• Глава 4

  • Глава 1

         — Пеленор!
         Раздавшийся зычный вопль дилижансера заставил меня испытать чувство дежавю. Кажется, со мной это уже было. Впрочем, меланхолично разглядывая проплывающие за окном дома, я решил, что подобное испытывают все, чья жизнь связана с постоянными переездами. И военные не исключение.
         К тому же, выйдя из кареты дилижанса, я оценил четвёрку могучих существ, которых язык не поворачивался назвать лошадьми. Всё течёт, всё меняется и при ближайшем рассмотрении, вовсе не похоже на самое себя трёхгодичной давности. Вытащил из багажного отделения свой дорожный кофр и выскользнул из толпы, отойдя к зданию Дорожного дома. Поправив ремень, тщательно разогнал складки чуть помятой в поездке формы на положенные им места, склонив голову, оценил положение горжета мага мастера. Всё отлично. Короткое движение руки и Орб обретает свободу, зависая над плечом.
         Ко мне.
         Мысль-команда отправилась словно в пустоту. Но из-за восьмерика тягловых химер грузовой повозки, неспешно рассекая столпотворение людей у рядов дилижансов, словно одинокая льдина реку в конце ледохода, выдвинулась трёхметровая фигура голема.
         Моя выпускная работа второй ступени училища. Слияние двух доступных мне направлений магической науки. Голем-артефакт. Невозможный сплав камня, металла и кости; сочетания грубости рваных линий брони и изысканности гравировок рун на ней; контраст темноты щелей на стыках каменных пластин и зелёного сияния глазниц. Моя гордость. Моя память о двух первых големах, что дались мне так тяжело. И так многое сделали, сойдясь в схватках с тёмными. Не их вина, что иногда им и мне не хватало сил. Теперь многое изменилось. Я взобрался на новую ступень могущества, голем стал почти отдельным от меня существом тоже изрядно прибавив в силе.
         Я поднял лицо к безоблачному и яркому весеннему небу. Там, пытаясь достичь его и пронзить, устремлялся вверх чёрный шпиль Сигнальной башни. Отличный ориентир. Его даже сейчас не может надёжно заслонить от меня ни одно другое здание города. О чём речь, если сияющий шар на его кончике стал виден из дилижанса ещё больше часа назад. И конечно же, Сигнальная не может находиться в городе. Только в крепости, за защитой её стен, тем более здесь, на границе. Мне туда, к шпилю. Двадцать минут, и я оказался на невероятно широкой улице, именно такие, кажется, и называют проспектами. Он, обсаженный пышными деревьями по обеим сторонам, открывал потрясающий вид на крепость, у стен которой и оканчивался.
         Сразу становилось понятно одно из её гордых прозвищ. Огромные, раза в четыре выше, чем у заново восстановленного Дальнего рога, стены белого камня, испещрённые бойницами и увенчанные бретешами, выглядели неприступной твердыней, охранявшей гордый чёрный шпиль Сигнальной. Они и были неприступны. Три войны с Зелоном овеяли эти стены великой славой. Пеленор — северные врата Гардара. Пеленор — несокрушимый затвор его границы. Пеленор — Белый Молот, крушащий тьму. Пеленор — Окончательная погибель.
         Я шагал, приближаясь к стенам крепости, по левому краю этого широкого тенистого проспекта. С любопытством оглядывал идущих мне навстречу. Очень много людей в форме. То и дело приходилось отдавать приветствие. Признаюсь, с первым разом вышла заминка. И лишь строгий, пронзающий взгляд уже пожилого капитана, сообщил мне, что что-то явно не в порядке. Даже та малость, что отложилась во мне за время службы в Дальнем Роге, изрядно заржавела за год госпиталя и год обучения. Впрочем, небольшое усилие и забытые привычки заняли своё место. Удобно быть магом и владеть трансом.
         Среди гражданских больше всего притягивали взгляд женские силуэты. Хотя и здесь, на севере весна набирала силу, но наряды дам всё же слегка опережали действительность. Уж больно легки и открыты они оказались. Я скользил взглядом по лицам в надежде на удачу. Но нет, те кого я искал, не спешили мне навстречу.
         Усмехнулся своим мыслям и желаниям. Не всё сразу. Всему своё время. Мне тоже доставалось чужих взглядов с избытком. Всё же, несмотря на размер гарнизона, здесь все друг с другом знакомы, лица примелькались. И я не могу не обращать на себя внимания. Особенно с летящим у плеча Орбом и этой гулко клацающей ступнями по камню тушей в отдалении. Голем шёл по краю проспекта, у самого парапета, разделяющего дорожную и прогулочную части, неспешно и неудержимо. Во всяком случае, ни один из всадников, экипажей или повозок не пытались даже приблизиться к нему, не то, чтобы остановиться на пути. А путь наш заканчивался у ворот крепости. Будь я один, то мне был бы нужен вон тот боковой проход для пеших. Но мой спутник туда не пройдёт. Мне прямо. Туда, куда ведёт дорога.
         Вблизи слепящая красота безупречной белизны стен рассеялась, открывая взгляду зрелую красоту воина. Отметки его службы и битв. Шрамы и заплаты новой кладки. Я знал точно, что фундамент Пеленора заложен через год от создания Чертогов. Крепость очень стара. Эти стены ни разу не пали, но десятки раз ремонтировались и обновлялись, излечивая её раны. Лучшие маги вкладывали в них свои силы. И всё равно не сумели окончательно выгладить следы битв. Или не захотели. От этих камней веяло древностью, отвагой, историей. Под ними умирали тысячи тварей Зелона и дважды сходились в битве Повелители. После последней схватки здесь постоянная ставка Магнивара, Повелителя Севера.
         — Тонму старший лейтенант!
         Я опустил глаза на стражников. Их здесь десяток с магом младшим мастером, старший сержант в возрасте, на горжете густая россыпь отметок за ранения. Голос его полон уважения равного, но рука лежит на навершие меча, а пульсация потоков от поста мага ощутима даже без транса.
         — Насмотреться ещё успеете, а вот скотина позади уж нервничает.
         — Так точно.
         Я с улыбкой ответил на приветствие. Протянул предписание и сопроводительную на голема. Опытному вояке хватило одного взгляда и радужного отсвета печатей.
         — Добро пожаловать, лэр.
         — Дагор! Сопроводи в канцелярию магов.
         Сияние на входе погасло.
         — Есть, тонму лэр-лейтенант! — звонко выкрикнул парнишка в надраенных доспехах.
         Короткий взгляд наверх показал, что крепостная решётка удержит даже костяных драконов, если они снова пойдут на штурм. Я не просто ощущал истечение силы от рун, вложенных в металл. А видел лёгкое марево дрожащего воздуха вокруг торчащих из камня клыков. Достойно легенд. Я снова уважительно приложил кулак к груди, на этот раз, отдавая воинское приветствие Оплоту севера.
         А солдат здесь не только для сопровождения. Повороты широких проходов быстро сменяли друг друга. Не прошло и десяти минут, как я оказался там, где будет определена моя служба. Постучать и открыть дверь в новую жизнь.
         — Разрешите?
         Короткий кивок, и я переступаю порог заместителя магического управления крепости. Пять шагов по паркету к столу. На него ложатся документы.
         — Прибыл к вам на распределение после обучения в магическом училище.
         — Лэр-лейтенант, — я удостоился короткого взгляда хозяина кабинета. — Перед тем как отправитесь к своему непосредственному командиру, рекомендовал бы вам освежить в памяти пункты устава о представлении по прибытии.
         — Так точно!
         Сах. Время замедлило свой ход. Строки устава лихорадочно мелькали у меня перед глазами. Вот оно! Я снова вернулся в обычный мир, чувствуя, как горят щёки.
         — Тонму лэр-капитан, разрешите представиться по случаю.
         — Достаточно, — офицер, как раз закончивший небрежно листать мои бумаги, вскинул чуть сжатую ладонь с двумя вытянутыми, словно в каком-то жесте активации, пальцами. — Транс вы освоили на отлично, что-то в голове имеется. Вот так знакомство с командиром бригады и начнёте.
         Из чувства вредности и упрямства я промолчал, хотя должен был ответить. Согласно тому же уставу. Впрочем, моя выходка осталась без внимания.
         — Итак, тонму лэр-лейтенант.
         В голосе капитана слышалась усталость и лёгкий налёт скуки.
         — Старший, — я не выдержал очередного пренебрежения, — старший лэр-лейтенант, тонму лэр-капитан.
         Он замолчал, сжал губы, оглядел мою чуть мятую за поездку полевую форму, на горжете задержал взгляд, скользнул глазами по Орбу, который я из вежливости деактивировал и повесил на пояс, перед тем как войти. Затем и вовсе вернулся к бумагам. Принялся листать с начала. На этот раз медленно и явно вчитываясь. Через пять минут опустил руку на здоровый угловатый артефакт, стоящий на краю стола. Пульсация силы едва ощутима всего в двух шагах от него.
         — Ребен! Не зайдёшь?
         Артефакт связи. Новинка прошлого года. Шикарная вещь, ценность которой невозможно недооценить. Пользуясь моментом, я принялся оглядывать одного из своих командиров. Обычно сложён: средний рост, неширокие плечи. Короткая стрижка начавших седеть волос. Залысины. Длинные пальцы, испачканные чернилами. Мешковато сидящий повседневный мундир с целой лестницей разноцветных нашивок за ранения. Теперь я замечаю их везде. А вот разномастные ленты наград с другой стороны груди мне почти ни о чём не говорят. И нигде ни намёка на его ранг. Хотя этот его странный жест... А когда обратился к нему с приставкой лэр, ни словом не возразил. И он мне говорит о пренебрежении уставом!
         В кабинет, без стука, без единого слова ворвался ещё один офицер. В два шага оказался передо мной, подставив для взгляда спину. Она явно говорила, что хозяину не помешало бы уделить дополнительное время утреннему комплексу. Ему удалось почти полностью заслонить от меня всё, что происходило за столом. Совсем не малым, к слову.
         — Что у тебя? Только быстро.
         В ответ капитан, похоже, с шелестом толкнул ему по столу мои бумаги. В кабинете снова воцарилось молчание.
         — Необычно. Что ты хочешь от меня?
         — В пятую второй.
         — Таладорец. Легко! Но! Только если оформить испытательным.
         — Что так?
         — Там гарские лошади стонут, а этот.
         Я отчётливо услышал стук пальца по столу, чуть приглушённый толщиной бумаг.
         — Год. Год госпиталя!
         — Поглядим.
         Толстяк развернулся. С грацией и скоростью, которых я от него никак не ожидал. На меня уставились два взгляда. Серые глаза капитана. И чёрные Ребена, оказавшегося майором. И Искателем.
         — Без чинов? — после паузы предложил хозяин кабинета.
         — Без чинов, — я кивнул, расслабил плечи.
         — Извини за начало встречи. Впервые вижу такое предписание. Впервые слышу о Таладорском. Я пожал бы плечами на безумие канцелярии вашего училища. Что только не мнят о себе по закоулкам провинций. И пошёл бы привычным путём. Крепостной маг, гарнизонная рота обеспечения третей бригады. Там и место желторотикам. Ходить по улицам, привыкать к рутине службы, — капитан замолчал.
         — Но? — я подал ожидаемую от меня реплику, спокойно снеся нелестное замечание.
         — Но это твой второй, хоть и короткий контракт. Необычный, скажу, подход к обучению. А ещё я вижу внеочередное звание. И не отписку о достойной службе и прочую тыловую муть. А нормальное представление. Геройское, я б сказал.
