел: на узенькой просеке в траве мелькнула колючая спинка. Сколько я ни приглядывался, второго ежика не заметил. Значит, здесь.
              Увы, смотрел я в это время на своего будущего противника, а не под ноги. И не заметил, что рядом со мной начинается небольшой овраг. Шаг, второй, легкий толчок в спину − и вот я уже кубарем лечу вниз по песчаному склону. Грамотно падать я никогда не умел, поэтому с размаху ударился спиной обо что-то твердое.
              Я быстро отполз в сторону и взглянул вверх. Никого. Кто ж меня толкнул? Или показалось? С трудом отдышался и глянул на запястье. Бипер услужливо подсказал, что значение акробатики выросло на единицу, а здоровье уменьшилось на восемь хитов. Неслабо свалился. Блин, теперь еще минут пятнадцать сидеть-восстанавливаться. Обо что ж я так треснулся?
              Это была темная каменная плита, плоская и круглая, поросшая мхом и явно очень старая. Я присел на нее, от скуки разглядывая линии на неровной поверхности.
              Вскоре в траве зашуршало, и мелькнула серая колючая спинка. Кинул взгляд на бипер − здоровье почти восстановилось. Что ж, можно начинать следующий бой.
              Между тем еж меня заметил. Подбежал, деловито понюхал лапоть и потопал по своим делам. Ну уж нет, стоять! Вскочив на ноги, я размахнулся и ударил по нему палкой. Промазал, но противник мой тонкий намек уловил и сразу двинулся в атаку. Свернулся в клубок и, с шипеньем вылетев из травы, вонзился десятками колючек мне в плечо. Кровь веером брызнула во все стороны − на меня, на траву, на каменную плиту.
              Да что ж я такой тормоз-то?! Хотел ведь другую тактику применить. Впрочем, и сейчас не поздно.
              Браслет что-то пищал, но мне было не до него. Я оторвал ежа от себя, лихо накрыл сумой и принялся дубасить по ней палкой. Лупить пришлось долго, проклятый зверек никак не хотел умирать и бился о стенки с такой силой, что мне с трудом удавалось удерживать сумку одной рукой. Видно, тот, первый, был уже полудохлый, когда я его поймал в "сачок", поэтому отдал концы довольно быстро. Не то, что нынешний. Да еще эти постоянные промахи! Меткость у меня, походу, ниже плинтуса.
              Но ничто не вечно под луной, и жизнь ежика тоже кончилась. Он издал прощальный всхлип, бипер, напротив, зазвенел победной трелью, а мне достались еще три монеты, яблоко и кусок пергамента, на котором я, присмотревшись, прочитал: "Свиток заклинания "Рука помощи". Хм, интригующе. Что это, магия? Надо у кого-нибудь узнать.
              Этот мир поражал меня все больше и больше. Полнейшее сходство с виртуальными ролевухами. Но там это просто программы и пиксели, а здесь что? Каким образом Корпорация симулирует магию?
              Передохнув, я решил вернуться в перелесок. Здесь, в овраге, ждать бессмысленно, один случайный ежик забрел, и все. Я легко вскарабкался по склону и принялся за дело.
              В результате через пару часов на татушке значилось: "Опыт: 12/20", навыки атлетики, бездоспешного боя и владения дробящим оружием повысились еще на единицу, а под ближайшей березой скопилось полтора десятка медяков, четыре яблока (еще одно я схомячил между боями), свиток, два пузыря ежиной желчи и какой-то маленький камушек. А главное, позорный "Фигляр" сменился на класс "Хитроумный воин", добавивший единицу к удаче.
              Свалив добычу в сумку, я потопал в деревню. Солнце стояло почти в зените, значит, уже около полудня. Местность оживилась: по тропинке через луг, ведущей к лесу, сновал народ, кто-то был одет совсем просто, вроде меня, другие щеголяли в кафтанах и плащах, а некоторые и вовсе в полной броне. Заприметив одиноко бредущего парнишку в широкой шелковой рубахе, я сунул ему под нос свиток.
              − Не подскажешь, что это?
              Он с удивлением воззрился на меня.
              − Свиток.
              − Это я вижу. А как его использовать?
              − Ты нуб, что ли? − улыбнулся паренек и взглянул на мою татуировку. − А, первый уровень, ясно. В общем, когда достигнешь второго, дуй в управу, они тебя научат этому заклинанию в обмен на свиток. Но, знаешь, не советую. Это простенькая лечилка, если хочешь быть воином, то тебе она не подойдет.
              − Почему? − удивился я.
              − Тебе силу и выносливость качать надо, а ради этой закляшки придется очки параметров вкладывать в интеллект. А их всего три на уровень, плюс одно нужно будет потратить, чтобы выучить лечилку. Так что лучше продай ее магу.
              − Одно очко из трех надо отдать? Только для этого свитка, или так всегда?
              − Любое магическое заклинание учится в обмен на очко параметра.
              − Понял. Спасибо, брат.
              На воротах по-прежнему дежурили стражники, но уже другие, не те, что были утром. Меня это обрадовало: до сих пор перед глазами стояли их согнувшиеся от хохота фигуры. Н-да, похоже, я весь Синеус насмешил своей охотой на кроликов. Ну и ладно.
              Не заходя домой, я сразу направился к Светлане. Стучать пришлось долго, даже подумалось, что она ушла, но через пару минут дверь все-таки открылась и передо мной появилась заспанная физиономия.
              − Ты дрыхнешь, что ли? − возмутился я.
              − Нет, уже проснулась. А ты чего такой?
              − Какой? Войти-то можно?
              − А, ну да, заходи.
              Она распахнула дверь, и мы оказались в точной копии моей избушки. Вообще никакой разницы. Я достал пару яблок из сумы и одно протянул ей.
              − На, подкрепись.
              Светка была все в той же холщовой робе. Взяла предложенное яблоко, сладко потянулась, и в ее взгляде мне почудился призыв. Но я его проигнорировал: не до баловства, еще полдня качаться можно.
              − Так что случилось-то? − повторила она, с хрустом откусив нехилый кусок. − Ты весь в крови.
              Только сейчас я догадался оглядеть свою одежду: она сплошь была в мелких дырочках от игл, на плече и коленке зияли дыры, и повсюду, как верно заметила Света, подтеки крови вперемешку с грязными разводами. Зрелище явно не для слабонервных. Я приподнял полу рубахи − дьявол, прочность всего пять. Придется идти на площадь, узнать как это рванье починить.
              Между тем девушка вопросительно смотрела на меня.
              − Не обращай внимания, с ежами бился. Встал рано, не хотел будить, вот и пошел один.
              Она обошла вокруг меня, внимательно рассматривая следы недавних подвигов.
              − Похоже, бой был тяжелым.
              − Свет, тут все так устроено, чтоб было труднее. Это нормально, иначе десяток уровней любой вмиг набрать сможет. А тогда никакая, даже самая крутейшая корпорация Фиолов не напасется. Так что собирайся, сгоняю сейчас на рынок, починюсь и за тобой зайду.
              − Димочка, сходи сам, а? А завтра уж с утречка вместе пойдем. Ладно?
              − Ну, как скажешь, мне-то что, − я пожал плечами.
              Светлана выхватила из моей руки яблоко и обворожительно улыбнулась.
              − Это мне на ужин, хорошо? Не возражаешь?
              Жратвы у меня не много, но жадностью я никогда не страдал. Если девчонка хочет есть...
              − Да на здоровье.
              Я подмигнул ей и вскоре уже шагал к рыночной площади.






    Глава 7






              Навстречу мне то и дело попадались разномастные игроки. Вот, посмеиваясь, прошли две девчонки в коротких сарафанах, пробежала группа парней в косоворотках и шароварах, проскакал толстый витязь в кожаной броне. Пальцем на меня никто не показывал, похоже, вид истрепанных, окровавленных нубов был здесь привычен.
              Гул от площади постепенно нарастал. Я шел, глядя по сторонам и стараясь запомнить как можно больше. Все пригодится для выживания. Вот, например, слышится стук молота по наковальне. Видимо, в этой избе кузнец обитает. А возле того домика огород разбит. Хорошая мысль, кстати, экономия на еде наверняка немалая. Вот только одно непонятно − сколько ж хозяин здесь живет? Или тут все быстрее растет?
              Порыв ветра донес ароматы свежей выпечки и пряных трав. В самом деле, неплохо бы перекусить.
              Чем ближе я подходил к рынку, тем больше встречал общественных зданий, на которые не обратил внимания вчера. Так, на одной здоровой, раза в три больше обычной, избе красовалась вывеска: "Гильдия строителей", на другой − "Портняжная мастерская", на третьей − "Магазин магии". Немного в стороне стоял высокий деревянный терем с крышей-куполом, надпись над входом гласила: "Магическая гильдия". А невдалеке от управы двухэтажный постоялый двор зазывал запахом свежего борща.
              Торговая площадь бурлила, как горная река. Отовсюду слышались крики:
              − Эй, несите броньку вашу, рунами ее украшу!
              − Камни для инкрустации, камни для инкрустации! Покупаю, продаю!
              Мое внимание привлек шелковый шатер, над которым развевался флаг с вычурной надписью: "Редкости с гор Безмолвия". Я заглянул под полог. Первое, что меня удивило − это сам продавец. Он был одет в воздушную тунику с необычайно красивой серебряной вышивкой. Но не это главное. У торговца было абсолютно белое лицо, без единой кровинки, глубоко ввалившиеся глаза и черные губы! Увидишь такого − до пенсии заикаться будешь.
              Товаров на прилавке было не так много, но зато какие! По крайней мере, я ничего подобного не видывал.
              "Коготь снежного Великана, Цена: 9 см", значилось под кривым клинком цвета слоновой кости. Целых девять сантиметров! Это ж сколько за него можно дубинок, как у меня, купить? Но зато от одного его тычка, наверное, любой еж сдохнет.
              Рядом красовался хрустальный шлем в виде черепа, рядом с которым стояла табличка:
              Голова Снежного рыцаря.
              Цена: 5 зм.

