39 год до нашей эры, юг Австралии, устье Муррея.

  
   - Нет, кроликов, как и коз, сюда нельзя ни под каким видом, - упёрся Миликон Сергов, - Я даже запрашивать начальство об этом не буду, поскольку отказ гарантирован, причины самоочевидны, и позориться мне не хочется. А особенно позорить ту фамилию, которую я унаследовал от предка, лучшего географа среди отцов-основателей. Что угодно другое - проси, рассмотрю, обдумаем, если есть резон - посодействую, чем смогу, но это - заведомый вздор, за который меня поднимут на смех безо всякой пользы. В Австралии козам и кроликам делать абсолютно нечего.
   - Ну, с козами-то и так понятно, почтенный, - кивнул Авдас, выслужившийся из рядовых солдат опцион, - Обгрызут с деревьев и кустарников не только листья, но и кору, и всё засохнет. А кролики-то что?
   - Кролики - тем более. Они же, считай, как те же самые козы, только без рогов, мелкие, роют норы и размножаются... гм... как кролики. А местность засушливая, дальше на север и запад вообще полупустынная, а выпусти их туда, так они и растительность там вообще всю сожрут, и будет настоящая пустыня, как есть в самом центре материка и возле пересыхающих солёных озёр. Ну, я утрирую, конечно, но будет очень хреново. И нахрена они вам тут нужны? Вам что, мяса мало?
   - Нам-то достаточно, почтенный. Дикарям мало. А кролики - правильно, ты же сам говоришь, что размножатся, как кролики, и незачем тогда дикарям будет охотиться на наших овец, а нам - отстреливать за это их самих.
   - Это только кажется, Авдас. Первое время - да, дикарям будет раздолье, потом уцелевшие кролики поумнеют и перестанут подпускать к себе людей на бросок дротика и бумеранга, и что тогда? Охотиться на них опять станет труднее, чем на наших овец, и они опять возьмутся за старое. Ну и какой тогда смысл? А сами кролики быстро заметят, что в наших садах, огородах и полях кормёжка обильнее и вкуснее, чем в саванне. И чем от них огораживаться, когда и эму-то с кенгуру не всякий забор удержит, а эти сволочи если и не перескочат, так снизу подкопаются? Проще уж дикарей от охоты на домашнюю живность отучить, перестреляв непонятливых, чем все сельскохозяйственные угодья огораживать высоким забором с глубоким фундаментом. Козы - и те не так вредны будут, как кролики.
   - Понял, почтенный. Тогда, конечно, никто не позволит.
   - Ты ещё вот что во внимание прими. Дальше на север реки все пересыхающие в сухой сезон. Мы головы ломаем, как бы тут отучить дикарей от загонных охот с огнём, чтобы не выжигали саванну. И куда тут ещё выжирающую всю растительность живность вроде коз с кроликами добавлять?
   - Хотите сделать, как на Горгадах? Боюсь, не выйдет, почтенный. Там дикарей не было, а эти - выжигали, выжигают и будут выжигать. Говорят, все так делают, и всегда так делали. И не похоже, чтобы врали. По крайней мере, верят в это сами.
   - Да, я знаю. Оттого и пустынна вся внутренняя часть материка. Их предки тут опасную живность застали, ну и выжигали растительность, чтобы той негде было засады устраивать. Варан здоровенный побольше крокодила, пара видов сухопутных крокодилов поменьше его, да ещё крупная хищная зверюга, которая тоже на крупную дичь охотилась. Начали жечь редколесья, чтобы от них себя обезопасить, потом ту крупную дичь выбили всю, а на оставшуюся мелочь с огнём охотиться удобнее оказалось, чем без него, так что как начали их далёкие предки, так и эти теперь продолжают традицию.

    []
   - Что-то подобное и я слыхал от наших туземцев. Что водились когда-то давно, даже глубокие старики тех времён не помнят, какие-то страшные чудовища, нападавшие на людей, от которых кроме огня никакого спасения больше не было. Вот только огнём от них и спаслись, а потом и самих их уничтожили. Я вот одного только не пойму - здесь же и змеи такие водятся, что сильнее их яда, наверное, нигде больше и не найдёшь. От них народу у дикарей гибнет больше, чем от всего остального, вместе взятого. Почему они так и не додумались ловить этих змей и наконечники своих копий их ядом травить? Да и лук неужто настолько сложен, чтобы не придумать его самим? Большой же силы от него и не нужно, если стрела сильным ядом отравлена. Любая палка упругая с любой бечёвкой на такой лук сгодятся. Мой сын уже три таких лука сделал и друзьям из туземной детворы подарил, для себя четвёртый уже сделал. Вот бумеранг возвращающийся ни у кого ещё из наших не получился так хорошо, как дикари себе делают, и разве он не сложнее детского лука? Так почему они тогда бумеранг свой придумали, а простейший лук не сообразили?
   - У нас думают, что и бумеранг этот не они изобрели. Не возвращающийся у многих диких народов известен, а возвращающийся, если он в цель не попал, и египтяне знают, и индийские дравиды, кто луком мало пользуется. Раса у них, кстати, та же самая, особенно у цейлонских яккхов с веддами, так что скорее всего, предки этих отделились от них и пошли дальше, когда бумеранг и копьеметалку уже знали, а лук ещё не был в ходу. В Старом Свете их сородичам было у кого и лук потом перенять, а у кого здесь этим?
   - Возможно, ты и прав, почтенный. Вдобавок, ещё и это строгое старшинство у них, когда старшие молодых слушать не станут, а уж мелкую пацанву - тем более. Второй год уже их пацанва лук знает, некоторые даже и сами делать себе начали, но ещё ни один взрослый даже из наших дикарей и не подумал сделать себе такой же побольше. Считают детской игрушкой и баловством. Но ладно лук со стрелами - если славные и почитаемые предки ими не пользовались, а у пацанвы несмышлёной что-то перенимать гордыня им не позволяет, то и пускай себе страдают от своей дури и дальше. Но дротики-то свои что их предкам мешало тем же змеиным ядом отравить вместо того, чтобы собственную страну в пустыню огнём обращать?
   - Или не додумались вовремя, или очень уж боялись хищника в засаде, когда он уже близко, и яд подействовать не успеет.
   - Так собаки-то на что, динго эти рыжие?