         На этом месте я сморщился. Тон был неприятен и многое задевал в душе.
         — Без чинов не значит, что не нужно выбирать выражения.
         Толстяк хмыкнул. Капитан вскинул брови.
         — Не ищи подвоха. Безысходную звезду уважает любой.
         Я помедлил и кивнул.
         — Так вот. У нас вечный недобор боевых магов. А ты по-хорошему можешь выбирать. Кому уж, как не тебе дать эту возможность. Да и не думаю, что тебе будет по душе стоять месяцами на стенах. В роту бегунцов пойдёшь?
         — Кто это?
         — Дальний поиск, — капитан снова скользнул взглядом по горжету. — Если по здоровью не потянешь, то через два месяца подъедет выпуск Гарской и.
         — Я понял, — перебил собеседника. Нечего мне разжёвывать. — Испытательный срок. Согласен.
         Это точно лучше, чем обходить артефакты крепости. Возможность пройтись по местам битвы Повелителей! По Зелонской земле.
         Толстяк хмыкнул.
         — Таладорец!
         И притянул к столу ещё один стул, бесцеремонно усаживаясь на него.
         — Отлично. Сейчас мы с главой управления тебя и оформим, — капитан подхватил перо и добавил, начиная заполнять документы. — Совет. Ленты на полевую сразу перенеси. Все. Уж кому, как не нам их ценить. В общем, у тебя ещё день. Сегодня ни командира первой бригады, ни командира пятой роты, ни замов на месте нет.
         Оказавшись за порогом, я провёл пальцами по горжету. Вот они — три чуть выпуклые звёздочки. Лёгкое ранение — жёлтая, две красных за тяжёлые. И последние с чёрными, чередующимися с основным цветом, лучами. Магические повреждения. Но о моём здоровье они зря беспокоятся.
         Снова очутившись во дворе, я замер, оглядывая замкнутый двор канцелярии. Видимо, проверки уже достаточно и теперь я здесь почти свой, раз мой первый сопровождающий исчез. Впрочем, мне выделили нового. На весь день. Чтобы я не заблудился на новом месте. Вполне здраво, если уж я не могу точно вспомнить путь сюда.
         С чего начать? С обустройства? Ещё полдня впереди. И пустота нового места в общежитии. Нет. Не хочу. Начнём с поисков. Я решительно окликнул ожидающего чуть в стороне моего бойца, который следовал за мной от самого кабинета.
         — Рядовой!
         Молодой парень вытянулся, поедая меня глазами. Я насмешливо хмыкнул, оценив иронию своих мыслей. Молодой. Он всего-то года на четыре младше. Впрочем, смеялся я над собой.
         — Тому старший лэр-лейтенант?
         — Для начала, где здесь храны големов?
         — Идёмте, тонму старший лэр-лейтенант.
         — Чуть проще, боец, — оценил его выправку. — Не нужно тянуться так, словно я твой любимый старшина.
         — Так точно, — парень чуть опустил задранный подбородок. — Идёмте, лэр.
         — Через тот проход, — уточнил я путь. — Там ждёт мой голем.
         Несколько минут неспешного передвижения по крепости. Сопровождающий несколько раз порывался срезать путь через галереи и узкие проходы. Но габариты и вес моего голема каждый раз уводили нас от лёгких деревянных галерей и узких проходов к надёжной брусчатке и грузовым воротам в разделяющих сектора стенах. Их пришлось пересечь не одну, пока мы не оказались в третьем по счёту секторе внешнего обвода Пеленора, если считать от канцелярского. Обстановка разительно поменялась. Окончательно исчезла даже та малость дерева, что встречалась до этого в отделке. здесь чувствовалось родная мне стихия. Земля. Величие камня. Пропали и трёх, четырёхэтажные безыскусные здания-коробки, занимавшие всё пространство секторов. Однако дорога шире не стала. Теперь она шла, зажатая огромными складами. Казалось, что неприступные стены подступили едва ли не вплотную, прибавив в толщине десятки раз. И окончательно потеряли красоту выглаженной облицовки, блистая грубой мощью и тяжестью огромных блоков, вырубленных из ноздреватого камня.
         Глаз, к моему удивлению, легко замечал не только цветовую границу блоков, но и ясно различимые щели между ними. Заинтересованный, я потянулся потоками ауры проверить, как же организована защита, если не проводилось сплавления в единое целое. Но не смог даже на пядь проникнуть магическим зрением вглубь стены. Как бы не стары они, но защищены оказались ничуть не хуже крепостной решётки. Интересно. Мне, что когда-то сам выбирал тип рунной вязи для крепостной защиты, интересно вдвойне, как это реализовывалось моими предшественниками. Нужно будет покопаться в справочниках. здесь явно другой подход. И я, вот так, с полувзгляда не могу сказать, что он слабее или хуже.
         Тягучие секунды транса позволили мне слегка утолить любопытство до знакомства с начальником хранов. Или же только разожгли его во мне сильнее? Наверняка можно найти мемуары тех, кто участвовал в стройке крепости. Взглянуть на неё молодую их глазами. Впрочем, и особого знакомства не случилось.
         — Ясно.
         Крепкий старик поднял взгляд от документов, уставился мне за спину на голема. Я так и не понял ни кто он здесь, ни как к нему обращаться. Неловко вышло. Солдат лишь шепнул на ухо, что вот этот — старший, и тот сразу взял меня в оборот. Обычная одежда. И не поймёшь сразу то ли мундир старого кроя, то ли строгая гражданская одежда в военном стиле. Старик перевёл глаза на меня и повторил.
         — Ясно. У бегунов свободно два храна. Бери восемьдесят четвёртый. Он поболя. И вечно пустой. Уж больно твой громила не для ихней службы.
         — Поглядим, — спокойно кивнул я. — Может соображу чего поменьше. Пока не знаю даже, чем они занимаются.
         — С этим, — старик махнул второй половиной моих бумаг, пожевал губами. — На днях... Завтра, послезавтра заглянешь ко мне. Согласуем чего тебе надо. Больно уж допуски у тебя широкие. Уточнить нужно будет, не спутали?
         — Договорились, — я коротко приложил кулак к груди.
         Определить голема в здоровенный, ему под стать хран, устроенный во внутренней стене-складе сектора, много времени не заняло. Пустовато. Быстро оценил я обстановку. Поправим. Провёл ладонью по мечу и посоху в особых креплениях на каменной спине. Мысль-команда: «Сон». Зелёный свет глазниц медленно угас. А я обернулся к сопровождающему.
         — Теперь последнее, боец, — я даже не стал доставать из нагрудного кармана письмо. Адрес я помнил наизусть. — Внутренний шестой сектор, двенадцатая линия, дом пятьдесят три. Доведёшь и можешь быть свободен. Дальше я сам.

    Глава 2

         Путь оказался неблизким. Почти на ту сторону крепости. Пеленор стоит на возвышении, которым оканчивается горный проход и сверху похож на неправильный десятиугольник, сторожащий выход из него. И, несмотря на одно из самых узких мест прохода и ширину своих стен, не перекрывает даже половины его. Плоское, широкое основание Пеленора обращено на север, к чужим землям. Оно тянется вдоль обрыва, опускается до самого его подножия своими толстыми стенами белого камня, попирает земли Зелона четырьмя круглыми ронделями. Крепость сторожит покой Гардара. Восемь мощных многогранных бастей возвышаются над стенами Пеленора. Ещё столько же чуть более низких башен помогают им охранять стены. Сама планировка крепости состоит из колец-обводов. Внешний, внутренний. Они поделены на сектора. В центре крепости её сердце. Цитадель и Сигнальный шпиль. Когда Пеленор впервые показывается путнику с высоты горного перевала во всей своей красе, то у него захватывает дух от величия крепости. И разум пытается подобрать сравнения. Именно так в древности, ещё в Тёмные века и родилось одно из названий — Белый молот. Пеленор и впрямь похож на это старое, уже позабытое оружие. Грозное. Надёжное.
         Наш путь лежал в левый от центральных ворот край внутреннего обвода. Сначала солдат вывел меня к ближайшим проходам из внешнего обвода крепости. Именно в нём располагались казармы, службы, тренировочные залы, хранилища. Для тех же големов. И для продовольствия. А вот внутренний крепостной обвод жилой. Именно там кипела гражданская жизнь крепости. Жёны, дети гарнизона Пеленора. Большая часть служб, управлявших жизнью северных ворот империи. Резиденции легата и губернатора, ведь формально Пеленор столица провинции. Госпиталь, школа. Храм Создательницы. Провинциальные управления империи, служащим пятого из которых и был толстяк майор. Крепость огромна. Только оказавшись внутри и проходя через сектор-парк, деревья которого своими необхватными стволами бросали вызов даже паре мужчин, начинаешь это понимать на самом деле.
         Кстати, проверка на воротах в обвод ничуть не уступала по серьёзности той, что проходила на въезде в крепость. Тоже разделение на пеших и подводы. Как я понял, и подводам пришлось проехать половину обвода, чтобы добраться до этого прохода. Такой же, стоящий под защитой заклинаний, внимательный десяток в доспехах. Маг. Вот он послабее того, что встречал меня снаружи. Молодой бакалавр, что уважительно кивнул мне. Но зато здесь стояли старые крепостные големы, замершие в неподвижности сна. Сна, что прервётся в случае опасности. И тогда, их огромные щиты и копья снова послужат Пеленору.
         А ведь были ещё и межсекторные стены. Пока неохраняемые, но с такими же, как и здесь, рунными кругами, что ждут солдат. Своими решётками, воротами. И, уж это я подметил, сделав первый шаг в узость прохода, возможностью легко обрушить свод, блокируя путь врагу. Продуманностью обороны можно восхищаться ещё долго. Даже такому любителю, как я, пусть и применившего пару хитростей на деле, но знакомому с тонкостями большой крепостной фортификации больше по мемуарам. Многое для Дальнего Рога было чересчур затратно. Я лишь сейчас, став мастером, способен установить полевое начертание такого класса, как в ловушке, оставшейся за спиной. Но со своим подходом. Однако, погрузиться в очередной круг расчётов и сравнений эффективности решений мне не удалось. Причина проста. Любая дорога когда-нибудь заканчивается. Моя не стала исключением.
         — Благодарю, тонму рядовой. Вы свободны.
         — Рад был помочь, лэр, — стукнул, разворачиваясь, по нагруднику солдат.
         А я стоял на высоком крыльце. Смирял бьющееся сердце. Этого момента я ждал больше года. С момента нашей последней встречи. Потом только письма. У меня напряжённая учёба, перемежающаяся суровой практикой. Здесь, на границе, наверняка тоже хватало хлопот. К Тёмным пророкам и всей их пастве! Оборвал я себя. Решительно взялся за потёртое кольцо дверного молотка. Гулко едва ли не в такт сердцу прозвучали удары. А вот из-за двери не слышалось ни звука, пока она не распахнулась.
         Я откровенно любовался открывшей дверь девушкой. Простое яркое платье, облегающее стройную фигуру. Пышная копна длинных волос. Потрясающей красоты глаза. Даже странно, что раньше они меня так пугали.
         — Аор! — охнула хозяйка дома и, промедлив миг, бросилась мне на шею.
         Изрядно озадаченный этим неожиданным жестом, я сам замер в нерешительности, но всё же осторожно положил ладони на хрупкую спину.
         — Здравствуй, Риола.
         — Здравствуй, — девушка отступила, окидывая меня внимательным взглядом голубых глаз. — Вот так сюрприз! Я сначала тебя и не узнала. Затем не могла поверить. Специально не написал о приезде?