              Я взял его в руки и принялся с восхищением рассматривать. Хорош! Зм... зм... Что бы это могло значить?
              − Не разевай роток, коль пустой кошелек, − пропел черногубый, выхватив шлем. − Поставь на место и не лапай.
              − Что, и посмотреть нельзя? − буркнул я недовольно.
              − Посмотреть можно, но не более.
              − Боитесь, разобью?
              − Кишка тонка, − хмыкнул продавец. − Он прочнее алмаза. А вот бегать за каждым голодранцем по всей деревне совсем не хочется.
              − И почем это алмазное чудо? − послышался голос.
              Я обернулся. За моей спиной стоял парень с перетянутыми тесемкой длинными волосами. Стараясь прикрыть сумой проржавевшие местами звенья кольчуги, он тянул шею и во все глаза таращился на шлем.
              − Всего пять золотых, − растянув в ниточку черные губы, улыбнулся торговец. − Дешевле не сыщешь.
              − Не туда заехал, уважаемый, здесь больше в ходу медные и серебряные монеты, − усмехнулся длинноволосый. − Это же Черный Камень − нет у нас таких богатеев.
              Так вот что такое "мм" и "см"! Поздравляю, Димыч, ты балбес! Медь, серебро и золото − чего проще-то? Я усмехнулся. Это же надо было целую экономическую систему придумать!
              − Да знаю, − бледнокожий поправил небольшой охотничий рожок, болтающийся на шее среди целого вороха украшений. − Я к вам прибыл больше как покупатель. Говорят, эти земли богаты цветами розовых нимфусов, а в наших горах ох как нужны их семена. Наберете − добро пожаловать, дам хорошую цену.
              О, вот и способ заработать! Едва я об этом подумал, как бипер жалобно пискнул, будто не хотел ввязываться в непонятную авантюру, и на камне отразилась надпись:
              "Получено задание: Собрать семена для торговца с гор Безмолвия".
              Оп-па. Браслет читает мысли? Это пипец!
              − Знаешь, где их найти? − спросил я у парня в ржавой кольчуге.
              − Первый раз слышу, − покачал головой тот.
              − Можете не сомневаться, они точно здесь растут − шаман Кархум не мог ошибиться. Вот как выглядит этот цветок.
              Бледнокожий, звякнув рожком об украшения, достал из-под прилавка пергамент с рисунком. Цветок как цветок, очень похож на наш одуванчик, только попушистей, и головка цвета сильно разбавленной крови. А вот зачем он таскает на шее этот рог − интересно. Ведь дешевка дешевкой по сравнению с висящими на массивных цепочках серебряными пластинками.
              − Ладно, спросим у кого-нибудь, − вздохнул я и кивнул на рожок. − А эту свистульку тоже продаете?
              − О! − торговец выпятил грудь. − Это рог вызова Горного Великана. Редкая вещь, не потянете. Хоть он и одноразовый, но меньше чем за 25 золотых отдать не могу.
              − Двадцать пять?! − воскликнул я.
              − Пойдем, парень, похоже, нам с тобой нужно слегка подрасти, прежде чем на таких распродажах появляться, − хлопнул меня по плечу длинноволосый.
              − Пожалуй. Ничего, буду считать, что в музее побывал.
              Попрощавшись с бледнокожим торговцем, я снова очутился на шумной торговой площади.
              − Прекрасный мед насытит ваш желудок лучше всякого мяса! − послышалось за моей спиной.
              Мед! Ах, как я любил его! Но даже не слышал о нем с тех пор, как с приходом проклятой заразы люди перестали жить и начали выживать. Я почувствовал, как рот наполнился слюной, сглотнул и стал протискиваться к заветному лотку. Продавец, невысокий узкоплечий мужичок средних лет, топтался за прилавком, заставленным глиняными горшками с медом.
              − Сколько стоит такая порция? − я ткнул пальцем в самый маленький горшочек, на боку которого застыла янтарная капля.
              − Тридцать медных монет, − с готовностью отрапортовал узкоплечий.
              Недешево, однако! Я поджал губы, изображая знатока. Пусть не думает, что на простачка напал.
              − Дороговато. За десятку я бы взял.
              Продавец обиженно всплеснул руками.
              − Да что ты! Мед лучшего качества, сам делал, на собственной пасеке. Двадцать пять, и не меньше!
              По его вздернутому подбородку и поджатым губам было понятно, что больше он ни медяка не уступит. Пришлось с важным видом пожать плечами и отойти. Ладно, нащелкаю еще десяток ежиков и уж тогда оторвусь. А пока надо заняться починкой.
              Недолго думая, я направился к еще вчера примеченному гному-ремонтнику. За его спиной стоял маленький шатер, откуда длиннобородый труженик как раз тащил три меча. Сложив их на прилавок, он вытер со лба пот и устало вздохнул.
              − Простите, уважаемый, − начал я, протягивая ему свое оружие, − сколько стоит ремонт сучковатой палки?
              Мельком взглянув, гном без запинки ответил:
              − Одна медная монета.
              Что ж, совсем недорого.
              − А рубахи и штанов?
              − Тоже по медяку. Залатаю, отстираю, будут как новенькие.
              Я отдал дубинку, он тут же скрылся в шатре, и минут через пять вернул ее мне. На краю красовалась надпись: "Сучковатая палка, физатака +1, магатака +1, прочность 10/10, цена 2 мм". Надо же, и в самом деле как новая. Расплатившись, я растерянно взглянул на свою одежду.
              − А как же я без штанов?
              − Посиди покамест в палатке, − он кивнул на шатер. − Только подождать придется, парень. Ремонт одежи-то подольше будет.
              Сидеть, прячась от людских глаз, мне пришлось не меньше четверти часа. За это время гном успел привести в порядок лишь штаны. Он принялся за рубаху, а я, надев портки, кинул ему медяк и встал.
              − Позже подойду.
              Желчь я благополучно продал алхимику, получив суммарно девять монет. У меня еще оставался выпавший с ежа камушек, очень хотелось узнать, сколько за него дадут. Плюс надо у кого-нибудь выяснить, как здесь идентифицируют предметы − амулет-то, может, ценный, а бонусов, пока не опознан, не дает. И я медленно пошел вдоль лотков, попутно знакомясь с ценами. Большинство торговцев смотрели свысока, видимо, считая, что в моем кармане нет ни медяка, раз уж не могу обзавестись рубахой. Что ж, они правы, на данный момент покупатель из меня хреновый. Не то, что деньгами, даже карманами пока не обзавелся.
              Получено достижение − Голодранец. Вероятность счастливого события: − 0.1%.
              Да что ж такое! Шагу не сделаешь, чтоб какой-нибудь дебафф не схлопотать.
              Разглядывать товар никто не мешал. Блестящие, с витиеватой гардой, мечи, изысканные луки, броня с ажурными узорами, склянки с разноцветными зельями, непонятные свитки, кристаллы и горы всякой всячины. Если честно, то в играх оружие выглядит краше. Впрочем, чему удивляться, здесь начальная локация, поэтому и вещи простенькие. Хотя у того белолицего штучки, похоже, неплохие были.
              Рынок по-прежнему шумел, словно улей. Но вот справа раздались громкие крики:
              − Держи! Вор! Хватай его!
              Невысокий вихрастый паренек, почти мальчик, отчаянно пытался продраться сквозь толпу, сжимая в руке украденный бублик. Под свист и улюлюканье торговцы повалили воришку на землю и принялись азартно пинать. В конце ряда мелькнули синие перья стражников. Ох, запихнут, поди, беднягу в ту самую Яму Презрения, которой пугал стражник!
              Я уже подходил к торговцу камнями, когда услышал за спиной:
              − Парень! Эй, парень, стой!
              Не обращая внимания на эти вопли − мало ли, кто кого тут зовет − я потопал дальше. Но через мгновение передо мной вырос уже знакомый узкоплечий пасечник и потащил меня в сторону.
              − Погоди же, дело есть. Ой, это ты? Вот ведь... Отойдем, а?
              Будет уговаривать мед купить? Было б на что.
              Мы протиснулись между лотками и оказались возле управы. Торговец привстал на цыпочки и, сжимая мою руку, жарко зашептал:
              − Помоги мне, а? Во имя всех богов прошу! Только на тебя и надежда.
              Вот те на! Я смотрел на него во все глаза. Спутал он меня с кем-то, что ли?
              Между тем пасечник слегка успокоился и поспешно продолжил:
              − Меня Еремей зовут, я здешний. Аленка, дочка моя, пропала, уж третий день как. Ушла в лес по грибы и не вернулась. А давеча мне сон пророческий приснился, мол, найти ее смогет только тот, кто на рынке с голым торсом окажется. А тут ты. Все, как предсказано. Не откажи, умоляю! Ну, а за мной не задержится, и медом отблагодарю, и деньгами.
              Ого, никак еще один квест! Хотя нет. Разве неписи бегают за игроками, пытаясь всучить им задания? Или он человек? Похож на живого, конечно, но здешних ежей и зайцев тоже от настоящих не отличишь. Тьфу ты, хрен разберешься в этом странном мире.
              Я задумчиво почесал голову и спросил:
              − А что за лес-то?
              − Да тут рядом, от южных ворот через луг. Сумрачный Бор называется.
              Ясно, значит, тот самый, куда бежала девушка-баффер в хитоне.
              − Ты обалдел, дядя? Я ж видел, туда ниже пятого уровня и не ходят. А я первого пока, нуб нубом.
              − Говорю ж, сон пророческий. Он не обманет. Дочка-то уж больно мала, восемь годков всего, боязно за нее. Два дня как пропала.
              Он снова схватил меня за руку и потащил к своему лотку.
              − Пойдем, пойдем, мед тебе дам − пальчики оближешь! Самый лучший!
              − Да не нужно, мне и хранить-то его негде, − попытался отбрехаться я.
              − А подпол на что? Он в каждой избе есть, туда и положишь.
              Вот болван, а? Не догадался! И верно, в деревнях-то запасы хранят в погребах, а не в холодильнике!
              Мы уже стояли возле прилавка Еремея, и он настойчиво совал мне в руки горшочек, причем не самый маленький. Медяков на пятьдесят, небось, потянет.
              Честно говоря, я уже готов был согласиться: ведь чтобы найти девчонку, совсем не обязательно вступать в бой. Проберусь осторожненько через лес − никто и не заметит. Но решил еще поторговаться.
              − У меня и оружия-то приличного нет, купить не на что, − возразил я, косясь на ближайший прилавок, на котором были разложены мечи и топоры. − Вот только палка какая-то, но толку с нее.
              Еремей тут же подскочил к соседу-торговцу, невысокому рыжебородому гному, и жарко зашептал ему что-то на ухо. Тот нахмурился, кинул взгляд на меня и нехорошо усмехнулся. Потом нырнул под прилавок, пошарил там и извлек полуметровую дубину, утыканную шипами. Протянул ее мне, а пасечник в восторге принялся трясти его ладонь двумя руками.
              − Ну как, а? Подойдет?
              Я внимательно посмотрел на оружие − на рукояти, обмотанной для удобства кожей, светилась надпись: "Шипастая дубина, физатака +5, прочность 17/20, минимальный уровень 1, цена 50 мм". Ого, значит, с ней мой удар будет в три раза сильнее!
              − А заточить можешь? − окончательно обнаглев, я кивнул на шипы.
              Оружейник пожал плечами и безразлично ответил:
              − Пятнашка.
              У меня оставалось двенадцать медных монет, но тратить их на заточку не хотелось. Я пошарил в сумке и протянул ему камушек.
              − Такое не покупаю, − рыжебородый, тем не менее, внимательно осмотрел камень. − Похоже, горный хрусталь, необработанный. Михайло такие по дюжине медяков берет.
              Он помялся, посмотрел на пасечника и махнул рукой.
              − Ладно, меняемся. Еремей, только ради тебя!
              Забрал у меня дубину, вытащил напильник и ловко прошелся им по каждому шипу. Надпись на рукояти тут же поменялась: "Заточенная шипастая дубина, физатака +6, прочность 17/20, минимальный уровень 1, цена 65 мм". Вот это круто!
              Я поблагодарил умельца и собрался было уходить, но пасечник меня остановил.
              − Погодь-ка.
              Он исчез в толпе, а через пару минут появился, держа в руке свернутый в рулон пергамент. Это оказалась карта северной части Синеуса, на которой мы как раз и находились.
              − Вот, гляди. Здесь Черный Камень, выходишь через эти ворота и во-от по этой дорожке − Малый Северный Тракт называется − идешь вот сюда. Сумрачный Бор − вот он, тута.
              Я внимательно следил за его пальцем, показывающим точки на пергаменте. Ничего сложного, разберусь. И в любом случае, карту ему не верну, она мне самому пригодится.
              Еремей между тем снова потащил меня к своему прилавку, где вручил обещанный мед. В ту же секунду мой браслет пискнул и засветился надписью:
              "Получено задание: Спасти Аленушку".
              Значит, все-таки настоящий квест! Ура!
              Запихав банку с медом в суму и обещав Еремею сделать все возможное для спасения его дочери, я направился к ремонтнику. Но не успел сделать и нескольких шагов, как кто-то грубо схватил меня за плечо. Со злостью обернулся: передо мной стоял стражник.
              − Что за вид? − строго спросил он, вцепился мне в локоть и поволок с рынка.
              − Эй, эй, вы чего? Моя рубаха в починке, как раз иду забирать.
              Но угрюмый страж был неумолим. Он упрямо тащил меня в сторону ворот, не слушая никаких объяснений. Я попытался вырваться, но этим лишь больше разозлил его: он взял бердыш наперевес, толкнул меня вперед и уперся острием в мою спину. Тут уж хочешь не хочешь, а пойдешь.
              Репутация со стражей Черного Камня -5. Текущее значение -10.
              Да что ж за фигня-то с этой репутацией!
              Мы миновали половину улицы, когда стражник что-то забормотал. Осторожно оглянувшись, я в недоумении застыл: он приблизил к лицу руку и отдавал приказы прямо в браслет.
              − Выдвигайся, заберешь его! − закончил страж и поднял глаза. − Ну, чего встал, пшел, развратник!
              Острие кольнуло кожу между лопаток, и я торопливо засеменил дальше, тихо обалдевая. Ничего себе, тут еще и голосовая связь есть? Впрочем, да, что-то с памятью моей... Гордей же вчера об этом упоминал.
              Вскоре подошел второй охранник, страж передал ему меня с рук на руки, и через пару минут я уже вылетел за ворота со строжайшим приказанием назад в таком виде не возвращаться.






    Глава 8






              Вот дебилы, а? Я пытался им что-то объяснить и даже медяк совал, чтобы сгоняли за рубахой или, в крайнем случае, к Светке − бесполезняк. Упертые тупые ослы! Пришлось уходить из деревни.
              Вот куда теперь идти полуголым? Все ж рубаха какая-никакая, а бронька. Придется топать в лес, а что делать? Взглянул на тату − защита 2, атака 7. Хорошо хоть дубину не отняли. А могли бы. Впрочем, кто их разберет. Еще мед этот дурацкий в сумке по бедру стучит. Я в сердцах плюнул, достал яблоко и на ходу сгрыз его.
              Народу на тропинке к лесу стало меньше, но мне удалось нагнать парня в рубахе и жилете, похожего на купца. На голове у него красовался железный шлем, слегка напоминающий котелок.
              − Слышь, бро, подскажи, какого уровня мобы в лесу?
              Он лениво обернулся и насмешливо оглядел меня.
              − В начале − третий-четвертый, дальше еще круче. Голышом не потянешь.
              − Агрессивные?
              − Кто как. Богомолы вроде нет, а пчелы − очень даже.
              − А тебе группа не нужна? − закинул я удочку.
              Парень скользнул взглядом по моей руке и покачал головой.
              − Не, Рокот, прости. Первым уровнем только ежей в перелеске мочить, да и то в компании.
              Он ускорил шаг и оторвался. А я, вздохнув, поплелся следом.
              Ближе к лесу трава на лугу стала ниже, и я заметил катающиеся по земле шары сухой травы. Осторожно подошел и прочел: "Перекати-поле". Тоже, что ли, монстры? Прикольно. Но мне сейчас не до них, нужно идти дальше.
              Честно говоря, ожидал, что в лесу будет много народу, и я спокойно смогу пройти. Но, зайдя под сень деревьев, никого не заметил. Видимо, группы охотятся дальше, в чаще. Я вынул карту и убедился, что здесь и начинается Сумрачный Бор. Возле него виднелась маленькая белая точка. Еремей, что ли, пометил?
              Я вздохнул и медленно пошел по узкой тропинке, вертя головой и прислушиваясь. Вокруг росли высокие сосны, а между ними − молодые лиственные деревья и елки. Тут было намного прохладнее, солнечный свет одинокими лучами пробивался сквозь кроны и падал на траву и лапы елей желтыми бликами.
              Шагов через пятьдесят я услышал тяжелый вздох и замер. Тишина. Прошло не меньше минуты, и снова вздох. Может, девочка? Пришлось сойти с тропы. Еле слышно раздвинув ветви ближайшего куста, я увидел мальчишку. Он сидел, прислонившись спиной к стволу старого дуба, а перед ним на камне на задних лапах стоял зеленый таракан размером с кулак и хищно шевелил усами. Ни фига себе особь! И эти мутанты играют здесь роль низкоуровневых монстров?! Впрочем, чему удивляться после боевых ежиков.
              Парнишка снова вздохнул, и я узнал в нем рыночного воришку. Приглядевшись, заметил надпись от локтя до запястья: "Лекс, 2 уровень". Ему было лет шестнадцать, не больше, на щеке красовался кровоподтек, на руке − несколько царапин. Значит, хоть и побили, но отпустили. Или сам сбежал.
              Похоже, парнишку пора спасать. Таракан смотрел на него в упор, словно гипнотизировал. Я шагнул вперед и свистнул. Оба − и мальчик, и монстр − повернули ко мне головы.
              − Лекс, отползай за дерево, я его отвлеку!
              − Кого? − от удивления тот перестал вздыхать.
              − Таракана, кого ж еще. Только не убегай, одному мне с ним не справиться, а вдвоем наверняка забьем, − я взял дубину наизготовку и приготовился к бою.
              − Да это богомол, − тихо засмеялся он. − Он не агрессивный, сам не нападет.
              Блин, вот я комик! Ведь парень с котелком на голове рассказывал об этом.
              − А чего ж тогда он тебя гипнотизирует?
              Лекс пожал плечами.
              − Просто смотрит. Может, тут до меня никто не сидел, вот он и удивился.
              − А ты что здесь делаешь?
              Собственно, я уже догадывался, что мальчишку, как и меня, турнули из Черного Камня. Но мне хотелось посмотреть, как он будет выкручиваться. Однако Лекс выдумывать ничего не стал и ответил совершенно честно:
              − Выгнали из деревни. Деньги кончились, а жрать хотелось, вот и стянул на рынке бублик, − он опять тяжело вздохнул и добавил: − Поймали, гады.
              − И что теперь?
              Он сорвал травинку, сунул ее в рот и лениво ответил:
              − Без понятия. Шалаш, что ли, сделать?
              − Обалдел?
              − А что, мне не привыкать, я на Большой земле полтора года по тайге шастал.
              − Голодный?
              − Когда как, по-разному бывало...
              − Сейчас голодный? − я усмехнулся, достал из сумки последнее яблоко и положил рядом с ним.
              Парнишка благодарно улыбнулся и протянул руку.
              − Алексей.
              − Дмитрий.
              Он впился зубами в яблоко и, хрустя им, спросил:
              − А ты где рубаху-то потерял? Обокрали?
              − Да нет, − замялся я. Рассказывать свою историю не хотелось, Лекс устанет надо мной смеяться.
              − Ладно, не хочешь − не говори. Эх, жаль, ты только первый уровень, а то в группе сходили бы. Мне денег набрать надо. Может, согласятся на штраф.
              Я присел рядом и переложил содержимое сумки на траву.
              − Ты на мой левел не смотри. Сейчас завалим тут всех богомолов, разбогатеем.
              Он обреченно махнул рукой.
              − Не потянем.
              − Зря так думаешь. Смотри.
              Резким движением я накинул суму на камень, где по-прежнему находился богомол, и принялся лупить по ней шипастой дубиной. Алексей недоуменно смотрел на мои манипуляции, потом кинулся мне помогать − у него была сучковатая палка. Мы остервенело молотили по кожаному дну, пока не раздался предсмертный всхлип.
              − Ты охренел? − воскликнул Леха сердито, едва затихла победная трель его бипера.
              Ни фига себе! Я на его глазах спокойно валю моба, которого мы вроде не должны осилить, а он недоволен?
              Алексей, взглянув на мое возмущенное лицо, рассмеялся.
              − Поднимай сумку, сам увидишь.
              Я приподнял суму и взглянул на тушку таракана, испачканную чем-то ярко-зеленым. Рядом лежали четыре медяка, маленькая склянка с красной жидкостью (надо же, не разбилась, чудеса!), на которой виднелась надпись: "Крохотное зелье здоровья", и пергамент под названием "Свиток запирания".
              − И что? − удивился я и предположил: − Ты о том, что чуть склянку не разбили? Да тут, похоже, все стекляшки крепче алмаза.
              Лекс покачал головой.
              − Рокот, богомолы ядовиты. Он наверняка защищался и исплевал твою сумку, вон и сам весь перепачкался. Теперь ты ничего съедобного в нее положить не сможешь.
              Вот дерьмо! Он был прав: внутри сумы блестели еще не высохшие ярко-зеленые пятна. Не, ну кто ж мог такое предположить?
              Между тем Лешка сорвал пару дубовых листков, тщательно вытер монеты и склянку и протянул все мне. Я расстроено покачал головой, мол, пополам. Он кинул в свою суму два медяка и похлопал меня по плечу.
              − Ладно, не парься. Сейчас сотру, что смогу, остатки подсохнут и станут относительно безопасны. Но жратву все равно лучше не класть. Вот мед можно, он в горшке. А яблоки там или груши − ни-ни.
              − Что за свиток запирания, Лех?
              − Это чтоб к тебе домой никто войти не мог, если не захочешь. Забирай себе, моя изба пока недоступна.
              − Ладно, тогда бери зелье, чтоб все по чесноку.
              Мы провозились довольно долго, счищая яд. Между делом я взглянул на бипер и убедился, что за таракана-гиганта опыта мне не дали. Значит, последний удар сделал Алексей.
              − Так ты сюда богомолов лупить пришел? − спросил Леха, когда мы закончили.
              − Да нет, задание выполняю, девчушку тут одну ищу. Восемь лет, зовут Алена. Не встречал?
              − Не-а. Чет больно маленькая. Странник или непись?
              − Кто ж ее знает, − засмеялся я. − В лесу заблудилась, вот надо найти. Не хочешь со мной?
              Алексей ненадолго задумался, потом лихо махнул рукой.
              − А пошли!
              Он наклонился ко мне и коснулся своим бипером моего. На обоих браслетах появилась надпись: "Группа создана". Вот как это, оказывается, делается-то!
              Я сложил вещи в суму, а горшочек с медом на всякий случай взял в руку − совсем не хотелось, чтобы в него попал яд. Леха подтянул портки, и мы потопали.
              В траве сновали богомолы и, возвращаясь к тропинке, мы шагали очень осторожно, чтоб ни на одного не наступить. Провоцировать их на плевки ядом неразумно − Леха сказал, что раны от него очень болезненны и без зелья здоровья не заживают. У нас имелось только одно, на двоих не хватит.
              По тропе идти было безопасно, вот только вряд ли девочка сидит у дороги. Если заблудилась, то где-то в стороне. Я поделился этими соображениями с Лехой, и мы, свернув, углубились в чащу.
              − Ты давно на острове? − негромко спросил я. Раз уж мы пока вместе, грех не разузнать, что ему известно об этом странном мире.
              − Дней пять.
              − Вот ты спросил, человек пропавшая девочка или непись. То есть те, кто стоят на рынке − не люди?
              − Не-а. Вернее, люди, но не настоящие.
              − А кто? Биороботы?
              Лешка почесал голову и задумчиво ответил:
              − Вроде бы нет. Неписи из компьютерной игры.
              Ага, нашел дурака − верить в такое.
              − Да ну, гон. Как же они... материализовались?
              − Фиг их знает. Не долби меня, Димыч, я сам пока мало что понимаю. Но игроки называют их неписями, факт. А они нас − пилигримами или странниками.
              Я вздохнул и замолчал. Похоже, не скоро мне удастся во всем этом разобраться.