   - У той первой волны дикарей, которая и придумывала, как им приспособиться к здешним раскладам, этих собак могло ещё и не быть. Нет же их на южном острове, где и местная полосатая поэтому сохранилась? У нас считают, что эта первая волна, в которой были и предки тех дикарей южного острова, была ещё без собак. А без собаки как того же большого варана или ещё кого опасного издали обнаружишь, если он в засаде ждёт, пока ты поближе подойдёшь, чтобы далеко за тобой не бегать? Только если выгнать его из его засады раньше времени. Вот, огонь для этого приспособили, и вышло так удачно, что уже и яд для дротиков потом не понадобился. Может и додумался потом кто-то, но уже и без этого от опасной живности избавились, да и для охоты вполне достаточно. От добра добра не ищут, а опустынивание - оно же очень медленно и постепенно идёт, и кто его заметит сразу? Если стало хуже, чем было при дедах и прадедах - кто-то, значит, прогневил духов предков. Не тот ли шибко умный сопляк, который придумывает что-то такое, чего не было у славных предков? Прибить дурака, пока совсем плохо не стало. А если и после этого не становится лучше, как при предках было, значит, ещё кто-то духов гневит. Всем смотреть в оба и искать вредителя, пока он всю общину не сгубил.
   - Вот так и Вандималуна прибили, брата моей Мундоры, - проворчал Авдас, - А парень ведь спасти хотел это ущербное дурачьё от больших неприятностей. Всё-таки они ему были соплеменники, хоть и дураки дураками.
   - А что там приключилось?
   - Да ничего хорошего, почтенный. Охота у дураков не заладилась в очередной раз, так они надумали на наших овец поохотиться, а Вандималун отговорить их пытался и предупреждал, что это не дикая живность, и за неё громов с молниями схлопочут, можно даже и не гадать, это и так понятно. Но это ему было понятно, а им - нет, им гадание дало добрый знак, и парень схлопотал в лоб и в зубы за спор с волей духов предков, а когда он не угомонился сам, его угомонили копьём. Потом они пошли на свою самоубийственную охоту, наши собаки их учуяли, естественно, ну и получили они свои громы и молнии, как их и пытался предупредить мой туземный шурин. Так ты думаешь, они что-то поняли? Их шаман, когда я выявлял причастных к убийству шурина среди уцелевших и убивал их сам, на полном серьёзе заявил, что Вандималуна правильно убили, наверняка знался со злыми духами, отчего и наколдовал им неудачу. Дурень так и оставался при своём мнении, пока мы его вешали вместе с остальными ихними горе-старейшинами. Но разве вернёшь этим убитого парня, который один был умнее их всех?
   - Неисправимы, значит?
   - Взрослые - абсолютно неисправимы. Поэтому и пришлось перебить взрослых мужиков. Мелких детей забрали, несколько молодых баб с совсем малыми карапузами, да девок-подростков, кто не страхолюдина. Прочих выгнали взашей с той части территории, которую решили прибрать к рукам. Но толку-то с того? Их соседняя группа к себе взяла и на не занятой нами территории поселилась. И живут точно так же, как жили и те. Так же с огнём охотятся и ничему новому учиться не хотят. На наш скот охотиться боятся, но через пару десятилетий - не удивлюсь, если кому-то вздумается.

    []
   - А эти, которых взяли к себе?
   - Ну, детвора есть детвора. Пока мелкие, есть надежда чему-то научить. А бабы - они и у дикарей бабы. Что им сказано, то и делают. Те, которые пёрли в дурь - там, у тех дикарей, а у нас только те, которые честно пытаются взяться за ум. Не у всех получается, но хотя бы уж стараются, а не закатывают дурацкие истерики. Если не из всех, так хоть из половины выйдет какой-то толк. А где-то четверть детей - наполовину наши, так из этих большинство вполне обучаемо.
   - В смысле, от наших рождены, как и у бушменов на Юге Африки?
   - Даже ещё проще, почтенный. Здешние дикари не связывают залёт у бабы с её перепихоном, так что в пользование баб за что-нибудь нужное им или понравившееся они предоставляют охотно. А те, естественно, залетают и рожают от наших точно так же, как и от своих. Из этой группы мы таких полукровок забрали, конечно, всех. Вырастут, кто-то и на приём в колонисты вполне потянет. А кто нет - ну, работники-то уж всяко лучшие из них выйдут, чем чистопородные дикари. Есть, конечно, и среди них такие, как мой шурин убитый, но очень мало. Я вот одно понять не могу. Вроде бы, и раса та же самая, что и на юге Индии, и ты это тоже подтверждаешь, но почему тогда такая разница между этими и индийскими? Не только наши солдаты, кто оттуда, а даже у кого и жена из тамошних, так большинство здешних на их фоне как безмозглые обезьяны. Разве может так быть, если у них одинаковая порода?
   - Ну, не совсем одинаковая. Да, от общих предков происходят, но разделились очень давно. Так те австралоиды, которые в Индии остались, кто-то и свою цивилизацию имел, ещё доарийскую, а остальные соседствовали с цивилизацией сами или через своих ближайших соседей. Было от кого набираться ума и развиваться. А эти ушли в Австралию и оказались на отшибе, да ещё и испохабили свою новую родину, истребив всю крупную живность и опустынив землю. Ну и деградировали в результате сами. Есть и подходящие для нас, но - да, ты прав, очень мало. Из сотни человек пять в самом лучшем случае, и это же ещё найти и отобрать их надо из каждой такой сотни.
   - А почему тогда, почтенный, город именно здесь, а не на восточном берегу, где и угодья богаче, и дикарей больше?
   - Река, Авдас. Самая длинная и самая полноводная на этом материке. А здесь её устье, и где же ещё быть портовому городу, как не возле него? За небольшим заливом на северо-запад отсюда месторождение железной руды, а эвкалипты и кустарниковые растут быстро, так что есть на чём получать из неё черновое кричное железо, которое нетрудно и морем сюда доставить. Не так далеко отсюда и южный остров, на котором медь, олово и полиметаллы, а на небольшом островке в проливе есть и вольфрам. И тоже очень удобная морская доставка сюда. Прямо здесь много меди, и вверх по течению на главном притоке тоже есть медь, это на низменности, где течение спокойное, и речной путь судоходен для малых судов. А выше - уже предгорья, где течение реки бурное и удобное для вращения водяных колёс. Туда напрашивается обрабатывающая промышленность, которую легко снабжать отсюда по реке, и по ней же ещё легче сплавлять оттуда готовую продукцию. А здесь, возле самого города, легко орошаемые земли для сельского хозяйства, кормящего и город, и промышленность в предгорьях. Саванна удобнее леса и под пастбища для скота, и под земледельческую распашку. А дикарей меньше - меньше и беспокойства от них.
   - Но железо, получается, уже в пустынной зоне?