         — Нет, — я смущённо улыбнулся. — Сам не ожидал. Но на распределении неожиданно предложили два места. И вот я здесь.
         — Замечательно, — девушка покачала головой. — Вот уж Рино будет рад!
         — Видимо, — я вздохнул, — ты не очень.
         — Да ну тебя! — замахнулась на меня Риола. — Как был язвой, так и остался. Ой, что это я? Заходи.
         Я прикрыл за собой толстую дверь с прочным засовом. Стукнул носком сапога по артефакту под вешалкой. Бросил короткий взгляд по сторонам. Мне, с трансом, много времени и не нужно. Просто, без лишних вещей. Но очень уютно. И видна не только женская рука. Просторная комната от пола до уровня плеча обшита деревянными панелями, на стенах множество полок, заставленных всякой всячиной, два мягких кресла у камина. А над ним знакомые мне железки. Коллекция кинжалов Рино. Правда, собранная заново.
         — Не такой уж я и язва.
         — Ты поначалу отлично скрывал свою суть, — погрозили мне пальцем. — Пока стеснялся и молчал. Зато освоившись, не упускал случая вставить острое слово.
         — Может быть, — не стал я спорить. — Тебе виднее. Как дела, как жизнь? Если мужа пока нет дома, значит, можно мне поплакаться втихомолку. Я буду молчать.
         — Выдумщик! Здесь хорошо, — девушка устроилась в кресле напротив меня. — Тебе повезло с сюрпризом. И я оказалась дома, и Рино эту неделю в нарядах, а не носится по горам, и освободится сегодня к вечеру. А то бы стоял под дверями до утра. Была бы тебе наука!
         Я сидел, вытянув ноги, в простом, удобном кресле. Слушал рассказы про житьё-бытьё, наслаждался уютом ещё тёплого камина, милого семейного гнёздышка и воспоминаниями. Рино и Риола единственная парочка Дальнего рога, что не только не разбежались, но и освятили брак перед лицом Создательницы. Хохотушка Ланис недолго пробыла с Рамом. Меня ещё не успели отправить в госпиталь из Ретрошена, а между ними уже тёмный пробежал. Ну а про меня и речи быть не может. Нити нашей пары разрублены. Раз и навсегда.
         Аори оказалась девушкой решительной и не имеющей привычки оглядываться. Я не слышал никаких новостей с её именем. Даже Риола молчала о ней. Не могу сказать, на самом ли деле она не получала вестей от подруги или лишь молчала о них. Боялся спрашивать об этом в те редкие дни, когда Рино вырывался со службы и приезжал с Риолой в Райт. Лечение моё шло трудно и медленно. А я не хотел давать себе ни малейшего повода, что мог лечь на чашу тоски. Хотя не раз стоял у окна и бездумно глядел на ворота госпиталя и аллею. Нужно ли говорить, кого я мечтал там увидеть? Снег на ветвях сменился зеленью, затем пламенем осени, прежде чем я оставил этот пост.
         Как ни странно, но прожитые в сотый раз воспоминания сегодня не вызвали в душе ничего, кроме тихой и какой-то светлой грусти. И улыбки, которую Риола приняла на свой счёт.
         — Вот только попробуй что-нибудь сказать!
         — Молчу, — я поднял ладони, так и не сумев убрать с лица улыбку.
         — Вот и молчи! — девушка ещё миг подозрительно сверлила меня взглядом, но продолжила. — Согласна, делопроизводитель профессия так себе. Но в Пеленоре не нашлось для меня работы ни с породой, ни с крестьянами. Горы здесь исследованы за сотни лет до мелочей. Ничего, кроме отделочного и строительного камня в ближней округе не добывают. А первый крупный посёлок, у которого есть достаточно земли, чтобы он озаботился отдельным специалистом для неё, слишком далеко от крепости.
         — Под тёплым боком у Рино, конечно, получше, — я понимающе кивнул.
         — Представь себе! — губы девушки тоже тронула улыбка. — Но и при виде десятка одних и тех же лиц вокруг, можно сойти с ума. А здесь соседка предложила освободившееся место.
         — Ещё пара специальностей и бедный Рино так и останется бравым воякой, а ты окончательно превратишься в мастера на все руки.
         — Да уж! — задрала нос Риола. — Не хуже тебя. И без всякой магии.
         С улицы снова донёсся бой часов. Шесть. Ещё час за разговором пролетел совершенно незаметно. Риола поднялась.
         — Пора накрывать ужин. Сиди здесь.
         — Я мог бы помочь.
         — Не спорю, — девушка пожала плечами. — Но я справлюсь и сама. Негоже гостя в первый день пугать заботами. Сначала нужно его приманить к дому вкусной едой.
         — Хитро придумано.
         — Опыт моих уже седых коллег, — звонко, колокольчиками, рассмеялась Риола. — Мне мно-о-го чего рассказали эти умудрённые дамы.
         Я остался в кресле, слыша, как в соседней комнате, за стеной гремит посуда. Весь первый этаж их небольшого домика поделён на две части. Здесь, в большей — камин, кресла, огромный шкаф для одежды, в углу лестница наверх. А в другой половине — кухня и столовая.
         Глухо, басом, стукнула дверь. А вот я закрывал аккуратнее. Не то что хозяин. Подкинул полено на угли, чтобы чем-то занять руки. А сам прислушивался к шуршанию артефакта очистки у входа.
         — Добрый, — раздалось приветствие.
         Я обернулся, выглядывая из-за спинки кресла.
         Рино всё так же хорош. Высокий статный, с широко расправленными плечами и гордо поднятым подбородком. Разве что немного похудел, по моим воспоминаниям.
         — Аор!
         Я подхватился с кресла, вскакивая навстречу старому другу. Обхватил его за плечи, сжал, чувствуя, как трещат мои. Может он и стал поменьше, но мышцы под мундиром перекатываются буквально стальные.
         — А я гадал, кто в гостях? — Рино на миг отстранился, ещё раз оглядывая меня, снова сжал в объятиях. — Вот так сюрприз! Дальше нас послать не могут. Значит, к нам? На два года?
         — Так точно!
         Я всё же вырвался из хватки бывшего командира. Отступил, демонстративно морщась и проверяя рёбра.
         — Да-да! — друг покивал, не скрывая усмешку. — Дави на слезу, не стесняйся. Может, после второго бокала я и начну тебя жалеть. Куда определили?
         — Пятая рота.
         — Пятая рота чего? В крепостных бригадах вроде всего по четыре.
         — Пятая второго.
         Рино зашёлся в смехе. На его громогласный хохот выглянула даже Риола.
         — Узнаю Аора! Фух! — друг перевёл дыхание. — Как хорошо вспомнить деньки молодости.
         — Молодости? — я азартно улыбнулся. Сейчас я тебя подначу, раз ты так подставился. — Старик, говори за себя. Это может тебе уже не хватает сил ни на службу, ни на молодую жену. А у меня ещё всё впереди.
         — Ах ты, негодяй! — Рино прищурил глаза. — Так ты командира уважаешь?
         — Бывшего.
         — Значит, должен вдвойне!
         — Только, — я сделал вид, что задумался, покрутил рукой в воздухе, — если ради твоих седин.
         — Ах ты, чернявый южанин!
         Я не выдержал, и сам принялся хохотать, ничуть не слабее, чем Рино минутами ранее. Как здорово возвращаться к тем, кто помнит тебя. Родные, друзья. Это те, с кем ты отдыхаешь душой.
         — Так что с пятой?
         — Да я вспомнил, — отмахнулся друг, — как ты в Роге рвался в патрули. А здесь — бегунки.
         — По прозвищу я и надеялся, что не придётся сидеть в каменных стенах.
         — Так точно, — хмыкнул Рино. — Две недели в предпольях Пеленора. Даже на той стороне. Две недели здесь. Высохнешь почище меня.
         — А ты, получается по округе?
         — Да. Всё так же, как писал. Патрули. Поиск. Ожидание тёмных. Мне же сначала сказали в управлении легата Райта, что оценили наш забег по ущелью и подготовленные ловушки. Перевели сюда. Обмен опытом, так сказать.
         — Но? — я заметил усмешку на губах Рино.
         — Так, — махнул рукой мой бывший командир. — Детский лепет. Вот здесь драконы этого дела служат. Я поглядел и лишь на ус мотаю. Молча. Знаешь, сколько здесь всего наверчено? Горы сделаны неприступными. В разумные сроки, конечно. Чтобы пройти все наши завалы и ловушки, у зелонцев уйдут недели. Пусть учатся летать.
         — Даже не всякий архимаг может летать, — я досадливо сморщился. — А уж тем более зелонцы. Левитация фундаментально конфликтует с их вывернутой наизнанку жизнью. Сопрячь их вместе задача, по сложности сопоставимая со становлением Повелителем.
         — Тебе лучше знать, Аор, — кивнул Рино с широкой улыбкой.
         — Да, — я смутился, — прости. Снова увлёкся. Только с учёбы, не успел ещё отойти от преподавателей.
         — И пожалуй, хватит вам здесь сидеть.
         Из дверей выглянула Риола. Помедлила, видно, стесняясь меня, но всё же оказалась на коленях мужа. Поцеловала его, скрыв от меня всё в водопаде светлых волос.
         — С возвращением. Идите к столу.
         Ужин был великолепен. О чём я честно и сообщил хозяйке.
         — Стараюсь, — девушка мило зарозовела щеками, указала на стол. — Вот эта зелень вся моя, кстати. По старой памяти на чердаке есть у меня пара ящиков с землёй. Баловство, конечно. Север, солнца маловато. Особенно через окошко. Но кое-что удаётся вырастить.
         Я сделал себе отметку в памяти. Это мелочь, но очень подходящая для подарка. Неловко что забыл, но, кажется, они обручились как раз поздней весной, когда я уже приступил ко второй ступени обучения. Нужно уточнить по письмам и заняться, когда будет время.
         — Краем уха слышала ваш разговор, — Риола чуть хмурилась. — Так значит, будешь успокаивать границу?
         — Успокаивать?
         — Тебе как магу лучше знать, — пожал плечами Рино, — чем оборачивается проблема с изорванными мировыми потоками.
         — Понял. Необычный термин. Значит, успокаивать самоподнятых некротварей? — покатал я новое слово на языке. — Магией? Успокоить до костей и в пепел?
         — Не за столом же! — девушка даже отложила вилку.
         — Прости, Риола, но ты сама подняла эту тему.
         — Я в общих чертах, не нужно вдаваться во все эти подробности.
         — Прости, — я ещё раз покаялся. Улыбнулся и перевёл тему. — А в каком именно ты управлении?
         — Четвёртое. Всё же там нужны были люди, что имеют хоть какое-то знакомство с этой темой.
         — И чем вы там занимаетесь? Меня всегда удивляло, как, стоя на краю земель, на этой стороне гор Пеленор считается столицей провинции.
         — Да, забавное устройство, — девушка заправила за ухо прядь волос, со вздохом пожаловалась. — Иногда проволочек столько, что просто хватаешься за голову. Но чаще всего всё давно продумано и отшлифовано жизнью. Мы занимаемся в основном статистикой и делопроизводством. Регулярные курьеры с кристаллами между нами и Брагором. А вот там — решают на месте все остальные проблемы.
         — А что с твоей коллекцией, Рино? Есть что-нибудь интересное?
         — Да! — счастливый друг вскочил и приглашающе махнул рукой. — Я выменял себе новый, в прошлом году появившийся у сетийской гвардии кинжал.
         — Ух ты! — я поднялся из-за стола вслед Рино, но замер, считая бой часов на улице.