              Вскоре гигантские зеленые тараканы перестали мельтешить под ногами, зато вдали послышалось жужжание. Ясно, пчелы. Причем агрессивные. Я предупредил об этом Алексея, и он кивнул.
              − Понял. Если честно, я дальше богомолов не заходил. Позавчера в группе тут бегал, тогда и уровень поднял. А до этого в одиночку сдох.
              − То есть как сдох?
              − А так − Метку потерял.
              Леха протянул мне руку − синий ромб на его ладони был не ярче моего. Значит, мы с ним друзья по несчастью. Может, его убил тот же черный всадник?
              − А кто тебя грохнул-то?
              − Да перекати-поле. Поднимает, зараза, вокруг себя пыль, с ветками мелкими и колючками. Получается как маленькая пылевая буря. Без глаз легко можно остаться. Ну, и в кожу все это впивается, кровотечение дает, заражение. В общем, приятного мало.
              Хм, значит, Леха погиб от моба? Выходит, все гораздо прозаичнее, чем мне казалось.
              − Ясно. Подожди-ка.
              Я достал карту и попытался определить, насколько далеко мы зашли. Судя по рисунку, лес немаленький. И тут рот мой сам собой открылся от удивления: белая точка, стоявшая раньше у входа в бор, теперь перебазировалась вглубь него.
              − Не пойму, она что, наше месторасположение показывает? − я нахмурился и сделал несколько шагов. Маркер дрогнул и чуть сместился. − Ни хрена себе!
              Лешка, который, как оказалось, до того момента местных карт в глаза не видел, задумчиво поцокал языком.
              − Это мир магии, Димыч. Такой, как в компьютерных играх. Не знаю, каким способом его сюда вытащили, но чудес здесь немеренно.
              Спорить было сложно, я здесь всего сутки, а насмотрелся уже немало. Но волшебства не существует, блин! Что ж это за острова-то такие загадочные?!
              − Не, Лех, магия только в сказке возможна. Должно быть какое-то объяснение. Эта белая точка, к примеру, доказывает, что наше расположение отслеживают через GPS. Думаю, с помощью биперов.
              − Ага, − он усмехнулся. − А лечат здесь тоже через GPS? Кидают в тебя сгусток энергии, и здоровье восполняется. Или маги, к примеру, ты их видел? Кто-то швыряется огненными шарами, другие − ледяными стрелами. Это как объяснишь?
              Я вспомнил девушку-баффера, которая утром что-то на меня скастовала. И эффект был очевиден. Может, в Мелизоре и в самом деле работает магия?
              Знание мира +5. Текущее значение 8.
              Вот это да! Сразу пятерку добавили, то есть я узнал что-то фундаментальное, основополагающее. Поверил в магию. Значит, она и правда существует, раз знание мира так увеличилось? Ох, ни фига ж себе!
              В растерянности покачав головой, я прислушался к непрекращающемуся жужжанию и прошептал:
              − Пошли вон через те кусты, надо пчел обойти.
              Однако это оказалось непросто. Куда бы мы ни свернули, везде где-то рядом слышался навязчивый угрожающий звук. Конечно, он бы мне таковым не казался, не знай я, что пчелы агрессивные. Поэтому лучше держаться от них подальше.
              Между тем лес явно стал гуще, порой приходилось пробираться через настоящие заросли. И вот, продравшись через очередную группу елок вперемешку с акациями, мы оказались на небольшой лужайке, посреди которой росла пара дубов, и... замерли. Перед нами было не меньше полудюжины пчел, все они смотрели на нас и, казалось, облизывались. Каждая из них размером могла поспорить с маленькой дыней, полупрозрачные крылышки дрожали, хищно шевелились тонкие хоботки. Н-да, такие съедят и не подавятся. Уж если с одним ежиком первого уровня до полусмерти пришлось биться, то целый рой летающих тварей − это приговор. Я покрепче сжал дубину, ибо стало ясно − нам не уйти. Сзади послышался решительный выдох Алексея.
              Пчелы-убийцы, как значилось на их боках, с отвратительным жужжанием двинулись на нас. Одна из них вырвалась на пару метров вперед, я с размаху саданул дубиной и − о, чудо! − попал. Шипы прорвали тонкое крыло, тварь упала на траву и стремительно поползла прочь. Лешка попытался ее добить, но промахнулся. На второй удар времени не хватило: она была уже слишком далеко.
              Остальные остановились, замерев в воздухе. Судя по тому, как туда-сюда двигались их выпуклые черные глазищи, они переглядывались или даже совещались. Это продолжалось недолго, и вот они уже разлетелись и окружили нас ровным кольцом. Мгновение − и оно начало сжиматься. Пусть не надеются, дешево наши жизни им не достанутся!
              Попытавшись перехватить дубину обеими руками, я обнаружил, что до сих пор держу банку с медом. Выкинуть? Ну уж нет, все пойдет в дело! В отчаянии я резким движением метнул ее в пчелу, которую посчитал лидером роя. Вдруг, если ее убить, другие отстанут? Сдохни, сволочь!
              Тварь на долю секунды зависла, потом резко подалась в сторону, горшок пролетел рядом с ней, ударился о ствол дуба и разбился. Блин, мимо!
              Зато теперь можно было держать оружие двумя руками, я замахнулся... И в удивлении замер. Потому что пчелы, забыв о нас, развернулись и устремились к пролившемуся меду. До меня донесся аппетитный запах, и, несмотря на остроту ситуации, рот снова наполнился слюной.
              Смекалка +1. Текущее значение 3.
              Пока я стоял, хлопая глазами, Леха ткнул меня локтем.
              − Бежим!
              И мы побежали. Ломиться назад в заросли не рискнули, а двинули через поляну, прямо мимо пчел, облепивших пролившееся лакомство. Ни одна из них не обратила на нас внимания.
              Мы неслись, как угорелые, и все не могли остановиться. Но вот мерзкое жужжание смолкло вдали, и у нас, наконец, появилась возможность перевели дух.
              − Слышь, Димон, − задыхаясь, пробормотал Лешка, − походу... пчелы кончились. Кто следующий?
              − Хрен его знает. Кто бы ни был, остается надеяться, что неагрессивный.
              − Тихо! − он вдруг схватил меня за руку и огляделся.
              Я замер и поначалу ничего не услышал. Но вот до меня донесся тихий всхлип, потом еще, и еще. Никакого сомнения, рядом кто-то плачет!
              − Туда! − Лешка кивнул в нужную сторону, и я вслед за ним на цыпочках двинулся на звук.
              И вскоре мы вышли на поляну, посреди которой рос здоровенный ясень. Под ним, сидя на камне, рыдала маленькая девочка в синем сарафане и цветастой косынке, из-под которой свисали русые косы. Мы с Алексеем переглянулись − она! − и осторожно вышли на поляну.
              − Эй, − позвал я, − ты Алена?
              Девочка не услышала. Пришлось подойти поближе. Я снова ее окликнул − и снова без ответа. Леха попробовал − тоже ноль эффекта. Малышка продолжала отчаянно рыдать.
              И тут я заметил, что вокруг дерева, под которым она сидела, ровной окружностью росли огромные поганки.
              − Ведьмин круг, − заворожено прошептал Лешка, и по спине у меня побежали мурашки.
              Не сказать, чтоб я верил во всякую дьявольщину, но здесь, на этом сказочном острове, в сумрачном лесу, где каждая коряга грозила смертельной опасностью, ровный круг поганок действительно впечатлял. Однако сейчас было не до мистики, поэтому я решительно шагнул к девочке и взял ее за плечо.
              − Аленушка, не плачь. Нас твой папа прислал, пойдем, я отведу тебя к нему.
              Девочка вскинула голову, и... на моих глазах из ее маленького рта выросли два огромных клыка. Детское личико за пару мгновений покрылось шерстью, глаза округлились и засверкали яростным огнем. От неожиданности я прирос к месту, с ужасом наблюдая за ее преображением.
              − Арррр! − взревело чудовище и, вскочив, протянулось ко мне заросшие бурой шерстью лапы с длинными черными когтями.






    Глава 9






              Все случилось так внезапно, что отреагировать я не успел. Зверь в обличии девочки вцепился в мою шею, сразу же нанеся с десяток ранок. Кровь брызнула фонтаном, я попытался обороняться, но накатившая слабость победила, и шипастая дубина выпала из рук. Перед глазами поплыли красные круги. Отступив на несколько шагов, я упал на спину, из последних сил пытаясь отползти от чудища.
              Но тщетно. С жутким ревом оно бросилось на меня. И тут в воздухе что-то мелькнуло: то Алексей, прыгнув к "девочке", всем телом ударил ее и оттолкнул в сторону. Она отлетела метра на три, а Леха, схватив меня под мышки, поволок прочь. Оборотень кинулся за нами, но вдруг остановился, словно натолкнувшись на невидимую преграду, и завыл так тоскливо, что у меня мурашки пошли по коже.
              Я взглянул помутневшим взглядом на тату: здоровье девять. А кровь все хлещет. Леха, мгновенно оценив ситуацию, дернул с плеча сумку, вытащил зелье здоровья и влил мне в рот.
              − Держись, Димыч! Глотай, блин, глотай!
              Кровотечение прекратилось, и раны медленно стали затягиваться. Я приподнялся на локте и, сфокусировав взгляд на чудище, с удивлением посмотрел на него. Оно по-прежнему стояло, жадно глядя на меня и время от времени подвывая.
              − Лех... Почему оно не нападает?
              − Похоже, его ведьмин круг держит. Смотри, он стоит прямо у поганок.
              − Да, точно. И не может выйти.
              − Ну, слава Богу, − Лешка легонько ткнул меня в плечо. − Сейчас оклемаешься чуток, и побежим. Кто знает, сколько грибы смогут его держать.
              − Нет, − я решительно покачал головой и взглянул на татушку − здоровье тридцать два, − надо попробовать ее вытащить.
              − Офигел?! Оно нас порвет.
              − Ты сам сказал − ведьмин круг. Значит, он околдовал девчонку. А снаружи, по идее, действовать не должен.
              − Ну, как знаешь, − развел руками Алексей. − Хотя по мне это самоубийство.
              -Я обещал Еремею ее спасти, Лех. Дочь все-таки. Будь это моя сестренка − тоже пошел бы, не задумываясь. Да и дубина моя там осталась.
              − Но он-то не пошел, тебя послал.
              Мы еще немного попререкались, попутно выработав что-то типа плана. Самая рискованная часть в нем отводилась, конечно, мне. Подождав, когда здоровье поднимется до полусотни, я встал и направился к оборотню. Тот, увидев это, заволновался, зарычал, в нетерпении переминаясь на одном месте. Краем глаза я видел, как Алексей начал обходить его с тыла.
              Не дойдя полуметра до круга поганок, я резко вытянул руку, схватил чудовище и рванул на себя. Но оно уперлось и, победно зарычав, попыталось вцепиться в мою ладонь. И непременно укусило бы, не успей Лешка подскочить сзади и толкнуть его ко мне. Клыки с отвратительным звуком клацнули в воздухе, сам оборотень повалился на меня, и мы кубарем покатились по земле. Леха схватил валявшуюся в траве шипастую дубину и выбежал из проклятого круга. Как и было уговорено, он занес ее над головой чудища, но ударить не успел: из-под платка вновь послышался детский плач, а клыки мгновенно исчезли. Я оторвал девочку от себя и быстро оглядел − ни шерсти, ни когтей, все, как у обычного ребенка.
              Ваш новый класс − Охотник на оборотней. Бонус: Физатака +3, Физзащита +3, Меткость +5%, Уклонение +5%.
              Ого, вот это крутизна!
              − Аленушка? − выдохнул между тем Алексей, опуская оружие.
              − Да, − малышка всхлипнула и испуганно посмотрела на нас. − А вы кто?
              − Я дядя Дима, а он дядя Леша, − поднимаясь и вытирая пот со лба, устало ответил я. − Нас твой папа прислал. Сейчас мы пойдем домой, не волнуйся.
              Девочка улыбнулась так доверчиво и радостно, что стало понятно − в чудище она превращаться не собирается. Но на всякий случай мы расспросили о ее приключениях.
              − Я заблудилась, − грустно ответила Алена, − и набрела на эту поляну. Обрадовалась, потому что отсюда знаю дорогу в деревню. Но там, за поганками, рос такой большой и красивый гриб! Я сорвала его, надкусила и почему-то сразу заснула. А когда проснулась, то увидела, что лежу на тебе, дядя Дима.
              − Ясно. Говоришь, знаешь, как отсюда выйти?
              − Да.
              − И мимо пчел проведешь?
              − Конечно, − кивнула Аленка с готовностью. − Они вон там, а нам вот сюда.
              Чуть передохнув, мы отправились в путь. Девочка, несмотря на сгущающиеся сумерки и юный возраст, прекрасно ориентировалась в лесу, и вскоре мы уже вышли к лугу у южных ворот.
              − Давай так, − обернулся я к Лешке, − дашь мне свою рубашку, и мы с малышкой пойдем. А тебе я покажу свою избу, перелезешь через плетень и у меня заночуешь. Пойдем, провожу.
              − Лады, − кивнул он и принялся стягивать рубаху.
              Через три минуты, удалившись от ворот, мы уже подходили к моему дому, так сказать, с тыла. Лешка попытался перемахнуть через плетень и тут же отлетел на несколько метров.
              − Как ты это сделал? − я с удивлением смотрел на потирающего ушибленный бок Лекса.
              В темноте раздался лай и, словно из-под земли, перед нами выросла немалых размеров псина.
              − Запр-рещено через забор! − рявкнула она. − К воротам ступайте!
              В ее голосе мне послышались знакомые интонации. Хотя, может, здесь все собаки одинаковые? Эта выглядела гораздо хуже: помятая, грязная, к шерсти прилипли комки земли.
              − Лаврентий? − неуверенно спросил я.
              Пес взглянул на меня и, клянусь, его глаза засветились радостью.
              − Пр-ривет, кормилец! − гавкнул он. − Прости, не пр-ризнал.
              Леха с удивлением смотрел на нас, а Алена подошла к Лаврентию и ласково почесала его за ухом. Тот лизнул ее руку и спросил:
              − Почему через забор?
              − Да видишь ли, моему другу штраф назначили, в деревню не пускают. А пока не накопили, где ж ему ночевать? Не в лесу же?
              Пес сел копилкой и задумался.
              − Через плетень не пер-релезете, − наконец сообщил он. − Тут защита магическая.
              − И что же делать?
              Лаврентий покосился на меня, и в его тоне появились заискивающие нотки.
              − А еще вкусненького дашь?
              − Конечно. С собой ничего нет, но на рынке позже куплю.
              Он вздохнул и встал.
              − Ладно. Меня сюда дежурить поставили, но делать тут, откр-ровенно говоря, нечего. Тоска смертная. Вот я и вырыл лаз от скуки, чтоб за колбасками быстро сгонять можно было. Пошли, покажу, как я все обустр-роил.
              Лаврентий рванул вдоль ограды, мы за ним. Дома через три он остановился и мотнул головой в сторону нехилого размера ямы. Она углублялась почти на метр и дальше поворачивала под плетень. Офигеть, прямо не собака, а экскаватор.
              − За этот подкоп, между прочим, начальная способность сапера открылась, − хвастливо тявкнул Лаврентий.
              Лезть туда мне не хотелось, поэтому мы с Аленой пошли к воротам, а Лешка воспользовался лазом и, пригнувшись, побежал в сторону моей избы. На прощание я спросил Лаврентия:
              − Где тебя искать-то, когда вкусненькое раздобуду?
              − Позади управы есть стор-рожка, − с готовностью ответил пес, − я чаще всего там обитаю.