   - Ну, в полупустынной и недалеко от морского залива. Не очень удобно, но это на перспективу. Железо - наименее дефицитный металл, и его небольшие месторождения есть и в лесистых предгорьях рядом с обрабатывающими предприятиями. Нам много для наших местных нужд и не понадобится - никто же не отказывает нам и в подвозе готовых железяк. Просто обеспечиваем себя на экстренный случай. А пока будут вырабатываться те малые месторождения, у нас будет достаточно времени, чтобы озеленить окрестности того большого за заливом. Примерно так же, как предки озеленяли Горгады - насаждения вдоль русел всех вади, чтобы вода в них после дождей задерживалась дольше. Для начала вдоль побережья и на той возвышенности, где месторождение, потом так же и другую на севере от нас. Если восстановим там нормальный водосбор, влажнее станет и низменность вокруг них, и пустыня отступит. Но для этого, конечно, надо отучить местных дикарей от привычки выжигать саванну.
   - Соблазнительно, почтенный, но добровольно они от загонных охот с огнём не откажутся. Это же намного легче, чем без огня, с одними только загонщиками-людьми. У них и людей-то столько в их стойбищах нет, чтобы их хватило для такой загонной охоты без огня. А это значит, что прожить такой охотой они не смогут. Мы тут думали уже и лук со стрелами внедрить, но взрослые дикари ничему учиться не хотят - они считают, что и так знают и умеют всё, что нужно для жизни, а детвору можно научить, но старшие разве станут слушать мелюзгу? Только принудительно может что-то получиться, но это надо их всех захватывать в плен, занимать работой и кормить за неё, поскольку охотой без огня им не прокормиться, а всю их территорию надо занимать самим, чтобы её не заняли соседние группы, с которыми опять придётся начинать всё сначала.
   - То есть, через рабство, если называть вещи своими именами?
   - Да, получается, что только через рабство.
    []
   - Объясняя понимающим, принуждая непонятливых и убивая непокорных. Твой шурин был из понимающих. Ему легко удалось объяснить?
   - Он у наших учился. Когда мы торговать с ними начали, и я как раз его сестру у них выменял, им много чего хотелось, но нечего было предложить нам взамен, и тогда мы предложили им работать у нас, чтобы заработать то, что не могут выменять. Только он понял сразу и согласился, так его ещё отпускать не хотели, и он тогда с большим трудом упросил старших. Тоже сперва ничего у нас не понимал, но ему было интересно, работал он старательно, и мы ему охотно объясняли всё, о чём он спрашивал. Говорить научился по-турдетански почти без ошибок, понимать его было легко. Помогал нам на подсобных работах в полях и огородах, помогал пасти скот и охранять его от динго, так и разобрался в нашем образе жизни. Заработал себе стальной нож, топорик и наконечник для копья.
   - А в стойбище их у него, конечно, отобрали старшие?
   - Да, так всё и вышло. Он думал, покажет всем, и все тоже придут к нам, чтобы тоже заработать, как и он, а у него просто отобрали, и больше желающих последовать его примеру, естественно, не нашлось. Ради чего горбатиться, когда всё равно отберут? Если только насовсем к нашим уйти, так это и сам Вандималун просился, и ещё кое-кто из его приятелей, но никто их, конечно, не отпустил, а когда он надоел им всем советами у нас учиться и жить так, как наши, так его за это ещё и крепко поколотили.
   - А потом и вовсе, говоришь, убили, когда от охоты на скот их отговаривал?
   - То-то и оно. Вот и учи таких чему-то полезному после этого. Мелюзгу только с бабами можно, если захватить и заставить, как мы тогда и сделали. А взрослых мужиков только принудительно через рабство, чтобы против воли научились тому, чему сами они по-хорошему учиться не хотят. Работай или сдохни - вот, только так с ними и можно. Ну вот почему они настолько тупые? На большом южном острове, говорят, дикари не умеют даже добывать огонь, а только поддерживают его?
   - Добывать умеют, как и здешние материковые, но предпочитают поддерживать его, чтобы разжечь настоящий костёр быстрее. Там же климат прохладнее, и зимой ночью бывает довольно холодно. Дикари же здешние лука не знают и высверливают огонь, вертя палку между ладонями. Ты же сам видел, как они это делают, и сколько с этим возни. Так здесь хотя бы тепло, и для приготовления пищи подождать его нетрудно, а там, в этих их шалашах, да без нормальной одёжки - представь себе сам.
   - Один, который вертит, согреется, но остальные за это время точно замёрзнут, - хохотнул опцион, - Тогда понятно, почтенный. Но это же топлива сколько нужно, да ещё и с их каменными топорами.
   - Там это не проблема, как и в горах на востоке. Они же лесистые, там дождей с моря хватает, а этот остров, считай, их продолжение на юг, тоже лесистый. Очень давно, когда и в Испании было холоднее из-за наступающих льдов, уровень океана был ниже, и тогда этот южный остров, как и очень большой на севере, тоже был частью материка.
   - И тогда их предки прошли туда по суше, а потом океан поднялся, и проход на остров затопило?
   - Да, так оно и было. Самая первая волна австралийских дикарей. И она же ещё и самая примитивная из всех. Наши отцы-основатели предполагали, что она на своём пути к Австралии смешивалась с ещё более примитивными видами людей, которые попали на острова Индонезии ещё раньше. Мы не знаем, были ли эти виды вообще разумны в нашем понимании, но хотя они и делали для себя примитивные каменные инструменты и дубины с копьями и даже пользовались огнём, их черепа были ближе к обезьяньим, чем наши. А у этих здешних дикарей какая-то промежуточная форма - толстые кости, надбровья, часто скошенный лоб. Всё это бывает и у нас, но у немногих и обычно по отдельности, а у них это типичные признаки. Особенно у дикарей южного острова, сохранивших породу этой самой первой волны.
   - Так а зачем они с обезьянами-то смешивались?
   - Не с обезьянами. С примитивными недолюдьми. У нынешних дикарей невест для молодых парней не хватает из-за того, что старшие по нескольку баб себе берут. Из-за нехватки баб ведь и ссоры в основном вплоть до убийств. Скорее всего, так же было и у их предков. Наскочат на стоянку вот этих совсем примитивных, мужиков всех перебьют и съедят, а баб - по прямому назначению, да поскорее, пока старшие не отобрали и этих. А старшие, глядишь, ещё и не всех отберут. Вот так и смешивались. Потом уже следующая волна австралоидов гнала эту первую дальше, и она по пути вбирала в себя всё новых и новых примитивных. Каждый раз понемногу, но много раз, пока не добрались и до самой Австралии, где до них никаких людей ещё не было.
   - И это что тогда выходит, что и в моей Мундоре примесь этих полулюдей, и в наших с ней детях?