         — Успокойся, — заметил происходящее мой бывший командир. — Уж, конечно, я не дам тебе сегодня идти в казарму. Ночуешь у нас.
         — Спасибо, — помолчав, я принял предложение. Так и впрямь будет правильней. — Я, кстати, тоже позаботился о тебе.
         Вешалка. У которой я оставил свой дорожный кофр. Денис ра Чалом, пока я осваивал Дальний Рог, несколько месяцев приключался в Риольском княжестве. Доведя абсурдность своих похождений до невероятного финала и, по сути, поставив точку в истории этого государственного образования. Разумеется, у него нашёлся для меня сувенир по одной только просьбе.
         — Ух ты! — друг осторожно принял мой подарок. — Ханджар?
         — Мне советовали подсказать тебе, глянуть на само лезвие.
         Рино освободил узорчатую красоту короткого изогнутого, желтоватого клинка от ножен с орнаментом из горных вершин. Вгляделся в чёрные травленые линии надписи.
         — Покровитель западных пределов? — с сомнением прочитал Рино. — Кинжал герцога?
         — Он настоящий. Если ты сомневаешься, — я приложил кулак к груди. — Слово. Снят с его тела.
         — Потрясающе! — Рино поднял на меня горящие глаза. — Ты понимаешь его ценность?
         — Главное, что ты понимаешь. А для меня это лишь подарок другу.

    Глава 3

         Это уже второй кабинет сегодня в этом секторе крепости. И последний. Короткий стук по светлой древесине двустворчатой двери. Открыть, не дожидаясь ответа. Да и услышал бы я что-либо сквозь неё? Три быстрых шага к бакалавру за столом.
         — Тонму лэр-капитан, позвольте представиться по поводу назначения в вашу роту на должность штатного боевого мага. Приказ магической канцелярии крепости Пеленор от 16 апреля сего года. Старший лэр-лейтенант Аор Ранид. Мастер Воздуха и Земли. Вторая ступень Таладорского училища.
         — Вольно.
         Невысокий, худой, словно высохший, мужчина средних лет с коротким, колючим ёжиком тёмно-русых волос принял из моих рук папку с бумагами. Я сделал шаг назад, переводя взгляд с его тонких, заострённых черт лица на второго обитателя кабинета. Вероятно, это его зам. То же звание. Так же имеет дар. В отличие от хозяина, форма полевая, но горжет отстёгнут и лежит на столе вниз знаками, а самому прощупывать ауру — верх неприличия. Явно выше адепта. Чуть выше ростом, чем хозяин кабинета, плотно сбит. Не полный, он почти обычного телосложения, а именно сбитый. Недлинные светлые волосы. Круглое скуластое лицо с любопытными серыми глазами. Чем-то напоминает мне парня, что на пару лет старше меня и жил в конце нашей улицы. Широкими жилистыми ладонями разгребает груду каких-то магических амулетов у себя на столе. Фонили они так, словно готовы полыхнуть к тёмным каждую секунду.
         — Молод, не женат. Где будешь жить?
         — В общежитии при роте. Вещевое приложено в конце.
         Я поколебался, но всё же не стерпел при очередном всплеске силы.
         — При всём моём уважении лэр, — бросил короткий взгляд на второго обитателя кабинета. — Как собрат по Искусству, не могли бы вы отложить осмотр готовых рассыпаться амулетов до того момента, как я вас покину? Не хочу испортить мундир.
         — О, как?! — капитаны переглянулись, глаза скуластого горели интересом, оглядывая то неактивированный орб на моём поясе, то горжет. — Считаешь, рванут, мастер?
         — Это дело случая, лэр. Для этого и существуют правила работы с неисправными амулетами. И опустошение накопителей одно из них.
         — Справедливо, — плотный картинно сгрёб всё в сторону и принялся меня разглядывать.
         — Сам как? — лицо худого было бесстрастно. — Считаешь, потянешь? Это вроде твой личный выбор. Не думай, что пугаю, но все же нагрузки у нас бешеные. За день бывает такой крюк отмахаем, что куда там ездовым химерам. А с утра по новой.
         — Молодой, втянусь.
         — Люблю, когда в себе уверены, — капитаны снова переглянулись. — День на обустройство. В три, на построение быть на плацу роты.
         — Форма одежды?
         Капитан помедлил, оглядывая мою чёрную парадную форму, что я, как и положено по уставу, одел на представление командиру.
         — Повседневная, у нас не принято шиковать. Вечером офицерский клуб.
         — Так точно, — я позволил себе очередную вольность, продолжая прощупывать границы устава у нового командира. — Решите идти?
         — Разрешаю, — хмыкнул капитан.
         ***
         — Латир, а ну давай сюда папку, пока я не лопнул от любопытства!
         — Держи.
         Хозяин кабинета швырнул столь неприспособленный для полёта предмет, точно попав в широкие ладони собеседника. Тот принялся вдумчиво вчитываться, делясь вслух своими мыслями.
         — Училище. Это вроде как, всегда означало узкую, да ещё и невысокую специализацию. А здесь универсал. Это с трудом умещается у меня в голове.
         — Да? Странно, — удивился худой капитан. — Я считал, что твоя голова способна вместить любую дикость. Или это относится только к твоим придумкам?
         — Конечно, немолодой пень вроде меня отстал от жизни. Но я что-то слышал про Таладор, — проигнорировал колкость плотный. — Определённо. Что-то как раз связаное с системой подготовки.
         — Думаешь поехать записаться на курсы артефакторов? Отличная мысль.
         — Да? — теперь удивлён оказался скуластый. — Отпустишь меня на пару месяцев? Или выбьешь у старика мой отпуск?
         — Давай осенью? — в кабинете раздался усталый вздох.
         — Я напомню.
         Плотный капитан улыбнулся и снова наклонился к личному делу.
         — Райт. Это почитай середина страны. Дальний рог, — оторвался от чтения и покрутил на языке название, глядя на собеседника. — Дальний рог. Малая крепость. Нужно поискать знатока. Может, слышал кто.
         — Смысл?
         — Смысл найти всегда можно, — короткое пожатие плеч. — Ага, вот и долгожданная изюминка. Представление от четвёртого года. Два. Ну, я так и думал.
         — Это ты любишь, — хозяин кабинета покачал головой.
         — Тёмное время. Масса битв по всей стране. Время подвигов! И, — плотный со вкусом произнёс, — ма-хи-на-ций.
         — Мне всегда импонировала твоя здоровая подозрительность, — в кабинете снова раздался вздох. — Ты улавливаешь тонкость? Здоровая. Не стоит думать, что есть настолько глупые люди, способные подставиться с такого уровня наградой.
         — Не спорю. Представления написаны — не подкопаешься, — кивнул собеседник и отчеркнул ногтем в бумаге. — Особенно вот это.
         «Не рассчитывая выжить, тяжело раненным, неспособным самостоятельно перемещаться, остался в разрушенном донжоне для активации Источника. В условиях непрерывного воздействия магических заклинаний площадного действия, дождался гарантированного попадания Тёмного Владыки в зону воздействия Купола и активировал выброс крепостного Источника».
         — После такого вообще-то не выживают, — оторвался от бумаг плотный. В его взгляде, брошенном на собеседника, горела насмешка. — Даже я, прогуливавший половину теории в Гаре, об этом знаю.
         — Ты знаешь, и как это бывает, когда возвращаются оттуда, где не было и шанса.
         — Шанс бывает всегда, — из голоса капитана, подозревающего неладное, исчез смех. — Но не тогда, когда ты сжигаешь сам себя.
         — Год госпиталя.
         — Ты говоришь о нём тому, — развёл руками плотный, — кто сам договорился с врачами и приписал Ториту два месяца? Даже не прибегая к помощи друга?
         — Это становится забавно, — командир роты провёл рукой по ёжику волос. — Иногда твоя паранойя вскипает, полностью лишая тебя здравого смысла. К счастью, я давно знаю рецепт лечения. Ищи. Копай. И сразу купи пару бутылок старого вина. А лучше латиса. Поверь мне, придётся тебе извиняться перед парнем.
         — Поглядим. Помнится мне, в тот год не больше трёх десятков получили безысходную.
         — Всё! — раздражённо оборвал собеседника хозяин кабинета. — Для одного раза тебя слишком много. Больше молчи.
         — Ты отвык от меня, — ничуть не послушался собеседник, — Скидывай больше нагрузки на Плито. Слишком много пропадаешь в поле. Хочешь надышаться?
         ***
         Тесновато. Я оглядел своё пристанище на следующие два года. Лучше, чем общая казарма училища. Но теснее, чем мои покои крепостного мага. Так ведь и сравнивать не стоит. Там я был единственным магом, почти вторым человеком после коменданта крепости. А здесь, таких как я пара сотен. Здесь я задумался. Ведь уже официально мастер. Всё время об этом забываю. А в наличии при крепости двух сотен мастеров сомневаюсь. Сколько нас здесь? Три десятка? Маловато. Пять? Нужно будет уточнить. Чтобы не гадать. Назначение оказалось для меня неожиданностью. И все мои знания о Пеленоре устарели как минимум на половину столетия.
         Не сказать, что комната была грязная. Нет. Пусто, прибрано за предыдущим хозяином. Но на ней чувствовалась печать времени. Впрочем, маг я или погулять вышел? Благо и испытанное средство у меня есть. Два часа потраченного времени, слитый резерв маны, несколько вёдер воды и комната сияла первозданной свежестью. Я не пожалел сил, да и контроль стихии это теперь позволял, и освежил даже камни стен, содрав с них верхний потемневший слой. Не знаю, как выглядела комната в год создания, но сейчас она блестела гладкими, почти полированными поверхностями. Теперь сюда не стыдно приводить гостей и можно заносить вещи.
         Книги, справочники-кристаллы на полку, меч и посох заняли свои места в оружейной стойке. Два бокала тоже на видное место. Парадку и полевую форму в шкаф. Остальное только обещают выдать. Артефактный стол, как и ящики с расходниками, я, поколебавшись, оставил для храна с големом. Неудобно, конечно, но, видимо, придётся отказаться от привычки иметь всё под рукой в одном месте и чётко разграничить отдых и изыскания.
         Время. Я замер перед зеркалом, оглядывая повседневную форму. Цветные нашивки за ранения на месте. А вот ленту я так и не повесил. Динис Тарган носил награды только на парадке. Даже полевой горжет у него был голым, словно у новичка рядового. Возможно, я пытаюсь походить на него. Но давно не тот восторженный юноша, что бежал по приютному дому в поисках того, с кем можно поделиться радостью награды. Да и награда эта горчит потерями и забивает горло каменной пылью. К тёмному! Решение давно принято. А устав позволяет такую вольность. Моим сослуживцам хватит красно-чёрных нашивок. Как там вчера сказал капитан в канцелярии? Кому, как не хранителям границы уважать такие отметины?
         Всё повторяется в службе офицера. Меняются декорации и лица, но суть остаётся неизменной. Квадрат каменных стен, что тянутся к солнцу. Вытертая брусчатка под ногами. Короткие команды, что отдаются эхом от камня. Сотня глаз, что внимательно глядят на тебя, оценивая, как сложится с тобой служба. Как минимум половина из этих солдат будет доверять мне свою жизнь.
         — Тонму офицеры, сержанты и солдаты. Позвольте представить вам нашего нового офицера. Старшего лэр-лейтенанта Аора Ранида. Мастера. Мага второго отряда.
         — Я рад, что продолжу службу в легендарной крепости. Прошлые товарищи по оружию щедро делились со мной своим опытом. Надеюсь, и вы подставите плечо молодому пополнению. Передадите тонкости службы, чтобы я мог все силы приложить к защите границ страны и не посрамить тех, кто был до меня на этом посту.
