Глава 35. Цена жизни
   Снова стук колес и снова дальняя дорога. Поезд везет в самый восточный губернский город Великого княжества - город Дальний. Губерния так и называется - Дальневосточная. Но есть еще и Дальневосточное наместничество, в которое несколько губерний входит. Дворец наместника тоже в Дальнем расположен. Хотя, у него и в Уссурийске дворец есть. И именно там он бывает чаще, если верить Штепановскому. Наверное, так и есть, зачем опричнику врать?
   Петя сперва недоумевал, для чего лишний начальник нужен? Ведь западнее Каменного пояса (Уральских гор) никаких наместничеств нет, а восточнее - целых две. Второе, точнее, первое - Сибирское. Наверное потому, что народу там мало, а территории - громадные. Вон, из Дальнего в Пронск больше недели в один конец ехать. Впрочем, не дело кадету об административном устройстве государства рассуждать, Великому князю виднее. А то, что у него, вроде, неплохие отношения с Дивеевой сложились, на самом деле никаких особых преимуществ не дает. В Академии много отпрысков знатных семей учится. Он с молодыми Паленом, Голицыным и Воронцовым тоже нормально общался. Как и почти со всеми другими кадетами. Не так уж их много в магической Академии обучается. А как разъедутся выпускники по местам службы, так, может, никогда больше в жизни и не увидятся.

   Что-то Петю опять на грустные и философские мысли потянуло, Ни к чему это. Любой маг - уже элита. И не так важно, где ему жить-служить придется, в местном высшем обществе он, все равно, своим будет. Если, конечно, доживет до выпуска.
   А он - доживет. Даже если за жизнь драться придется. Аурный щит у него один из лучших, и есть чем даже сильнейших магов удивить. Шаманов, надо надеяться, тоже.
   Птахин нежно погладил рукоять кинжала, который он в последнее время стал носить, не снимая. С темляком орденской ленты на рукояти. Остальные ордена тоже нацепить пришлось, чтобы оружие не выделялось. Обычно он этого не делал, не любил хвастовства, да и поцарапать ордена можно при носке, но ведь имеет право. А что о нем опричники думают - не волнует. Он о них тоже не самого высокого мнения.
   Он и в поход подготовился так, чтобы от попутчиков не зависеть. Немного по объему, всего два саквояжа, но тщательно собранных. Помимо необходимого набора "носильных" вещей (запасной комплект формы, теплое белье и т.п.) удалось выпросить у Трегубова несколько артефактов. Во временное пользование, с возвратом. О том, что есть шанс не вернуться совсем, Петя, конечно, не говорил. Наиболее ценными тут были - спальный мешок, способный заменить палатку, и в котором можно было спать прямо на снегу, пластина-нагреватель, которую можно было использовать, как грелку при слабом обогреве и как небольшую плиту для готовки, а также флягу, в которой можно было сохранять питье горячим, а при необходимости, и вовсе кипятить воду.
   То есть Петя обеспечил себя возможностью выжить, если придется путешествовать по зимним сопкам в одиночестве. Хорошо бы не понадобилось, но иметь возможность, в случае чего, просто сбежать, дорогого стоит. И очень нервы успокаивает.
   На сей раз Петя взял себе привычное уже купе первого класса в вагоне каретного типа (то есть купе с отдельным входом). За свои деньги. Выяснять у Шипова, что ему положено, не стал. Возместят деньги - хорошо, нет - не самая большая проблема из тех, что сейчас перед ним стоят. Кстати, опричники себе по такому же купе взяли, жандармам - тоже, но тех втроем в одно купе отправили. Их проблемы.
   Задушевных бесед больше не вели, встречались на остановках в буфетах, но вместе обедали всего три раза. Один раз с жандармским офицером, Петя счел нужным с ним поближе познакомиться, благо это был для него новый человек, не тот, которого он в прошлую практику в столице на пол гостиницы ронял. И два раза с опричниками. Во второй - уже накануне приезда, пытался уточнить дальнейшие планы по прибытии в Дальний.
   Оказалось, что будет у него день отдыха (остановиться в привокзальной гостинице, раз других не знает). За это время Шипов с жандармами озаботятся санями и через день за ним заедут. А вот Штепановский к шаману решил не ехать. В городе результатов их миссии дождется. У него есть и свои служебные обязанности, которые он за время поездки в Баян запустил. Так что и рад бы, но никак не может.
   Пете было все равно (даже внутренне поехидничал), а вот Шипов заметно расстроился. Но при кадете отношения выяснять не стали. И хорошо. Нечего аппетит портить.
   Зимний Дальний от летнего отличался значительно. И не в лучшую сторону. Метель, сквозь которую едва видны дома по краям привокзальной площади, и валы из снега, между которыми прочищены дорожки. Прочищены не до камней мостовой, есть подозрение, что до нее еще с пол аршина утоптанного снега и льда будет. И местами на этих дорожках ледяной каток образовался. В результате, подхваченный порывом ветра, Петя доскользил до дверей гостиницы почти не отрывая ног от земли (льда). Его энтузиазм по поводу жизни на Дальнем Востоке как-то сразу поугас. Хотя, такая непогода тут не каждый день. Наверное.
   - А песочком посыпать? - Проворчал Петя, скрываясь от непогоды за дверью гостиницы. Куда пошли опричники, его не слишком волновало. Надо надеяться, найдут извозчика. Должны же они к приходу поезда к вокзалу подтягиваться, невзирая на погоду.
   В гостиницу Петя тоже вошел не один, но добрался до дверей первым. Багажа у него был самый минимум, носильщики не нужны.
   Дежурный был другой, а вот манера ведения дел все та же. Разве что чуть больше уважения во взгляде, скорее всего, из-за формы со знаком Академии и орденов на груди. Так что номер был сразу предложен самый лучший, а вместо вопроса "Девушек заказывать будете?" был задан "К скольким часам девушек приглашать?"
   Петя внутренне усмехнулся. Вот почему чем дальше от Академии, тем лучше к нему отношение? А в Баяне Левашов у бань чуть ли не дежурит, перехватывая кадетов на пути к местным жрицам любви. Вот зачем он это делает? Блюдет моральный облик мага и офицера? Чушь. Устраивать пьянки и загулы с проститутками для офицеров - норма поведения. Единственное объяснение - демонстрация учащимися Академии, что перед властью (даже такой незначительной, как куратор курса) они полные ничтожества.

   Стоило вспомнить Левашова, настроение стало портиться. Но Петя волевым усилием запретил себе думать о неприятном. До послезавтра у него выходной. Вот и следует прожить это время, если не с пользой, то хотя бы с максимальным удовольствием для себя.