              Почти опустевший рынок встретил нас необычной тишиной. Я остановился, крутя головой в поисках Еремея, и тут Аленка закричала:
              − Папа!
              От своего лотка спешил пасечник. Подбежав к нам, он схватил девочку на руки и прижал к груди.
              − Доча, доченька, жива! Умница моя!
              Наобнимавшись, Еремей поставил ее на землю и протянул мне руку.
              − Спасибо, герой, век не забуду.
              Репутация в деревне Черный Камень +5. Текущее значение 5.
              Репутация с персонажем Еремей +50. Текущее значение 50
    .
              Здорово, знать бы еще, что мне это дает.
              Я наклонился к Алене и попросил:
              − Постой здесь, ладно? Нам с твоим папой пошептаться надо.
              Она понятливо кивнула, и мы отошли к бревенчатой избе с надписью "Баня". Я коротко рассказал Еремею о случившемся, добавив напоследок:
              − Приглядывай за ней, а ну как опять зверем обернется.
              Но пасечник покачал головой:
              − Такие штуки тут и раньше бывали. Кто ночью в ведьмин круг попадет, либо в чудище превращается, либо помирает. Но, коли среди дня человека оттуда вытащить, то немочь проходит без возврата.
              − Ладно, как знаешь, − я пожал плечами.
              Еремей между тем полез в кошель, болтавшийся у него на поясе, и вытащил монетку.
              − Держи, друг. И, ежели чего понадобится, помощь или совет, приходи, не стесняйся.
              Та-ак... Это что же, за все труды я один медяк заработал?! Вот спасибо! Конечно, у меня осталась неплохая дубинка, но все ж как-то жидко.
              С кислой рожей взял монету, и тут заметил, что она вроде не медная. Вау, серебро!
              − Ого, спасибо, Еремей! Это сколько ж в медных-то?
              − Ровно сто.
              Вот это дело! Да я ж теперь богач!
              − Может, еще и медком угостишь? А то прежний-то пришлось пчелам-убийцам скормить.
              − Да на здоровье, − радостно кивнул он, и, прихватив Алену, мы двинулись к его лотку.
              Он выбрал нехилый горшок и вручил мне.
              − Может, еще чего надобно?
              − Если знаешь, подскажи, как тут у вас предметы идентифицируют.
              − Как не знать, знаю. Свиток нужен. На рынке иногда бывают, но нечасто. Проще самому раздобыть. Недалече от Черного Камня есть Мрачная пещера, на карте поищи. Коли ты там всех тварей перебьешь и до петуха доберешься, то от него свиток и получишь.
              − Крутые там монстры? − Да нет, уровень невелик, − махнул рукой Еремей. − Правда, посильнее обычных. И много. Ежели всерьез надумаешь − группу собирай.
              Он помолчал немного, пока я переваривал информацию, а потом торжественно сказал:
              − Ну, а теперь самое главное.
              И коснулся пальцами моего бипера. Тот издал радостную трель, гораздо длиннее обычной, вокруг меня на мгновенье появилась золотистая дымка, а немногочисленные торговцы, стоявшие неподалеку, зааплодировали. В недоумении взглянув на дисплей, я со все возрастающим восторгом прочел:
              "Выполнен квест: Спасти Аленушку.
              Получено опыта: 30.
              Достигнут уровень: 2.
              Нераспределенных параметров: 3"

              Ва-у! Вот это класс! Я скользнул пальцем по татуировке: интересно, сколько до третьего левела осталось?
              "Опыт: 45/50".
              Ого, так ведь совсем немного! Завтра добью.
              В полном обалдении я раскланялся перед торговцами, обнял на прощание Еремея и отправился на поиски гнома-ремонтника. Мне повезло, он оказался на месте. Я отдал ему медяк, забрал рубаху и с облегчением переоделся: Лехина так натерла под мышками, что даже здоровье опустилось на единицу.
              Наверное, последний раз я был так счастлив еще до того, как заразились родители. А может, и до того, как злосчастный синдром Шеффилда вообще пришел в мир. Тогда, поняв опасность, все погрузились в мрачную настороженность. Уныние поселилось в душах, прижилось и стало чуть ли не чертой характеров.
              А здесь? Да, смертельно опасно. Да, игра на выживание. Но тут, наряду с этим, живет и смех, и радость, и даже счастье. Как же мне повезло! Ведь мог бы и не узнать про набор добровольцев, мог не пройти тесты. Везунчик! Еще бы сестренка рядом была...
              Радостные мысли прервало грубое вторжение реальности: желудок скрутило в приступе голода, и я, махнув рукой на затраты, направился к постоялому двору, откуда доносился аромат пирогов. Все-таки первый ап, надо отметить, да и Лехе что-нибудь принести нужно, а то сидит там не жрамши. Гулять так гулять! Все равно управа уже закрыта, так что с Аринкой связаться сегодня не получится.
              Харчевня располагалась на первом этаже. Едва я вошел, как меня оглушил многоголосый шум. Ого, как здесь оживленно! Просторный зал был почти заполнен, причем не только людьми и гномами, но и представителями других, неизвестных мне рас. За ближайшим столом резалась в карты компания из пятерых человек... или не человек. Вроде похожи, только все низкорослые, с кирпичного цвета волосами и рыжеватым отливом блестящей, словно намазанной маслом кожи. Немного дальше два мужика чокались большими пивными кружками с высокой, худющей блондинкой со светло-голубым лицом. Странно, вроде бы все похожи на людей, а вроде бы и не люди. И таких необычных созданий здесь было немало. Тоже неписи?
              Справа на деревянном помосте от души наяривала на балалайках и рожках группа музыкантов. У противоположной стены располагалась стойка, за которой суетилась дородная тетка с пышной прической, чем-то похожая на Крачковскую. То один, то другой посетитель что-то ей кричал, и она поминутно выбегала в зал с кружками и подносами. Чуть дальше, в облицованном камнем алькове, на огромном вертеле крутился поросенок, распространяя умопомрачительный запах.
              Трактир гудел, как потревоженный улей. Все что-то обсуждали, но я был слишком голоден, чтобы обращать на это внимание. Отыскал свободный столик в углу и заказал кусок жареного мяса и картошечку с лучком. Ну, и пиво − куда ж без него.
              От соседних столов долетали обрывки разговоров:
              − ...послал отряд бойцов на защиту...
              − ...видимо, жрец появился...
              − ...равновесие не нарушено...
              − ... провести темный ритуал...
              Красномордый здоровяк в латном доспехе склонился к худосочному соседу, чуть не расплескав бурду из кружки на его расшитый камзол.
              − Ты понимаешь, чем это грозит? − пьяным голосом возвестил он. − Боги вернутся, и мы опять потеряем покой! Мало нам Великой Битвы?
              − Тьфу на тебя, Краус, − обиделся худосочный. − Сам безбожник, и других подбиваешь?
              Я рассеянно слушал разноголосые реплики. Как же много здесь необычного и непонятного! Будь дело в Питере, наверняка бы сообразил, о чем говорят соседи, а тут... И все-таки интересно. "Боги вернутся". Хм, а где они шляются? Жрец появился. Знать бы, хорошо это или плохо.
              Но вот трактирщица "а-ля Крачковская" принесла заказ, и мне стало не до них.
              Наверное, никогда в жизни не получал я такого удовольствия от еды! Горячий мясной сок, жирный и прозрачный, капал с куска. Бифштекс таял во рту, и просто физически ощущалось, как мышцы наливаются силой. Похоже, вид я во время еды имел весьма забавный, потому что игравшая в кости компания за соседним столом, взглянув на меня, радостно рассмеялась. Я улыбнулся с полным ртом и помахал им вилкой с нанизанным на нее куском мяса.
              Наевшись от пуза, я принялся изучать браслет. Понажимал кнопки, покрутил туда-сюда появляющуюся информацию и, наконец, разобрался. Нет, пожалуй, увеличивать параметры пока не буду, нужно поподробнее ознакомиться с матчастью. А сейчас − домой, отдыхать после долгого трудового дня.
              Я допил пиво − на редкость вкусное, кстати, − и потопал к стойке. Купил три упоительно пахнущих пирога и кусок мяса, попросив, естественно, все это завернуть.
              Когда я вошел в избу, Алексей спал. Но на аромат еды среагировал моментально − через секунду уже стоял рядом и облизывался. Я отдал ему бифштекс и пирог (что хотите говорите, но мед зажал), он умял их в мгновенье ока, и с блаженной улыбкой прислонился к стене.
              − Спасибо, Рокот! Кстати, а почему ты выбрал себе такой ник?
              − Меня так с детства звали. От фамилии пошло.
              − Ясненько. А сюда зачем приехал? За Фиолами?
              − Да. Сестра болеет. А родители еще зимой умерли от синдрома.
              Улыбка сошла с Лехиного лица, и он грустно закивал.
              − Мои тоже, только раньше. Я сам-то из Нижневартовска, а после их смерти полтора года в тайге жил.
              − Один? − изумился я.
              − Почему один? С дедом. Потом моего приятеля, Ромку, его предки к нам привезли. Посчитали, что в лесу безопаснее. Да какое там, −  он махнул рукой.
              − Умер?
              − Ага. Сначала дед, потом он. Дед-то быстро угас, буквально за неделю, а Ромка долго мучился. Прикинь, мы с ним одни на делянке, он уже и ходить не может, что было делать? Ну, взял сани небольшие, смазал полозья жиром, чтоб по траве скользили, и поволок к людям. Уж как мы измучились в дороге, передать не могу. Жратва скоро кончилась, жара, комары. Ромка лежит-стонет, я эти сани тащу, как проклятый. А как через реку его на себе пер, и вспоминать не хочется. В общем, жесть.
              − И что потом?
              − Да что, доплелись через две недели до какого-то поселка. А он вымер почти, одна больница да три двора жилых остались. Ну, Ромку положили, а меня в детдом сплавили. А что мне там делать? Ну, нафиг. Вот я сюда и сбежал. Сказал, мол, восемнадцать уже есть, берите. Да они и не больно-то проверяют.
              − Да уж, досталось тебе, Лекс. Друг, говоришь, не выжил?
              − Не-а. Умер дней через пять. Синдром же, не абы что. В общем, сплошная безнадега.
              Леха скоро засопел, взгромоздившись на лавку, а я все размышлял над его историей. Вот ведь, маленький, худой, мальчишка совсем, а уже столько пережил. Из таких вот невзрачных ребят общая беда делает настоящих героев. Гляди ж ты, друга по тайге две недели тащил... Да что тайга − он и со мной на оборотня идти не побоялся. Молодец, парень.
              Ладно, все это лирика. Мысли мои постепенно переключились на Мелизору. Чтобы тут задержаться, надо многое уметь. Поэтому отставляем в сторону досужие размышления и возвращаемся к характеристикам − надо же знать, какие параметры завтра увеличивать.
              Я устроился поудобнее, крутанул тату и начал читать.
              Меткость: 25%, зависит от ловкости.
              Ни хрена себе, только каждый четвертый удар в цель попадает? То-то я смотрю, промах на промахе. И это еще с бонусом за победу над оборотнем!
              Уклонение: 10%, зависит от ловкости.
              Да и избежать атаки врага шансов немного. Ну да ладно, подрасту.
              Грузоподъемность: 20 кг, зависит от силы и пытливости.
              Вероятность критического удара: 5%, зависит от интуиции.
              Вероятность пророческого сна: 2%, зависит от интуиции
    .
              Хорошая вещь. Не приснись такой сон Еремею, не видать бы мне шипастой дубины и уровня.
              Торговая скидка: 1%, зависит от обаяния и репутации.
              Вероятность счастливого события: 0.2%, зависит от удачи
    .
              Ага, теперь понятно, что за фиговина дается при достижениях. Похоже, штука ценная.
              Дальше шли вторичные, менее важные характеристики, типа уже замеченных мною атлетики и смекалки. А также ремонтные, добывающие и созидательные, которые мне не пришло в голову даже читать. Я − воин, и крафтером становиться не собираюсь.
              Вместе с этой благостной мыслью меня накрыл сон.