         Представление шло строго по уставу. Я ударил кулаком в грудь, отдавая воинское приветствие и в два десятка шагов оказался на своём месте, в короткой шеренге офицеров роты. Это только официальная часть. Главное, как я покажу себя в деле. Не зря речь шла об испытательном сроке. Да и главное всегда — это личное общение, которое начнётся немного позже. В офицерской столовой теперь уже и моей роты.
         Большой зал, с небольшими столиками вдоль покрытых резными панелями стен. Над каждым — матовый светильник, дающий приятный неяркий свет. В центре, напротив, ярко освещён большой люстрой длинный стол, вокруг которого понемногу собираются офицеры. Я пришёл одним из первых и развлекался, выискивая в памяти лица, и угадывая людей без формы. Иногда не получалось. Всё же она сильно меняет людей.
         — Говорил красиво. Как по бумажке. Долго разучивал?
         Я недоумённо уставился на заявившего такое скуластого капитана. Теперь я знаю, как его зовут. Ребен Звар. Заместитель командира роты. Вот как ему ответить? Можно дать волю языку, но начинать своё представление офицерам с конфликта очень не хотелось.
         — Закончил, остряк, — вмешался капитан Латир. — Если сам не можешь два слова связать перед строем, то не трогай других.
         — Да, ладно?! — с непонятной интонацией протянул его заместитель.
         Не хочу составлять мнение о человеке по первому впечатлению. Но он мне уже не нравится.
         — Считаешь, я утром непонятно сказал? — капитан Латир провёл ладонью по макушке и повернулся ко мне. — Сами маги и всё понимаем, но традициям не первый год и нарушать их не следует. Как хочешь, а первый бокал с вином твой.
         — У меня другое предложение, — я шагнул к столу.
         Щёлкнул застёжками прямоугольного кофра чёрной кожи. В формованных углублениях лежали две бутыли с изумрудным содержимым.
         — Ух ты! — заглянул внутрь ближайший офицер. — А третья где?
         — У меня друг здесь служит, — я не стал углубляться в детали. — Уговорили с ним вчера.
         Я обратил внимание, как сузились глаза Ребена при этих словах. Или же я ищу подвох там, где его нет? Не знаю, да и думать не хочу. Уж лучше открыть бутыли, да разлить их по бокалам, что с готовностью подставляют сослуживцы.
         — Итак, — я поднял свой фужер. — Тонму офицеры. Не буду выдумывать красивых слов, дабы меня снова не обвинили невесть в чём. Скажу как есть. Я рад служить не в монотонности будней мага-хозяйственника, а магией и мечом разить врага. Возможно, это юношеский максимализм. Пусть. Я всё же молод. И хочу сказать слова, которые эти стены слышали сотни раз. Да приблизится победа Создательницы. Да растворятся Преступившие Заветы в Хаосе. И, — я обвёл глазами вставших сослуживцев. — Да рассыплется в прах проклятый Зелон!
         Латис волной морозной медовой свежести прокатился по телу. Освежая разум и краски клуба. Мир замедлился и наполнился шёпотом потоков силы. Для всех. Даже не магов. Лица людей вокруг светлели, каждый замирал, прислушиваясь к себе и по-новому оглядывал яркий мир вокруг. С этого момента, как мне кажется, и разговоры офицеров наполнились новыми красками.
         Все уже разбились на группы по интересам, разобрав бокалы с вином, но почти не притрагиваясь к ним. Смывать послевкусие мёда и впрямь неудачная идея. Хорошо быть совладельцем латисной курни. Это не только стабильный приток золота для моих изысканий в артефакторике, но и шесть бутылок в год для личного пользования. В моей комнате стоит ещё один такой же кофр. Полный. Три бутылки в запас. Впереди новая служба и повод проставиться рано или поздно выпадет. От размышлений меня отвлёк уверенный сильный голос.
         — Давай знакомиться ближе.
         Я развернулся, оглядывая подошедшего к моему столику. Кажется, он тоже старший лейтенант. Невысокий, плотно сбитый в плечах, но при этом подтянутый, как породистый жеребец, созданный для бега. Вот только лицо своеобразное. Словно вылепленное грубыми, торопливыми руками. Не сказать, что он уродлив, но приходилось напоминать себе о приличиях, чтобы банально не пялиться, а смотреть в глаза. Они у него чёрные, под стать цвету волос, глубоко посаженные. И умные. С горящей искрой смеха в глубине.
         — Вид Тратор, — он протянул руку. — Ты будешь в моей группе.
         — Отлично, — я ответил на пожатие. — Буду рад услышать советы.
         — Да? Ну, тогда и начнём, — собеседник улыбнулся, свернул в разломе толстых губ белыми крупными зубами. — Бесталантные начинают свою службу с лейтенантов, перенимают опыт. Даже повышают квалификацию перед очередным званием в особой школе. Курс два месяца. А вот маги приходят служить к нам не меньше, чем мастером. Да и то.
         Мой командир отряда замолчал, внимательно вглядываясь в меня. Я спокойно пережидал осмотр. Не знаю, что он хотел узнать нового. Главное и единственно стоящее было в нашивках за ранения.
         — Обычно и мастера идут к нам, — что-то решив, продолжил Вид, — уже год-два оттянув лямку службы по другим гарнизонам.
         — Верно, — я согласился. — Это не совсем про меня.
         — Не тушуешься. Твёрдо смотришь. Уверен в себе, — командир усмехнулся. — Уже неплохо. Как давно ты мастер?
         — Два месяца.
         Вид сморщился, но я молчал, даже не думая что-либо добавлять и тем более оправдываться. Не к лицу птенцу Рагнидиса давать повод к сомнениям в его силах. Экзамен был суров. Беспристрастен. Выжал нас до капли. И дал уверенность в себе. Мы — достойны. Учителя сотворили чудо, достойное дара самой Создательницы. Они нашли подход к каждому из нас. Дополнили общие занятия индивидуальными уроками, личными испытаниями и щедро добавили практики. Чудо же в том, что весь наш класс сдал экзамены на мастера. Кто-то раньше, как мой приятель Динис, получивший знак ещё до окончания нашего первого армейского двухгодичного контракта. Кто-то, как я, гораздо позже. Но все мы стали мастерами. Все мы всегда были уверены в своих знаниях, не считались с усилиями в стремлении к вершинам искусства. Но одновременно с этим знали и статистику. Пройти за пять лет путь от адепта до мастера... Достижение достойное лучших в стране. Сделать это почти сорок раз подряд... Вот это и есть чудо, достойное мемуаров.
         — Как был ранен? — Вид кивнул на нашивки.
         — Раз тёмным магом, — я скользнул пальцем по нашивкам. — В другой слишком много поставил на кон в битве.
         — Победил?
         — Конечно. Иначе, какой смысл? — я поднял брови.
         Вокруг прибавилось народу, что прислушивались к нашему разговору.
         — Бывает, бьёт в голову, — хмыкнул мой новый командир. — Победа любой ценой. Но переоценивают себя. Лишь зря гибнут.
         — Я действовал наверняка.
         А о том, что ценой победы была моя смерть — умолчу. Это лишнее. Придётся много объяснять из того, что я хотел бы оставить при себе.
         — Как того, кто будет полагаться на тебя в битвах, меня это радует, — кивнул Вид. — А третье?
         — Желтяк. Подарок от зелонской твари, — добавил, видя вопрос в глазах. — Поводырь пробрался в посёлок.
         — Погоди. Это где ты служил, что у вас объявилась эта тварь? — нахмурил брови офицер другого отряда.
         — Далеко отсюда и от границы. Но к нам тянется Лаот-Ритошский хребет. Вот почти у Ритоша я и служил, — уточнил. — Около трёх лет назад произошло несколько проникновений.
         — Да, — помрачнел офицер. — Вспомнил.
         — Дело минувшее и для нас обошедшееся без потерь, — отмахнулся я. — Лучше о настоящем. Как по мне, — я нарочито оглядел зал, — слишком уж много офицеров на две сотни человек, вернее, даже на сотню.
         — Специфика, — пожал плечами Вид. — Врата империи. Большая ответственность. Кузница кадров. Всего понемногу. Выходит именно так. Два десятка солдат. Половина старослужащие на втором-третьем контракте. С нами ещё круче. Командир отряда — старший, становится им через два-три года службы. Затем ещё два года передаёт опыт своему заму. Потом уходит на другое место службы. Ещё к каждому отряду постоянно один-два офицера для практики придаётся. Увидишь ещё. И до двух десятков солдат и сержантов. Бывает, и вовсе друг с другом незнакомых.
         — А мы? — я хмыкнул. — Маги? Где мой старший товарищ?
         — С вас спрос поменьше, — усмехнулся командир. — Год-два и следующий.
         — Дурное дело нехитрое? — я не сдержал улыбки.
         — Оно самое, — губы Вида тоже дрогнули. — Впрочем, практиканты и у вас часто бывают. Но вот с тобой намечаются проблемы.
         — Ты, о чём?
         Бокал окончательно опустел, как не растягивай, и я отставил его, уделив всё внимание собеседнику.
         — Старый Фатор шепнул, что у тебя голем трёх метров роста, — командир развёл руками. — Совсем не подходит для нашего дела.
         — Значит, придётся много поработать.
         Я спокойно улыбнулся удивлённому Виду, уже предвкушая, как окунусь в то, что мне так нравилось. Ну, кроме чтения мемуаров. Впереди меня ждало погружение в Искусство. Работа с магией, камнем и создание нового.
         Глава 4
         Хран был не так и велик, как мне представлялось в первый день после слов старика. И уж, конечно, меньше, чем мне хотелось. Особенно сейчас, когда здесь появились гости. То, что старик называл большим храном, оказалось не таким уж и большим помещением в толще каменных блоков, со сторонами три и шесть метров. И четырёхметровым потолком. Вокруг голема расхаживали те, с кем мне предстоит провести два года бок о бок. Два офицера и два сержанта моего отряда. И уже стало тесновато. Если поставить у пустых сейчас стен стеллажи с материалами, пару столов для работы с образцами, не забыть про артефакторный стол, и место для сборника блоков плетений, то здесь и повернуться толком не выйдет. А ведь мне нужно будет создать ещё одного голема. И совсем мелким я его делать не собираюсь. С этим надо что-то решать, и я снова принялся присматриваться к блокам стен. Нужно бы по соседям пройтись, поглядеть что и как у них, да найти собрата по Искусству, в чьей вотчине всё это находится.
         — Впечатляет, тонму старший лэр-лейтенант, — одобрительно кивнул самый старший по возрасту из моих гостей.
         — Без чинов, Пламит, — я махнул рукой. — Не хватало, чтобы в мастерской мы перебрасывались званиями.
         — Как скажете, лэр.
         Оставил за собой последнее слово невысокого роста старший сержант, лишь чуть младше моего отца. Да и чертами лица он был похож. Не родственник, конечно. Но тоже жгучий южанин. В густых усах не было даже намёка на седину. Форма без единой лишней складки, два метателя на поясе. Нашивки за ранения. И... Ни одной ленты наград. Всё же не только я выделяюсь странным поведением. Впрочем, это я молодой новичок, у которого странно искать награды. А про него сослуживцы знают всё и так.
         — Видывал я пару голем-мастеров, — продолжил хвалить старшой. — Ни у одного из них не было вложено столько труда. Обычный инструмент. У вас же прям на выставку можно отправлять. Впечатляет.
         — А вот я сталкивался лишь раз, — вставил своё мнение Вид, скривив толстые губы. — И впечатления у меня остались не ахти.