   - Чего тянуть? - Кивнул он дежурному: - Часик мне нужен привести себя в порядок после дороги. А потом можно ужин подавать в номер. Вместе с девочкой. А что заказывать, пусть сама выберет. Нормально поесть. А выпивки много не надо, магам напиваться нельзя. Сами понимаете.
   В общем, вечер прошел неплохо. Девушка появилась другая, не та, что в прошлый раз. Но оно и к лучшему. Он к себе проститутку пригласил, а не любовницу в Дальнем завел. А внешне была того же типа, что и давешняя. Круглолицая и с крепкой фигурой. Явно не аристократка, но как вести себя с мужчинами знающая.

   Поел, выпил полбокала шампанского. В постели тоже в грязь не ударил, иное, впрочем, для мага-целителя было бы странным. Профилактически пару раз накладывал на себя и девушку "малое исцеление". Про "недопущение беременности" тоже не забыл. Не излишествовал и даже выспался. После еще вместе позавтракали, опять же в номере. Заплатил за все про все, как и в прошлый раз, десять рублей и, кажется, был достаточно щедр. Так что довольным остался не только он, но и девушка. Как ее зовут, не спросил, сам тоже не представлялся.
   В город выбрался в хорошем настроении. Думать о предстоящем завтра отъезде и возможных последствиях встречи с шаманом, он себе запретил. У него есть свободный день, и надо потратить его с максимальной пользой для себя. Вариант - уйти в загул - кадет не рассматривал. Напиться и швыряться деньгами, демонстрируя случайным собутыльникам сою лихость? Какая от этого может быть радость? Достаточно просто вкусно поесть, а вечером снова заказать у гостиничного дежурного девушку на ночь.
   Но пока еще только утро, и есть после завтрака в номере совершенно не хочется.
   Как назло, погода совершенно не для прогулок. Можно извозчика нанять, но куда ехать? В принципе, несколько знакомых у него тут есть, но культуру нанесения визитов он так и не освоил. Даже визитных карточек не завел. А рассчитывать, что хозяева его немедленно примут, наивно. Не такая он важная птица, чтобы из-за него все дела откладывали.
   Так что поехал на почту, купил там несколько открыток и принялся выводить на них послания. Мол, оказался в вашем прекрасном городе по делам государственной важности, к сожалению, только проездом. Завтра утром вместе с опричниками убывает к месту назначения - старому шаману Ульратачи куда-то дальше на север. Когда вернется и удастся ли это сделать, пока не знает, но если такое случится (на что он очень надеется), обязательно сообщит.
   Адресаты были довольно солидные - прокурор Сула-Петровский, таможеннику Давыдову и купцу Карташову.
   Писал довольно долго, так как не хотел просто скопировать одно письмо трем адресатам. Как он понял в прошлое посещение Дальнего, все сколько-нибудь значимые лица тут друг друга знают и регулярно общаются. Могут и открытку показать. Неловко получится, если окажется, что они одинаковые.
   Зачем так подробно писал о целях своего путешествия? Не для того, чтобы похвастаться, главное - привлечь к себе внимание. Событий в такой отдаленной провинции происходит не так много, визитом столичных опричников к шаману наверняка заинтересуются. И если суждено будет Пете в этом походе сгинуть, то совсем незамеченной его смерть не пройдет. Весь Дальний о ней узнает, в том числе и губернатор с наместником. А там, глядишь, и до Государя дойдет, как его опричники работают.
   Не слишком серьезная месть, но лучше, чем ничего.
   А если удастся живым вернуться, эти письма - гарантия того, что пригласят его в гости далеко не самые последние люди в Дальнем. Глядишь, прежние контакты укрепятся и новые наладятся. Что всегда полезно.
   Открытки лично развозить не стал, отправил почтой. Внутри городов она быстро работает (* Известно, что Лев Толстой, когда жил в Санкт-Петербурге, приглашал гостей к себе на обед почтой, отправляя открытки-приглашения по утрам. Гости успевали их получить и собраться). Сегодня же все получат. А вот в гости к себе потребовать уже не успеют. Значит, с большим интересом будут ждать его возвращения.
   Больше дел придумать не удалось. Кутаясь в шинель, прошел по расположенным невдалеке от почты лавкам. Почти ничего не купил, просто он уже в Академии собрал себе в дорогу все необходимое. На всякий случай только взял немного непортящейся еды - вяленого прессованного мяса и прессованных же сухофруктов. Опять же подстраховаться на случай одиночного путешествия, с таким запасом с голода он не скоро помрет.
   Еще разжился в книжной лавке довольно подробной картой (скорее, схемой) города Дальнего и его окрестностей. Тщательно изучил и постарался запомнить. По крайней мере, поселения к северу от города. Местообитание шамана обозначено не было, но представлять, какие деревни могут попасться по дороге, не помешает. Кстати, помимо местных ульта один пункт назывался "Казачий". Очень может быть, что там казаки, скорее всего, отставные, обосновались. Интересно, а знакомцев там не найдется? Или хотя бы их родственников. А то в отряде Карташова, в котором кадет провел значительную часть своей дальневосточной практики, казаков было изрядное количество.
   Потом пообедал в ресторане с ханьской кухней. Официанты и, наверное, повара тоже были из этого народа. Вкусно готовят, черти. И очень разнообразно. На Петин, не слишком просвещенный вкус, местные мастера кулинарии сто очков вперед дадут хваленым французским мастерам. Там только спесь и цены дорогие. Ну, не верит Петя, что на вкус можно различить соус из перепелиных яиц и из обычных куриных. Только по предъявленному счету. Зато здесь и рыба, и мясо, и всякие там раки с креветками стоят очень дешево. И приготовлены так, что нигде с костями возиться не надо, даже резать ничего не требуется. Только в рот клади. Палочками, с которыми Петя решил потренироваться. А так как пальцы у него довольно ловкие, то справился вполне прилично. Заодно развлекся.
   Затем все-таки погонял извозчика по городу, но ничего интересного для себя не нашел. Сама поездка тоже радости не доставила. В прошлый приезд ему встречались извозчики с нормальными крытыми экипажами. Летом. А сейчас, по случаю зимы, одни открытые сани. Пассажиру для тепла предлагалось укрыть ноги какой-то шкурой. Якобы медвежьей, но, скорее всего, обычной овчиной. К тому же отнюдь не блистающей чистотой. В общем, отнюдь не "птица-тройка". Так себе комфорт.
   Краеведческий музей, который он в прошлый раз посетить не успел, был открыт, но как-то бедно в нем оказалось с экспонатами. Видно, что на казенный счет содержится и не слишком щедро. Заинтересовался было якобы шаманским реквизитом, но решил, что все подделки. Темной энергии у Пети почти не было, но только и эти крохи зря потратил. Ничто из представленного на нее не реагировало.