    Глава 10






              Задрав голову, я разглядывал высоченный храм. Его зефирные купола, отражая солнце, упирались в самое небо. Такой красоты мне еще не приходилось видеть! Витые колонны, стены из молочно-белого мрамора, сплошь покрытые тонким орнаментом... Храм походил на сказочный мираж, на облако, из которого волшебный ветер смог сваять призрачное чудо. Казалось, достаточно малейшего дуновения, и чудо исчезнет, не оставив и следа.
              Откуда-то сверху доносилась тихая, нежная, словно бы хрустальная мелодия. Околдованный ею, я поднялся по ажурной лестнице и оказался в огромном зале с украшенными фресками стенами. Вернее не в самом зале, а на галерее, нависающей над ним.
              Пространство было почти пустым и чем-то напоминало то ли бальный, то ли тронный зал. Трона здесь, однако, не было, вместо него в центре располагалось круглое возвышение, на котором красовался полупрозрачный розовый кристалл. Пять фигур в длинных светлых одеяниях и остроконечных широкополых шляпах − настоящие маги из древних легенд − тихо стояли вокруг него. Покачиваясь, словно в эйфории, они шептали что-то на непонятном, но очень красивом языке. Вот один из магов сделал шаг вперед и осторожно подправил кристалл, установив его точно посередине. Кристалл слегка дрогнул, грани его затрепетали и начали вдруг раскрываться, как лепестки цветка. В самой его сердцевине блеснула искорка и, когда бутон полностью раскрылся, взорвалась миллионами звезд. Яркое сияние поглотило все, слепило даже сквозь невольно зажмуренные веки. Маги враз опустились на колени, а музыка зазвучала громче. Душа моя наполнилась светлой, возвышенной радостью.
              И вдруг в хрустальную мелодию ворвался резкий, противный скрип. Он был настолько неуместен, что я отшатнулся, ударившись головой о стену. Открыл глаза − передо мной белела труба печи, уходящая ввысь. Уп-с! Так это был только сон?!
              В голове все еще звучал волшебный перезвон и тихий шепот магов. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы окончательно вернуться в реальность. Я свесился с печи и увидел Светку − она стояла у открытой двери и с удивлением смотрела на Леху, который, сидя за столом, самозабвенно полировал полой рубахи камень отражения на своем запястье. Надо ж ей было явиться в такую рань и прервать скрипом двери мой чудный сон! Кстати, может, он пророческий? Надо будет подумать.
              Вздохнув, я слез с печи и представил Светлану и Лешку друг другу. Мы разломали оставшиеся два пирога и кое-как подкрепились. На этот раз вожделенным медом пришлось поделиться − жратвы катастрофически не хватало. Светка умяла за раз треть горшочка, я, не выдержав, отнял его и спрятал в буфет.
              − Ну, ты и Винни-Пух! Нам-то оставь.
              Она радостно хихикнула.
              − Забирай, жадина. Прячь свой драгоценный мед, и пошли качаться. Леш, ты с нами?
              − Ну, если не буду лишним.
              Однако у меня были другие планы: хотелось спокойно изучить карту и распределить свободные очки параметров. Но Светка разнылась, и мы чуть не поссорились. Кончилось тем, что они с Лехой пошли в перелесок, оставив меня одного.
              Для начала я решил не заморачиваться повышением побочных характеристик, а улучшать только боевые. Выбрал силу, выносливость и ловкость. Поколдовал над разноцветными кнопками на браслете и сразу почувствовал, что ставшая уже почти привычной слабость немного уменьшилась. Так и до прежних кондиций недалеко. Что ж, прекрасно, что там у нас дальше по плану?
              Я развернул карту и погрузился в ее изучение. Это был довольно подробный рисунок северной части острова, где как раз и находился Черный Камень. Еще две деревни, Кряжистый Берег и Большие Луга, располагались на расстоянии нескольких десятков километров от него, тоже на побережье. И это только в ближайших окрестностях, так как на карте, судя по очертаниям, изображено было не более десятой части Синеуса. От каждой из трех деревень шла дорога куда-то вглубь острова, пересекавшая луга и лес, в нашем случае − Сумрачный Бор. Кое-где встречались овраги, пещеры, в том числе и Мрачная, куда я надеялся зазвать вскоре ребят. А на юго-западе от Черного Камня, за лесом, начиналась небольшая долина. За ней - Темное кладбище, позади которого виднелась река и коричневое пятно с загадочной надписью "Развалины К." . На этом карта обрывалась.
              Знание мира +1. Текущее значение 9.
              Получено достижение − Картограф. Вероятность счастливого события: + 0.1%
    .
              Что ж, неплохо. Теперь можно и на охоту отправляться.


              Проходя мимо стражников, я невольно услышал обрывок их беседы.
              − ...и то, что появился Утрес-Крех, не может быть совпадением, − говорил пожилой бородатый охранник, − иначе равновесие нарушится.
              − Эх, теперь начнется, − вздохнул второй, юноша лет двадцати. − Мало нам странников, так скоро еще кто-нибудь появится. Будь прокляты эти жрецы!
              − Не говори глупостей! − прикрикнул старший. − Пилигримы приносят гораздо больше пользы, чем вреда.
              Я тихонько прошел через ворота, сделав равнодушное лицо. Любопытный разговор. Странники-пилигримы − это, конечно, мы, те, кто прибыл из-за купола. То есть живые люди, а не неписи. И младший страж нашим присутствием явно недоволен. А теперь случилось нечто, что может вызвать приток кого-то еще. Кого, интересно? Каких-то других сущностей? Хм... Кстати, про жрецов и равновесие болтали вчера в трактире. Но пока в единую картинку эти обрывки не связываются. Ладно, подождем, а пока надо найти ребят, решил я и бодрой рысцой направился в ежовый перелесок.
              На окраине луга, возле деревьев, лежали Лешка со Светой. Одежда в уже знакомых мне дырочках от игл, лица и руки в грязи и крови. Скольких же они завалили, что так вымотались?
              − Это не ежи, а стегозавры какие-то, − пожаловался Алексей, завидев меня.
              − Судя по вашему виду, вы убили не меньше десятка.
              − Ага, щас. Одного-то еле одолели, и то думал, копыта откину. Дали по единице опыта да по медяку. А яблоко Света съела.
              − Ничего, втроем веселее пойдет, − улыбнулся я. − Лешк, мы с тобой танкуем попеременно, лады? А Светлана будет чуть позади.
              − Вообще-то сзади должен быть я, − вздохнул Алексей. − Я ж маг.
              − Чего?!
              − Да, Димон. Два очка в интеллект бросил, на третье выучил заклинание.
              Он бодро поднялся и подмигнул.
              − Смотрите внимательно.
              С этими словами Алексей сделал хитрый пасс рукой, маленький огненный сгусток сорвался с его ладони и полетел в ближайшую березу. На стволе осталось темно-коричневое пятно с обгоревшими краями.
              − Ни фига себе! − оторопел я. − И ты молчал?!
              − Да она слабенькая, магия-то, − принялся оправдываться Леха.
              − Ладно, тогда мы со Светкой танкуем, а ты сзади долбишь. Вы как, в норме? Тогда погнали! Принимайте в группу.
              Втроем, да еще с шипастой дубиной и Лешкиной магией, дело пошло веселее. Мы уже не пользовались сумкой как сачком, а смело атаковали ежей. Правда, все равно после одного-двух приходилось отдыхать и восстанавливать здоровье, но недолго. Светлана в бою стонала, кричала, ойкала, но в целом билась неплохо. Бипер радостно пищал, сообщая о повышении навыков. За пару часов мы набрали с полдюжины яблок, половину схомячив на месте, полтора десятка медяков, крохотное зелье бодрости и серьгу с магической защитой. Ее тут же подарили Светке в награду за стойкость.
              После трагической гибели очередного ежа меня снова окутала золотистая дымка.
              − Третий! − восхитилась Светка. − Ну, ты крут!
              − Ага, − поддакнул Лешка. − Как на дрожжах растешь.
              − Не завидуйте, сейчас немного передохнем, и снова на ежей − за вашими апами.
              − Не вариант, − покачал головой Алексей. − Ты их уже перерос − опыта не дадут. Придется в лес, на богомолов...
              Во время отдыха я раскидал новые очки параметров. На этот раз я вложил по одному в выносливость, интуицию и удачу. И мы двинулись на тараканов.
              Битвы с ними были сложнее и куда неприятнее. Паршивцы плевались ядом, после которого оставались саднящие язвочки. К счастью, после гибели тараканов частенько попадались крохотные зелья здоровья, которые полностью убирали отравление.
              Мы со Светкой стояли впереди и лупили богомолов дубинками, при этом на ее лице было написано отвращение. Леха издали кидал шарики огня, и в целом дело шло неплохо. Настолько, что к середине дня оба моих спутника подняли уровень. Ох, сколько было радости!
              − Хорошо бы отремонтироваться, − мечтательно сказал Алексей, − но ведь откажут, небось, пока штраф не заплачу.
              Его оружие и одежда и в самом деле оставляли желать лучшего: кровавые дырки от игл, зеленоватые разводы после плевков богомолов, трещина на посохе... Светка выглядела не лучше.
              − Пойдем вместе, − предложила Света. − Ты пока у Рокота посидишь, а я сбегаю.
              Лешка согласно кивнул, и они двинулись в деревню.
              − Погодите, − крикнул я им вслед. − В моем сундуке лежит свиток лечения, может, кому-то из вас его выучить? Все-таки подмога.
              − Спасибо, подумаем, − улыбнулась девушка, и они отчалили.
              А я остался, не представляя, чем себя занять. Охотиться на богомолов в одиночку смертельно опасно, поэтому мне ничего не оставалось, как просто пойти гулять. Ну и ладно, исследование окрестностей еще никому не мешало.
              Осторожно ступая, я миновал ареал распространения тараканов и пошел дальше. Вскоре послышалось отдаленное жужжание − брр, пчелы-убийцы. Это ж надо так назвать, а? Видно, создатели этого мира насмотрелись "Убить Билла".
              Свернув в сторону, подальше от этих тварей, я вдруг услышал странные звуки: монотонное гудение вперемешку с писками, шуршанием, стрекотом... Через несколько метров передо мной открылась необычная картина: на ветке раскидистого дуба сидел филин, а перед ним вилась одинокая пчела-убийца, норовя напасть то справа, то слева. Птица отчаянно оборонялась, хлопала крыльями и пыталась клюнуть агрессора носом-крючком. Но было очевидно, что шансов у нее мало.
              Я сделал шаг вперед, под моей ногой хрустнула ветка, филин повернулся на звук и заметил меня. В круглых рыжих глазах мелькнула надежда, и к моему великому изумлению он прохрипел:
              − Помоги!
              Еще одна говорящая животина! Впрочем, чему ж удивляться, раз тут дофига людей с искусственным интеллектом, почему бы не быть таким же зверюшкам?
              Воевать один на один с пчелой мне совсем не улыбалось. Она четвертый уровень, я − третий, скорее всего, мне ее не одолеть. Но в желтых глазищах филина была такая мольба, что отказаться я не посмел. Да и как не помочь тому, кто попал в беду. И потому я сбросил сумку на землю, перехватил дубину поудобнее и бросился на гигантское насекомое.
              Пчела уже заметила меня и приготовилась отражать нападение. Я с размаху опустил на нее оружие и, конечно, промахнулся. А пока готовился к новому удару, она метнулась ко мне и мгновенно впилась в шею. Заорав, я наудачу махнул дубинкой, и тварь заверещала. Мелькнула надежда, что шип порвал ей крыло, но напрасно: она по-прежнему висела в воздухе с грозным жужжанием. И явно была намного злее, чем минуту назад. В этом мне пришлось сразу же убедиться: пчела дернулась в сторону, и прежде, чем я успел повернуться, ужалила меня в предплечье.
              Дубина выпала, но я успел подхватить ее на лету и, держа одной рукой, бросился на врага. Просто пер и пер. Размахивал ею, как волк из "Ну, погоди!" − штангой, с одной единственной мыслью: не давать пчеле опомниться! Если мне удастся хоть раз задеть шипом по крылу, она не сможет летать, и тогда появится шанс ее прикончить. Пока она вот так висит в воздухе, моментально шарахаясь вбок, достать ее нереально.
              Оружие у меня было не самое легкое, и рука быстро устала. Едва я опустил ее, как тут же получил еще один укус, на этот раз в плечо. Предупредительно пискнул бипер: "Угроза жизни! Здоровье 23/80". Ах ты, тварь!
              Места укусов жгло, как огнем, поврежденная рука висела плетью. Травит она вдобавок, что ли?! Силы быстро покидали, и вот я упал на колени, по-прежнему держа оружие наизготовку. Еще один-два укуса, и конец.
              Пчела снова двинулась на меня, я наугад отмахнулся и попал. Удар вышел отменным: удалось и рану вражине нанести, и помешать ей меня укусить. Но она на удивление быстро пришла в себя и, не давая мне среагировать, ужалила в бок. Кричать уже не было сил, я застонал и повалился навзничь.
              "Пиип-пииип", − пронзительно заверещал бипер. Сколько там осталось хитов, восемь, десять? Поднять руку и посмотреть я уже не мог. В сумке есть зелье, но до нее не добраться − а пчела-убийца зависла надо мной и приготовилась к последнему броску. Все, конец! И филину не помог, и одну из двух оставшихся Меток сейчас потеряю.
              И вдруг сквозь кровавую пелену в глазах я заметил, что в меня летит какой-то светло-желтый блестящий сгусток. Напрягая последние силы, дернулся в сторону, пытаясь увернуться, но получилось лишь едва сдвинуться с места. Он влетел прямо мне в грудь... и бипер замолчал. Боль мгновенно отступила, и я почувствовал такой прилив энергии, что смог вскочить на ноги. Пчела замерла в изумлении, и мне удалось воспользоваться ее замешательством. Меткий удар − и она камнем рухнула вниз. Упав на колени рядом с ней, я принялся отчаянно молотить по земле, боясь, что она сбежит. Удар − промах. Удар − промах. Удар − есть! Еще. Промах, промах, промах. И, наконец, попал!
              Браслет радостно пискнул, залился победной трелью и выдал: "Получено опыта: 6". Все еще стоя на коленях, я уронил голову на руки и застыл в нелепой позе. Силы потихоньку возвращались. Блин, ведь на волосок от смерти был! Нет уж, в такие передряги я больше не ввязываюсь. И, кстати, что это за желтый заряд в меня прилетел? После него явно легче стало.
              Получено достижение − Защитник. Вероятность счастливого события: + 0.1%.
              − Долго будешь стоять в раскоряку? − послышался недовольный голос.
              Я поднял глаза и увидел филина. Он спустился на нижнюю ветку и теперь нависал надо мной, мигая рыжими глазами-блюдцами.
              Он прав, поза и в самом деле не очень. Я медленно поднялся и процедил сквозь зубы:
              − Мог бы и спасибо сказать.
              И, не оборачиваясь, побрел прочь. Такая вдруг злость взяла, что не хотелось видеть неблагодарную птицу.
              − Эй! Добычу не хочешь собрать?
              Вот ведь память-то девичья!
              На месте гибели пчелы лежали восемь медяков, свиток и кусок кожи. Я поднял его и прочел: "Кожаный пояс воина, сила +1, физзащита +2, прочность 15/15, минимальный уровень 3, цена 55 мм". Вау, вот это класс! Первая вещь, выпавшая мне с монстра, и такая крутая! Мало этого − на поясе было целых три слота-кармашка для зелий. Теперь я смогу пользоваться ими в бою!
              На валявшемся рядом пергаменте было написано: "Свиток медлительности". Надеюсь, кто-нибудь знает, как он действует.
              Побросав добычу в сумку, я собрался было уходить, но филин ухнул мне вслед:
              − Погоди!
              − Ну?
              − Ладно... Это... Спасибо, в общем.
              − На здоровье, − я снова повернулся к нему спиной, однако он и на этот раз меня остановил.
              − Ты где живешь, Рокот?
              Хм, откуда... Ах, да, татуировка. Все время забываю.
              − В деревне, где ж еще.
              − А дом есть?
              − Естественно.
              − Тогда это... В общем, согласен пожить у тебя.
              Я в удивлении поднял на него глаза. Ничего себе заявочки!
              − А что, − возмущенно развел крыльями филин. − Сам видишь, тут опасно.
              − Мне-то что за дело? Переселяйся, куда хочешь. Почему в мой дом?
              Повращав глазами, этот наглец ответил:
              − Ты меня спас.
              − И что?
              − Теперь ты за меня в ответе. Экзюпери не читал, что ли?
              Охренеть! Да-а, живность продвинутая пошла. Но нет, фигушки, не уболтает. С другой стороны, почему бы и нет? Чем он помешает? При случае, может, расскажет что-нибудь о местных монстрах. Да и вообще о мире.
              Почесав нос, я поинтересовался:
              − А какая мне с тебя польза?
              Перья над глазами филина, служившие ему то ли бровями, то ли ушами, возмущенно задрожали.
              − Ну, ты и эгоист!
              Потом, видимо, вспомнив, что это он ко мне просится, а не я к нему, птица одумалась.
              − Я это... лечить тебя буду.
              Вот это новости! Он еще и доктор?
              − А ты умеешь?
              − Здрасьте! А кто тебе в бою помереть не дал?!
              И тут до меня дошло: светло-желтый сгусток света, после которого прекратилась боль, и появились силы. Мама дорогая, и этот чудо-лекарь просится ко мне жить!
              Так, спокойно. Ни в коем случае нельзя показывать свою заинтересованность, а то крылатый нахал такие условьица выдвинет...
              − Толку с твоей лечилки, если я в лесу с монстрами воюю, а ты в избе сидишь? Не, не пойдет.
              Филин, подняв когтистую лапу, почесал то место, где у приличных зверей находится подбородок, и выдал:
              − Ладно уж, буду с тобой ходить на охоту. Но с двумя условиями.
              А вот хрен тебе. Сейчас спрошу: "С какими?" и отдамся с потрохами. Лучше помолчу, так оно надежнее будет.
              Повисла тишина. Филин, насупившись, искоса поглядывал на меня и ждал. Но я держался, как партизан на допросе. Покрутившись на ветке, он внушительно повторил:
              − С двумя условиями.
              − Почему не с пятью?
              − В бою я сижу в самом безопасном месте − раз. И жратва с тебя − два.
              − А чем ты питаешься?
              Мне показалось, или этот засранец действительно пытается спрятать удовлетворенную улыбку?
              − Ну-у... Лучше, конечно, мышами.
              Посмотрев на мою скептическую физиономию, он поспешно добавил:
              − Но могу и хлебом.
              Слушайте, ну разве я мог отказаться? Нет, конечно. Согласно кивнул, и мы, фигурально выражаясь, ударили по рукам.
              − Кстати, имя у тебя есть? Как к тебе обращаться-то?
              Филин важно кивнул.
              − Естественно. Диоген.
              Я так и застыл с открытым ртом. Неслабо!
              − Крутое имя. Надеюсь, ты ему соответствуешь. И помни: будешь выпендриваться − выгоню к такой-то матери. Погнали.
              Он насупился, потом нехотя кивнул, сел на мое плечо, и мы отправились к выходу из леса. Но едва я сделал шаг, как филин вцепился в меня когтями.
              − Уй-оо... Обалдел? Больно же!
              − А как мне держаться? − проворчал он.
              Логично. Почесав в затылке, я ответил:
              − Лети пока сам. А вечером что-нибудь придумаем.
              Так мы и двинулись: один по воздуху, другой по земле.
              Получено достижение − Петовод. Вероятность счастливого события: + 0.1%.