   - Да не тревожься ты так, Авдас. Наверняка есть, но очень небольшая. Она же у тебя не с южного острова, а из здешних. После той первой волны была ещё одна, а может, и две или больше, которые на материке смешались с той первой и разбавили её. Думаешь, в нас самих примеси от более примитивных видов людей нет? В Европе они тоже были, и наши предки с ними тоже смешивались. Но разве это помешало им развиться до уровня цивилизации? Австралийские дикари не из-за этой примеси отсталые, а из-за того, что на отшибе от всех цивилизованных соседей и в очень неудобных для создания собственной цивилизации условиях. У них было меньше возможностей для развития, чем у наших.
    []
   - А на том южном острове?
   - Там, конечно, случай тяжелее, но тоже не безнадёжный. Здесь ведь вы делаете дикаркам полукровок? Ну так и там тоже. Им там тоже меняться особо нечем, так что и с концами баб отдают, и во временное пользование, поэтому наши им там их примитивную примесь тоже разбавят до вполне приемлемой величины. Тоже, конечно, будут и совсем необучаемые, ну так а где их нет? Кто-то пулю заслужит, кто-то меч в брюшину, кто-то намыленную петлю на шею, как и везде. А кто знает своё место - ну, есть же работы, не требующие ума? На их век хватит, а потомство они после себя вряд ли оставят.
   Субтропический юг Австралии, особенно её наиболее увлажнённой восточной части, был признан наиболее подходящим по климату для турдетанских колонистов. Для сельского хозяйства и восточное побережье подходит неплохо и тоже осваивается, но там леса, в том числе из здоровеннейших эвкалиптов, которые попробуй ещё спили, а потом и пни ещё с корнями выкорчуй при расчистке земли под поля и плантации. Да и дикарей в той наиболее богатой дармовыми ресурсами восточной прибрежной полосе многократно больше, чем к западу от гор. Поэтому там и освоение медленнее идёт, чем в районе устья Муррея, где вокруг первоначального форта разрастается Оссоноба Австралийская. Река ведь - единственная на материке, достойная называться рекой круглый год, а не только в сезон дождей. Северо-запад материка представляет интерес благодаря обилию железных и алюминиевых руд и близости к Цейлону, но его освоение затруднено маловодьем в сухой сезон. Легче всего развиваться востоку, Тасмании, да низовьям Муррея как связующему звену региона. Поэтому и проходит Миликон Сергов службу в Оссонобе Австралийской, пускай и не по геологической части, а по общей, но с учётом их традиционной семейной специализации. Помимо служебной рутины - ещё и своего рода рекогносцировка. Идея широкомасштабной мелиорации окрестностей города к северу и северо-западу от него на самом верху рассматривается - и сама по себе как самоцель, и как первый шаг к такой же мелиорации прибрежных пустынь к западу, отделяющих окрестности низовий Муррея от зоны средиземноморского климата на юго-западе материка.
   В идеале широкая полоса по всему субтропическому югу должна быть отжата у пустыни под привычное для турдетан сельское хозяйство средиземноморского типа. Как в самой метрополии, да на азорской Атлантиде. Совсем так, конечно, не получится, потому как и осадки нерегулярные, то засуха, то катастрофический ливень, и почвы в пустыне уж очень засолены, но насколько возможно, следует стремиться к этому средиземноморскому идеалу как к наиболее удобному и предпочтительному для турдетанских колонистов. На той же Капщине, где территория доведена уже до ума, и дравиды-то с цейлонцами живут и отурдетаниваются с превеликим удовольствием, хоть и из другой климатической зоны родом. Вишарда, супружница, не даст соврать. Всё-таки слишком уж сыро и душно в этих цейлонских джунглях, да хинную настойку эту горькую принимать приходится всё время из-за малярии южноазиатской, которая пострашнее африканской. А ядовитые змеи - здесь они, конечно, всем змеям змеи, но хватает их и на Капщине, и на Цейлоне, так что по ним оно где-то примерно то на то и выходит. Кто приучен беречься от тех, тот убережётся и от этих, поскольку техника безопасности в целом одна и та же. Ну а кто неспособен учиться жизненно необходимым вещам, тот, стало быть, не венец эволюции, а её тупиковая ветвь. Есть и такие, но обычно долго не живут. Туда им и дорога, как говорится.
   Пустыня в Австралии в большинстве случаев не совсем уж и пустыня, а скорее, сухая степь. Как в Аравии, где пустыней назовут такую местность, в которой не сплошной растительный покров, а отдельные пучки, между которыми голая почва. Есть и кустарник, не образующий зарослей типа скрэба, а растущий отдельными кустами, между которыми травяные кочки. Вблизи земля между ними хорошо видна, но вдали кочки и кусты почти сливаются, и кажется, будто там дальше нормальная степь. К северу от низовий Муррея, как только из речных галерейных зарослей выберешься, как раз и начинается эта местная пустыня. Для нормального земледелия, конечно, слишком сухая земля, и где на ней взять столько воды для полноценного орошения? Это разве только в дальней перспективе, если мелиорация пройдёт успешно. А пока напрашивается пастбищное скотоводство. Травы-то для скота более, чем достаточно, и не в кормовые ресурсы вопрос скотоводства упирается, а в те же самые водные. Водопои нужны скоту хотя бы в радиусе полудневного перехода. Это дикари выроют неглубокий колодец на дне пересохшего русла, и им этой небольшой лужи на его дне для их небольшой группы достаточно, а как прикажете поить не меньшую группу пастухов и целую отару овец, стадо коров или табун лошадей?
   Тут уже без мелиорации не обойтись. Хреново, когда водопоев мало. Возле них тогда только и можно медлительных коров с овцами пасти, постоянно на одних и тех же небольших пастбищах, выедая их и вытаптывая, превращая в уже настоящую пустыню, а дальше от водопоя травы полно, но добегут-то до неё и обратно к водопою только конские табуны многократно меньшей численности, которым не съесть и десятой доли той травы. А с опустыниванием ближайших к водопоям пастбищ иссякает и вода, и тогда усыхают и те дальние. Как раз таким манером и опустынивается африканская Сахара. Чтобы такого безобразия не происходило, увеличивать надо количество водопоев, озеленяя берега вади для задержания в них воды после сезона дождей и образуя галерейные заросли вдоль их русел. Чем гуще они будут, тем больше будет сохраняться воды, и тем дольше она будет в них оставаться на поверхности. В конце концов многие и вовсе пересыхать перестанут. И тогда вся земля между такими речушками станет пригодной для выпаса многочисленных стад скота, не истощающих угодья, а улучшающих их, поскольку скот ведь где жрёт, там и срёт, повышая плодородие почв. Главное - не допускать перевыпаса.