   В лавке магических товаров тоже ничего интересного не нашел. Банальные "лечилки" и тому подобные амулеты с заклинаниями низшего разряда, которых у него самого изрядный пакет имеется. Зато по цене раза в два выше, чем в Баяне. Петя даже призадумался, а не стоит ли свои тоже продать, но решил, что самому могут пригодиться. Да и не даст лавочник за них больших денег, наплыва покупателей что-то не заметно.
   Можно было еще в театр податься, но до начала спектакля требовалось еще часа два ждать. Да и настроения особого не было на чужие страсти смотреть. Своих проблем хватает. Так что вернулся в гостиницу и промедитировал до ужина, который опять заказал в номер и вместе с "девочкой". Опять была новая, но, пожалуй, на лицо даже более приятная, чем предыдущая. И вполне обходительная. Даже лишний рубль дал ей утром.
   К сожалению, долго валяться в постели было нельзя, опричники грозились довольно рано подъехать, так что приводить себя в порядок и завтракать пришлось в бодром темпе.
   Правильно сделал. Караван опричников появился еще затемно.
   Действительно, караван. Из трех саней, аналогичных тем, что накануне с извозчиком ездил. Разве что шкур для укрытия было больше и были они чище. Из опричной братии - один Шипов. Штепановский не просто от поездки уклонился, но и проводить не пришел. Зато жандармов стало на двух человек больше. К приехавшим пятерым еще местные добавились. Петя сначала усмехнулся про себя: "Поездка в гости военным отрядом. Или это конвой?". Но, подумав, решил, что все правильно. Местные у шамана, вроде, уже бывали. А то - глупо ехать, если никто дорогу не знает.
   В результате расселись по три человека на сани. Один (жандарм) с вожжами, двое пассажиров. Петины сани ехали в середине, и попутчиками у него оказались два жандарма, с которыми ехал от самого Баяна. Даже не поговоришь. Ничего нового от них не узнаешь, а просто языком чесать нет настроения.
   Ехали небыстро и долго с остановками для отдыха лошадей. Почтовых станций по дороге не оказалось, и загонять их никакого резона не было. На третьем привале Петя не выдержал и наложил каждую по "среднему исцелению". Лошадь - тварь крупная, "малым исцелением" ей разве треснувшее копыто залечить можно или какую иную небольшую травму. А так они сразу приободрились и захрумкали овсом в торбах с куда большим энтузиазмом. Жаль только, что стоянку из-за этого меньше делать не стали.
   Весь следующий перегон Петя провел в медитации, восстанавливая энергию в хранилище. С удовольствием отметил, пятому разряду он теперь соответствует, что называется, полностью. Как на уровне исполнения заклинаний, так и скорости наполнения хранилища. Жаль, до четвертого еще далеко. Так он не природным талантом свои разряды берет, а упорным трудом. И четвертый тоже возьмет когда-нибудь. Лет через десять, если мучить себя не надоест. Все равно, чтобы генералом стать и потомственное дворянство получить, надо до второго разряда дотянуться, а это уже из области нереального. Его пятый разряд и так к подполковнику приравнен или капитану гвардии. Конечно, полковником, а тем более, бригадиром быть приятнее, но разница в служебном окладе не так уж велика, как целитель он может и больше заработать.
   Потом вспомнил, что до этих приятных дней еще дожить надо, и настроение испортилось. Но, ничего. Чжурчжэни и османы его убить не смогли, как-нибудь и из нынешней ситуации вывернется.
   Уже ближе к полуночи добрались до небольшого поселения ульта (местного народа). В смысле, относительно небольшого одиноко стоящего дома характерной конструкции. На практике позапрошлым летом ему в таких уже довелось жить, но те большего размера были. Круглая наружная стена, к которой изнутри были пристроены комнаты-клетушки, образуя что-то вроде ряда сот. Посредине - общий дворик. Как если бы длинный дом в кольцо свернули. Как Петя запомнил, называются такие строения "тулоу".
   Ночевать пришлось по трое в комнате, но их хотя бы жаровнями обеспечили, так что было относительно тепло. Или - не очень холодно. Петя, как маг жизни, перепады температуры переносил лучше других, а вот его попутчики-жандармы к утру изрядно задубели. Впрочем, лечить себя не просили, а навязывать свои услуги кадет не стал. Приезжать к шаману с пустым хранилищем ему не хотелось.
   Странно, но местные ульта на пришельцев, можно сказать, игнорировали. Никто не встречал, ни о чем не спрашивал, ничего не предлагал. Комнаты, в которых путешественники ночевали, к моменту их прибытия стояли пустыми. Ужинали собственными продуктами. Жаровни и даже уголь для них тоже привезли в багаже, а разжигал его жандармский офицер - огненный маг шестого разряда. Вообще, представительность их делегации, по мере приближения к жилищу шамана, очень сильно понизилась. Из Баяна выехали два генерала, а сейчас, пожалуй, этот жандармский майор был старшим по чину. Пете-то его разряд официально не утвердили. А Шипов? У опричников своя епархия, но тоже не слишком высок чином. Обыкновенный порученец.
   Ну и уровень приема был никакой. По крайней мере, в этой деревне ульта. Спасибо, что внутрь пустили. Пете даже любопытно стало, с таким отношением он в этих краях раньше не сталкивался. Шипов ничего говорить не стал, а местный жандарм сказал, что их, вроде как, за паломников приняли. А тех ни о чем спрашивать не положено. Паломничество оно такое, личное дело каждого. Кто совершает, сам за себя отвечает. Во всем.
   Была бы возможность, после таких слов Петя повернул бы обратно. Впрочем, по доброй воле он бы и из Баяна сюда не поехал. Но стало совсем неприятно. Они, получается, не делегация, а просто паломники! Которые шамана о чем-то просить приехали. Лично ему от шамана ничего не нужно. Век бы его не видел и не знал. Только его не спросили.
   Снова выехали рано, позавтракав всухомятку. Кажется, паломничество и не должно быть комфортным путешествием, а подразумевает преодоление трудностей. В общем, у Пети даже черный юмор проснулся.
   На сей раз путь был не слишком долог. До места добрались к полудню.
   Несмотря на обильный снегопад и не слишком приятный ветер, Петя с любопытством осматривал местность. Жилище данного шамана несколько отличалось от того, что он видел раньше. У того шамана, с которым он познакомился на практике, по сути, была большая хижина. Здесь тоже в была хижина, в основе которой была деревянная конструкция, но снаружи небольшое строение было обмазано глиной. Что, учитывая стоящие вокруг морозы, было логично. Наверное, у первого Ульратачи было теплее, его дом довольно далеко южнее. Хотя с климатом тут все не очень понятно. Птахин прекрасно помнил, как тепло было в Дальнем позапрошлым летом, и совершенно не ожидал попасть в столь суровую зиму.