         — Ага, при мне было.
         Это подал голос лейтенант Лариг, что уже год перенимал у командира нашего отряда опыт службы. Моего возраста парень. Даже не могу точно сказать из каких мест. Обычное лицо. Стоя рядом с командиром, он смотрелся даже красавцем. Тёмно-русые прямые волосы, остриженные, как у нас в посёлке говорили, под шлем, чуть выше плеч. Светлые, словно выцветшие глаза. Три жёлтых нашивки на правой стороне широкой груди. У Вида, кстати, шесть ранений, одно тяжёлое и несколько лент наград.
         — Я предпочитаю служить с боевиками гарской. Нам нужна подавляющая мощь мага, способного быстро справиться с массой несильных, но проворных противников. А марионеточник меня не впечатлил, — мой новый командир морщился, оглядывая то меня, то голема. — Так, у него было три боевых куклы, а у тебя — один парадный громила.
         И сержанты и Лариг промолчали на этот жаркий спич, но покосились на меня сначала сочувственно. А затем недоумённо. Потому что я улыбался, ничуть не смущаясь кислой физиономией нового командира.
         — А ты знаешь, — решил уточнить, — что это прозвище не очень любят големщики?
         — Слыхал, — в глазах собеседника заплясали искорки смеха.
         — Тогда у меня для тебя две отличные новости, — я довольно кивнул. — И одна плохая.
         — Ну-ка, ну-ка, — вскинул широкие брови Вид.
         — Во-первых, я не чистый големщик. Я универсал. И тот же армейский мастер мне фору давать поостережётся.
         — Давай уточним, — командир вскинул ладонь, прерывая меня. — Ты представляешь, как проходит экзамен у гарцев?
         Я молча кивнул. Конечно, представляю. Я его сдавал. От птенцов второй ступени требовали больше, гораздо больше, чем два года назад. И пусть далось не всё, но вряд ли умного командира интересуют очки в поединках.
         — То есть, — недоверчиво уточнил Вид, — ты сможешь разом накрыть круг в полсотни метров?
         — Так точно, — я был доволен. — Воздух и Земля. Толстая тварь? Расковыряю. Мелкие? Ненавижу! И давить буду с особым удовольствием.
         — Надеюсь, это не хвастовство.
         Командир сказал это полголоса, его чёрные глаза теперь смотрели на меня без малейших искр смеха.
         — А, во-вторых, — я не смущался недоверием, — сказал же вчера — поработаем. И будет голем такой, как тебе нужно. Не парадный.
         — Это недешёвое удовольствие и время занимает изрядно.
         — Я знаю. Но пойду сначала простым путём.
         — Погоди, — грубые черты Вида сложились в маску из камня. — Откуда в магии лёгкие пути? Ты, о чём?
         — Я подниму его на жизненной силе, — уточнил. — Прилично сэкономлю на материале и времени.
         — Не каждый марионеточник рискнёт это делать.
         Это заговорил Лариг. Он носит приставку лэр и знак бакалавра на отворотах. Но, видимо, сильно интересуется магией, раз знает такие тонкости.
         — У нас хорошее училище, — улыбка не сходит с моего лица. — Для начала расскажите о специфике службы, чтобы я точнее определился с големом. Я, конечно, читал мемуары.
         — Что ты читал? — командир в очередной раз меня перебил.
         — Мемуары Повелителей, — пришла моя очередь удивлённо поднять брови, — легатов, что служили здесь. Я любитель истории и древних подвигов.
         — Да уж, — Вид покрутил шеей. — лучше и впрямь рассказать. Представляю, что там написано. И сколько лет назад.
         — Самым свежим — пятьдесят лет.
         Старший сержант Пламит закашлялся от моего ответа, скрывая смех. Командир досадливо поморщился оглядываясь. Затем покачал головой.
         — Что-то меня сомнения мучают всё больше и больше. Ладно. Раз ты любитель мемуаров, то обойдём историю стороной. С чего бы начать? — он вздохнул. — Крепость не перекрывает весь проход. Каждая попытка построить такую стену...
         — Вызывала неприкрытую агрессию Зелона, — теперь моя очередь мешать.
         — И резкий рост расходов, — Вид кивнул. — Слишком дорого содержать такую большую крепость. И не нужно. Главная опасность — это полоса земли перед крепостью. На два перехода сами потоки мира перекручены битвой Повелителей...
         — От 1976 года Сотворения, — я снова перебил. — Не получается без истории?
         — Слишком въелась в язык, — хмыкнул Вид, растянув толстые губы и, видно, ничуть не обижаясь. — Я её сотни раз новобранцам рассказывал. Язык сам выводит. Жизнь и камень, сплетённые вместе, порождают что-то среднее между големами и некротварями Зелона. Может, поэтому марионеточников сюда и посылают?
         — Всё может быть, — я пожал плечами. — Но это скорее по старой памяти, когда половину гарнизона составляли неживые творения.
         — Кстати, да, — кивнул командир. — Ты прав. Только те времена давно в прошлом. Роты наших бригад выходят на те земли и проверяют — не зародились ли твари в песках. Для нас главное скрытность, и твой громила совсем не подходит под наши задачи. Затем на их скопление мы выводим ту роту из третьей или четвёртой бригад, что стоит в ближайшем лагере. Или выманиваем к самому укреплению. По-разному бывает. В случае нужды добиваем тех, у кого внезапно обнаружились мозги, и они решили сбежать. Беда в том, что очень уж широко раскинулись эти земли. А чистить нужно везде. Твари будут идти на жизнь, а бороться с ними пока они не сбились в крупные стаи гораздо удобнее. Да и проще. Для того «наживка» и сидит в лагере.
         — А Зелон?
         — Редко, — качнул головой Вид и уточнил. — Раз в пять-шесть лет появляются странные отряды, которые можно им приписать. Слишком умные. Отличаются по виду. Пытаются обойти крепость, забраться на Руки.
         — Пламит, — я обратился к самому опытному сослуживцу, — а самый лучший голем на вашей памяти? Какой он был?
         — Хм, — тот задумался и подёргал себя за усы. — Здоровый паук. Не меньше вашего, только в длину. Здоровенные лапы-когти, отстреливающиеся шипы, жвала, что крошили камень.
         Я почувствовал, как закаменели скулы от знакомого описания. Едва разжал плотно сжатые губы.
         — Не вдохновляет.
         — Ну, тогда скорп, — пожал плечами Пламит. — Тоже шустро щёлкал тварей.
         — Скорпион?
         Я не понял сокращения слова. Впервые слышу. Потому и переспросил. Старшой кивнул.
         — А они здесь водятся?
         Что-то такое всплывает в воспоминаниях, но нелишне уточнить.
         — Вокруг крепости. До мёртвых земель.
         — А вот это отлично.
         Я и впрямь обрадовался. Такое тело голема, отличное от человеческого — это огромные проблемы с передвижением и боем. Самый лёгкий путь — прямое управление. Пока я буду един со стихией, мне будут безразличны все сложности с лишними конечностями. Но этот путь тупиковый для боевого мага. Им даже чистые големщики идут неохотно. Второй путь — собрать конструкт управления. Но заниматься вознёй с плетениями и проверкой качества я могу и год. Клешни, хвост и шесть ног. А в каталоге шаблонов готовых решений не будет. Чтобы получить силу — нужно развиваться. И чуть позже я может и займусь этим. Все же боевые возможности у подобного голема будут огромными. Неудивительно, что один из моих предшественников выбрал его форму. А вот с живым образцом можно будет пойти по самому лёгкому пути — наложить плетение подобия. Получившийся голем будет несколько туповат в бою. На уровне той самой твари. Но это можно пережить.
         — А против кого ты создавал вот этого? − Лариг похлопал по спине моего голема.
         — У меня была чуть другая специфика службы. Прятаться ни от кого не нужно было. Да и сражаться самим приходилось. Длинные обходы-патрули. Вот на нём можно тащить всё, что хочется взять на выход, — сослуживцы понимающе переглянулись. — А в случае нужды, его силы должно было хватить задавить врага, что имел глупость напасть.
         — И как?
         — Не знаю, — я развёл руками и улыбнулся. — Не успел попробовать.
         Вид откровенно закатил глаза к потолку, что на его лице смотрелось достаточно угрожающе. Впрочем, я уже привыкаю. Да и тут же заставил его снова стать серьёзным.
         — Надо бы разок выйти в поле, чтобы мне самому всё оценить и прикинуть по голему. Всё равно я создавать его буду только после возвращения из выхода. Чтобы после ритуала отлежаться и восстановиться.
         — Хорошо, — командир кивнул и добавил. — У нас сейчас две недели отдыха и нарядов по крепости. Потом в поле, но ты должен будешь слушать меня беспрекословно.
         — Если сомневаешься, — я поймал взгляд Вида, — то можно устроить тренировочный бой.
         — Не стоит.
         Командир явно колебался перед этим ответом. Впрочем, я мог и ошибиться. Из меня ещё тот знаток человеческих душ.
         — Жаль, что этот будет у тебя пылиться здесь без дела.
         — С чего ты так решил, командир? — я и впрямь был изрядно удивлён этими словами.
         — Не понял, — медленно, с расстановкой произнёс Вид. — Мы же определили причину, по которой он не годен для нашей службы.
         — Нет, — сейчас я тебя ошарашу. — У меня другая точка зрения. Мы только что определились, для чего его будем использовать в нашем отряде. И я это даже прямо обозначил. Хочешь сказать, никогда не хотел взять с собой лишних два мешка крупы?
         — Здесь я вижу две проблемы, — палец собеседника указал на голема. — Твоя марионетка по-прежнему просто огромная!
         — Сделаем опорный лагерь. Я читал, что вы так и делаете. Будет ждать там.
         — Он читал!
         Командир оборвал возмущённый вопль. Подумал, не сводя с меня чёрных, глубоко посаженных глаз.
         — Ладно. Можно попробовать, — кивнул мне и огляделся. — Нужно хотя бы стульев тебе сюда принести. Голые стены. Подойди к старику. Где-то же лежит всё, что здесь раньше стояло?
         Уже собираясь уйти, оглянулся.
         — Погоди. А что за плохая новость?
         — Это только для тебя она такая, — я постарался глядеть серьёзно и не улыбаться. — Твои прозвища меня не обижают, зря старался.
         Всё ещё посмеиваясь, я принялся размышлять над дальнейшим планом действий. Для начала сделал то, что уже придумал. Прошёлся по соседям. Пусто. Вернее просторнее, чем у нас, но по нужному мне вопросу — ничего. Попытка обратиться к магу провалилась. Оставался последний выход. Библиотека города, где точно должно найтись всё.
         Попасть сюда оказалось довольно просто. Сержант на воротах обвода на мой вопрос просто указал на отлично видимую высокую башню. Если Сигнальный шпиль поражает воображение, устремляясь к облакам, то защитные башни внутренних стен были более привычного размера. Может, лишь немногим выше цитадели Дальнего рога. Именно в такой башне была библиотека крепости. Так же легко оказалось и записаться в неё. Отпечаток ауры, внесение платы за месяц, и я оказался в зале, высота которого была под стать самому строению, её вместившему. Навскидку никак не меньше двадцати метров. Не знаю, насколько это удобно, буду выяснять на своём опыте, но выглядит очень эффектно. Библиотека училища была велика, но не шла ни в какое сравнение с увиденным здесь великолепием. Впрочем, как можно их сравнивать? Этой — почти две сотни лет.