              На том месте, где меня оставили Светка с Лехой, никого не было. Я на всякий случай поаукал, но безрезультатно.
              − Поесть бы чего, − тихо, но внушительно сказал Диоген.
              Честно говоря, я и сам проголодался. А потому решил направиться в деревню. В крайнем случае, ребята поохотятся вдвоем, а я пока перекушу.
              Мы вышли на луг и потопали в Черный Камень. Вернее, топал я один, а филин летал вокруг меня, то и дело ворча, что странники ходят слишком медленно.
              На полпути к деревне нам повстречался Алексей. Я познакомил его с Диогеном (надо было видеть, как у Лехи округлились глаза, когда тот осторожно сел мне на плечо) и порадовал известием, что теперь у нас есть свой лекарь.
              − А где Светка?
              − Не хочет сегодня больше качаться, устала, говорит.
              − Ясно. Параметры-то подняли?
              Лешка насупился.
              − Ага. Но в деревню меня не пустили. Сказали, мол, живи где хочешь, пока штраф не заплатишь. Сто медяков, прикинь! Опять за ворота вытурили.
              − Не переживай, накопим. А пока через лаз, − засмеялся я.
              − Очень смешно. А вы сейчас куда?
              − Да пожрать что-нибудь хотели. Диоген проголодался.
              Алексей с подозрением покосился на филина, хотел было что-то сказать, и тут началось...






    Глава 11






              В первый момент никто не понял, что случилось. Вроде только что стояли, мирно беседуя, и вот уже земля ушла из-под ног, а я кубарем покатился по траве. Леха заполошно взмахнул руками и исчез из поля зрения. С шумом захлопав крыльями, взлетел Диоген.
              Стоя на четвереньках, я потряс головой и огляделся. Алексей лежал неподалеку и вращал глазами.
              − Димон, что это было? − он едва успел договорить, как снова ощутимо тряхнуло.

              Где-то вдали послышался грохот. Похоже, что-то рухнуло. Стражник у ворот, держась за опорный столб, неуверенно пытался встать на ноги. Над лесом с беспокойными криками взметнулись птицы, а дальше, у самого горизонта, поднялся ввысь столб темно-серого дыма. Пожар там, что ли?
              Чтобы не искушать судьбу, я прилег. И явственно почувствовал еще несколько толчков, уже послабее.
              − Лех, походу, землетрясение.
              − Угу, − отозвался он и, помолчав, жалобно добавил: − Димк, может, в избу быстренько метнемся?
              − Обалдел? Чтоб нам потолок на голову упал? Лежи, не дергайся. При подземных толчках открытое поле − самое безопасное место.

              Валялись мы минут двадцать. А когда стало понятно, что стихия угомонилась, осторожно поднялись.
              − Ну что, в деревню?
              − Давай, − кивнул Алексей.

              Он явно не поверил мне и спешил спрятаться дома.
              Вернувшись в избу (Леха традиционно нырнул под ограду), я показал Диогену его новые владения. Филин раздраженно ухал, ворчал что-то об убогости обстановки, но в глубине души − я это чувствовал − был доволен. Облетев всю горницу вдоль и поперек, он ощутил себя полным хозяином, взгромоздился на буфет и пробормотал:
              − Кто-то обед обещал...

              При этом свои наглые рыжие глаза устремил в потолок, типа я не я, свинья не моя. Пришлось достать из буфета последний пирог.
              Дверь открылась и через порог шагнула Светка.
              − Дим, я так испугалась, а тут слышу − вы верну... − она осеклась, заметив птицу.
              − Знакомьтесь: Лучик-Диоген.
              − Очень приятно, − механически прошептала девушка, во все глаза глядя на филина.

              Тот надменно кивнул и отвернулся. А потом и вовсе улетел на печь.
              − Чего испугалась-то, Свет?
              − Изба ходуном ходила.
    Так страшно, ужас.
              − Землетрясение, солнц.
    Не обращай внимания.
              Лешка тем временем сидел у стола и читал свою татуировку.
              − Слышь, Димыч, походу, при апе здоровье и бодрость повышаются.
              − Естественно.
    Еще и сытость, по идее, должна.
              − Ага, точно.
              − Итак, народ, какие у нас планы?

              Света неслышно, по-кошачьи, подошла и села на лавку.
              − Опять на богомолов, наверное? Только на сегодня пас, устала, нанервничалась.
              − Одежду и дубину починила? − повернулся я к ней.
              − Ага.
    Все деньги ушли на ремонт.
              − Не печалься, с медяками у всех негусто, − засмеялся Лешка. − Я вообще свои Димычу отдаю, он же нас кормит.

              Мы сидели за пустым столом, даже как-то неловко, не по-русски. А поставить, чтоб угостить друзей, нечего. Н-да, небогато живем. Тяжело вздохнув, я выставил остатки меда. Стоит ли говорить, что через пять минут его не осталось?
              − Ты чего про планы-то спросил? − облизнувшись, встрепенулся Леха. − Идея какая появилась?
              − Да, говорят, где-то есть Мрачная пещера, там мобы посильнее обычных.
    Значит, и опыта за них больше дают.
              − Мы и этих-то едва валим, − поджала губы Светка.
              − Димон, не финти, я ж вижу, ты на что-то конкретное нацелился.

              Пришлось сознаваться.
              − Ага.
    На петухов.
              Не успел я это произнести, как из-за печки показалась голова филина.
              − Он вам не Димон! − строго произнесла голова и скрылась из виду.

              В первую секунду мы оторопели, а потом дружно расхохотались. Утирая выступившие слезы, Светлана уточнила:
              − Так что там с петухами-то?
              − Свиток идентификации.
              − О, видел такие, − Леха активно закивал. − Только в пещере мы не выживем, Дим.
    Сам посуди, ты у нас один танк-то.
              − Как так? − я повернулся к Светке. − А ты?
              − Я два очка в интеллект кинула.
    А на третье лечилку изучила.
              − То есть вы теперь маги? Эх, жаль.
              − Почему?
              − Да Диоген-то у нас доктор, лечит весьма неплохо, − объяснил я подруге и добавил, повысив голос: − Если не выпендривается, конечно!

              Филин тут же нарисовался над печью, укоризненно покачивая головой. Постоял, махнул крылом, тихо буркнул:
              − Совсем обнаглел!

              И опять смылся.
              Мы снова прыснули. Успокоившись, Светка печально вздохнула.
              − Жаль, раньше про него не знала, поторопилась.
              − Ничего, − я положил ладонь ей на руку. − Зато с двумя лекарями мы практически бессмертны.

              Но Леха неожиданно возразил.
              − Не, Димыч, рановато нам на петухов, подкачаться нужно.
    Ну, или еще пару человек в группу залучить.
              Ох, не люблю, когда мои планы не исполняются. Я вскочил и решительно хлопнул в ладоши.
              − Тогда нечего рассиживаться.
    Сейчас быстренько на рынок сгоняю, заодно починюсь да домой звякну. И пойдем на богомолов. Авось к вечеру левел поднимем.
              − Дуй, мы тебя тут подождем, − с готовностью кивнул Леха, и я отчалил.

              Но едва вышел на дорогу, как за спиной послышалось уже знакомое хлопанье крыльев: Диоген решил отправиться со мной. И я, наивный, согласился.
              Его план стал вскоре понятен. Едва мы достигли площади, как филин стал рваться на постоялый двор.
              − Хлеб надо покупать только там!
              − Еще чего! На рынке в три раза дешевле.

              Он пытался настаивать, но я был непреклонен.
              Народ гудел. Все обсуждали недавнее землетрясение, интересовались, кто что слышал по этому поводу, кто что знает. Удивлялись, мол, никогда такого не было. Седобородый старик-травник, подняв палец вверх, пророчил:
              − Грядут перемены!

              Немного послушав сплетни, я понял одно: землетрясение связывают с какими-то жрецами, появившимися в Мелизоре несколько дней назад. Кто они и откуда взялись − непонятно, но народ не сомневался, что подземные толчки − дело их рук.
              Когда обсуждение пошло по второму кругу, я отошел и принялся за дело. Сгонял к ремонтнику, починил одежду и дубину, а заодно и сумку от яда почистил, что тоже влетело в копеечку. Но все же получилось не так дорого, как могло: Диоген торговался за каждый медяк и в итоге сэкономил не меньше полудюжины. Обаяние у него, что ли, прокачено?
              Но, оказалось, у вредного филина был свой замысел.
              Скормив ему булку прямо на площади и сунув остальные в суму, я уже собрался уходить, но он вдруг запротестовал.
              − Погоди, самое важное забыли.

              Мотнув головой, наглец перелетел пару прилавков и уселся на лоток с броней. Продавец, мускулистый мужик в кожаном фартуке, с интересом посмотрел на него.
              − Что покупать будешь, пернатый?
              − Наплечники, − не моргнув глазом, ответил филин. − И поплотнее.

              Я ушам своим не поверил. Ни хрена себе расклады! Эдак оглянуться не успеешь, как птица тебя по миру пустит.
              − Вот прекрасный медный нагрудник, − засуетился продавец. − Он и плечи тоже закрывает.

              Пробравшись к лотку, я сгреб филина в охапку и оттащил в сторону.
              − Ты что творишь, чудик?!
              − Это я-то чудик? − искренне возмутился Диоген. − Это ты на пчел полуголый ходишь, никакой защиты.
    Сдох бы, если б меня рядом не было, вояка недоделанный!
              − У меня третий уровень, − прошипел я ему в лицо. Или в морду, как там это у птиц называется? − И денег ни шиша.
    Хочешь покупать, что вздумается, ищи себе высокоуровневого хозяина!
              Тут я, конечно, лишку хватил. А ну как и правда улетит? И останусь без лечилки.
              − О тебе ж забочусь, − филин слегка сбавил обороты. − Что эти медяки, солить, что ли? А так польза будет.
              − Ладно, допустим.
    Но почему именно наплечники? Не шлем или поножи, к примеру?
              Клянусь, он покраснел! По крайней мере, серые перышки под глазами на секунду окрасились в розовый.
              − Как я на поножах сидеть-то буду?

              Твою ж мать! Так он ищет такую броню, чтоб можно было примоститься у меня на плече и не летать самому! Нормальная забота, нечего сказать!
              Я сурово уставился в глаза филину. Секунд двадцать он выдержал, потом нахохлился и гордо отвернулся. Типа он меня вообще не знает, ага.
              Однако было понятно: Диоген прав. Не летать же ему постоянно у меня над головой. Приличная мудрая птица должна сидеть на плече или на руке. Ладно, хрен с ним, придется прицениваться.
              − Шестьдесят медных монет за пару, − бодро отрапортовал торговец, когда я ткнул в лежавшие на лотке кожаные наплечники.
    А что, защита плюс три у каждого, очень даже неплохо.
              Увы, после вчерашнего бифштекса и бесконечных булочек шестидесяти медяков у меня не набралось. Диоген принялся торговаться, продавец оказался не лыком шит и стоял насмерть. В итоге они сговорились на пятьдесят четыре, но я покачал головой − даже если и наскребу столько, отдам последнее. А оставаться вообще без денег не хотелось.
              Филин, сидевший на прилавке, поднял на меня взгляд.
              − А двадцать семь-то хоть найдешь?
              − Двадцать семь найду, − в удивлении кивнул я, пытаясь угадать, куда он клонит. − А зачем тебе?

              Но Диоген уже потерял ко мне интерес и повернулся к торговцу.
              − Мы возьмем один, − он пошевелил крыльями, явно прикидывая, на каком плече ему будет удобнее сидеть. − Правый.