   Хижина у этого шамана была меньше, зато в склоне сопки, у которой стоял этот домик, была пещера. Рукотворная или нет, со стороны не было заметно, но вход в нее больше напоминал ворота и был прикрыт занавесом из шкур.
   И, кстати, а почем всех шаманов зовут Ульратачи? Это что, одно из названий шамана на местном языке? Или они все родственники? Спросить некого. Опричники, похоже, сами не знают, а Магаде такие вопросы игнорировал. Впрочем, это не самая большая проблема.
   Более серьезной проблемой, с которой столкнулись путешественники, стало отсутствие для них стационарного жилья. Ни в хижину, ни в пещеру их никто не приглашал. К ним, вообще, никто не вышел. Но жандармы, по всей видимости, были в курсе местных обычаев, так как безропотно стали разгребать снег и ставить палатки. Обычные солдатские из парусины. Вряд ли в них тепло будет. Хорошо, у Пети спальник есть.
   А вот уборная (выгребная яма, прикрытая обтянутой шкурами будкой) здесь уже имелась. Видимо, специально для паломников была сделана, чтобы окрестности не загадили. Так что хоть какие-то минимальными удобствами путешественники все-таки были обеспечены.
   В хозяйственных работах кадет принципиально участие не принял. Не своей волей ехал, друзей у него здесь нет, начальников - тоже. Но его и не трогали, жандармы сами справились. Не сказать, чтобы очень хорошо, но горячей кашей они и поужинали и позавтракали.
   Основное время Петя провел в медитации. Лежа в спальнике, чтобы о холоде не думать. Заодно прикидывал по сотому разу, как себя с шаманом держать. Ничего умного не придумал. Главное, лебезить начинающий маг не перед кем не собирался. Вины за собой он никакой не чувствовал, Магаде сам на него напал. Но лучше бы шаман эту тему не затрагивал, хотя, ничего хорошего от него ждать не приходилось.
   Было заметно, что остальные участники экспедиции тоже нервничают, так что над лагерем висела атмосфера напряженности. Вечером. А утром уже ближе к панике. Ничего, вроде, не происходит (а может, именно поэтому), но жандармы как-то нервно перешептывались о том, что такое пренебрежение к ним со стороны шамана говорит о его гневе.
   Пете даже противно стало. Здоровые лбы, при оружии, а боятся. Причем Шипов и офицер (маг, между прочим!) тоже от них заразились. Что им шаман может сделать? Духов натравит? Так никто из них вокруг лагеря не шляется. Хотя, видеть-то духов один Птахин может.
   Успокаивать никого не стал. Сами сюда приехали, еще его притащили.
   Наконец, когда первые лучи зимнего солнца осветили вход в пещеру, стало видно, что в ее проеме сидит закутанный в меха человек. Не двигаясь и молча. Тоже медитирует?
   Пауза затянулась на добрый час. А потом раздался голос:
   - Что встали?! Пусть ваш маг-шаман ко мне идет. Один. А вы ждите. Ответ будет позже, как духи решат.
   Шипов сразу кинулся в палатку к Птахину:
   - Идите скорее, Петр Григорьевич!
   - Да слышал я. Трудно было не услышать.
   Голос звучал, действительно громко. Наверное, магией был усилен. Или что там вместо нее у шаманов?
   Петя выбрался наружу. Демонстративно потянулся. После чего протянул руку:
   - Амулет давайте!
   - Зачем он вам?
   Видимо нежелание выпускать из рук ничего, что к ним попало, укоренилось в опричниках намертво.
   - Мы же это уже сто раз обговорили. Как я иначе наличие темной энергии проверять буду?
   - Вот выйдете из пещеры, к этому вопросу вернемся.
   - Опять двадцать пять! Давайте, или я за себя не отвечаю!
   - Не дам! Я сказал, после!
   Но тут на их спор обратил внимание шаман, и гремевший до этого голос обрел шипяще-змеиные интонации, от которых мороз по коже пошел даже у Пети:
   - Человек, ты пришел сюда просить прощенье у духов за смерть молодого Ульратачи. И смеешь прятать от них амулеты? Я скажу им об этом, когда они будут решать твою судьбу. Или выпустить их к тебе уже сейчас? Они рвутся.
   Шипов на некоторое время застыл, потом резко засуетился, шаря по карманам и за пазухой. Потом как-то боком стал отступать к палатке:
   - Я сейчас! В багаже поищу. А вы идите пока, Петр Григорьевич!
   Вот натура поганая! То, что знакомый амулет где-то рядом, скорее всего в кармане опричника, Петя чувствовал. Но скандал поднимать не стал. Перед смертью не надышишься. Сейчас все решится, а разборки можно и потом устроить. Если жив будет.
   Дорожка к пещере извивалась змейкой, но была расчищена. Жандармы этим явно не занимались.
Хотя... Из разговоров с Магаде, пока отношения между ними не испортились, Петя знал, что шаманская магия универсальна. По крайней мере, видят они все виды энергии. Здешний Ульратачи голос усиливал, значит, должен владеть "воздухом" (или чем-то аналогичным). Ну а магу воздуха сдуть снег с дорожки - раз плюнуть.
   - Во что я вляпался? С кем связался? - С сожалением подумал Петя, ровным шагом приближаясь к пещере: - Ну да отступать поздно. Да и не получится.
   Аурный щит он при этом поднял, накачав энергией по максимуму.
   Вблизи шаман оказался самым обыкновенным на вид ульта. С характерным плосковатым и круглым лицом с миндалевидными глазами. Слегка заплывшими. Видно, что немолод, но морщин почти нет. Впрочем, даже сквозь меховую одежду заметно, что этот Ульратачи отнюдь не аскет. Можно даже сказать, что толст. Чем он радикально отличался от того шамана, с которым Петя на практике познакомился.
   На доброго старичка-толстячка не походил совершенно. Даже без магического зрения ощущалась сила. Глаза смотрели холодно, лицо застыло, как маска, губы почти не шевелились, но голос звучал отчетливо:
   - Проходи, шихи.
   Что значит "шихи" Петя, естественно, не знал, но почему-то слово ему не понравилось, хотя шаман никак его не выделил интонацией.
   Пещера оказалась довольно длинной и разделялась на секции-комнаты занавесами из шкур примерно через каждые тридцать шагов. Сколько было "комнат" всего, оставалось только догадываться. Для начала они прошли в третью.

   И еще внутри было светло и относительно тепло. Не жарко, но пар изо рта уже не идет. Магия, наверное, по крайней мере, что-то вроде магических светильников на стенах висело.