    []
   И главной проблемой при этом становятся дикари. Не понимают они никакого другого образа жизни кроме охотничье-собирательского своего. Какая такая отдалённая перспектива, глупые белые люди? Нет здесь постоянных рек и никогда не было - ни при дедах, ни при прадедах, и даже в древних преданиях почитаемых предков ничего о реках не говорится. Одна только и есть постоянная, которую вы заняли, а больше таких рек нет, одни только сезонные. Вода нужна - яму в русле копайте, и будет вам вода. Есть кенгуру, есть эму - хорошо. И всегда они были, и всегда будут. Чего вам ещё не хватает? Будьте проще, и люди к вам потянутся. Стало больше кустарника и травы - очень хорошо. Эму и кенгуру больше, охотиться легче, больше дерева для копий, бумерангов, шалашей и дров в костёр. Вам жалко, что ли? Зачем тогда сажали, если сами не пользуетесь? Какое такое светлое будущее? Нам и сейчас хорошо. А если всё вырубим и сожжём, и станет, как было раньше, то как отцы и деды жили, так и мы жить ещё не разучились. Бывало и хуже, когда целый год без дождей, но ведь не пропали же? Так что не пугайте нас пустыней, если вам она не нравится, так и не лезьте в неё сами, а мы в ней всегда жили и впредь проживём.
   И хоть кол им на башке теши, башка у них крепкая, австралоидная, и хрен они поймут, о чём вообще речь. Там, где природные условия позволяют уже сейчас заняться земледелием или скотоводством, им хотя бы показать можно полезный результат если и не прямо сей секунд, то хотя бы в течение года. Вот, помните, пахали и сеяли, охраняли от живности и от ваших баб-собирательниц? Так вот он, урожай, съедобный и питательный. Видите, во сколько раз его больше, чем собрали бы на такой же площади дикой саванны ваши бабы? А вот скот, который пасли, гоняли на водопой и охраняли от хищников, да от вас. Видите, насколько приплода больше, чем вы добыли бы в саванне охотой за весь год? Вот это, когда всё наглядно, они понять ещё в состоянии. Особенно, когда уже знают, что промышлять собирательством на полях и огородах колонистов или охотиться на их скот чревато смертельным поражением громами и молниями. Детвора вот теперь ихняя среди колонистов растёт и с детства их образ жизни постигает. Эти дикарями уже не будут, но их пока ещё с гулькин хрен, а дикарей в саванне и пустыне до хрена. Спасибо хоть, не так до хрена, как в лесах за горами на востоке.
   А вот дальней перспективы не объяснишь и этим. Её и колонисты-то, простые крестьяне, работяги и солдаты, понимают толком не все. Просто привыкли к дисциплине, раз приказано делать вот так - начальство образованное, оно знает, зачем. Даже объяснят, если кому интересно, и некоторые даже поймут. Наслышаны ведь и про Горгады, которые раньше, говорят, ещё пустыннее были, а кто из метрополии, те и видели проездом. А раз так - кто же возражать-то будет против улучшений? Есть знающие люди, которые этому учились, и им уж всяко виднее. Но это колонисты знают, а туземцы тех Горгад в глаза не видели. Эти мелкие не понимают, но с колонистов пример берут, потому как больше им и не с кого, а дикарям, чтобы убедить их, показать нечего. В долине Муррея мелиорация не особо-то и нужна, в ней и так воды достаточно, а в пустыне полезного выхлопа от неё ни через год, ни через пять лет ещё не увидишь. А дикарям - им вот прямо сейчас древесина нужна, и удобнее нарубить её там, где её больше. И мясо нужно, а охотиться удобнее там, где дичи больше - ага, с огнём, как отцы, деды и прадеды охотились. Ну что вам опять не так, глупые белые люди? Нет же здесь ни ваших полей с огородами, ни вашего скота. Уже знаем и не трогаем их больше. Раз вы сами не пользуетесь своими насаждениями, значит, они вам не нужны, и чего вы тогда на нас ругаетесь, когда мы пользуемся? Получается, ни себе, ни людям - так разве делается? И абсолютно же правы будут со своей сиюминутной дикарской точки зрения. И как им растолкуешь в доступных им понятиях, чтобы убедить?
   И выходит, что опытный и знающий этих местных дикарей опцион Авдас тоже абсолютно прав. Убедить их нельзя никак, можно только принудить, лишив возможности делать так, как делали их отцы, деды и прадеды. Как только их охотничье-собирательская община даст повод - облаву на неё, сопротивляющихся убить на месте, а покорившихся повязать и в колонию препроводить в качестве подневольной рабочей силы, которую не спрашивают, что она сама считает правильным, а заставляют делать так, как велено. По ходу дела только поясняя смысл, когда на нормальном человеческом языке заговорят. А их бывшие охотничье-собирательские угодья, естественно, аннексировать, дабы соседи на них соваться не вздумали. Наши они теперь, как хотим, так и используем, а если не хотим, то и не используем, а почему - не вашего ума дело. На своих - творите, что хотите, а кто в наши сунется без нашего дозволения, или гром с молнией словит, или повиснет высоко и коротко - ага, за злостное браконьерство.
   Баб таких вменяемых, как авдасовская Мундора, среди дикарок с гулькин хрен, но тут естественный бабий конформизм в помощь. Если их соплеменница жена колониста, одета как бабы-колонистки, держится с ними на равных и уверенно, говорит на их языке и делает всё так же, как и они, то это - авторитет, у которого не стыдно и поучиться образу жизни белых людей. Запретить-то им некому, давно убиты и сгнили все запрещальщики, а худшими быть не хочется, и перед глазами наглядный пример, что и вовсе не обязательно. Тем более, что и не одна она такая. Ну и с кого шмакодявкам мелким пример брать? А для пацанвы кто авторитетнее? Уж всяко не те, кто подай-принеси, а те, кому подай-принеси.

    []
   Да, заставляют работать, наказывают за хулиганство, но ведь и сами же правила свои соблюдают, и если правила едины для всех, то что тут обидного? А ещё ведь и учат интересным вещам наравне с белой детворой, да ещё и полезным. Кремнём по железному огниву насколько быстрее огонь высечешь, чем палкой между ладонями его натрёшь? Это в сумерках или в облачный день, а в солнечный и того проще - стекляшку навёл, и вот он, огонь. Нет, на руки кремней с огнивами, огненных стекляшек и стальных ножей мелюзге не выдают, их заслужить ещё надо, подрасти и много чему научиться, но - учат применять правильно, а из пацанвы постарше кое-кто уже и свои имеет. Ну, кремень-то каждый сам себе найдёт и обколет, а вот огниво, стекляшку и нож - надо заслужить. Учат и топориком стальным пользоваться и говорят, что позже и его заслужить возможность будет. А самое поразительное, что и шмакодявок учат. Белые не считают нож и топор оружием, для них это инструменты. Не женское дело и у них, но считают, что и женщина должна уметь. Их жёны - все умеют, хоть и не так хорошо, как мужья. А стрелой из лука насколько легче в цель попасть, чем дротиком, не говоря уже о бумеранге? Детский лук, конечно, слабоват, но какие руки, такой для них и лук. Белые так и говорят - вырастете, станете сильнее, по своим силам себе и новые луки сделаете.