              Фантастический нахал!
              Получено достижение − Транжира.
    Вероятность счастливого события: + 0.1%.
              Ладно, хоть какой-то плюс от Диогеновой наглости.
              Натянув наплечник, я отправился в управу − делать звонки на большую землю. Меня завели в небольшую комнатку и за десятку выдали − я аж рот от удивления открыл −  серебряную тарелку и самое что ни на есть наливное яблочко.
              − И что мне с этим делать, слопать, что ли? − я вопросительно воззрился на Диогена.
              − Что-что? − он посмотрел на меня как на идиота. − Ведь у вас на Проклятой Земле говорят на расстоянии с помощью магии цифр, верно? Вот они, смотри, на ободке и выгравированы.
    Колдуй!
              Я перевернул тарелку − и точно! Так вот как это работает! Выдумщики. Нажал нужные цифры, катнул яблоко − и вскоре на дне, служившем экраном, появилось бледное, с темными кругами под глазами, личико Ариши. Сердце дернулось − соскучился.
              − Здравствуй, сестренка.
              − Димочка! − обрадовалась она. − Ну, как ты? Рассказывай.
              − Да со мной все в порядке, привыкаю помаленьку.
    Как себя чувствуешь?
              − Все так же.
    Жду волшебного эликсира.
              Сестра слабо улыбалась, в ее голосе слышалась насмешка.
              − Аринка, не сомневайся, будут тебе Фиолы.
    Поверь, стараюсь изо всех сил. Позавчера прибыли, сегодня уже третий уровень взял. А их выдают на десятом. Думаю, через недельку получу. Держись, родная!
              Она собралась было что-то ответить, но тут филин, сидевший на моем плече, наклонился и сунул морду в экран.
              − Привет! − важно проговорил он. − Будем знакомы, Диоген.

              Я отодвинул наглую птицу и увидел застывшее в удивлении лицо Ариши.
              − Ты кто?!

              Началась борьба за место перед экраном. Филин победил, убрать его было совершенно нереально.
              − Я друг и спаситель твоего брата.
    Филин. Очень мудрый.
              − Ой, какой хорошенький, − запищала сестрица. − Так хочется тебя погладить.

              И пошло-поехало. Диоген рассказывал о своих достоинствах, а Ариша тянула руки, словно надеялась его потрогать. Ей уже было не до меня.
              В общем, первый разговор благодаря чудо-птице получился довольно скомканным. Но главное я успел узнать: сестре не хуже. И, в очередной раз оттеснив нахала, снова обнадежил: жди, Фиолы скоро будут!
              Впрочем, Диогена стоило поблагодарить. Уже давно на лице Ариши не видел я такой радости, такой светлой и искренней улыбки. За это прощу ему что угодно.
              Я оплатил еще один разговор и, строго-настрого предупредив филина, чтоб не совался, позвонил Мишке. Он откликнулся сразу же, словно сидел у телефона.
              − О, Димыч, наконец-то! Как сам?
              − Норм.
    Рассказывай, что там у вас.
              − Хреново, бро.
    Дед Митя умер, и... Мать слегла.
              У меня похолодело в груди.
              − Синдром?!
              − Да.
    У тебя там лишнего Фиольчика не найдется?
              Ох, как это некстати! Но что делать, друг есть друг. Да и тетю Раю я хорошо знаю, нормальная тетка.
              − Постараюсь, Мих.
    Пока еще не выдали, заработать надо.
              − Нам бы хоть склянку.
    Я слышал, одного пузырька на месяц хватает. А там, глядишь, я к тебе подтянусь.
              − Обалдел?! А кто за Аринкой присмотрит?
              − Димыч, тут реально задница.
    Отца уволили, теперь носится, работу ищет, да разве найдешь? Со жратвой туго. Цены скачут каждый день, бабла не напасешься. А меня Синий не по-детски прессует, приходится прятаться.
              Ни фига себе дела!
              − Тебя-то за что?
              − Ну, типа я спецом неправильный адрес тогда дал, чтоб ты успел улизнуть.
    Дык ведь так оно и было. Горох сейчас большую силу взял, один из самых крутых в городе. Так что за защитой и метнуться-то некуда.
              Я до боли сжал зубы. Сволочи! Ненавижу гадов!
              − Бли-ин, Миха, прости, подставил я тебя.
              − Ну, что ж теперь делать, кручусь вот.
    А ты гони Фиол, будем в расчете.
              − Да понял я.
              − У Аришки был трижды, она молодцом, держится.
    Скучает, конечно, но виду не показывает. Сестра у тебя что надо.
              − Ты не очень-то губы там раскатывай, − грустно усмехнулся я. − Мала она еще.

              Эх, если б не эта треклятая болезнь, разве б я возражал? Миха и Ариша. Лучшего будущего и пожелать для сестры нельзя, он парень надежный, хоть и чуток раздолбай.
              − Сам-то как? Я тут много чего про твою Мелизору услышал.
    Последнее время о ней только и говорят.
              − А что именно?
              − Не поверишь. Ходят слухи, что тестирование игры − это так, замануха для дураков.
    А на самом деле, решила, мол, Корпорация создать основу для выживания человечества. Зазывает здоровых и сильных для наилучшего генофонда. Типа, когда на континентах все вымрут, с островов начнется новая цивилизация. Ведь у вас там синдрома нет?
              − Нет, − машинально подтвердил я, обдумывая полученную информацию.
              − Ну вот.
    Так что, может статься, и есть в этих слухах рациональное зерно. Иначе с чего бы брать только молодых-то? Так сказать, детородного возраста. Короче, будешь ты у нас, Димон, стоять у истоков новой жизни на Земле.
              Я почесал в затылке. А что, очень даже может быть. Потому как тестирование игры в разгар эпидемии − затея так себе. А вот идея сохранения человечества выглядит куда более реалистично. Правда, в этом случае разумно было бы набирать не только молодых и активных, но и тех, кто имеет знания. Ученых, айтишников, врачей. Впрочем, может, их тоже берут, просто не афишируют, чтобы легенду о тестировании игры не подорвать.
              Мы простились, я обещал позвонить на днях. И с тяжелым сердцем пошел домой. Но едва вышел из управы, как услышал за спиной:
              − Дмитрий!
              Обернулся − ко мне спешил Серега.
    Мы обнялись, как старые друзья.
              − Здорово, пропащий!
              − Привет, − улыбнулся я. − Как жизнь?
              − Норма.
    Третий левел почти. А ты?
              Ха, "почти"! Я с гордостью показал татуировку.
              − Ого, уже три? − изумился он. − Когда успел? Пойдем по пивку, расскажешь.
    Полсотни медяков сегодня набил, угощаю.
              В трактире было почти пусто, не то, что минувшим вечером. Мы заказали по кружечке и сели за стол в углу. Филин же сразу взлетел на стойку и принялся пудрить мозги хозяйке.
              Сергей кивнул на него и, понизив голос, спросил:
              − Это кто?
              − Нахлебник, − усмехнулся я. − Жить ко мне напросился.
    Имел глупость утром спасти его в лесу от пчелы-убийцы.
              − Говорящий?
              − Да уж куда деваться.

              Серега усмехнулся и принялся задавать вопросы. Сначала обсудили землетрясение и связанное с ним появление жрецов − оказалось, он тоже об этом наслышан. Потом я в двух словах рассказал про квест и полученную за него тридцатку опыта. Сергей кивнул.
              − Да, индивидуальные задания − это сила.
    Слыхал про них, одному парнишке из наших выпало. Всей группой помогали проходить, зато в награду сапоги дали и опыт, сразу апнулся. Эх, где бы мне такое счастье взять? Кроме доски и девчонок в управе ничего не попадалось.
              − Какой доски?
              − Так на площади доска объявлений, где нищенка сидит, помнишь? Там можно брать небольшие квесты.
    Но, конечно, самые обычные, не такие крутые, как твой. Я вот взял парочку, по пять опыта за каждый накинули.
              Вот те на! А я и не знал.
              − Спасибо, что сказал, Серый.
    Сразу же и возьму.
              − Выбираешь, что по силам, там будет написано, к кому идти, чтоб активировать задание.
              − Понял.
    А ты-то как сам?
              − Да нормально, − Серега отхлебнул и блаженно прикрыл глаза. − Прибился к группе таких же нубов, как мы с тобой, впятером второй день ходим перекати-поле мочить.
              − Странно, как же я тебя там не увидел? Это ж на лугу, перед лесом?
              − Ага.
    Только ты, небось, с южных ворот выходишь, а мы у восточных собираемся. Монстры-то везде одинаковые, по кругу расположены.
              И тут мне в голову пришла светлая мысль.
              − А не хочешь завтра с нами побегать? Я, ты, Светка и еще один парнишка.
    Ну, и Диоген, конечно, куда без него.
              Я вкратце обрисовал Сереге идею, с которой носился со вчерашнего вечера.
              − А что, можно, − кивнул Сергей. − Пещера − это даже интересно.
    Да и на филина в деле хочется глянуть. А про петуха я слышал: он не монстр, а вроде как пленник, и его надо освободить. В награду он и дает свиток. Мне-то идентифицировать нечего, но дополнительный опыт и медяки не помешают. Так что я с вами.
              Через десять минут мы расстались. Серега обещал зайти рано утром.
              А я пошел к доске объявлений. Действительно, весьма немаленькая, Бог знает, как я ее не заметил. Тут было множество прикрепленных простыми канцелярскими кнопками листов с заданиями. Увы, в основном для старших уровней.
              На некоторых было написано, к кому обращаться, чтобы брать квест, рядом с другими виднелся металлический кружок с припоями. Ага, похоже, сюда нужно приложить бипер, чтобы задание считалось взятым.
              Я выбрал одно и побежал, как было написано, к хозяину бани Семену. Тот − приземистый толстый детина с курчавой бородой − встретил меня неприветливо и сквозь зубы велел принести десять сердец богомолов. Они, дескать, должны появляться после их гибели. Я обещал; он кивнул и повернулся спиной.
              Вскоре мы с Диогеном уже возвращались домой. Солнце палило, от моих шагов над дорогой поднимались клубы пыли. Я шел, как дурак, в одном наплечнике, а на нем восседал гордый собой филин. Полный пипец!
              Светлана уже ушла. Перекусив, мы с Лехой отправились на охоту и до самого вечера истребляли несчастных богомолов. Уровень так и не подняли, зато увеличили навыки владения оружием, атлетику и прочую дребедень.
              Надо сказать, Диоген не подвел, лечил так активно, что отпала необходимость отдыхать между битвами. Радовало и то, что филин, не будучи членом группы, опыт не получал. А значит, был значительно выгоднее, чем Светлана, которая забирала треть опыта.
              К закату, убив не меньше полутора десятков монстров, с которых, кстати, мне исправно падали квестовые сердца, мы смотали удочки и отправились в деревню.
              Диоген все дорогу что-то ворчал об использовании птичьего труда, но мы с Лехой упорно игнорировали его бубнеж, и в конце концов он заткнулся.
              Перед сном я сгонял к Семену, отдал сердца богомолов и, получив за них десяток медяков и пять единиц опыта, благополучно отбыл.
              На небе взошел месяц, и в его свете я разглядывал ночную деревню, не спеша топая к дому. Кое-где в окнах блестели огоньки, но большинство жителей уже спали. Прохладный ветерок доносил запах цветов с поля и приятно освежал после жаркого дня.
              Вдали послышались тяжелые шаги, и навстречу вышла двухметровая фигура. Когда незнакомец приблизился, я узнал в лунном свете черты наставника.
              − Привет, Элмер!

              Но тот посмотрел на меня с неудовольствием и сделал нетерпеливый жест рукой, словно отмахивался. На запястье сверкнул удивительной красоты витой браслет, усыпанный драгоценными камнями. Редкий, наверное. И дорогой.
              Ни слова не говоря, Элмер торопливо прошел мимо и вскоре скрылся в темноте. Нет, ну нормально так? Даже не поздоровался. Кем он вообще нас считает, мелкими букашками, не стоящими приветствия? Урод...
              Вернувшись домой, я нарвался на недовольный бубнеж Диогена:
              − Где был? Чего в такую темень шляешься? По ночам спать надо!

              Блин, лучше б попугая завел.
              − Не наглей, а? − устало попросил я. − Ворчишь, как старый дед.
    Да и не темно вовсе, луна светит.
              Диоген, однако, ничуть не смутился, напротив − перья над его глазами задрожали, он приосанился и важно изрек:
              − То-то и оно.
    Как раз при лунном свете Дети Бездны и появляются.
              − Кто?!
              − Эх, ничего-то вы, странники, не знаете. Ладно уж, так и быть, расскажу, − филин встряхнул крыльями и поудобней устроился на буфете. − Давным-давно, ещё до Великой Битвы, кто-то наслал порчу на горы Безмолвия: трава на альпийских лугах пожухла, деревья высохли, а лежавший на вершинах снег превратился в серую слизь, от чего ручьи и родники пересохли.
    Для народа зенолов, живших в тех местах, наступили страшные времена: падеж скота, неурожай, болезни, голод, да ещё и Горные Великаны повадились нападать на деревни в поисках пропитания...
              Великаны, горы Безмолвия... Где-то я уже слышал о них. А, точно!
              − Какие они, зенолы? Бледнокожие, с черными губами?

              Филин важно кивнул.
              − Видел, значит? Все-таки ты не безнадежен.
              − Конечно, нет.
    Шипастой дубиной так огреть могу, что искры из глаз посыпятся.
              − Не отвлекайся, − заторопился Диоген, уловив намек. − Так вот, отправились тогда вожди зенолов за советом к пещерным шаманам.
    Те провели ритуал и сказали: Дух гор требует жертву. Тринадцать сотен младенцев нужно сбросить в Черное Ущелье, и тогда порча будет снята.
              − Тринадцать сотен?! И они послушались?! − не выдержал я.

              Диоген кинул на меня недовольный взгляд, я приложил ладонь к губам и притих.
              − А что делать? Скинули в бездонное ущелье плачущих младенцев, и все стало по-прежнему.
    Народец вздохнул было свободно, но тут на него обрушилась новая кара, плата за кровавую жертву. Иногда, при свете луны, к ним из иного мира стали приходить мертвые младенцы, белые, жуткие. Их прозвали снежить. С тех пор зенолы в вечной опасности. Спастись от Детей Бездны трудно: от их укуса тело быстро превращается в ледышку. Кроме того, они умеют телепортироваться на небольшие расстояния, что делает их атаку быстрой и неожиданной.
              − Бр-рр...
    Но я-то тут при чем?
              − Снежить бродит по всему Синеусу, ищет ночных путников. Поэтому и прошу − в лунные вечера сиди дома.
    Глядишь, и ужин пораньше будет.
              Ну, Диоген Христианович! Ну, Андерсен! Так он все это сочинил, чтоб жратвы получить? Талант! Я покачал головой и отломил ломтик пирога.
              − Держи, заслужил.
    А ужин сегодня уже был.
              Кусок он тут же стрескал, но на этом не успокоился.
              − Только полдник. Ужин должен быть сытней, − начал было Диоген, но, узрев перед клювом мой кукиш, обиделся и замолчал.

              А я почесал зудящую ранку на предплечье, которая осталась после укола, сделанного еще на континентальной базе, и завалился на печь. Надо было спросить у филина, что за Великая Битва такая, второй раз про нее слышу. Но шумное посапывание с буфета свидетельствовало о том, что моя птица уже дрыхнет без задних ног.