   Пол, стены и потолок были более или менее выровнены. Не до зеркального блеска, но и спотыкаться было не обо что. Во многом было похоже на подземные ходы под Тьмутараканью, только там камень был ракушечник, а здесь явно что-то много более твердое. Обычной пилой не возьмешь.
   В "комнате" в которую они пришли, у одной стены стоял стол. Рядом с ним что-то вроде буфета с антресолью. Шаман снял с полки какую-то склянку, с другой взял маленькую пиалу. Налил в нее какой-то темной, густой и пахучей жидкости. Немного, не больше шкалика (* шкалик = 1/20 штофа = 61,5 мл).
   - Пей!
   Петя не шелохнулся:
   - Зачем мне это?
   Шаман снял вторую пиалу и налил в нее из той же склянки примерно столько же:
   - Надо. Обряд очищения. С тобой вместе выпью.
   И, действительно, выпил. Но Птахин, все равно, не спешил:
   - Очищения от чего?
   - Скверны.
   - Это как?
   - Ты не шаман. Не поймешь. Почувствовать надо. Пей.
   Поколебавшись, Петя все-таки выпил. Не похож этот шаман на самоубийцу, значит, не яд. Максимум, наркотик какой-нибудь. А это он как-нибудь переживет без последствий. Все-таки маг-целитель. Идти же на конфликт с шаманом не хотелось. Ведет себя странно, но агрессии не проявляет, истерик не закатывает. А уточнять, от чего "очищение", тоже не хочется. Почти наверняка имелось в виду убийство Магаде. Рассказывать, что это сделал именно он, пусть и был вынужден... Лучше промолчать.
   Сам напиток оказался на вкус даже приятным. В меру сладким со сложным травяным букетом и легким алкоголем. Какое-то сложное зелье. На всякий случай, сохраняя спокойное выражение лица, Петя стал интенсивно гонять энергию по каналам. Если что, "жизнь" любую заразу сама выведет.
   Некоторое время оба стояли молча. И до Пети постепенно дошло, что давящая атмосфера, нет, не отступила, а перестала его беспокоить. Чувства, вроде, не притупились, разум остался ясным, но пришло спокойствие. Не безразличие, а именно спокойствие. Все эмоции куда-то исчезли, как будто их никогда и не было. Странное ощущение. И даже не определишь, нравится оно тебе или нет, так как вдруг забыл, что такое "нравится".
   - Идем, - совершенно спокойным голосом произнес шаман и повел его дальше.
   - Может, он еще до выхода к нам успел стопочку этого зелья глотнуть? - Подумал Петя: - Больно спокоен с самого начала. Как будто наполовину на "том свете". А теперь и я вместе с ним.
   Следующая комната оформлением отличалась от предыдущих. Это была даже не комната, а скорее домовый храм. Или ритуальная комната, так как была невелика, не больше трех саженей в длину. Довольно узкая. Но в боковой стене была вырезана ниша с узким каменным ложем и половиной купола над ним. Не полкой, а именно ложем. Каменный блок с небольшим изголовьем отстоял от стены почти на аршин. Кстати, завершалась комната самой обычной дверью.

   Вся поверхность ложа и купола была покрыта хитрой резьбой. Барельефы с изображением звезд и, видимо, иных небесных тел, а также хитрые орнаменты из иероглифов и каких-то непонятных фигур. Только вот магии во всей этой резьбе Петя не заметил. По крайней мере, ни "жизнь", ни "темная энергия" в них не присутствовали. В отличие от дымчатого камня, вделанного в ложе. От камня буквально разило темной энергией. Куда сильнее, чем от Петиного кинжала в момент наибольшего "насыщения". Расположен камень был не совсем по центру ложа, ближе к изголовью. На глаз, он должен был оказаться примерно напротив хранилища, если, конечно, на это ложе улечься.
   Именно это шаман и предложил Пете сделать.
   И Петя спокойно снял шинель и китель, остался в одной гимнастерке. И улегся, хотя интуиция говорила, что ничего хорошего его там не ждет. Лежать, кстати, оказалось неудобно. Камень, как и ожидалось, уперся острой гранью в спину, как раз напротив хранилища. Но он был спокоен. Даже слишком спокоен. Может, лучше от этого зелья избавиться?
   Стал формировать заклинание "полного исцеления". Максимум того, что он может, как целитель. Зато гарантированно любое непотребство из организма выведет.
   И, неожиданно, не смог это сделать. Странно. Заклинание вызубрено до мельчайших подробностей, отработано до автоматизма и, само рассыпается не сформировавшись и до половины. А "среднее исцеление"?
   Та же картина. "Малое исцеление" тоже не пошло. Вообще, ничего из заклинаний применить не удается. Паники нет. Петя спокоен. Но так быть не должно. Остается только промывать каналы энергией "жизни". Хотя бы это получается без проблем. Только эффект, если и есть, то очень медленно проявляется.
   Шаман, тем временем, стал негромко что-то напевать. Без аккомпанемента и без танцев. Петя почему-то ожидал именно танцев с бубном или хотя бы погремушкой. Вбитый литературой стереотип. Или здесь какая-то иная волшба происходит? К сожалению, слов Петя не понимал, так как пел Ульратачи на своем языке. Но, вроде, на "Поваляюся, покатаюся Ивашкиного мяса поевши" не похоже. Песня звучала заунывно и как-то без жизни. Потусторонне. Или с духами именно так и надо общаться?
   Хотя, духи, наверное, есть разные. С какими-то именно так и надо. Вопрос, с какими? Петя без труда перешел на магическое зрение. Получается, смотреть можно, а вот заклинания творить нельзя.

   Он и увидел. Вокруг закружились какие-то бесплотные тени. Сначала немного, но постепенно их число увеличивалось. Никогда раньше такого не наблюдал. Магаде духов только по одному вызывал. А тут целый хоровод получился.
   Но Петю это не взволновало. Он лежал, равномерно дышал, гонял энергию по каналам и краем глаза наблюдал за шаманом.
   Тот, продолжая напевать, склонился над кадетом и одним ловким отработанным движением вытащил из-за блока ложа конец внушительной металлической цепи, перекинул ее через Петю и закрепил с другой стороны так, что его тело и руки оказались плотно притянуты к камню. Наверное, если очень постараться, руки, перехваченные цепью чуть ниже локтей, можно было бы высвободить, но с ходу это сделать не получилось, а дергаться и извиваться было лень. Вообще, резких движений делать не хотелось.
   Убедившись, что молодой маг лежит тихо и не предпринимает попыток освободиться, шаман выпрямился и извлек, похоже, из рукава узкий кинжал цвета слоновой кости. Скорее всего, это именно кость и была, а вот чья конкретно, оставалось только догадываться. Может, моржовый клык, а, может, и бивень мамонта. Непринципиально. Главное, вокруг него струилась темная энергия в точности так же, как это происходило с Петиным кинжалом.