   А кто-то, возможно, и в солдаты окажется пригоден и тогда из громовой палки белых молнии метать будет. Может, и обманывают, но до сих пор ни в чём ещё никого не обманули. Когда Мундора из громовой палки мужа метнула молнию - это было событие. Белые считают, что их жёны и с оружием обращаться уметь должны, хоть и не женское это дело. Наверное, не обманут и насчёт возможности стать солдатом. И чем дальше, тем стерегут меньше, и убежать-то в принципе можно, но куда бежать и к кому, и главное - а зачем? Есть в саванне родственные общины, которые примут, но там и отберут ведь всё, и любому, кто старше, беспрекословно повиноваться заставят. У белых и в рабстве свободы больше, чем у соплеменников на свободе. Да ещё и интереснее, и бежать - дураков нет.
   - Мундора тоже считает, что здешним дикарям вино давать нельзя, - поделилась Вишарда за обедом, - Говорит, если выпьют, быстро дурные делаются, а если вина много, то остановиться не могут, пока не выпьют всё или не свалятся. Её саму Авдас выменял у старейшин её общины, подпоив их, и хотя она сама хотела к нему попасть, воспоминание не из приятных. Напились старики до безобразия, повздорили между собой вообще из-за какого-то пустяка, в драку полезли, кому-то зуб выбили, кому-то челюсть сломали - всё это было очень омерзительно. Наверное, из-за того, что здесь сладких фруктов никаких нет, и у дикарей нет привычки даже к слабому алкоголю.
   - Да, скорее всего. В Америке-то ведь тоже южные племена, где много сладких фруктов, балуются и забродившими ягодами, так у них какая-то устойчивость к алкоголю есть, а у северных - совершенно нет. А здесь - да, тоже с фруктами напряжёнка. В лесах на востоке, кстати, тоже, так что пока наши плантации не начнут давать урожаи, то и не будет. В лесах, правда, есть пчёлы, но они такие же, как и в Америке, безжальные, и мёд у них тоже не такой сладкий, как наш, а с кислинкой. И даже его лесные дикари сбраживать не умеют, так что нет у них привычки и там. Волний Максимов тоже говорил, что совсем дурные бывают даже от простого вина, так что много им давать нельзя, а уж креплёного и вовсе ни под каким видом. Одного заболевшего дикаря им лечили, так пока вылечили, тот спиться уже успел. Дело было зимой, а в горах ведь холоднее, чем здесь.
   - Мало того, что дохляки, так ещё и алкашня! А зачем Волния вообще понесло в эти предгорья? Здесь он, что ли, дела себе не нашёл бы? И мне с Астурдой вместе было бы уж всяко повеселее, и быт же здесь налаженнее.
   - Да они и там обустроились неплохо, а скучать им там не приходится. Волний же больше по промышленной части, как и всё их семейство, а это предгорья в верховьях рек напрашиваются. Ты же знаешь наш принцип? Первым делом обустраивается базовый уровень хозяйства, который колонисты смогут поддерживать сами даже в полном отрыве от метрополии и других колоний, чтобы ниже его, случись что, уж точно не просели, а уж потом только налаживаются все навороты посовременнее. Вот там как раз этому базовому уровню и место. Водяные колёса, мини-ГЭС и всё такое.
   - Как во времена ваших предков?
   - Ну, станки-то, конечно, привозные современные, но в остальном - да, базовый уровень. Там и с гидроэнергоресурсами лучше всего, и с топливом, и с транспортировкой удобнее всего. Сюда - вниз по реке, на восток - караванами ишаков через перевал. Железо там есть, медь в принципе тоже, хоть и немного. Меди, конечно, и здесь хватает богатых руд, так что там важнее железо.
   - Так ты же говорил, что его и здесь полно.
   - Ну, не совсем здесь. За заливом. А там и с топливом проблемы, и с водой. По уму там бы мелиорацию провести, чтобы воды прибавилось, а то боюсь, как бы акведук с Муррея туда тянуть не пришлось. Представляешь этот геморрой? Пока здешние нужды не так велики, хватит и тех небольших месторождений в верховьях, а за это время как раз и с ближним месторождением проблемы порешаем. Вода ведь не только людям и домашней живности нужна. Для восстановления железа из руды нужен ведь ещё и древесный уголь, а эвкалипты растут быстро только на достаточно увлажнённых почвах. В сухой пустыне кустарниковый эвкалипт так же быстро не вырастет.
   - Там же не сразу много понадобится. А пустынный лайм, хоть ему и далеко до наших мандаринов с апельсинами, тоже неплох и растёт в пустыне сам по себе.
    []
   - Но растёт редко и мелкий, а нужно очень много, если говорить об уменьшении потребности в питьевой воде. Даже по этим соображениям пустыню там надо обводнять, а тогда уже и наши цитрусовые приживутся там нормально, как и здесь, которые вкуснее и урожайнее этого местного. Да и не только же цитрусовые нужны. Всё, что можно иметь в этом климате своё, лучше выращивать своё, чтобы меньше зависеть от подвоза.
   - Даже под сильфий дали задание места присмотреть. Это же разве один только сильфий? Это же и всю экологическую нишу опыляющей его киренской земляной пчелы придётся здесь воссоздавать, как это делалось и на Горгадах. Так и ради чего? Разве мало нам горгадского, чтобы мучиться с ним ещё и здесь?
   - Пока достаточно, но в дальнейшем будет мало. Киренского перестаёт хватать, а спрос в Луже только растёт. Когда у римлян заваруха была, и Цезарь двинулся в Грецию против Помпея, он кроме звонкой монеты ещё и запас сильфия из римской казны забрал, и тогда цены на него в Риме сразу вдвое подскочили. Наши тогда очень неплохо заработали на горгадском, хоть и не могли продать много, чтобы не сбить цены.
   - Это восемь лет назад, когда дядя Волния контуберналил у Цезаря? Да, помню, он тогда ещё из Егитпа привёз статистику жрецов по астрономии и разливам Нила.