    Глава 12






              Хоть я и повысил накануне интуицию, пророческий сон мне присниться не пожелал. Опять одни тени, охи и ахи. Ладно, будем ждать.
              Серега, как и обещал, пришел рано утром. Я познакомил его с Лешкой, и они пожали друг другу руки. А вот со Светланой Сергей поздоровался довольно сухо. Отношения у них не заладились еще с того момента, как я пытался упасть с ковра-самолета.
              Наскоро перекусив вчерашними пирогами, хотя и вкусными, но весьма поднадоевшими, мы создали группу и двинулись в путь. Я надел всю имевшуюся броню, включая пояс, посадил Диогена на плечо, мы впятером покинули деревню и отправились на юго-восток.
              Пересекли Заячьи луга, миновали перелесок с боевыми ежами и подошли к лесу. У кромки, примерно в полукилометре от нас, возвышался средних размеров холм.
              − Туда, − кивнул я, сверившись с картой.
              Через пять минут мы растеряно топтались у темной, с рваными краями дыры в склоне холма. Казалось, там, в глубине затаилось чудовище, пожирающее свет.
              − Походу, мы лоханулись, − вздохнул Серега. − Тут никакие татуировки не помогут, надо кому-то за факелами на рынок бежать.
              Возвращаться не хотелось. К тому же, в виртуальных играх во всех пещерах есть освещение. Вдруг здесь тоже?
              − Подождите, разведаю.
              И я шагнул во тьму, вытянув вперед руки. Первые несколько метров еще хватало света, шедшего снаружи, но вскоре меня обступила чернота. Надпись на руке светила тускло и увидеть что-либо вокруг не позволяла.
              Я повернул было назад, но уперся в стену. Ясно, сбился с дороги. Где теперь выход? Совершенно один, вокруг ни зги не видно, и в любой момент может напасть неизвестный монстр. Против воли тревожно засосало под ложечкой. Но взял себя в руки − ведь понятно же, что ребята, в случае чего, помогут − и пошел вперед. Или мне только казалось, что вперед.
              − Куда ты?
              Я вздрогнул от неожиданности. Диоген! Вот ведь, совсем забыл про него!
              − Ну, как ребенок, право, − продолжал ворчать филин. − Так и норовит лоб расшибить. Правее бери.
              Действительно, на расстоянии вытянутой руки ощущалась холодная, влажная стена. Что ж, правее так правее. Как же здорово, что он видит в темноте!
              До боли напрягая глаза, я заметил впереди мягкий голубоватый отблеск. Глюки? Сделал еще несколько шагов − свет стал ярче. Страх сразу отпустил: беспомощность ощущалась только в непроглядной тьме. Я повертел головой и закричал:
              − Подходите, только осторожно! Держитесь за руки.
              Вход группы в пещеру сопровождался оханьем Лехи, писком Светки и матом Сереги. Диоген, сидя на моем плече, воодушевленно командовал:
              − Вперед, еще. Куда?! Там стена! Левее!
              Наконец мы объединились и осторожно пошли на голубоватые отблески. Вскоре узкий проход закончился, и глазам предстало необычайное зрелище. Перед нами лежал огромный, метров сто в диаметре, подсвеченный мягким светом подземный зал. На стенах, на сводах, на свисающих с них сталактитах, на торчащих из земли сталагмитах горели миллионы крохотных сине-зеленых огоньков. Ощущение было такое, что вокруг раскинулось ночное небо, только звезд на нем гораздо больше, чем обычно. Некоторые лепились рядом и образовывали скопления, довольно ярко светящиеся. Казалось, через портал Мрачной пещеры мы шагнули в иной, необыкновенной красоты мир.
              − Что это? − восхищенно прошептала Света.
              − Я такое в инете видел, − подал голос Серега. − Фотки откуда-то с юга, из Новой Зеландии, кажется. Очень похожие. Там то ли светлячки, то ли личинки так сияют.
              − Невероятно красиво.
              Бог знает, сколько бы мы еще так стояли, если б Лешка неожиданно не вскрикнул и не отпрянул назад. Я не успел сориентироваться, как с моего плеча молнией сорвался Диоген и кинулся на землю, туда, где только что стоял Алексей. В следующее мгновение филин взлетел, и мы заметили у него в когтях неслабого размера тушку, на боку которой сияла надпись: "Пещерная мышь".
              − Эй-эй, только не на плечо! − заорал я.
              Диоген благоразумно пристроился на обломанном сталагмите. Тот подсвечивал птицу снизу, и она выглядела завораживающе.
              − Ты что, Лех, крысы испугался? − хохотнул Сергей.
              − Так она меня за ногу тяпнула, − Алексей закатал штанину и показал на глубокую ранку возле колена. − Стою себе, на звезды смотрю, и вдруг... Вот ведь зараза, а?
              Только сейчас я заметил − и в глубине пещеры, и невдалеке от нас − множество мелькающих теней. Похоже, здесь не только грызуны, были силуэты и покрупнее.
              − Ладно, народ, к бою.
              − И правда, хорош медитировать, − поддержал меня Серега и поднял дубинку.
              Мы одновременно шагнули вперед, сзади пристроился Леха, замыкала группу Светлана.
              Пара секунд − и началось. Пещерные мыши оказались агрессивными, и на нас кинулись сразу три штуки. Одна впилась мне в икру, другая умудрилась допрыгнуть до колена, третья вцепилась в ногу Сереге. Больно, блин!
              Мы подняли дубины и опустили их на маленькие серые головы. Из-за спины вылетел огненный шар, попав в самую гущу грызунов. В ту же секунду я почувствовал, как боль стихает, а здоровье возвращается: то Светка кинула в меня живительный сгусток света. Спасибо, подруга!
              Вот слева мелькнул Диоген, заметивший, что особо шустрая мышь прорвалась к Лехе. Спикировал на нее и утащил куда-то в сторону. Филин, твою налево! Лечить надо, а он завтракать вздумал!
              Кусались мыши нещадно, я то и дело скрипел зубами, когда очередная мерзавка впивалась в тело. Диоген со Светой быстро лечили, так и чередовалось: боль-облегчение, боль-облегчение. А еще надо было успевать подбирать щедро сыпавшиеся деньги и прочие подарки от погибающих мобов.
              Опыт потихоньку капал. Первым апнулся Алексей, следом за ним − Светка, а вскоре и Серега окутался блестящей золотистой дымкой, на мгновение осветив сталактиты.
              − Третий, нах! − он победно сжал кулак. − Хорошо идем, давайте дальше.
              А дальше оказались кроты величиной с кошку, да такие, каких я в жизни не видывал. Мощные короткие лапы с длиннющими когтями, и главное − на кончике носов у них висели здоровые, в полголовы, красные наросты в виде то ли звезды, то ли цветка. Татуировка на боку намекала на первый вариант: "Крот-звездорыл".
              Вскоре предыдущий бой показался мне детской забавой. Мы с Серегой шагнули к мобам, но они с премерзким звуком, похожим на скрип несмазанной двери, моментально зарылись в землю. Мы в удивлении покрутили головами, и тут сзади раздался истошный женский крик. Я резко обернулся и замер: хитрые твари вынырнули за спиной и с тыла напали на магов. Камнем упал вниз Диоген и схватил одну из них. Сергей метнулся к другой, несколькими ударами превратив ее в кровавую лепешку. Тут уж и я очухался и бросился ему помогать.
              Светка с Лехой отбежали шагов на пять и начали каст. Однако закончить не успели: возле их ног фонтаном взвилась земля, и снова показались зубастые мордочки со звездами-наростами. Мы кинулись к ним, маги опять отступили, но вражины вновь вылезли рядом с ними.
              Непрерывно визжала Света, мы с Серегой метались, прикрывая кастеров, от одного кротового хода к другому, и замотались настолько, что я почти не заметил, как взял четвертый уровень. Умирали эти темно-серые монстры с двух ударов, но пойди их поймай.
              Так мы и крутились, пока Леха не завопил:
              − Бодрость на нуле!
              Естественно, в такой суматохе сесть и отдохнуть он не мог. Тут и Светка закричала:
              − У меня тоже!
              − Отходим!
              Пятясь задом и добивая увязавшихся за нами кротов, мы отступили к началу пещеры и снопами повалились на землю. Фу-ух...
              − Эх, жаль, не взяли ничего пожрать, − вздохнул Серега.
              − Вам бы только жрать! − проворчал в ответ филин. Он водрузился на ближайший сталагмит и поблескивал оттуда рыжими глазами.
              − Ничего себе, сам натрескался грызунов от пуза!
              Диоген сокрушенно покачал головой и изрек:
              − Кроты − не грызуны. Они насекомоядные.
              Вот это новость! Но филин говорил с такой уверенностью, что не поверить было невозможно.
              − Откуда ты все это знаешь, Диоген? − все еще тяжело дыша, поинтересовалась Света.
              − Поживи с мое.
              − А сколько тебе?
              Он вздохнул и торжественно изрек:
              − Шестой десяток лет.
              − Круто-о, − с уважением протянул Лешка.
              А я наклонился к Сереге, толкнул его локтем в бок и прошептал:
              − Как такое может быть, если этому миру всего несколько месяцев?
              Тот непонимающе пожал плечами. А филин услышал вопрос и фыркнул:
              − Чушь!
              Однако продолжать диалог он не пожелал, и вопрос так и остался невыясненным.
              Передохнув, мы снова бросились в бой. Дроп лился щедрой рекой, опыт − тоненьким ручейком, группа наша приноровилась к внезапным появлениям кротов из-под земли, и скоро с ними было покончено. Но тут остро встал вопрос о жратве: сытости осталось не больше трети. Светка вызвалась сбегать за едой, а нам велела продолжать геройствовать.
              Серега, развернув карту, ткнул пальцем в небольшой кружок на восточной дороге.
              − Смотри, вот здесь яблоневые сады, специальная локация для прокачки крафтеров. Там ушлые торговцы лотки раскинули, чтобы работяг кормить. Дуй туда, до садов намного ближе, чем до деревни. Как выйдешь наружу, сворачивай направо, доберешься до тракта и снова направо. Найдешь?
              Светлана на минуту склонилась над пергаментом и уверенно кивнула. Диоген проводил ее до выхода из пещеры, а мы, восстановив силы, двинулись дальше.


              Следующим испытанием стали летучие мыши-вампиры. Эти твари налетали штук по пять одновременно, кусали руки, ноги, грудь и намертво присасывались к ранкам. Нам приходилось худо. Диоген, попробовавший сначала помогать в охоте, быстро понял, что лечить нас не успевает. Он отказался от своей затеи и сосредоточился на лечении. Но все равно после первой же волны мы отползли к входу, еле живые. Истекающего кровью Леху тащили волоком.
              − Семь хитов, − прохрипел он.
              − Диоген, лечи его, скорее!
              Но филин не успел. Кровотечение отняло еще пару очков здоровья, и над Алексеем развернулся сияющий синий купол.
              − Блин! − в сердцах закричал Серега. − Минус Метка!
              Я сел, привалившись к сталагмиту и пытаясь отдышаться. Лешка потерял защиту из-за меня, и у него осталась всего одна. Выходит, теперь я и ему должен.
              Похоже, без Светки нам не справиться. Да и голод все настойчивее давал о себе знать. Посмотрел на Алексея − тот открыл глаза и приподнялся на локте. Филин по откату бросал в него световые сгустки. Толку-то, поздно...
              − Прости, Лех. Надумаешь квест на кристалл проходить − я к твоим услугам. Да и в любом другом помогу.
              − О чем ты, Димыч? Забей. Мы команда!
              − Верно, − кивнул Серега. − Один за всех, как мушкетеры. И лишь только жрачка подъедет, мы ее дружно съедим. А пока придется бамбук курить, без второго лекаря этих летучих гадов мы не тянем.
              Ждать пришлось долго.
              − Привет, мальчики! − послышался, наконец, девичий голос.
              Я обернулся − светится, точно новый пятак. Это хорошо, негоже девчонкам в пещере столько времени тухнуть, вон как солнце на нее благотворно действует.
              − Ты что, в парикмахерскую по пути заходила? − недовольно пробубнил Серега, − Минут сорок уже сидим тут без дела.
              Светка насупилась.
              − А когда ты мне сапоги-скороходы дарил, чтоб упрекать?
              Я наклонил голову к другу и прошептал:
              − Хорош, Серый. У нас общее дело, так что мир, дружба, жвачка.
              Покосившись на Сергея, девушка принялась раскладывать покупки. Ни фига себе! Яблоки, копченая рыбешка, вареная курица, булки, помидоры. Как она столько дотащила-то?
              С отменным аппетитом мы умяли половину принесенного, вторую решив оставить на ужин. Силы быстро возвращались.
              − Ну что, погнали?
              Даже с двумя лекарями бой был нелегким. Диоген со Светланой выбивались из сил, постоянно подлечивая то одного, то другого, то третьего.
              Оторвав от руки очередную присосавшуюся тварь, я закричал от боли: другая мышь вцепилась в щеку. Рывком сбил ее и бросил на землю. Еще одна... Скинул ее и огрел дубиной. Ого, да они, похоже, специально в глаза метят. Пришлось одной рукой прикрыть верхнюю часть лица, а другой драться. Эх, как бы мне сейчас щит помог!
              Сзади раздался крик, обернулся − на попытавшихся присесть Леху со Светкой бросилось с полдюжины мышей. Я кинулся к ним, размахивая дубиной − на, получи, сволочь! И тут же заорал сам: в спину впились острые зубы.
              Да блин, так мы все тут сдохнем! Что ж придумать-то? Летучие мыши слепы, и ориентируются с помощью локаторов, значит...
              − Прячьтесь за сталагмитами! − закричал я, отдирая от руки очередного вампира. − Серега, целься им в пасть или в уши!
              И − о, чудо! − это помогло. Дело пошло веселее. Потеряв возможность отслеживать магов ультразвуком, мыши сосредоточились на нас. Теперь у Лехи со Светланой руки были развязаны.
              В борьбе с кровопийцами все получили еще по уровню. Кроме меня. Мне оставалась еще двадцатка до апа, когда летучие твари вдруг кончились. Центральная часть пещеры освободилась, а из дальнего конца вдруг послышался вопль:
              − Ку-кареку-у-у!
              Значит, мы у цели! Но торопиться к ней было неразумно.
              − Перерыв, народ.
              Истерзанные, в крови и в грязи, мы со стонами опустились на землю.
              Что ж, пока все шло неплохо. Мы отвоевали у монстров примерно три четверти пещеры, при этом все, к счастью, были живы, хоть и измучены. А Светка все чаще ныла и жаловалась на усталость.
              − Давайте пожрем, что ль, − вяло предложил Серега.
              Он встал и, шатаясь, побрел к входу, где мы спрятали свою еду. На мгновение я испугался, что какой-нибудь шустрый монстр мог ее свистнуть, но обошлось.
              Мы с аппетитом поели и принялись обсуждать дальнейшие действия. В дальнем конце пещеры отчетливо виднелись шныряющие по земле огромные мохнатые пауки. Значит, они и есть наши следующие противники...
              − Диоген, ты знаешь, чего от них ждать?
              − Нет, − неохотно признался филин. − В лесу такие не водятся.
              − Ладно, поймем опытным путем.
              В этот момент у входа в пещеру послышались голоса. Разом повернув головы, мы заметили трех парней, оживленно обсуждавших светящийся свод.
              − Все здоровы? − тихо спросил Серега.
              Мы кивнули, не понимая смысла вопроса. А он запустил руку в суму и коротко бросил:
              − У кого какие доспехи из сегодняшнего лута − быстро надевайте!
              Я выудил из сумки кожаную шапку-шлем с "ушами" и узкий пояс. Мне он был не нужен, перекинул Лешке. И заметил между делом, как Сергей быстро меняет рубаху на более толстую.
              Причина его опасений прояснилась быстро.
              Через минуту к нам подошли гости. Вперед выступил смуглый здоровяк, в котором я узнал чернявого Эрика, того самого шутника, который отправил меня бить зайцев. Исподлобья взглянув на нас, он безапелляционно заявил:
              − Мы забираем петуха!