   Лицо старого Ульратачи осталось все столь же безэмоциональным, но Пете показалось, что в глазах у того впервые что-то промелькнуло. Правда, что именно, он не рискнул бы сказать. Но точно никаких теплых чувств по отношению к себе, он не заметил. Шаман выпрямился, поднял кинжал обеими руками, нацелился взглядом на подвздошье (хранилище?) кадета и так и застыл. И вот теперь на его лице эмоции не только проявились, но и читались довольно легко. Тут и недоумение, и злость, и даже испуг. А затем все это исчезло, лицо снова стало маской, руки безвольно опустились, и кинжал стукнул по Петному животу. К счастью, плашмя, так как аурный щит кадета тот даже не заметил.
   Все дело в том, что Петя не стал дожидаться окончания сцены, а сам легонько ткнул шамана в ногу. Своим кинжалом, который до сих пор прятал в рукаве.
   Юноша мысленно похвалил свою интуицию. Так-то он правша, но собираясь на встречу с шаманом, пристроил его именно в левом рукаве. Предварительно привязав к руке ножны и только потом поместив кинжал поверх них, чтобы случайно не порезаться об обнаженное лезвие. И рукой старался шевелить поменьше и ни в коем случае ее не сгибать. Зато когда уже в пещере увидел, что каменное ложе сделано так, что снаружи окажется именно левая рука, решил, что высшие силы, в том числе и местные духи, на его стороне. Ну а пошевелить кистью, чтобы высвободить кинжал, было уже совсем несложно. Рукав у гимнастерки, конечно, прорезал, но разве это серьезная потеря?
   В ту же секунду в кинжал, а следом и Петю хлынул казалось бы безудержный поток "темной" энергии. Шаман был явно очень силен, нечета Магаде. Ощущения в давилке по сравнению с нынешними казались легкой щекоткой.
   Но Петя, несмотря на сохранившееся чувство отрешенности, был к этому готов. Не зря же ему в спину дымчатый кристалл давит? Явно его в ложе неслучайно поместили. Судя по ощущениям, это какой-то грандиозный накопитель. И кадет буквально вытолкнул из себя к этому камню каналы-манипуляторы, оплетая его и передавая ему энергию.
   Сказать, что стало совсем легко, было нельзя. Такие потоки энергии ему никогда не приходилось через себя пропускать, но работать с собственными каналами он умел, да и прокачены они у него были лучше всех на курсе. Возможно, и во всей Академии. Так что юноша постарался задействовать для прохождения энергии как можно больше каналов. А остальные каналы использовал, как резерв, для стравливания перепадов давления.
   Длилось все это, наверное, несколько минут. Или даже меньше, но Пете показалось, что прошла целая вечность. Каналы трещали, сам он был в полуобморочном состоянии от напряжения, но без фатальных последствий удалось обойтись. А заодно и последствия приема зелья вымыло начисто.
   Поток прекратился. Рядом неестественно прямо стояла высохшая мумия. Нет, свалилась, стоило вытащить кинжал.
   Напитанное темной энергией лезвие перерезало цепь одним легким движением, и Петя перекинул ее конец обратно за каменный блок. Сел с некоторым трудом. Все тело болело, но слушалось. Зато теперь "полное исцеление" сформировалось без проблем. Сразу стало значительно легче.
   Встал вопрос, что делать дальше? Получается, Птахин уже второго шамана убил. И, по большому счету, провалил предназначенную для него миссию. Хотя сам он с этим не согласен, но опричники вполне могут во всем обвинить его. Шипов так наверняка будет стараться это сделать. Иначе придется признавать собственную некомпетентность.
   Значит, лишние свидетели ему не нужны. По крайней мере, пускать кого бы то ни было в пещеру не стоит.
   Петя встал. Оставлять шамана валяться на полу, пожалуй, будет неправильным. Только сначала...
   С помощью кинжала кадет выковырял из каменного ложа дымчатый камень, постаравшись его не повредить. Хотя повредить такой было бы сложно даже его магическим лезвием. А вот обычный камень на его место покрошить - уже запросто.

   По ощущениям - алмаз. Да еще магический. И с кулак размером. Даже страшно подумать, сколько он может стоить. Жаль, продать не получится, надо быть реалистом. Не его это уровень. Такой можно только Великому Князю подарить. И то - не дадут. Так что лучше и не пытаться. Но оставлять его здесь тоже не хочется. Может, удастся как-нибудь под свои нужды приспособить?
   Костяной кинжал тоже не мешает прибрать к рукам. И, вообще, надо бы порыться в пещере на предмет трофеев. Или лучше не жадничать? Местные ульта, наверняка, вскоре к пещере наведаются. Смерть шамана еще можно списать на естественные, а лучше - мистические, причины. Вроде воли духов. Но вот ограбление в эти рамки плохо встраивается.
   Однако, вопросы решать надо последовательно.
   Мумию Петя переложил на каменное ложе, где только что лежал сам. Удачно он шаман перед смертью вытянулся в струнку. Поза почти естественной получилась.
   Теперь надо что-то с жандармами и Шиповым делать. Тихонько, чтобы никто не заметил, посмотрел сквозь щелку занавеса наружу. Была надежда, что жандармы сами сбежали, больно шаман их утром пугал. А они боялись.
   Но нет. Все здесь. Лагерь, правда, собрали и в сани все вещи сложили. Но ждут. Ответа духов или как там Ульратачи выразился.
   Ну, так будет им ответ духов. Петя вытащил из-за пазухи фигурку рыси. Долго думал, стоит ли ее брать в пещеру или нет? Но потом решил, что кинжал он возьмет при любых условиях, а заметить фонящие темной энергией артефакты для шамана не составит труда. Пусть уж лучше их будет несколько. Спросит, фигурку первой предъявит. А потом - как карты лягут.
   Сейчас у Пети темной энергии в хранилище полно, можно рысь вызывать.
   Подал на артефакт энергию, вонзив ее шип себе в ладонь. Не слишком приятно, но немного собственной крови не жалко.
   Крупная кошка проявилась довольно быстро. И сразу приняла материальный облик. Переключение на "рысь" тоже далось легче, чем в прошлый раз. И с двойной картинкой перед глазами удалось разобраться почти без проблем.
   - Ну что, киса, погоняешь старых знакомых, - Зачем-то произнес он вслух, сопровождая слова мыслимым посылом.
   Управлять туманным зверем, как и в прошлый раз, получилось с трудом. То есть в целом пожелания Пети "рысь" выполняла, но полного слияния не происходило. Но смотреть ее глазами и слышать ее ушами получалось.