   - Вот именно. Из Паретония нашим, которые тестировали Мелиссу Спартакову, тогда пришлось временно слинять, поскольку там Катон Младший нарисовался со своим горе-войском, промазав мимо Киренаики. Потом он в неё перебрался, а из неё повёл своё воинство пешком вдоль берега моря в римскую Африку. Зерна почти не было, из жратвы им продали только баранов, и приправлять баранину кроме сильфия было больше нечем. Его же и бараны в пути хрумкали, и вьючные ишаки. Представляешь, какой ущерб? Так и не восстановилась поросль до сих пор, а спрос в Риме, сама же понимаешь, не снижается. Теперь ещё и это разделение провинций между новыми триумвирами. Антоний мечтает о победоносной войне с Парфией, это и реванш за Красса, и выполнение планов Цезаря, а Клеопатра деньги ему на это дело зажала, и он выжимает их отовсюду, откуда удастся. И киренский сильфий, естественно, не исключение. Заготавливается хищнически, и плевать Антонию на последствия. Сейчас цены сбиты, но по всем прогнозам предложение потом резко снизится, и цены снова взлетят. Наши снова будут зарабатывать на горгадском, но у нас же и свои потребности никуда не исчезнут, и зачем же нашим страдать от дефицита? Поэтому и решено расширить посадки, в том числе и за океанами, где это возможно. А в дальней перспективе киренский сильфий может вообще кончиться, и тогда горгадского на наших и на Лужу уж точно не хватит.
   - Тогда - да, здесь нашим австралийцам, конечно, нужен свой. А на юго-западе материка не получается или какие-то другие планы?
   - По сельскому хозяйству планы примерно такие же, как и здесь, но ресурсов на параллельное развитие не хватает. Прежде всего людей, естественно. Поэтому приоритет выбран здесь, на юго-востоке, поскольку и сельское хозяйство, и промышленность разом, а когда здесь разовьёмся, юго-западу уже и отсюда помогать будет проще. Заодно и опыт местный будет уже наработан. Мелиорация и там будет нужна в не меньшей степени.
   - Мундора говорила мне, что главная проблема будет с дикарями.
   - Да, и Авдас то же самое говорит. И хуже всего вот эти ихние загонные охоты с огнём. И привыкли за многие поколения, и обойтись без них со своим оружием уже вряд ли смогут. Дичь уже пуганая, в нормальной обстановке на бросок дротика или бумеранга не подпускает, только если огненным кольцом её всю к узкому выходу согнать, где её и ждут в засаде охотники. Волний говорил, что и в лесах дикари жгут подлесок.
   - И Астурда тоже рассказывала, когда звонила. Как ещё только лес там весь не сжигают? Это же эвкалипты, там же ещё и эти эфирные масла.
   - Ну, они же знают и жгут аккуратно. Но там-то ведь и климат влажнее, так что эвкалипты восстанавливаются и отрастают быстро. Там, возможно, и не такой уж сильный ущерб от этих рукотворных пожаров. А здесь ведь климат засушливый, и в сухой сезон та же трава вспыхнет как порох, а от неё и кусты эти промасленные. Я не думаю, чтобы они и здесь так уж стремились выжечь всё дотла, наверняка стараются свести ущерб от огня к минимуму, но мало ли, как на деле повернётся? Где-то не подрассчитают, а где-то и ветер резко переменится, и все планы насмарку.
   - И если хочешь рассмешить богов, расскажи им о своих планах! - супружница усмехнулась, - Да, Мундора тоже говорила, что жечь стараются с оглядкой, но не всегда получается так, как замышляли.
   - И тогда ищут виновного, прогневившего духов? - они рассмеялись вместе, - А ландшафт засушливый и к действию пожаров особенно уязвимый. Выжгут они по ошибке чего-нибудь не то, так после этого долгие годы ландшафт восстанавливаться будет, если сможет вообще восстановиться. Сильно подозреваю, что и это получается не всегда. Но у них судьба такая, от последствий своих ошибок страдать, а нас-то за что? Не надо нам их ошибок на территориях, предназначенных для мелиорации.
   - А они - как отцы, деды и прадеды. И ничего другого понимать не хотят.
   - Поэтому Авдас и говорит, что только насильственно и можно переучить их на наш образ жизни. У нас в метрополии лузитаны тоже от подсечного земледелия не хотели отказываться добровольно. Предкам пришлось запрещать и вешать за нарушения.
    []
   - Значит, и эти - тем более. Мундора тоже сказала, что убеждать их бесполезно, а можно только заставить. Потом, когда привыкнут и убедятся сами, что по-нашему жить лучше, чем их старинным укладом, уже с их помощью можно будет как-то растолковать и родственным им общинам, но этих самых первых - только принудить насильственно.
   - И сразу всю общину целиком. Массовые мероприятия, короче.
   - Так это же тогда как можно больше наших людей здесь нужно. Зачем тогда на Тасманию распыляться, когда она и позже никуда не денется?
   - Для большей самодостаточности. На Тасмании медь и олово почти рядом, да влажные эвкалиптовые леса, которые быстро восстанавливаются. Своя бронза, считай, в двух шагах. Ещё неподалёку полиметаллические руды, в том числе и цинк, а это считай, своя латунь. А на небольшом островке возле неё вольфрам - это свой металлорежущий инструмент. С юга Китая его сюда разве навозишься? Смешно же, когда в двух шагах и свой есть. Волний живьём съест без соли и без лука, если ему вольфрам не предоставить.
   - Да, Астурда говорила. Только куда он им прямо сейчас, если у них там пока ещё в основном деревообработка?
   - Так а углеродистый инструмент чем делать? Это же эвкалипты, там древесина у многих пород такая, что пилой по дереву только огонь трением добывать. Помнишь же на практике в Корпусе, как бакаут только ножовкой по металлу и можно было угрызть? И у многих эвкалиптов древесина тоже не намного мягче. В идеале и ножовочное полотно по такому дереву из быстрореза желательно, а уж углеродистое, но по металлу - это сразу вынь и положь без разговоров.
   - И деваться ведь, главное, некуда. Как вспомню эту разделочную доску! - они снова рассмеялись.
   Термиты в Австралии - всем термитам термиты. Это сейчас смешно вспомнить, а тогда Вишарда в шоке была. Хорошая была доска, из каменного дуба, в Испании такая не одному поколению домохозяек служит и по наследству от матери к дочери переходит, а тут на исходе второй недели вдруг в труху рассыпалась, термиты всю изнутри выжрали, только тоненький наружный слой и оставив. И со всем деревянным так. Всё пришлось в Австралии заново переделывать из местной термитостойкой древесины, эвкалиптовой в основном. Вплоть до ружейных лож и топорищ, не говоря уже о лодках, обозных телегах, тачанках и даже кольях и жердях для армейских палаток. Хвала богам, хоть строительные балки перекрытий и портовые причалы исходно из эвкалипта местного делались, так что без жертв и разрушений всё-же обошлось.