         Книжные полки поднимаются под самый потолок, сияя полированным светлым деревом. Зал окольцован галереями, поднимающимися вдоль сплошной стены переплётов. Огромное пространство посередине зала заставлено столами для читателей. К счастью, мне не придётся тратить время на вникание в систему расстановки книг и поиски по всем уровням галерей. Служительница библиотеки с милой улыбкой выслушала мои пожелания и пообещала принести первые книги уже через десять минут. Главный для меня вопрос в том, сколько всего их окажется, и как быстро найду ответы на вопросы.
         — Офицер.
         Девушка, наверное, даже младше меня — лишь на год, может быть на два старше школьного возраста — вежливо повторила обращение ко мне. Хотя видела, что я заметил её сразу, как она спустилась с галереи, и не отводил глаз. Может я смутил её как раз этим? Но сложно было не обращать на неё внимания. И дело даже не в книгах, что я ждал. Она и сама стоила того, чтобы любоваться ей. Высокая для девушки, длинные, чуть волнистые волосы, волной падающие на плечи. Ясное лицо с красивыми карими глазами.
         — Думаю, пока этого будет достаточно, — с улыбкой сообщила мне девушка.
         — Согласен с вами, — я коротко кивнул, отводя взгляд на принесённые книги. Не стоит дальше смущать её. — Благодарю.
         — Поисковый запрос действителен неделю, — сообщила мне служительница. — Книги можете оставить на столе. В течение этой недели они будут ожидать вас здесь. Место закреплено за вами. После, если вы не подтвердите продление, мы вернём их на место.
         — Пока всё ясно, — я тоже улыбнулся девушке. — Ближайшие дни я точно проведу здесь.
         — Успешных изысканий, лэр, — девушка чуть присела в прощании.
         — Спасибо, — я склонился в поклоне, возвращая любезность.
         Напоследок служительница обратилась ко мне, как к магу. А я облегчённо вздохнул, выкинул странности из головы и разложил перед собой книги.
         «История Пеленора» — сомнительно, чуть в сторону. «Славные дела магов-воинов крепости северной» — древнее чтиво, таким стоит зачитываться в детстве, это я вижу и не открывая. Неужели я так расплывчато выразил тему поисков, что нашли и этот потрёпанный том? Его положил на самый край стола. Взял в руки следующий. Не то. Убрать его немного в сторону. Ещё один. Сомнительно. Туда же. Эти мемуары консула я читал. Снова отложить на край. А вот это? Я взял предпоследнюю книгу. «Сборник руновязей для крепостного мага». Выглядит очень многообещающе. Мало того, что именно подобное я и просил найти, так ещё и год его издания говорит, что в нём может найтись нужная мне информация. В свежем, который я успел проглядеть у мага — не было ничего о старых схемах создания.
         Я подходил с подобным вопросом к Дагору, своему погодку, который отвечал за поддержку сектора хранов. Он и дал служебную книгу. Заодно сообщил, что лет тридцать назад сократили число рот второй бригады. Тогда же и уменьшили число приписанных к ним магов. Как раз стариков, что отвечали за этот сектор, и, говорят, знали ключи управления хранами. А ему ничего такого не передавали. Только байки.
         Печально видеть, что собрат по искусству столь аморфен и зациклен лишь на своих обязанностях. У него под боком такая интересная возможность, а он в ней совершенно не заинтересован. Но с этим я ничего не могу поделать. Парень явно не увлекается древними плетениями. А зря. Современная наука, конечно, далеко шагнула, но и в архаичных решениях есть своя красота. А мне важней не узнать тайны этой красоты, а всего лишь получить доступ к управлению плетениями стен сектора. А его не может не существовать. Слишком нерационально сделаны храны големов. Слишком много места теряется впустую. Причём там, где оно жизненно важно. В крепости. Да, она велика. Но всему есть предел. И толщине стен тоже. Особенно после того, как я сравнил между собой планировку мастерских, хранов и складов нашей пятой и той же первой роты.
         Я прошёл сегодня по всему сектору. Там хранились не только големы. Были и обычные склады. И вот в них пространство использовалось целиком. От дороги до крепостной стены. Лишь тонкие, если их можно так назвать, в один блок, стены складов по обеим сторонам поперечных проходов. И сами помещения были одной высоты, полностью занимая все доступное пространство склада, а не превратившись в маленькие каморки, с нависающим над ними многометровым слоем камня. Такими несуразными и крохотными они становились лишь там, где были давно отданы под нужды солдат крепости. Маги высоких чинов наверняка имели полные ключи доступа ко всем тайнам крепости. И старым, и новым. Но где я и где они? К тому же это совсем не отменяет жажды знаний и радости от раскрытия тайны, пусть и малой. Ни к чему портить себе удовольствие хождением по кабинетам. А работы над новым големом подождут до того дня, когда я своими глазами увижу, с чем мне предстоит иметь дело. С такими предвкушающими мыслями я и раскрыл старую книгу.

    Глава 4

         
         Хран был не так и велик, как мне представлялось в первый день после слов старика. И уж, конечно, меньше, чем мне хотелось. Особенно сейчас, когда здесь появились гости. То, что старик называл большим храном, оказалось не таким уж и большим помещением в толще каменных блоков, со сторонами три и шесть метров. И четырёхметровым потолком. Вокруг голема расхаживали те, с кем мне предстоит провести два года бок о бок. Два офицера и два сержанта моего отряда. И уже стало тесновато. Если поставить у пустых сейчас стен стеллажи с материалами, пару столов для работы с образцами, не забыть про артефакторный стол, и место для сборника блоков плетений, то здесь и повернуться толком не выйдет. А ведь мне нужно будет создать ещё одного голема. И совсем мелким я его делать не собираюсь. С этим надо что-то решать, и я снова принялся присматриваться к блокам стен. Нужно бы по соседям пройтись, поглядеть что и как у них, да найти собрата по Искусству, в чьей вотчине всё это находится.
         — Впечатляет, тонму старший лэр-лейтенант, — одобрительно кивнул самый старший по возрасту из моих гостей.
         — Без чинов, Пламит, — я махнул рукой. — Не хватало, чтобы в мастерской мы перебрасывались званиями.
         — Как скажете, лэр.
         Оставил за собой последнее слово невысокого роста старший сержант, лишь чуть младше моего отца. Да и чертами лица он был похож. Не родственник, конечно. Но тоже жгучий южанин. В густых усах не было даже намёка на седину. Форма без единой лишней складки, два метателя на поясе. Нашивки за ранения. И... Ни одной ленты наград. Всё же не только я выделяюсь странным поведением. Впрочем, это я молодой новичок, у которого странно искать награды. А про него сослуживцы знают всё и так.
         — Видывал я пару голем-мастеров, — продолжил хвалить старшой. — Ни у одного из них не было вложено столько труда. Обычный инструмент. У вас же прям на выставку можно отправлять. Впечатляет.
         — А вот я сталкивался лишь раз, — вставил своё мнение Вид, скривив толстые губы. — И впечатления у меня остались не ахти.
         — Ага, при мне было.
         Это подал голос лейтенант Лариг, что уже год перенимал у командира нашего отряда опыт службы. Моего возраста парень. Даже не могу точно сказать из каких мест. Обычное лицо. Стоя рядом с командиром, он смотрелся даже красавцем. Тёмно-русые прямые волосы, остриженные, как у нас в посёлке говорили, под шлем, чуть выше плеч. Светлые, словно выцветшие глаза. Три жёлтых нашивки на правой стороне широкой груди. У Вида, кстати, шесть ранений, одно тяжёлое и несколько лент наград.
         — Я предпочитаю служить с боевиками гарской. Нам нужна подавляющая мощь мага, способного быстро справиться с массой несильных, но проворных противников. А марионеточник меня не впечатлил, — мой новый командир морщился, оглядывая то меня, то голема. — Так, у него было три боевых куклы, а у тебя — один парадный громила.
         И сержанты и Лариг промолчали на этот жаркий спич, но покосились на меня сначала сочувственно. А затем недоумённо. Потому что я улыбался, ничуть не смущаясь кислой физиономией нового командира.
         — А ты знаешь, — решил уточнить, — что это прозвище не очень любят големщики?
         — Слыхал, — в глазах собеседника заплясали искорки смеха.
         — Тогда у меня для тебя две отличные новости, — я довольно кивнул. — И одна плохая.
         — Ну-ка, ну-ка, — вскинул широкие брови Вид.
         — Во-первых, я не чистый големщик. Я универсал. И тот же армейский мастер мне фору давать поостережётся.
         — Давай уточним, — командир вскинул ладонь, прерывая меня. — Ты представляешь, как проходит экзамен у гарцев?
         Я молча кивнул. Конечно, представляю. Я его сдавал. От птенцов второй ступени требовали больше, гораздо больше, чем два года назад. И пусть далось не всё, но вряд ли умного командира интересуют очки в поединках.
         — То есть, — недоверчиво уточнил Вид, — ты сможешь разом накрыть круг в полсотни метров?
         — Так точно, — я был доволен. — Воздух и Земля. Толстая тварь? Расковыряю. Мелкие? Ненавижу! И давить буду с особым удовольствием.
         — Надеюсь, это не хвастовство.
         Командир сказал это полголоса, его чёрные глаза теперь смотрели на меня без малейших искр смеха.
         — А, во-вторых, — я не смущался недоверием, — сказал же вчера — поработаем. И будет голем такой, как тебе нужно. Не парадный.
         — Это недешёвое удовольствие и время занимает изрядно.
         — Я знаю. Но пойду сначала простым путём.
         — Погоди, — грубые черты Вида сложились в маску из камня. — Откуда в магии лёгкие пути? Ты, о чём?
         — Я подниму его на жизненной силе, — уточнил. — Прилично сэкономлю на материале и времени.
         — Не каждый марионеточник рискнёт это делать.
         Это заговорил Лариг. Он носит приставку лэр и знак бакалавра на отворотах. Но, видимо, сильно интересуется магией, раз знает такие тонкости.
         — У нас хорошее училище, — улыбка не сходит с моего лица. — Для начала расскажите о специфике службы, чтобы я точнее определился с големом. Я, конечно, читал мемуары.
         — Что ты читал? — командир в очередной раз меня перебил.
         — Мемуары Повелителей, — пришла моя очередь удивлённо поднять брови, — легатов, что служили здесь. Я любитель истории и древних подвигов.
         — Да уж, — Вид покрутил шеей. — лучше и впрямь рассказать. Представляю, что там написано. И сколько лет назад.
         — Самым свежим — пятьдесят лет.
         Старший сержант Пламит закашлялся от моего ответа, скрывая смех. Командир досадливо поморщился оглядываясь. Затем покачал головой.
         — Что-то меня сомнения мучают всё больше и больше. Ладно. Раз ты любитель мемуаров, то обойдём историю стороной. С чего бы начать? — он вздохнул. — Крепость не перекрывает весь проход. Каждая попытка построить такую стену...
         — Вызывала неприкрытую агрессию Зелона, — теперь моя очередь мешать.
         — И резкий рост расходов, — Вид кивнул. — Слишком дорого содержать такую большую крепость. И не нужно. Главная опасность — это полоса земли перед крепостью. На два перехода сами потоки мира перекручены битвой Повелителей...
         — От 1976 года Сотворения, — я снова перебил. — Не получается без истории?
         — Слишком въелась в язык, — хмыкнул Вид, растянув толстые губы и, видно, ничуть не обижаясь. — Я её сотни раз новобранцам рассказывал. Язык сам выводит. Жизнь и камень, сплетённые вместе, порождают что-то среднее между големами и некротварями Зелона. Может, поэтому марионеточников сюда и посылают?
         — Всё может быть, — я пожал плечами. — Но это скорее по старой памяти, когда половину гарнизона составляли неживые творения.