   Кошка легко выскочила за занавес, который при этом даже не колыхнулся, и буквально в несколько прыжков преодолела спуск, игнорируя тропинку. Дальше ее скорость замедлилась, и к Шипову она подходила уже медленно.
   Тот явно узнал зверя и запаниковал. Судорожными движениями вытащил знакомый Пете не то зуб, не то небольшой рог и кинул к его ногам (лапам).
   - Вот, забери! Только не подходи! - Голос у опричника (или их служащего) сорвался, а сам он попытался спиной вперед отбежать к саням.
   - Какая сволочь! - мысленно выругался Петя, и "рысь" прыгнула вперед. Мгновение и она уже подмяла Шипова под себя, вцепилась ему зубами куда-то в районе шеи и принялась рвать его когтями. Так что только клочки одежды и брызги крови полетели во все стороны.
   Жандармы испугано закричали и открыли стрельбу, но пули, похоже, проходили сквозь зверя, не причиняя ему ни малейшего вреда.
   - В опричника не попадите! - Закричал офицер.
   Стрельба смолкла, а Петя, наконец, сумел взять зверя под контроль и позвал его обратно в пещеру. Однако по дороге заметил в лежащий снегу свой (вообще-то Магаде) старый амулет. Кошка как-то очень легко подхватила его на ходу пастью. Несколько секунд, и вот она уже стоит с ним рядом в пещере.
   - Молодец! - Прошептал Петя, хотя совершено не был в этом уверен, и разорвал контакт. Силуэт зверя поблек и струйкой дыма втянулся обратно в фигурку. Принесенный амулет из рога (зуба) остался лежать на полу. Петя его поднял и сунул в карман.
   Нехорошо получилось. Никакой симпатии к Шипову Пет не испытывал, более того, тот ему был крайне неприятен, но убивать его не собирался. Но и выскакивать из пещеры с целью оказать ему целительскую помощь - тоже. Тогда весь придуманный сценарий пойдет насмарку. И объяснение с опричниками будет очень тяжелым и неприятным. Так что решил подождать и посмотреть, что будут делать жандармы.
   Те его ожидания оправдали. Шипова подхватили, закинули в сани, и офицер сразу отдал команду трогаться. Один из жандармов, ехавший с опричником в одних санях, вроде, стал его перевязывать.
   - Елки зеленые! - Ругнулся Петя: - Мои вещи они тоже увезли. Хорошо, ничего особо ценного в багаже не было. Деньги и амулеты у меня с собой. Но спальник жалко. А пистоль?! А ордена?! И еду я для кого покупал?!
   Но порыв послать вдогонку "рысь" или даже самому ее оседлать в себе подавил. Не должны жандармы ничего в дороге потерять, им еще отчитываться о походе. А там и сам Петя до Дальнего доберется и будет с помощью Штепановского свое имущество назад добывать. Мог бы и раньше них на "рыси" добраться, но придется сделать вид, что шел пешком. Чтобы ненужных вопросов не возникло. И так разговоры впереди не самые приятные.
   А Шипов? Ну, тут уж как ему повезет. Или не повезет.
   Остаток дня Петя проводил ревизию в пещере. Искал еду, какую-нибудь замену спальнику и сам не знает что. Что-нибудь ценное, но такое, чтобы его исчезновение не слишком бросалось в глаза.
   Можно сказать, что все самое интересное оказалось за дверью. Той, которой заканчивалась ритуальная комната. За ней оказалась сама большая из до сих пор встреченных комнат-секций пещеры, так сказать, "общего назначения". Теперь уже покойный хозяин использовал ее одновременно, как спальню, кабинет, мастерскую и кухню. И еще в ней было отверстие в потолке, видимо, дымоход и самое обыкновенное окно. Пещера, получается всю сопку насквозь прошла? Но запасного выхода Петя не обнаружил.
   К сожалению, очаг под дымоходом был рассчитан на магический огонь, которым Птахин, как маг жизни, не владел. Обычными дровами шаман не пользовался, по крайней мере, в этой комнате. Так что обнаруженные в стоящем рядом сундуке крупы Петю не порадовали, готовить было не на чем. Небольшое количество имевшейся посуды тоже не порадовало. Была она серебряной с однотипной характерной чеканкой. Опять небесные светила, рисунки не пойми кого и цепочки иероглифов. То есть очень заметная посуда. Использовать при посторонних - опасно.
   Со шкурами дело обстояло лучше, их оказалось целых два больших сундука. В основном, снятые с экзотических животных - тигров, леопардов, даже белый медведь попался. Норка тоже имелась. Кстати, именно в норковую шубу и был одет шаман. Но брать готовую одежду Петя не решился.
   В конце концов взял довольно грязную и слегка вытоптанную шкуру, лежавшую на полу. Вроде, медвежью. Заменив ее на аналогичную из сундука, только новую. Скажет, что шаман ему ее сам подарил, когда выяснилось, что караван с жандармами уехал без кадета. Изображать, что они расстались лучшими друзьями, Петя бы не решился.
   И, наконец, в стене оказался тайник. Ну как тайник? Обычная полка, прикрытая хорошо подогнанной каменной плитой, так что стена казалась монолитной. В обычном зрении. А в магическом зрении Петя углядел за ней плотный туман "темной" энергии.
   Плиту Птахин подковырнул кинжалом. Вынулась легко. След от лезвия, вроде, небольшой остался, если не вглядываться, за обычную выбоинку сойдет.
   Внутри в нише оказалось несколько полок с амулетами. Или, скорее, артефактами, настолько сильно они фонили. Наверняка - дикое богатство, но брать не стоит. Во-первых, может быть заметно, а во-вторых, как объяснили Пете в свое время опричники, все шаманские артефакты в обязательном порядке подлежат к сдаче в великокняжескую казну. Так что не стоит и облизываться. Но, обнаружив на одной из полок целую пригоршню дымчатых камней-накопителей, кстати, заряженных, Птахин не удержался. Взял один. Среднего размера. Примерно с лесной орех.

   Таких ниш-тайников в комнате оказалось несколько. Точнее, еще от одного участка стены сильно фонило "жизнью". Было интересно, что там хранится, но Петя даже вскрывать нишу не стал. Раз решил, что грабить нельзя, то и не будет. Лучше и не смотреть, чтобы не расстраиваться.

   На сем молодо маг эту "пещеру сокровищ" и покинул. Ночевать не рискнул. Караван жандармов уже должен был добраться до поселения ульта. Маловероятно, чтобы они стали с ними откровенничать, но сам факт их отъезда местные наверняка отметили. И вполне могут послать кого-нибудь проведать шамана. Встречаться с ними здесь в Петины планы никак не входило. Так что пришлось уходить голодным в ночь на мороз.