   Теперь уж для всего, что предназначено для отправки в Австралию, деревянные детали только из тропической термитостойкой древесины делаются. А она ведь не только обрабатывается труднее, она ведь и потяжелее обычной, и к этому весу тоже приходится приноравливаться. Думали в своё время бамбуковыми трубами обойтись для водопровода, которые в других местах и по году, бывает, прослужат, и по два, но куда там! Только не в Австралии! Волниевская мануфактура в верховьях к производству огнестрела и близко не подошла ещё, но трубы из эвкалипта железнодревесного производит почти по технологии ружейных и орудийных стволов. Так у него там эти полуфабрикаты на станках делаются, а здесь же их при сборке по месту подгонять надо. Как там предки шутили? Ага, пилите, Шура, они золотые. Умаешься, пока подгонишь, зато сносу им нет - практически вечные.
   - Префект вызывает на радиоузел, почтенный! - доложил посыльный из штаба.
   - Пожрать спокойно не дадут! - проворчал Миликон, гася бычок сигариллы в пепельнице и вливая в себя залпом протянутую женой кружку лаймового сока, - Что там за хрень могла приключиться? - по пустякам непосредственное начальство не дёргает, а это значит, что выслушиванием ценных указаний по радиотелефону хрен отделаешься, и наверняка придётся куда-то нестись если и не со всей своей драгунской центурией, то не менее, чем с половиной.
   - Центурион Сергов слушает!
   - Поднимай центурию и дуй с ней в первый сектор, - велел префект, - С поста один-три радировали о нарушении границы и загонных огнях на нашей территории. На месте - по обстановке!
   Рог цейлонского гаяла гнусит примерно так же, как и турий. Солдаты тоже в курсе, что просто так никто никогда сигнала тревоги не подаст. Нет, учебные-то бывают, внезапные для всех кроме дежурной центурии, которой они не касаются. Её об учебной тревоге предупреждают перед подачей сигнала, и если предупреждения не было, то это - боевая, касающаяся именно её. А сегодня дежурная - как раз третья, миликоновская.
   - Третья центурия - в ружьё и по коням! Боекомплект - полный!
   - Мы с тобой как в воду глядели, почтенный? - спросил Авдас.
   - Да, первый сектор, пост один-три. Нарушение границы с поджогом.
   - Те, которых мы тогда пожалели и не добили! - буркнул опцион, - И какая команда поступила на этот раз?
   - Команда - по обстановке. Какой она нам с тобой покажется, так и действуем.
   Турма копейщиков, две турмы стрелков, пулемётная контуберия в сёдлах, и как всегда, немного промешкали кинологи, но с собаками иначе и не бывает, канарские доги - они норовистые, и с этим приходится мириться. Но вот наконец в сёдлах и операторы этих поисково-боевых живых машин, без которых хрен разыщешь сбежавшего дикаря, если тот решит заныкаться в зарослях скрэба.

    []
   - Надеюсь, все знают, что даже не возвращающийся бумеранг летит по кривой? - напомнил бойцам Авдас, - Смотреть в оба и не зевать! Кто словит бумеранг пусть даже вскользь, считается убитым. А убитому увольнительная после дежурства не нужна! Всем всё понятно? Тогда - в колонну, раззявы! Центурия к маршу готова, почтенный!
   Двинулись, конечно, рысью, дабы не утомлять лошадей раньше времени. Что там дикари успели уже выжечь, то успели, и не в том задача, чтобы площадь в несколько югеров у границы от огня уберечь, какую ещё можно, а в том, чтобы поджигателей всех в клещи взять, ни одного не упустив, да по обстановке с ними обойтись. Это уже обсуждали у генерал-гауляйтера. Если пал на сопредельной территории в основном, а нашу краешком только зацепил, и видно по общему расположению, что едва ли умышленно, то это, само собой, не в счёт, это простить, отругав только за небрежность. А вот если явно намеренно на нашей территории поджог, то тут уже сразу репрессии по всей строгости. Община - та, которая остатки прежней приняла, а тем разжевали, за что их община ликвидирована, и за что ещё может прилететь непонятливым, так что и эти не знать не могут. Знают, конечно, давно уже и все остальные общины, кто на том же языке говорит, на котором и эти. А раз знают, но хрен на предупреждение забили, то и на кого им теперь пенять кроме себя?
   Первый сектор - самый западный, от берега залива вглубь суши, пост один-три патрулирует третий от берега залива участок границы. До поста ещё далеко, а множество дымков, сливающееся в гигантскую дугу, видно отчётливо. Тут уже явно не краешком, тут уж точно преднамеренное браконьерство. Ага, вот и наблюдательная вышка с постовыми, а вот и патрульный разъезд. Дикарей постом замечено десятка полтора, но наверняка есть и ещё, поскольку дальний конец огненного кольца не просматривается, а там ведь огонь тоже не сам по себе загорается. Часть его, возможно, и захватывает краем сопредельную территорию, но в основном - на нашей, и такой наглости дикарям спускать нельзя.
   - Авдас! Бери левый фланг, я - правый. Берём их в клещи, отрезаем путь отхода и тогда только гоним. Раз уж они настолько любят облавную охоту - мы всё понимаем и не откажем им в этом удовольствии! - ближайшие бойцы рассмеялись.
   Поняли ли юмор ситуации сами дикари, их никто не спрашивал. Пятеро из них, сидевшие в засаде на выходе из кольца, были уложены первым же залпом. Самые умелые метатели бумерангов и дротиков, самые опытные, других бы никто в засаду и не поставил. Загонщики с факелами тоже не безоружны, но организовать их уже некому. Кто-то орёт, предупреждая остальных, но поздно - конная цепь сжимается, расстреливая попавшихся на прицел. Самые дальние в середине дуги уже поняли, что что-то в охоте пошло не так, но что именно, из-за дыма не видно, а из-за треска пламени не очень-то и слышно. Бегут эму, скачут кенгуру - повезло живности на этот раз, не ждут её на выходе из огненного кольца ни копья, ни бумеранги, а громы с молниями всадников не им предназначены. Ну, кроме пары-тройки. Ведь заслужили же бойцы свежего мяса к ужину? Последние дикари, бросив факелы, бегут к обгоревшему кусту, но пулемётная очередь скашивает половину, а винтовочный залп укладывает остальных. Как они собирались заныкаться там от драгун, если бы добежали, так и остаётся их тайной.
   Сбежавших нет, собаки гарантируют. Они же находят и следы дикарей по пути от их стойбища. Теперь - туда, откуда они пришли. У этих австралийских дикарей принят принцип коллективной ответственности. Если чужаки убили своего, ищут не обязательно самого убийцу, а убивают первого же попавшегося из его общины. Личность значения не имеет, важна община, голова за голову, и не важно, чья. Вот вся их община и в ответе за своих браконьеров. Кто головой, кто свободой - это уж у кого какая личная судьба...