         — Кстати, да, — кивнул командир. — Ты прав. Только те времена давно в прошлом. Роты наших бригад выходят на те земли и проверяют — не зародились ли твари в песках. Для нас главное скрытность, и твой громила совсем не подходит под наши задачи. Затем на их скопление мы выводим ту роту из третьей или четвёртой бригад, что стоит в ближайшем лагере. Или выманиваем к самому укреплению. По-разному бывает. В случае нужды добиваем тех, у кого внезапно обнаружились мозги, и они решили сбежать. Беда в том, что очень уж широко раскинулись эти земли. А чистить нужно везде. Твари будут идти на жизнь, а бороться с ними пока они не сбились в крупные стаи гораздо удобнее. Да и проще. Для того «наживка» и сидит в лагере.
         — А Зелон?
         — Редко, — качнул головой Вид и уточнил. — Раз в пять-шесть лет появляются странные отряды, которые можно им приписать. Слишком умные. Отличаются по виду. Пытаются обойти крепость, забраться на Руки.
         — Пламит, — я обратился к самому опытному сослуживцу, — а самый лучший голем на вашей памяти? Какой он был?
         — Хм, — тот задумался и подёргал себя за усы. — Здоровый паук. Не меньше вашего, только в длину. Здоровенные лапы-когти, отстреливающиеся шипы, жвала, что крошили камень.
         Я почувствовал, как закаменели скулы от знакомого описания. Едва разжал плотно сжатые губы.
         — Не вдохновляет.
         — Ну, тогда скорп, — пожал плечами Пламит. — Тоже шустро щёлкал тварей.
         — Скорпион?
         Я не понял сокращения слова. Впервые слышу. Потому и переспросил. Старшой кивнул.
         — А они здесь водятся?
         Что-то такое всплывает в воспоминаниях, но нелишне уточнить.
         — Вокруг крепости. До мёртвых земель.
         — А вот это отлично.
         Я и впрямь обрадовался. Такое тело голема, отличное от человеческого — это огромные проблемы с передвижением и боем. Самый лёгкий путь — прямое управление. Пока я буду един со стихией, мне будут безразличны все сложности с лишними конечностями. Но этот путь тупиковый для боевого мага. Им даже чистые големщики идут неохотно. Второй путь — собрать конструкт управления. Но заниматься вознёй с плетениями и проверкой качества я могу и год. Клешни, хвост и шесть ног. А в каталоге шаблонов готовых решений не будет. Чтобы получить силу — нужно развиваться. И чуть позже я может и займусь этим. Все же боевые возможности у подобного голема будут огромными. Неудивительно, что один из моих предшественников выбрал его форму. А вот с живым образцом можно будет пойти по самому лёгкому пути — наложить плетение подобия. Получившийся голем будет несколько туповат в бою. На уровне той самой твари. Но это можно пережить.
         — А против кого ты создавал вот этого? − Лариг похлопал по спине моего голема.
         — У меня была чуть другая специфика службы. Прятаться ни от кого не нужно было. Да и сражаться самим приходилось. Длинные обходы-патрули. Вот на нём можно тащить всё, что хочется взять на выход, — сослуживцы понимающе переглянулись. — А в случае нужды, его силы должно было хватить задавить врага, что имел глупость напасть.
         — И как?
         — Не знаю, — я развёл руками и улыбнулся. — Не успел попробовать.
         Вид откровенно закатил глаза к потолку, что на его лице смотрелось достаточно угрожающе. Впрочем, я уже привыкаю. Да и тут же заставил его снова стать серьёзным.
         — Надо бы разок выйти в поле, чтобы мне самому всё оценить и прикинуть по голему. Всё равно я создавать его буду только после возвращения из выхода. Чтобы после ритуала отлежаться и восстановиться.
         — Хорошо, — командир кивнул и добавил. — У нас сейчас две недели отдыха и нарядов по крепости. Потом в поле, но ты должен будешь слушать меня беспрекословно.
         — Если сомневаешься, — я поймал взгляд Вида, — то можно устроить тренировочный бой.
         — Не стоит.
         Командир явно колебался перед этим ответом. Впрочем, я мог и ошибиться. Из меня ещё тот знаток человеческих душ.
         — Жаль, что этот будет у тебя пылиться здесь без дела.
         — С чего ты так решил, командир? — я и впрямь был изрядно удивлён этими словами.
         — Не понял, — медленно, с расстановкой произнёс Вид. — Мы же определили причину, по которой он не годен для нашей службы.
         — Нет, — сейчас я тебя ошарашу. — У меня другая точка зрения. Мы только что определились, для чего его будем использовать в нашем отряде. И я это даже прямо обозначил. Хочешь сказать, никогда не хотел взять с собой лишних два мешка крупы?
         — Здесь я вижу две проблемы, — палец собеседника указал на голема. — Твоя марионетка по-прежнему просто огромная!
         — Сделаем опорный лагерь. Я читал, что вы так и делаете. Будет ждать там.
         — Он читал!
         Командир оборвал возмущённый вопль. Подумал, не сводя с меня чёрных, глубоко посаженных глаз.
         — Ладно. Можно попробовать, — кивнул мне и огляделся. — Нужно хотя бы стульев тебе сюда принести. Голые стены. Подойди к старику. Где-то же лежит всё, что здесь раньше стояло?
         Уже собираясь уйти, оглянулся.
         — Погоди. А что за плохая новость?
         — Это только для тебя она такая, — я постарался глядеть серьёзно и не улыбаться. — Твои прозвища меня не обижают, зря старался.
         Всё ещё посмеиваясь, я принялся размышлять над дальнейшим планом действий. Для начала сделал то, что уже придумал. Прошёлся по соседям. Пусто. Вернее просторнее, чем у нас, но по нужному мне вопросу — ничего. Попытка обратиться к магу провалилась. Оставался последний выход. Библиотека города, где точно должно найтись всё.
         Попасть сюда оказалось довольно просто. Сержант на воротах обвода на мой вопрос просто указал на отлично видимую высокую башню. Если Сигнальный шпиль поражает воображение, устремляясь к облакам, то защитные башни внутренних стен были более привычного размера. Может, лишь немногим выше цитадели Дальнего рога. Именно в такой башне была библиотека крепости. Так же легко оказалось и записаться в неё. Отпечаток ауры, внесение платы за месяц, и я оказался в зале, высота которого была под стать самому строению, её вместившему. Навскидку никак не меньше двадцати метров. Не знаю, насколько это удобно, буду выяснять на своём опыте, но выглядит очень эффектно. Библиотека училища была велика, но не шла ни в какое сравнение с увиденным здесь великолепием. Впрочем, как можно их сравнивать? Этой — почти две сотни лет.
         Книжные полки поднимаются под самый потолок, сияя полированным светлым деревом. Зал окольцован галереями, поднимающимися вдоль сплошной стены переплётов. Огромное пространство посередине зала заставлено столами для читателей. К счастью, мне не придётся тратить время на вникание в систему расстановки книг и поиски по всем уровням галерей. Служительница библиотеки с милой улыбкой выслушала мои пожелания и пообещала принести первые книги уже через десять минут. Главный для меня вопрос в том, сколько всего их окажется, и как быстро найду ответы на вопросы.
         — Офицер.
         Девушка, наверное, даже младше меня — лишь на год, может быть на два старше школьного возраста — вежливо повторила обращение ко мне. Хотя видела, что я заметил её сразу, как она спустилась с галереи, и не отводил глаз. Может я смутил её как раз этим? Но сложно было не обращать на неё внимания. И дело даже не в книгах, что я ждал. Она и сама стоила того, чтобы любоваться ей. Высокая для девушки, длинные, чуть волнистые волосы, волной падающие на плечи. Ясное лицо с красивыми карими глазами.
         — Думаю, пока этого будет достаточно, — с улыбкой сообщила мне девушка.
         — Согласен с вами, — я коротко кивнул, отводя взгляд на принесённые книги. Не стоит дальше смущать её. — Благодарю.
         — Поисковый запрос действителен неделю, — сообщила мне служительница. — Книги можете оставить на столе. В течение этой недели они будут ожидать вас здесь. Место закреплено за вами. После, если вы не подтвердите продление, мы вернём их на место.
         — Пока всё ясно, — я тоже улыбнулся девушке. — Ближайшие дни я точно проведу здесь.
         — Успешных изысканий, лэр, — девушка чуть присела в прощании.
         — Спасибо, — я склонился в поклоне, возвращая любезность.
         Напоследок служительница обратилась ко мне, как к магу. А я облегчённо вздохнул, выкинул странности из головы и разложил перед собой книги.
         «История Пеленора» — сомнительно, чуть в сторону. «Славные дела магов-воинов крепости северной» — древнее чтиво, таким стоит зачитываться в детстве, это я вижу и не открывая. Неужели я так расплывчато выразил тему поисков, что нашли и этот потрёпанный том? Его положил на самый край стола. Взял в руки следующий. Не то. Убрать его немного в сторону. Ещё один. Сомнительно. Туда же. Эти мемуары консула я читал. Снова отложить на край. А вот это? Я взял предпоследнюю книгу. «Сборник руновязей для крепостного мага». Выглядит очень многообещающе. Мало того, что именно подобное я и просил найти, так ещё и год его издания говорит, что в нём может найтись нужная мне информация. В свежем, который я успел проглядеть у мага — не было ничего о старых схемах создания.
         Я подходил с подобным вопросом к Дагору, своему погодку, который отвечал за поддержку сектора хранов. Он и дал служебную книгу. Заодно сообщил, что лет тридцать назад сократили число рот второй бригады. Тогда же и уменьшили число приписанных к ним магов. Как раз стариков, что отвечали за этот сектор, и, говорят, знали ключи управления хранами. А ему ничего такого не передавали. Только байки.
         Печально видеть, что собрат по искусству столь аморфен и зациклен лишь на своих обязанностях. У него под боком такая интересная возможность, а он в ней совершенно не заинтересован. Но с этим я ничего не могу поделать. Парень явно не увлекается древними плетениями. А зря. Современная наука, конечно, далеко шагнула, но и в архаичных решениях есть своя красота. А мне важней не узнать тайны этой красоты, а всего лишь получить доступ к управлению плетениями стен сектора. А его не может не существовать. Слишком нерационально сделаны храны големов. Слишком много места теряется впустую. Причём там, где оно жизненно важно. В крепости. Да, она велика. Но всему есть предел. И толщине стен тоже. Особенно после того, как я сравнил между собой планировку мастерских, хранов и складов нашей пятой и той же первой роты.
         Я прошёл сегодня по всему сектору. Там хранились не только големы. Были и обычные склады. И вот в них пространство использовалось целиком. От дороги до крепостной стены. Лишь тонкие, если их можно так назвать, в один блок, стены складов по обеим сторонам поперечных проходов. И сами помещения были одной высоты, полностью занимая все доступное пространство склада, а не превратившись в маленькие каморки, с нависающим над ними многометровым слоем камня. Такими несуразными и крохотными они становились лишь там, где были давно отданы под нужды солдат крепости. Маги высоких чинов наверняка имели полные ключи доступа ко всем тайнам крепости. И старым, и новым. Но где я и где они? К тому же это совсем не отменяет жажды знаний и радости от раскрытия тайны, пусть и малой. Ни к чему портить себе удовольствие хождением по кабинетам. А работы над новым големом подождут до того дня, когда я своими глазами увижу, с чем мне предстоит иметь дело. С такими предвкушающими мыслями я и раскрыл старую книгу.
         
         Продолжение на https://author.
    today/reader/32868/247119