   Куда? Сейчас почти все равно. Завтра к вечеру желательно выбраться к поселению казаков, что он нашел на карте. А пока надо просто отъехать куда-нибудь подальше от населенных мест и почти сутки как-нибудь перекантоваться. Именно "отъехать". Идти своими ногами по бездорожью Петя не собирался. Во время учений его "дух рыси" из болота вывез, вывезет и сейчас. Благо энергией он зарядился, а еще и накопитель прихватил.
   Плохо, конечно, что еды нет, а вокруг мороз, но хотя бы с водой проблем нет, снег кругом лежит. А он - маг жизни, должен выдержать.
   Так и поступил. Снова призвал "рысь" и отъехал на ней верст на десять в сторону казачьей деревни. После чего выкопал себе в сугробе лежку, завернулся в медвежью шкуру, да так и просидел до вечера следующего дня. В основном - в медитации. Еще гонял энергию жизни по каналам всего тела и несколько раз накладывал на себя "среднее исцеление". В общем, перемогся.
   Затем - снова ночное путешествие на спине "рыси", благо ей темнота не помеха. Как раз к утру нужную деревню отыскали. Самое обидное было снова удалиться от нее почти на версту и идти ее уже пешком, проваливаясь в снег. Радовало только то, что он снова повалил, так что его следы скоро скроются. А то вдруг кто по ним пойдет и обнаружит, что начинаются они вдруг из ниоткуда.
   Где-то через пол версты выбрался на дорогу, по которой шел даже довольно неплохо накатанный санный путь. Идти стало легче и веселее.
   Поселение оказалось для здешних мест довольно большим - с полсотни домов, то есть несколько сот жителей. Русских. Постучался в первый же дом и в этом убедился. Послали его по-матерному идти куда подальше. Спорить не стал. Домов еще много, а начинать знакомство с местными жителями со скандала не хотелось. Тем более, что шум привлек внимание соседей, и скоро на улицу стали выглядывать любопытные лица. А затем из одного из домов вышел уже немолодой солидного вида мужчина и спросил:
   - Ты кто будешь, мил человек? Каким ветром тебя к нам занесло?
   Вид у Пети был, действительно немного странный. Но он сбросил шкуру с плеч (до этого укрывался ею с головою), продемонстрировал шинель с приколотым академическим значком:
   - Кадет магической Академии я. Был отправлен для сбора материала для диплома к местному шаману. Только вот жандармы из Дальнего, что меня к его пещере довезли, почему-то ждать не стали, а сбежали, бросив меня одного. А шаман, как мы поговорили, меня выгнал их пешком догонять. Только шкуру вот эту от щедрот выдал. Но я сани не догнал, потом с дороги сбился, два дня в снегу ночевал, наконец, к вам вышел. Хотелось бы обогреться, поесть и нанять у вас кого-нибудь с санями в Дальний вернуться. Я заплачу. Могу подлечить кого, если больные есть. Я маг-целитель пятого разряда.
   Вроде, изложил все достаточно кратко и, как ему самому показалось, доходчиво. Мужчина сразу растерял половину своей солидности:
   - Маг-целитель, говорите? Вам бы к старосте надо, но пока - прошу в дом, ваше благородие, нечего на морозе стоять.
   В общем, Петя задержался в деревне еще на сутки. Лечил - ел - опять лечил - вымылся в бане - опять лечил - еще раз поел - опять лечил - наконец, выспался - снова лечил - поел - вылечил еще одного на последок и уехал. Когда не спал, еще и разговоры вел. Тех, с кем встречался полтора года назад, в поселке не оказалось. Но некоторых из тех, кого он тогда лечил, здесь знали. Или слышали о них. Или сделали вид, что слышали.
   Желающих получить бесплатную медицинскую помощь оказалась вся деревня. Пришлось строго предупредить, что в день может исцелить не больше двух тяжелых или десяток больных средней тяжести. И привлечь старосту в помощники. Но, в целом, Пете даже понравилось быть таким востребованным. Хотя понимал, что больше так позволять садиться себе на шею нельзя. Один день - куда ни шло, а как система - должна быть строгая запись на прием. Учтет, когда Академию закончит и порядок организует.
   Зато кормили и в Дальний отвезли бесплатно. Вещи (шинель да форму) ему вычистили и отгладили. Прорезанный рукав зашили. Да еще чистым бельем разжился.
   Затем было долгое и непростое объяснение со Штепановским. Петя придерживался той же версии, что и в казацкой деревне, только с некоторыми дополнительными подробностями.
   Шаман его каким-то зельем напоил, после которого он до вечера проспал. Что за это время происходило - узнал только от опричника.
   Шипова помер? Жалко, но помочь ему ничем не мог, так как сам в это время пребывал в бессознательном состоянии. К тому же предупреждал, что поездка сопряжена с опасностью. Из опыта общения с шаманами подозревал, что смерть Магаде они просто так не спустят.
   Почему на Шипова дух напал, а Петя целый и невредимый вернулся? Так это опричники шаманова внука в Академию пригласили, им и отвечать. Петя-то тут причем?
   К тому же он тоже пострадал. В результате проведенного ритуала Ульратачи не только не научил его шаманскую энергию вырабатывать, а, наоборот, даже той слабой магии, что у него была, лишил. Духов он больше не видит.

   Последнее обстоятельство Штепановского, кажется, расстроило больше всего:
   - Совсем ничего не видите?
   - В пещере ничего не видел, и шаман сказал, что так теперь всегда будет. Мол, нечего непосвященным в их дела лезть. И еще на мороз выгнал.
   Опричник загрустил. Получается, попытка наладить взаимодействие с шаманами закончилась полным провалом. И с кого теперь за это спросят?
   Петя прислушался к себе. Как-то все не слишком удачно сложилось, но он жив и, вроде, выкрутился. Но беспокойство осталось. И тут он выдал идею, над которой уже думал в пещере, когда камень из ложа и костяной нож прибирал:
   - Знаете, Александр Петрович, мне здешний Ульратачи с самого начала ненадежным казался. И у него, и у Магаде против магов какое-то предубеждение было. Зато полтора года назад мне с другим шаманом общаться довелось, который южнее, ближе к Ханке живет. Я ему шрамы с лица сводил, и расстались мы, конечно, не друзьями, но вполне в доброжелательном отношении друг к другу. Может, стоит и сейчас его посетить? За спрос денег не берут. В крайнем случае, вернемся ни с чем. Хуже не будет.
   Опричник оживился:
   - Съездить? Почему бы и нет.
   - Только мне свои вещи походные вернуть надо, которые жандармы увезли.
   - Вот уж об этом можете не беспокоиться.

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

20